Тропинка закончилась и по заросшим мхом камням Сэнди убежала дальше к бурному ручью, над которым был протянут старый каменный мост. Принялась вышагивать по мокрым камням, но в воду прыгнуть не решилась. Эзра достал телефон и, включив видеокамеру, записал то, как собака носится у самой кромки воды. В этот момент до его уха донесся перезвон с Клунларской колокольни. Звуки сложились в причудливое созвучие, и Эзра, подумав с минуту, набрал номер Фреда.
– Да, чего? – сквозь какой-то шум прозвучал в трубке хриплый голос менеджера.
– Нам нужно записать колокола, – перешёл он сразу к делу, – Я сейчас отправлю тебе видео, есть идея по мотиву. Запишу голосовым.
– Эзра, восемь утра, – выдохнул Фред, – Я тебя понял, но давай потом. У меня же сегодня выходной.
– А я не прошу тебя заниматься этим сейчас. Просто послушай и потом скажешь, что думаешь. Мне кажется, это будет здорово загрузить в сэмплер. С меня текст, который можно положить на это. Нужно что-то на низких нотах.
– Оке-ей, сейчас послушаю твои колокола, Бо-оже. Всё, давай, пока, – в трубке зазвучали короткие гудки.
Эзра убрал телефон и, подозвав Сэнди, повернул назад. Обратный путь занял ещё сорок минут. Собаку пришлось взять на руки у крыльца и пронести прямо в гостевую ванную, чтобы грязь с её лап не разнеслась по всему дому. Когда они вышли в коридор, Эзра ощутил, что пространство наполнилось запахом какой-то выпечки. Стянув резинку с волос, он направился в сторону кухни, из которой как раз вышла Грейс.
– Я нашла у тебя вафельницу, – сказала, улыбнувшись ему, – Надеюсь, ты не против такого завтрака?
– Только за, – он засмотрелся.
В свете дня Грейс невероятно органично смотрелась здесь, в его доме, и на мгновение ему даже захотелось сказать ей об этом, но голос здравого смысла вовремя вмешался и, прикусив язык, Эзра подошёл к ней ближе, отодвинул несколько рыжих прядей от тонкой шеи и, пригнувшись, осмотрел гладкую кожу.
– Сегодня обошлось без улик, – погладил большим пальцем её по щеке.
– Да, это очень кстати! У меня совсем нет концертных платьев с «горлом», – Грейс хитро посмотрела на него исподлобья и, взяв за руку, потянула на кухню, – Сэнди тоже бы покормить, – сказала, увидев собаку у пустой миски.
– Точно! Момент, – он наклонился к одному из шкафчиков и, достав упаковку собачьего корма, насыпал немного в миску, – Налетай Сэнди-Кэнди.
Обернулся, нашёл глазами Грейс, которая теперь раскладывала приборы у двух тарелок. На губах её застыла мечтательная улыбка.
– Кофе? – спросил.
– Я уже поставила, – она кивнула в сторону кофеварки, – Ты пьешь американо?
– Да, с ложкой сахара. А ты?
– А я предпочитаю двойной эспрессо, но и американо без сахара тоже годится.
– И без сливок? – Эзра вскинул брови.
– И без сливок.
– Наверное, ещё и с перцем?
– Нет. Что? – с недоумением спросила, – С чего вдруг я должна любить кофе с перцем?
– Для поддержания амплуа, – Эзра разлил кофе по чашкам и беззастенчиво продолжил, заглянув в две бездны, в которых сейчас отразилась доселе незнакомая ему эмоция, – Весь этот флёр жесткой и требовательной дивы, он ведь не возник помимо твоей воли.
– Это не флёр, – она дёрнула плечом, – Это и есть я. В вопросах, которые касаются работы. В академической среде быть женщиной не так-то просто. Всю жизнь все преподаватели на экзаменах – это пожилые мужчины. Большинство дирижёров тоже. Чтобы ты понимал, в музыкальном колледже один из них всерьёз заявил мне, что пока я не выйду замуж, моё дело не принесёт мне счастья. И вообще, женская радость заключается в материнстве и поддержании семейного очага, а я занимаюсь какой-то ерундой. Он, правда, не знал тогда, что у меня уже была Мейви.
– Так и сказал? – Эзра сдвинул брови, – Прости, я понимаю, что мой опыт в музыкальной среде радикально отличается от твоего.
– Странно было бы винить в этом именно тебя. Хотя, признаюсь честно, вначале нашего знакомства мне очень хотелось думать именно так, – Грейс отвела взгляд и, благодарно кивнув, взяла из его рук дымящуюся чашку, – Ты сам видел. Фрэнсис очень часто забывает, кто приносит университету все эти денежные премии за выигранные конкурсы. Всё время приходится прыгать выше головы, чтобы с тобой считались. Уверена, будь на моём месте мужчина, к нему вопросов было бы меньше. Ему можно было бы оставаться милым котиком, который всегда на всё говорит «Да», бесконечно хвалит своих музыкантов и ни с кем не вступает в конфликты.
Эзра понимающе покивал и, придвинув тарелку ближе, спросил:
– Фрэнсис скользкий тип, не так ли?
– Не худший из всех, но да, с двойным дном, – буднично заметила Грейс.
Эзра достал из ящика банку мёда и предложил его Грейс. Она кивнула, и их завтрак постепенно перетёк в неторопливую беседу обо всём на свете.
– Нет, ты просто не понимаешь, каково это! – тарелка опустела, и теперь Эзра рассказывал историю, допивая вторую чашку кофе, – Я выхожу из турового автобуса, и тут ко мне подбегает наш оператор и начинает снимать кадры, которые потом вошли в клип. В комментариях разверзлась бездна на тему выражения моего лица.
– Я понимаю, но в отличие от тебя, у меня нет турового автобуса, – со смехом отметила Грейс, – Один раз мы встали в пробку по дороге из Мадрида в Лиссабон, и я успела только на финальный прогон Венгерской рапсодии номер два Франца Листа, и это, кстати, закончилось катастрофой.
– Налажала? – поднял брови Эзра.
– Я не просто налажала, я забыла произведение! – воскликнула, – На середине! Просто бросила играть, громко выругалась и ушла со сцены. Все были в таком шоке, что когда я, перечитав партитуру за кулисами, набралась наглости, вернулась и отыграла всё заново от начала и до конца, в зале стояла звенящая тишина.
– И что тебе было за это? – ошеломлённо спросил.
– Как ты понимаешь, жизнь не кино, здесь нельзя просто сказать «Так и было задумано», «Это элемент шоу», – она пожала плечами и отставила опустевшую чашку на тарелку, – Отделалась крупным штрафом, но гневных отзывов на концерт площадка, к счастью, не получила. Порой зрителям нравятся такие живые эмоции.
– Почему-то мне непросто представить тебя в такой ситуации, – признался Эзра, – По крайней мере… Подожди, – он повернул голову и прислушался, различив шум колёс по гравию, – Минуту, – он встал с места и, не глядя на Грейс, подошёл к окну, выходившему на противоположную от леса сторону, где была видна подъездная дорожка, – Чё-ёрт, это Фред.
– Это который твой менеджер? – прозвучало за спиной встревоженное.
– Да-а, – Эзра обернулся к Грейс и обнаружил испуг на её лице, – Спокойно, он могила.
– То, что известно не двоим, а троим, секретом не является, – Грейс встала с места и, схватив тарелку с чашкой, поставила их в мойку.
В тот же момент по коридору пронесся перелив дверного звонка.
– Он уже увидел ещё одну машину, так что прятать тебя нет смысла, – Эзра приблизился к ней и заглянул в глаза, – Без паники.
– Подожди, давай подумаем. Могла же я просто приехать сюда, чтобы обсудить с тобой рабочие вопросы? – спросила.
– Могла, подыграй мне только, ладно?
– Да, – её голос заметно дрогнул.
– Я иду открывать дверь, а ты давай в гостиную, – он сделал два шага назад и, развернувшись, направился к двери.
Открыл, смерил Фреда полным недоумения взглядом.
– У тебя же сегодня выходной.
– Твоё голосовое сообщение мне его испортило, – держа в руках два кофра, Фред обошёл Эзру и проследовал прямиком в соседнюю комнату, где недавно они записывали демки для «Ветра…», – Мэриэнн услышала мотив и настояла на том, чтобы я поехал к тебе. У неё есть предложение по басовой партии. А у тебя гости? Я помешал?
– Нет, это по делу…
– По какому такому делу? – нахмурил брови Фред.
– Я-а думал добавить в новый альбом песню, построенную на сэмпле из классической музыки. Ну, знаешь, как сделали Saint Motel с «К Элизе» Бетховена, – выдал он первое, что пришло в голову.
– Э-э, ну тебя и колбасит, дружище, – Фред выгрузил инструменты на пол и, переступив через моток спутанных проводов, подошёл к дивану и сбросил на него объемный рюкзак, – Ну, так и чего?
– Я пригласил Грейс Галлахер, – Эзра перешёл на шёпот, – Она была на клавишах в треке с Джолин. У неё оркестровая группа. Возможно, нам удастся снова посотрудничать.
– Окей, и где она? – менеджер обернулся к Эзре.
– В гостиной, – ответил тот, стараясь придать своему голосу беззаботных нот.
– Ну, пошли, – заложив руки в карманы, Фред вышел из комнаты и припустил в сторону следующей по коридору двери.
Грейс обнаружилась на диване. На коленях у неё уже развалилась Сэнди, подставив гостье лохматый живот. Увидев Фреда, Грейс приветственно кивнула и непринуждённо заметила:
– Прошу прощения, но, кажется, я в ловушке.
– Сэнди! – окликнул собаку Эзра, но был проигнорирован.
– Здравствуйте, мисс Галлахер, – поздоровался Фред, оглядев представшую перед ним картину.
– Грейс, просто Грейс! – она растянула губы в неловкой улыбке.
– Грейс, да! Я Фред, рад знакомству, – он заложил руки за спину, – Эзра уже немного поделился со мной подробностями вашей задумки.
– Да, я описал идею в общих чертах, ну часть про мешап из классического произведения и какого-нибудь авторского мотива.
– Ага, как у Робби Уильямса, – покивала Грейс.
– Или Saint Motel, – поспешил добавить Эзра.
– Да-а, я вполне могу составить для вас сэмпл задействав музыкантов из оркестровой группы, – она убрала рыжую прядь за ухо и оправила свитер, продолжая чесать пятнистый бок Сэнди.
– И ты хочешь совместить это с тем мотивом, что прислал мне сегодня утром? – спросил Фред у Эзры.
– Да-а, но…Я ещё не успел дать Грейс его послушать.
– Мы обсуждали графики музыкантов, – поспешила она ему на помощь.
– Эмм… Окей, давайте тогда послушаем вместе, – менеджер сделал два шага назад, – Я разобрал твою мелодию на ноты и могу проиграть на электрогитаре.
– Боюсь, что мне уже пора бежать, – поджав губы, заметила Грейс, – все эта история с расписанием репетиций съела слишком много времени, и я уже опаздываю, – она взглянула на часы.
Осторожно отодвинула собаку с колен, на что та сразу перекатилась на бок и спрыгнула на пол. Поднялась, отряхнула светлые джинсы и вежливо им улыбнулась. Фред растянул губы в ответной улыбке:
– Был рад знакомству, Грейс, – сказал он, – Тогда Эзра или я отправим вам демо-версию мотива, на который мы бы хотели положить следующую песню, а вы поразмышляете над классическим сэмплом, который смог бы неплохо на это лечь.
– Отлично, буду ждать, – покивала она ему и направилась в коридор.
– Я вас провожу, – Эзра последовал за ней, – Фредди, тогда подключай гитару и пульт. Сейчас приду.
Фред молча показал ему большой палец и скрылся в проёме. Эзра растёр лицо ладонями и, выдохнув скопившееся в лёгких напряжение, последовал за Грейс.
Под пристальным взглядом менеджера, который почему-то тоже решил приклеиться к стене в прихожей, он подал Грейс её плащ, открыл дверь и вышел следом.
– Сэнди, сидеть! – услышал он голос Фреда, который, схватив собаку за ошейник, не позволил ей выбежать на улицу следом, – Пойдём, девочка! Нам с тобой ещё всё там подключать.
Под шуршание гравия под ногами они дошли до серой Тойоты.
– Если вдруг я что-то у тебя забыла…– сказала Грейс, открыв дверь на водительское.
– Если что-то обнаружу, принесу тебе в гримёрку, – Эзра опасливо оглянулся на окна первого этажа, но никого в них не увидел.
– Вот от моей гримёрки тебе лучше держаться подальше, – невесело хохотнула она.
– Мне всё ещё кажется, что ты нагнетаешь, – он дёрнул плечом, – в любом случае, думаю, ты могла что-то оставить в багажнике.
– Что? О чем ты? – она с недоумением посмотрела на него.
– Тебе очень нужно туда заглянуть. Срочно, – внушающее протянул.
Её серо-голубые глаза прищурились, но всё же Грейс обошла машину и открыла заднюю дверцу. С характерным звуком та отъехала вверх, закрыв их от широких окон будущей студии. Тогда же Эзра притянул Грейс к себе и нежно коснувшись её щеки, оставил на её губах лёгкий поцелуй.
– Ты… Мы очень рискуем, – сказала она ему серьёзно, как только он выпустил её из объятий, – Теперь мне придётся придумывать сэмпл для этой твоей…
– Пошлой чуши? – озорно улыбнувшись, спросил.
– Новой песни, – уголки губ Грейс немного дрогнули, – А ты и вправду подумай над тем, как мы можем оптимизировать графики наших музыкантов. То, как сейчас обстоят их дела, никуда не годится.
– Хорошо, – ещё ненадолго задержав взгляд на её лице, Эзра отступил назад, – Тогда пока?
– Да, – она закрыла багажник и, немного помедлив, добавила, – Спасибо тебе за волшебный вечер и…– Грейс снова замялась.
– Ты невероятно милая, когда смущаешься вот так, – спокойно сообщил он ей, – Тебе спасибо и увидимся, – махнув Грейс на прощание, Эзра направился к дому и, поднявшись на террасу, остановился у входной двери.
Когда серая тойота съехала с гравийной дорожки на бетонную тропу, он нажал на пульте кнопку открытия ворот и, вдохнув холодный влажный воздух, пропитанный ароматами леса и пресной воды, вошёл в дом.
* * *
– И потом Эрин мне рассказала, что эта Эмми всё время останавливается в раздевалке рядом с нашими шкафчиками и громко говорит «Почему здесь всегда воняет дешевыми духами?!» – Мейв пискляво передразнила голос одноклассницы, – Я тогда не обратила внимания, ну мало ли, человек не в ладах с собой. Бывает. И представь, я переодеваюсь после душа, а эта стервозина снова припёрлась и выдала этот свой гэг. Ну, я и сказала ей отойти, и тогда ничем дешевым там вонять не будет.
– Мейв, ну…– Грейс разложила салат по тарелкам и покачала головой.
– Что? Опять скажешь не опускаться до её уровня?
– Нет, я не считаю, что это нужно было оставить так, – призналась она, садясь на своё место за столом, – Послушай, отвечать на хамство, конечно, нужно, главное, не быть его инициатором.
– Так я её и не провоцировала, – Мейви наколола на вилку варёное яйцо и несколько листьев латука, и отправила всё это в рот, – Я просто не понимаю, неужели ей самой не противно от себя.
– Думаю, противно, и именно поэтому она к вам пристаёт, – Грейс осмотрела содержимое тарелки и, подумав, отложила мясо обратно на большое блюдо.
– Нда, ну я это всё к тому, что уже не знаю, как дожить до конца учебы, – с другой стороны стола донёсся горестный вздох, – Правда! Меня так это всё бесит.
– Понимаю, – покивала, – но есть ведь во всём и что-то хорошее, может, постараешься сфокусироваться на позитивных моментах?
– Эрин и Алекс разве что… Сегодня нас попросили определиться со списком университетов, в которые мы будем подавать заявки. Как думаешь, включать туда Лимерикский? Мы с ними все хотим подавать заявки в примерно одни и те же места, но я думала ещё посоветоваться с дядей.
– Да, чего? – сквозь какой-то шум прозвучал в трубке хриплый голос менеджера.
– Нам нужно записать колокола, – перешёл он сразу к делу, – Я сейчас отправлю тебе видео, есть идея по мотиву. Запишу голосовым.
– Эзра, восемь утра, – выдохнул Фред, – Я тебя понял, но давай потом. У меня же сегодня выходной.
– А я не прошу тебя заниматься этим сейчас. Просто послушай и потом скажешь, что думаешь. Мне кажется, это будет здорово загрузить в сэмплер. С меня текст, который можно положить на это. Нужно что-то на низких нотах.
– Оке-ей, сейчас послушаю твои колокола, Бо-оже. Всё, давай, пока, – в трубке зазвучали короткие гудки.
Эзра убрал телефон и, подозвав Сэнди, повернул назад. Обратный путь занял ещё сорок минут. Собаку пришлось взять на руки у крыльца и пронести прямо в гостевую ванную, чтобы грязь с её лап не разнеслась по всему дому. Когда они вышли в коридор, Эзра ощутил, что пространство наполнилось запахом какой-то выпечки. Стянув резинку с волос, он направился в сторону кухни, из которой как раз вышла Грейс.
– Я нашла у тебя вафельницу, – сказала, улыбнувшись ему, – Надеюсь, ты не против такого завтрака?
– Только за, – он засмотрелся.
В свете дня Грейс невероятно органично смотрелась здесь, в его доме, и на мгновение ему даже захотелось сказать ей об этом, но голос здравого смысла вовремя вмешался и, прикусив язык, Эзра подошёл к ней ближе, отодвинул несколько рыжих прядей от тонкой шеи и, пригнувшись, осмотрел гладкую кожу.
– Сегодня обошлось без улик, – погладил большим пальцем её по щеке.
– Да, это очень кстати! У меня совсем нет концертных платьев с «горлом», – Грейс хитро посмотрела на него исподлобья и, взяв за руку, потянула на кухню, – Сэнди тоже бы покормить, – сказала, увидев собаку у пустой миски.
– Точно! Момент, – он наклонился к одному из шкафчиков и, достав упаковку собачьего корма, насыпал немного в миску, – Налетай Сэнди-Кэнди.
Обернулся, нашёл глазами Грейс, которая теперь раскладывала приборы у двух тарелок. На губах её застыла мечтательная улыбка.
– Кофе? – спросил.
– Я уже поставила, – она кивнула в сторону кофеварки, – Ты пьешь американо?
– Да, с ложкой сахара. А ты?
– А я предпочитаю двойной эспрессо, но и американо без сахара тоже годится.
– И без сливок? – Эзра вскинул брови.
– И без сливок.
– Наверное, ещё и с перцем?
– Нет. Что? – с недоумением спросила, – С чего вдруг я должна любить кофе с перцем?
– Для поддержания амплуа, – Эзра разлил кофе по чашкам и беззастенчиво продолжил, заглянув в две бездны, в которых сейчас отразилась доселе незнакомая ему эмоция, – Весь этот флёр жесткой и требовательной дивы, он ведь не возник помимо твоей воли.
– Это не флёр, – она дёрнула плечом, – Это и есть я. В вопросах, которые касаются работы. В академической среде быть женщиной не так-то просто. Всю жизнь все преподаватели на экзаменах – это пожилые мужчины. Большинство дирижёров тоже. Чтобы ты понимал, в музыкальном колледже один из них всерьёз заявил мне, что пока я не выйду замуж, моё дело не принесёт мне счастья. И вообще, женская радость заключается в материнстве и поддержании семейного очага, а я занимаюсь какой-то ерундой. Он, правда, не знал тогда, что у меня уже была Мейви.
– Так и сказал? – Эзра сдвинул брови, – Прости, я понимаю, что мой опыт в музыкальной среде радикально отличается от твоего.
– Странно было бы винить в этом именно тебя. Хотя, признаюсь честно, вначале нашего знакомства мне очень хотелось думать именно так, – Грейс отвела взгляд и, благодарно кивнув, взяла из его рук дымящуюся чашку, – Ты сам видел. Фрэнсис очень часто забывает, кто приносит университету все эти денежные премии за выигранные конкурсы. Всё время приходится прыгать выше головы, чтобы с тобой считались. Уверена, будь на моём месте мужчина, к нему вопросов было бы меньше. Ему можно было бы оставаться милым котиком, который всегда на всё говорит «Да», бесконечно хвалит своих музыкантов и ни с кем не вступает в конфликты.
Эзра понимающе покивал и, придвинув тарелку ближе, спросил:
– Фрэнсис скользкий тип, не так ли?
– Не худший из всех, но да, с двойным дном, – буднично заметила Грейс.
Эзра достал из ящика банку мёда и предложил его Грейс. Она кивнула, и их завтрак постепенно перетёк в неторопливую беседу обо всём на свете.
– Нет, ты просто не понимаешь, каково это! – тарелка опустела, и теперь Эзра рассказывал историю, допивая вторую чашку кофе, – Я выхожу из турового автобуса, и тут ко мне подбегает наш оператор и начинает снимать кадры, которые потом вошли в клип. В комментариях разверзлась бездна на тему выражения моего лица.
– Я понимаю, но в отличие от тебя, у меня нет турового автобуса, – со смехом отметила Грейс, – Один раз мы встали в пробку по дороге из Мадрида в Лиссабон, и я успела только на финальный прогон Венгерской рапсодии номер два Франца Листа, и это, кстати, закончилось катастрофой.
– Налажала? – поднял брови Эзра.
– Я не просто налажала, я забыла произведение! – воскликнула, – На середине! Просто бросила играть, громко выругалась и ушла со сцены. Все были в таком шоке, что когда я, перечитав партитуру за кулисами, набралась наглости, вернулась и отыграла всё заново от начала и до конца, в зале стояла звенящая тишина.
– И что тебе было за это? – ошеломлённо спросил.
– Как ты понимаешь, жизнь не кино, здесь нельзя просто сказать «Так и было задумано», «Это элемент шоу», – она пожала плечами и отставила опустевшую чашку на тарелку, – Отделалась крупным штрафом, но гневных отзывов на концерт площадка, к счастью, не получила. Порой зрителям нравятся такие живые эмоции.
– Почему-то мне непросто представить тебя в такой ситуации, – признался Эзра, – По крайней мере… Подожди, – он повернул голову и прислушался, различив шум колёс по гравию, – Минуту, – он встал с места и, не глядя на Грейс, подошёл к окну, выходившему на противоположную от леса сторону, где была видна подъездная дорожка, – Чё-ёрт, это Фред.
– Это который твой менеджер? – прозвучало за спиной встревоженное.
– Да-а, – Эзра обернулся к Грейс и обнаружил испуг на её лице, – Спокойно, он могила.
– То, что известно не двоим, а троим, секретом не является, – Грейс встала с места и, схватив тарелку с чашкой, поставила их в мойку.
В тот же момент по коридору пронесся перелив дверного звонка.
– Он уже увидел ещё одну машину, так что прятать тебя нет смысла, – Эзра приблизился к ней и заглянул в глаза, – Без паники.
– Подожди, давай подумаем. Могла же я просто приехать сюда, чтобы обсудить с тобой рабочие вопросы? – спросила.
– Могла, подыграй мне только, ладно?
– Да, – её голос заметно дрогнул.
– Я иду открывать дверь, а ты давай в гостиную, – он сделал два шага назад и, развернувшись, направился к двери.
Открыл, смерил Фреда полным недоумения взглядом.
– У тебя же сегодня выходной.
– Твоё голосовое сообщение мне его испортило, – держа в руках два кофра, Фред обошёл Эзру и проследовал прямиком в соседнюю комнату, где недавно они записывали демки для «Ветра…», – Мэриэнн услышала мотив и настояла на том, чтобы я поехал к тебе. У неё есть предложение по басовой партии. А у тебя гости? Я помешал?
– Нет, это по делу…
– По какому такому делу? – нахмурил брови Фред.
– Я-а думал добавить в новый альбом песню, построенную на сэмпле из классической музыки. Ну, знаешь, как сделали Saint Motel с «К Элизе» Бетховена, – выдал он первое, что пришло в голову.
– Э-э, ну тебя и колбасит, дружище, – Фред выгрузил инструменты на пол и, переступив через моток спутанных проводов, подошёл к дивану и сбросил на него объемный рюкзак, – Ну, так и чего?
– Я пригласил Грейс Галлахер, – Эзра перешёл на шёпот, – Она была на клавишах в треке с Джолин. У неё оркестровая группа. Возможно, нам удастся снова посотрудничать.
– Окей, и где она? – менеджер обернулся к Эзре.
– В гостиной, – ответил тот, стараясь придать своему голосу беззаботных нот.
– Ну, пошли, – заложив руки в карманы, Фред вышел из комнаты и припустил в сторону следующей по коридору двери.
Грейс обнаружилась на диване. На коленях у неё уже развалилась Сэнди, подставив гостье лохматый живот. Увидев Фреда, Грейс приветственно кивнула и непринуждённо заметила:
– Прошу прощения, но, кажется, я в ловушке.
– Сэнди! – окликнул собаку Эзра, но был проигнорирован.
– Здравствуйте, мисс Галлахер, – поздоровался Фред, оглядев представшую перед ним картину.
– Грейс, просто Грейс! – она растянула губы в неловкой улыбке.
– Грейс, да! Я Фред, рад знакомству, – он заложил руки за спину, – Эзра уже немного поделился со мной подробностями вашей задумки.
– Да, я описал идею в общих чертах, ну часть про мешап из классического произведения и какого-нибудь авторского мотива.
– Ага, как у Робби Уильямса, – покивала Грейс.
– Или Saint Motel, – поспешил добавить Эзра.
– Да-а, я вполне могу составить для вас сэмпл задействав музыкантов из оркестровой группы, – она убрала рыжую прядь за ухо и оправила свитер, продолжая чесать пятнистый бок Сэнди.
– И ты хочешь совместить это с тем мотивом, что прислал мне сегодня утром? – спросил Фред у Эзры.
– Да-а, но…Я ещё не успел дать Грейс его послушать.
– Мы обсуждали графики музыкантов, – поспешила она ему на помощь.
– Эмм… Окей, давайте тогда послушаем вместе, – менеджер сделал два шага назад, – Я разобрал твою мелодию на ноты и могу проиграть на электрогитаре.
– Боюсь, что мне уже пора бежать, – поджав губы, заметила Грейс, – все эта история с расписанием репетиций съела слишком много времени, и я уже опаздываю, – она взглянула на часы.
Осторожно отодвинула собаку с колен, на что та сразу перекатилась на бок и спрыгнула на пол. Поднялась, отряхнула светлые джинсы и вежливо им улыбнулась. Фред растянул губы в ответной улыбке:
– Был рад знакомству, Грейс, – сказал он, – Тогда Эзра или я отправим вам демо-версию мотива, на который мы бы хотели положить следующую песню, а вы поразмышляете над классическим сэмплом, который смог бы неплохо на это лечь.
– Отлично, буду ждать, – покивала она ему и направилась в коридор.
– Я вас провожу, – Эзра последовал за ней, – Фредди, тогда подключай гитару и пульт. Сейчас приду.
Фред молча показал ему большой палец и скрылся в проёме. Эзра растёр лицо ладонями и, выдохнув скопившееся в лёгких напряжение, последовал за Грейс.
Под пристальным взглядом менеджера, который почему-то тоже решил приклеиться к стене в прихожей, он подал Грейс её плащ, открыл дверь и вышел следом.
– Сэнди, сидеть! – услышал он голос Фреда, который, схватив собаку за ошейник, не позволил ей выбежать на улицу следом, – Пойдём, девочка! Нам с тобой ещё всё там подключать.
Под шуршание гравия под ногами они дошли до серой Тойоты.
– Если вдруг я что-то у тебя забыла…– сказала Грейс, открыв дверь на водительское.
– Если что-то обнаружу, принесу тебе в гримёрку, – Эзра опасливо оглянулся на окна первого этажа, но никого в них не увидел.
– Вот от моей гримёрки тебе лучше держаться подальше, – невесело хохотнула она.
– Мне всё ещё кажется, что ты нагнетаешь, – он дёрнул плечом, – в любом случае, думаю, ты могла что-то оставить в багажнике.
– Что? О чем ты? – она с недоумением посмотрела на него.
– Тебе очень нужно туда заглянуть. Срочно, – внушающее протянул.
Её серо-голубые глаза прищурились, но всё же Грейс обошла машину и открыла заднюю дверцу. С характерным звуком та отъехала вверх, закрыв их от широких окон будущей студии. Тогда же Эзра притянул Грейс к себе и нежно коснувшись её щеки, оставил на её губах лёгкий поцелуй.
– Ты… Мы очень рискуем, – сказала она ему серьёзно, как только он выпустил её из объятий, – Теперь мне придётся придумывать сэмпл для этой твоей…
– Пошлой чуши? – озорно улыбнувшись, спросил.
– Новой песни, – уголки губ Грейс немного дрогнули, – А ты и вправду подумай над тем, как мы можем оптимизировать графики наших музыкантов. То, как сейчас обстоят их дела, никуда не годится.
– Хорошо, – ещё ненадолго задержав взгляд на её лице, Эзра отступил назад, – Тогда пока?
– Да, – она закрыла багажник и, немного помедлив, добавила, – Спасибо тебе за волшебный вечер и…– Грейс снова замялась.
– Ты невероятно милая, когда смущаешься вот так, – спокойно сообщил он ей, – Тебе спасибо и увидимся, – махнув Грейс на прощание, Эзра направился к дому и, поднявшись на террасу, остановился у входной двери.
Когда серая тойота съехала с гравийной дорожки на бетонную тропу, он нажал на пульте кнопку открытия ворот и, вдохнув холодный влажный воздух, пропитанный ароматами леса и пресной воды, вошёл в дом.
* * *
– И потом Эрин мне рассказала, что эта Эмми всё время останавливается в раздевалке рядом с нашими шкафчиками и громко говорит «Почему здесь всегда воняет дешевыми духами?!» – Мейв пискляво передразнила голос одноклассницы, – Я тогда не обратила внимания, ну мало ли, человек не в ладах с собой. Бывает. И представь, я переодеваюсь после душа, а эта стервозина снова припёрлась и выдала этот свой гэг. Ну, я и сказала ей отойти, и тогда ничем дешевым там вонять не будет.
– Мейв, ну…– Грейс разложила салат по тарелкам и покачала головой.
– Что? Опять скажешь не опускаться до её уровня?
– Нет, я не считаю, что это нужно было оставить так, – призналась она, садясь на своё место за столом, – Послушай, отвечать на хамство, конечно, нужно, главное, не быть его инициатором.
– Так я её и не провоцировала, – Мейви наколола на вилку варёное яйцо и несколько листьев латука, и отправила всё это в рот, – Я просто не понимаю, неужели ей самой не противно от себя.
– Думаю, противно, и именно поэтому она к вам пристаёт, – Грейс осмотрела содержимое тарелки и, подумав, отложила мясо обратно на большое блюдо.
– Нда, ну я это всё к тому, что уже не знаю, как дожить до конца учебы, – с другой стороны стола донёсся горестный вздох, – Правда! Меня так это всё бесит.
– Понимаю, – покивала, – но есть ведь во всём и что-то хорошее, может, постараешься сфокусироваться на позитивных моментах?
– Эрин и Алекс разве что… Сегодня нас попросили определиться со списком университетов, в которые мы будем подавать заявки. Как думаешь, включать туда Лимерикский? Мы с ними все хотим подавать заявки в примерно одни и те же места, но я думала ещё посоветоваться с дядей.
