Я наклонилась вперёд, всматриваясь в ещё довольно туманный силуэт. Когда-то, во времена не столь отдалённые, Карствилль был космопортом. После прекращения полётов он оказался заброшен, но свято место пусто не бывает, и вскоре под защиту уцелевших стен, а главное – крыши, стали стекаться те, кто по какой-то причине не смог найти себе места в городах. И в первую очередь – выброшенные из жизни нормальных людей мутанты. Потом к ним присоединились маргиналы разных мастей – уж очень удобным оказалось это место. В конце концов дошло до того, что Карствилль приобрёл этакий полулегальный статус. Торговля требует порядка и хорошего отношения к приезжим, и хотя там всё же нужно на всякий случай, держать ухо востро, в Ордене о Карствилле нам рассказывали как о месте, где можно найти сравнительно безопасный ночлег, пополнить запасы и даже получить медицинскую помощь.
И вот теперь он приближался, хотя через некоторое время я заметила, что он явно остаётся где-то по левую руку от нас. Потом джипы миновали развилку – первую с выезда из города, забрали ещё больше вправо и покатили по краю плоской равнины явно искусственного происхождения. Большое здание с куполом и башенками оставалось на другом её конце.
– А разве мы туда не поедем? – будучи не в силах сдержать любопытство, спросила я.
– Нет, – отозвалась Альма. – Из Карствилля местные решили сделать этакий мини-город, и основной комплекс зданий для чужаков закрыт. Мы остановимся на Рынке, вот туда открыт вход всем желающим.
– А-а, – протянула я. Жаль, мне было интересно взглянуть именно на сам порт. Построенный в пору расцвета нашей цивилизации, он до сих пор приводился в учебниках как образец архитектуры космической эпохи. Да и вообще… интересно же! Пусть внутри, скорее всего, мало что осталось от давних времён, всё равно можно было бы попытаться хоть на минуточку ощутить себя межзвёздным путешественником.
Но, что поделаешь, придётся довольствоваться Рынком, лежащим здорово в стороне, через всё бывшее взлётное поле.
Впрочем, когда мы наконец приблизились к Рынку, он меня впечатлил. Огромный, как городской небоскрёб, полупрозрачный параллелепипед с выгнутой крышей высился над площадью, вымощенной полуразбитыми, окаймлёнными проросшей травой плитами. Подпрыгивая на неровностях, наш джип первым приблизился к раздвижным воротам в торце строения, и те бесшумно разъехались, демонстрируя отменное состояние механизмов. Машины медленно вкатились внутрь и остановились у небольшого шлагбаума. Парень в кожаной куртке, сшитой, похоже, вручную, подошёл к переднему окну со стороны опустившего стекло Калума.
– Привет, Кэл, – лениво поздоровался он, не прекращая чего-то жевать. – У вас как обычно? С кем ты сегодня?
– С госпожой Свеннисен, – отозвался проводник.
– А-а… Доброго здоровьичка вам, миз Альма.
– И тебе не хворать, – отозвалась миз Альма, когда парень почти всунул голову в машину.
– Держи, – Калум почти вытолкнул его из машины и что-то протянул наружу – видимо, купюры.
– А ребятам горло промочить?
– Здесь на всех вас хватит, вымогатель.
– А чего ж сразу «вымогатель»? – парень ухмыльнулся, показав плохие зубы, и отступил. – Крутимся, как можем. Третья площадка свободна.
Шлагбаум поднялся, и джипы поползли дальше, чтобы окончательно остановиться в углу огромного здания. Мы вылезли из них и принялись выгружать багаж, потому что, как объяснил мне Ян, местные стоянки для транспорта не охраняются, и ценное имущество в машинах лучше не оставлять. И не очень ценное тоже.
– Миз? – спросила я, когда мы разобрали рюкзаки и сумки и двинулись к месту нашего ночлега.
– Обращение к женщине, принятое в некоторых Центральных городах, – объяснил Фредерик. – Видимо, переделка от «мисс».
Я кивнула и завертела головой, оглядывая самый необычный населённый пункт, который мне когда-либо доводилось видеть. Видимо, догадалась я, когда-то это был ангар, не металлический, а построенный из чего-то, нечувствительного к кислоте. Позже его, должно быть, и правда решили использовать как крытый рынок, но со временем он превратился в настоящий посёлок под крышей. Между высоких стен двумя рядами располагались маленькие домики, явно сооружённые из чего попало, но многие имели два, а то и три этажа. Первый этаж чаще сего представлял собой комнатку с прилавком, выходящим прямо в проход между домами, а вот второй, видимо, был жилым. Проходы были прямые и чистые, и это говорило о том, что, несмотря на внешнюю кустарность застройки, она явно проходила по плану. А вот стены, кроме передней с воротами, оказались застроены почти целиком. Этаж громоздился на этаж, почти до самых металлических ферм под потолком, с которых исправно светили белые лампы.
Нельзя сказать, что вокруг было людно, но всё же прохожие навстречу попадались, да и во многих лавках сидели люди, провожавшие нашу компанию взглядом, но не торопившиеся зазывать нас к своему товару. Среди них было и несколько женщин, но прохожие были только мужчинами. На одного из них я глядела, пока он не скрылся за углом. Вроде человек как человек, но такой серой, даже на вид жёсткой кожи у обычных людей не бывает.
Ладно, пора брать себя в руки, а то что это я, как какая-то тетёха, впервые выбравшаяся из своего спального района.
Путь наш, как я и подозревала, лежал к строению, лепившемуся к наружной стене. Когда мы подошли поближе, я с сомнением окинула взглядом нечто, похожее не то на соты, не то на гигантскую этажерку. Доверия это сооружение, прямо скажем, не внушало – едва ли его строили по инженерным чертежам, с расчётами и соблюдением нормативов.
– Ребята, если вы скажете мне, что эта фигня ни разу не обрушивалась, я вам не поверю.
– Случалось, – отозвался шагавший рядом со мной Джеймс. – Но в том месте, где мы остановимся, никогда.
– Это утешает, – саркастически согласилась я. – Будем надеяться, что сегодня не случится первый раз.
– Кстати, о первом разе, – сказал Даниэл. – Если кто-то к завтрашнему утру не сможет проснуться, учтите, оставлю тут.
– Да ладно тебе, – хмыкнул Калум. – Лучше давай в оружейную лавку сходим. Свеннисен, а вы куда?
– Пока не знаю, – отозвался Фредерик. – Наверное, всё-таки схожу в бар. Клятвенно обещаю не напиваться до такой степени, чтобы утром не встать.
– Верю на слово. Но смотрите, если что – даже вас ждать не будем. Отсюда до города в случае чего как-нибудь и сами доберётесь.
По подрагивающей наружной лестнице мы поднялись на короткую галерею на условном втором этаже (условном – потому что чёткого деления по этажам тут тоже не было), вошли в небольшую комнату и оттуда поднялись по внутренней лестнице без перил на третий, чтобы попасть во что-то вроде гостиницы. Вместо стойки там стоял обыкновенный стол, за ним на стене был ряд крючков, на которых висели ключи, похожие на антикварные, от механических замков. А за столом сидел и что-то печатал на плоском компе… ну да, это точно был самый настоящий мутант. Серые, как волчья шерсть, волосы, круглая голова практически без носа – только бугорок посреди лица с двумя дырками-ноздрями. И пальцев на одной руке совершенно точно шесть. Я понадеялась, что мои чувства не отражаются у меня на лице.
– Добрый день, – дружелюбно обратилась к нему Альма. – Как у вас дела, Мольнар?
– А, госпожа Свеннисен! – и мутант расплылся в улыбке. Нормальных зубов у него тоже не было – десны усеивали многочисленные костные образования, похожие на мелкие жемчужины. Я отвернулась, внутренне передёрнувшись. Нет, что ни говори, а всё же хорошо, что наш генофонд почистили. Не самая светлая страница в нашей истории, но могу лишь посочувствовать нашим прабабкам, рисковавшим родить вот такое. Как Альма может вот так просто с ним говорить, шутить, улыбаться?..
Впрочем, если надо будет, то и я смогу. Но пока не надо, и слава богу.
Видимо, договорённость о ночлеге была достигнута заранее, так как комнаты нашлись на всех. Ну, или у них тут совсем не густо с постояльцами. Тускло освещённый коридор с дверями в обеих стенах начинался прямо за столом, и, судя по тому, как часто в нём располагались двери, комнатки были совсем небольшими. Когда дошло до распределения ключей, я решительно потребовала, чтобы мне дали жильё рядом с Альмой. Никто не стал возражать. Вот и хорошо. Стенки тут совсем тонкие, если что случится, я услышу. Идеальнее было бы только поселиться в одной комнате, но на это Альма едва ли согласится. Делить одну палатку на двоих ещё куда ни шло, но когда люди оказываются в более-менее цивилизованных условиях, автоматически включается всё, вбитое воспитанием. И если человек считает, что у него должна быть своя комната, никакой здравый смысл не убедит его в обратном.
Впрочем, в данном случае Альма будет скорее права. Я и сама понимала, что вероятность возникновения какой-нибудь опасности, от которой я могу её защитить, минимальна. Понимала настолько, что всерьёз задумалась – а не оставить ли мне её на какое-то время и не пойти ли поискать ту оружейную лавку, о которой упоминал Калум?
Нет, свои боеприпасы я пополнила ещё в городе, но всё-таки запас карман не тянет, а тут патроны могут стоить куда дешевле. Хотя могут и куда дороже, надо смотреть. Так что, рискнуть оставить мою подзащитную одну в месте несколько сомнительном, но всё же тихом? Да и одиночество тут весьма относительное. Пусть большая часть охраны свалит в бар и лавки, но кто-то да останется.
Положил вещи в своём номере – и убедившись, что таки да, каморка, едва-едва кровать и шкаф влезли – я постучалась к Альме. Открыла дверь после её «Войдите!» и увидела её с Шоном Захариевым на кровати. Нет, не подумайте дурного – Альма сидела, скрестив ноги по-турецки и положив на колени плоскую подушку, на которой разложила пакетики с образцами. Захариев, сидевший рядом, держал в руках что-то вроде камеры, подключённой к неизменному планшету, лежавшему рядом с ним. Сразу было видно, что люди заняты увлекательным делом.
– Да? – Альма подняла на меня глаза. – Ты что-то хотела, Лилиан?
– Просто хотела спросить, будете ли вы куда-нибудь выходить до завтра.
– Нет, я останусь здесь. Хочу отдохнуть перед переходом.
– Тогда, если я вам не нужна, вы не возражаете, если я отойду на пару часов?
– Нет, конечно, иди.
Я кивнула и закрыла дверь. Спустилась вниз, постаравшись побыстрее миновать комнату со столом, за которым всё ещё сидел мутант Мольнар, вышла на местную улицу и огляделась. Я понятия не имела, где здесь находится оружейная лавка, но это меня не смущало. Рынок не так уж и велик, часа, чтобы обойти его, вполне хватит, заблудиться тут гостю не грозит – всё вполне упорядоченно, хвала тем, кто руководил застройкой… ну, не считая пристенных «небоскрёбов». Вот и посмотрю, чем торгуют на Рынке в Карствилле.
Однако до лавки, торгующей патронами, я так и не добралась. Потому что сначала зависла у первого же прилавка с разложенными на нём разнообразными ножами, а потом послышались торопливые шаги, и меня догнал Матей из нашей охраны.
– Вот ты где, – он улыбнулся. – Так и знал, что ты в этой конуре не усидишь, пошёл тебя искать.
– Что-то случилось?
– Не, всё в порядке. Просто хотел кое-что тебе показать.
Я смерила его подозрительным взглядом.
– Это что же?
– Кое-что интересное.
– А иди ты, – я отвернулась.
– Ну, вообще-то, тебя господин Свеннисен просил привести.
Это меняло дело. Даже если ерунда – как-никак, Фредерик мой работодатель, просто так его не пошлёшь. Тем более теперь, когда я едва-едва восстановила с ним отношения.
– Ну, веди, – неохотно согласилась я. Может, конечно, его слова просто уловка, но тогда ничто не помешает мне дать ему под дых.
– Тебе понравится, – Матей игриво подмигнул, лишь укрепив меня в моих подозрениях. Я промолчала, скривив губы. Бесят эти «тебе понравится, тебе будет интересно…» Как будто пытающийся заигрывать мужик лучше меня знает, что мне нравится и что интересно.
Далеко Матей меня не увёл. Всего лишь в местный бар. Представлявший собой навес с прилавками со всех четырёх сторон, в то время как столы вокруг него стояли под открытым… э-э-э… потолком ангара. Среди довольно многочисленных посетителей я и впрямь заметила Фредерика Свеннисена, почти неотличимого по одежде от местных, если не присматриваться к его холёной физиономии. Но Матей, не спеша подойти к нему, остановился у противоположной стороны навеса. Там, где на прилавке-стойке стояли две кружки вместо бокалов – явно дожидаясь нас.
– Ну вот, – удовлетворённо сказал Матей.
– Что? – процедила я. Ей богу, лучше бы он позвал меня прямо в комнату. Тогда можно было бы без помех и свидетелей надавать ему по морде. Устраивать же драку публично мне не хотелось.
– Что – «что?» Не хочешь выпить?
– Кто-то говорил, что меня просил привести господин Свеннисен. Но, кажется, он меня совсем не ждёт? – я кивнула на Фредерика, о чём-то беседовавшего с седобородым мужчиной с большими залысинами.
– Да ладно тебе. Если б я просто предложил по кружечке, ты бы отказалась.
– Пять баллов за наблюдательность! Ну, раз тебе больше нечем заняться, кроме как маяться дурью, я пошла.
– Да постой ты! – он попытался схватить меня за локоть, но я с лёгкостью стряхнула его руку:
– Отвали!
– Думаешь, где-то ещё заработаешь больше? – спросил Матей мне в спину. – Здесь своих профессионалок хватает, учти.
Я остановилась, чувствуя, как деревенеют плечи и шея. Потом резко развернулась. Ну, всё. Есть вокруг кто-то, или нет – это перестало иметь значение. Сам напросился, пусть теперь не жалуется.
Матей довольно скалился, видимо, ещё не осознав, что за всем этим последует. Я двинулась к нему… И тут рядом с нами раздался спокойный голос:
– Тебе лучше извиниться.
Фредерик материализовался рядом почти незаметно. Вот вроде бы только что был на другой стороне бара, и вот он уже здесь. Того седобродого старика у стойки больше не было – он мелькнул в одном из проходов между домиками, быстро направляясь прочь.
– Босс? – Матей прищурился.
– Ты ведь и сам понимаешь, что ведёшь себя по-свински, – Фредерик улыбнулся неприятной улыбкой. – То, что девушка тебе отказала, не повод её оскорблять.
– А вам-то что? Вы ж, вроде, на неё больше видов не имеете?
– А вот это не твоё собачье дело.
– Босс, я ведь и обидеться могу.
– Обижайся, – согласился Свеннисен, – но извинись.
На нас уже смотрели. Я поймала себя на том, что желание бить этого недоумка смертным боем у меня тоже не то чтобы прошло, но перестало быть таким острым. Я, как и все, с интересом прислушивалась к диалогу, в ожидании, к чему всё придёт.
– Или что? – Матей оскалился. – Не заплатите? Договор есть договор, объясняться будете с Даниэлом. Может, у себя в городе вы и большая шишка, но здесь, если обманете – вашей сестрице больше с нами не работать. Пусть ищет себе другую охрану, которая её не ограбит и не убьёт.
– Я ещё ни разу не нарушал подписанного договора. Но есть и другие способы испортить тебе жизнь.
– Например?
– Например… – Фредерик обвёл бар взглядом, шагнул вперёд и засветил. Но не Матею, а здоровенному громиле в безрукавке, который сидел на скамье за одним из столов спиной к нам и никого не трогал. Вообще не обращал внимания на то, что происходит, пока ему не съездили по затылку. Не сказать, чтобы так уж сильно, но чувствительно.
И вот теперь он приближался, хотя через некоторое время я заметила, что он явно остаётся где-то по левую руку от нас. Потом джипы миновали развилку – первую с выезда из города, забрали ещё больше вправо и покатили по краю плоской равнины явно искусственного происхождения. Большое здание с куполом и башенками оставалось на другом её конце.
– А разве мы туда не поедем? – будучи не в силах сдержать любопытство, спросила я.
– Нет, – отозвалась Альма. – Из Карствилля местные решили сделать этакий мини-город, и основной комплекс зданий для чужаков закрыт. Мы остановимся на Рынке, вот туда открыт вход всем желающим.
– А-а, – протянула я. Жаль, мне было интересно взглянуть именно на сам порт. Построенный в пору расцвета нашей цивилизации, он до сих пор приводился в учебниках как образец архитектуры космической эпохи. Да и вообще… интересно же! Пусть внутри, скорее всего, мало что осталось от давних времён, всё равно можно было бы попытаться хоть на минуточку ощутить себя межзвёздным путешественником.
Но, что поделаешь, придётся довольствоваться Рынком, лежащим здорово в стороне, через всё бывшее взлётное поле.
Впрочем, когда мы наконец приблизились к Рынку, он меня впечатлил. Огромный, как городской небоскрёб, полупрозрачный параллелепипед с выгнутой крышей высился над площадью, вымощенной полуразбитыми, окаймлёнными проросшей травой плитами. Подпрыгивая на неровностях, наш джип первым приблизился к раздвижным воротам в торце строения, и те бесшумно разъехались, демонстрируя отменное состояние механизмов. Машины медленно вкатились внутрь и остановились у небольшого шлагбаума. Парень в кожаной куртке, сшитой, похоже, вручную, подошёл к переднему окну со стороны опустившего стекло Калума.
– Привет, Кэл, – лениво поздоровался он, не прекращая чего-то жевать. – У вас как обычно? С кем ты сегодня?
– С госпожой Свеннисен, – отозвался проводник.
– А-а… Доброго здоровьичка вам, миз Альма.
– И тебе не хворать, – отозвалась миз Альма, когда парень почти всунул голову в машину.
– Держи, – Калум почти вытолкнул его из машины и что-то протянул наружу – видимо, купюры.
– А ребятам горло промочить?
– Здесь на всех вас хватит, вымогатель.
– А чего ж сразу «вымогатель»? – парень ухмыльнулся, показав плохие зубы, и отступил. – Крутимся, как можем. Третья площадка свободна.
Шлагбаум поднялся, и джипы поползли дальше, чтобы окончательно остановиться в углу огромного здания. Мы вылезли из них и принялись выгружать багаж, потому что, как объяснил мне Ян, местные стоянки для транспорта не охраняются, и ценное имущество в машинах лучше не оставлять. И не очень ценное тоже.
– Миз? – спросила я, когда мы разобрали рюкзаки и сумки и двинулись к месту нашего ночлега.
– Обращение к женщине, принятое в некоторых Центральных городах, – объяснил Фредерик. – Видимо, переделка от «мисс».
Я кивнула и завертела головой, оглядывая самый необычный населённый пункт, который мне когда-либо доводилось видеть. Видимо, догадалась я, когда-то это был ангар, не металлический, а построенный из чего-то, нечувствительного к кислоте. Позже его, должно быть, и правда решили использовать как крытый рынок, но со временем он превратился в настоящий посёлок под крышей. Между высоких стен двумя рядами располагались маленькие домики, явно сооружённые из чего попало, но многие имели два, а то и три этажа. Первый этаж чаще сего представлял собой комнатку с прилавком, выходящим прямо в проход между домами, а вот второй, видимо, был жилым. Проходы были прямые и чистые, и это говорило о том, что, несмотря на внешнюю кустарность застройки, она явно проходила по плану. А вот стены, кроме передней с воротами, оказались застроены почти целиком. Этаж громоздился на этаж, почти до самых металлических ферм под потолком, с которых исправно светили белые лампы.
Нельзя сказать, что вокруг было людно, но всё же прохожие навстречу попадались, да и во многих лавках сидели люди, провожавшие нашу компанию взглядом, но не торопившиеся зазывать нас к своему товару. Среди них было и несколько женщин, но прохожие были только мужчинами. На одного из них я глядела, пока он не скрылся за углом. Вроде человек как человек, но такой серой, даже на вид жёсткой кожи у обычных людей не бывает.
Ладно, пора брать себя в руки, а то что это я, как какая-то тетёха, впервые выбравшаяся из своего спального района.
Путь наш, как я и подозревала, лежал к строению, лепившемуся к наружной стене. Когда мы подошли поближе, я с сомнением окинула взглядом нечто, похожее не то на соты, не то на гигантскую этажерку. Доверия это сооружение, прямо скажем, не внушало – едва ли его строили по инженерным чертежам, с расчётами и соблюдением нормативов.
– Ребята, если вы скажете мне, что эта фигня ни разу не обрушивалась, я вам не поверю.
– Случалось, – отозвался шагавший рядом со мной Джеймс. – Но в том месте, где мы остановимся, никогда.
– Это утешает, – саркастически согласилась я. – Будем надеяться, что сегодня не случится первый раз.
– Кстати, о первом разе, – сказал Даниэл. – Если кто-то к завтрашнему утру не сможет проснуться, учтите, оставлю тут.
– Да ладно тебе, – хмыкнул Калум. – Лучше давай в оружейную лавку сходим. Свеннисен, а вы куда?
– Пока не знаю, – отозвался Фредерик. – Наверное, всё-таки схожу в бар. Клятвенно обещаю не напиваться до такой степени, чтобы утром не встать.
– Верю на слово. Но смотрите, если что – даже вас ждать не будем. Отсюда до города в случае чего как-нибудь и сами доберётесь.
По подрагивающей наружной лестнице мы поднялись на короткую галерею на условном втором этаже (условном – потому что чёткого деления по этажам тут тоже не было), вошли в небольшую комнату и оттуда поднялись по внутренней лестнице без перил на третий, чтобы попасть во что-то вроде гостиницы. Вместо стойки там стоял обыкновенный стол, за ним на стене был ряд крючков, на которых висели ключи, похожие на антикварные, от механических замков. А за столом сидел и что-то печатал на плоском компе… ну да, это точно был самый настоящий мутант. Серые, как волчья шерсть, волосы, круглая голова практически без носа – только бугорок посреди лица с двумя дырками-ноздрями. И пальцев на одной руке совершенно точно шесть. Я понадеялась, что мои чувства не отражаются у меня на лице.
– Добрый день, – дружелюбно обратилась к нему Альма. – Как у вас дела, Мольнар?
– А, госпожа Свеннисен! – и мутант расплылся в улыбке. Нормальных зубов у него тоже не было – десны усеивали многочисленные костные образования, похожие на мелкие жемчужины. Я отвернулась, внутренне передёрнувшись. Нет, что ни говори, а всё же хорошо, что наш генофонд почистили. Не самая светлая страница в нашей истории, но могу лишь посочувствовать нашим прабабкам, рисковавшим родить вот такое. Как Альма может вот так просто с ним говорить, шутить, улыбаться?..
Впрочем, если надо будет, то и я смогу. Но пока не надо, и слава богу.
Видимо, договорённость о ночлеге была достигнута заранее, так как комнаты нашлись на всех. Ну, или у них тут совсем не густо с постояльцами. Тускло освещённый коридор с дверями в обеих стенах начинался прямо за столом, и, судя по тому, как часто в нём располагались двери, комнатки были совсем небольшими. Когда дошло до распределения ключей, я решительно потребовала, чтобы мне дали жильё рядом с Альмой. Никто не стал возражать. Вот и хорошо. Стенки тут совсем тонкие, если что случится, я услышу. Идеальнее было бы только поселиться в одной комнате, но на это Альма едва ли согласится. Делить одну палатку на двоих ещё куда ни шло, но когда люди оказываются в более-менее цивилизованных условиях, автоматически включается всё, вбитое воспитанием. И если человек считает, что у него должна быть своя комната, никакой здравый смысл не убедит его в обратном.
Впрочем, в данном случае Альма будет скорее права. Я и сама понимала, что вероятность возникновения какой-нибудь опасности, от которой я могу её защитить, минимальна. Понимала настолько, что всерьёз задумалась – а не оставить ли мне её на какое-то время и не пойти ли поискать ту оружейную лавку, о которой упоминал Калум?
Нет, свои боеприпасы я пополнила ещё в городе, но всё-таки запас карман не тянет, а тут патроны могут стоить куда дешевле. Хотя могут и куда дороже, надо смотреть. Так что, рискнуть оставить мою подзащитную одну в месте несколько сомнительном, но всё же тихом? Да и одиночество тут весьма относительное. Пусть большая часть охраны свалит в бар и лавки, но кто-то да останется.
Положил вещи в своём номере – и убедившись, что таки да, каморка, едва-едва кровать и шкаф влезли – я постучалась к Альме. Открыла дверь после её «Войдите!» и увидела её с Шоном Захариевым на кровати. Нет, не подумайте дурного – Альма сидела, скрестив ноги по-турецки и положив на колени плоскую подушку, на которой разложила пакетики с образцами. Захариев, сидевший рядом, держал в руках что-то вроде камеры, подключённой к неизменному планшету, лежавшему рядом с ним. Сразу было видно, что люди заняты увлекательным делом.
– Да? – Альма подняла на меня глаза. – Ты что-то хотела, Лилиан?
– Просто хотела спросить, будете ли вы куда-нибудь выходить до завтра.
– Нет, я останусь здесь. Хочу отдохнуть перед переходом.
– Тогда, если я вам не нужна, вы не возражаете, если я отойду на пару часов?
– Нет, конечно, иди.
Я кивнула и закрыла дверь. Спустилась вниз, постаравшись побыстрее миновать комнату со столом, за которым всё ещё сидел мутант Мольнар, вышла на местную улицу и огляделась. Я понятия не имела, где здесь находится оружейная лавка, но это меня не смущало. Рынок не так уж и велик, часа, чтобы обойти его, вполне хватит, заблудиться тут гостю не грозит – всё вполне упорядоченно, хвала тем, кто руководил застройкой… ну, не считая пристенных «небоскрёбов». Вот и посмотрю, чем торгуют на Рынке в Карствилле.
Однако до лавки, торгующей патронами, я так и не добралась. Потому что сначала зависла у первого же прилавка с разложенными на нём разнообразными ножами, а потом послышались торопливые шаги, и меня догнал Матей из нашей охраны.
– Вот ты где, – он улыбнулся. – Так и знал, что ты в этой конуре не усидишь, пошёл тебя искать.
– Что-то случилось?
– Не, всё в порядке. Просто хотел кое-что тебе показать.
Я смерила его подозрительным взглядом.
– Это что же?
– Кое-что интересное.
– А иди ты, – я отвернулась.
– Ну, вообще-то, тебя господин Свеннисен просил привести.
Это меняло дело. Даже если ерунда – как-никак, Фредерик мой работодатель, просто так его не пошлёшь. Тем более теперь, когда я едва-едва восстановила с ним отношения.
– Ну, веди, – неохотно согласилась я. Может, конечно, его слова просто уловка, но тогда ничто не помешает мне дать ему под дых.
– Тебе понравится, – Матей игриво подмигнул, лишь укрепив меня в моих подозрениях. Я промолчала, скривив губы. Бесят эти «тебе понравится, тебе будет интересно…» Как будто пытающийся заигрывать мужик лучше меня знает, что мне нравится и что интересно.
Далеко Матей меня не увёл. Всего лишь в местный бар. Представлявший собой навес с прилавками со всех четырёх сторон, в то время как столы вокруг него стояли под открытым… э-э-э… потолком ангара. Среди довольно многочисленных посетителей я и впрямь заметила Фредерика Свеннисена, почти неотличимого по одежде от местных, если не присматриваться к его холёной физиономии. Но Матей, не спеша подойти к нему, остановился у противоположной стороны навеса. Там, где на прилавке-стойке стояли две кружки вместо бокалов – явно дожидаясь нас.
– Ну вот, – удовлетворённо сказал Матей.
– Что? – процедила я. Ей богу, лучше бы он позвал меня прямо в комнату. Тогда можно было бы без помех и свидетелей надавать ему по морде. Устраивать же драку публично мне не хотелось.
– Что – «что?» Не хочешь выпить?
– Кто-то говорил, что меня просил привести господин Свеннисен. Но, кажется, он меня совсем не ждёт? – я кивнула на Фредерика, о чём-то беседовавшего с седобородым мужчиной с большими залысинами.
– Да ладно тебе. Если б я просто предложил по кружечке, ты бы отказалась.
– Пять баллов за наблюдательность! Ну, раз тебе больше нечем заняться, кроме как маяться дурью, я пошла.
– Да постой ты! – он попытался схватить меня за локоть, но я с лёгкостью стряхнула его руку:
– Отвали!
– Думаешь, где-то ещё заработаешь больше? – спросил Матей мне в спину. – Здесь своих профессионалок хватает, учти.
Я остановилась, чувствуя, как деревенеют плечи и шея. Потом резко развернулась. Ну, всё. Есть вокруг кто-то, или нет – это перестало иметь значение. Сам напросился, пусть теперь не жалуется.
Матей довольно скалился, видимо, ещё не осознав, что за всем этим последует. Я двинулась к нему… И тут рядом с нами раздался спокойный голос:
– Тебе лучше извиниться.
Фредерик материализовался рядом почти незаметно. Вот вроде бы только что был на другой стороне бара, и вот он уже здесь. Того седобродого старика у стойки больше не было – он мелькнул в одном из проходов между домиками, быстро направляясь прочь.
– Босс? – Матей прищурился.
– Ты ведь и сам понимаешь, что ведёшь себя по-свински, – Фредерик улыбнулся неприятной улыбкой. – То, что девушка тебе отказала, не повод её оскорблять.
– А вам-то что? Вы ж, вроде, на неё больше видов не имеете?
– А вот это не твоё собачье дело.
– Босс, я ведь и обидеться могу.
– Обижайся, – согласился Свеннисен, – но извинись.
На нас уже смотрели. Я поймала себя на том, что желание бить этого недоумка смертным боем у меня тоже не то чтобы прошло, но перестало быть таким острым. Я, как и все, с интересом прислушивалась к диалогу, в ожидании, к чему всё придёт.
– Или что? – Матей оскалился. – Не заплатите? Договор есть договор, объясняться будете с Даниэлом. Может, у себя в городе вы и большая шишка, но здесь, если обманете – вашей сестрице больше с нами не работать. Пусть ищет себе другую охрану, которая её не ограбит и не убьёт.
– Я ещё ни разу не нарушал подписанного договора. Но есть и другие способы испортить тебе жизнь.
– Например?
– Например… – Фредерик обвёл бар взглядом, шагнул вперёд и засветил. Но не Матею, а здоровенному громиле в безрукавке, который сидел на скамье за одним из столов спиной к нам и никого не трогал. Вообще не обращал внимания на то, что происходит, пока ему не съездили по затылку. Не сказать, чтобы так уж сильно, но чувствительно.
