— Тебе нельзя домой. Соколовский поставил надзор за твоей квартирой, — предупреждает он. — И у меня не получилось забрать папку с компроматом. Он припрятал её у себя дома, но и там тоже опасно. Думаю, сейчас везде есть люди, которые готовы подсластить жизнь будущему полковнику. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я.
Потираю запястья, слушая парня. Еще бы не понять, Соколовский всегда метил на кресло Эльдара, а тут такой непредвиденный поворот и свободная должность, на которую он охотно станет лезть, к тому же меня, как конкурента, давно уже убрал с поля боя.
— Спасибо за наводку, но дальше я сам, — пожимаю ему руку. — А теперь, как я тебя и учил, возвращайся на место ЧП. Никто не должен понять, что ты помог мне, иначе последуешь за мной, — предупредил я парнишку, который широко улыбнулся.
— Всё под контролем, товарищ майор.
И я вспоминаю одну важную деталь, которую у меня изъяли перед тем, как бесцеремонно впихнуть в эту пыточную камеру.
— Я могу доверить тебе вопрос жизни и смерти? — спрашиваю я парня, который задумался, но утвердительно кивнул.
— Мой дед отдал за тебя жизнь, Вадим. Я знаю больше, чем ты думаешь, только поэтому я помогаю тебе. Хоть ты и редкостная сволочь, но незаменимый следователь. Мой дед давал тебе смачных пенделей, и я продолжу его дело с абсолютным удовольствием, — сказал парень, пронизывающе поглядев в мои глаза, которые я опускаю и отвожу в сторону, всё ещё не поборов в себе сожаление из-за смерти Эльдара. — Говори, я помогу.
— Мне нужны мои личные вещи.
***
Мне требуется целый день, чтобы устроиться на новой снятой квартире, взять в аренду машину, купить новый телефон и договориться об очень важной встрече с не самыми хорошими ребятами.
Проверяя свой телефон, все почты и чаты, я не нахожу ни одной весточки от Ярославы, и это раздражает больше всего — я не знаю, что с ней и где она находится.
Раньше я думал, что Соколовский оставит сестру под своим надзором и возьмет пару человек из нашего отдела, но он оставил ее в Питере, и я без понятия, насколько там безопасно. Если бы она написала мне хотя бы одно сообщение, облегчив бремя, я мог мыслить здраво, а не связываться с Киром, который крутится в криминальных кругах.
И чего стоила мне эта встреча… Я даже представить не мог, что способен ради неё снова ступить на скользкую дорожку.
Я подавляю в себе стыд перед Эльдаром, которому я божился больше ни под каким предлогом не связываться с Князем. На встрече с которым, первым делом, на меня навели несколько автоматов, грубо вытряхивая из машины с поднятыми руками, толкая в спину и поставив на колени перед крайне довольным бородачом.
Кирилл Князев, по прозвищу — Князь, с садистским блеском в глазах, получает дозу кайфа, когда смотрит на меня сверху вниз. Я единственный человек, который способен разрушить его криминальное гнездо и засадить на пару десятков лет, а сейчас стою перед ним на коленях, заведя руку за голову.
— Какие люди. Без оружия. Без охраны. Почему бы мне тебе сразу не свернуть шею? Это утро станет лучшим, за этот год, — насмешливо спрашивает Кир, стоя со своей бесноватой охраной, которая вопреки всей безопасности не сводит с меня автоматов, окружив.
— Мне очень нужна твоя помощь, Кир, — тихо, но довольно твердо говорю я громиле, который подходит ко мне ближе, брезгливо рассматривая. И с завидной силой бьет в челюсть, свалив на острую щебенку. Ощущения ярче, чем умеет доставлять Соколовский. У меня из глаз в буквальном смысле вылетают искры.
Чем я всем так насолил? Ах да… Припоминаю!
— Вполне… Заслужено, — сплевываю я кровь, кончиком языка проверяя целостность зубов.
— Когда ты пришел к Барсу с подобной просьбой, он оказался в суде с выговором на тридцать лет строгого режима, — проскрежетал он. — Думаешь, меня ты тоже сможешь подставить? Хрена с два, Бродяга. Ты просто очередной мусор, который вышвырнули даже из мусорного бака, — он подходит ближе, и я вовремя перекатываюсь по щебенке, не давая возможности пройтись массивным ботинком по моим и без того ноющим ребрам.
— Я готов заплатить. Много. Любую сумму, которую ты скажешь. Прямо сейчас, — говорю я, и остаюсь на земле, не рискуя геройствовать, зная этого человека. Гребанный рэкетир.
— За какие деньги ты говоришь? Мне с тебя нечего поиметь. Это же явная подстава! — фыркнул Кир, и поддает знак своему парню, который подходит ко мне ближе, приставив оружие к моему лбу.
Я прикрываю глаза, пробуя собраться с мыслями, но весь контроль летит к черту, зная, что именно стоит на кону. Она.
Сглатываю, прикрывая глаза, с колотящимся в груди сердцем.
— Ты думаешь я явился сюда с пустыми руками, чтобы получить пулю в лоб? К тому же я точно знаю, что, убрав Барса с твоего пути, открыл тебе новые возможности. Я не прошу мне доверять. Я прошу тебя о помощи, за которую оплачу сполна, — говорю предельно спокойно, насколько это возможно, когда в мой лоб упирается дуло автомата двухметровой машины-убийцы.
Кир обдумывает услышанное, а после усмехается, сложив руки на груди.
— И кто же это прелестное создание, за которое ты решил подставиться и расплатиться за свои проступки передо мной, а, Бродяга? — о да, он умный мужик, и точно понимает, что я ни за что бы не вернулся в криминальные круги после злополучного опыта... Из-за которого я стал внештатным сотрудником. Но других вариантов нет, в полиции просить о милостыни, помощи и взаимопонимании я не стану. Они все под Соколовским, как жалкие шавки.
— Женщина. Неужели Бродяга... Нашел свою Леди? — говорит он, склоняя голову к плечу, и уже искренне удивляясь подобному факту, он задорно смеется.
Я бы тоже посмеялся с его сравнения о Бродяге и Леди, но только не в этой ситуации. Смешного ничего не было, я только ещё больше нахмурился.
— Женщина, — киваю я, смотря в бездушные глаза Кира, в которых появился заинтересованный блеск. — Ей угрожает опасность. Думаю, ты наслышан о нашумевшей истории Гордеевых. Пока я участвовал в операции, смог пробраться в бухгалтерию Гордеева и перевести на мой счет несколько миллионов. Я уже сказал, что готов платить за твои услуги любые деньги…
Лицо Кира удивленно вытягивается.
— Вставай, Вадим. Поболтаем до душам, — он подает мне руку, отзывая своего человека с автоматом. Я хватаюсь за его ладонь, крепко сжимая своими пальцами и поднимаясь с щебенки. — Я помогу тебе. С предоплатой в семьдесят процентов, и ты мне сдашь всю имеющуюся на меня информацию, которую ты раскопал за последние два года, — говорит Кир, поставив не самые приятные условия.
До этого черта никто не мог подобраться, но вот Эльдар имел настоящий талант, копить информацию о группировка и брать их горяченькими налётом. Причем с моей помощью полковник собрал немало информации, выжидая подходящий момент для контрольного провала Князя с последующим обвинением через суд. Но, думаю, он простит меня, ведь за Ярославу он погиб с пулями в груди...
— Ты как всегда изворотливый гаденыш, Князь, — процедил я, отряхивая свою куртку и джинсы.
— Я все еще слышу сомнение в твоем голосе, Бродяга. А сделал я в своё время для тебя не мало. Будем в расчете после этой оплаты друг другу, — громко говорит Кир, чтобы все слышали его условие.
— А сунешься сюда ещё раз после нашего договора — башку снесу и из машины выйти не успеешь, — предупредил он, и сделал это вполне дружелюбно, несмотря на то, что говорил чистейшую правду.
— Мне нужны люди, спецы. Еще оружие и машины, а ещё паспорта, — перечисляю то, в чем нуждаюсь на данный момент. — И самое главное, разведчики, которые доложат мне обстановку и обеспечат поиск…
— Нет-нет-нет, Бродяга, — перебил меня Кир, остановившись перед дверью старого здания, которое служило гнездом для его группировки. — Сначала ты мне в самых мельчайших подробностях расскажешь о том, как тебя занесло к Гордеевым и как у тебя получилось присвоить его жену в свои грязные лапища, — весело рассмеялся Кир, — ещё я хочу увидеть её фотографию.
Я непроизвольно насупился, замолчав, понимая, что яростно сверлю дыру в Князе, который своими условиями заставляет закипятиться.
— Что угодно, Кир, но пялиться будешь на свою жену, — тихо ответил я, хоть и со свистом, цедя слова через зубы. Он весело хохочет, похлопав меня по плечу.
Шутник какой!
— Порычал? А теперь в подробностях и с самого начала.
***
Князю понадобилось всего восемь часов, чтобы обеспечить меня всем необходимым, в том числе и информацией, пока мы обсуждали текущие проблемы за несколькими бутылками пива. Пару человек сразу присели на хвост Соколовского, который очень вовремя отправился в Питер. Едва и сам не отправился за ним… Руки уж больно сильно чесались, но здравый смысл взял главенство. В кои-то веки!
Несколько телохранителей отправились со мной в снятую для меня квартиру, за которой теперь следят люди Князя. Впервые за всю неделю я смог спокойно насытиться ужином состоящий из огромных мясных сарделек, лапши быстрого приготовления и свежего хлеба. Я с удовольствием принял горячую ванную, отмывая себя до красных пятен, осторожно огибая ноющие ребра, напоминающие о произошедшем в КПЗ. А сон и вовсе накрыл меня быстро в белоснежной постели на мягком матрасе. Наутро я наконец-то ощутил себя живым, свободным человеком.
Утром, зализывая свои ссадины у зеркала в ванной, кривлюсь от каждого движения. Ребра, которые больше стали похожи на одну большую гематому, приходится показать персональному доку от Кира. Старик в халате предупреждает меня о трещинах, постельном режиме и отдыхе, очень плотно покрывая мои ребра эластичным бинтом, после чего двигаться стало менее болезненно. Основную боль заглушили обезболивающие, и на том спасибо!
Открыв свой ноутбук к обеду, снова проверяю все социальные сети, мессенджеры и почту, пробуя найти письмо от Ярославы, что заканчивается неудачной попыткой и поверить в обещание Соколовского. Он явно опустил меня в её глазах ниже плинтуса…
Я грубо захлопываю ноутбук, направляюсь к холодильнику, попутно взяв со стола разрывающийся от звонка телефон.
— Мой док сказал, что тебя хорошо помяли, — с насмешкой замечает Князь. — Не завидую тому везунчику, который рискнул тебя разукрасить до треснутых ребер.
— Чего тебе, Кир? — устало спрашиваю я, приставив крышку пива к железному бортику стола, открывая бутылку. Я соскучился по этому напитку за время моего принудительного отъезда под зорким взглядом Эльдара, который запрещал не просто пить, а даже думать об этом.
Вспоминая укоризненный взгляд полковника, отставляю бутылку в сторону, с раздражением приблизившись к окну.
— Да так, узнаю о тебе много нового, Бродяга... Например, что твоя Леди — сестра Андрея Соколовского, дочь бывшего генерала полка спецназначения. Как всё интересно, не так ли? А ты даже не рассказал мне ничего подобного, — канючит мне в телефон Князь, разочарованный моими секретами, которые слишком быстро становятся доступными этому ползучему гаду.
— И правильно сделал — ты бы не связывался с фараонами. Давай ближе к делу, — смотрю на знакомые машины, в которых тусуются парни Кира, о чём-то разговаривая.
— Мои ребята доложили, что Леди недавно выбежала из своего дома и угнала машину, на которой приехал ее братец. Моим ребятам перехватить твою девочку? Эта дорожная летчица нарушила все возможные правила ещё до выезда из города, — докладывает мне Кир, и я за секунду оживился. — И обрадую тебя — она направилась в Москву.
— Не трогайте её на трассе, можете спугнуть. Пусть едет сама, возможно скоро свяжется со мной лично, — говорю я сипло, желая поскорее сбросить звонок и нетерпеливо ждать от неё хотя бы гребанного сообщения. — Пока просто следите и докладывайте о её местонахождении.
Он отключается, а я глупо улыбаюсь.
Очевидно, Ярослава угнала машину Сокола, а это значит она сбежала из дома. Теперь я могу унять свою злость по поводу того, что она меня игнорировала, ведь скорее всего, у неё просто не было возможности позвонить мне…
Но вот от понимая, в каких условиях ее держали под этим домашним арестом, как обмолвился Андрей, во мне зарождается новый ком ярости. Соколовскому точно не отделаться от меня сломанным носом!
До вечера я прибираюсь в квартире, умеющий с детства за считанные часы устраивать из чистой квартиры сплошной мусорный бак.
Я восхищаюсь Ярославой, которая вопреки всему, смогла преодолеть трудности, а их думаю, в ее семье предостаточно. Будет весьма занятно послушать, как она смогла сбежать. В сердце бушует теплый шторм чувств, осознавая, что девочка на всех парах мчится ко мне, возможно ещё даже не подозревая, что я на воле и могу обезопасить её от всех проблем.
Чтобы занять руки и мозги, поступаюсь своей брутальности и решаю организовать вкуснейший ужин на двоих. Наверняка крошка приедет голодной и уставшей, предоставив мне возможность о ней позаботиться.
Яра особенная гостья, поэтому звоню матери, выведывая ее фирменный рецепт лазаньи. Конечно, ещё полчаса болтовни уходит на то, чтобы объяснить, что за странное рвение у её сына к готовке, который часто перебивает свой голод дешевой пиццей... Зато мама контролирует приготовление лазаньи в телефонном режиме.
Как только погружаю лазанью в духовку под маминым беспрерывный треп, я вынужден ее перебить, извиниться и попрощаться, так как мне звонит Кир с новостями. Судя по позднему времени, Ярослава должна уже передвигаться по Москве.
— Порадуй меня, — прошу я Князя, присаживаясь у дверцы духовки, рассматривая свое творение. Никогда не думал, что я могу творить такие блюда, но ведь для неё не жалко потратить несколько часов личного времени.
— Она сейчас в квартире Соколовского, — напряженно говорит он, а я нахмурился, задумавшись. На кой черт ей та квартира, когда я жду её сегодня в своей постели? — И ещё… На въезде в Москву ей сели на хвост.
— В чем проблема скинуть хвост? — уточняю я, раздражаясь.
— Фараонов не так уж и просто скинуть без шума, особенно, если эта слежка, которая не выдает себя. Похоже, за ней присматривают подчиненные Соколовского, только не понятно, какого именно, — раздумывает Князь.
— Нельзя, чтобы ее перехватили. Скажи ребятам, чтобы вывели её из дома тихо и незаметно, никаких полицейских быть не должно. Нам не нужен шум и перестрелка. Девушку сразу ко мне, без остановок, но прошу, аккуратно с ней. Часа вам должно хватить, — отключаюсь от звонка, прикрывая глаза.
В такой напряженном положении провожу двадцать мучительных минут, раздумывая, что же она задумала, и что делает в квартире Соколовского. Вздрагиваю от звонка, не сразу приняв вызов. Интуитивно чувствую, что что-то пошло не так, но заставляю себя успокоиться, приглушая ежедневные новости из включенного телевизора в углу кухни.
— Она у нас, — это были первые слова Кира, и я облегченно выдохнул. — Парни уже везут её к тебе.
— Хорошо сработали, — хвалю я работу Князя.
— Знаешь, я и близко не предполагал, что Леди настроена на режим боевой фурии. Двое из моих ребят решили перехватить её в квартире, за что получили полицейским электрошоком. Она одним махом вырубила моих бойцов. Моим пацанам чудом удалось перехватить девчонку с черного входа, — смеется Кир, заставляя меня улыбнуться.
