Правда, в последний момент успела ощутить, как кто-то аккуратно подхватил меня, уберегая от жестокого падения.
«Дреган, — подумала я. — Какой он, все-таки, милый!»
После чего темные воды небытия окончательно сомкнулись над моей многострадальной головой.
Впрочем, момент забытья не продлился долго. Достаточно скоро я ощутила, что лежу на чем-то мягком и уютном. А заодно услышала спор, который велся надо мной.
Спорящие говорили в полный голос, поэтому мне не пришлось даже прислушиваться.
— Ну вот, она беременна! — горестно стенал отец. — Иначе почто бухается на пустом месте?
— Да не трогал я твою дочь, — огрызнулся Дреган, уже оставив вежливый тон. — Даже пальцем не прикоснулся. Я всего лишь пугнул Грега, когда тот пытался ее пощупать в озере. Ну и заодно превратил его в борова. Поскольку твоя дочь была уже синей от холода и стучала зубами, дал ей плащ. Откуда мне было знать, что все так обернется?
— А почему она тогда в обморок упала? — упорствовал отец.
— Помилуйте, разгневанный отец, — послышался знакомый присвист так напугавшего меня чудовища, — но даже если предположить, что мой хозяин славно покувыркался с вашей дочкой на берегу озера — разве беременность даст о себе знать прям в этот вечер?
— А разве нет? — агрессивно отозвался отец. — Мне Ельга так на следующий день после свадьбы и заявила, что, мол, понесла. А я ее до того и пальцем не трогал.
После этого в комнате повисла напряженная тишина. И мне она очень не понравилась.
— Дела, — наконец, негромко протянуло чудище. — Сдается, в этой семейке все не так просто.
— Цыц, Хорг, — весомо обронил Дреган. — Не наше дело.
— А что, разве я не прав, что ли? — обиженно вопросил отец. — У баб-то чутье на эти вещи похлеще, чем у зверя. Ну, Ельга так говаривала. Прям сразу чуют, если получилось.
Послышался негромкий смешок. И почти сразу я почувствовала прохладное прикосновение к моему лбу.
— Очнулась? — полюбопытствовал Дреган. — Долго еще притворяться будешь?
Я хмуро посмотрела прямо в глаза чернокнижнику.
Удивительно, но сейчас оба были почти одинакового цвета: желто-зеленого, как у довольного домашнего кота, ухватившего отличный кусок мяса со стола, пока хозяева отлучились. И на самом дне их теплилась улыбка.
Я вдруг осознала, что улыбаюсь ему в ответ. Нет, он все-таки милый! Хоть и повинен во всех моих бедах.
— Простите, — негромко сказала я.
Дреган вздернул одну бровь, не торопясь убирать ладонь с моего лба.
— Папа, ничего у меня с Дреганом фон Каасом не было, — проговорила я, посмотрев на взволнованного отца, который переминался с ноги на ногу чуть поодаль. — Он спас меня от Грега. Дал свой плащ, чтобы я прикрылась. И при этом не подглядывал.
Откуда-то сверху вновь донесся ехидный смешок. Я задрала голову и с содроганием сердца увидела неведомую тварь, которая висела аккурат надо мной.
Интересно, кто это? Или вернее сказать — что?
— Но ты сказала, что он виновен во всех твоих бедах, — не унимался отец. — Почему?
— Потому что я прихватила застежку с его плаща, — призналась я. — И именно эта застежка так разозлила Яру и прочих.
— Девочка, стало быть, клептоманка, — донеслось сверху.
Я понятия не имела, что означает столь мудреное слово. Но почудилось в нем нечто постыдное.
— Нет, я просто не хотела показываться перед родителями в чужом мужском плаще, — попыталась я объяснить. — Поэтому спрятала его в дупле. Но побоялась, что застежку украдут. Вот и решила взять с собой. А потом… Потом все вышло так, как вышло.
— Точно ничего не было? — недоверчиво переспросил отец.
— Точно, — подтвердила я.
— А жаль… — полувздохом донеслось сверху.
И тотчас же с притолоки посыпалась какая-то труха. Что-то громыхнуло, и я завизжала, прикрыв голову руками.
Ой. Что это?
Как оказалось, закричала не только я. Мой отец громко и от души выругался, брат, до этого сидевший смирнее мышки, выдал такое, что я невольно покраснела. Откуда он знает такие выражения?
— Простите моего питомца, — спокойно произнес Дреган, сдув с кончиков пальцев остатки магических искр. — Иногда он… В общем, бывает слишком глуп и слишком груб. Приношу свои извинения за него.
— Ну хорошо, — пробормотал отец, как-то тоскливо покосившись на дверь. — Значит, все решено? Я оставляю вам телят, а Лютик уходит со мной?
Дреган встал с дивана, на котором я лежала. Скрестил за спиной руки и медленно прошелся по комнате.
Я заволновалась. Что это с ним? Выглядит он не особенно довольным.
— А что будет дальше? — негромко спросил Дреган, остановившись напротив окна. Устремил отсутствующий взгляд во тьму, плескавшуюся снаружи, как будто был способен там что-то разглядеть.
— Как — что? — Отец недоуменно пожал плечами. — Мы вернемся в деревню…
— И завтра сестру опять поведут на костер, — не выдержав, влез-таки с замечанием Раус. — Семейка Грега точно не успокоится, пока не выживет ее из деревни. А если она проведет ночь здесь в замке, то и замуж ее больше не выдать. Все будут считать, что она… ну, в общем… — И Раус густо покраснел, не в силах завершить свою мысль вслух.
— Ох, молодежь, — снисходительно пробурчала странная тварь, к пугающему виду которой я почти привыкла. — Как это мило… Я прям прослезился от такого целомудрия.
— Лютик может уйти прямо сейчас, — упрямо возразил отец. Покосился на невозмутимого Дрегана и робко уточнил: — Правда ведь?
— Я никого не держу, — спокойно сказал он. — Вы все можете уйти в любой момент. И даже телят своих с собой захватите.
— Телят-то зачем отдаешь? — обиженно взвыла странная тварь, притаившаяся за подкопченной от чар потолочной балке. — Чем нам питаться?
— Папа, это глупо! — Раус внезапно вскочил на ноги и свирепо выдвинул вперед нижнюю челюсть.
О, я очень хорошо знала, что это значит. Пожалуй, в упрямстве моему брату не было равных.
Ну, если не считать меня, конечно же.
И по всему выходило, что мой брат сейчас просто в бешенстве.
— Маг прав, — заявил Раус. — Если Лютик вернется сейчас в деревню, то завтра все повторится. Причем на сей раз ее даже в замок не отправят. Решат, что чернокнижник отказался от дара, поэтому сразу же сожгут.
— Да нет, сынок, глупости какие. — Отец помотал головой. — Яра, конечно, дурная баба. Но не до такой же степени. Авось успокоится за ночь и остынет.
— Угу, как же, — буркнула я, вспомнив, как женщина показала свой раздвоенный язык. — Наверняка еще долго ядом будет плеваться, вспоминая, как Дреган ее заколдовал.
— Вы ее заколдовали? — изумился отец, широко распахнув глаза и уставившись на Дрегана. — Зачем?
— Не понравилась она мне, — буркнул тот. — Как и ее сынок. Впрочем, верно говорят, что от ослицы не родятся единорогов.
После столь глубокомысленного замечания в комнате стало тихо. Отец усердно шевелил бровями, видимо, силясь постигнуть смысл столь чудного сравнения. А я… В общем, мне было просто неловко признаваться в том, что я понятия не имею, кто такие единороги.
Только Раус робко улыбнулся, как будто оценил шутку чернокнижника. Впрочем, мой брат всегда любил читать.
— Я считаю, что Лютик должна остаться здесь! — первым нарушил затянувшуюся паузу брат и зло сжал кулаки. Добавил: — По крайней мере, здесь до нее Яра точно не доберется.
— Раус, это немыслимо! — простонал отец, аж раскрасневшись от волнения. — Твоей сестре еще замуж выходить и детишек рожать! А как это сделать, если…
И он пугливо осекся, покосившись на невозмутимого Дрегана.
— Я никого бесчестить не планирую, — с нескрываемой обидой уведомил тот. — Так, на всякий случай сообщаю.
— А я этого и не позволю! — Раус еще выше поднял подбородок и бесстрашно отчеканил, глядя прямо в глаза чернокнижника: — Я остаюсь с сестрой! Буду жить здесь. И, поверь, отец, честь моей сестры будет под надежным присмотром.
Дреган мученически возвел глаза к потолку, где прилепилась головой вниз его странная тварь.
— Хорг, напомни мне, разве я предлагал кров этим забавным людишкам? — вопросил он с сарказмом.
— Нам нужна кухарка, — прошипело чудное создание. — И мальчик пригодится. Пусть заботится о телятах.
— Да ты издеваешься, должно быть!
Я испуганно пискнула и с трудом удержалась от желания забиться с головой под ближайшее кресло.
Ого, как Дреган умеет! Вроде бы, даже голоса не повысил. А как будто хлестнул наотмашь.
— Хорг, это уже не смешно, — прошелестел с бешенством Дреган. — Мне не нужна кухарка. Мне вообще никто не нужен в этом замке. Я хочу побыть один!
— Как скажете, хозяин, — проговорила тварь на потолке. — Тогда позвольте мне слетать в деревню, когда девицу будут сжигать. Люблю запах жареного мяса.
Меня отчетливо замутило от последней фразы создания. Фу, гадость какая! Неужели он это всерьез?
Дреган издал приглушенный полустон-полувздох. Замер посередине комнаты с закрытыми глазами.
Я понятия не имела, о чем он задумался. Но мне очень не нравилась глубокая морщина, разломившая его переносицу.
— Ладно, пусть будет так, — наконец, глухо сказал он и устало посмотрел на отца. — Кухарка мне нужна, Хорг прав. Я найму вашу дочь. И даже вашего сына выгонять не буду. Замок долго стоял заброшенным. Крепкая мужская рука тут пригодится. Более того, я намерен даже заплатить за услуги ваших детей. Скажем, пять серебряных пойдет?
Отец смешно выпучил глаза. По всему было видно, что он ошарашен предложенной суммой. Еще бы! Даже в лучший свой год он выручал на ежегодной ярмарке всего полтора серебряных. Эдак потеря половины стада телят обернется невиданной удачей.
— За первый месяц, — торопливо добавил Дреган, неверно истолковав выражение лица отца. — Держите.
После чего залез в карман, подошел ближе — и щедро сыпанул монетами на колени растерянного донельзя отца.
— С-спасибо, — заикаясь, поблагодарил тот. — Ваша щедрость, господин, не знает пределов! Я… Спасибо вам еще раз!
Понятия не имею, сколько еще он бы распинался в благодарностях, при этом не забыв подобрать все монеты и аккуратно сложить их в карман. Но внезапно замок сотряс звук входного колокола.
— Чудовищно, — буркнул себе под нос Дреган. — Кого еще на ночь глядя принесло?
Я напряженно выпрямилась. Умоляюще уставилась на чернокнижника.
А вдруг это Яра? Вдруг она решила, что я слишком легко отделалась, и вернулась, желая завершить начатое?
Дреган почувствовал мой взгляд. Посмотрел на меня и слабо улыбнулся. Он ничего не сказал, но внезапно я ощутила, как когтистые лапы тревоги разжимаются, перестав терзать мое сердце.
— Хорг, открой, — приказал он, не сводя с меня глаз, вновь совершенно одинаковых на цвет.
И питомец мага ловко выскользнул из гостиной, отправившись выполнять его повеление.
Я купалась во взгляде чернокнижника. Он словно обволакивал меня лаской. Кожа покрылась приятными мурашками, как будто кто-то провел по ней теплым мехом…
— Достаточно, — вдруг буркнул Раус.
Поднялся со своего места и встал таким образом, чтобы оказаться между мной и Дреганом.
Я кисло скривилась. Вот ведь… братишка! Вечно лезет не в свое дело.
— Занимательно, — почти не разжимая губ, обронил Дреган. — Вы очень забавный молодой человек. Пожалуй, мне стоит пообщаться с вами наедине.
— Чего? — непонимающе брякнул Раус.
А я почувствовала, как мои щеки потеплели от раздражения. Что-то мне все это очень сильно не нравится. С какой такой стати Дреган вдруг так заинтересовался моим братом? Поневоле подумаешь о всяком… нехорошем.
Однако ответа от чернокнижника мой брат так и не дождался. В этот момент дверь, ведущая из гостиной в прихожую, распахнулась, и на пороге предстала моя мать.
Мои глаза сами собой округлились, когда я увидела, в каком виде она явилась в замок Дрегана. Я даже не подозревала, что у моей матери имеется настолько вызывающее платье. Считай, вся грудь нараспашку. Эдак и простудиться можно. А вырез на подоле? Да он же до самого пояса идет!
Кстати, а фигура у моей матери очень даже ничего. В обычных-то нарядах этого не видно. Постоянно поверх платья передники повязаны. А теперь я неожиданно увидела, что ноги матушки стройные и длинные, а талия по-девичьи тонкая.
Отец сдавленно закашлялся и побагровел. Привстал было, потом вновь уселся, схватившись за левую часть грудь.
Дреган искоса глянул на него. Нахмурился, но промолчал.
По всей видимости, мать не ожидала увидеть перед собой столько народа. Она даже попятилась было, но Хорг, влетевший следом, успел захлопнуть дверь.
— Ой, — пискнула она и торопливо скрестила руки на груди, прикрываясь от всеобщих взглядов.
Я в свою очередь напряженно размышляла, почему мне кажется такой знакомой ткань этого платья. Вроде бы, она была отложена у нас для пошива занавесок. Правда, мать ругалась, что отец купил на ярмарке не плотную материю, а полупрозрачную тюль. Мол, безобразие полное. Ничего не скроет, что в доме происходит. Все в окна глазеть будут.
По всей видимости, она-таки нашла этой ткани достойное применение.
— Ельга? — удивленно пробасил отец. — Что ты тут делаешь? И почему ты… такая?
— Какая — такая? — огрызнулась мать, прижавшись спиной к двери. Слепо зашарила позади рукой, должно быть, собираясь улизнуть прочь.
— Заперто, дорогуша, — злорадно проговорил сверху Хорг. — Да не просто так, а я еще чарами припечатал. Уж больно любопытно, что дальше будет.
Как ни странно, но моя мать не испугалась чудного создания, но глянула на него с таким гневом, что мне невольно стало не по себе.
— Ух, нечисть крылатая! — отчетливо буркнула она себе под нос.
— Чем обязан честью? — прохладно поинтересовался Дреган, глядя на мою мать.
А вот Раус уже был около нее. Брат со злостью рванул с себя легкую куртку и набросил на мать, прикрыв ее почти обнаженные прелести.
— А жаль, — вновь не удержался от соблазна прокомментировать все происходящее Хорг. — Грудь у дамочки аппетитная. Даром, что двоих детишек выкормила. Насколько я понимаю, это мать столь славного семейства пожаловала.
— Да, пожаловала, — с достоинством подтвердила мать и коротким кивком поблагодарила Рауса. — Я пришла осведомиться о судьбе моей дочери.
— Но почему в таком виде? — простонал несчастный отец, продолжая держаться за левую половину груди. — Ельга, во имя всех богов, только не говори, что собиралась охмурить этого хмыря!
— Вот за хмыря я могу и обидеться, — холодно отозвался Дреган.
После чего одним стремительным движением пересек комнату. Я аж приоткрыла рот от изумления — настолько быстро и незаметно это у него вышло. Только что он стоял тут — и вдруг уже подле дивана.
Дреган опустился на колени перед диваном, рванул на груди моего отца рубаху.
— Не надо, — слабо запротестовал тот. — Что вы делаете?
— Спасаю вам жизнь, — огрызнулся Дреган. Положил ладонь на обнаженную кожу. Именно напротив того места, где, по моим представлениям, должно было находиться сердце.
Отец откинул голову на спинку дивана, больше не в силах возражать. Прикрыл глаза.
Я с тревогой наблюдала за этой картиной. А ведь батюшка действительно выглядит так себе. Аж посерел лицом, на лбу выступила обильная испарина, губы побледнели, а из груди вырывался какой-то сиплый хрип.
Но почти сразу я с облегчением вздохнула, когда услышала, что его дыхание стало ровным и спокойным. Щеки порозовели, губы тронула улыбка.
— Так-то лучше, — констатировал Дреган и встал. Чуть склонил голову, внимательно глядя на моего отца сверху вниз.
«Дреган, — подумала я. — Какой он, все-таки, милый!»
После чего темные воды небытия окончательно сомкнулись над моей многострадальной головой.
Впрочем, момент забытья не продлился долго. Достаточно скоро я ощутила, что лежу на чем-то мягком и уютном. А заодно услышала спор, который велся надо мной.
Спорящие говорили в полный голос, поэтому мне не пришлось даже прислушиваться.
— Ну вот, она беременна! — горестно стенал отец. — Иначе почто бухается на пустом месте?
— Да не трогал я твою дочь, — огрызнулся Дреган, уже оставив вежливый тон. — Даже пальцем не прикоснулся. Я всего лишь пугнул Грега, когда тот пытался ее пощупать в озере. Ну и заодно превратил его в борова. Поскольку твоя дочь была уже синей от холода и стучала зубами, дал ей плащ. Откуда мне было знать, что все так обернется?
— А почему она тогда в обморок упала? — упорствовал отец.
— Помилуйте, разгневанный отец, — послышался знакомый присвист так напугавшего меня чудовища, — но даже если предположить, что мой хозяин славно покувыркался с вашей дочкой на берегу озера — разве беременность даст о себе знать прям в этот вечер?
— А разве нет? — агрессивно отозвался отец. — Мне Ельга так на следующий день после свадьбы и заявила, что, мол, понесла. А я ее до того и пальцем не трогал.
После этого в комнате повисла напряженная тишина. И мне она очень не понравилась.
— Дела, — наконец, негромко протянуло чудище. — Сдается, в этой семейке все не так просто.
— Цыц, Хорг, — весомо обронил Дреган. — Не наше дело.
— А что, разве я не прав, что ли? — обиженно вопросил отец. — У баб-то чутье на эти вещи похлеще, чем у зверя. Ну, Ельга так говаривала. Прям сразу чуют, если получилось.
Послышался негромкий смешок. И почти сразу я почувствовала прохладное прикосновение к моему лбу.
— Очнулась? — полюбопытствовал Дреган. — Долго еще притворяться будешь?
Я хмуро посмотрела прямо в глаза чернокнижнику.
Удивительно, но сейчас оба были почти одинакового цвета: желто-зеленого, как у довольного домашнего кота, ухватившего отличный кусок мяса со стола, пока хозяева отлучились. И на самом дне их теплилась улыбка.
Я вдруг осознала, что улыбаюсь ему в ответ. Нет, он все-таки милый! Хоть и повинен во всех моих бедах.
— Простите, — негромко сказала я.
Дреган вздернул одну бровь, не торопясь убирать ладонь с моего лба.
— Папа, ничего у меня с Дреганом фон Каасом не было, — проговорила я, посмотрев на взволнованного отца, который переминался с ноги на ногу чуть поодаль. — Он спас меня от Грега. Дал свой плащ, чтобы я прикрылась. И при этом не подглядывал.
Откуда-то сверху вновь донесся ехидный смешок. Я задрала голову и с содроганием сердца увидела неведомую тварь, которая висела аккурат надо мной.
Интересно, кто это? Или вернее сказать — что?
— Но ты сказала, что он виновен во всех твоих бедах, — не унимался отец. — Почему?
— Потому что я прихватила застежку с его плаща, — призналась я. — И именно эта застежка так разозлила Яру и прочих.
— Девочка, стало быть, клептоманка, — донеслось сверху.
Я понятия не имела, что означает столь мудреное слово. Но почудилось в нем нечто постыдное.
— Нет, я просто не хотела показываться перед родителями в чужом мужском плаще, — попыталась я объяснить. — Поэтому спрятала его в дупле. Но побоялась, что застежку украдут. Вот и решила взять с собой. А потом… Потом все вышло так, как вышло.
— Точно ничего не было? — недоверчиво переспросил отец.
— Точно, — подтвердила я.
— А жаль… — полувздохом донеслось сверху.
И тотчас же с притолоки посыпалась какая-то труха. Что-то громыхнуло, и я завизжала, прикрыв голову руками.
Ой. Что это?
Как оказалось, закричала не только я. Мой отец громко и от души выругался, брат, до этого сидевший смирнее мышки, выдал такое, что я невольно покраснела. Откуда он знает такие выражения?
— Простите моего питомца, — спокойно произнес Дреган, сдув с кончиков пальцев остатки магических искр. — Иногда он… В общем, бывает слишком глуп и слишком груб. Приношу свои извинения за него.
— Ну хорошо, — пробормотал отец, как-то тоскливо покосившись на дверь. — Значит, все решено? Я оставляю вам телят, а Лютик уходит со мной?
Дреган встал с дивана, на котором я лежала. Скрестил за спиной руки и медленно прошелся по комнате.
Я заволновалась. Что это с ним? Выглядит он не особенно довольным.
— А что будет дальше? — негромко спросил Дреган, остановившись напротив окна. Устремил отсутствующий взгляд во тьму, плескавшуюся снаружи, как будто был способен там что-то разглядеть.
— Как — что? — Отец недоуменно пожал плечами. — Мы вернемся в деревню…
— И завтра сестру опять поведут на костер, — не выдержав, влез-таки с замечанием Раус. — Семейка Грега точно не успокоится, пока не выживет ее из деревни. А если она проведет ночь здесь в замке, то и замуж ее больше не выдать. Все будут считать, что она… ну, в общем… — И Раус густо покраснел, не в силах завершить свою мысль вслух.
— Ох, молодежь, — снисходительно пробурчала странная тварь, к пугающему виду которой я почти привыкла. — Как это мило… Я прям прослезился от такого целомудрия.
— Лютик может уйти прямо сейчас, — упрямо возразил отец. Покосился на невозмутимого Дрегана и робко уточнил: — Правда ведь?
— Я никого не держу, — спокойно сказал он. — Вы все можете уйти в любой момент. И даже телят своих с собой захватите.
— Телят-то зачем отдаешь? — обиженно взвыла странная тварь, притаившаяся за подкопченной от чар потолочной балке. — Чем нам питаться?
— Папа, это глупо! — Раус внезапно вскочил на ноги и свирепо выдвинул вперед нижнюю челюсть.
О, я очень хорошо знала, что это значит. Пожалуй, в упрямстве моему брату не было равных.
Ну, если не считать меня, конечно же.
И по всему выходило, что мой брат сейчас просто в бешенстве.
— Маг прав, — заявил Раус. — Если Лютик вернется сейчас в деревню, то завтра все повторится. Причем на сей раз ее даже в замок не отправят. Решат, что чернокнижник отказался от дара, поэтому сразу же сожгут.
— Да нет, сынок, глупости какие. — Отец помотал головой. — Яра, конечно, дурная баба. Но не до такой же степени. Авось успокоится за ночь и остынет.
— Угу, как же, — буркнула я, вспомнив, как женщина показала свой раздвоенный язык. — Наверняка еще долго ядом будет плеваться, вспоминая, как Дреган ее заколдовал.
— Вы ее заколдовали? — изумился отец, широко распахнув глаза и уставившись на Дрегана. — Зачем?
— Не понравилась она мне, — буркнул тот. — Как и ее сынок. Впрочем, верно говорят, что от ослицы не родятся единорогов.
После столь глубокомысленного замечания в комнате стало тихо. Отец усердно шевелил бровями, видимо, силясь постигнуть смысл столь чудного сравнения. А я… В общем, мне было просто неловко признаваться в том, что я понятия не имею, кто такие единороги.
Только Раус робко улыбнулся, как будто оценил шутку чернокнижника. Впрочем, мой брат всегда любил читать.
— Я считаю, что Лютик должна остаться здесь! — первым нарушил затянувшуюся паузу брат и зло сжал кулаки. Добавил: — По крайней мере, здесь до нее Яра точно не доберется.
— Раус, это немыслимо! — простонал отец, аж раскрасневшись от волнения. — Твоей сестре еще замуж выходить и детишек рожать! А как это сделать, если…
И он пугливо осекся, покосившись на невозмутимого Дрегана.
— Я никого бесчестить не планирую, — с нескрываемой обидой уведомил тот. — Так, на всякий случай сообщаю.
— А я этого и не позволю! — Раус еще выше поднял подбородок и бесстрашно отчеканил, глядя прямо в глаза чернокнижника: — Я остаюсь с сестрой! Буду жить здесь. И, поверь, отец, честь моей сестры будет под надежным присмотром.
Дреган мученически возвел глаза к потолку, где прилепилась головой вниз его странная тварь.
— Хорг, напомни мне, разве я предлагал кров этим забавным людишкам? — вопросил он с сарказмом.
— Нам нужна кухарка, — прошипело чудное создание. — И мальчик пригодится. Пусть заботится о телятах.
— Да ты издеваешься, должно быть!
Я испуганно пискнула и с трудом удержалась от желания забиться с головой под ближайшее кресло.
Ого, как Дреган умеет! Вроде бы, даже голоса не повысил. А как будто хлестнул наотмашь.
— Хорг, это уже не смешно, — прошелестел с бешенством Дреган. — Мне не нужна кухарка. Мне вообще никто не нужен в этом замке. Я хочу побыть один!
— Как скажете, хозяин, — проговорила тварь на потолке. — Тогда позвольте мне слетать в деревню, когда девицу будут сжигать. Люблю запах жареного мяса.
Меня отчетливо замутило от последней фразы создания. Фу, гадость какая! Неужели он это всерьез?
Дреган издал приглушенный полустон-полувздох. Замер посередине комнаты с закрытыми глазами.
Я понятия не имела, о чем он задумался. Но мне очень не нравилась глубокая морщина, разломившая его переносицу.
— Ладно, пусть будет так, — наконец, глухо сказал он и устало посмотрел на отца. — Кухарка мне нужна, Хорг прав. Я найму вашу дочь. И даже вашего сына выгонять не буду. Замок долго стоял заброшенным. Крепкая мужская рука тут пригодится. Более того, я намерен даже заплатить за услуги ваших детей. Скажем, пять серебряных пойдет?
Отец смешно выпучил глаза. По всему было видно, что он ошарашен предложенной суммой. Еще бы! Даже в лучший свой год он выручал на ежегодной ярмарке всего полтора серебряных. Эдак потеря половины стада телят обернется невиданной удачей.
— За первый месяц, — торопливо добавил Дреган, неверно истолковав выражение лица отца. — Держите.
После чего залез в карман, подошел ближе — и щедро сыпанул монетами на колени растерянного донельзя отца.
— С-спасибо, — заикаясь, поблагодарил тот. — Ваша щедрость, господин, не знает пределов! Я… Спасибо вам еще раз!
Понятия не имею, сколько еще он бы распинался в благодарностях, при этом не забыв подобрать все монеты и аккуратно сложить их в карман. Но внезапно замок сотряс звук входного колокола.
— Чудовищно, — буркнул себе под нос Дреган. — Кого еще на ночь глядя принесло?
Я напряженно выпрямилась. Умоляюще уставилась на чернокнижника.
А вдруг это Яра? Вдруг она решила, что я слишком легко отделалась, и вернулась, желая завершить начатое?
Дреган почувствовал мой взгляд. Посмотрел на меня и слабо улыбнулся. Он ничего не сказал, но внезапно я ощутила, как когтистые лапы тревоги разжимаются, перестав терзать мое сердце.
— Хорг, открой, — приказал он, не сводя с меня глаз, вновь совершенно одинаковых на цвет.
И питомец мага ловко выскользнул из гостиной, отправившись выполнять его повеление.
Я купалась во взгляде чернокнижника. Он словно обволакивал меня лаской. Кожа покрылась приятными мурашками, как будто кто-то провел по ней теплым мехом…
— Достаточно, — вдруг буркнул Раус.
Поднялся со своего места и встал таким образом, чтобы оказаться между мной и Дреганом.
Я кисло скривилась. Вот ведь… братишка! Вечно лезет не в свое дело.
— Занимательно, — почти не разжимая губ, обронил Дреган. — Вы очень забавный молодой человек. Пожалуй, мне стоит пообщаться с вами наедине.
— Чего? — непонимающе брякнул Раус.
А я почувствовала, как мои щеки потеплели от раздражения. Что-то мне все это очень сильно не нравится. С какой такой стати Дреган вдруг так заинтересовался моим братом? Поневоле подумаешь о всяком… нехорошем.
Однако ответа от чернокнижника мой брат так и не дождался. В этот момент дверь, ведущая из гостиной в прихожую, распахнулась, и на пороге предстала моя мать.
Мои глаза сами собой округлились, когда я увидела, в каком виде она явилась в замок Дрегана. Я даже не подозревала, что у моей матери имеется настолько вызывающее платье. Считай, вся грудь нараспашку. Эдак и простудиться можно. А вырез на подоле? Да он же до самого пояса идет!
Кстати, а фигура у моей матери очень даже ничего. В обычных-то нарядах этого не видно. Постоянно поверх платья передники повязаны. А теперь я неожиданно увидела, что ноги матушки стройные и длинные, а талия по-девичьи тонкая.
Отец сдавленно закашлялся и побагровел. Привстал было, потом вновь уселся, схватившись за левую часть грудь.
Дреган искоса глянул на него. Нахмурился, но промолчал.
По всей видимости, мать не ожидала увидеть перед собой столько народа. Она даже попятилась было, но Хорг, влетевший следом, успел захлопнуть дверь.
— Ой, — пискнула она и торопливо скрестила руки на груди, прикрываясь от всеобщих взглядов.
Я в свою очередь напряженно размышляла, почему мне кажется такой знакомой ткань этого платья. Вроде бы, она была отложена у нас для пошива занавесок. Правда, мать ругалась, что отец купил на ярмарке не плотную материю, а полупрозрачную тюль. Мол, безобразие полное. Ничего не скроет, что в доме происходит. Все в окна глазеть будут.
По всей видимости, она-таки нашла этой ткани достойное применение.
— Ельга? — удивленно пробасил отец. — Что ты тут делаешь? И почему ты… такая?
— Какая — такая? — огрызнулась мать, прижавшись спиной к двери. Слепо зашарила позади рукой, должно быть, собираясь улизнуть прочь.
— Заперто, дорогуша, — злорадно проговорил сверху Хорг. — Да не просто так, а я еще чарами припечатал. Уж больно любопытно, что дальше будет.
Как ни странно, но моя мать не испугалась чудного создания, но глянула на него с таким гневом, что мне невольно стало не по себе.
— Ух, нечисть крылатая! — отчетливо буркнула она себе под нос.
— Чем обязан честью? — прохладно поинтересовался Дреган, глядя на мою мать.
А вот Раус уже был около нее. Брат со злостью рванул с себя легкую куртку и набросил на мать, прикрыв ее почти обнаженные прелести.
— А жаль, — вновь не удержался от соблазна прокомментировать все происходящее Хорг. — Грудь у дамочки аппетитная. Даром, что двоих детишек выкормила. Насколько я понимаю, это мать столь славного семейства пожаловала.
— Да, пожаловала, — с достоинством подтвердила мать и коротким кивком поблагодарила Рауса. — Я пришла осведомиться о судьбе моей дочери.
— Но почему в таком виде? — простонал несчастный отец, продолжая держаться за левую половину груди. — Ельга, во имя всех богов, только не говори, что собиралась охмурить этого хмыря!
— Вот за хмыря я могу и обидеться, — холодно отозвался Дреган.
После чего одним стремительным движением пересек комнату. Я аж приоткрыла рот от изумления — настолько быстро и незаметно это у него вышло. Только что он стоял тут — и вдруг уже подле дивана.
Дреган опустился на колени перед диваном, рванул на груди моего отца рубаху.
— Не надо, — слабо запротестовал тот. — Что вы делаете?
— Спасаю вам жизнь, — огрызнулся Дреган. Положил ладонь на обнаженную кожу. Именно напротив того места, где, по моим представлениям, должно было находиться сердце.
Отец откинул голову на спинку дивана, больше не в силах возражать. Прикрыл глаза.
Я с тревогой наблюдала за этой картиной. А ведь батюшка действительно выглядит так себе. Аж посерел лицом, на лбу выступила обильная испарина, губы побледнели, а из груди вырывался какой-то сиплый хрип.
Но почти сразу я с облегчением вздохнула, когда услышала, что его дыхание стало ровным и спокойным. Щеки порозовели, губы тронула улыбка.
— Так-то лучше, — констатировал Дреган и встал. Чуть склонил голову, внимательно глядя на моего отца сверху вниз.
