И эти мужчины были старше меня почти в два раза, так что и опыта в переговорах у них было значительно больше, чем у меня в мои двадцать один. Поэтому мое поражение (а я не сомневалась, что они просто использовали очередной прием, чтобы надавить на меня морально) не вызывало ровно счетом ничего, кроме бессильной злости. Обвели вокруг пальца! А я наивная думала, что они действительно свои реальные чувства показали. И только спустя пару часов таки поняла, что меня смущало в той ситуации. Вот так и падают люди в своих собственных глазах. Гораздо страшнее упасть в собственных глазах, чем в глазах других людей.
Меня вот лично вообще не смущает мнение Рейнгара. Наверно, все дело в том, что он редкостная скотина. Да и мнение засранца не так важно, как нужно было бы. Потрясающе, еще даже не начав работать, я уже не признаю свое начальство за таковое.
Закончив расчесывать голову, я кинула расчёску на прикроватный столик, и упала на кровать, обессиленно раскинув руки. Попала так попала. С Земли можно сказать вышвырнули, убить пытались уже два раза, начала мутировать, попала в отдел аналитиков Виктории. А мне двадцать, что же ждет к тридцати, сорока? Объявят в розыск по всем планетам Содружества? Хм, превращусь в психически неуравновешенную маньячку? Тогда пусть моей первой жертвой станет Рейнгар.
Ну, а если серьезно, то предстоящая работа меня не пугала и не смущала. Я была рада ей, и тому, что не пришлось проходить собеседование. В целом, на эту роль претендует около тридцати человек, которые отлично успевали в университете, имели превосходное портфолио, лучшие рекомендации и никогда не были замешаны в совместной работе с правительством. Последнее только на словах звучит гордо, а на деле очень и очень подозрительно. Ведь мирных граждан не находит РЕЧНО, верно? И моя репутация была значительна подпорчена этим моментом моей жизни, пусть это и научило меня многому.
И вообще, биография моей скромной персоны полна черных пятен и подозрительных моментов, но именно это привело меня в посольство при Императоре, дало авторитет в глазах окружающих и вызвало интерес со стороны Виктории. Не скажу, что это радует, но точно что-то значит. И если бы не вмешательство Виктории, то меня бы уже не существовало, или же (в худшем случае) была бы подопытным образцом на базе террористов. Ставили бы ученые их организации на мне эксперименты, и я мечтала бы умереть. Шикарный конец жизни. Поэтому нужно отдать должное Викториансам, которые спасли меня, да еще и работу высокооплачиваемую подкинули. А если они еще и найдут лекарство от моей мутации, то я могла бы дольше года работать на Викторию, и значительно дольше портить жизнь Императору. Кстати, нужно разработать план по отмщению, но это уже позже, когда появится стабильность.
Сейчас самое животрепещущие – не разочаровать работодателя (речь идет об Императоре Виктории и Грейстоне, а не о прочих душегубах), и таки спасти свою жизнь. Да, вот и определились с будущим.
После этого сразу полегчало. В конце концов с моим дипломом я нигде не пропаду. Хоть что-то в своей жизни я сделала правильно.
Я притянула к ногам подушку, и обхватив ее, уставилась глазами в потолок. Холодно. В космосе невероятно холодно и темно. Только редкие звезды дают хоть какой-то свет, не позволяющий утонуть в вечной тьме. Но на корабле было тепло и светло, словно островок оазиса в пустыне.
Пустыня…родители бывали в ней очень часто. Говорят, что ничто так не придает сил к жизни, как ее отсутствие. Наглядевшись на пустой песок, чистый закат, абсолютную тишину, они возвращаются домой воодушевленные, покупают билет и через пару дней вновь улетают в путешествие. Я привыкла быть одна с самого детства. Один на один со своими страхами, переживаниями, проблемами. Потому что родители были, но далеко, так что связаться с ними было практически нереально. Я научилась быть самостоятельной, смелой и одинокой. Принимая себя, ты учишься ценить приятную пустоту вокруг, которая позволяет тебе самой принимать решения, выбирать что лучше для тебя, да и просто дает осознать, что ты одна на один с этой жизнью.
Одиночество умеет быть приятным, когда ты не пытаешься его прогнать. Оно может стать даже твоим другом. При особом желании.
В одиннадцать у меня появился первый и самый лучший друг – Анатолий. Мне было достаточно его, а ему меня. Оба странные, целеустремленные и увлечённые чем-то, идеально подходили друг другу, не лишали свободы и были рядом, если того требовали обстоятельства.
Это было что-то лучше, чем простая дружа, это было доверие на грани фола, абсолютное взаимопонимание, преданность и гордость за достижения друг друга. И я любила его, потому что он заменял мне других друзей, семью, наставников. Нет, это не была любовь, как это принято в общепринятых понятиях, и даже влюбленности не было. Это было нечто другое, словно наши души были частью друг друга, идеально подходящими кусочками, образующими четкую и правильную картинку.
И вот его мне не хватало. Некому было излить свои слезы, выговориться и ощутить необходимую как воздух поддержку. Доктор был врачом, он мог лишь дать успокоительное и выслушать, но это было не то, этого было мало, потому что Толя всегда не только помогал, но и принимал, даровал какое-то спокойствие, защищённость. Он на два года старше меня, но иногда казалось будто бы на десять лет взрослее, а иногда, словно он мой ровесник. Мы смеялись, мы жили, мы дышали, мы были свободны от общих стандартов и рамок, восприятий. Возраст никогда не имел для нас значение, мы были выше этого. Выше, чем эти слишком человеческие критерии. Потом что мы могли делать то, что для других было достижением в тридцать. Мы взламывали системы, общались с теми, кто предпочитал прятать свою личность, превышали возможное.
О нет, в свои пятнадцать я не была наивной и глупой, не терялась в мечтах, не думала о розовых пони в лиловых облаках. Я сотрудничала с РЕЧНО, а он был тем, кто ломал стереотипы. Прекрасная команда, при виде которой у многих округлялись глаза, у некоторых начинался нервный тик, а кто-то изумленно подсовывал очередные данные для проверки.
Как же мне не хватает его. Сейчас он бы посмеялся, похлопал меня по плечу и разобрался бы с этой странной ситуацией. Легко и непринуждённо, как всегда, как положено гениям. Эх, где же сейчас необходимая мне его простота и оптимизм в общении, и собранность на деле. Толя никогда не бросался громкими словами, предпочитая уверенно идти к победе. Сейчас ему двадцать три, а он уже достиг так много. Доктор биологических наук, гениальный ученый, превосходнейший программист, который к своим годам успел получить два высших образование и докторантуру. Моя гордость, которая своим интеллектом мог превзойти если не всех, то многих.
Нужно написать ему, ведь он наверняка беспокоиться, рыщет, носится по квартире, сходит с ума. Но не предпринимает попыток связаться, прекрасно зная, что за ним следят, и любая попытка найти меня, будет означать опасность для нас обоих. А если это сделаю я, с помощью небезызвестных мне истребителей, то все будет проще.
Приглушенный свет, мягкая кровать, теплая комната. Все было невероятно комфортно, так, как бывает дома. И правда, в своей каюте я чувствовала себя словно дома. Разве что было значительно тише, да и визора не хватало. Но это было поправимо. И я достала ноутбук, чтобы придаться безделью. Между прочим, это даже полезно, очень хороший психологический тренинг – ничегонеделанье.
***
Вечер плавно близился к ночи, когда панель издала звук напоминающий стук. Я нервно огляделась. На часах было достаточно поздно, чтобы ко мне явился кто-то с визитом.
Оглядела собравшихся. Я и ноутбук. Ноутбук гостей не ждал, так что пришли явно ко мне. Мне и открывать.
Встала с кровати, разамнулась, чувствуя все прелести затекшей спины и потопала открывать, иначе дятел, который долбится, просто снесет панель. Пальцы уверенно ввели код, открывая для моих глаз происходящее. Потрясающе.
Я знала, что Кристоф парень без комплексов, но чтобы настолько. А паренек тем временем оттеснил меня от двери, пролез в каюту, высунул голову, оглядел коридор и захлопнул панель! Я же меланхолично следила за его действиями. Привыкла, наверное, к странному поведению Викториансев.
- Ты еще не готова?! – возмутился бессовестный блондин, который шастает по комнатам приличных дам в неприличное время. – Ладно, не важно. Давай собирайся. Собирайся-собирайся!
- Куда?! – пискнула я, в то время как меня уже толкали в сторону гардеробной, встроенной в стену.
- Какая-то ты сонная, Кэс. Плохо! Зло не должно дремать! – продолжал вести свой разговор с самим собой Кристоф. Правильно, почему бы не поговорить с умным человеком?
- Кри-ис! – простонала я, пытаясь затормозить пятками. – Куда ты меня тащишь?
- Переодеваться, естественно. – говорит этот…этот…блондин этот! – Ты же не будешь отравлять жизнь Рейнгару на каблуках? Не-ет! Не позволю!
Вон оно как. Кто-то всерьез решил заняться перевоспитанием наглых и умных. Похвально, конечно, но Рейнгар не дурак, он же должен был подстраховаться, чтобы не попасть под операцию «Хамло должно быть повержено». Кстати, название предложил Кристоф. Незамедлительно сообщила о своих умозаключениях Кристофу, но тот лишь отмахнулся.
- Рейнгар слишком занят у императорского отпрыска, чтобы поминутно следить за своей каютой. – сообщил до невозможности чем-то довольный Крис. – А мы тихонечко проберемся внутрь, разнесем каюту и также тихонечко удалимся.
- Но так понятно же будет, кто это сделал. – возмутилась я. – Я с начальством ругаться не хочу.
- Так официально ты еще не в штате сотрудников. – пожал плечами переводчик. – И нагоняй сможешь получить только через пару недель, когда они забудут про эту маленькую шалость. Мы там еще чего напакостим и все!
- Замечательно, - говорю – но ты не боишься работу потерять?
- Они на нас не подумают. – и поймав мой скептический взгляд, пояснил, - Ты прилюдно угрожала ему этим, так что никто даже не подумает на то, что мы такие идиоты, чтобы сразу же лезть в пекло. Подумают, что нас подставили. Говори хоть что, но внешне мы производим впечатление умных людей, которые бы не совершили такую глупую ошибку.
- Супер. – бормочу, направляясь к гардеробной. – Жили себе, ни в чем не отказывала, но нет же. В космос понесло! И о чем думала только? А главное, чем? Ууу, чтобы еще раз я полетела на Райзер. Двадцать лет, а веду себя как пятнадцатилетняя идиотка.
- Хорош бурчать! У него скоро заседание закончится!
***
Весь путь пока мы крались, я думала о своих ошибках в жизни. Их, к слову, было не так много, как может показаться на первый взгляд. Или это я пока не успела проникнуться сожалением и найти уйму промахов? Не важно, главное, что сейчас я четко понимала, что совершаю глупость.
Крис так не думал. Сомневаюсь, что он вообще когда-либо думает о последствиях. Из нашего короткого знакомства я поняла одно – Кристоф не гадает наперед, он живет моментом. И это его проблема. А в данный момент еще и моя.
- А теперь очень тихо. – говорит он страшным шепотом, так, что у меня даже мурашки испугались.
Он открывает каюту Рейнгара. Не спеша, аккуратно, тихо. Так, словно всю жизнь только и делал, что взламывал чужие каюты. А когда выпьет так сразу становиться взломщиком-неудачником. Подумать только, какой разный человек!
И вот стоим, значит, он ловко и совершенно без звука открывает, а я стою за спиной и жду подвоха. Потому что не может быть все так гладко. Ну, точно не с нашей удачей! Поэтому я прокручивала в голове события нашего пути. Что-то тут было явно не так.
Ладно, тогда был поздний вечер, плавно перетекающий в глубокую ночь, и поэтому нам никто не встретился. Все нормальные люди спали. А теперь-то что? Сейчас, конечно, тоже вечер, но именно в это время только заканчивается рабочий день, и истребители уверенно двигаются в сторону кают. Но на пути нам никто не встретился.
И я как громом пораженная, а точнее громом осененная, потянула Кристофа за рукав на себя.
- Чего ты? – шипит блондинистый и раздраженный.
- Бежим. – говорю. – Потом объясню!
Повторять ему два раза не нужно, он же находчивый! Поэтому мы срываемся на бег и несемся как ужаленные. Спустя пару минут мы уже были у моей каюты, но я вновь дернула его за рукав, уводя подальше от комнаты. Наверняка они уже поняли, что из каюты мы ушли! Кажется, что Кристоф начал догадываться о происходящем, дернул меня за руку, и побежал вдвое быстрее, вызывая у запыхавшейся меня, приступ непомерной злости и зависити. Отрастил ноги!
Бежали мы долго, настолько, что у меня перед глазами заплясали черные круги. И вот, свернув за очередной угол, мы замерли. Коридор оказался очень узким, так, что едва можно было пройти вдвоем, а в конце еще и тупик был. Все-таки корабль истребителей имеет конец. Почему-то меня это не обрадовало! Света здесь было мало, практически не было. Если не приглядываться, то я бы не смогла увидеть даже переводчика.
- Где мы? – спрашиваю очень тихо, словно боясь нарушить тишину этого пространства.
- На нижних этажах. – также отвечает Кристоф. – Думаешь, за нами следили?
- Ага, - говорю. – а здесь что находится?
- Не знаю. – наверное Кристоф пожал плечами, потому что движение я почувствовала, а жеста не увидела. – Наверное, рабочие каюты механиков.
- И поэтому здесь темно и никого нет? – недоверчиво вопросила я.
- Ну если это проектировал Рейнгар, то я даже не удивлен. – говорит.
- Точно. – радостно соглашаюсь, предчувствуя приключения. – Но проверить надо. Правда?
- Зачем? – хмыкнул блондин.
- Я тебя сейчас укушу! – заявляю разгневанно. – Без коньяка плохо соображаешь?
Кто-то понятливо хрюкнул. Я замешкалась, пораженная реакцией. А он тем временем, вдохновленный и радостный, поперся в тупик. Наш человек! Побежала чуть ли не в припрыжку, ага.
Но нас ждало разочарование. Тупик действительно оказался тупиком. Простая монолитная стена, холодная, как сталь и такая же гладкая. Хоть бы одна трещинка, намекающая на потайной ход, нашлась. Но не было даже ее. Через некоторое время безуспешных поисков, наш боевой дух окончательно пал, оставляя место лишь усталости и обиде. Мы же все-таки старались хоть что-то найти, но судьба вновь повернулась к нам…кхм…копчиком.
Со злости захотелось стукнуть стену. Решила себя хоть чем-то побаловать, подскочила, размахнулась и пнула, что есть силы! Но промахнулась и попала по Кристофу, сидящему прямо возле меня, тот, оглашая пространство заковыристым и оригинальным матом, подлетел с места, и потирая ушибленное место, уставился на меня, надвигаясь уверенной скалой. И вот если до этого мне было его жалко, то теперь мне стало страшно. Вот так, дамы! Жалеешь их, жалеешь, а они потом тебе мстить идут. Неблагодарные!
- Кристоф, - говорю со всей серьезность. – не нужно этого делать. Я девушка, Крис. Маленькая и хрупкая. Не смей! Кри-и-с!!! – но злым и блондинистым все равно.
На то они и злые! Поэтому переводчик просто продолжил свой путь на меня.
Но сдаваться я не собиралась. И стараясь не шуршать и быть бесшумной (благо темно, и он меня не видит практически), двинулась спиной, молясь, чтобы там не было стены.
Меня вот лично вообще не смущает мнение Рейнгара. Наверно, все дело в том, что он редкостная скотина. Да и мнение засранца не так важно, как нужно было бы. Потрясающе, еще даже не начав работать, я уже не признаю свое начальство за таковое.
Закончив расчесывать голову, я кинула расчёску на прикроватный столик, и упала на кровать, обессиленно раскинув руки. Попала так попала. С Земли можно сказать вышвырнули, убить пытались уже два раза, начала мутировать, попала в отдел аналитиков Виктории. А мне двадцать, что же ждет к тридцати, сорока? Объявят в розыск по всем планетам Содружества? Хм, превращусь в психически неуравновешенную маньячку? Тогда пусть моей первой жертвой станет Рейнгар.
Ну, а если серьезно, то предстоящая работа меня не пугала и не смущала. Я была рада ей, и тому, что не пришлось проходить собеседование. В целом, на эту роль претендует около тридцати человек, которые отлично успевали в университете, имели превосходное портфолио, лучшие рекомендации и никогда не были замешаны в совместной работе с правительством. Последнее только на словах звучит гордо, а на деле очень и очень подозрительно. Ведь мирных граждан не находит РЕЧНО, верно? И моя репутация была значительна подпорчена этим моментом моей жизни, пусть это и научило меня многому.
И вообще, биография моей скромной персоны полна черных пятен и подозрительных моментов, но именно это привело меня в посольство при Императоре, дало авторитет в глазах окружающих и вызвало интерес со стороны Виктории. Не скажу, что это радует, но точно что-то значит. И если бы не вмешательство Виктории, то меня бы уже не существовало, или же (в худшем случае) была бы подопытным образцом на базе террористов. Ставили бы ученые их организации на мне эксперименты, и я мечтала бы умереть. Шикарный конец жизни. Поэтому нужно отдать должное Викториансам, которые спасли меня, да еще и работу высокооплачиваемую подкинули. А если они еще и найдут лекарство от моей мутации, то я могла бы дольше года работать на Викторию, и значительно дольше портить жизнь Императору. Кстати, нужно разработать план по отмщению, но это уже позже, когда появится стабильность.
Сейчас самое животрепещущие – не разочаровать работодателя (речь идет об Императоре Виктории и Грейстоне, а не о прочих душегубах), и таки спасти свою жизнь. Да, вот и определились с будущим.
После этого сразу полегчало. В конце концов с моим дипломом я нигде не пропаду. Хоть что-то в своей жизни я сделала правильно.
Я притянула к ногам подушку, и обхватив ее, уставилась глазами в потолок. Холодно. В космосе невероятно холодно и темно. Только редкие звезды дают хоть какой-то свет, не позволяющий утонуть в вечной тьме. Но на корабле было тепло и светло, словно островок оазиса в пустыне.
Пустыня…родители бывали в ней очень часто. Говорят, что ничто так не придает сил к жизни, как ее отсутствие. Наглядевшись на пустой песок, чистый закат, абсолютную тишину, они возвращаются домой воодушевленные, покупают билет и через пару дней вновь улетают в путешествие. Я привыкла быть одна с самого детства. Один на один со своими страхами, переживаниями, проблемами. Потому что родители были, но далеко, так что связаться с ними было практически нереально. Я научилась быть самостоятельной, смелой и одинокой. Принимая себя, ты учишься ценить приятную пустоту вокруг, которая позволяет тебе самой принимать решения, выбирать что лучше для тебя, да и просто дает осознать, что ты одна на один с этой жизнью.
Одиночество умеет быть приятным, когда ты не пытаешься его прогнать. Оно может стать даже твоим другом. При особом желании.
В одиннадцать у меня появился первый и самый лучший друг – Анатолий. Мне было достаточно его, а ему меня. Оба странные, целеустремленные и увлечённые чем-то, идеально подходили друг другу, не лишали свободы и были рядом, если того требовали обстоятельства.
Это было что-то лучше, чем простая дружа, это было доверие на грани фола, абсолютное взаимопонимание, преданность и гордость за достижения друг друга. И я любила его, потому что он заменял мне других друзей, семью, наставников. Нет, это не была любовь, как это принято в общепринятых понятиях, и даже влюбленности не было. Это было нечто другое, словно наши души были частью друг друга, идеально подходящими кусочками, образующими четкую и правильную картинку.
И вот его мне не хватало. Некому было излить свои слезы, выговориться и ощутить необходимую как воздух поддержку. Доктор был врачом, он мог лишь дать успокоительное и выслушать, но это было не то, этого было мало, потому что Толя всегда не только помогал, но и принимал, даровал какое-то спокойствие, защищённость. Он на два года старше меня, но иногда казалось будто бы на десять лет взрослее, а иногда, словно он мой ровесник. Мы смеялись, мы жили, мы дышали, мы были свободны от общих стандартов и рамок, восприятий. Возраст никогда не имел для нас значение, мы были выше этого. Выше, чем эти слишком человеческие критерии. Потом что мы могли делать то, что для других было достижением в тридцать. Мы взламывали системы, общались с теми, кто предпочитал прятать свою личность, превышали возможное.
О нет, в свои пятнадцать я не была наивной и глупой, не терялась в мечтах, не думала о розовых пони в лиловых облаках. Я сотрудничала с РЕЧНО, а он был тем, кто ломал стереотипы. Прекрасная команда, при виде которой у многих округлялись глаза, у некоторых начинался нервный тик, а кто-то изумленно подсовывал очередные данные для проверки.
Как же мне не хватает его. Сейчас он бы посмеялся, похлопал меня по плечу и разобрался бы с этой странной ситуацией. Легко и непринуждённо, как всегда, как положено гениям. Эх, где же сейчас необходимая мне его простота и оптимизм в общении, и собранность на деле. Толя никогда не бросался громкими словами, предпочитая уверенно идти к победе. Сейчас ему двадцать три, а он уже достиг так много. Доктор биологических наук, гениальный ученый, превосходнейший программист, который к своим годам успел получить два высших образование и докторантуру. Моя гордость, которая своим интеллектом мог превзойти если не всех, то многих.
Нужно написать ему, ведь он наверняка беспокоиться, рыщет, носится по квартире, сходит с ума. Но не предпринимает попыток связаться, прекрасно зная, что за ним следят, и любая попытка найти меня, будет означать опасность для нас обоих. А если это сделаю я, с помощью небезызвестных мне истребителей, то все будет проще.
Приглушенный свет, мягкая кровать, теплая комната. Все было невероятно комфортно, так, как бывает дома. И правда, в своей каюте я чувствовала себя словно дома. Разве что было значительно тише, да и визора не хватало. Но это было поправимо. И я достала ноутбук, чтобы придаться безделью. Между прочим, это даже полезно, очень хороший психологический тренинг – ничегонеделанье.
***
Вечер плавно близился к ночи, когда панель издала звук напоминающий стук. Я нервно огляделась. На часах было достаточно поздно, чтобы ко мне явился кто-то с визитом.
Оглядела собравшихся. Я и ноутбук. Ноутбук гостей не ждал, так что пришли явно ко мне. Мне и открывать.
Встала с кровати, разамнулась, чувствуя все прелести затекшей спины и потопала открывать, иначе дятел, который долбится, просто снесет панель. Пальцы уверенно ввели код, открывая для моих глаз происходящее. Потрясающе.
Я знала, что Кристоф парень без комплексов, но чтобы настолько. А паренек тем временем оттеснил меня от двери, пролез в каюту, высунул голову, оглядел коридор и захлопнул панель! Я же меланхолично следила за его действиями. Привыкла, наверное, к странному поведению Викториансев.
- Ты еще не готова?! – возмутился бессовестный блондин, который шастает по комнатам приличных дам в неприличное время. – Ладно, не важно. Давай собирайся. Собирайся-собирайся!
- Куда?! – пискнула я, в то время как меня уже толкали в сторону гардеробной, встроенной в стену.
- Какая-то ты сонная, Кэс. Плохо! Зло не должно дремать! – продолжал вести свой разговор с самим собой Кристоф. Правильно, почему бы не поговорить с умным человеком?
- Кри-ис! – простонала я, пытаясь затормозить пятками. – Куда ты меня тащишь?
- Переодеваться, естественно. – говорит этот…этот…блондин этот! – Ты же не будешь отравлять жизнь Рейнгару на каблуках? Не-ет! Не позволю!
Вон оно как. Кто-то всерьез решил заняться перевоспитанием наглых и умных. Похвально, конечно, но Рейнгар не дурак, он же должен был подстраховаться, чтобы не попасть под операцию «Хамло должно быть повержено». Кстати, название предложил Кристоф. Незамедлительно сообщила о своих умозаключениях Кристофу, но тот лишь отмахнулся.
- Рейнгар слишком занят у императорского отпрыска, чтобы поминутно следить за своей каютой. – сообщил до невозможности чем-то довольный Крис. – А мы тихонечко проберемся внутрь, разнесем каюту и также тихонечко удалимся.
- Но так понятно же будет, кто это сделал. – возмутилась я. – Я с начальством ругаться не хочу.
- Так официально ты еще не в штате сотрудников. – пожал плечами переводчик. – И нагоняй сможешь получить только через пару недель, когда они забудут про эту маленькую шалость. Мы там еще чего напакостим и все!
- Замечательно, - говорю – но ты не боишься работу потерять?
- Они на нас не подумают. – и поймав мой скептический взгляд, пояснил, - Ты прилюдно угрожала ему этим, так что никто даже не подумает на то, что мы такие идиоты, чтобы сразу же лезть в пекло. Подумают, что нас подставили. Говори хоть что, но внешне мы производим впечатление умных людей, которые бы не совершили такую глупую ошибку.
- Супер. – бормочу, направляясь к гардеробной. – Жили себе, ни в чем не отказывала, но нет же. В космос понесло! И о чем думала только? А главное, чем? Ууу, чтобы еще раз я полетела на Райзер. Двадцать лет, а веду себя как пятнадцатилетняя идиотка.
- Хорош бурчать! У него скоро заседание закончится!
***
Весь путь пока мы крались, я думала о своих ошибках в жизни. Их, к слову, было не так много, как может показаться на первый взгляд. Или это я пока не успела проникнуться сожалением и найти уйму промахов? Не важно, главное, что сейчас я четко понимала, что совершаю глупость.
Крис так не думал. Сомневаюсь, что он вообще когда-либо думает о последствиях. Из нашего короткого знакомства я поняла одно – Кристоф не гадает наперед, он живет моментом. И это его проблема. А в данный момент еще и моя.
- А теперь очень тихо. – говорит он страшным шепотом, так, что у меня даже мурашки испугались.
Он открывает каюту Рейнгара. Не спеша, аккуратно, тихо. Так, словно всю жизнь только и делал, что взламывал чужие каюты. А когда выпьет так сразу становиться взломщиком-неудачником. Подумать только, какой разный человек!
И вот стоим, значит, он ловко и совершенно без звука открывает, а я стою за спиной и жду подвоха. Потому что не может быть все так гладко. Ну, точно не с нашей удачей! Поэтому я прокручивала в голове события нашего пути. Что-то тут было явно не так.
Ладно, тогда был поздний вечер, плавно перетекающий в глубокую ночь, и поэтому нам никто не встретился. Все нормальные люди спали. А теперь-то что? Сейчас, конечно, тоже вечер, но именно в это время только заканчивается рабочий день, и истребители уверенно двигаются в сторону кают. Но на пути нам никто не встретился.
И я как громом пораженная, а точнее громом осененная, потянула Кристофа за рукав на себя.
- Чего ты? – шипит блондинистый и раздраженный.
- Бежим. – говорю. – Потом объясню!
Повторять ему два раза не нужно, он же находчивый! Поэтому мы срываемся на бег и несемся как ужаленные. Спустя пару минут мы уже были у моей каюты, но я вновь дернула его за рукав, уводя подальше от комнаты. Наверняка они уже поняли, что из каюты мы ушли! Кажется, что Кристоф начал догадываться о происходящем, дернул меня за руку, и побежал вдвое быстрее, вызывая у запыхавшейся меня, приступ непомерной злости и зависити. Отрастил ноги!
Бежали мы долго, настолько, что у меня перед глазами заплясали черные круги. И вот, свернув за очередной угол, мы замерли. Коридор оказался очень узким, так, что едва можно было пройти вдвоем, а в конце еще и тупик был. Все-таки корабль истребителей имеет конец. Почему-то меня это не обрадовало! Света здесь было мало, практически не было. Если не приглядываться, то я бы не смогла увидеть даже переводчика.
- Где мы? – спрашиваю очень тихо, словно боясь нарушить тишину этого пространства.
- На нижних этажах. – также отвечает Кристоф. – Думаешь, за нами следили?
- Ага, - говорю. – а здесь что находится?
- Не знаю. – наверное Кристоф пожал плечами, потому что движение я почувствовала, а жеста не увидела. – Наверное, рабочие каюты механиков.
- И поэтому здесь темно и никого нет? – недоверчиво вопросила я.
- Ну если это проектировал Рейнгар, то я даже не удивлен. – говорит.
- Точно. – радостно соглашаюсь, предчувствуя приключения. – Но проверить надо. Правда?
- Зачем? – хмыкнул блондин.
- Я тебя сейчас укушу! – заявляю разгневанно. – Без коньяка плохо соображаешь?
Кто-то понятливо хрюкнул. Я замешкалась, пораженная реакцией. А он тем временем, вдохновленный и радостный, поперся в тупик. Наш человек! Побежала чуть ли не в припрыжку, ага.
Но нас ждало разочарование. Тупик действительно оказался тупиком. Простая монолитная стена, холодная, как сталь и такая же гладкая. Хоть бы одна трещинка, намекающая на потайной ход, нашлась. Но не было даже ее. Через некоторое время безуспешных поисков, наш боевой дух окончательно пал, оставляя место лишь усталости и обиде. Мы же все-таки старались хоть что-то найти, но судьба вновь повернулась к нам…кхм…копчиком.
Со злости захотелось стукнуть стену. Решила себя хоть чем-то побаловать, подскочила, размахнулась и пнула, что есть силы! Но промахнулась и попала по Кристофу, сидящему прямо возле меня, тот, оглашая пространство заковыристым и оригинальным матом, подлетел с места, и потирая ушибленное место, уставился на меня, надвигаясь уверенной скалой. И вот если до этого мне было его жалко, то теперь мне стало страшно. Вот так, дамы! Жалеешь их, жалеешь, а они потом тебе мстить идут. Неблагодарные!
- Кристоф, - говорю со всей серьезность. – не нужно этого делать. Я девушка, Крис. Маленькая и хрупкая. Не смей! Кри-и-с!!! – но злым и блондинистым все равно.
На то они и злые! Поэтому переводчик просто продолжил свой путь на меня.
Но сдаваться я не собиралась. И стараясь не шуршать и быть бесшумной (благо темно, и он меня не видит практически), двинулась спиной, молясь, чтобы там не было стены.
