Не то чтобы там услаждали желудок, вовсе нет. Просто здешняя публика не докучала излишним вниманием, скорее, меня окружала аура ненавязчивого почтения. К тому же, я могла отшлифовать подзабытый пустынный диалект, пусть жители священного полуострова и выработали за века? свой оттенок и говор, но это все еще был отголосок речи пустынников.
Три недели спустя, когда я тщетно пыталась вернуть к жизни очередное растение, павшее жертвой моего безответственного садоводства, ко мне на второй этаж вихрем ворвалась волтарка. Незадачливая зверюшка, сбив по пути еще пару горшков, кубарем прокатилась прямо к моим ногам, зарычала и принялась теребить рукав.
Прислушавшись, я и впрямь уловила неясный гомон, доносящийся со двора. Сперва решила, что мимо вновь проезжают торговцы, но тут раздался стук в дверь. Спешно оттерев руки от земли, сбежала вниз. В тамбуре неловко жалась целая семья: мужчина с багровым от мороза носом, закутанная в бесчисленные слои тряпья женщина и трое детей неопределенного возраста.
Пришлось приниматься за обустройство нежданных гостей, пытаться еще и спасти их лошадку, которой, судя по всему, пришел конец, хотя она еще не совсем смирилась с этой участью. Обмотанная верёвками и лапником телега, на которой они сюда добрались, промерзла так, что колёса, казалось, намертво застряли и телега скорее волочилась по снегу, притворяясь санями. Колёса практически до половины были погребены под толстым слоем льда и намерзшего снега.
Я вызвала лекаря и продовольствие. Дети были тщательно укутаны, так что мороз почти не коснулся их. Мать, по всей видимости, тоже не пострадала, укрывшись вместе с детьми в телеге под лапником. А вот мужчине досталось… Кажется, он отморозил и руки, и ноги, и даже нос. Чудом будет, если лекарь сумеет спасти его конечности…
Но лекарь, все тот же, прибыв в дом, заявил, что не всё так плохо, и вновь принялся колдовать, взяв в оборот и меня, и жену пострадавшего, и даже старшего сына прибывшей четы.
Мальчику на вид было лет двенадцать. Звали его Финотом, и он носился по моему дому, словно заведенный. Воды принести из колодца – запросто, помочь приготовить – легко, успокоить встревоженную младшую сестру посреди ночи – он первый.
За время, пока лекарь отважно пытался вернуть к жизни обмороженные конечности отца семейства, я успела узнать их историю. Оказалось, их дом – Котрейн, крохотное государство, что ютится вторым по удаленности от Ледяного государства, чьи восточные рубежи изрезаны границей с Облентией. На этой границе мелкие стычки не утихали со времен Черного проклятья, когда на карте появилась Черная крепость.
Их деревню выжгли дотла, развеяв по ветру плоды многолетнего фермерского труда. Скот угнали. Семья чудом избежала кровавой бани, устроенной соседями, но, вернувшись осенью на пепелище, поняла – им не выжить, не прокормить детей. Кто-то из соседей уехал на заработки в ближние поселения, отчаявшись. Мужик тоже было подался на поиски работы, но в соседнем городке не осталось ни единой вакансии. Тогда, повинуясь какому-то внутреннему го?лосу, они увидели на дороге торговый караван, уходящий на север. И решили, что если есть дорога, если по ней движется караван, значит, там, впереди, есть надежда. Эта семья даже не подозревала о существовании Ледяной страны!
Конечно, они не представляли, что путь окажется таким долгим и беспощадным. По дороге они не только съели все свои скудные запасы, но и пустили на утепление весь свой нехитрый скарб. Даже мешки пошли на полоски, чтобы удержать лапник на телеге… Под этим хрупким укрытием, обмотанные с ног до головы? тряпьем, они и сумели выстоять в ледяном плену последних трех дней путешествия.
Лошадка, совершившая настоящее чудо, пала к вечеру дня прибытия, отдав последние силы. Отморозила конечности.
Моя волтарка, не отходила от детей, играя с ними. А по ночам она несла вахту у постели больного, и на этот раз лекарь не возражал против такого соседства. Мужика удалось спасти. Правда, шрамы от волдырей, обезобра?зившие обмороженную кожу, внушали ужас. И с каждым днем я все ближе подходила к моменту, когда мне придется оценить талантливость этого героического человека, ведь его жена, как бы я ни старалась вытянуть из неё хоть что-то, оказалась на редкость простой и непримечательной женщиной. В ней не было ничего, что соответствовало бы заявленным условиям иммиграции.
За Ледяную стену пускали только особенных людей. Одаренных, благословлённых любым талантом. Лепишь из глины, и твои работы – произведения искусства? Добро пожаловать! Танцуешь так, что замирает сердце? Тебя ждут в труппе столичного концертного зала… Но если талантов нет…
Конечно, есть еще один способ остаться с семьей в Ледяной стране и стать полноправными членами общества, но я не хотела даже намекать первым своим постояльцам о таком выборе.
Как я могла сказать жене и троим детям, едва не потерявшим отца, что у них есть выбор, который страшен своей безысходностью: либо развернуться на сто восемьдесят градусов и отправиться обратно в ущелье, без лошади и надежды, либо отдать отца в вечное служение Ледяной королеве, в безмолвные стражи? Это было выше моих сил.
Мужик быстро шел на поправку, и после откровенного разговора с ним го?речь моя лишь усилилась. Его безудержная смелость, граничащая с безрассудством, – сорваться на север вслед за караваном и чудом добраться до этих суровых земель – была единственным, что выделяло его из толпы.
С тяжелым сердцем я всё же отвела Кижара в денник, подальше от любопытных глаз и ушей.
– Кижар, я не хочу вас расстраивать, но вас не пропустят за стену. К сожалению, вы не соответствуете параметрам, которые интересуют наше государство. У вас два выхода… Хотя нет, три… Но это совсем уж плохо, – тяжело вздохнула, теребя подол своего платья.
– Дочка, что ты хочешь сказать? Я уже благодарен за то, что спасли меня, – он показал мне свои руки, испещренные свежими шрамами.
– Поймите, вы, конечно, можете завтра съездить в Торговый город и предложить свои услуги там. Но обычно там все вакансии заняты. Государственные должности занимают жители Ледяной страны, а торговые компании предпочитают нанимать людей у себя на родине. Ни у вас, ни у вашей жены нет никаких талантов, и я не могу, будучи на государственной службе, обмануть Ледяную королеву, дав вам ложные рекомендации… Мне придется либо выставить вас по прошествии трех дней, либо… – мой голос сорвался.
– Говори, – твердо приказал мужик.
– Или вам придется согласиться стать стражником Ледяной королевы.
Понимания в его глазах не было. Напротив, он даже как-то приосанился, будто обрадовавшись перспективе стать служивым.
– Это не то, что вы подумали. Стражниками Ледяной королевы обычно становятся люди на пороге смерти, или те, кто только что умер, чья душа еще не успела окончательно покинуть тело. Она зачаровывает их, сковывает магией, и такие люди становятся полностью подвластны ее воле. Разве вы не знаете о Северной войне?
Лицо его дрогнуло. Казалось, где-то в глубинах памяти всплыла нужная информация. Он затряс головой из стороны в сторону, внутренне отказываясь верить моим словам.
– Это уже не люди. Они лишены сознания, души… лишь тела?, скованные Извечным льдом. И даже если у тела, например, отсутствует часть ноги?, Извечный лед заполняет недостающую плоть. Ваша семья никогда больше не сможет вас обнять или увидеть, но благодаря вашей жертве они смогут жить за Ледяной стеной. Дети получат образование, и никто не будет нуждаться до конца жизни.
Он часто задышал, молчал, опустив голову.
– У вас есть три дня на размышление. Если захотите, я позову извозчика, и он отвезет вас в Торговый город попытать удачу… Но больше я ничем не могу помочь. Простите… – я вылетела из сарая и, утирая слезы, вбежала в дом, запершись в своей комнате на втором этаже.
Тихо рыдала полдня. Ни с кем не хотелось разговаривать, и меня никто не беспокоил. Гости в доме, судя по всему, ничего не знали… Звуки были все те же, что и два дня назад. А вечером я услышала, как в соседней комнате кто-то тихо поет и будто скребёт по глиняной посуде.
Тихонько выскользнув из комнаты, заглянула в соседнюю и замерла, пораженная увиденным. Волтарка, припадая на лапу, помогала старшему ребенку гостей разрыхлять землю в одном из ящиков с рассадой, а рядом стояли горшки с пересаженными саженцами.
Мозги мои, казалось, заболели от напряжения. Скрип шестеренок, должно быть, был слышен во всем доме. Я осторожно прошла по комнатам второго этажа, где стояли во множестве почти загубленные мной растения, и обнаружила настоящее чудо. Пока я предавалась мрачным и тяжелым мыслям, мальчуган озаботился посадками да так, что они все ожили чудесным способом.
В одном халате я сбежала вниз и тут же вызвала Тамарина. Уже на следующий день в моем доме появилась еще одна гостья – старенькая служительница южного купола столицы, с множеством маленьких ящичков с рассадой и толстенным талмудом по растениеводству.
Лишь спустя сутки я смогла смотреть в лицо отцу семейства сквозь слезы радости, рассказывая, что ведущий садовод подтвердил талантливость их старшего сына, и что теперь всё будет хорошо.
Мне не верили, и, казалось, не понимали моей чрезмерной радости. Пока я рассказывала о будущем, что их ждет, на меня смотрели с сомнением, но тихая надежда всё же поселялась на их измученных лицах.
– Кижар, вам и вашей семье выделят сопровождающего в столицу на целый год. Он посе?лит вас в семейных комнатах общежития академии. Места хватит всем, и вам больше не придется дрожать от холода и думать о крыше над головой. В течение года вы освоите ледяное наречие. Оно не сложное, уходит корнями в общий, но имеет свои особенности. Освоитесь, не сомневайтесь. Вам выдадут стандартный комплект столичной одежды и всё необходимое для жизни. В общежитии академии есть столовая, там и будете питаться, даже готовить не придется!
– У нас денег нет, – пробурчал недоверчивый мужчина.
– Они вам и не понадобятся. Всё бесплатно. Жильё, пропитание, транспорт и медицина. Как только оформят документы, вы сможете всем этим пользоваться. Как освоитесь, вас и жену начнут обучать одной из профессий по вашему выбору, но из самых простых. А как пройдёте обучение, получите распределение. Не факт, что останетесь в столице… но и там, куда отправят, тоже будет очень хорошо. Девочки также получат образование. Придется работать, но наши медики будут внимательно следить за вашим здоровьем, перерабатывать не придется, и при любом недомогании у вас будет полное освобождение до излечения и восстановления.
Судя по лицам, мне всё ещё не верили.
– Финот, как только освоишься с наречием, поступишь на обучение в академию, а потом будешь совмещать учебу с работой подмастерья садовода. Мисс Тракади подтвердила твой талант в области растениеводства! – радостно выложила я заветный документ перед испуганной семьей. – Через два дня я оформлю все необходимые вам справки, и вас отвезут за Ледяную стену!
К сожалению, доверять мне семья так и не начала до самого отъезда. Напряжение в доме чувствовалось даже тогда, когда Тамарин усаживал их в утепленную карету, выделенную по такому случаю для обездоленной семьи. А я радостно махала им рукавичкой, наблюдая, как замотанные в мои же одеяла люди прощаются с прошлой жизнью, понимая, что теперь у них всё будет хорошо, гораздо лучше, чем они сами.
Я сама когда-то была такой. Но мне было проще, когда мы с отцом отправлялись за стену, была еще ребенком. Жизнь в принципе казалась ярким солнечным местом даже после ночи ужаса, когда мы с отцом бежали от бандитов и дней за которые чуть не замерзли в ущелье.
Ожившие стараниями мальчугана растения прожили еще три недели, но потом вновь начали увядать, пришлось выбросить почти половину.
И вот, вытаскивая очередной освобожденный ящик из дома, чтобы сложить его в сарай, я обнаружила во дворе двух мужчин. Закутанные в шубы, они восседали на конях, чьи попоны, казалось, согревали даже их копыта. Они неловко смотрели на мою волтарку и будто не решались войти.
Первым делом поинтересовавшись их самочувствием, я указала им на денник, где они и занялись своими лошадьми. А я ушла готовить. После стужи всегда хорошо согреться теплым питьем и чем-нибудь сытным, чтобы организм начал восстанавливаться.
Незнакомцы оказались наемниками, бежавшими из армии Облентии. Они утверждали, что не выдержали приказов, заставлявших их грабить безоружных. К побе?гу они, судя по всему, подготовились основательно. Даже лошадей не успели застудить. Попоны закрывали ноги лошадей, как чулки. Солдаты рассказали, что подсмотрели в караване, идущем на север, как защищали коней от мороза. Собрали припасов на две недели и отправились в путь.
Логика их поступка была проста: любое государство, граничащее с Облентией, не раз страдало от её агрессии, и беглецов там на службу не взяли бы. Проехать с оружием и лошадьми по вражеской территории тоже сложно. Вот они и решили отправиться по торговому тракту в страну, о которой почти ничего не известно. Торговцы слишком сильно охраняли секреты своих доходных путей, и после Северной войны о Ледяном королевстве ходили разве что сказки.
Но раз когда-то была война, то и в Ледяном королевстве должна быть армия. Вот наемники и решили, что пригодятся там. Пришлось их расстроить. Я рассказала, что набор в армию здесь не ведут, и если я не найду в них ни одного стоящего таланта, им придется повернуть обратно, или попытать удачу, присоединившись к каравану торговой компании Облентии.
Мужики даже съездили в Торговый городок, попытать счастья. Но им не повезло.
А потом я очнулась в больнице, в Столице. Последнее, что я помнила, это расстроенное лицо одного из наемников, глухой стук удара и визг боли на улице. Теряя сознание и снова обретая его, каждый раз удивлялась белому потолку палаты, пока не увидела над собой лицо Ледяной королевы.
– Эльминоэль, всё будет хорошо. Совсем скоро ты поправишься и вернешься к работе. Посмотри в мои глаза еще немного, тебе станет легче.
Я снова уснула.
Восстанавливалась действительно быстро. Еще две недели, проведенные после встречи с Ледяной королевой, и даже перестала понимать, что же я делаю в больнице.
Меня снова отвезли в Дом отчаянья. Но на этот раз всё было по-другому. В королевской карете, в которой даже камин был, запряженной варгерами, меня сопровождал золотоглазый демон, внимательно смотря прямо мне в лицо всю поездку. А я прятала взгляд и дрожащие, совсем не от холода, руки.
Он оставил меня в доме, и время застыло в полусонном оцепенении. Казалось, я спала несколько дней до тех пор пока не вспоминала об отсутствующей волтарке. Ее нигде не было.
На следующий день шум с улицы заставил меня содрогнуться от ужаса. Превозмогая страх, вышла наружу, накинув поверх домашнего платья лишь шубу. К моему дому приближалась процессия.
Впереди, на огромном варгере, восседала Ледяная королева. Из-под синего платья, расшитого, не одной сотней драгоценных камней, виднелись её почти обнаженные ноги, обутые в знаменитые туфли из Извечного льда. Прозрачные, сверкающие, напоминающие стекло.
За ней, в карете, запряженной варгерами вдвое меньше, – в той самой, в которой я еще совсем недавно путешествовала, – ехал золотоглазый демон. Он высунулся из приоткрытого окна? и, очевидно, что-то отвечал Ледяной королеве.
Три недели спустя, когда я тщетно пыталась вернуть к жизни очередное растение, павшее жертвой моего безответственного садоводства, ко мне на второй этаж вихрем ворвалась волтарка. Незадачливая зверюшка, сбив по пути еще пару горшков, кубарем прокатилась прямо к моим ногам, зарычала и принялась теребить рукав.
Прислушавшись, я и впрямь уловила неясный гомон, доносящийся со двора. Сперва решила, что мимо вновь проезжают торговцы, но тут раздался стук в дверь. Спешно оттерев руки от земли, сбежала вниз. В тамбуре неловко жалась целая семья: мужчина с багровым от мороза носом, закутанная в бесчисленные слои тряпья женщина и трое детей неопределенного возраста.
Пришлось приниматься за обустройство нежданных гостей, пытаться еще и спасти их лошадку, которой, судя по всему, пришел конец, хотя она еще не совсем смирилась с этой участью. Обмотанная верёвками и лапником телега, на которой они сюда добрались, промерзла так, что колёса, казалось, намертво застряли и телега скорее волочилась по снегу, притворяясь санями. Колёса практически до половины были погребены под толстым слоем льда и намерзшего снега.
Я вызвала лекаря и продовольствие. Дети были тщательно укутаны, так что мороз почти не коснулся их. Мать, по всей видимости, тоже не пострадала, укрывшись вместе с детьми в телеге под лапником. А вот мужчине досталось… Кажется, он отморозил и руки, и ноги, и даже нос. Чудом будет, если лекарь сумеет спасти его конечности…
Но лекарь, все тот же, прибыв в дом, заявил, что не всё так плохо, и вновь принялся колдовать, взяв в оборот и меня, и жену пострадавшего, и даже старшего сына прибывшей четы.
Мальчику на вид было лет двенадцать. Звали его Финотом, и он носился по моему дому, словно заведенный. Воды принести из колодца – запросто, помочь приготовить – легко, успокоить встревоженную младшую сестру посреди ночи – он первый.
За время, пока лекарь отважно пытался вернуть к жизни обмороженные конечности отца семейства, я успела узнать их историю. Оказалось, их дом – Котрейн, крохотное государство, что ютится вторым по удаленности от Ледяного государства, чьи восточные рубежи изрезаны границей с Облентией. На этой границе мелкие стычки не утихали со времен Черного проклятья, когда на карте появилась Черная крепость.
Их деревню выжгли дотла, развеяв по ветру плоды многолетнего фермерского труда. Скот угнали. Семья чудом избежала кровавой бани, устроенной соседями, но, вернувшись осенью на пепелище, поняла – им не выжить, не прокормить детей. Кто-то из соседей уехал на заработки в ближние поселения, отчаявшись. Мужик тоже было подался на поиски работы, но в соседнем городке не осталось ни единой вакансии. Тогда, повинуясь какому-то внутреннему го?лосу, они увидели на дороге торговый караван, уходящий на север. И решили, что если есть дорога, если по ней движется караван, значит, там, впереди, есть надежда. Эта семья даже не подозревала о существовании Ледяной страны!
Конечно, они не представляли, что путь окажется таким долгим и беспощадным. По дороге они не только съели все свои скудные запасы, но и пустили на утепление весь свой нехитрый скарб. Даже мешки пошли на полоски, чтобы удержать лапник на телеге… Под этим хрупким укрытием, обмотанные с ног до головы? тряпьем, они и сумели выстоять в ледяном плену последних трех дней путешествия.
Лошадка, совершившая настоящее чудо, пала к вечеру дня прибытия, отдав последние силы. Отморозила конечности.
Моя волтарка, не отходила от детей, играя с ними. А по ночам она несла вахту у постели больного, и на этот раз лекарь не возражал против такого соседства. Мужика удалось спасти. Правда, шрамы от волдырей, обезобра?зившие обмороженную кожу, внушали ужас. И с каждым днем я все ближе подходила к моменту, когда мне придется оценить талантливость этого героического человека, ведь его жена, как бы я ни старалась вытянуть из неё хоть что-то, оказалась на редкость простой и непримечательной женщиной. В ней не было ничего, что соответствовало бы заявленным условиям иммиграции.
За Ледяную стену пускали только особенных людей. Одаренных, благословлённых любым талантом. Лепишь из глины, и твои работы – произведения искусства? Добро пожаловать! Танцуешь так, что замирает сердце? Тебя ждут в труппе столичного концертного зала… Но если талантов нет…
Конечно, есть еще один способ остаться с семьей в Ледяной стране и стать полноправными членами общества, но я не хотела даже намекать первым своим постояльцам о таком выборе.
Как я могла сказать жене и троим детям, едва не потерявшим отца, что у них есть выбор, который страшен своей безысходностью: либо развернуться на сто восемьдесят градусов и отправиться обратно в ущелье, без лошади и надежды, либо отдать отца в вечное служение Ледяной королеве, в безмолвные стражи? Это было выше моих сил.
Мужик быстро шел на поправку, и после откровенного разговора с ним го?речь моя лишь усилилась. Его безудержная смелость, граничащая с безрассудством, – сорваться на север вслед за караваном и чудом добраться до этих суровых земель – была единственным, что выделяло его из толпы.
С тяжелым сердцем я всё же отвела Кижара в денник, подальше от любопытных глаз и ушей.
– Кижар, я не хочу вас расстраивать, но вас не пропустят за стену. К сожалению, вы не соответствуете параметрам, которые интересуют наше государство. У вас два выхода… Хотя нет, три… Но это совсем уж плохо, – тяжело вздохнула, теребя подол своего платья.
– Дочка, что ты хочешь сказать? Я уже благодарен за то, что спасли меня, – он показал мне свои руки, испещренные свежими шрамами.
– Поймите, вы, конечно, можете завтра съездить в Торговый город и предложить свои услуги там. Но обычно там все вакансии заняты. Государственные должности занимают жители Ледяной страны, а торговые компании предпочитают нанимать людей у себя на родине. Ни у вас, ни у вашей жены нет никаких талантов, и я не могу, будучи на государственной службе, обмануть Ледяную королеву, дав вам ложные рекомендации… Мне придется либо выставить вас по прошествии трех дней, либо… – мой голос сорвался.
– Говори, – твердо приказал мужик.
– Или вам придется согласиться стать стражником Ледяной королевы.
Понимания в его глазах не было. Напротив, он даже как-то приосанился, будто обрадовавшись перспективе стать служивым.
– Это не то, что вы подумали. Стражниками Ледяной королевы обычно становятся люди на пороге смерти, или те, кто только что умер, чья душа еще не успела окончательно покинуть тело. Она зачаровывает их, сковывает магией, и такие люди становятся полностью подвластны ее воле. Разве вы не знаете о Северной войне?
Лицо его дрогнуло. Казалось, где-то в глубинах памяти всплыла нужная информация. Он затряс головой из стороны в сторону, внутренне отказываясь верить моим словам.
– Это уже не люди. Они лишены сознания, души… лишь тела?, скованные Извечным льдом. И даже если у тела, например, отсутствует часть ноги?, Извечный лед заполняет недостающую плоть. Ваша семья никогда больше не сможет вас обнять или увидеть, но благодаря вашей жертве они смогут жить за Ледяной стеной. Дети получат образование, и никто не будет нуждаться до конца жизни.
Он часто задышал, молчал, опустив голову.
– У вас есть три дня на размышление. Если захотите, я позову извозчика, и он отвезет вас в Торговый город попытать удачу… Но больше я ничем не могу помочь. Простите… – я вылетела из сарая и, утирая слезы, вбежала в дом, запершись в своей комнате на втором этаже.
Тихо рыдала полдня. Ни с кем не хотелось разговаривать, и меня никто не беспокоил. Гости в доме, судя по всему, ничего не знали… Звуки были все те же, что и два дня назад. А вечером я услышала, как в соседней комнате кто-то тихо поет и будто скребёт по глиняной посуде.
Тихонько выскользнув из комнаты, заглянула в соседнюю и замерла, пораженная увиденным. Волтарка, припадая на лапу, помогала старшему ребенку гостей разрыхлять землю в одном из ящиков с рассадой, а рядом стояли горшки с пересаженными саженцами.
Мозги мои, казалось, заболели от напряжения. Скрип шестеренок, должно быть, был слышен во всем доме. Я осторожно прошла по комнатам второго этажа, где стояли во множестве почти загубленные мной растения, и обнаружила настоящее чудо. Пока я предавалась мрачным и тяжелым мыслям, мальчуган озаботился посадками да так, что они все ожили чудесным способом.
В одном халате я сбежала вниз и тут же вызвала Тамарина. Уже на следующий день в моем доме появилась еще одна гостья – старенькая служительница южного купола столицы, с множеством маленьких ящичков с рассадой и толстенным талмудом по растениеводству.
Лишь спустя сутки я смогла смотреть в лицо отцу семейства сквозь слезы радости, рассказывая, что ведущий садовод подтвердил талантливость их старшего сына, и что теперь всё будет хорошо.
Мне не верили, и, казалось, не понимали моей чрезмерной радости. Пока я рассказывала о будущем, что их ждет, на меня смотрели с сомнением, но тихая надежда всё же поселялась на их измученных лицах.
– Кижар, вам и вашей семье выделят сопровождающего в столицу на целый год. Он посе?лит вас в семейных комнатах общежития академии. Места хватит всем, и вам больше не придется дрожать от холода и думать о крыше над головой. В течение года вы освоите ледяное наречие. Оно не сложное, уходит корнями в общий, но имеет свои особенности. Освоитесь, не сомневайтесь. Вам выдадут стандартный комплект столичной одежды и всё необходимое для жизни. В общежитии академии есть столовая, там и будете питаться, даже готовить не придется!
– У нас денег нет, – пробурчал недоверчивый мужчина.
– Они вам и не понадобятся. Всё бесплатно. Жильё, пропитание, транспорт и медицина. Как только оформят документы, вы сможете всем этим пользоваться. Как освоитесь, вас и жену начнут обучать одной из профессий по вашему выбору, но из самых простых. А как пройдёте обучение, получите распределение. Не факт, что останетесь в столице… но и там, куда отправят, тоже будет очень хорошо. Девочки также получат образование. Придется работать, но наши медики будут внимательно следить за вашим здоровьем, перерабатывать не придется, и при любом недомогании у вас будет полное освобождение до излечения и восстановления.
Судя по лицам, мне всё ещё не верили.
– Финот, как только освоишься с наречием, поступишь на обучение в академию, а потом будешь совмещать учебу с работой подмастерья садовода. Мисс Тракади подтвердила твой талант в области растениеводства! – радостно выложила я заветный документ перед испуганной семьей. – Через два дня я оформлю все необходимые вам справки, и вас отвезут за Ледяную стену!
К сожалению, доверять мне семья так и не начала до самого отъезда. Напряжение в доме чувствовалось даже тогда, когда Тамарин усаживал их в утепленную карету, выделенную по такому случаю для обездоленной семьи. А я радостно махала им рукавичкой, наблюдая, как замотанные в мои же одеяла люди прощаются с прошлой жизнью, понимая, что теперь у них всё будет хорошо, гораздо лучше, чем они сами.
Я сама когда-то была такой. Но мне было проще, когда мы с отцом отправлялись за стену, была еще ребенком. Жизнь в принципе казалась ярким солнечным местом даже после ночи ужаса, когда мы с отцом бежали от бандитов и дней за которые чуть не замерзли в ущелье.
Ожившие стараниями мальчугана растения прожили еще три недели, но потом вновь начали увядать, пришлось выбросить почти половину.
И вот, вытаскивая очередной освобожденный ящик из дома, чтобы сложить его в сарай, я обнаружила во дворе двух мужчин. Закутанные в шубы, они восседали на конях, чьи попоны, казалось, согревали даже их копыта. Они неловко смотрели на мою волтарку и будто не решались войти.
Первым делом поинтересовавшись их самочувствием, я указала им на денник, где они и занялись своими лошадьми. А я ушла готовить. После стужи всегда хорошо согреться теплым питьем и чем-нибудь сытным, чтобы организм начал восстанавливаться.
Незнакомцы оказались наемниками, бежавшими из армии Облентии. Они утверждали, что не выдержали приказов, заставлявших их грабить безоружных. К побе?гу они, судя по всему, подготовились основательно. Даже лошадей не успели застудить. Попоны закрывали ноги лошадей, как чулки. Солдаты рассказали, что подсмотрели в караване, идущем на север, как защищали коней от мороза. Собрали припасов на две недели и отправились в путь.
Логика их поступка была проста: любое государство, граничащее с Облентией, не раз страдало от её агрессии, и беглецов там на службу не взяли бы. Проехать с оружием и лошадьми по вражеской территории тоже сложно. Вот они и решили отправиться по торговому тракту в страну, о которой почти ничего не известно. Торговцы слишком сильно охраняли секреты своих доходных путей, и после Северной войны о Ледяном королевстве ходили разве что сказки.
Но раз когда-то была война, то и в Ледяном королевстве должна быть армия. Вот наемники и решили, что пригодятся там. Пришлось их расстроить. Я рассказала, что набор в армию здесь не ведут, и если я не найду в них ни одного стоящего таланта, им придется повернуть обратно, или попытать удачу, присоединившись к каравану торговой компании Облентии.
Мужики даже съездили в Торговый городок, попытать счастья. Но им не повезло.
А потом я очнулась в больнице, в Столице. Последнее, что я помнила, это расстроенное лицо одного из наемников, глухой стук удара и визг боли на улице. Теряя сознание и снова обретая его, каждый раз удивлялась белому потолку палаты, пока не увидела над собой лицо Ледяной королевы.
– Эльминоэль, всё будет хорошо. Совсем скоро ты поправишься и вернешься к работе. Посмотри в мои глаза еще немного, тебе станет легче.
Я снова уснула.
Глава 5 Первые секреты
Восстанавливалась действительно быстро. Еще две недели, проведенные после встречи с Ледяной королевой, и даже перестала понимать, что же я делаю в больнице.
Меня снова отвезли в Дом отчаянья. Но на этот раз всё было по-другому. В королевской карете, в которой даже камин был, запряженной варгерами, меня сопровождал золотоглазый демон, внимательно смотря прямо мне в лицо всю поездку. А я прятала взгляд и дрожащие, совсем не от холода, руки.
Он оставил меня в доме, и время застыло в полусонном оцепенении. Казалось, я спала несколько дней до тех пор пока не вспоминала об отсутствующей волтарке. Ее нигде не было.
На следующий день шум с улицы заставил меня содрогнуться от ужаса. Превозмогая страх, вышла наружу, накинув поверх домашнего платья лишь шубу. К моему дому приближалась процессия.
Впереди, на огромном варгере, восседала Ледяная королева. Из-под синего платья, расшитого, не одной сотней драгоценных камней, виднелись её почти обнаженные ноги, обутые в знаменитые туфли из Извечного льда. Прозрачные, сверкающие, напоминающие стекло.
За ней, в карете, запряженной варгерами вдвое меньше, – в той самой, в которой я еще совсем недавно путешествовала, – ехал золотоглазый демон. Он высунулся из приоткрытого окна? и, очевидно, что-то отвечал Ледяной королеве.
