– У меня опять зуб, – жалуюсь я. – Тот самый…
– Я помню. Но ты же пока не родила?
– Нет. Ещё месяц примерно, – скулю от боли.
– Понимаешь, Лерочка, у меня всё равно нет анестезии для беременных, а обычную я не могу вколоть. Поэтому тебе лучше поехать в стоматологический центр. Там у них есть всё на все случаи жизни. Конечно, не дёшево, но в данном случае это единственный выход, – сочувственно объясняет доктор. – Ну, а когда родишь, то я уже смогу тебе помочь.
Я знаю, что сама виновата, потому что тянула время и не хотела лечить зубы. Тупо боялась. Но сейчас я готова на всё, чтобы только меня перестала мучить эта зубная боль.
– Игореш! – вою я. – Отвези меня, пожалуйста, в центр стоматологии, а то я сдохну скоро.
– Я тебя уже за коляской возил, - бурчит брат.
– Ну и что? – ною я. – У меня дико зуб болит! А беременным отказывать нельзя!
– А то что?
– Плохо будет!
– Кому?! Мне?! Даже не надейся! Я не суеверный! Попроси батю, – советует Игорь. – Он, по крайней мере, лучше в медицинских учреждениях ориентируется. Заодно и оплатит тебе всё.
Звоню отцу. Ему, конечно, ехать из другого города, но он мне не отказывает. И поздно вечером мы приезжаем в стоматологический центр. Там народищу столько, что, наверное, зубы болят у всей страны.
Мне повезло с папой, потому что он лично узнаёт всю информацию. А я уже плохо соображаю. В моей голове сплошная боль, а в глазах всё плывёт.
Смутно помню, как высидели очередь, и о чём беседовали. Папа развлекал меня, как мог, но тут у меня словно провалы в башке случились. Всё как в тумане. Я только вздрагиваю, когда меня приглашают в кабинет.
Из кабинета я выхожу измученная, но с утихающей болью. Даже ночной мир вокруг меня начинает оживать.
Поздним утром я не спешу вылезать из кровати. Голова просто раскалывается. Понятно! Я же всю ночь провела в зубных муках.
На телефон падают смски от Эмиля, а у меня такая апатия, что я только просматриваю всплывающие уведомления. Оказывается, я вчера написала ему, что мы с папой в стоматологии, но в упор этого не помню. А сегодня Эмиль активно интересуется, чем всё закончилось. И предлагает встретиться.
Нехорошо, наверное, игнорить парня, поэтому наговариваю голосовое и вкратце описываю ему своё состояние. А оно у меня не ахти! И не выспалась, и не спится, и в сон клонит, и кушать хочется. Брожу по комнате, как пьяная. Вроде и на улицу не мешало бы сходить.
«П@здец!» – всё в духе Эмиля, где он таким образом выражает свои эмоции. – «Солнце, ложись поспи!», «Хоть чуть-чуть», «Как-то».
«Ну, я не знаю тогда, во сколько проснусь».
«Ты куда-то хочешь?» – спрашивает Эмиль, готовый заехать за мной.
«Пока что я хочу, чтобы голова не болела».
«Как этому можно поспособствовать?» – хороший вопрос, но смайлик с широкой улыбкой здесь явно лишний, и это бесит.
«Да, лучше пойду посплю немножко», – отвечаю нейтрально.
«Давай», «Может на ужастик сходим?», «Если успеешь проснуться».
«Я напишу, когда проснусь».
«Давай, отдохни», – смайлик с сердечками выглядит мило.
Просыпаюсь я через три часа, но идти в кино я не горю желанием. Тем более, на ужастик. Мне всегда нравился этот жанр, но за прошедшие сутки я столько страхов натерпелась, что щекотать себе нервы не стоит.
Моя голова всё ещё слегка побаливает, но я уже хотя бы не плаваю в тумане. Я брожу по квартире, пытаясь собрать себя по частям, и натыкаюсь на своё отражение в зеркале. Что-то мне подсказывает, что это не я, а зомби-апокалипсис на минималках. Глаза мутные, волосы растрёпанные, а лицо... лучше промолчать. Эмилю я, конечно, напишу, но не сейчас. Мне нужно хотя бы придать себе человеческий вид, а потом уже думать о всяких там свиданиях. Я принимаю душ, и тёплая вода смывает остатки ночного кошмара. Снова смотрю в зеркало, и, о чудо, я начинаю себя узнавать. Натягиваю свободный спортивный костюм, иду на кухню, чтобы наконец-то нормально поесть.
В очередной раз благодарна Лике, что дома всегда есть покушать. Аппетит зверский.
«Я проснулась», - как и обещала, пишу Эмилю.
Он словно ждёт моего сообщения, потому что отвечает сразу.
«Всё хорошо?» «Встретимся?», «Я заеду», «В кино?»
«Спасибо, но давай не сегодня. Я не выдержу последний сеанс в кино».
«Можем не в кино», «А просто», «Покатаемся».
Смотрю на часы. Уже почти семь вечера, и мне очень лень одеваться и куда-то тащиться.
«Давай лучше не сегодня», – пишу я. - «Я не в форме. Может, завтра? Или послезавтра?»
«Не-не-не!», «Никаких послезавтра!», «Завтра я закончу работу пораньше и тебя украду!»
Я улыбаюсь, глядя на сообщение и ряд довольных смайликов. Такое мужское внимание всегда приятно.
На следующий день я уже полностью прихожу в себя, насколько это возможно в моём положении. Не могу сказать, что у меня прекрасное настроение, но, в целом, вполне пригодное для свидания.
К дому подъезжает чёрная БМВ. Точно такая же, как… Жесть! Я аж шарахаюсь, готовая сбежать обратно домой. Внутри всё заматывается в тугой узел. В голове взрываются миллионы искр, а перед глазами проносится тысяча кадров с воспоминаниями. В основном хорошими. Застываю на месте. Кажется, что время не просто остановилось, а помчалось вспять. Сердце то грохочет, то замирает. И успокаивается лишь тогда, когда из машины выходит… Эмиль.
Блин! Какой-то морок! Что за проклятие на мне с этими одинаковыми бэхами? И где мой белый Рэндж Ровер?
Эмиль направляется ко мне, и я делаю несколько шагов ему навстречу. Он заключает меня в объятия и целует в волосы. Как бы по-дружески, но не совсем. Это я держу дистанцию и не выпускаю его из френдзоны. А он, кажется, уже готов на большее.
– Привет! – улыбается парень, демонстрируя свои ровные белые зубы. – Ты стала ещё красивее!
– Спасибо! – я скромно опускаю голову.
На нём снова спортивки и жилетка. Это просто, но он выглядит невероятно. И пусть его красота для меня не на первом месте, но я уверена, что многие девушки мне позавидуют.
Чувствую, как мои пальцы оказывается в его тёплой ладони. Эмиль подводит меня к БМВ и открывает пассажирскую дверь. Я бросаю на него вопросительный взгляд прежде, чем начать устраиваться на сидении.
– Извини, я сегодня на рабочей машине, – оправдывается Эмиль. – Не стал забирать джип. Обычно по будням я на этой тачке…
– А Рэндж Ровер – это выходная машина, – заканчиваю я за него.
– Типа того, – ухмыляется Эмиль, и улыбка не сходит с его лица. – Можем заехать забрать.
Он произносит это настолько беспечно, что мне даже не хочется нагружать его лишними поездками. Наверняка ему потом нужно будет поменять машины обратно, чтобы поехать с утра на работу.
– Да мне и на этой неплохо, – я осматриваю салон, прежде чем опуститься на сидение.
Эмиль бережно поддерживает меня под локоть, а потом захлопывает дверцу и занимает своё водительское место.
– Здесь не очень чисто, – замечает он. – Тачка рабочая…
По сравнению с Рэндж Ровером салон, конечно, уставший, и запах другой – как в подержанных машинах. Но в целом всё убрано, и особой грязи не видно. Так, обычные потёртости, последствия эксплуатации транспортного средства.
Парень заводит двигатель, и я вижу, как его лицо становится серьёзным и сосредоточенным, словно он сел за штурвал космического корабля, а не за руль какой-то поюзанной бэхи. Его нога плавно надавливает на педаль газа, и машина быстро и послушно набирает скорость.
- Тачка огонь! – усмехается Эмиль. – Да, она не новая, но бл@, такая…офигенная! Я, когда покупал, уже был уверен в ней, а когда её пригнали… Ну это просто бомба! На ней и по городу, и на трассе плюс вайб!
Он так кайфует от своей тачки, что я даже на секунду забываю, что мы тут просто едем. Мне становится смешно, потому что он говорит о ней, как о живом существе. Он гладит руль, как будто это голова любимой собаки, и я понимаю, что он относится к этой машине с какой-то особенной теплотой.
А ещё я вижу рядом с собой размытый образ Данилы. У нас с ним тоже когда-то всё начиналось примерно так. И чем закончилось…
Ком подкатывает к горлу, я сглатываю его со слюной и пытаюсь думать о чём-то хорошем. Но всё хорошее осталось именно там, с Данилой. Впрочем, плохое тоже.
Переключаю взгляд и мысли на Эмиля. Его руки на руле лежат уверенно, пальцы — длинные и сильные — слегка сжимают кожаную оплётку. Он ведёт машину плавно, но с какой-то скрытой энергией, как будто знает все её секреты. Каждый поворот, каждое перестроение — всё отточено до мелочей. Он не лихачит, не дёргает руль, но скорость держит такую, что я понимаю: мы не просто едем, мы летим. В этот момент он полностью погружён в процесс, и я даже слегка отстраняюсь, чтобы не нарушить его концентрацию. Кажется, он не просто управляет машиной, а сливается с ней в одно целое.
У каждого человека есть свои маленькие сумасшествия. И я даже немного завидую ему. Его страсти, его любви к мелочам, к тому, что делает его счастливым. Я не знаю, что делает счастливой меня. Пока что я чувствую только усталость.
Но, глядя на него, на его сосредоточенный профиль, и мне становится спокойно. С ним я могу расслабиться и не думать о дороге.
– Ещё один фанат БМВ, – с сарказмом замечаю я.
– БМВ – лучшие! – произносит парень со страстной уверенностью, искоса глядя на меня.
– И что, даже Мерседесы отстой?! – ёрничаю я.
– Ну, что Мерсы? – он задумывается. – Каждому своё! Мне Мерсы не заходят. Также, как и Порше. А вот Рэндж Ровер – это тема!
– Порше не любишь? – хмурюсь я.
– Не-а, – мотает головой Эмиль. – Не моё. Беспонтовая тачка. В мире, где существуют Ламборгини и Феррари с их агрессивным, футуристичным дизайном, классический Порш слишком неприметный. Но… – он делает паузу, – любая машина, это… стиль жизни. Не понимаешь, пока не попробуешь.
– Наверное, – отвечаю неопределённо, потому что спорить о том, в чём я полный профан, глупо.
– Я бы так не говорил, если б через мои руки не прошло ох@енное количество тачек. Могу о любой марке лекции читать, – хвастается Эмиль.
Ни минуты не сомневаюсь в его ораторских способностях. Чесать языком – не мешки ворочать. А у этого парня язык подвешен очень даже хорошо. Мне хочется ответить что-то едкое, но я ловлю себя на мысли, что этот тип за словом в карман не полезет.
– А куда мы едем? – меняю тему разговора.
– А куда ты хочешь? – Эмиль отвлекается от дороги и смотрит на меня.
Его глаза блестят от азарта. Этот парень знает, чем привлечь внимание и как расположить к себе людей. Он на этом зарабатывает деньги.
– Никуда особо. Просто ты так целенаправленно рулишь…
– В ресторан или в Макдональдс? – задорно спрашивает парень. – Я вообще-то сегодня хотел тебе свою работу показать. Как раз сейчас рабочий день ещё не закончился. С Мироном познакомишься, если он ещё не свинтил из офиса.
– Макдональдс, – делаю выбор и добавляю. – Я пока не проголодалась, поэтому согласна познакомиться с твоей работой. И с Мироном.
Эмиль довольно усмехается, слегка тряхнув головой, и продолжает наш путь в потоке машин.
Он лихо залетает на просторную площадку перед каким-то ангаром. Резко тормозит, поднимая ворох пыли.
– Ну, пошли познакомлю тебя с главным, – шутит Эмиль.
Я чинно сижу и жду, пока он поможет мне выбраться из машины. Всё-таки из Рэндж Ровера выходить удобнее. Парень подаёт мне руку. Я ощущаю надёжную опору, хотя он проделывает это непринуждённо. Наверное, для него в порядке вещей такое отношение к девушкам.
Мы идём к ангару. Эмиль распахивает дверь, которая встроена в огромные ворота. Моему взору открывается внушительных размеров помещение, оборудованное в самую настоящую фотостудию для машин. Теперь я знаю, почему его инстаграм пестрит такими классными фотками. Фоновые шторы различных тонов и разные световые приспособления с прибамбасами для идеальных снимков и видеороликов и прочие приблуды делают своё дело.
– Обалдеть! – тихо и с восторгом произношу я. – Вот это да!
– Нравится? – гордо вскидывает голову Эмиль.
– Офигенно! – шепчу я.
– Это моя фотостудия. Я не хило вложился, пока сделал всё грамотно. Зато теперь реклама машин работает по полной.
Далее Эмиль ведёт меня в свой офис. В небольшом кабинете всего два стола. За одним сидит парень. Огромный такой. Как богатырь из русской сказки. Только борода не такая густая и стрижка короткая. А взгляд, как и у Эмиля – тёплый и доверительный.
– Знакомься. Это Мирон, – представляет мне великана Эмиль.
Мирон грузно поднимается со стула, словно вырастает из-под земли, и протягивает мне свою могучую руку. Моя ладонь просто тонет в его огромной лапищи.
– Я Лера, – смущённо улыбаюсь.
Парни перекидываются несколькими рабочими фразами, и мы с Эмилем едем в Макдональдс.
– Ну, как тебе Мирон? – спрашивает Эмиль.
– Прико-о-ольный, – тяну я. – И такой большой… Как скала.
- Прикинь, он женился недавно.
– Ну это же хорошо?! – произношу утвердительно-вопросительно.
– Это классно! – печально вздыхает парень.
– Ты чего-то не рад за товарища, – делаю вывод.
– Нет, почему? Я рад, – сникает Эмиль. – Ещё одного друга проводил в семейную жизнь. А сам вот…
Вспоминается наш недавний разговор о поисках жены. Для меня вопрос семьи тоже актуальный, но это не за первого же встречного выходить замуж.
– Будет и на твоей улице праздник, – подбадриваю.
Он поднимает на меня свой мягкий грустный взор. Смотрит так, будто сейчас скажет что-то важное и сокровенное. Но пока молчит, разглядывая эмоции на моём лице. А они, наверное, как на ладони – смятение, жажда стабильности, растерянность и неизвестность.
– Я реально ищу серьёзные отношения. Понимаешь, когда вокруг все друзья уже обзавелись семьями, я чувствую себя слишком одиноким. У многих уже есть дети. У Мирона, кстати, тоже скоро родится сын…
Это что? Очередной прозрачный намёк на отношения со мной? Я, конечно, не против… как будто… Но точно не сейчас и не так быстро.
– Ты не одинокий! У тебя есть отец, брат и сестра!
– Эх, – тяжело вздыхает Эмиль. – Это не совсем то. Брат погрузился в отношения с девушкой. А сеструха уже замужем. И у них сын. Мой племянник.
– О-о-о! – восхищаюсь я. – А покажи мне свою сестру! Она же есть в инстаграме? Как её зовут?
Эмиль берёт свой телефон. Листает и куда-то тыкает пальцем.
– Её зовут Ира, – он не отрывает глаз от дисплея.
Я прекрасно помню, сколько подписчиков у этого парня, поэтому не удивительно, что он не сразу находит среди них сестру.
– Ну вот, – он поворачивает свой айфон экраном ко мне.
Первым делом я обращаю внимание на ник этой девушки. Перед глазами мелькают её публикации, которые я не успеваю рассматривать, потому что запоминаю имя, чтобы потом зайти к ней на страницу и внимательно изучить её профиль.
– Здорово! – говорю я. – У тебя там столько подписчиков… Где ты их взял?
Эмиль пожимает плечами и хитро как-то улыбается.
– Сами нашлись. Я же предприниматель. У меня реклама, – уже говорит серьёзно.
– Я там у тебя видела Самвела… – не удерживаюсь я от любопытства. – Ты занимался у него в клубе?
– Да, мы с Самвелом хорошо знакомы. Но занимался я в другом клубе. С Самвелом нас связывают деловые отношения. Мы помогали ему, когда он открывал свой клуб. В своё время мы овердофига туда задонатили.
– Я помню. Но ты же пока не родила?
– Нет. Ещё месяц примерно, – скулю от боли.
– Понимаешь, Лерочка, у меня всё равно нет анестезии для беременных, а обычную я не могу вколоть. Поэтому тебе лучше поехать в стоматологический центр. Там у них есть всё на все случаи жизни. Конечно, не дёшево, но в данном случае это единственный выход, – сочувственно объясняет доктор. – Ну, а когда родишь, то я уже смогу тебе помочь.
Я знаю, что сама виновата, потому что тянула время и не хотела лечить зубы. Тупо боялась. Но сейчас я готова на всё, чтобы только меня перестала мучить эта зубная боль.
– Игореш! – вою я. – Отвези меня, пожалуйста, в центр стоматологии, а то я сдохну скоро.
– Я тебя уже за коляской возил, - бурчит брат.
– Ну и что? – ною я. – У меня дико зуб болит! А беременным отказывать нельзя!
– А то что?
– Плохо будет!
– Кому?! Мне?! Даже не надейся! Я не суеверный! Попроси батю, – советует Игорь. – Он, по крайней мере, лучше в медицинских учреждениях ориентируется. Заодно и оплатит тебе всё.
Звоню отцу. Ему, конечно, ехать из другого города, но он мне не отказывает. И поздно вечером мы приезжаем в стоматологический центр. Там народищу столько, что, наверное, зубы болят у всей страны.
Мне повезло с папой, потому что он лично узнаёт всю информацию. А я уже плохо соображаю. В моей голове сплошная боль, а в глазах всё плывёт.
Смутно помню, как высидели очередь, и о чём беседовали. Папа развлекал меня, как мог, но тут у меня словно провалы в башке случились. Всё как в тумане. Я только вздрагиваю, когда меня приглашают в кабинет.
Из кабинета я выхожу измученная, но с утихающей болью. Даже ночной мир вокруг меня начинает оживать.
Поздним утром я не спешу вылезать из кровати. Голова просто раскалывается. Понятно! Я же всю ночь провела в зубных муках.
На телефон падают смски от Эмиля, а у меня такая апатия, что я только просматриваю всплывающие уведомления. Оказывается, я вчера написала ему, что мы с папой в стоматологии, но в упор этого не помню. А сегодня Эмиль активно интересуется, чем всё закончилось. И предлагает встретиться.
Нехорошо, наверное, игнорить парня, поэтому наговариваю голосовое и вкратце описываю ему своё состояние. А оно у меня не ахти! И не выспалась, и не спится, и в сон клонит, и кушать хочется. Брожу по комнате, как пьяная. Вроде и на улицу не мешало бы сходить.
«П@здец!» – всё в духе Эмиля, где он таким образом выражает свои эмоции. – «Солнце, ложись поспи!», «Хоть чуть-чуть», «Как-то».
«Ну, я не знаю тогда, во сколько проснусь».
«Ты куда-то хочешь?» – спрашивает Эмиль, готовый заехать за мной.
«Пока что я хочу, чтобы голова не болела».
«Как этому можно поспособствовать?» – хороший вопрос, но смайлик с широкой улыбкой здесь явно лишний, и это бесит.
«Да, лучше пойду посплю немножко», – отвечаю нейтрально.
«Давай», «Может на ужастик сходим?», «Если успеешь проснуться».
«Я напишу, когда проснусь».
«Давай, отдохни», – смайлик с сердечками выглядит мило.
Просыпаюсь я через три часа, но идти в кино я не горю желанием. Тем более, на ужастик. Мне всегда нравился этот жанр, но за прошедшие сутки я столько страхов натерпелась, что щекотать себе нервы не стоит.
Моя голова всё ещё слегка побаливает, но я уже хотя бы не плаваю в тумане. Я брожу по квартире, пытаясь собрать себя по частям, и натыкаюсь на своё отражение в зеркале. Что-то мне подсказывает, что это не я, а зомби-апокалипсис на минималках. Глаза мутные, волосы растрёпанные, а лицо... лучше промолчать. Эмилю я, конечно, напишу, но не сейчас. Мне нужно хотя бы придать себе человеческий вид, а потом уже думать о всяких там свиданиях. Я принимаю душ, и тёплая вода смывает остатки ночного кошмара. Снова смотрю в зеркало, и, о чудо, я начинаю себя узнавать. Натягиваю свободный спортивный костюм, иду на кухню, чтобы наконец-то нормально поесть.
В очередной раз благодарна Лике, что дома всегда есть покушать. Аппетит зверский.
«Я проснулась», - как и обещала, пишу Эмилю.
Он словно ждёт моего сообщения, потому что отвечает сразу.
«Всё хорошо?» «Встретимся?», «Я заеду», «В кино?»
«Спасибо, но давай не сегодня. Я не выдержу последний сеанс в кино».
«Можем не в кино», «А просто», «Покатаемся».
Смотрю на часы. Уже почти семь вечера, и мне очень лень одеваться и куда-то тащиться.
«Давай лучше не сегодня», – пишу я. - «Я не в форме. Может, завтра? Или послезавтра?»
«Не-не-не!», «Никаких послезавтра!», «Завтра я закончу работу пораньше и тебя украду!»
Я улыбаюсь, глядя на сообщение и ряд довольных смайликов. Такое мужское внимание всегда приятно.
На следующий день я уже полностью прихожу в себя, насколько это возможно в моём положении. Не могу сказать, что у меня прекрасное настроение, но, в целом, вполне пригодное для свидания.
К дому подъезжает чёрная БМВ. Точно такая же, как… Жесть! Я аж шарахаюсь, готовая сбежать обратно домой. Внутри всё заматывается в тугой узел. В голове взрываются миллионы искр, а перед глазами проносится тысяча кадров с воспоминаниями. В основном хорошими. Застываю на месте. Кажется, что время не просто остановилось, а помчалось вспять. Сердце то грохочет, то замирает. И успокаивается лишь тогда, когда из машины выходит… Эмиль.
Блин! Какой-то морок! Что за проклятие на мне с этими одинаковыми бэхами? И где мой белый Рэндж Ровер?
Эмиль направляется ко мне, и я делаю несколько шагов ему навстречу. Он заключает меня в объятия и целует в волосы. Как бы по-дружески, но не совсем. Это я держу дистанцию и не выпускаю его из френдзоны. А он, кажется, уже готов на большее.
– Привет! – улыбается парень, демонстрируя свои ровные белые зубы. – Ты стала ещё красивее!
– Спасибо! – я скромно опускаю голову.
На нём снова спортивки и жилетка. Это просто, но он выглядит невероятно. И пусть его красота для меня не на первом месте, но я уверена, что многие девушки мне позавидуют.
Чувствую, как мои пальцы оказывается в его тёплой ладони. Эмиль подводит меня к БМВ и открывает пассажирскую дверь. Я бросаю на него вопросительный взгляд прежде, чем начать устраиваться на сидении.
– Извини, я сегодня на рабочей машине, – оправдывается Эмиль. – Не стал забирать джип. Обычно по будням я на этой тачке…
– А Рэндж Ровер – это выходная машина, – заканчиваю я за него.
– Типа того, – ухмыляется Эмиль, и улыбка не сходит с его лица. – Можем заехать забрать.
Он произносит это настолько беспечно, что мне даже не хочется нагружать его лишними поездками. Наверняка ему потом нужно будет поменять машины обратно, чтобы поехать с утра на работу.
– Да мне и на этой неплохо, – я осматриваю салон, прежде чем опуститься на сидение.
Эмиль бережно поддерживает меня под локоть, а потом захлопывает дверцу и занимает своё водительское место.
– Здесь не очень чисто, – замечает он. – Тачка рабочая…
По сравнению с Рэндж Ровером салон, конечно, уставший, и запах другой – как в подержанных машинах. Но в целом всё убрано, и особой грязи не видно. Так, обычные потёртости, последствия эксплуатации транспортного средства.
Парень заводит двигатель, и я вижу, как его лицо становится серьёзным и сосредоточенным, словно он сел за штурвал космического корабля, а не за руль какой-то поюзанной бэхи. Его нога плавно надавливает на педаль газа, и машина быстро и послушно набирает скорость.
- Тачка огонь! – усмехается Эмиль. – Да, она не новая, но бл@, такая…офигенная! Я, когда покупал, уже был уверен в ней, а когда её пригнали… Ну это просто бомба! На ней и по городу, и на трассе плюс вайб!
Он так кайфует от своей тачки, что я даже на секунду забываю, что мы тут просто едем. Мне становится смешно, потому что он говорит о ней, как о живом существе. Он гладит руль, как будто это голова любимой собаки, и я понимаю, что он относится к этой машине с какой-то особенной теплотой.
А ещё я вижу рядом с собой размытый образ Данилы. У нас с ним тоже когда-то всё начиналось примерно так. И чем закончилось…
Ком подкатывает к горлу, я сглатываю его со слюной и пытаюсь думать о чём-то хорошем. Но всё хорошее осталось именно там, с Данилой. Впрочем, плохое тоже.
Переключаю взгляд и мысли на Эмиля. Его руки на руле лежат уверенно, пальцы — длинные и сильные — слегка сжимают кожаную оплётку. Он ведёт машину плавно, но с какой-то скрытой энергией, как будто знает все её секреты. Каждый поворот, каждое перестроение — всё отточено до мелочей. Он не лихачит, не дёргает руль, но скорость держит такую, что я понимаю: мы не просто едем, мы летим. В этот момент он полностью погружён в процесс, и я даже слегка отстраняюсь, чтобы не нарушить его концентрацию. Кажется, он не просто управляет машиной, а сливается с ней в одно целое.
У каждого человека есть свои маленькие сумасшествия. И я даже немного завидую ему. Его страсти, его любви к мелочам, к тому, что делает его счастливым. Я не знаю, что делает счастливой меня. Пока что я чувствую только усталость.
Но, глядя на него, на его сосредоточенный профиль, и мне становится спокойно. С ним я могу расслабиться и не думать о дороге.
– Ещё один фанат БМВ, – с сарказмом замечаю я.
– БМВ – лучшие! – произносит парень со страстной уверенностью, искоса глядя на меня.
– И что, даже Мерседесы отстой?! – ёрничаю я.
– Ну, что Мерсы? – он задумывается. – Каждому своё! Мне Мерсы не заходят. Также, как и Порше. А вот Рэндж Ровер – это тема!
– Порше не любишь? – хмурюсь я.
– Не-а, – мотает головой Эмиль. – Не моё. Беспонтовая тачка. В мире, где существуют Ламборгини и Феррари с их агрессивным, футуристичным дизайном, классический Порш слишком неприметный. Но… – он делает паузу, – любая машина, это… стиль жизни. Не понимаешь, пока не попробуешь.
– Наверное, – отвечаю неопределённо, потому что спорить о том, в чём я полный профан, глупо.
– Я бы так не говорил, если б через мои руки не прошло ох@енное количество тачек. Могу о любой марке лекции читать, – хвастается Эмиль.
Ни минуты не сомневаюсь в его ораторских способностях. Чесать языком – не мешки ворочать. А у этого парня язык подвешен очень даже хорошо. Мне хочется ответить что-то едкое, но я ловлю себя на мысли, что этот тип за словом в карман не полезет.
– А куда мы едем? – меняю тему разговора.
– А куда ты хочешь? – Эмиль отвлекается от дороги и смотрит на меня.
Его глаза блестят от азарта. Этот парень знает, чем привлечь внимание и как расположить к себе людей. Он на этом зарабатывает деньги.
– Никуда особо. Просто ты так целенаправленно рулишь…
– В ресторан или в Макдональдс? – задорно спрашивает парень. – Я вообще-то сегодня хотел тебе свою работу показать. Как раз сейчас рабочий день ещё не закончился. С Мироном познакомишься, если он ещё не свинтил из офиса.
– Макдональдс, – делаю выбор и добавляю. – Я пока не проголодалась, поэтому согласна познакомиться с твоей работой. И с Мироном.
Эмиль довольно усмехается, слегка тряхнув головой, и продолжает наш путь в потоке машин.
Он лихо залетает на просторную площадку перед каким-то ангаром. Резко тормозит, поднимая ворох пыли.
– Ну, пошли познакомлю тебя с главным, – шутит Эмиль.
Я чинно сижу и жду, пока он поможет мне выбраться из машины. Всё-таки из Рэндж Ровера выходить удобнее. Парень подаёт мне руку. Я ощущаю надёжную опору, хотя он проделывает это непринуждённо. Наверное, для него в порядке вещей такое отношение к девушкам.
Мы идём к ангару. Эмиль распахивает дверь, которая встроена в огромные ворота. Моему взору открывается внушительных размеров помещение, оборудованное в самую настоящую фотостудию для машин. Теперь я знаю, почему его инстаграм пестрит такими классными фотками. Фоновые шторы различных тонов и разные световые приспособления с прибамбасами для идеальных снимков и видеороликов и прочие приблуды делают своё дело.
– Обалдеть! – тихо и с восторгом произношу я. – Вот это да!
– Нравится? – гордо вскидывает голову Эмиль.
– Офигенно! – шепчу я.
– Это моя фотостудия. Я не хило вложился, пока сделал всё грамотно. Зато теперь реклама машин работает по полной.
Далее Эмиль ведёт меня в свой офис. В небольшом кабинете всего два стола. За одним сидит парень. Огромный такой. Как богатырь из русской сказки. Только борода не такая густая и стрижка короткая. А взгляд, как и у Эмиля – тёплый и доверительный.
– Знакомься. Это Мирон, – представляет мне великана Эмиль.
Мирон грузно поднимается со стула, словно вырастает из-под земли, и протягивает мне свою могучую руку. Моя ладонь просто тонет в его огромной лапищи.
– Я Лера, – смущённо улыбаюсь.
Парни перекидываются несколькими рабочими фразами, и мы с Эмилем едем в Макдональдс.
– Ну, как тебе Мирон? – спрашивает Эмиль.
– Прико-о-ольный, – тяну я. – И такой большой… Как скала.
- Прикинь, он женился недавно.
– Ну это же хорошо?! – произношу утвердительно-вопросительно.
– Это классно! – печально вздыхает парень.
– Ты чего-то не рад за товарища, – делаю вывод.
– Нет, почему? Я рад, – сникает Эмиль. – Ещё одного друга проводил в семейную жизнь. А сам вот…
Вспоминается наш недавний разговор о поисках жены. Для меня вопрос семьи тоже актуальный, но это не за первого же встречного выходить замуж.
– Будет и на твоей улице праздник, – подбадриваю.
Он поднимает на меня свой мягкий грустный взор. Смотрит так, будто сейчас скажет что-то важное и сокровенное. Но пока молчит, разглядывая эмоции на моём лице. А они, наверное, как на ладони – смятение, жажда стабильности, растерянность и неизвестность.
– Я реально ищу серьёзные отношения. Понимаешь, когда вокруг все друзья уже обзавелись семьями, я чувствую себя слишком одиноким. У многих уже есть дети. У Мирона, кстати, тоже скоро родится сын…
Это что? Очередной прозрачный намёк на отношения со мной? Я, конечно, не против… как будто… Но точно не сейчас и не так быстро.
– Ты не одинокий! У тебя есть отец, брат и сестра!
– Эх, – тяжело вздыхает Эмиль. – Это не совсем то. Брат погрузился в отношения с девушкой. А сеструха уже замужем. И у них сын. Мой племянник.
– О-о-о! – восхищаюсь я. – А покажи мне свою сестру! Она же есть в инстаграме? Как её зовут?
Эмиль берёт свой телефон. Листает и куда-то тыкает пальцем.
– Её зовут Ира, – он не отрывает глаз от дисплея.
Я прекрасно помню, сколько подписчиков у этого парня, поэтому не удивительно, что он не сразу находит среди них сестру.
– Ну вот, – он поворачивает свой айфон экраном ко мне.
Первым делом я обращаю внимание на ник этой девушки. Перед глазами мелькают её публикации, которые я не успеваю рассматривать, потому что запоминаю имя, чтобы потом зайти к ней на страницу и внимательно изучить её профиль.
– Здорово! – говорю я. – У тебя там столько подписчиков… Где ты их взял?
Эмиль пожимает плечами и хитро как-то улыбается.
– Сами нашлись. Я же предприниматель. У меня реклама, – уже говорит серьёзно.
– Я там у тебя видела Самвела… – не удерживаюсь я от любопытства. – Ты занимался у него в клубе?
– Да, мы с Самвелом хорошо знакомы. Но занимался я в другом клубе. С Самвелом нас связывают деловые отношения. Мы помогали ему, когда он открывал свой клуб. В своё время мы овердофига туда задонатили.
