– Мы?
– Ну да. Я и мой отец.
В принципе ответ исчерпывающий. Едва ли стоит развивать эту тему дальше.
– Знаешь, – взгляд парня становится каким-то тёмным, – ты только не удивляйся, если тебе кто-то напишет или будет говорить про меня. Главное, не верь никому и лучше не отвечай! Если что, то спроси сначала у меня. Я всё объясню.
А вот это неожиданно! Этому типу есть что скрывать, оказывается! Он где-то конкретно наследил или жёстко накосячил. И, если до сего момента я не думала, что могу у кого-то спросить об Эмиле, то это предостережение сильно подстегнуло меня на поиск истины. Чувствую, как во мне пробуждается маленький Шерлок Холмс.
Я просто обязана копнуть глубже. Обязана узнать, что же он так тщательно скрывает. Держу телефон уже в руке и лихорадочно думаю, с чего начать. Кому написать? Может, стоит поискать его в соцсетях, посмотреть, с кем он общается. Я чувствую, что сейчас я на пороге какой-то тайны, и моя любознательность берёт верх над всякой осторожностью.
Опять листаю подписчиков Эмиля и его подписки, но там нет ни единой зацепки, чтобы продвинуться хоть на миллиметр в своём расследовании. Только Самвел. Но я чувствую, что обращаться к нему пока рановато.
Перед сном рассматриваю инсту сестры Эмиля, этой Иры. И, что странно, не нахожу у них с братом ничего общего во внешности. Никаких догадок по этому поводу у меня просто нет. Задавать этой девушке вопросы тоже как-то не комильфо. Снова тупик.
Аж голова снова разболелась. Бросаю это гиблое дело и скролю всё подряд. Отвлекает меня звонок Люды.
– Здравствуй, Лерочка! – её тон какой-то заискивающий, поэтому я настораживаюсь.
– Здравствуйте! – проявляю вежливость.
– Как твои дела? Как ты себя чувствуешь? – вопрос хоть и дежурный, но звучит заботливо.
– Ай, всё, как обычно! – небрежно бросаю я. – Живот растёт, Майя, как каратистка, пинается руками и ногами. Жду не дождусь, когда наконец родится…
– Не переживай! Дождёшься! – успокаивает меня Люда и переходит к основному, зачем звонит: – Лерочка, помнишь тот случай на стоянке?.. Ну, там Даник ещё кого-то побил…
Да уж! Такое не забывается. Сразу перед глазами всплывает избитое лицо водителя Ауди и окровавленные кулаки Данилы.
– А что? – отвечаю неопределённо.
– В общем, тот парень подал на Даника в суд и требует компенсацию восемь тысяч евро. Так вот я подумала, что ты можешь выступить свидетелем в суде и дать показания, что, например, тот водитель сам затеял драку. Только с Даником договоритесь, чтобы ваши слова сходились.
Ага, сейчас! Разбежалась! Когда же прекратятся эти просьбы вытаскивать Даню из всякого дерьма, которое он сам мутит? Однажды мне уже пришлось давать показания, и больше на эту авантюру я подписываться не собираюсь.
– И вы хотите, чтобы я, беременная, шла в суд и врала? – мой голос становится жёстким, как сталь. – Чтобы Даник, который не в состоянии отвечать за свои поступки, снова вышел сухим из воды? Он взрослый мужик, пусть сам разгребает.
Люда на том конце провода замолкает. Я представляю, как её лицо вытягивается, а глаза округляются от такого отпора. Она-то, наверное, ожидала моего кроткого согласия. Но я очень зла и больше не участвую в акциях по спасению чьей-то задницы. Хватит! А то, как коляску купить, так все сливаются, а как сыночку помочь, так давай, беременная Лера, вперёд!
– Лера, ты не понимаешь… – подолжает женщина жалобным тоном.
– Я всё прекрасно понимаю. Но нет. Я больше не играю в эти игры, – отрезаю я. – Мне надо к родам готовиться, а не испытывать стрессы из-за вашего сына. Восемь тысяч евро — это не моя проблема. Это его расплата за то, что он творит. И это ещё по-божески.
В воздухе повисает пауза. Я жду реакции. Люда выбирает молчаливое давление, но оно не работает.
– Я беременна, Люда! – уже, наверное, в сотый раз напоминаю я. – И это единственное, что меня сейчас волнует. У меня на руках скоро будет ребёнок, которого ваш Даник, скорее всего, знать не захочет. Так что, извините, но мне не до ваших разборок. Тем более, если учесть, что в момент конфликта я там не присутствовала, и ничего не видела. Зато там были другие люди, которые могут сказать, что меня там не было. И в результате мне предъявят дачу ложных показаний. А в тюрьму из-за вашего Даника я не пойду!
– Ясно, - зло сопит в трубку Люда. – Ладно, выкрутимся без тебя!
Разговор закончился на нехорошей ноте, оставив неприятный осадок.
Я опускаю лицо в ладони и тру глаза. Кажется, что семейство Данилы теперь будет преследовать меня пожизненно. Оно мне надо? Усмехаюсь про себя. Видимо, надо… Если только Эмиль не найдёт способ отвоевать меня у моих же собственных желаний.
Глажу свой живот. Майя. Моя Майя. Звучит как «моя» дважды. Это одна из причин, почему я выбрала такое имя. Это моя дочь и только моя. Кто станет её папой, я даже не предствляю. И будет ли вообще у моей дочери отец? Независимо от этого я точно знаю, что отныне я буду спасать только себя и своего ребёнка. И эта мысль куда дороже любых денег и всякой лжи. Маюня толкает меня в знак согласия, и мы сладко засыпаем.
Про звонок Люды я рассказываю только Лике, Игорю и Маше. Они надёжные, с ними я могу делиться своими секретами. Эти люди в теме и тоже принимают активное участие в моих негласных поисках правды об Эмиле. Только пока всё глухо. Общих знакомых так и не находится.
Утром на телефон приходит оповещение о новых письмах на сайте моей школы. Вижу, что мои выполненные задания приняты. У меня как-то совсем вылетело из головы обещание Эмиля сделать из меня отличницу. Но, кажется, не обманул. На всякий случай перепроверяю сообщения. Всё в полном ажуре.
– Эй, подруга! – кричит мне в трубку Машка. – Давай прошвырнёмся по магазинам, пока ещё руки от колясок свободны.
Обожаю свою Машенцию! Она вечно на позитиве и меня тащит за собой. С удовольствием принимаю предложение подруги погуляться. Мы встречаемся и потихоньку движемся к торговому центру.
Уже октябрь, и погода начинает соответствовать настоящей осени. На мне осенняя куртка, которая еле-еле сходится на моём животе. Если живот ещё увеличится, то я не смогу застегнуть молнию. Но из-за этого покупать себе новую одежду я пока не буду. Нужно поэкономить денежки.
Маша же и вовсе напоминает колобок на ножках. Её небольшой рост и живот, который больше моего, делают эту девушку смешной и милой. На ней надето широкое и динное мамино пальто, и Мария чувствует себя в нём очень комфортно.
– Слушай, мать, – обращается ко мне подруга, – ты уже что-то делала по домашке? Я вчера открыла, посмотрела, нифига не поняла и закрыла. Лень было тему читать. Ты разобралась?
Учёба – это последнее, о чём я вообще вспоминаю. Особенно теперь, когда больше не надо ломать голову над уроками. Даже Машке забыла рассказать, как мне подсобил Эмиль. Поэтому в ответ на её вопрос я раскрываю ей тайну, как можно стать прилежной ученицей на удалёнке.
Подруга сразу оживляется.
– Блин, Леркинс! – почти орёт она. – Я тоже так хочу, чтобы за меня кто-то все задания делал! Сколько это стоит?
– Не знаю, – пожимаю плечами. – Я спрашивала, но Эмиль сказал, что это не моя проблема. Он сам проплатит.
– Вот чёрт, – Машка нервно покусывает свои пухлые губки. – А давай ты у него спросишь это для меня. Я серьёзно! Наверняка тому чуваку, который делает за тебя задания, лишние деньги не помешают. А уж Артура я уболтаю, чтобы проплатил мне эту услугу.
Естественно, я охотно соглашаюсь выяснить у Эмиля сумму, которая волнует и меня саму. Не желаю быть у кого-то в долгу. Тем более у парня. Неважно, насколько он богат. Просто из прошлых отношений я вынесла для себя одну простую истину: чем больше вкладывает в тебя парень, тем вероятнее впоследствии услышать от него: «Шлюха!»
– Кстати, – говорит Маша. – Я сегодня в инсте Иру чекнула, которую ты мне скинула. Мне кажется, что она вышла замуж за пацана, который ко мне когда-то подкатывал. Он не местный. Из другого города. Мы переписывались, но потом я его отшила. Мне показалось, что он хочет типа пристороить свою жопу в большом городе.
– Ну, в таком случае, ему очень свезло! – констатирую я. – У Эмиля богатый отец. Этой Ире квартиру подарил. Так что у пацана губа не дура. А, может, у него про Эмиля спросить?
– И как это будет выглядеть? – Машка театрально разводит руками. – Хочешь, чтоб он Эмилю доложил? Да и вряд ли он вообще меня помнит. Думаю, он после меня обработал немало других баб.
– Ну да, – бурчу я.
– Да и хрен с ним, – отмахивается подруга, – главно, что не ко мне присосался. Он реально странным мне показался.
Мой айфон брякает. Открываю смс от Эмиля:
«Привет, солнце!», «Как дела?», «Чем занята?»
«Привет!», «Я в ТЦ».
«Одна?» – выглядит, как контроль, и я настораживаюсь.
«Нет», «С подругой».
«Отлично!», «Выбрала себе что-то купить?»
Чувствую, как с моих плеч падает тяжесть, которую я, оказывается, ношу уже очень давно. Моё напряжение спадает и на душе появляется спокойствие. Я так привыкла к вечным приступам ревности Данилы, что и сейчас подсознательно готовлюсь к разборкам. Но последний вопрос Эмиля не содержит ни намёка на контроль. И это невероятно расслабляет. Я не чувствую себя виноватой или обязанной кому-то. Просто лёгкое, приятное общение. Это так... непривычно. Я улыбаюсь своему отражению в витрине магазина, и эта улыбка кажется настоящей. Не натянутой. Не вымученной.
«Нет, а что?»
«Да так, думал тебе бабосиков скинуть на то, что тебе понравится».
Вот же любитель навязывать свои деньги. Эта тема немного подбешивает.
«Пока ничего не нравится», «Спасибо», «Мы просто гуляем», «Как у тебя дела?»
«Да так, на работе», «Но уже мечтаю о выходных», «Мы же увидимся?» – Эмиль отвечает почти сразу и в его ответе слышится некоторая настойчивость.
«Увидимся», – пишу, чтобы не расстраивать парня.
– Это Эмиль? – Машенция отрывается от своего телефона и нагло заглядывает в мой.
– А кто ж ещё? – тяну иронично.
– И что пишет? В любви признаётся? – хихикает Машка.
– Нет, слава богу! – наигранно отшатываюсь от подруги. – Этого только не хватало!
Я вкратце излагаю суть нашей переписки.
– Знаешь, что? – подруга легонько толкает меня в плечо. – Тебе наконец-то повезло с парнем! Прости, что напоминаю, но он не чета какому-то там Даниле, который своей лютой ревностью тебя мог до истерики довести. А этот Эмиль и при бабках, и бизнес свой. Сам деньги предлагает. Значит, не жадный…
– И мутный, – раздражённо перебиваю Машку.
– Что есть, то есть, – вздыхает подруга. – Я тоже пытаюсь что-то нарыть, но без толку. Никаких точек соприкосновения.
-– Уж, да-а-а! – разочарованно тяну я. – Чтобы среди десяти тысяч… и никого?!
– Я тут намедни подумала, что большая часть из этих подписчиков фэйковая. Ну, не в смысле, что это не люди, а дело в том, что он купил себе этих подписчиков. Помнишь, был сайт, где за евро можно плюс-минус сто подпичиков как с куста к себе приклеить?
– Кстати, да! – мой мозг стрелой пронизывает эта догадка. – Мне он затирает, что это бизнес и реклама, а на самом деле банальная показуха!
– Я не думаю, что прям все купленные, но значительная часть точно, – рассуждает Машка.
Я разделяю мнение подруги. Котелок у неё, реально, варит! И это очень смахивает на Эмиля. Кто-то приобретёт себе скромно двести-триста подписчиков, но такой, как Эмиль, не станет мелочиться. Он сделает всё с размахом: зальёт десять евро (это ж для него не деньги) и получит десять тысяч аков себе в подписчики. Для хайпа самое то.
– И ещё я заметила, что у него на странице нет никаких признаков, что он в отношениях. Или был в отношениях. Обычно сохраняются фотки, рилсы или сторис, где есть какие-то люди. А у него всё только про себя любимого, – излагает свои мысли Маша. – Я не поверю, что такой упакованный красавчик до сих пор один. Да только за его крутой тачкой должна выстраиваться километровая очередь из баб. А он вдруг выбрал тебя! Беременную!
– И мне это странно, – поджимаю губы и гримасничаю. – Сначала я боялась, что он извращенец какой-нибудь. Но вроде нет. Даже, когда я отказалась целоваться, то он спокойно к этому отнёсся.
– А, может, он и правда влюбился? – Машка наклоняет голову и хитро прищуривается. – Ты же такая классная! А беременность – это временное явление.
– Не знаю, Маш, – хмурюсь я. – Мне кажется, тут кроется какой-то подвох. Чую, что в воздухе витает что-то невидимое, и оно точно есть!
– Да, погоди! – продолжает размышлять она. – А если представить, что он типа спасатель?! Ему нравится помогать людям... Для него важно ощущать себя нужным… Надоело тратиться на капризы девушек, и он решил реально помочь тем, у кого серьёзные трудности. Не зря же он в волонтёры подался?
– Кто?! – усмехаюсь. – Эмиль – и спасатель?! Не смеши! Я тебе, кажется, говорила, как он отзывается о своих волонтёрских делишках. Для него это способ бабла срубить.
– Я просто прикинула один из вариков, – хлопает ресницами Маша.
– Ну даже если это вдруг так, то дальше что? Разгребёт мои проблемы и побежит искать следующую, кто нуждается в помощи?
– Так твои проблемы могут и не заканчиваться… – Машка демонстративно выпячивает губы и косится в сторону.
– Ну, спасибо тебе, подружка, за такие пророчества!
– Всегда пожалуйста! – лыбится засранка. – Ну ладно, не обижайся!
Пропускаю мимо ушей юмор подруги.
– Не, вряд ли. Тут что-то другое, – отметаю я все предположения.
– Тогда почему бы тебе не спросить у него напрямую о его прошлых отношениях?
– Как-то неловко лезть в чужую жизнь, – отвечаю с сомнением.
– Что значит чужую? – насупливается подруга. – Он практически предлагает тебе сойтись с ним, а ты по что-то чужое! Нет уж! Тебе он задаёт любые вопросы и не стесняется. Так почему ты должна молчать?
Действительно! Почему я должна молчать? Спрошу, и посмотрю, что ответит. Будет новая пища для размышлений.
Мне не терпится. Я жду свидания с Эмилем. Мой азарт разгадать этот сложный ребус разгорается всё жарче.
С утра в субботу мы с братом едем к отцу в гости, пока его ненавистная для меня мадам куда-то свалила. Встреча с Эмилем заланирована на вторую половину дня.
Почти весь день я провожу на улице. Наблюдаю, как папа и Игорь разбирают старый сарай на дрова. Когда становится прохладно, просто слоняюсь по отцовским хоромам. Представляю, каково это – жить в собственном доме. Мне становится интересно, какой интерьер в доме у Эмиля. Фантазирую и стараюсь представить себя хозяйкой двухэтажного особняка. Получается не очень.
«Напиши, когда будешь дома», – подгоняет меня Эмиль. – «Заранее», «Буду выезжать к этому времени».
«Хорошо», «Сейчас уже выдвигаемся».
«Мне минут 35 ехать». «Может 40», – предупреждает.
«Окей», «Мы ещё в магазин заедем», «Поэтому через час буду дома».
«Понял», «Буду через час».
«Не спеши, я ещё переоденусь».
«Ладно», – в приложении хохочущий до слёз смайлик.
«Просто выгляжу уставшей», – зачем-то оправдываюсь или напрашиваюсь на комплимент.
«Отлично выглядишь!»
«Выгляжу, как беременная».
«Именно так и должна выглядеть богиня плодородия!» – отвечает Эмиль.
«Я не шучу», – пишу ему я.
«Я тоже», – парирует Эмиль.
– Ну да. Я и мой отец.
В принципе ответ исчерпывающий. Едва ли стоит развивать эту тему дальше.
– Знаешь, – взгляд парня становится каким-то тёмным, – ты только не удивляйся, если тебе кто-то напишет или будет говорить про меня. Главное, не верь никому и лучше не отвечай! Если что, то спроси сначала у меня. Я всё объясню.
А вот это неожиданно! Этому типу есть что скрывать, оказывается! Он где-то конкретно наследил или жёстко накосячил. И, если до сего момента я не думала, что могу у кого-то спросить об Эмиле, то это предостережение сильно подстегнуло меня на поиск истины. Чувствую, как во мне пробуждается маленький Шерлок Холмс.
Глава 32
Я просто обязана копнуть глубже. Обязана узнать, что же он так тщательно скрывает. Держу телефон уже в руке и лихорадочно думаю, с чего начать. Кому написать? Может, стоит поискать его в соцсетях, посмотреть, с кем он общается. Я чувствую, что сейчас я на пороге какой-то тайны, и моя любознательность берёт верх над всякой осторожностью.
Опять листаю подписчиков Эмиля и его подписки, но там нет ни единой зацепки, чтобы продвинуться хоть на миллиметр в своём расследовании. Только Самвел. Но я чувствую, что обращаться к нему пока рановато.
Перед сном рассматриваю инсту сестры Эмиля, этой Иры. И, что странно, не нахожу у них с братом ничего общего во внешности. Никаких догадок по этому поводу у меня просто нет. Задавать этой девушке вопросы тоже как-то не комильфо. Снова тупик.
Аж голова снова разболелась. Бросаю это гиблое дело и скролю всё подряд. Отвлекает меня звонок Люды.
– Здравствуй, Лерочка! – её тон какой-то заискивающий, поэтому я настораживаюсь.
– Здравствуйте! – проявляю вежливость.
– Как твои дела? Как ты себя чувствуешь? – вопрос хоть и дежурный, но звучит заботливо.
– Ай, всё, как обычно! – небрежно бросаю я. – Живот растёт, Майя, как каратистка, пинается руками и ногами. Жду не дождусь, когда наконец родится…
– Не переживай! Дождёшься! – успокаивает меня Люда и переходит к основному, зачем звонит: – Лерочка, помнишь тот случай на стоянке?.. Ну, там Даник ещё кого-то побил…
Да уж! Такое не забывается. Сразу перед глазами всплывает избитое лицо водителя Ауди и окровавленные кулаки Данилы.
– А что? – отвечаю неопределённо.
– В общем, тот парень подал на Даника в суд и требует компенсацию восемь тысяч евро. Так вот я подумала, что ты можешь выступить свидетелем в суде и дать показания, что, например, тот водитель сам затеял драку. Только с Даником договоритесь, чтобы ваши слова сходились.
Ага, сейчас! Разбежалась! Когда же прекратятся эти просьбы вытаскивать Даню из всякого дерьма, которое он сам мутит? Однажды мне уже пришлось давать показания, и больше на эту авантюру я подписываться не собираюсь.
– И вы хотите, чтобы я, беременная, шла в суд и врала? – мой голос становится жёстким, как сталь. – Чтобы Даник, который не в состоянии отвечать за свои поступки, снова вышел сухим из воды? Он взрослый мужик, пусть сам разгребает.
Люда на том конце провода замолкает. Я представляю, как её лицо вытягивается, а глаза округляются от такого отпора. Она-то, наверное, ожидала моего кроткого согласия. Но я очень зла и больше не участвую в акциях по спасению чьей-то задницы. Хватит! А то, как коляску купить, так все сливаются, а как сыночку помочь, так давай, беременная Лера, вперёд!
– Лера, ты не понимаешь… – подолжает женщина жалобным тоном.
– Я всё прекрасно понимаю. Но нет. Я больше не играю в эти игры, – отрезаю я. – Мне надо к родам готовиться, а не испытывать стрессы из-за вашего сына. Восемь тысяч евро — это не моя проблема. Это его расплата за то, что он творит. И это ещё по-божески.
В воздухе повисает пауза. Я жду реакции. Люда выбирает молчаливое давление, но оно не работает.
– Я беременна, Люда! – уже, наверное, в сотый раз напоминаю я. – И это единственное, что меня сейчас волнует. У меня на руках скоро будет ребёнок, которого ваш Даник, скорее всего, знать не захочет. Так что, извините, но мне не до ваших разборок. Тем более, если учесть, что в момент конфликта я там не присутствовала, и ничего не видела. Зато там были другие люди, которые могут сказать, что меня там не было. И в результате мне предъявят дачу ложных показаний. А в тюрьму из-за вашего Даника я не пойду!
– Ясно, - зло сопит в трубку Люда. – Ладно, выкрутимся без тебя!
Разговор закончился на нехорошей ноте, оставив неприятный осадок.
Я опускаю лицо в ладони и тру глаза. Кажется, что семейство Данилы теперь будет преследовать меня пожизненно. Оно мне надо? Усмехаюсь про себя. Видимо, надо… Если только Эмиль не найдёт способ отвоевать меня у моих же собственных желаний.
Глажу свой живот. Майя. Моя Майя. Звучит как «моя» дважды. Это одна из причин, почему я выбрала такое имя. Это моя дочь и только моя. Кто станет её папой, я даже не предствляю. И будет ли вообще у моей дочери отец? Независимо от этого я точно знаю, что отныне я буду спасать только себя и своего ребёнка. И эта мысль куда дороже любых денег и всякой лжи. Маюня толкает меня в знак согласия, и мы сладко засыпаем.
Про звонок Люды я рассказываю только Лике, Игорю и Маше. Они надёжные, с ними я могу делиться своими секретами. Эти люди в теме и тоже принимают активное участие в моих негласных поисках правды об Эмиле. Только пока всё глухо. Общих знакомых так и не находится.
Утром на телефон приходит оповещение о новых письмах на сайте моей школы. Вижу, что мои выполненные задания приняты. У меня как-то совсем вылетело из головы обещание Эмиля сделать из меня отличницу. Но, кажется, не обманул. На всякий случай перепроверяю сообщения. Всё в полном ажуре.
– Эй, подруга! – кричит мне в трубку Машка. – Давай прошвырнёмся по магазинам, пока ещё руки от колясок свободны.
Обожаю свою Машенцию! Она вечно на позитиве и меня тащит за собой. С удовольствием принимаю предложение подруги погуляться. Мы встречаемся и потихоньку движемся к торговому центру.
Уже октябрь, и погода начинает соответствовать настоящей осени. На мне осенняя куртка, которая еле-еле сходится на моём животе. Если живот ещё увеличится, то я не смогу застегнуть молнию. Но из-за этого покупать себе новую одежду я пока не буду. Нужно поэкономить денежки.
Маша же и вовсе напоминает колобок на ножках. Её небольшой рост и живот, который больше моего, делают эту девушку смешной и милой. На ней надето широкое и динное мамино пальто, и Мария чувствует себя в нём очень комфортно.
– Слушай, мать, – обращается ко мне подруга, – ты уже что-то делала по домашке? Я вчера открыла, посмотрела, нифига не поняла и закрыла. Лень было тему читать. Ты разобралась?
Учёба – это последнее, о чём я вообще вспоминаю. Особенно теперь, когда больше не надо ломать голову над уроками. Даже Машке забыла рассказать, как мне подсобил Эмиль. Поэтому в ответ на её вопрос я раскрываю ей тайну, как можно стать прилежной ученицей на удалёнке.
Подруга сразу оживляется.
– Блин, Леркинс! – почти орёт она. – Я тоже так хочу, чтобы за меня кто-то все задания делал! Сколько это стоит?
– Не знаю, – пожимаю плечами. – Я спрашивала, но Эмиль сказал, что это не моя проблема. Он сам проплатит.
– Вот чёрт, – Машка нервно покусывает свои пухлые губки. – А давай ты у него спросишь это для меня. Я серьёзно! Наверняка тому чуваку, который делает за тебя задания, лишние деньги не помешают. А уж Артура я уболтаю, чтобы проплатил мне эту услугу.
Естественно, я охотно соглашаюсь выяснить у Эмиля сумму, которая волнует и меня саму. Не желаю быть у кого-то в долгу. Тем более у парня. Неважно, насколько он богат. Просто из прошлых отношений я вынесла для себя одну простую истину: чем больше вкладывает в тебя парень, тем вероятнее впоследствии услышать от него: «Шлюха!»
– Кстати, – говорит Маша. – Я сегодня в инсте Иру чекнула, которую ты мне скинула. Мне кажется, что она вышла замуж за пацана, который ко мне когда-то подкатывал. Он не местный. Из другого города. Мы переписывались, но потом я его отшила. Мне показалось, что он хочет типа пристороить свою жопу в большом городе.
– Ну, в таком случае, ему очень свезло! – констатирую я. – У Эмиля богатый отец. Этой Ире квартиру подарил. Так что у пацана губа не дура. А, может, у него про Эмиля спросить?
– И как это будет выглядеть? – Машка театрально разводит руками. – Хочешь, чтоб он Эмилю доложил? Да и вряд ли он вообще меня помнит. Думаю, он после меня обработал немало других баб.
– Ну да, – бурчу я.
– Да и хрен с ним, – отмахивается подруга, – главно, что не ко мне присосался. Он реально странным мне показался.
Мой айфон брякает. Открываю смс от Эмиля:
«Привет, солнце!», «Как дела?», «Чем занята?»
«Привет!», «Я в ТЦ».
«Одна?» – выглядит, как контроль, и я настораживаюсь.
«Нет», «С подругой».
«Отлично!», «Выбрала себе что-то купить?»
Чувствую, как с моих плеч падает тяжесть, которую я, оказывается, ношу уже очень давно. Моё напряжение спадает и на душе появляется спокойствие. Я так привыкла к вечным приступам ревности Данилы, что и сейчас подсознательно готовлюсь к разборкам. Но последний вопрос Эмиля не содержит ни намёка на контроль. И это невероятно расслабляет. Я не чувствую себя виноватой или обязанной кому-то. Просто лёгкое, приятное общение. Это так... непривычно. Я улыбаюсь своему отражению в витрине магазина, и эта улыбка кажется настоящей. Не натянутой. Не вымученной.
«Нет, а что?»
«Да так, думал тебе бабосиков скинуть на то, что тебе понравится».
Вот же любитель навязывать свои деньги. Эта тема немного подбешивает.
«Пока ничего не нравится», «Спасибо», «Мы просто гуляем», «Как у тебя дела?»
«Да так, на работе», «Но уже мечтаю о выходных», «Мы же увидимся?» – Эмиль отвечает почти сразу и в его ответе слышится некоторая настойчивость.
«Увидимся», – пишу, чтобы не расстраивать парня.
– Это Эмиль? – Машенция отрывается от своего телефона и нагло заглядывает в мой.
– А кто ж ещё? – тяну иронично.
– И что пишет? В любви признаётся? – хихикает Машка.
– Нет, слава богу! – наигранно отшатываюсь от подруги. – Этого только не хватало!
Я вкратце излагаю суть нашей переписки.
– Знаешь, что? – подруга легонько толкает меня в плечо. – Тебе наконец-то повезло с парнем! Прости, что напоминаю, но он не чета какому-то там Даниле, который своей лютой ревностью тебя мог до истерики довести. А этот Эмиль и при бабках, и бизнес свой. Сам деньги предлагает. Значит, не жадный…
– И мутный, – раздражённо перебиваю Машку.
– Что есть, то есть, – вздыхает подруга. – Я тоже пытаюсь что-то нарыть, но без толку. Никаких точек соприкосновения.
-– Уж, да-а-а! – разочарованно тяну я. – Чтобы среди десяти тысяч… и никого?!
– Я тут намедни подумала, что большая часть из этих подписчиков фэйковая. Ну, не в смысле, что это не люди, а дело в том, что он купил себе этих подписчиков. Помнишь, был сайт, где за евро можно плюс-минус сто подпичиков как с куста к себе приклеить?
– Кстати, да! – мой мозг стрелой пронизывает эта догадка. – Мне он затирает, что это бизнес и реклама, а на самом деле банальная показуха!
– Я не думаю, что прям все купленные, но значительная часть точно, – рассуждает Машка.
Я разделяю мнение подруги. Котелок у неё, реально, варит! И это очень смахивает на Эмиля. Кто-то приобретёт себе скромно двести-триста подписчиков, но такой, как Эмиль, не станет мелочиться. Он сделает всё с размахом: зальёт десять евро (это ж для него не деньги) и получит десять тысяч аков себе в подписчики. Для хайпа самое то.
– И ещё я заметила, что у него на странице нет никаких признаков, что он в отношениях. Или был в отношениях. Обычно сохраняются фотки, рилсы или сторис, где есть какие-то люди. А у него всё только про себя любимого, – излагает свои мысли Маша. – Я не поверю, что такой упакованный красавчик до сих пор один. Да только за его крутой тачкой должна выстраиваться километровая очередь из баб. А он вдруг выбрал тебя! Беременную!
– И мне это странно, – поджимаю губы и гримасничаю. – Сначала я боялась, что он извращенец какой-нибудь. Но вроде нет. Даже, когда я отказалась целоваться, то он спокойно к этому отнёсся.
– А, может, он и правда влюбился? – Машка наклоняет голову и хитро прищуривается. – Ты же такая классная! А беременность – это временное явление.
– Не знаю, Маш, – хмурюсь я. – Мне кажется, тут кроется какой-то подвох. Чую, что в воздухе витает что-то невидимое, и оно точно есть!
– Да, погоди! – продолжает размышлять она. – А если представить, что он типа спасатель?! Ему нравится помогать людям... Для него важно ощущать себя нужным… Надоело тратиться на капризы девушек, и он решил реально помочь тем, у кого серьёзные трудности. Не зря же он в волонтёры подался?
– Кто?! – усмехаюсь. – Эмиль – и спасатель?! Не смеши! Я тебе, кажется, говорила, как он отзывается о своих волонтёрских делишках. Для него это способ бабла срубить.
– Я просто прикинула один из вариков, – хлопает ресницами Маша.
– Ну даже если это вдруг так, то дальше что? Разгребёт мои проблемы и побежит искать следующую, кто нуждается в помощи?
– Так твои проблемы могут и не заканчиваться… – Машка демонстративно выпячивает губы и косится в сторону.
– Ну, спасибо тебе, подружка, за такие пророчества!
– Всегда пожалуйста! – лыбится засранка. – Ну ладно, не обижайся!
Пропускаю мимо ушей юмор подруги.
– Не, вряд ли. Тут что-то другое, – отметаю я все предположения.
– Тогда почему бы тебе не спросить у него напрямую о его прошлых отношениях?
– Как-то неловко лезть в чужую жизнь, – отвечаю с сомнением.
– Что значит чужую? – насупливается подруга. – Он практически предлагает тебе сойтись с ним, а ты по что-то чужое! Нет уж! Тебе он задаёт любые вопросы и не стесняется. Так почему ты должна молчать?
Действительно! Почему я должна молчать? Спрошу, и посмотрю, что ответит. Будет новая пища для размышлений.
Мне не терпится. Я жду свидания с Эмилем. Мой азарт разгадать этот сложный ребус разгорается всё жарче.
С утра в субботу мы с братом едем к отцу в гости, пока его ненавистная для меня мадам куда-то свалила. Встреча с Эмилем заланирована на вторую половину дня.
Почти весь день я провожу на улице. Наблюдаю, как папа и Игорь разбирают старый сарай на дрова. Когда становится прохладно, просто слоняюсь по отцовским хоромам. Представляю, каково это – жить в собственном доме. Мне становится интересно, какой интерьер в доме у Эмиля. Фантазирую и стараюсь представить себя хозяйкой двухэтажного особняка. Получается не очень.
«Напиши, когда будешь дома», – подгоняет меня Эмиль. – «Заранее», «Буду выезжать к этому времени».
«Хорошо», «Сейчас уже выдвигаемся».
«Мне минут 35 ехать». «Может 40», – предупреждает.
«Окей», «Мы ещё в магазин заедем», «Поэтому через час буду дома».
«Понял», «Буду через час».
«Не спеши, я ещё переоденусь».
«Ладно», – в приложении хохочущий до слёз смайлик.
«Просто выгляжу уставшей», – зачем-то оправдываюсь или напрашиваюсь на комплимент.
«Отлично выглядишь!»
«Выгляжу, как беременная».
«Именно так и должна выглядеть богиня плодородия!» – отвечает Эмиль.
«Я не шучу», – пишу ему я.
«Я тоже», – парирует Эмиль.
