Вот – на лето мы на этом хуторе и поживём – посмотрим – что там да как.
«Марфа! Настька! Макс! Вставайте! Слышите визг? Это чудища летучие из рощи эльфарской налёт опять устроили…» - Ланка – забавная девчонка моего возраста – дальняя родичка Марфы – очень испуганно на нас смотрела – прибежала нас будить.
«Делать что, сказывай!»
«Тут – главное – на улицу не высовываться – если стрелять можете – там у тятьки есть несколько самострелов лишних – мы этих из окон бьём – в хату они залететь не могут… Только и толку мало – если из окон – будут они перед окнами крутиться-то… Хотя – если хоть одно чудище подстрелить удастся – удача это – у них на крыльях кожа знатная – из неё шибко хорошие плащи для осенней хляби небесной выходят… А так – они только трубы печные повалят, да кровли попортят – очень не любят, когда хоть чуть дымок из трубы идёт – а как иначе готовить? Ещё – собак жалко – тех, что в дом не спрятали – опять покрадут – собачья будка им не помеха… Ну – вообще – не бойтесь совсем – сруба, хаты из которых поставлены – им не одолеть – даже сараи не свалят – сараи мы тоже крепкие строим…»
«Марфа – ты на животин разных влияние имеешь – может пуганёшь, а может и под контроль кого возьмёшь?» - спрашиваю…
Ланка аж отшатнулась: «Девчонки! Даже не думайте – маги городские пытались – и посильнее вас… У Марфуши дар редкостный, конечно, но не одна она такая – маги царю хотели такого питомца взять… Ничего не выйдет – эти твари злобные жутко – даже если покажется, что на миг ты её контролировать стал – в другой миг она укусить снова пытается – прислужнику магов, когда такую вроде присмирили, да вязать начали – такая тварюка руку по локоть откусила… Помёр… Они ещё и ядовитые – маги рядом были, но сделать ничего не могли… Травница потом говорила – из яда ихнего лекарство можно было сделать, но пока маги рядом – она на хутор не сунется… Гордая, да на магов обижена отчего-то…»
«Чего разговоры пустые зря говорить? Айда к окнам – ты говорила – самострелы у папы твоего свободные есть…» - Максимусу повоевать очень хотелось.
«Пустое… Говорю – навряд случай в такую тварь попасть удастся… Окна у нас больно маленькие… А к двери открытой лучше не подходить…»
А я уже в дверь сунулась, в тень, что над крышами летела, шар огненный бросила… Попала – тварь горящая испустила истошный визг и грохнулась около колодца – горит…
«Эх ты! Несмышлёныш!» - Никодим – Ланкин папка меня от двери оттащил (вроде не злой, но за меня перепугался): «Ты – знаю –добро сделать хотела, да чуть лиха не сотворила – если бы эта горящая тварь – да не к колодязю грохнулась, а на крышу амбара? А она из соломы сухой – лето-то жаркое… Пожар был бы… Или промахнулась бы ты? Вот и думай… Пока к окну ступай – на – держи самострел – если боевая такая – может и удача тебе будет – трофей возьмёшь – этот – твой – поди сгорит полностью… Ладно – утром глянем – может и от него что осталось полезное… Я пару зубов хочу… Передние клыки лучше не трогать совсем – они ядовиты жутко, а вот ближе к глотке там много мелких зубов – изогнутых – из них хорошая рыболовная снасть выходит… Удача, если где возле рощи пару таких зубов найдёшь – чудища их теряют часто – а тут – надеюсь – целый череп – если не сгорит – чудо будет – надолго на крючки хватит… Так! Заговорился я, но всё равно проку мало – нагадят – трубы свалят – и сами улетят… Ты только больше так не высовывайся – цапнуть могут…»
Да… Самострел… Нет – таким много не навоюешь – мой учебный лук и то лучше был… Мне потом сказывали, что орех или другое гибкое дерево рядом с эльфарской рощей не приживается – корни эльфарских деревьев что-то с почвой не то делают – магию какую гадкую выделяют – пшеница вот тоже плохо растёт, зато урожаи тыквы к осени очень знатные бывают… И травки дорогие, что как приправа ценятся…
Грохнуло!
«Вот гадость!» - сплюнул Никодим зло: «У нас печь с обеда потушена была, всё равно запах сажи – что ли почувствовали… Всё – опять трубу новую возводить… Ладно… Не бойтесь – улетают уже…»
«Смотри! Знатный трофей девочка вчера навоевала!» - радостно показывал Никодим что-то своей жене – от радости громко во дворе кричал – мы после налёта долго уснуть не могли – Ланка привычная вроде, но и она с нами не спала, а утром нас будить не стали, решили – детям выспаться надо… Только Ланкин папа от радости о тишине забыл… Хотя… Давно уж вставать-то пора – что и в хозяйстве подсобить – не просто так мы харчи тут едим… Папины воины знатно топорами работают – лес эльфарский рубят, а мы малы ещё – нам с таким топором огромным и не управиться, но и нам работа найдётся.
«Да… Только не ори – разбудишь – пусть дети-то выспятся – страха вчера натерпелись… Хорошо – это лишь змеи летучие – они нагадят, но это не так и страшно… К обеду трубу печи уже и починишь, а завтрак я всем и на костре разогрею… Только жди ещё – для одного тебя греть не стану – дети проснутся – для всех… А ежели оголодал – холодное жри… Смотри-ка – одно крыло полностью целое – для взрослого не получится, но этой девочке – Настя вроде зовут – я осеннюю накидку смастерю... Красивая выйдет…»
«Фу… Крыло… Накидка… Пустое это – поди в городе ей это и не надобно будет… Ты лучше сюда посмотри – голова – полностью целая… Это-ж как клад цельный…»
«Нет – жуть эту мне и не показывай…»
«Жуть? А рыбу, что мы с мужиками в пруду ловим – все есть любят… Это же на весь хутор крючки для удочек… Да и зубы целые – не обломки – это можно Такую снасть сделать…»
«Говорю! Не шуми! Дети спят…»
А мы уже не спим – выскочили смотреть – что такое я вчера подбить сподобилась…
Вообще-то большинство-таки обгорело… Крыло только – чёрное такое – блестящее, да голова монстра жуткая – такие зубищи острые – и не только по краям рта – вся глотка с зубьями – даже у щуки не так… Эта тварь – похоже – на большой скорости ловить что должна, да не выпустить…
Если представить себе (по обгоревшему телу трудно вообразить) – но тварюка жуткая должна получиться – крыло большое – так их два должно быть, дорисовать себе в воображении тело очень гибкое и хвост длинный – это такое чудо-юдо получится… Змей летающий… Подобное страшилище я на экзамене выпускном с курса видела – не скажу, что больше то, но всадника спешивало на раз…
«Вот, дурень! Разбудил-таки ребятишек!» - Ланкина мама огрела своего мужа полотенцем – не со зла – так – приструнить чтобы, да и тот не обижен – смеётся, за полотенце свою женщину к себе подтащил, поцеловал… Та рада, но поворчать надо: «Стыда бы поимел! Перед детьми целоваться? Ещё что выдумал!»
«Не ворчи… А они пусть любви учатся – ты – зазноба моя – лучше-то нет… Люблю!»
«Вот паразит… Им бы поспать ещё – лето пройдёт – учёбой их опять замучают…»
«Да мы уже проснулись…» - Марфа решила Никодима защищать: «Мы успеть хотим – помочь Вам, а потом на пруд – купаться сбегать… Нас Настька плавать там учит – она прошлым летом даже на море была…»
«Так? Тогда – я завтрак разогрею – поедите – и ступайте… Может и Ланку мою плавать-то научите… Пруд у нас невелик, но и в нём топнут – плавать уметь всяко полезно… А грядки поливать сейчас поздно уже – жара такая стоит – вечером поможете… Только рубахи с рукавами надеть не забудьте – ещё обгорите на солнцепёке таком…»
Набавились знатно, я отойти решила – под маленьким деревцем семейку грибов увидела – вроде съедобных – мы такие как-то ездили собирать…
Рядом со мной старушка образовалась – я вроде и не видела, как она подходила – сухонькая такая, скрюченная немножко, но глаза такие добрые – смешливые… Вообще – по морщинкам смотреть – вроде весёлый у неё характер: «Деточка… Грибочки эти не собирай… Не скажу, что ядовитые они – даже в чём-то целебные… Вот только горькие слишком – один такой в котёл кинешь – так пищу уж есть не станешь… Хотя… Если правильно засушить, в порошок стереть – можно и приправу знатную получить… Только хуторские так не умеют… Ты – городская – вижу… Я тебе потом правильно высушенный порошок грибной дам – если сама и не готовишь – подарок какой куховарнице знатный сделаешь… А эти – пусть растут – ещё возиться с ними… Так подумать – и они жить хотят…»
«Они жить хотят, бабушка? Это же грибы…»
«А живые они… Всё живое – травинка каждая… Когда собираешь – благодарить надо… И земля – почва вроде – а вроде живая… И пруд этот…»
«Живая вода?» - я о такой читала где-то.
«Эта? Нет – не путай… Живая-то живая – только не та, что в книгах ты вычитать могла – то «Животворная вода» правильно зовётся – редкость великая… У меня такой нет – целебная есть – тут – если даже в колодязях на хуторе правильно и во время нужное брать – да не кипятить – от живота вот помочь может… Только надо знать – пить как… Без знаний – пользы-то немного… Не потравишься – и ладно…»
«Бабушка, а Вы кто?»
«Лукерия я – травница местная… Может слыхала?» - она так мне улыбнулась.
«Знаете – слыхала… Мне Зинаида про Вас рассказывала…»
«Зинаида? Так это – вы маги получаетесь!» - отшатнулась старушка, неприятно ей: «Такие малыши – а маги уже…»
«Я Вас обидеть не хотела… Если что плохое сказала – простите меня…»
«А ты и не обидела… Магов я просто шибко не люблю… Причина есть… Но ты-то точно не виновата…» - старушка успокоилась.
«Расскажете? Или больно Вам? Маги – мы – вроде зла не делаем… Хотя… Наверное… И маги разные есть…»
«Умница – уела старуху глупую…» - снова улыбнулась бабка: «Все разные есть… Вроде тебе о таком рано рассказывать, но больно мне – поделюсь… Одна из магов, что в свите Зинаиды как раз – сына у меня увела в город… Бавилась с ним всё – не буду сказывать как – думаю – мала ты… Только она им как игрушкой наигралась, да бросила… А он – непутёвый – с горя спился… Уже десятый год как зимой в сугробе вусмерть замёрз… Вроде – она в его смерти не виновата, но вот так… Я к ней, да и к Зинаиде, ходила – просила сына прогнать-отпустить, те надо мной посмеялись просто… Для коих магов – человек – игрушка просто… Но тебя мне винить не в чем… Малявочка ты пока… И ещё… Не знаю – как тебя просить…»
«Я в чём-то помочь могу?»
«Мне уж рассказали – трофей ты ночью славный взяла… Молодец… Только мне бы зуб ядовитый – хоть один получить… Для тех-же хуторян – зелье сделать… Эти гады летучие кого и цапнуть могут – они больше по ночам – тогда неопасно – сиди себе в хатке – на улицу не выходи… Но наши тут лес рубят – логово такого змея летучего и потревожить могут – а на местности, где спрятаться негде (меж дерев эти гады летучие знатно скользят – где лететь негде – они и ползти быстро сподобятся) – опасно это – яд шибкий у них… Вот – сварить из зуба – это храниться даже долго может – дать лесорубам с собой – если это выпить – спастись можно… А змеи летучие ядовитые зубы не теряют совсем… А если дохлого найдёшь – и они иногда от старости мрут – у старого яда уже и нет…»
«Так это не мой трофей – Никодиму я отдала… Но я слыхала – ядовитые зубы ему не нужны… А их там – поди – даже два будет…»
«Вообще-то цельных шесть… Ладно – поспрошаю – Никодим – хороший мальчишка… Не жадный…»
«Мальчишка?» - удивилась я…
«А как? Ты даже не можешь знать – годков-то мне сколько… Все они для меня – мальчики и девочки… Только в свите Зинаиды мне пару магов вровень будут… Зажилась я… Дети давно ушли… Вроде и дара магического у меня нет… Но зелья варю – от них может…»
«Научите чему?»
«Интересно? Может и научу – не сейчас – не этим летом… Мала ты…»
«Хельга говорила тоже, что я мала пока… Знания мне передать хотела… Только потом… А вот не поспела…»
«Хельга? Вишь ты… Значит – ты ейная будешь?»
«Это мама моя – не родная – по отцу… Но мачехой я её назвать не могу… Очень уж добрая была… Добру всех учила…»
«Значит и ты злой не станешь… Эх… Жалко девчонку… Ладно – к Никодиму пойду – поспешать надо – иначе он эти зубья позакапывает или вовсе пожжёт…»
Мы ещё купались – даже игры затеяли, когда в роще эльфарской – она не скажу, что к пруду близко, так – с пол версты начинается, треск жуткий послышался – будто деревья кто ломает…
Морда такая огромная высунулась – чёрная, панцирем покрытая… Красными глазищами на нас глянула… Не медведь – точно – медведей я на картинке видела – и не лось…
«Бежим…» - тихонечко Ланка сказала: «Только шуму не поднимайте… Зверюга опасный – жуть – но – если не привлекать особо – за нами навряд погонится – он не хищный… Хотя – лесорубу с таким встретится – смерть будет – этот пусть и не съест – не хищник он – но если близко – на людей кидается – затопчет… Да и зубы у него крепкие – он ими деревца с ногу мою толщиной перекусывает на раз… Этот далеко – по идее – за нами гнаться ему лениво будет, но лучше всё-таки бежать… Этот и дом свалить может – приплёлся один такой на хутор – его даже убить не смогли – пару домов разгромил, ничего вкусного для себя не нашёл – огородами он не заинтересовался – ему что-то другое в пищу надо, так в рощу и ушёл… Наши с седмицу деревья рубить выходить боялись – говорю – в лесу – это страх просто…»
Когда мы убежали уже – чудище за нами гнаться не стало – я спросила: «Это что такое было вообще?»
«Не думай особо…» - рукой Ланка махнула: «Как это по вашему – научному – не знаю… Мы его бронтозяброй зовём… Только это неправильное название…»
Да – страшновато тут хуторяне живут… Вообще – жуть – волки черные на хутор пришли – даже днём… Боязни на всех нагнали… Все в дома от этих зверюг попрятались – двери тут крепкие. Волков коих из оконец малых постреляли (в такое зверюга влезть не может), другие сами ушли…
Но я не могу забыть, как они рявкают, в дверь с разгона ударяются, по дверям и стенам царапают… Страшно было…
Вообще – в другое время дня бы пришли – это смерть бы была – лесорубы от них не защитились бы, да и дети хуторские целый день на огородах или играют на улице… А так – во время обеда припёрлись – время заветное – каждая хозяйка за дверями закрытыми своих или гостей кормит… Вообще – хуторяне – люди радушные – не жадные, но обед – это надо за дверью закрытой – так им их боги велят – они в странных богов верят – лесных…
Вот – почти без жертв обошлось – троих парней только цапнули…
«Жуть!» - Никодим со старейшинами разговаривал, вернулся: «Этих – укушенных – спрятать надо… Только свяжем сперва по-отдельности, к лавкам привяжем… Может и не заболеет из них кто…»
«А ужасного что?» - спросила его жёнушка.
«Эльфары точно придут – если этих отыщут – весь хутор сожгут – очень заразы перевертней боятся…»
«Может их – парней жалко, но всё-ж – если в перевертней обратятся – нам хуже всем будет – убить, да похоронить правильно?»
«Парни согласны… Только эльфары новые могилы найдут – и свяжут волков и могилы-то… Тогда точно пожгут… А пока старцы этих парней связали да в секретный погреб упрятали… А может и выживут…»
Эльфары стариков созвали – разговоры вести…
Главный их: «Знаем! Волки на вас нападали! Если укусили кого – зараза уже пошла… Вы позаражались все – не жить вам…»
«Помилуйте! Мы в домах отсиделись – не тронули никого волки эти!» - старик эльфару в ноги бросился, тот его пнул с омерзением…
«Искать!» - своим приказал…
Они не нашли ничего, нас – магов-учеников только…
Собрали, главный спрашивает: «Кто такие?»
«Маги мы!» - Максимус выступил.
Эльфар его по зубам ударил: «Молчать! Маги – тоже… Дрянь!»
***
«Марфа! Настька! Макс! Вставайте! Слышите визг? Это чудища летучие из рощи эльфарской налёт опять устроили…» - Ланка – забавная девчонка моего возраста – дальняя родичка Марфы – очень испуганно на нас смотрела – прибежала нас будить.
«Делать что, сказывай!»
«Тут – главное – на улицу не высовываться – если стрелять можете – там у тятьки есть несколько самострелов лишних – мы этих из окон бьём – в хату они залететь не могут… Только и толку мало – если из окон – будут они перед окнами крутиться-то… Хотя – если хоть одно чудище подстрелить удастся – удача это – у них на крыльях кожа знатная – из неё шибко хорошие плащи для осенней хляби небесной выходят… А так – они только трубы печные повалят, да кровли попортят – очень не любят, когда хоть чуть дымок из трубы идёт – а как иначе готовить? Ещё – собак жалко – тех, что в дом не спрятали – опять покрадут – собачья будка им не помеха… Ну – вообще – не бойтесь совсем – сруба, хаты из которых поставлены – им не одолеть – даже сараи не свалят – сараи мы тоже крепкие строим…»
«Марфа – ты на животин разных влияние имеешь – может пуганёшь, а может и под контроль кого возьмёшь?» - спрашиваю…
Ланка аж отшатнулась: «Девчонки! Даже не думайте – маги городские пытались – и посильнее вас… У Марфуши дар редкостный, конечно, но не одна она такая – маги царю хотели такого питомца взять… Ничего не выйдет – эти твари злобные жутко – даже если покажется, что на миг ты её контролировать стал – в другой миг она укусить снова пытается – прислужнику магов, когда такую вроде присмирили, да вязать начали – такая тварюка руку по локоть откусила… Помёр… Они ещё и ядовитые – маги рядом были, но сделать ничего не могли… Травница потом говорила – из яда ихнего лекарство можно было сделать, но пока маги рядом – она на хутор не сунется… Гордая, да на магов обижена отчего-то…»
«Чего разговоры пустые зря говорить? Айда к окнам – ты говорила – самострелы у папы твоего свободные есть…» - Максимусу повоевать очень хотелось.
«Пустое… Говорю – навряд случай в такую тварь попасть удастся… Окна у нас больно маленькие… А к двери открытой лучше не подходить…»
А я уже в дверь сунулась, в тень, что над крышами летела, шар огненный бросила… Попала – тварь горящая испустила истошный визг и грохнулась около колодца – горит…
«Эх ты! Несмышлёныш!» - Никодим – Ланкин папка меня от двери оттащил (вроде не злой, но за меня перепугался): «Ты – знаю –добро сделать хотела, да чуть лиха не сотворила – если бы эта горящая тварь – да не к колодязю грохнулась, а на крышу амбара? А она из соломы сухой – лето-то жаркое… Пожар был бы… Или промахнулась бы ты? Вот и думай… Пока к окну ступай – на – держи самострел – если боевая такая – может и удача тебе будет – трофей возьмёшь – этот – твой – поди сгорит полностью… Ладно – утром глянем – может и от него что осталось полезное… Я пару зубов хочу… Передние клыки лучше не трогать совсем – они ядовиты жутко, а вот ближе к глотке там много мелких зубов – изогнутых – из них хорошая рыболовная снасть выходит… Удача, если где возле рощи пару таких зубов найдёшь – чудища их теряют часто – а тут – надеюсь – целый череп – если не сгорит – чудо будет – надолго на крючки хватит… Так! Заговорился я, но всё равно проку мало – нагадят – трубы свалят – и сами улетят… Ты только больше так не высовывайся – цапнуть могут…»
Да… Самострел… Нет – таким много не навоюешь – мой учебный лук и то лучше был… Мне потом сказывали, что орех или другое гибкое дерево рядом с эльфарской рощей не приживается – корни эльфарских деревьев что-то с почвой не то делают – магию какую гадкую выделяют – пшеница вот тоже плохо растёт, зато урожаи тыквы к осени очень знатные бывают… И травки дорогие, что как приправа ценятся…
Грохнуло!
«Вот гадость!» - сплюнул Никодим зло: «У нас печь с обеда потушена была, всё равно запах сажи – что ли почувствовали… Всё – опять трубу новую возводить… Ладно… Не бойтесь – улетают уже…»
***
Часть 13. Озвучка тут:
***
«Смотри! Знатный трофей девочка вчера навоевала!» - радостно показывал Никодим что-то своей жене – от радости громко во дворе кричал – мы после налёта долго уснуть не могли – Ланка привычная вроде, но и она с нами не спала, а утром нас будить не стали, решили – детям выспаться надо… Только Ланкин папа от радости о тишине забыл… Хотя… Давно уж вставать-то пора – что и в хозяйстве подсобить – не просто так мы харчи тут едим… Папины воины знатно топорами работают – лес эльфарский рубят, а мы малы ещё – нам с таким топором огромным и не управиться, но и нам работа найдётся.
«Да… Только не ори – разбудишь – пусть дети-то выспятся – страха вчера натерпелись… Хорошо – это лишь змеи летучие – они нагадят, но это не так и страшно… К обеду трубу печи уже и починишь, а завтрак я всем и на костре разогрею… Только жди ещё – для одного тебя греть не стану – дети проснутся – для всех… А ежели оголодал – холодное жри… Смотри-ка – одно крыло полностью целое – для взрослого не получится, но этой девочке – Настя вроде зовут – я осеннюю накидку смастерю... Красивая выйдет…»
«Фу… Крыло… Накидка… Пустое это – поди в городе ей это и не надобно будет… Ты лучше сюда посмотри – голова – полностью целая… Это-ж как клад цельный…»
«Нет – жуть эту мне и не показывай…»
«Жуть? А рыбу, что мы с мужиками в пруду ловим – все есть любят… Это же на весь хутор крючки для удочек… Да и зубы целые – не обломки – это можно Такую снасть сделать…»
«Говорю! Не шуми! Дети спят…»
А мы уже не спим – выскочили смотреть – что такое я вчера подбить сподобилась…
Вообще-то большинство-таки обгорело… Крыло только – чёрное такое – блестящее, да голова монстра жуткая – такие зубищи острые – и не только по краям рта – вся глотка с зубьями – даже у щуки не так… Эта тварь – похоже – на большой скорости ловить что должна, да не выпустить…
Если представить себе (по обгоревшему телу трудно вообразить) – но тварюка жуткая должна получиться – крыло большое – так их два должно быть, дорисовать себе в воображении тело очень гибкое и хвост длинный – это такое чудо-юдо получится… Змей летающий… Подобное страшилище я на экзамене выпускном с курса видела – не скажу, что больше то, но всадника спешивало на раз…
«Вот, дурень! Разбудил-таки ребятишек!» - Ланкина мама огрела своего мужа полотенцем – не со зла – так – приструнить чтобы, да и тот не обижен – смеётся, за полотенце свою женщину к себе подтащил, поцеловал… Та рада, но поворчать надо: «Стыда бы поимел! Перед детьми целоваться? Ещё что выдумал!»
«Не ворчи… А они пусть любви учатся – ты – зазноба моя – лучше-то нет… Люблю!»
«Вот паразит… Им бы поспать ещё – лето пройдёт – учёбой их опять замучают…»
«Да мы уже проснулись…» - Марфа решила Никодима защищать: «Мы успеть хотим – помочь Вам, а потом на пруд – купаться сбегать… Нас Настька плавать там учит – она прошлым летом даже на море была…»
«Так? Тогда – я завтрак разогрею – поедите – и ступайте… Может и Ланку мою плавать-то научите… Пруд у нас невелик, но и в нём топнут – плавать уметь всяко полезно… А грядки поливать сейчас поздно уже – жара такая стоит – вечером поможете… Только рубахи с рукавами надеть не забудьте – ещё обгорите на солнцепёке таком…»
***
Набавились знатно, я отойти решила – под маленьким деревцем семейку грибов увидела – вроде съедобных – мы такие как-то ездили собирать…
Рядом со мной старушка образовалась – я вроде и не видела, как она подходила – сухонькая такая, скрюченная немножко, но глаза такие добрые – смешливые… Вообще – по морщинкам смотреть – вроде весёлый у неё характер: «Деточка… Грибочки эти не собирай… Не скажу, что ядовитые они – даже в чём-то целебные… Вот только горькие слишком – один такой в котёл кинешь – так пищу уж есть не станешь… Хотя… Если правильно засушить, в порошок стереть – можно и приправу знатную получить… Только хуторские так не умеют… Ты – городская – вижу… Я тебе потом правильно высушенный порошок грибной дам – если сама и не готовишь – подарок какой куховарнице знатный сделаешь… А эти – пусть растут – ещё возиться с ними… Так подумать – и они жить хотят…»
«Они жить хотят, бабушка? Это же грибы…»
«А живые они… Всё живое – травинка каждая… Когда собираешь – благодарить надо… И земля – почва вроде – а вроде живая… И пруд этот…»
«Живая вода?» - я о такой читала где-то.
«Эта? Нет – не путай… Живая-то живая – только не та, что в книгах ты вычитать могла – то «Животворная вода» правильно зовётся – редкость великая… У меня такой нет – целебная есть – тут – если даже в колодязях на хуторе правильно и во время нужное брать – да не кипятить – от живота вот помочь может… Только надо знать – пить как… Без знаний – пользы-то немного… Не потравишься – и ладно…»
«Бабушка, а Вы кто?»
«Лукерия я – травница местная… Может слыхала?» - она так мне улыбнулась.
«Знаете – слыхала… Мне Зинаида про Вас рассказывала…»
«Зинаида? Так это – вы маги получаетесь!» - отшатнулась старушка, неприятно ей: «Такие малыши – а маги уже…»
«Я Вас обидеть не хотела… Если что плохое сказала – простите меня…»
«А ты и не обидела… Магов я просто шибко не люблю… Причина есть… Но ты-то точно не виновата…» - старушка успокоилась.
«Расскажете? Или больно Вам? Маги – мы – вроде зла не делаем… Хотя… Наверное… И маги разные есть…»
«Умница – уела старуху глупую…» - снова улыбнулась бабка: «Все разные есть… Вроде тебе о таком рано рассказывать, но больно мне – поделюсь… Одна из магов, что в свите Зинаиды как раз – сына у меня увела в город… Бавилась с ним всё – не буду сказывать как – думаю – мала ты… Только она им как игрушкой наигралась, да бросила… А он – непутёвый – с горя спился… Уже десятый год как зимой в сугробе вусмерть замёрз… Вроде – она в его смерти не виновата, но вот так… Я к ней, да и к Зинаиде, ходила – просила сына прогнать-отпустить, те надо мной посмеялись просто… Для коих магов – человек – игрушка просто… Но тебя мне винить не в чем… Малявочка ты пока… И ещё… Не знаю – как тебя просить…»
«Я в чём-то помочь могу?»
«Мне уж рассказали – трофей ты ночью славный взяла… Молодец… Только мне бы зуб ядовитый – хоть один получить… Для тех-же хуторян – зелье сделать… Эти гады летучие кого и цапнуть могут – они больше по ночам – тогда неопасно – сиди себе в хатке – на улицу не выходи… Но наши тут лес рубят – логово такого змея летучего и потревожить могут – а на местности, где спрятаться негде (меж дерев эти гады летучие знатно скользят – где лететь негде – они и ползти быстро сподобятся) – опасно это – яд шибкий у них… Вот – сварить из зуба – это храниться даже долго может – дать лесорубам с собой – если это выпить – спастись можно… А змеи летучие ядовитые зубы не теряют совсем… А если дохлого найдёшь – и они иногда от старости мрут – у старого яда уже и нет…»
«Так это не мой трофей – Никодиму я отдала… Но я слыхала – ядовитые зубы ему не нужны… А их там – поди – даже два будет…»
«Вообще-то цельных шесть… Ладно – поспрошаю – Никодим – хороший мальчишка… Не жадный…»
«Мальчишка?» - удивилась я…
«А как? Ты даже не можешь знать – годков-то мне сколько… Все они для меня – мальчики и девочки… Только в свите Зинаиды мне пару магов вровень будут… Зажилась я… Дети давно ушли… Вроде и дара магического у меня нет… Но зелья варю – от них может…»
«Научите чему?»
«Интересно? Может и научу – не сейчас – не этим летом… Мала ты…»
«Хельга говорила тоже, что я мала пока… Знания мне передать хотела… Только потом… А вот не поспела…»
«Хельга? Вишь ты… Значит – ты ейная будешь?»
«Это мама моя – не родная – по отцу… Но мачехой я её назвать не могу… Очень уж добрая была… Добру всех учила…»
«Значит и ты злой не станешь… Эх… Жалко девчонку… Ладно – к Никодиму пойду – поспешать надо – иначе он эти зубья позакапывает или вовсе пожжёт…»
***
Мы ещё купались – даже игры затеяли, когда в роще эльфарской – она не скажу, что к пруду близко, так – с пол версты начинается, треск жуткий послышался – будто деревья кто ломает…
Морда такая огромная высунулась – чёрная, панцирем покрытая… Красными глазищами на нас глянула… Не медведь – точно – медведей я на картинке видела – и не лось…
«Бежим…» - тихонечко Ланка сказала: «Только шуму не поднимайте… Зверюга опасный – жуть – но – если не привлекать особо – за нами навряд погонится – он не хищный… Хотя – лесорубу с таким встретится – смерть будет – этот пусть и не съест – не хищник он – но если близко – на людей кидается – затопчет… Да и зубы у него крепкие – он ими деревца с ногу мою толщиной перекусывает на раз… Этот далеко – по идее – за нами гнаться ему лениво будет, но лучше всё-таки бежать… Этот и дом свалить может – приплёлся один такой на хутор – его даже убить не смогли – пару домов разгромил, ничего вкусного для себя не нашёл – огородами он не заинтересовался – ему что-то другое в пищу надо, так в рощу и ушёл… Наши с седмицу деревья рубить выходить боялись – говорю – в лесу – это страх просто…»
Когда мы убежали уже – чудище за нами гнаться не стало – я спросила: «Это что такое было вообще?»
«Не думай особо…» - рукой Ланка махнула: «Как это по вашему – научному – не знаю… Мы его бронтозяброй зовём… Только это неправильное название…»
***
Да – страшновато тут хуторяне живут… Вообще – жуть – волки черные на хутор пришли – даже днём… Боязни на всех нагнали… Все в дома от этих зверюг попрятались – двери тут крепкие. Волков коих из оконец малых постреляли (в такое зверюга влезть не может), другие сами ушли…
Но я не могу забыть, как они рявкают, в дверь с разгона ударяются, по дверям и стенам царапают… Страшно было…
Вообще – в другое время дня бы пришли – это смерть бы была – лесорубы от них не защитились бы, да и дети хуторские целый день на огородах или играют на улице… А так – во время обеда припёрлись – время заветное – каждая хозяйка за дверями закрытыми своих или гостей кормит… Вообще – хуторяне – люди радушные – не жадные, но обед – это надо за дверью закрытой – так им их боги велят – они в странных богов верят – лесных…
Вот – почти без жертв обошлось – троих парней только цапнули…
«Жуть!» - Никодим со старейшинами разговаривал, вернулся: «Этих – укушенных – спрятать надо… Только свяжем сперва по-отдельности, к лавкам привяжем… Может и не заболеет из них кто…»
«А ужасного что?» - спросила его жёнушка.
«Эльфары точно придут – если этих отыщут – весь хутор сожгут – очень заразы перевертней боятся…»
«Может их – парней жалко, но всё-ж – если в перевертней обратятся – нам хуже всем будет – убить, да похоронить правильно?»
«Парни согласны… Только эльфары новые могилы найдут – и свяжут волков и могилы-то… Тогда точно пожгут… А пока старцы этих парней связали да в секретный погреб упрятали… А может и выживут…»
***
Эльфары стариков созвали – разговоры вести…
Главный их: «Знаем! Волки на вас нападали! Если укусили кого – зараза уже пошла… Вы позаражались все – не жить вам…»
«Помилуйте! Мы в домах отсиделись – не тронули никого волки эти!» - старик эльфару в ноги бросился, тот его пнул с омерзением…
«Искать!» - своим приказал…
Они не нашли ничего, нас – магов-учеников только…
Собрали, главный спрашивает: «Кто такие?»
«Маги мы!» - Максимус выступил.
Эльфар его по зубам ударил: «Молчать! Маги – тоже… Дрянь!»
