Не медля ни секунды, принц тут же подошел и коснулся пальцами висков Анны. Он заглянул ей в глаза, создавая зрительный контакт. Его брови сдвинулись, красивое лицо стало сосредоточенным. Серые радужки потемнели настолько, что стали полностью черными. Её обдало леденящим холодом, отчего кожа покрылась мурашками. А в следующее мгновение, все резко изменилось. Девушка почувствовала лёгкую волну тепла, которая всколыхнула разум. Она согревала изнутри. Волны накатывали, и накатывали, не прекращаясь. Быстрее, одна сильнее другой, пока не стало нестерпимо жарко. В висках вовсю пульсировало, а сердце ускоренно билось, выворачивая внутренности. Осознав, что большего просто не выдержит — ещё немного и взорвется голова — она инстинктивно ухватилась за рубашку Эйдана, силой потянула, ткань затрещала. Давление в голове было невыносимым.
И в какой-то момент это случилось. Все резко прекратилось, будто что-то лопнуло, как бывает с перекачанным шариком.
Вспышка. И в ту же секунду воспоминания хлынули, похожие на разноцветное конфетти, они мелькали перед её глазами настолько быстро, что её затошнило. Все кружилось, но Анна упрямо стояла на ватных ногах и смотрела, но не на Магистра. Она его больше не видела. Она смотрела на эти воспоминания, и они не принадлежали ей. Это были чужие, незнакомые кусочки жизни.
Эйдан прервал контакт и резко наклонил её голову вниз. Анна рухнула на колени, и её тут же вырвало, прямо у его блестящих черных сапог. Принц собрал её распущенные волосы и терпеливо ждал, пока она не закончит.
— Храгн раздери этого чешуйчатого, не научи он тебя так быстро ставить ментальный щит, не пришлось бы всё это делать… — начал он.
Но Анна его не слушала. Ей было плевать на любые слова, и на случившееся тоже. «Они мне не верят!» — твердил внутренний голос, обжигая не хуже огненного торнадо. Теперь она узнала правду — как на самом деле к ней относятся в Академии — подозревают, для них она чужая!
— …Извини, я старался сделать все как можно мягче, но это заклинание имеет побочный эффект, — продолжал Эйдан, потом протянул ей аккуратно сложенный носовой платок. — Вот возьми.
— Ма-ма-гистр Ва-вай-дмммм… — хотела сказать Анна, но каждое слово давалось с трудом.
Горло саднило, голова раскалывалась, а тело трясло. То ли из-за прохладного вечернего ветра, то ли это последствия заклинания, но она всеми силами пыталась взять себя в руки и унять эту предательскую дрожь. Даже не взглянув на куратора, она забрала платок и вытерла губы. Хотела продолжить говорить, но он её остановил.
— Подожди, Анна. Теперь… — Эйдан запнулся. — Давай для начала упростим эти официальные обращения? — внезапно он задал вопрос, будто они по парку прогуливались. — Будет проще работать в будущем, если мы перейдем на ты. Обращайся ко мне по имени.
Она согласно кивнула.
— Видишь ли, Анна, в нашем мире слишком много противостоящих сторон, и соответственно, врагов еще больше. Имея обширный запас магических средств в своем арсенале, многие из них прибегают к невероятным ухищрениям, чтобы уничтожить своего противника. Поэтому и были придуманы все эти способы, позволяющие заглянуть в чужую голову. Тебе не стоит принимать все, на свой счёт. Просто пойми это, и давай продолжим твое обучение и наши взаимоотношения — студентки и куратора, — говорил он так, будто оправдывался.
Он отпустил ее волосы и поднялся. Остался стоять рядом и наверное ждал ответа. Анна не видела его лица, потому что сидела уткнувшись вниз. Она закашлялась. Когда прочистила горло, стало легче дышать. Потом тоже поднялась пошатываясь. С гордо поднятой головой посмотрела на принца. В его холодные глаза, которые снова стали серыми, и в них снова искрился лёд. Анна набрала полные лёгкие воздуха и ответила — и она действительно очень стараясь вложить в эти слова весь спектр своих эмоций, прямо от души, чтобы он смог прочувствовать всю глубину её нынешнего отчаяния:
— Иди ты на хрен, Эйдан, со своими тупыми извинениями! И пусть весь ваш мир, катится в самую темную бездну! Ненавижу! — прорычал она в лицо принца и не стесняясь, высморкалась в его белоснежный и пахнущий чем-то приятным платок.
Повисла немая пауза. Он поражено смотрел. Мгновение. А потом рассмеялся. Громко и с наслаждением.
«Такого ты точно не ожидал услышать, да? Ваше высочество!» — ликовал её внутренний голос, пока она демонстративно комкала этот несчастный кусочек ткани, и хотела было бросить назад, его хозяину, но вовремя остановилась: «"Соплями" в наследного принца? Он хоть и куратор, и в Академии нет титулов, но все же... Не знаю, как на Ассаире, но даже в нашем мире, это перебор…» — говорил в ней здравый смысл, пока она поглубже в карман запихивала ненавистный платок.
«Нет ничего трагичнее, чем оказаться связанным с тем, которому нельзя доверять. Что ещё хуже, если этот человек окажется врагом — равносильно смертному приговору» — так всегда думал принц, и старательно избегал любых отношений, которые позволили бы, кому бы то ни было, попасть в близкий круг будущего наследника Империи.
На Ассаире существует три различных понятия "близкий круг", и все они разительно отличаются.
Есть "Внешний круг" — в него входят люди, которые достаточно близки, чтобы позволять им находиться рядом. Обычно это родственники, друзья, соратники, единомышленники, и доверенные лица. На них распространяется защита и особые привилегии, взамен, они приносят клятву верности, подкрепленную "Нерушимой" магической печатью.
Есть "Внутренний круг" — очень узкий, в него попадают только самые проверенные, круг высшего доверия. С такими людьми связывают особые отношения, общие истории и судьбы. Им известны все тайны и болевые точки, им доверяют жизнь, в них полностью уверены.
Для Эйдана, такими людьми были Вардан и Адамас, эти двое безупречно выполняли роли строгих воспитателей, мудрых наставников и старших братьев. А также Джаракас и Лисандей — с ними принц познакомился семьдесят три года назад, когда им с братом было семь, а Кассу и Лису — шестнадцать и восемнадцать соответственно, и эта встреча положила начало крепкой мальчишеской дружбе. Четыре принца, или как их называли другие — "Великолепная четверка", росли и учились на окраине Аэндорна, в родовом замке вампира Лисандея. А когда близнецам исполнилось восемнадцать, все четверо поступили в Академию.
К этому списку Эйдан относил и самого Императора Майрона — названного отца, который больше походил на правителя и сурового учителя, чем на любящего отца. Эйдан на пальцах мог пересчитать дни детства, проведенные с этим человеком. Майрон появлялся редко, практически никогда не вникал в воспитание, а представил их миру как своих наследников и признанных бастардов незадолго до восемнадцатилетия.
Эти пятеро и составляли "Внутренний круг" принца. И только они были посвящены в величайшую тайну рождения братьев. Знала и Девина Лави, ведьма из внутреннего круга Вардана Кенноера, для Эйдана она была скорее вредной тётушкой из внешнего круга, которая могла позволить себе некоторые вольности по отношению к их четверке, за что и сыскала славу мрачной ведьмы, даже Кай её остерегался.
Именно тайна рождения близнецов, и скрываемая за ней трагедия рода Вайдморк, научили Эйдана быть осторожным, никому не доверять до конца, повсюду искать предателей и шпионов. Он знал на опыте своей семьи — только близкие предают самым коварным образом, ударяя в спину.
Поэтому третий круг, который именуется "Кругом Души", у всех ассаирцев обычно пустует. В этом круге может быль лишь один человек, тот единственный, связь с которым создаёт само Мироздание — вторая половинка, истинна пара, родственная душа, — понятия, думая о которых он иронично усмехался. Эйдан прекрасно знал, что такие связи существуют, и отчаянно желал, даже молил Судьбу, чтобы подобное проклятье не коснулось его.
И когда три дня назад случилось, то что случилось, и девушка стремительно ворвалась в его жизнь, Эйдан был ошеломлен — он находился в настоящем шоке. Каким-то необъяснимым образом его «Заставили!» использовать "Дыхание Жизни", по другому это назвать он отказывался. Отколоть частичку Души и подарить другому, чтобы навечно связать себя с этим человеком — кощунство, предательство самой природы, проклятье! Эйдан ненавидел даже саму мысль, не говоря уже о том, чтоб совершить подобное, еще и добровольно. И никогда бы не подумал, что нарушит собственные принципы. Ему хотелось ненавидеть Анну, что так внезапно появилась и вынудила повторить ошибку погубившую родителей… Но он не мог. Пока не мог… Он презирал и проклинал себя, это он не сумел остановиться!
«Она угроза!» — кричали все инстинкты.
Поэтому, Эйдан, был вынужден применить "Заклинание Импету", другого выбора у него не было. Иначе, ему пришлось бы арестовать Анну и незамедлительно отправить на "Остров ветров" — тюрьму для опасных магов.
С каждой минутой рядом с ней, его сомнения становились все сильнее. Сначала он хотел играть грязно, провоцировать и наблюдать за реакцией. И рано или поздно, девушка обязательно прокололась и привела его к ответам. Но то, что он увидел на тренировочном поле, заставило принца действовать незамедлительно.
Ни один маг, если он не обучался ранее, не способен насколько быстро овладеть "Чистыми" заклинаниями. К тому же, за восемьдесят лет жизни, со всеми знаниями и опытом, что он имел, Эйдан никогда не слышал, чтобы кто-то научиться видеть "Зрением Мага" с первого раза. Многим для этого требовались годы.
Сегодня, когда Лави доложила ему об "инциденте" с Анной на занятии зельеварения, Эйдан был очень удивлен. Что стало ещё одним поводом.
С самого начала всё, что касалось Смалади Адамаса, было похоже на игру, затеянную кем-то. И последней каплей в чаше весов сомнения, стала магия девушки — двойственная.
На первый взгляд Анна выглядела магом огня, высшего уровня. Таких он видел немало. Он и сам, отчасти, являлся архимагом огня. Но студентка Широн… Её светлая энергия была неоднородной, будто смешанной с тёмной, или, что ещё хуже, это и вовсе была иллюзия.
Самые сильные маги Ассаира используют заклинание "Ю'цэй", скрывающее их сущность, вид магии и стихию. Это позволяет держать врагов в неведении и даёт преимущество на поле боя. Он и сам пользуется таким, поэтому хорошо знает, как выглядит подобное заклинание на практике.
У молодых и неопытных, "Ю'цэй" часто нестабильный. Иногда в потоке энергии такого мага можно увидеть его истинную сущность — светлая или темная у него магия, насколько он силен. А ещё, заклинанием часто пользуются шпионы из Империи Даскарот, наемники и демоны Адири. И когда сегодня, в энергетическом потоке Анны, Эйдан увидел нити тёмной магии, которых у нее раньше не было, да и быть не должно, он отреагировал соответственно.
— Давай руку, я перемещу тебя в твою комнату, — предложил он, после того как перестал смеяться.
Эйдан привык к формальному дворцовому этикету и армейской дисциплине, а тут, такой контраст. Она ему нахамила, кричала и даже: «Ругательство?» — он мысленно усмехнулся.
Девушке было все равно, на его положение и правила субординации. Она просто следовала инстинктам, и ему это нравилось. Что-то в Анне напоминало Кайденора и его самого в детстве, когда он ещё не стал будущим наследником короны. И если бы девушка оказалась слишком предсказуемой, держала контроль, или наоборот, повелась на его провокацию — он бы точно посчитал её шпионкой. Но такое необдуманное и импульсивное поведение, присуще именно юной особе, его подкупило. А ещё, Анна забавно на всё реагировала, Эйдан поймал себя на мысли, что ему нравилось её провоцировать.
Он и дальше планировал следить за Анной, ни малейшего спуска или поблажек. Но теперь, принц хотя бы уверен, что она та, за кого себя выдаёт — маленькие кусочки прошлого, что он смог увидеть, яркое тому подтверждение. По крайней мере, один пункт из списка подозрений, можно вычеркнуть. Оставалось проверить всё остальное.
— Нет уж, лучше я прогуляюсь. Иначе меня снова может стошнить. В портале. И тогда, я точно не стану! — она намеренно выделила последнее слово. — Отворачиваться…
— Хорошо, твое право, — он кивнул, пускай прогуляться и остынет.
Она молча развернулась и побрела в сторону лавок. Забрала рюкзак и не оборачиваясь, покинула тренировочное поле, оставляя его стоять в одиночестве. Он намеренно ждал, пока студентка не уйдёт. Стоило звуку её шагов раствориться в вечерних сумерках, Эйдан тут же накрыл поле защитным щитом, таким, который не позволял увидеть происходящее внутри.
Первым делом он просканировал все заклинания за сегодняшний день, использованные в этом месте. Их было очень много, но ему всё-таки удалось отделить последние, оставленные именно ими.
Если рисунок его "Огненного Смерча" был близок к стандартной формуле, которой обучали всех магов Ассаира, то узор заклинания Анны, полностью отличался. Такого он раньше не видел, и это говорило о многом — "Чистое Заклинание" Анны уникально, сомнений нет, созданное магом высшего уровня, с индивидуальным, присущим лишь ему почерком. Ещё в переулке, он заметил эти особенные узоры. Они как отпечатки пальцев, их невозможно подделать.
«Значит и в этом она не солгала» — сделал еще один вывод Эйдан, основываясь на фактах.
То, как сплелись нити её энергии, указывало, что заклинание создано с нуля, без каких либо знаний. Даже малейшего намека не наблюдалось. Если бы Анна раньше изучала магию, она так или иначе, неосознанно, вплела бы в него, пусть и крошечный, но кусочек формулы, а этого, Эйдан не видел.
Следующее, что сделал Эйдан, проанализировал магию и энергию Анны, которое в виде эха оставалось на поле. Девушка не умела стирать следы из пространства, да и сделай она такое, он бы очень удивился. Даже не все архимаги владеют подобным уровнем — удалять из пространства информацию, воздействуя на материю мироздания, под силу лишь высшим существам, приравниваемых к богам — Лха'атман. А таких, среди ассаирцев, насколько знал принц, не было. Последние высшие, либо покинули Ассаир, перед закрытием меж-мировых переходов, либо погибли в Темной Войне. Остались только Принцы Адири, но и они, в последние столетия не проявляли активности, будто исчезли с Тинакриуса.
Эйдан искал в оставленном следе, отголоски той "другой" магии. Хоть малейшие намеки на её присутствие, но ничего не было. Неужели ему снова показалось?
— Да не может быть… — задумчиво прошептал принц, убирая щит, — Чарис! — позвал он сприта. — Ты же следил за Анной? Скажи, ты ведь видел нити темной магии, мне же не могло показаться?
Дух проявился рядом и тут же, леденящий холод окутал его тело, подтверждая, что тот действительно здесь и активно сканирует пространство.
— Нет Эйданор, я не видел Тьму. Магия девушки Светлая, основная стихия огонь, большего я сказать не могу.
— Ты что не следил за ней? Я же просил!
— Следил.
— Тогда как ты мог не видеть? Ты же дух! Сприты как никто другой, чувствительны к Тьме.
— Я не видел.
— Можешь быть свободен, — разозлился Эйдан, — скажи Адамасу что я сейчас буду, нужно поговорить.
Чарис кивнул и исчез, оставляя его размышлять в одиночестве.
— Червяк сероглазый… Поганка заледенелая… Слизень высокомерный! Вот кто он, а не высочество! — шипела Анна сквозь зубы. — Ничего, как аукнется так и откликнется… Я запомню это, Магистр Вайдморк! Запомню… Не доверяет он!
И в какой-то момент это случилось. Все резко прекратилось, будто что-то лопнуло, как бывает с перекачанным шариком.
Вспышка. И в ту же секунду воспоминания хлынули, похожие на разноцветное конфетти, они мелькали перед её глазами настолько быстро, что её затошнило. Все кружилось, но Анна упрямо стояла на ватных ногах и смотрела, но не на Магистра. Она его больше не видела. Она смотрела на эти воспоминания, и они не принадлежали ей. Это были чужие, незнакомые кусочки жизни.
Эйдан прервал контакт и резко наклонил её голову вниз. Анна рухнула на колени, и её тут же вырвало, прямо у его блестящих черных сапог. Принц собрал её распущенные волосы и терпеливо ждал, пока она не закончит.
— Храгн раздери этого чешуйчатого, не научи он тебя так быстро ставить ментальный щит, не пришлось бы всё это делать… — начал он.
Но Анна его не слушала. Ей было плевать на любые слова, и на случившееся тоже. «Они мне не верят!» — твердил внутренний голос, обжигая не хуже огненного торнадо. Теперь она узнала правду — как на самом деле к ней относятся в Академии — подозревают, для них она чужая!
— …Извини, я старался сделать все как можно мягче, но это заклинание имеет побочный эффект, — продолжал Эйдан, потом протянул ей аккуратно сложенный носовой платок. — Вот возьми.
— Ма-ма-гистр Ва-вай-дмммм… — хотела сказать Анна, но каждое слово давалось с трудом.
Горло саднило, голова раскалывалась, а тело трясло. То ли из-за прохладного вечернего ветра, то ли это последствия заклинания, но она всеми силами пыталась взять себя в руки и унять эту предательскую дрожь. Даже не взглянув на куратора, она забрала платок и вытерла губы. Хотела продолжить говорить, но он её остановил.
— Подожди, Анна. Теперь… — Эйдан запнулся. — Давай для начала упростим эти официальные обращения? — внезапно он задал вопрос, будто они по парку прогуливались. — Будет проще работать в будущем, если мы перейдем на ты. Обращайся ко мне по имени.
Она согласно кивнула.
— Видишь ли, Анна, в нашем мире слишком много противостоящих сторон, и соответственно, врагов еще больше. Имея обширный запас магических средств в своем арсенале, многие из них прибегают к невероятным ухищрениям, чтобы уничтожить своего противника. Поэтому и были придуманы все эти способы, позволяющие заглянуть в чужую голову. Тебе не стоит принимать все, на свой счёт. Просто пойми это, и давай продолжим твое обучение и наши взаимоотношения — студентки и куратора, — говорил он так, будто оправдывался.
Он отпустил ее волосы и поднялся. Остался стоять рядом и наверное ждал ответа. Анна не видела его лица, потому что сидела уткнувшись вниз. Она закашлялась. Когда прочистила горло, стало легче дышать. Потом тоже поднялась пошатываясь. С гордо поднятой головой посмотрела на принца. В его холодные глаза, которые снова стали серыми, и в них снова искрился лёд. Анна набрала полные лёгкие воздуха и ответила — и она действительно очень стараясь вложить в эти слова весь спектр своих эмоций, прямо от души, чтобы он смог прочувствовать всю глубину её нынешнего отчаяния:
— Иди ты на хрен, Эйдан, со своими тупыми извинениями! И пусть весь ваш мир, катится в самую темную бездну! Ненавижу! — прорычал она в лицо принца и не стесняясь, высморкалась в его белоснежный и пахнущий чем-то приятным платок.
Повисла немая пауза. Он поражено смотрел. Мгновение. А потом рассмеялся. Громко и с наслаждением.
«Такого ты точно не ожидал услышать, да? Ваше высочество!» — ликовал её внутренний голос, пока она демонстративно комкала этот несчастный кусочек ткани, и хотела было бросить назад, его хозяину, но вовремя остановилась: «"Соплями" в наследного принца? Он хоть и куратор, и в Академии нет титулов, но все же... Не знаю, как на Ассаире, но даже в нашем мире, это перебор…» — говорил в ней здравый смысл, пока она поглубже в карман запихивала ненавистный платок.
Глава 22. Пока не закончился день. Часть 1. Эйдан
«Нет ничего трагичнее, чем оказаться связанным с тем, которому нельзя доверять. Что ещё хуже, если этот человек окажется врагом — равносильно смертному приговору» — так всегда думал принц, и старательно избегал любых отношений, которые позволили бы, кому бы то ни было, попасть в близкий круг будущего наследника Империи.
На Ассаире существует три различных понятия "близкий круг", и все они разительно отличаются.
Есть "Внешний круг" — в него входят люди, которые достаточно близки, чтобы позволять им находиться рядом. Обычно это родственники, друзья, соратники, единомышленники, и доверенные лица. На них распространяется защита и особые привилегии, взамен, они приносят клятву верности, подкрепленную "Нерушимой" магической печатью.
Есть "Внутренний круг" — очень узкий, в него попадают только самые проверенные, круг высшего доверия. С такими людьми связывают особые отношения, общие истории и судьбы. Им известны все тайны и болевые точки, им доверяют жизнь, в них полностью уверены.
Для Эйдана, такими людьми были Вардан и Адамас, эти двое безупречно выполняли роли строгих воспитателей, мудрых наставников и старших братьев. А также Джаракас и Лисандей — с ними принц познакомился семьдесят три года назад, когда им с братом было семь, а Кассу и Лису — шестнадцать и восемнадцать соответственно, и эта встреча положила начало крепкой мальчишеской дружбе. Четыре принца, или как их называли другие — "Великолепная четверка", росли и учились на окраине Аэндорна, в родовом замке вампира Лисандея. А когда близнецам исполнилось восемнадцать, все четверо поступили в Академию.
К этому списку Эйдан относил и самого Императора Майрона — названного отца, который больше походил на правителя и сурового учителя, чем на любящего отца. Эйдан на пальцах мог пересчитать дни детства, проведенные с этим человеком. Майрон появлялся редко, практически никогда не вникал в воспитание, а представил их миру как своих наследников и признанных бастардов незадолго до восемнадцатилетия.
Эти пятеро и составляли "Внутренний круг" принца. И только они были посвящены в величайшую тайну рождения братьев. Знала и Девина Лави, ведьма из внутреннего круга Вардана Кенноера, для Эйдана она была скорее вредной тётушкой из внешнего круга, которая могла позволить себе некоторые вольности по отношению к их четверке, за что и сыскала славу мрачной ведьмы, даже Кай её остерегался.
Именно тайна рождения близнецов, и скрываемая за ней трагедия рода Вайдморк, научили Эйдана быть осторожным, никому не доверять до конца, повсюду искать предателей и шпионов. Он знал на опыте своей семьи — только близкие предают самым коварным образом, ударяя в спину.
Поэтому третий круг, который именуется "Кругом Души", у всех ассаирцев обычно пустует. В этом круге может быль лишь один человек, тот единственный, связь с которым создаёт само Мироздание — вторая половинка, истинна пара, родственная душа, — понятия, думая о которых он иронично усмехался. Эйдан прекрасно знал, что такие связи существуют, и отчаянно желал, даже молил Судьбу, чтобы подобное проклятье не коснулось его.
И когда три дня назад случилось, то что случилось, и девушка стремительно ворвалась в его жизнь, Эйдан был ошеломлен — он находился в настоящем шоке. Каким-то необъяснимым образом его «Заставили!» использовать "Дыхание Жизни", по другому это назвать он отказывался. Отколоть частичку Души и подарить другому, чтобы навечно связать себя с этим человеком — кощунство, предательство самой природы, проклятье! Эйдан ненавидел даже саму мысль, не говоря уже о том, чтоб совершить подобное, еще и добровольно. И никогда бы не подумал, что нарушит собственные принципы. Ему хотелось ненавидеть Анну, что так внезапно появилась и вынудила повторить ошибку погубившую родителей… Но он не мог. Пока не мог… Он презирал и проклинал себя, это он не сумел остановиться!
«Она угроза!» — кричали все инстинкты.
Поэтому, Эйдан, был вынужден применить "Заклинание Импету", другого выбора у него не было. Иначе, ему пришлось бы арестовать Анну и незамедлительно отправить на "Остров ветров" — тюрьму для опасных магов.
С каждой минутой рядом с ней, его сомнения становились все сильнее. Сначала он хотел играть грязно, провоцировать и наблюдать за реакцией. И рано или поздно, девушка обязательно прокололась и привела его к ответам. Но то, что он увидел на тренировочном поле, заставило принца действовать незамедлительно.
Ни один маг, если он не обучался ранее, не способен насколько быстро овладеть "Чистыми" заклинаниями. К тому же, за восемьдесят лет жизни, со всеми знаниями и опытом, что он имел, Эйдан никогда не слышал, чтобы кто-то научиться видеть "Зрением Мага" с первого раза. Многим для этого требовались годы.
Сегодня, когда Лави доложила ему об "инциденте" с Анной на занятии зельеварения, Эйдан был очень удивлен. Что стало ещё одним поводом.
С самого начала всё, что касалось Смалади Адамаса, было похоже на игру, затеянную кем-то. И последней каплей в чаше весов сомнения, стала магия девушки — двойственная.
На первый взгляд Анна выглядела магом огня, высшего уровня. Таких он видел немало. Он и сам, отчасти, являлся архимагом огня. Но студентка Широн… Её светлая энергия была неоднородной, будто смешанной с тёмной, или, что ещё хуже, это и вовсе была иллюзия.
Самые сильные маги Ассаира используют заклинание "Ю'цэй", скрывающее их сущность, вид магии и стихию. Это позволяет держать врагов в неведении и даёт преимущество на поле боя. Он и сам пользуется таким, поэтому хорошо знает, как выглядит подобное заклинание на практике.
У молодых и неопытных, "Ю'цэй" часто нестабильный. Иногда в потоке энергии такого мага можно увидеть его истинную сущность — светлая или темная у него магия, насколько он силен. А ещё, заклинанием часто пользуются шпионы из Империи Даскарот, наемники и демоны Адири. И когда сегодня, в энергетическом потоке Анны, Эйдан увидел нити тёмной магии, которых у нее раньше не было, да и быть не должно, он отреагировал соответственно.
— Давай руку, я перемещу тебя в твою комнату, — предложил он, после того как перестал смеяться.
Эйдан привык к формальному дворцовому этикету и армейской дисциплине, а тут, такой контраст. Она ему нахамила, кричала и даже: «Ругательство?» — он мысленно усмехнулся.
Девушке было все равно, на его положение и правила субординации. Она просто следовала инстинктам, и ему это нравилось. Что-то в Анне напоминало Кайденора и его самого в детстве, когда он ещё не стал будущим наследником короны. И если бы девушка оказалась слишком предсказуемой, держала контроль, или наоборот, повелась на его провокацию — он бы точно посчитал её шпионкой. Но такое необдуманное и импульсивное поведение, присуще именно юной особе, его подкупило. А ещё, Анна забавно на всё реагировала, Эйдан поймал себя на мысли, что ему нравилось её провоцировать.
Он и дальше планировал следить за Анной, ни малейшего спуска или поблажек. Но теперь, принц хотя бы уверен, что она та, за кого себя выдаёт — маленькие кусочки прошлого, что он смог увидеть, яркое тому подтверждение. По крайней мере, один пункт из списка подозрений, можно вычеркнуть. Оставалось проверить всё остальное.
— Нет уж, лучше я прогуляюсь. Иначе меня снова может стошнить. В портале. И тогда, я точно не стану! — она намеренно выделила последнее слово. — Отворачиваться…
— Хорошо, твое право, — он кивнул, пускай прогуляться и остынет.
Она молча развернулась и побрела в сторону лавок. Забрала рюкзак и не оборачиваясь, покинула тренировочное поле, оставляя его стоять в одиночестве. Он намеренно ждал, пока студентка не уйдёт. Стоило звуку её шагов раствориться в вечерних сумерках, Эйдан тут же накрыл поле защитным щитом, таким, который не позволял увидеть происходящее внутри.
Первым делом он просканировал все заклинания за сегодняшний день, использованные в этом месте. Их было очень много, но ему всё-таки удалось отделить последние, оставленные именно ими.
Если рисунок его "Огненного Смерча" был близок к стандартной формуле, которой обучали всех магов Ассаира, то узор заклинания Анны, полностью отличался. Такого он раньше не видел, и это говорило о многом — "Чистое Заклинание" Анны уникально, сомнений нет, созданное магом высшего уровня, с индивидуальным, присущим лишь ему почерком. Ещё в переулке, он заметил эти особенные узоры. Они как отпечатки пальцев, их невозможно подделать.
«Значит и в этом она не солгала» — сделал еще один вывод Эйдан, основываясь на фактах.
То, как сплелись нити её энергии, указывало, что заклинание создано с нуля, без каких либо знаний. Даже малейшего намека не наблюдалось. Если бы Анна раньше изучала магию, она так или иначе, неосознанно, вплела бы в него, пусть и крошечный, но кусочек формулы, а этого, Эйдан не видел.
Следующее, что сделал Эйдан, проанализировал магию и энергию Анны, которое в виде эха оставалось на поле. Девушка не умела стирать следы из пространства, да и сделай она такое, он бы очень удивился. Даже не все архимаги владеют подобным уровнем — удалять из пространства информацию, воздействуя на материю мироздания, под силу лишь высшим существам, приравниваемых к богам — Лха'атман. А таких, среди ассаирцев, насколько знал принц, не было. Последние высшие, либо покинули Ассаир, перед закрытием меж-мировых переходов, либо погибли в Темной Войне. Остались только Принцы Адири, но и они, в последние столетия не проявляли активности, будто исчезли с Тинакриуса.
Эйдан искал в оставленном следе, отголоски той "другой" магии. Хоть малейшие намеки на её присутствие, но ничего не было. Неужели ему снова показалось?
— Да не может быть… — задумчиво прошептал принц, убирая щит, — Чарис! — позвал он сприта. — Ты же следил за Анной? Скажи, ты ведь видел нити темной магии, мне же не могло показаться?
Дух проявился рядом и тут же, леденящий холод окутал его тело, подтверждая, что тот действительно здесь и активно сканирует пространство.
— Нет Эйданор, я не видел Тьму. Магия девушки Светлая, основная стихия огонь, большего я сказать не могу.
— Ты что не следил за ней? Я же просил!
— Следил.
— Тогда как ты мог не видеть? Ты же дух! Сприты как никто другой, чувствительны к Тьме.
— Я не видел.
— Можешь быть свободен, — разозлился Эйдан, — скажи Адамасу что я сейчас буду, нужно поговорить.
Чарис кивнул и исчез, оставляя его размышлять в одиночестве.
Часть 2. Анна
— Червяк сероглазый… Поганка заледенелая… Слизень высокомерный! Вот кто он, а не высочество! — шипела Анна сквозь зубы. — Ничего, как аукнется так и откликнется… Я запомню это, Магистр Вайдморк! Запомню… Не доверяет он!
