— Не знаю. Может, его доспехи магией прежде уничтожили? — Соник вспорхнул и завис, рассматривая кинжал. — Оружие магическое, но я не знаю, что именно оно умеет.
Ого! И снова магия! Этот мир, если он мне все-таки не чудится, удивляет все больше и больше. Правда сюрпризы все пока какие-то сомнительные.
— А что вообще может оружие? Убивает само по себе, что ли?
— Не знаю. Я ведь только…
—…вылупился в начале лета. Я помню.
Оголенные кости меня совсем не пугали. Я воспринимала их, не знаю… Как муляж, наверное. Подошла и тоже склонилась над кинжалом, рассматривая богато украшенную самоцветами рукоять с каплевидным крупным изумрудом. Я не знала наверняка, тот ли это камень, но решила давать всему привычные названия.
— У меча, что я нашла утром, тоже в рукояти камень. Интересно, это что-нибудь значит?
— Это то, что накапливает магию, — пояснил Соник.
Понятно, местный аналог самозарядной батарейки. Значит ли это, что вся магия здесь завязана на драгоценных камнях?
— Интересно, какими свойствами обладает этот кинжал?
Осторожно вынула клинок из костяка и рассмотрела. Металл лезвия то ли сам по себе темный, то ли потемнел от времени. Никаких зазубрин или пятен на клинке.
— Выглядит как новенький…
Есть хотелось неимоверно, но почистить кинжалом морковку мешала мысль, что когда-то им убили человека. Я так и не смогла себя пересилить, зато придумала другой способ. Прижала корнеплод к углу камня в оконном проеме и, нажав, сняла верхний грязный слой. Повторила операцию, методично очистив морковку полностью. Не слишком аккуратно, и все руки липкие от сока, зато теперь можно было есть, и я с наслаждением захрустела овощем.
— Какой сочный ромак! Дай маленько! — попросил Соник.
Я поделилась морковкой с другом, и дракошка урча, точно довольный котенок, принялся грызть свой кусок.
— Не солнцеед, конечно, но тоже ничего… — вынес он вердикт.
Ничего?! Мне казалось, что это самое вкусное, что я когда-либо ела. Но с голоду оно всегда так.
Последний кусочек ромака застрял у меня в глотке, когда вокруг что-то изменилось. Повеяло ледяным холодом, и по полу от входа побежала изморозь.
— Соник, что это? — прошептала я, почувствовав осязаемую волну ужаса.
— Не знаю… — дракошка смешно нахмурился и осторожно подлетел к выходу. Выглянув, он опрометью юркнул за меня. — Это Ангус! Какой же он страшный, храни нас Дракон Прародитель!
Мне такая реакция не понравилась.
— Ты же его раньше видел!
— Я никогда не видел его так близко — подглядывал, сидя в бутоне внизу. Ангус был далеко, и никогда не спускался со стены.
Но мы-то как раз находились на стене!
— Отлично…
Я тихонько перебралась в дальний угол, потеснив, сидевшего там скелета и затаилась, стиснув рукоять кинжала покрепче. Цветодрак забрался куда-то мне под волосы и нервно дергал хвостом, щекоча шею.
— Прекрати! — шепнула я.
В этот момент какая-то белесая дымка заслонила проход, и я с ужасом узнала очертания звериной лапы. Почти перестав дышать, я вжималась спиной в стену, жалея, что не накрылась сверху прогнившим матрасом, и думала, что если выживу и вернусь домой в добром здравии, напишу книгу «Как не сойти с ума за один день». Слишком уж много магических приключений на мою долю выдалось.
На смену лапе в проходе явилась голова!
Призрачный волк уставился на меня и глухо зарычал, оскалив клыки. Размерами он не уступал Сфире, да только камень стен не был ему помехой, поэтому башка просочилась в караулку целиком. Глаза призрака полыхали алым, с прозрачных полуметровых клыков капала слюна, растекаясь по каменному полу лужицей эктоплазмы. Не знаю, так ли это было на самом деле, но почему-то именно это слово пришло на ум.
Монстр зарычал громче.
— На! — Загнанная в угол крыса нападает первой!
Я действовала не оригинально, пырнув призрачного волка кинжалом прямо в нос, и тут случилась неожиданность: призрак словно прилип к кончику клинка и начал в него втягиваться с жутким, оглушительным воем. Не знаю почему, но я не бросила оружие и не закрыла глаза. Продолжала удерживать кинжал, словно орудуя, магическим пылесосом.
Не выпустила я кинжал даже когда его рукоять стала ледяной, и от этого холода принялось ломить запястье.
— А нечего меня было пугать! — нервно выдала, когда весь призрак всосался.
Осторожно положив кинжал на старый матрас, принялась растирать пульсирующее от мерзкой боли запястье, наблюдая, как чернота заливает изумруд в рукояти.
— Ты его уничтожила?! — выпорхнул из-под моих волос Соник, сверкая удивленными глазищами.
— Не знаю…
— Я же говорил, кинжал магический. Вот, значит, как он работает!
— Тогда хорошо, что я не стала чистить им морковку. — Представила, как мой последний шанс поесть втягивается в кинжал. — Хотя… Этот караульный никуда не делся, а ведь его закололи именно этим оружием, — опровергла я собственные опасения.
— Но он без брони. Вдруг кинжал только неживое втягивает, — предположил Соник.
— А давай проверим? — улыбнулась я дракошке.
Подхватив клинок, ткнула им в остатки матраса, но ничего не произошло.
— Может, он сытый? — перекувыркнулся в воздухе мой друг.
— А когда он проголодается?
— Может, когда камень позеленеет?
— Тогда нужно быть осторожной и не порезаться. Не хочу, чтобы и меня засосало… Соник! — я уставилась на дракончика. — Интересно, а против Сфиры он подействует?
— Надо попробовать. Но мне кажется, лучше бы дождаться следующей ночи.
Сидеть в караулке всю ночь не хотелось, да и Ангуса не нужно было больше бояться. Прихватив кинжал, я вышла наружу. Порядком притомившийся Соник нахохлился и откровенно клевал носом, пристроившись на моем плече. Бедняге давно было пора спать, да и мне тоже. Приключения вымотали нас обоих, и я планировала найти подходящее место для ночлега. Желательно, без пауков и скелетов.
Прошлась вдоль стены, стараясь держаться так, чтобы меня не было видно снизу. Удалившись метров на тридцать от караулки, рискнула осторожно проверить, где Сфира. Паучиха бестолково топталась на прежнем месте — у подножья лестницы, земля вокруг и частично стена и сама лестница — все было белесым от ее паутины. Похоже, она продолжала плеваться, в надежде меня зацепить.
Паучиха вдруг плюнула еще раз, и тут у меня едва глаз не выпал. Она подтянулась на собственной паутине и втащила себя на паутинную кучу, в которую превратилось подножье лестницы.
— Боооженьки святы! — выдохнула я, резко отпрянув от зубца.
От резкого движения с моего плеча свалился Соник, но я инстинктивно его подхватила. Да так, словно для меня вот так подхватывать что-то падающее — привычное дело.
— А! Что? Где мы? — встрепенулся дракошка.
— Соник, ты ошибся. Похоже, Сфира придумала, как забраться на стену.
Сколько пройдет времени, прежде чем Сфира заберется наверх? Не факт, что она успеет сделать это за ночь, но и отметать такую вероятность не стоит. Как и надеяться, что кинжал поможет совладать с ней так же легко, как и с Ангусом.
Одно ясно точно — ночевать на стене нельзя ни в коем случае.
Я поспешила обойти стену по периметру, и оказалась с той стороны, где выпала из окна — именно там находился известный мне вход. Да к тому же он был достаточно узким, чтобы паучиха не смогла в него проникнуть. Осталось дело за малым — спуститься в темноте по другой лестнице и пересечь открытое пространство, отделяющее стену от замка. А это добрые метров пятьдесят навскидку. В этом месте, кроме конюшен у стены, да старого колодца по центру, ничего иного не было. С одной стороны, я увижу паучиху, но с другой она тоже увидит меня. Что же делать?
Может, попробовать пробраться ползком в высокой траве?
— Соник, а здесь есть другие пауки? — задала вполне резонный вопрос.
Фантазия разыгралась, и я представила себе целый ковер из Сфириных деток, застилающий землю и с подозрением уставилась на безмятежное море травы.
— Может, и есть. Я видел парочку как-то, но они не такие как Сфира.
— Это не может не радовать. — Я задумалась, но все же решила использовать мелкого друга. — Соник, а ты не мог бы немного вернуться, когда спустимся, и проверить, где паучиха?
— Конечно могу! — с каким-то детским восторгом отозвался дракошка. — А хочешь, я ее буду отвлекать?
— Знаешь, лучше не надо. Это может быть слишком опасным, — не разделила энтузиазма я, опасаясь за сохранность храброго цветодрака. — Ты устал, а она вон как паутиной плюется.
— Ты же сама назвала меня Соником, — слегка обиделся дракончик. — Ты не веришь, что я быстрый?
— Просто мне без тебя страшно, — «призналась» я. К тому же ты лучше ориентируешься в замке.
— Это так! — дракошка приосанился.
— Тогда идем! — я осторожно спускалась по лестнице, зорко осматриваясь по сторонам.
Двор замка хорошо просматривался, необычайно яркие звезды освещали его достаточно, чтобы я не пропустила паучиху. Насчет чего-то помельче, я уже не была столь уверена.
Когда оказались внизу, я не спешила отходить от лестницы. Постояла прислушиваясь. К счастью, паучиха была довольно шумной, и скрежетала при движении.
— Соник? — позвала я и указав двумя пальцами на свои глаза, показала направление, куда именно следует смотреть.
Дракошка лишь секунду колебался, а затем понятливо кивнул совершенно по-человечески, и полетел в направлении, где осталась паучиха. Время от времени он заныривал в густую траву, а затем выныривал совсем в другом месте. Убедившись, что он осторожен, присела на корточки и развела в стороны стебли, внимательно осматривая землю.
Земля, как земля. Никакого ковра из пауков.
Меня немного попустило. Еще раз убедившись, что Сфиры рядом нет, я рванула бегом через двор прямо к обнаруженной днем двери. В какой-то момент мне показалось, что за мной кто-то гонится. Захотелось заорать, но обернувшись, я не увидела абсолютно ничего. Пошаливали нервишки, после всех приключений.
На крыльце остановилась и тихонько позвала:
— Соник!
Дракошки нигде не было…
Я ждала минуту, другую, но цветодрак по-прежнему не появлялся. Грудь стиснуло дурное предчувствие, а в какой-то момент мне показалось, что я слышу приближающийся скрежет.
Скрежет становился все отчетливей, а вскоре из-за поворота выскочила гигантская паучиха. Я не сразу разглядела, как кто-то маленький, выбиваясь из сил летит впереди нее.
— Соник! — заорала я. — Сюда, скорее!
Открыв тяжелую, окованную полосами металла, дверь, зашла внутрь, приготовившись ее захлопнуть, если успею. Дракошка летел как-то рвано, словно одно крыло у него плохо работало. Он то терял высоту, то набирал ее снова, но недостаточно, чтобы взлететь над паучихой. Если Сфира выстрелит паутиной, то его просто размажет.
— Эй! — я замахала руками. — Я здесь! Эгегей!
Более интересная добыча должна была привлечь паучиху. Я надеялась, что Соник воспользуется моментом, чтобы уйти в сторону и куда-нибудь спрятаться, но дракошка то ли оказался не столь сообразительным, как я о нем думала, то ли просто устал. Он повернул ко мне и даже маневрировать почти перестал.
Паучиха, похожая на чудовищный танк, быстро перебирала ногами. Расстояние сокращалось стремительно, но еще стремительнее таяла уверенность в том, что я смогу вовремя захлопнуть дверь.
До меня им осталось метров десять, девять…
Размахнувшись, я изо всех сил швырнула в паучиху кинжал.
Свистнула сталь, клинок несколько раз перевернулся в воздухе и воткнулся четко в один из центральных глаз. В тот же миг я вдруг поняла, что умею вот так. Я явно тренировалась! Это получилось безотчетно, на голых инстинктах, но я попала ровно туда, куда хотела попасть!
Сфира издала бьющий по нервам скрежет и немного замедлилась, а в следующий миг Соник ускорился и влетел в темный коридор. Я изо всех сил потянула кольцо, заменявшее ручку.
Хлоп!
Зловещее эхо отдалось в пустынных коридорах, и мы оказались в кромешной темноте. Засов на двери тоже был, но он не поддался, потому я просто отступила в уже знакомую мне прачечную, где было немного светлей. Несколько мучительных мгновений я с колотящимся сердцем прислушивалась к тому, что происходит снаружи, но толстые стены и мощная дверь скрадывали все звуки.
— Ну, по крайней мере, она не пытается сломать дверь, — выдохнула я и присела на край корыта, в которое по-прежнему лилась вода.
Спохватившись, я закрыла местный кран, надеясь, что не слила всю доступную питьевую воду. Откуда она сюда попадает, мне было неизвестно.
— Успели! — дракошка, окончательно обессилев. шлепнулся мне на грудь, и я инстинктивно его подхватила.
— Соник! Зачем ты так рисковал! Я же просила тебя быть осторожней! — сорвалась я.
— Извини. Я нечаянно в паутину вляпался крылом. В темноте не разглядел. Поможешь очистить?
Я поднесла дракошку к свету, и действительно! клейкая масса основательно налипла на его крылышко. Как он только вообще смог долететь?
— Бедняга… Прости меня, Соник. Не нужно было тебя туда посылать.
— Лина, ты не виновата. Я сам должен был смотреть в оба. Я же теперь король цветодраков.
— Это правда? — улыбнулась я и, ссадив дракошку на край корыта, набрала в ладонь воды и умылась, затем напилась.
— Конечно, правда!
— А почему не правят старожилы? Это ведь логичнее?
— Старожилы — советники. Но они уже не могут быстро летать и драться. Должен быть кто-то сильнее. Как драклорд.
— Кстати, насчет драклорда. Ты сказал, что это знамение, и что он проснулся. Что это означает?
— Это значит, что он найдет способ вернуться.
— А почему так важно, чтобы драклорд вернулся, Соник? — мне казалось, что за словами цветодрака скрывается нечто большее, чем простое желание вернуть в замок жизнь. — Это ведь не только потому что в Дорт-Холле станет больше вкусных цветочков?
— Я не знаю, Лина. Но… я так чувствую. Все мы чувствуем, что надвигается что-то страшное, и справиться с этим может только драклорд.
Вот те раз!
— Что-то пострашнее гигантских пауков и призраков?!
Что это за место? Куда я вообще попала? А, главное, как?!
Я старалась не задаваться этим вопросом, а просто принять новую реальность, о которой читала на досуге в книгах. Лучше буду верить в попаданство, чем в собственное сумасшествие. А раз так, следует побольше узнать об окружающем мире и его законах, но для начала поспать бы…
Кстати! В гостиной есть диван. А еще там остался меч и такая удобная и теплая шкура. Я уже порядком продрогла.
— Соник, ты знаешь, как попасть в большую комнату с камином и портретом драклорда?
Дракошка знал, и поплутав темными коридорами, где местами приходилось передвигаться наощупь, ориентируясь лишь на подсказки Соника, я оказалась там, откуда начала свое путешествие по Дорт-Холлу.
Шкура и меч никуда не делись. Так и лежали там, где я их оставила. Портрет все так же стоял словно наказанный — драклордом к стене. А в лишенные остекления оконные проемы задувал ветер. Ночка выдалась прохладная, хорошо было бы растопить камин.
Обломков мебели вокруг хватало, но я опасалась пораниться о стекла, которых на полу было множество, к тому же я не увидела, чем можно разжечь огонь. Попыталась прикорнуть на диванчике, завернувшись в шкуру, но та сползала — сидение оказалось слишком узким. На пол перебираться не хотелось, большое пространство гостиной нагоняло жути, а последней каплей стал скрежет паучихи под окном. Соник говорил, что Сфира не заходит в замок, но кто ее знает…
Ого! И снова магия! Этот мир, если он мне все-таки не чудится, удивляет все больше и больше. Правда сюрпризы все пока какие-то сомнительные.
— А что вообще может оружие? Убивает само по себе, что ли?
— Не знаю. Я ведь только…
—…вылупился в начале лета. Я помню.
Оголенные кости меня совсем не пугали. Я воспринимала их, не знаю… Как муляж, наверное. Подошла и тоже склонилась над кинжалом, рассматривая богато украшенную самоцветами рукоять с каплевидным крупным изумрудом. Я не знала наверняка, тот ли это камень, но решила давать всему привычные названия.
— У меча, что я нашла утром, тоже в рукояти камень. Интересно, это что-нибудь значит?
— Это то, что накапливает магию, — пояснил Соник.
Понятно, местный аналог самозарядной батарейки. Значит ли это, что вся магия здесь завязана на драгоценных камнях?
— Интересно, какими свойствами обладает этот кинжал?
Осторожно вынула клинок из костяка и рассмотрела. Металл лезвия то ли сам по себе темный, то ли потемнел от времени. Никаких зазубрин или пятен на клинке.
— Выглядит как новенький…
Есть хотелось неимоверно, но почистить кинжалом морковку мешала мысль, что когда-то им убили человека. Я так и не смогла себя пересилить, зато придумала другой способ. Прижала корнеплод к углу камня в оконном проеме и, нажав, сняла верхний грязный слой. Повторила операцию, методично очистив морковку полностью. Не слишком аккуратно, и все руки липкие от сока, зато теперь можно было есть, и я с наслаждением захрустела овощем.
— Какой сочный ромак! Дай маленько! — попросил Соник.
Я поделилась морковкой с другом, и дракошка урча, точно довольный котенок, принялся грызть свой кусок.
— Не солнцеед, конечно, но тоже ничего… — вынес он вердикт.
Ничего?! Мне казалось, что это самое вкусное, что я когда-либо ела. Но с голоду оно всегда так.
Последний кусочек ромака застрял у меня в глотке, когда вокруг что-то изменилось. Повеяло ледяным холодом, и по полу от входа побежала изморозь.
— Соник, что это? — прошептала я, почувствовав осязаемую волну ужаса.
— Не знаю… — дракошка смешно нахмурился и осторожно подлетел к выходу. Выглянув, он опрометью юркнул за меня. — Это Ангус! Какой же он страшный, храни нас Дракон Прародитель!
Мне такая реакция не понравилась.
— Ты же его раньше видел!
— Я никогда не видел его так близко — подглядывал, сидя в бутоне внизу. Ангус был далеко, и никогда не спускался со стены.
Но мы-то как раз находились на стене!
— Отлично…
Я тихонько перебралась в дальний угол, потеснив, сидевшего там скелета и затаилась, стиснув рукоять кинжала покрепче. Цветодрак забрался куда-то мне под волосы и нервно дергал хвостом, щекоча шею.
— Прекрати! — шепнула я.
В этот момент какая-то белесая дымка заслонила проход, и я с ужасом узнала очертания звериной лапы. Почти перестав дышать, я вжималась спиной в стену, жалея, что не накрылась сверху прогнившим матрасом, и думала, что если выживу и вернусь домой в добром здравии, напишу книгу «Как не сойти с ума за один день». Слишком уж много магических приключений на мою долю выдалось.
На смену лапе в проходе явилась голова!
Призрачный волк уставился на меня и глухо зарычал, оскалив клыки. Размерами он не уступал Сфире, да только камень стен не был ему помехой, поэтому башка просочилась в караулку целиком. Глаза призрака полыхали алым, с прозрачных полуметровых клыков капала слюна, растекаясь по каменному полу лужицей эктоплазмы. Не знаю, так ли это было на самом деле, но почему-то именно это слово пришло на ум.
Монстр зарычал громче.
— На! — Загнанная в угол крыса нападает первой!
Я действовала не оригинально, пырнув призрачного волка кинжалом прямо в нос, и тут случилась неожиданность: призрак словно прилип к кончику клинка и начал в него втягиваться с жутким, оглушительным воем. Не знаю почему, но я не бросила оружие и не закрыла глаза. Продолжала удерживать кинжал, словно орудуя, магическим пылесосом.
Не выпустила я кинжал даже когда его рукоять стала ледяной, и от этого холода принялось ломить запястье.
— А нечего меня было пугать! — нервно выдала, когда весь призрак всосался.
Осторожно положив кинжал на старый матрас, принялась растирать пульсирующее от мерзкой боли запястье, наблюдая, как чернота заливает изумруд в рукояти.
— Ты его уничтожила?! — выпорхнул из-под моих волос Соник, сверкая удивленными глазищами.
— Не знаю…
— Я же говорил, кинжал магический. Вот, значит, как он работает!
— Тогда хорошо, что я не стала чистить им морковку. — Представила, как мой последний шанс поесть втягивается в кинжал. — Хотя… Этот караульный никуда не делся, а ведь его закололи именно этим оружием, — опровергла я собственные опасения.
— Но он без брони. Вдруг кинжал только неживое втягивает, — предположил Соник.
— А давай проверим? — улыбнулась я дракошке.
Подхватив клинок, ткнула им в остатки матраса, но ничего не произошло.
— Может, он сытый? — перекувыркнулся в воздухе мой друг.
— А когда он проголодается?
— Может, когда камень позеленеет?
— Тогда нужно быть осторожной и не порезаться. Не хочу, чтобы и меня засосало… Соник! — я уставилась на дракончика. — Интересно, а против Сфиры он подействует?
— Надо попробовать. Но мне кажется, лучше бы дождаться следующей ночи.
Сидеть в караулке всю ночь не хотелось, да и Ангуса не нужно было больше бояться. Прихватив кинжал, я вышла наружу. Порядком притомившийся Соник нахохлился и откровенно клевал носом, пристроившись на моем плече. Бедняге давно было пора спать, да и мне тоже. Приключения вымотали нас обоих, и я планировала найти подходящее место для ночлега. Желательно, без пауков и скелетов.
Прошлась вдоль стены, стараясь держаться так, чтобы меня не было видно снизу. Удалившись метров на тридцать от караулки, рискнула осторожно проверить, где Сфира. Паучиха бестолково топталась на прежнем месте — у подножья лестницы, земля вокруг и частично стена и сама лестница — все было белесым от ее паутины. Похоже, она продолжала плеваться, в надежде меня зацепить.
Паучиха вдруг плюнула еще раз, и тут у меня едва глаз не выпал. Она подтянулась на собственной паутине и втащила себя на паутинную кучу, в которую превратилось подножье лестницы.
— Боооженьки святы! — выдохнула я, резко отпрянув от зубца.
От резкого движения с моего плеча свалился Соник, но я инстинктивно его подхватила. Да так, словно для меня вот так подхватывать что-то падающее — привычное дело.
— А! Что? Где мы? — встрепенулся дракошка.
— Соник, ты ошибся. Похоже, Сфира придумала, как забраться на стену.
Глава 7. Опасные затеи
Сколько пройдет времени, прежде чем Сфира заберется наверх? Не факт, что она успеет сделать это за ночь, но и отметать такую вероятность не стоит. Как и надеяться, что кинжал поможет совладать с ней так же легко, как и с Ангусом.
Одно ясно точно — ночевать на стене нельзя ни в коем случае.
Я поспешила обойти стену по периметру, и оказалась с той стороны, где выпала из окна — именно там находился известный мне вход. Да к тому же он был достаточно узким, чтобы паучиха не смогла в него проникнуть. Осталось дело за малым — спуститься в темноте по другой лестнице и пересечь открытое пространство, отделяющее стену от замка. А это добрые метров пятьдесят навскидку. В этом месте, кроме конюшен у стены, да старого колодца по центру, ничего иного не было. С одной стороны, я увижу паучиху, но с другой она тоже увидит меня. Что же делать?
Может, попробовать пробраться ползком в высокой траве?
— Соник, а здесь есть другие пауки? — задала вполне резонный вопрос.
Фантазия разыгралась, и я представила себе целый ковер из Сфириных деток, застилающий землю и с подозрением уставилась на безмятежное море травы.
— Может, и есть. Я видел парочку как-то, но они не такие как Сфира.
— Это не может не радовать. — Я задумалась, но все же решила использовать мелкого друга. — Соник, а ты не мог бы немного вернуться, когда спустимся, и проверить, где паучиха?
— Конечно могу! — с каким-то детским восторгом отозвался дракошка. — А хочешь, я ее буду отвлекать?
— Знаешь, лучше не надо. Это может быть слишком опасным, — не разделила энтузиазма я, опасаясь за сохранность храброго цветодрака. — Ты устал, а она вон как паутиной плюется.
— Ты же сама назвала меня Соником, — слегка обиделся дракончик. — Ты не веришь, что я быстрый?
— Просто мне без тебя страшно, — «призналась» я. К тому же ты лучше ориентируешься в замке.
— Это так! — дракошка приосанился.
— Тогда идем! — я осторожно спускалась по лестнице, зорко осматриваясь по сторонам.
Двор замка хорошо просматривался, необычайно яркие звезды освещали его достаточно, чтобы я не пропустила паучиху. Насчет чего-то помельче, я уже не была столь уверена.
Когда оказались внизу, я не спешила отходить от лестницы. Постояла прислушиваясь. К счастью, паучиха была довольно шумной, и скрежетала при движении.
— Соник? — позвала я и указав двумя пальцами на свои глаза, показала направление, куда именно следует смотреть.
Дракошка лишь секунду колебался, а затем понятливо кивнул совершенно по-человечески, и полетел в направлении, где осталась паучиха. Время от времени он заныривал в густую траву, а затем выныривал совсем в другом месте. Убедившись, что он осторожен, присела на корточки и развела в стороны стебли, внимательно осматривая землю.
Земля, как земля. Никакого ковра из пауков.
Меня немного попустило. Еще раз убедившись, что Сфиры рядом нет, я рванула бегом через двор прямо к обнаруженной днем двери. В какой-то момент мне показалось, что за мной кто-то гонится. Захотелось заорать, но обернувшись, я не увидела абсолютно ничего. Пошаливали нервишки, после всех приключений.
На крыльце остановилась и тихонько позвала:
— Соник!
Дракошки нигде не было…
Я ждала минуту, другую, но цветодрак по-прежнему не появлялся. Грудь стиснуло дурное предчувствие, а в какой-то момент мне показалось, что я слышу приближающийся скрежет.
Скрежет становился все отчетливей, а вскоре из-за поворота выскочила гигантская паучиха. Я не сразу разглядела, как кто-то маленький, выбиваясь из сил летит впереди нее.
— Соник! — заорала я. — Сюда, скорее!
Открыв тяжелую, окованную полосами металла, дверь, зашла внутрь, приготовившись ее захлопнуть, если успею. Дракошка летел как-то рвано, словно одно крыло у него плохо работало. Он то терял высоту, то набирал ее снова, но недостаточно, чтобы взлететь над паучихой. Если Сфира выстрелит паутиной, то его просто размажет.
— Эй! — я замахала руками. — Я здесь! Эгегей!
Более интересная добыча должна была привлечь паучиху. Я надеялась, что Соник воспользуется моментом, чтобы уйти в сторону и куда-нибудь спрятаться, но дракошка то ли оказался не столь сообразительным, как я о нем думала, то ли просто устал. Он повернул ко мне и даже маневрировать почти перестал.
Паучиха, похожая на чудовищный танк, быстро перебирала ногами. Расстояние сокращалось стремительно, но еще стремительнее таяла уверенность в том, что я смогу вовремя захлопнуть дверь.
До меня им осталось метров десять, девять…
Размахнувшись, я изо всех сил швырнула в паучиху кинжал.
Свистнула сталь, клинок несколько раз перевернулся в воздухе и воткнулся четко в один из центральных глаз. В тот же миг я вдруг поняла, что умею вот так. Я явно тренировалась! Это получилось безотчетно, на голых инстинктах, но я попала ровно туда, куда хотела попасть!
Сфира издала бьющий по нервам скрежет и немного замедлилась, а в следующий миг Соник ускорился и влетел в темный коридор. Я изо всех сил потянула кольцо, заменявшее ручку.
Хлоп!
Зловещее эхо отдалось в пустынных коридорах, и мы оказались в кромешной темноте. Засов на двери тоже был, но он не поддался, потому я просто отступила в уже знакомую мне прачечную, где было немного светлей. Несколько мучительных мгновений я с колотящимся сердцем прислушивалась к тому, что происходит снаружи, но толстые стены и мощная дверь скрадывали все звуки.
— Ну, по крайней мере, она не пытается сломать дверь, — выдохнула я и присела на край корыта, в которое по-прежнему лилась вода.
Спохватившись, я закрыла местный кран, надеясь, что не слила всю доступную питьевую воду. Откуда она сюда попадает, мне было неизвестно.
— Успели! — дракошка, окончательно обессилев. шлепнулся мне на грудь, и я инстинктивно его подхватила.
— Соник! Зачем ты так рисковал! Я же просила тебя быть осторожней! — сорвалась я.
— Извини. Я нечаянно в паутину вляпался крылом. В темноте не разглядел. Поможешь очистить?
Я поднесла дракошку к свету, и действительно! клейкая масса основательно налипла на его крылышко. Как он только вообще смог долететь?
— Бедняга… Прости меня, Соник. Не нужно было тебя туда посылать.
— Лина, ты не виновата. Я сам должен был смотреть в оба. Я же теперь король цветодраков.
— Это правда? — улыбнулась я и, ссадив дракошку на край корыта, набрала в ладонь воды и умылась, затем напилась.
— Конечно, правда!
— А почему не правят старожилы? Это ведь логичнее?
— Старожилы — советники. Но они уже не могут быстро летать и драться. Должен быть кто-то сильнее. Как драклорд.
— Кстати, насчет драклорда. Ты сказал, что это знамение, и что он проснулся. Что это означает?
— Это значит, что он найдет способ вернуться.
— А почему так важно, чтобы драклорд вернулся, Соник? — мне казалось, что за словами цветодрака скрывается нечто большее, чем простое желание вернуть в замок жизнь. — Это ведь не только потому что в Дорт-Холле станет больше вкусных цветочков?
— Я не знаю, Лина. Но… я так чувствую. Все мы чувствуем, что надвигается что-то страшное, и справиться с этим может только драклорд.
Вот те раз!
— Что-то пострашнее гигантских пауков и призраков?!
Что это за место? Куда я вообще попала? А, главное, как?!
Я старалась не задаваться этим вопросом, а просто принять новую реальность, о которой читала на досуге в книгах. Лучше буду верить в попаданство, чем в собственное сумасшествие. А раз так, следует побольше узнать об окружающем мире и его законах, но для начала поспать бы…
Кстати! В гостиной есть диван. А еще там остался меч и такая удобная и теплая шкура. Я уже порядком продрогла.
— Соник, ты знаешь, как попасть в большую комнату с камином и портретом драклорда?
Дракошка знал, и поплутав темными коридорами, где местами приходилось передвигаться наощупь, ориентируясь лишь на подсказки Соника, я оказалась там, откуда начала свое путешествие по Дорт-Холлу.
Шкура и меч никуда не делись. Так и лежали там, где я их оставила. Портрет все так же стоял словно наказанный — драклордом к стене. А в лишенные остекления оконные проемы задувал ветер. Ночка выдалась прохладная, хорошо было бы растопить камин.
Обломков мебели вокруг хватало, но я опасалась пораниться о стекла, которых на полу было множество, к тому же я не увидела, чем можно разжечь огонь. Попыталась прикорнуть на диванчике, завернувшись в шкуру, но та сползала — сидение оказалось слишком узким. На пол перебираться не хотелось, большое пространство гостиной нагоняло жути, а последней каплей стал скрежет паучихи под окном. Соник говорил, что Сфира не заходит в замок, но кто ее знает…
