- Кэсседи, кс-кс-кс. Иди сюда, Кэс, я тебя не обижу. Только покалечу чуточку…- но меня почему-то не проняло. И я продолжила пятиться.
Должно быть со стороны это выглядело забавным. Но в данной конкретной ситуации – нет. И вот пячусь я, а он надвигается, а я все равно пячусь…и ба-ац! Стена! Но тут главное не растеряться, замереть и ждать. Глядишь и пронесет, да?
Не пронесло. Он был уже совсем близко, а я уже из всех сил вжималась в стену, когда та с яростным скрипом открылась, открывая темное и пустое пространство, в которое я влетела, рассекая спиной воздух. И вот тут я поорала от души!
***
Я оглядела, кажется, выломанную стену, потирая ушибленный…пусть будет копчик. Задумчиво закусила губу и растерянно обернулась к Кристофу. Тот до сих пор злился, и хоть по его милости я пробила собой стену, но это его явно не успокоило. Подлец!
- Где это мы? – вопрошаю и заискивающе сморю в сторону огромных стеллажей, накрытых сверху темными покрывалами. Наши таки то, что искали! Осталось только понять, что мы искали.
- А ты как думаешь? – ехидно вопрошает блондин и идет в сторону возвышающихся конструкций неопознанной давности. Ясно, он тоже не знает где мы.
Тихонечко семеню следом, надеясь, что грохот не привлек внимания со стороны истребителей. Так и Рейнгар припрется, деспот проклятущий. А где он, там и беспредел! Кристоф тем временем все ближе подбирается к стеллажам.
- Как думаешь, что там? – он вздрогнул. Естественно, такой момент волнительный, а я его тут отвлекла, понимаешь. На меня укоризненно взглянули.
- Ну…может здесь лаборатория какая? – пытаюсь оправдаться я.
- Ага, заложенная в стене лаборатория в конце темного и безлюдного коридора. – фыркнул он. – Не говори чепухи! Здесь все древнее, покрытое слоем пыли. Кошмар робота-уборщика, а не помещение. А истребители, они до ужаса современные, поэтому их лаборатории представляют собой сплошные панели, гаджеты, исследовательские штучки, компьютеры…
- Я поняла. – говорю раздраженно. – Но что, если это - заброшенная лаборатория сумасшедшего истребителя, а? Мало ли он здесь проводил свои зверские опыты в тайне от начальства? – На меня посмотрели как на умалишённую. – Нет, ну а что? И местечко подходящее и атмосфера…
И мы вместе проследили за тем, как с потолка спускается маленький паучок и замирает прямо около нас. С интересом разглядываю насекомое. Последний раз видела их в зоопарке на Аркее. Паучок увидел нас, как мне показалось, вздрогнул и с удвоенным рвение втянулся в потолок.
Так-с, ну ясно, тут робот-уборщик не бывает. А значит и люди здесь если бывают, то крайне редко.
- Ладно, признаю, что где-то ты можешь быть права. – напряженно произносит он. – Но если это не лаборатория?
- А что тогда? – удивленно вопрошаю я. – Как есть же лаборатория! – Вместе оглядели помещение. И вправду лаборатория. – Стеллажи есть? Есть. Странной конструкции, накрытый стол? Тоже есть. Неопознанная штукенция в дальнем углу? Присутствует. Неясного вида и цели назначения высоченная хрень около стола? Тоже есть. И даже неопознанная скамья у стеллажа находится! Ну, будешь и дальше утверждать, что не лаборатория?
- Ну…не знаю. – неуверенно выдал Крис. – Может это склад заброшенный.
- Ага, - говорю едко. – и сколько же этому складу лет? У нас уже тысячу лет, как все утилизируют!
- А может эти вещи жалко на утилизацию отдавать! – упрямится этот…этот…Кристоф этот!
- Тогда почему их просто не спрячут в стену? – весомо вопрошаю я. – Ты тоже отдельные комнаты организуешь под любимые и бесполезные вещи?
- Нет. – неохотно сообщил Крис. – Я просто приказываю убрать их в стену. Но ведь, и эта комната была спрятана там же, в стене, то есть. Может она была настолько дорога, что ее всю спрятали в панели стены?
- Целую комнату? – сомневаюсь я.
- Да! – гордо отвечает Кристоф, словно это он додумался сюда помещение спрятать от врагов своих, боясь, что его любимый стол расколошматят на щепки, а затем этими обрубками растопят камин и начнут танцевать танец диких папуасов, попеременно пиная друг друга в знак уважения и поддержки.
- Ладно, давай скинем эти покрывала и узнаем назначение комнаты. – предлагаю я, натыкаясь на его уже сомневающийся взгляд. Нормально? Вот они - современные мужчины! Рвутся в бой первыми, пока не узнают возможные последствия. Ууу! – Давай-давай! Иди снимай!
- А почему я? – возмущается Крис.
- Потому, что ты парень! – говорю и наблюдаю за его расстроенным выражением лица. Кажется, он впервые был разочарован в своем поле. Бедненький, даже жалко его стало. Но ненадолго! Все ведь должно случаться в первый раз, верно?
- А ты разве не феминистка? – вопрошает с надеждой, будто бы я ему сейчас скажу, что все это социальный эксперимент на любознательность народа, и ему вовсе не нужно сдирать эту чертову зановесочку.
- В ситуациях опасных для моей жизни – нет. Тогда я придерживаюсь традиционных понятий. Мужик рискует, а девушка томно падает в обморок. – Но сжалившись, добавляю: - Ты не переживай, если что, то я успею позвать на помощь. Наверно.
Кажется, мой ответ его не успокоил. А жаль, я ведь старалась. Но выбора у него не было, поэтому он медленно, напряженно, словно хищник, который в любой момент готов напасть, двинулся к стеллажам. Кристоф явно опасался содержимого, скрытого накидкой. Я б на его месте тоже боялась. А мало ли там террариумы с дикими мм…змеями? Или тарантулами? Черт, тогда ясно откуда здесь пауки!
- Кри-ис…,- говорю. – а ты пауков боишься?
- А п-почему ты про пауков вспомнила? – он резко затормозил, оставшись в шаге от стеллажей, обернулся и опасливо глянул в мою сторону.
- Да так, - пожимаю плечами, раздраженно отмахиваясь от него. Потому что сама уже готова идти и разбираться с этими конструкциями. Пока дождешься его реакции, то сама слоем пыли и паутины покроешься. – на Райзере собиралась в насекомопарк сходить.
- Аа, ну ладно. – говорит с облегчением. – Насекомопарки это очень даже хорошо. Возьми меня с собой потом, ладно?
- Если выживешь.
На меня посмотрели так, словно это я его сейчас и собираюсь убить.
- Так ты открываешь? – заинтересованно спрашиваю, начиная догадываться о худшем.
- Не-а.
- Почему?
- Перчаток нет, а мало ли, какая там зараза может быть. – супер.
Банально открываю рот, затем резко и зло закрываю, влетаю в комнату из коридора (да-да, пряталась за разломленной стенной, там безопаснее), уверенно и стойко иду к стеллажу, рукой отодвигаю растерявшегося Кристофа, закатываю рукава и подхожу. Но мысль о заразе не вылетала из головы, поэтому вытаскиваю из сумочки (не спрашивайте, она всегда со мной) влажные салфетки и начинаю делать то, что должен был сделать этот…Кристоф. Сначала аккуратно нащупываю край, также осторожно и не спеша отодвигаю, и в шоке смотрю на открывающееся!
Дальше все происходит само собой, одним резки и напористым движением руки, полностью скидываю накидку, начиная задыхаться от обилия пыли. Глаза слезятся, нос чешется, а кашель так и рвется наружу, но я сдерживаю его, потому что просто поражена тем, что мы нашли.
Книги! Здесь были книги!
Они стояли ровными и пыльными рядами на каждой полке, кажется, даже в каком-то определенном порядке! Их было невероятно много, самых разных размеров, толщины, древности, степени захламленности и потрепанности. Но все они были одного типа, их объединял бардовый, хоть и немного пыльный цвет, странный переплет корешков и что-то едва уловимое, что-то, что кричало о их сходстве.
- Чего только нет на корабле истребителей! – удивленно-восхищенно сказала я.
- Ущипни меня за…- он мимолетно глянул в мою сторону, наткнувшись на пристальный, немигающий взгляд. – за…пятку. Это же книги!
- Не книги, Крис, – говорю уверенно и авторитетно. - а чьи-то записи.
- Что?
- Посмотри на переплет корешков. – указываю пальцем на книгу. – Это очень странно, но какой-то сумасшедший решил переплетать их вручную. Книги так не переплетают, это еще несколько тысяч лет назад делали иначе, а значит кто-то сшивал нечто другое. Записи, к примеру. Мне кажется, что это дневники маньяка. Никакому нормальному человеку в здравом уме не придет в голову делать это вручную. Черт, ну точно не адекватному человеку!
Мелькнула мысль, что это может быть архив Рейнгара. А что, под описание подходит. Неадекватный псих, маньяк и страшный человек. Надо бы приглядеться к Рейнгару.
- Согласен. – мрачно кивает он. – Тут что-то странное. Записи действительно не электронные, ни на бегущей бумаге, ни на планшете. Они на бумаге, которую не засунули в скоросшиватель, не отправили на переплет, не отсканировали на голографический диск. Их…сшили. Вручную.
- Кому могло прийти это в голову? – вопрошаю я, все больше мрачнея.
На третьем курсе у нас были пары по психологии. Вел их весьма примечательный преподаватель, который не цитировал нам великих мыслителей, не давал штудировать учебники, не заставлял думать над смыслом бытия. Нет, вовсе нет. Он рассказывал нам о психологии отдельных типов людей, самых примечательных. И зачастую это были сбившиеся люди, которые потеряли нить реальности. Этот преподаватель какое-то время работал в РЕЧНО, в отделе поведенческого анализа, изучая склад ума преступников. И, о самых примечательных, он рассказывал нам.
На его парах мы узнали о том, что перфекционнисты в большинстве своем склоны к психическим отклонениям, паническим атакам, ужасающим головным болям, состоянию аффекта. Он утверждал, что примерно сорок процентов его «клиентов» являлись перфекционнистами, которые для наведения порядка в мире, убивали людей, «исправляли» их лица, делая более пропорциональными и правильными, не обращая внимания на то, что те уже мертвы или будут после произведенной операции. Они похищали и наказывали куртизанок, наркоманов, считая, что они слишком неправильные и неидеальные. Творили полный беспредел, уверенные, что делают мир разумным и правильным, точным, рациональным.
Но рассказывал он также и о тех, что любят кропотливую и жуткую работу. Так на его пути встретилась женщина, которая любила делать браслеты из костей людей, аккуратно обрезая их, придавая форму каждой будущей «бусинке», ласково обстругиваю, лакируя, выкрашивая в различные цвета, аккуратно насаживая на веревку, создавая уникальное украшение. Ради этого она убивала людей, делала из костей каждого человека бижутерию, и продавала в своем ювелирном магазинчике, забывая указывать, что это браслет сделанный из человека. Удивительно, но она была действительно гением, ее украшения завораживали своей красотой, продуманностью, и никто бы не подумал списать серийные убийства на миловидную женщину, пока однажды, каким-то чудом от нее не сбежала жертва. Тогда-то маньячку и поймали.
А темой нашего урока стали кропотливые до максимализма люди, которые тратят месяца и годы, для создания своей коллекции. Как правило, такие вещи содержат в себе что-то жуткое, уникальное, выдающее в их создателях творцов, но сумасшедших творцов, давно спятивших на своих шедеврах. В этом нет их вины, каждое умопомешательство берет свое начало в прошлом. Домашнее насилие, жесткое обращение домочадцев с животными, друзья, которые не видели ничего ужасного в избиении пенсионеров. Все то, что поспособствовало бы человеку сойти с ума.
Нас научили бояться таких людей, обходить их стороной или оформлять на них анкеты психологам РЕЧНО, которые всегда проверяли потенциальных убийц. Невероятно, но девять из десяти оказывались склонны к убийствам и насилию.
Вот и сейчас, глянув на эти обработанные корешки, мягко обшитые тетради, искусно выполненные и великолепно обработанные обложки, во мне зарождалась паника. Все указывало на второй тип убийц. Сложная работа, для которой нужно много времени, усидчивости и осторожности.
- У тебя сенсор с собой? – вопрошает Крис. Молча киваю, ожидая продолжения. – Посвети мне, я прочту, что здесь написано.
- Ты уверен, что создатель коллекции не вернется? – с сомнением спрашиваю я.
- Оглянись, - пожимает он напряженными плечами. – пыль и паутина, записи давно не протирали. Если когда-то здесь и было логово маньяка, во что мне трудно поверить, потому что это - корабль истребителей, то он ушел. Такие личности обычно не оставляют свои коллекции надолго, они всегда возвращаются, чтобы сделать новый экспонат. Прекрати трясти рукой, мне ничего не видно! – Возмутился напоследок Крис.
- А с чего ты взял, что маньяк не может быть истребителем? – спрашиваю тихо, наблюдая как он достает запись, стряхивает пыль и открывает. – Мне разные вещи про них рассказывали. Вполне возможно, что среди них мог быть съехавший, учитывая такую-то работу. Он мог убивать на разных заданиях людей и описывать убийства в этих дневниках. Навряд ли кто-то догадался бы списать разных жертв с разных планетах на истребителя. Просто бы не додумались до этого.
- Предположим, - кивнул Кристофер, возвращая запись на место и беря следующую. С другой полки. – но как бы он это скрыл от других? Или от начальства?
- Он бы убивал осторожно, уверенный, что его не достанут, учитывая тонкие и аккуратные стежки сшивания. – киваю на дневник у его руках. – А если бы кто-то и догадался, то убил бы и его, говоря, что приятель погиб на задании, его загрызли зомби, сожрала мозг морковка, покусала змея…не важно, все бы верили, потому что у истребителя хорошая репутация, не вызывающая вопросов. К тому же, он прекрасно спрятал свое помещение. На нижних уровнях, где в основном склады, да каюты механиков. Понимаешь? А с появлением на корабле Рейнгара, Грейстона…он просто затих, не желая привлекать внимания.
- Ну хорошо, - кивает Кристоф, поднимая глаза на меня. - но, я не уверен, что истребитель-маньяк до сих пор тут.
- Почему? – вопрошаю, чувствуя, как по спине поползли неприятные мурашки.
- Чтобы появилась такая пыль, нужно как минимум месяц. – говорит. – Рейнгар здесь гораздо меньше времени, а про Грейстона вообще молчу, тот на днях на корабль прибыл.
- Я думала, что это личный корабль истребителей Грейстона. – тихонько хмыкаю.
- Это так, но…- он замирает, удивленно глядя в запись. – посмотри!
- Что там? – напряженно и испуганно спрашиваю я, перегибаясь через его руку и подсвечивая себе фонариком. – Это даты? Что это за даты?
- На имя смотри. – шипит он, потому что я стукнула его локтем. Но мне можно. У меня стресс!
- Грейстон О’Кайро? – удивленно произношу вслух. Точно его имя, дата рождения, имя матери, отца, положение в иерархии Виктории. – Что это? Это не дневник маньяка? – Черт, это мой голос звучит так расстроено?
- Нет, параноик. – самодовольно хмыкает Кристоф. – Это дневники с родословной династией О’Кайро.
- Но что они тут делают? – еще более пораженно вопрошаю я, чувствуя себя неловко из-за прошлого предположения. Нда, нельзя мне пальцем в небо тыкать. А с другой стороны…такая задумка пропадает, напишу книгу потом…
- Так ты же сама говоришь, что это личный корабль Грейстона. – пожимает плечами Крис. – Вот и таскает с собой, наверное. Откуда я его закидоны знаю? У каждого свои тараканы в голове.
- Ладно, - говорю. – но что-то тут не так.
- Опять начала? – простонал блондин. Эй, и где его вечный энтузиазм? С алкоголем выветрился?
Должно быть со стороны это выглядело забавным. Но в данной конкретной ситуации – нет. И вот пячусь я, а он надвигается, а я все равно пячусь…и ба-ац! Стена! Но тут главное не растеряться, замереть и ждать. Глядишь и пронесет, да?
Не пронесло. Он был уже совсем близко, а я уже из всех сил вжималась в стену, когда та с яростным скрипом открылась, открывая темное и пустое пространство, в которое я влетела, рассекая спиной воздух. И вот тут я поорала от души!
***
Я оглядела, кажется, выломанную стену, потирая ушибленный…пусть будет копчик. Задумчиво закусила губу и растерянно обернулась к Кристофу. Тот до сих пор злился, и хоть по его милости я пробила собой стену, но это его явно не успокоило. Подлец!
- Где это мы? – вопрошаю и заискивающе сморю в сторону огромных стеллажей, накрытых сверху темными покрывалами. Наши таки то, что искали! Осталось только понять, что мы искали.
- А ты как думаешь? – ехидно вопрошает блондин и идет в сторону возвышающихся конструкций неопознанной давности. Ясно, он тоже не знает где мы.
Тихонечко семеню следом, надеясь, что грохот не привлек внимания со стороны истребителей. Так и Рейнгар припрется, деспот проклятущий. А где он, там и беспредел! Кристоф тем временем все ближе подбирается к стеллажам.
- Как думаешь, что там? – он вздрогнул. Естественно, такой момент волнительный, а я его тут отвлекла, понимаешь. На меня укоризненно взглянули.
- Ну…может здесь лаборатория какая? – пытаюсь оправдаться я.
- Ага, заложенная в стене лаборатория в конце темного и безлюдного коридора. – фыркнул он. – Не говори чепухи! Здесь все древнее, покрытое слоем пыли. Кошмар робота-уборщика, а не помещение. А истребители, они до ужаса современные, поэтому их лаборатории представляют собой сплошные панели, гаджеты, исследовательские штучки, компьютеры…
- Я поняла. – говорю раздраженно. – Но что, если это - заброшенная лаборатория сумасшедшего истребителя, а? Мало ли он здесь проводил свои зверские опыты в тайне от начальства? – На меня посмотрели как на умалишённую. – Нет, ну а что? И местечко подходящее и атмосфера…
И мы вместе проследили за тем, как с потолка спускается маленький паучок и замирает прямо около нас. С интересом разглядываю насекомое. Последний раз видела их в зоопарке на Аркее. Паучок увидел нас, как мне показалось, вздрогнул и с удвоенным рвение втянулся в потолок.
Так-с, ну ясно, тут робот-уборщик не бывает. А значит и люди здесь если бывают, то крайне редко.
- Ладно, признаю, что где-то ты можешь быть права. – напряженно произносит он. – Но если это не лаборатория?
- А что тогда? – удивленно вопрошаю я. – Как есть же лаборатория! – Вместе оглядели помещение. И вправду лаборатория. – Стеллажи есть? Есть. Странной конструкции, накрытый стол? Тоже есть. Неопознанная штукенция в дальнем углу? Присутствует. Неясного вида и цели назначения высоченная хрень около стола? Тоже есть. И даже неопознанная скамья у стеллажа находится! Ну, будешь и дальше утверждать, что не лаборатория?
- Ну…не знаю. – неуверенно выдал Крис. – Может это склад заброшенный.
- Ага, - говорю едко. – и сколько же этому складу лет? У нас уже тысячу лет, как все утилизируют!
- А может эти вещи жалко на утилизацию отдавать! – упрямится этот…этот…Кристоф этот!
- Тогда почему их просто не спрячут в стену? – весомо вопрошаю я. – Ты тоже отдельные комнаты организуешь под любимые и бесполезные вещи?
- Нет. – неохотно сообщил Крис. – Я просто приказываю убрать их в стену. Но ведь, и эта комната была спрятана там же, в стене, то есть. Может она была настолько дорога, что ее всю спрятали в панели стены?
- Целую комнату? – сомневаюсь я.
- Да! – гордо отвечает Кристоф, словно это он додумался сюда помещение спрятать от врагов своих, боясь, что его любимый стол расколошматят на щепки, а затем этими обрубками растопят камин и начнут танцевать танец диких папуасов, попеременно пиная друг друга в знак уважения и поддержки.
- Ладно, давай скинем эти покрывала и узнаем назначение комнаты. – предлагаю я, натыкаясь на его уже сомневающийся взгляд. Нормально? Вот они - современные мужчины! Рвутся в бой первыми, пока не узнают возможные последствия. Ууу! – Давай-давай! Иди снимай!
- А почему я? – возмущается Крис.
- Потому, что ты парень! – говорю и наблюдаю за его расстроенным выражением лица. Кажется, он впервые был разочарован в своем поле. Бедненький, даже жалко его стало. Но ненадолго! Все ведь должно случаться в первый раз, верно?
- А ты разве не феминистка? – вопрошает с надеждой, будто бы я ему сейчас скажу, что все это социальный эксперимент на любознательность народа, и ему вовсе не нужно сдирать эту чертову зановесочку.
- В ситуациях опасных для моей жизни – нет. Тогда я придерживаюсь традиционных понятий. Мужик рискует, а девушка томно падает в обморок. – Но сжалившись, добавляю: - Ты не переживай, если что, то я успею позвать на помощь. Наверно.
Кажется, мой ответ его не успокоил. А жаль, я ведь старалась. Но выбора у него не было, поэтому он медленно, напряженно, словно хищник, который в любой момент готов напасть, двинулся к стеллажам. Кристоф явно опасался содержимого, скрытого накидкой. Я б на его месте тоже боялась. А мало ли там террариумы с дикими мм…змеями? Или тарантулами? Черт, тогда ясно откуда здесь пауки!
- Кри-ис…,- говорю. – а ты пауков боишься?
- А п-почему ты про пауков вспомнила? – он резко затормозил, оставшись в шаге от стеллажей, обернулся и опасливо глянул в мою сторону.
- Да так, - пожимаю плечами, раздраженно отмахиваясь от него. Потому что сама уже готова идти и разбираться с этими конструкциями. Пока дождешься его реакции, то сама слоем пыли и паутины покроешься. – на Райзере собиралась в насекомопарк сходить.
- Аа, ну ладно. – говорит с облегчением. – Насекомопарки это очень даже хорошо. Возьми меня с собой потом, ладно?
- Если выживешь.
На меня посмотрели так, словно это я его сейчас и собираюсь убить.
- Так ты открываешь? – заинтересованно спрашиваю, начиная догадываться о худшем.
- Не-а.
- Почему?
- Перчаток нет, а мало ли, какая там зараза может быть. – супер.
Банально открываю рот, затем резко и зло закрываю, влетаю в комнату из коридора (да-да, пряталась за разломленной стенной, там безопаснее), уверенно и стойко иду к стеллажу, рукой отодвигаю растерявшегося Кристофа, закатываю рукава и подхожу. Но мысль о заразе не вылетала из головы, поэтому вытаскиваю из сумочки (не спрашивайте, она всегда со мной) влажные салфетки и начинаю делать то, что должен был сделать этот…Кристоф. Сначала аккуратно нащупываю край, также осторожно и не спеша отодвигаю, и в шоке смотрю на открывающееся!
Дальше все происходит само собой, одним резки и напористым движением руки, полностью скидываю накидку, начиная задыхаться от обилия пыли. Глаза слезятся, нос чешется, а кашель так и рвется наружу, но я сдерживаю его, потому что просто поражена тем, что мы нашли.
Книги! Здесь были книги!
Они стояли ровными и пыльными рядами на каждой полке, кажется, даже в каком-то определенном порядке! Их было невероятно много, самых разных размеров, толщины, древности, степени захламленности и потрепанности. Но все они были одного типа, их объединял бардовый, хоть и немного пыльный цвет, странный переплет корешков и что-то едва уловимое, что-то, что кричало о их сходстве.
- Чего только нет на корабле истребителей! – удивленно-восхищенно сказала я.
- Ущипни меня за…- он мимолетно глянул в мою сторону, наткнувшись на пристальный, немигающий взгляд. – за…пятку. Это же книги!
- Не книги, Крис, – говорю уверенно и авторитетно. - а чьи-то записи.
- Что?
- Посмотри на переплет корешков. – указываю пальцем на книгу. – Это очень странно, но какой-то сумасшедший решил переплетать их вручную. Книги так не переплетают, это еще несколько тысяч лет назад делали иначе, а значит кто-то сшивал нечто другое. Записи, к примеру. Мне кажется, что это дневники маньяка. Никакому нормальному человеку в здравом уме не придет в голову делать это вручную. Черт, ну точно не адекватному человеку!
Мелькнула мысль, что это может быть архив Рейнгара. А что, под описание подходит. Неадекватный псих, маньяк и страшный человек. Надо бы приглядеться к Рейнгару.
- Согласен. – мрачно кивает он. – Тут что-то странное. Записи действительно не электронные, ни на бегущей бумаге, ни на планшете. Они на бумаге, которую не засунули в скоросшиватель, не отправили на переплет, не отсканировали на голографический диск. Их…сшили. Вручную.
- Кому могло прийти это в голову? – вопрошаю я, все больше мрачнея.
На третьем курсе у нас были пары по психологии. Вел их весьма примечательный преподаватель, который не цитировал нам великих мыслителей, не давал штудировать учебники, не заставлял думать над смыслом бытия. Нет, вовсе нет. Он рассказывал нам о психологии отдельных типов людей, самых примечательных. И зачастую это были сбившиеся люди, которые потеряли нить реальности. Этот преподаватель какое-то время работал в РЕЧНО, в отделе поведенческого анализа, изучая склад ума преступников. И, о самых примечательных, он рассказывал нам.
На его парах мы узнали о том, что перфекционнисты в большинстве своем склоны к психическим отклонениям, паническим атакам, ужасающим головным болям, состоянию аффекта. Он утверждал, что примерно сорок процентов его «клиентов» являлись перфекционнистами, которые для наведения порядка в мире, убивали людей, «исправляли» их лица, делая более пропорциональными и правильными, не обращая внимания на то, что те уже мертвы или будут после произведенной операции. Они похищали и наказывали куртизанок, наркоманов, считая, что они слишком неправильные и неидеальные. Творили полный беспредел, уверенные, что делают мир разумным и правильным, точным, рациональным.
Но рассказывал он также и о тех, что любят кропотливую и жуткую работу. Так на его пути встретилась женщина, которая любила делать браслеты из костей людей, аккуратно обрезая их, придавая форму каждой будущей «бусинке», ласково обстругиваю, лакируя, выкрашивая в различные цвета, аккуратно насаживая на веревку, создавая уникальное украшение. Ради этого она убивала людей, делала из костей каждого человека бижутерию, и продавала в своем ювелирном магазинчике, забывая указывать, что это браслет сделанный из человека. Удивительно, но она была действительно гением, ее украшения завораживали своей красотой, продуманностью, и никто бы не подумал списать серийные убийства на миловидную женщину, пока однажды, каким-то чудом от нее не сбежала жертва. Тогда-то маньячку и поймали.
А темой нашего урока стали кропотливые до максимализма люди, которые тратят месяца и годы, для создания своей коллекции. Как правило, такие вещи содержат в себе что-то жуткое, уникальное, выдающее в их создателях творцов, но сумасшедших творцов, давно спятивших на своих шедеврах. В этом нет их вины, каждое умопомешательство берет свое начало в прошлом. Домашнее насилие, жесткое обращение домочадцев с животными, друзья, которые не видели ничего ужасного в избиении пенсионеров. Все то, что поспособствовало бы человеку сойти с ума.
Нас научили бояться таких людей, обходить их стороной или оформлять на них анкеты психологам РЕЧНО, которые всегда проверяли потенциальных убийц. Невероятно, но девять из десяти оказывались склонны к убийствам и насилию.
Вот и сейчас, глянув на эти обработанные корешки, мягко обшитые тетради, искусно выполненные и великолепно обработанные обложки, во мне зарождалась паника. Все указывало на второй тип убийц. Сложная работа, для которой нужно много времени, усидчивости и осторожности.
- У тебя сенсор с собой? – вопрошает Крис. Молча киваю, ожидая продолжения. – Посвети мне, я прочту, что здесь написано.
- Ты уверен, что создатель коллекции не вернется? – с сомнением спрашиваю я.
- Оглянись, - пожимает он напряженными плечами. – пыль и паутина, записи давно не протирали. Если когда-то здесь и было логово маньяка, во что мне трудно поверить, потому что это - корабль истребителей, то он ушел. Такие личности обычно не оставляют свои коллекции надолго, они всегда возвращаются, чтобы сделать новый экспонат. Прекрати трясти рукой, мне ничего не видно! – Возмутился напоследок Крис.
- А с чего ты взял, что маньяк не может быть истребителем? – спрашиваю тихо, наблюдая как он достает запись, стряхивает пыль и открывает. – Мне разные вещи про них рассказывали. Вполне возможно, что среди них мог быть съехавший, учитывая такую-то работу. Он мог убивать на разных заданиях людей и описывать убийства в этих дневниках. Навряд ли кто-то догадался бы списать разных жертв с разных планетах на истребителя. Просто бы не додумались до этого.
- Предположим, - кивнул Кристофер, возвращая запись на место и беря следующую. С другой полки. – но как бы он это скрыл от других? Или от начальства?
- Он бы убивал осторожно, уверенный, что его не достанут, учитывая тонкие и аккуратные стежки сшивания. – киваю на дневник у его руках. – А если бы кто-то и догадался, то убил бы и его, говоря, что приятель погиб на задании, его загрызли зомби, сожрала мозг морковка, покусала змея…не важно, все бы верили, потому что у истребителя хорошая репутация, не вызывающая вопросов. К тому же, он прекрасно спрятал свое помещение. На нижних уровнях, где в основном склады, да каюты механиков. Понимаешь? А с появлением на корабле Рейнгара, Грейстона…он просто затих, не желая привлекать внимания.
- Ну хорошо, - кивает Кристоф, поднимая глаза на меня. - но, я не уверен, что истребитель-маньяк до сих пор тут.
- Почему? – вопрошаю, чувствуя, как по спине поползли неприятные мурашки.
- Чтобы появилась такая пыль, нужно как минимум месяц. – говорит. – Рейнгар здесь гораздо меньше времени, а про Грейстона вообще молчу, тот на днях на корабль прибыл.
- Я думала, что это личный корабль истребителей Грейстона. – тихонько хмыкаю.
- Это так, но…- он замирает, удивленно глядя в запись. – посмотри!
- Что там? – напряженно и испуганно спрашиваю я, перегибаясь через его руку и подсвечивая себе фонариком. – Это даты? Что это за даты?
- На имя смотри. – шипит он, потому что я стукнула его локтем. Но мне можно. У меня стресс!
- Грейстон О’Кайро? – удивленно произношу вслух. Точно его имя, дата рождения, имя матери, отца, положение в иерархии Виктории. – Что это? Это не дневник маньяка? – Черт, это мой голос звучит так расстроено?
- Нет, параноик. – самодовольно хмыкает Кристоф. – Это дневники с родословной династией О’Кайро.
- Но что они тут делают? – еще более пораженно вопрошаю я, чувствуя себя неловко из-за прошлого предположения. Нда, нельзя мне пальцем в небо тыкать. А с другой стороны…такая задумка пропадает, напишу книгу потом…
- Так ты же сама говоришь, что это личный корабль Грейстона. – пожимает плечами Крис. – Вот и таскает с собой, наверное. Откуда я его закидоны знаю? У каждого свои тараканы в голове.
- Ладно, - говорю. – но что-то тут не так.
- Опять начала? – простонал блондин. Эй, и где его вечный энтузиазм? С алкоголем выветрился?
