Ван Эр посадили, дали пышущую паром тарелку с первым блюдом, ложку и палочки он взял сам, почувствовав себя уже как дома.
- Какими специями ты посыпаешь это мясо? – стараясь не говорить с набитым ртом, между делом интересовался он.
- В баранину я посыпаю усянвэй .
- О, эта знаменитая приправа! – подхватил помощник. – Настоящее олицетворение блаженства!
- Гармония пяти вкусов: сладкого, кислого, горького, пряного и соленого.
Повариха выставила на стол еще семь блюд и Ван Эр смело накинулся, цепляя палочками из каждой тарелки одной рукой, второй держа ложку и хлебая дымящийся суп.
- Твоя Писянь Доубань такая острая! – похвалил слуга повариху. – Пожалуй, острее я еще не ел! Ух! Найдется чем запить?
- А значит, Вы любите острое?
- Жить не могу без острой еды!
- Я тоже не понимаю тех, кто любит сладости… Ведь специи и приправы – это сердце и душа блюда. Как эти монахи могут есть пресную пищу день ото дня?
- Да, у монахов с голоду можно помереть… А чем ты приправляешь это блюдо?
- Кассией .
- О! Тоже ароматно. Ничего вкуснее прежде не ел!
Ох как расхваливал слуга яства и кушания, предназначенные принцессе и понемногу попробовав каждое блюдо, он наедался, а довольная похвалой повариха добавляла половником для главного помощника цензора еще подливки клала куски мяса побольше.
На сытый желудок и думалось лучше. Довольный слуга выпрямился, сдувая пар с чаши зеленого чая и вдруг удивил повариху еще сильнее, тем что поучительно и шутливо изрек:
«Желтый карп прыгнул на мою блесну.
Что я ел бы сегодня на ужин?
Если бы не любопытство…»
Повариха рассмеялась, и забавная ямочка снова появилась на ее щеке.
За окном поднялся сильный ветер, начал накрапывать дождь, и слуга порадовался, что сидит он в тепле, а не опрашивает людей на улице.
Русло разговора сменилось и, завоевав его доверие, повариха стала расспрашивать главного помощника цензора и, не боясь показаться невежливой, интересоваться она начала о его господине.
- А где живет господин цензор?
- У него есть родительский особняк и служебное поместье в чертах внутреннего дворца в Чанъане.
Повариха завистливо и немного томно вздохнула.
- Жизнь в столице совсем другая наверное… - предположила она. Сколько там стоит один мешок риса?
- Две связки медяков или одна пятая серебреного ляна.
- А дау-фу ?
- Тофу в столице на каждом углу продают, поэтому очень дешевый.
Еще немного они поговорила про цены на вещи в столице.
Затем слуга поделился про самые свежие новости, бывшими актуальными где-то с месяц-другой назад.
- А как давно твой господин служит цензором?
- Не так уж и давно, - Ван Би вдруг понял, что не может назвать точный срок, путаясь в возрасте, когда тот получил перевод.
- А есть ли у него жена и наложницы?
- Нет.
- Так разве он не приехал со своим гаремом? – удивилась женщина.
- Гарем лишь прикрытие. Жожо – внучка императорского лекаря, ее отец был лекарем при дворе наместника Юньнани. А Фэй Фэй – дочь военачальника в провинции Ляонин, владеет мечом не хуже любого мужчины! А я – главный помощник – без меня цензор ни одно дело бы не раскрыл!
Враки его переплетались с правдой. Одним из недостатков Ван Эр была его хвастливость и чрезмерная гордость собой.
- Вот оно как значит…
- Почему же цензор до сих пор не женат, ведь ему уже… сколько минуло лет?
- Тридцать четыре года.
Слуга замолчал, не зная, имеет ли право рассказывать о прошлом цензора, касающимся его личной жизни.
- А он… что… неужели женщинами совсем не интересуется?- выпалила на одном дыхании женщина, ужаснувшись своей мысли.
Слуга возмущенно вскочил, защищая своего господина:
- Господин цензор, уважаем всеми! Как Вы могли сказать такое!? И подумать страшно! Он воспитан в лучших китайских традициях и постоянно занят весьма сложной и опасной работой… и еще… у него нет времени до любовных дел, - и затих, вовремя остановившись.
«И да, со здоровьем у него в последнее время проблемы странного характера: то озноб бывает, то в жар бросит, голова по вечерам от чтения болит, то сны во сне бывают, то наяву бредит небылицами разными» - подумал об этом слуга, но промолчал, зная, что о таком не распространяются. Одним из его лучших умений, помимо выслеживания, было умение хранить чужие секреты.
Слуга задумался, отвлекся от разговора, посмотрел в окно и ахнул. Стемнеть успело! Ох, и засиделся же он на кухне!
Пока Ван Эр пробовал блюда, не скупился на похвалу, поблагодарил мастерицу кухонного дела и дал обещание, что будет приходить сюда ежедневно для выполнения сверх важного и ответственного задания. Поздно возвращаясь обратно, чтобы доложить цензору – он уже сожалел, что возможно выболтал немного лишнего.
Он радовался, что нашел такую чудесную женщину, которая не только с удовольствием поддерживая беседу о еде, но еще и прекрасно ее готовит. Идеальная пара будет: она – любит готовить, он – есть и болтать. Ван Эр решил, что как только закончится эта история с окровавленной статуей Будды, то непременно женится. С этими новыми необычными мыслями, он отправился докладывать цензору.
Слуга то наивно полагал, что его скромный и тихий визит к принцессе останется почти никем незамеченным, но, увы. «Человек предполагает, а судьба располагает». Стража немедля доложила служанке принцессы, а та в свою очередь поспешила сообщить Ланфэн Сию, что слуга цензора долгое время находится на кухне.
- Наша повариха сейчас направляется сюда, чтобы принести ужин и все расскажет Вам.
- Это отличная возможность, если она узнала что-то о цензоре… - принцесса надеялась, что это в действительности так.
И пока принцесса наслаждалась ужином повариха принесла еду.
- Какие новости? – сходу поинтересовалась принцесса у своей поварихи.
- Главный помощник цензора приходил. Он сидел на кухне целый час, если не больше… и наболтал много о цензоре, я успела дожарить мясо и все собрать. Это из-за него я задержалась. Простите великодушно Вашу болтливую повариху, - повариха, присела в извинениях. - Но я была очень удивлена…
- Прощаю, - кивнула принцесса и с любопытством спросила. - Чем же?
- Оказывается всеми своими успехами цензор обязан помощи своему главному помощнику Ван Эр!
- Мне неинтересно про слугу! – отмахнулась, поморщившись принцесса. – Ты мне про цензора лучше расскажи! Все подробно, что узнала!
- Помощник Верховного цензора сын министра дипломатии, занимавшегося делами внешней политики и выступавшего в качестве посла. Поэтому обучение своему сыну он дал самое достойное. Он всюду брал своего сына с собой, в другие государства, обучал его чужим языкам и культуре вплоть до того ужасного случая. Его отец погиб в Индике на охоте. Он упал с коня, когда на него набросился разъяренный тигр и растерзал его. Как выяснилось позднее, он упал с лошади из-за того, что порвалась перетертая подпруга. Цензору тогда исполнилось только двадцать лет.
Кстати, в детстве Ваш цензор был весьма пухленьким мальчиком, за что и получил от дяди забавное прозвище – Сяо Пинь. Это мне рассказал слуга на ушко, велев держать это в секрете и не рассказывать ни одной живой душе.
Служанка, повариха и принцесса захихикали, прекрасно понимая ситуацию. Повариха и сама знала, что она - болтушка и совершенно не могла удержать чужие тайны, все сразу же разбалтывала.
Маленький мальчик Шэн Мин начал обучаться с пяти лет. В семнадцать лет он окончил школу, затем в двадцать один год получил высшую ученую ступень дзиньши . В восемнадцать лет сдал экзамен, заняв третье место среди лучших юйши в том году. И до двадцати пяти лет работал при дворе в канцелярии чиновником в казначействе по налоговым сборам, проверял отчеты глав провинций, составлял анализы. Он раскрыл дело, связанное с коррупцией продажных чиновников и его иногда привлекала императорская инспекция к расследованию особо сложных делах как эксперта. Он получил повышение, когда раскрыл дело о монстре-убийце , убившим в городе Чэнду множество людей. После этого, он получил должность главного помощника Верховного цензора, впереди его ждет светлое будущее и повышение. Сейчас ему тридцать четыре года, не женат.
- Ты выяснила, что ему нравится? Что он любит? Что-нибудь из еды? Какое вино предпочитает?
- Госпожа, я виновата перед Вами. Слуга много рассказывал мне о себе, что он любит кушать, какие блюда и пряности предпочитает. Я не знала, что нужно было спрашивать больше о предпочтениях господина цензора….
- Ладно. Что еще?
- Госпожа, слуга рассказал мне, что господин цензор отказался от употребления возбуждающих напитков. Вино не употребляет даже по праздникам и в годовщину смерти родителей.
- Совсем не пьет? – укоризненно покачала головой принцесса.
- Похоже, что нет.
- Но почему?
- Слуга замялся, нехотя поведал, что его организм господина совершенно не переносит алкоголь, от него ему становится нехорошо.
- Цензор чем-то болеет? – принцесса услышав бы такое – очень расстроилась бы. Если и выходить замуж, то за здорового и полного сил мужчину.
- Непохоже, ведь больной человек не выдержал бы жизнь в постоянных разъездах. Но опять же по секрету Ван Эр, его слуга, сказал мне, что его господина несколько раз пытались отравить, поэтому теперь его еду слуга или его лекарь сначала пробуют сами, ибо бояться повторения прошлых покушений. Говорят, за последние несколько лет, покушения на убийство цензора становятся все чаще. Видно, что кто-то не хочет, чтобы он занял высшую должность при дворе.
- У него еще правый глаз мутный такой, похож на нефрит, - припомнила Ланфэн Сию. – А он что, правда полуслеп?
- Да, это верно, госпожа. Слуга пообещал поведать мне об этой истории в следующий раз. Но предупредил, что сцена там неприличная практически, несчастье случилось, когда он оказался в постели с врагом - его пытались убить.
- Ох, - принцесса ахнула, приложив ладонь ко рту. – Так интересно рассказываешь, заслушаешься! А что еще интересного узнала?
- Госпожа, к сожалению, это все, что удалось узнать о цензоре. Я обещаю Вам, что в следующий раз постараюсь узнать больше. Позвольте откланяться.
Ланфэн разочарованно опустила взгляд на еще не успевшие остыть блюда и уже начала кусать губы от нетерпения.
Гуань Шэн Мин жил такой насыщенной и интересной жизнью! Раньше она мечтала найти такого человека, а сегодня убедилась в собственных утверждениях. Этот человек, несомненно, многое в жизни повидал и может поделиться ими, часами упоенно рассказывая о своих приключениях, в том числе, за пределами Китая. Это восхитительно!
Примечания:
-Сяо Пинь – тыква, в мягком, уменьшительно-ласкательном получается тыковка
-Ниппон- Япония
- Корё – Корея
- Сиам-Таиланд
-Голубая луна – ежемесячное и сезонное явление, имеющее в древнем Китае мистическую подоплеку, это была ночь разгула нечистой силы и призраков в частности.
-Вонтоны или хуньтунь — разновидность пельменей в китайской кухне.
-Усянвэй -китайская смесь равной пропорции из душистого перца, семян укропа, корицы, молотого лаврового листа и ароматного бадьяна.
- Писянь доубань - бобовая паста
-Кассия – пряность, китайская корица
- Лян – денежная лодочка из серебра, (5,10, 50) были также из золота
- Дау-фу - тофу
- Дзиньши - высшая награда императорских экзаменов Китая.
- Юйши - должность аналогичная инспектору
- Монстр –убийца – серийный убийца
Лучший вид запертой двери – это тот,
который вы можете оставить открытой
Цензор внезапно чихнул несколько раз подряд. Заботливая Жожо тут же забеспокоилась:
-Господин, Вы не простудились ли часом?
-Нет! – раздраженно отмахнулся он, но снова предательски чихнул.
-А мне кажется, что да…
Пожалуй, даже слишком заботливая.
-Должно быть Вас кто-то вспоминает…. – предположила Фэй Фэй, вспомнив о народной примете.
Цензор вертел в руках странную монетку с четырьмя гранями, думая о ее предназначении. Кто стал бы и по каким причинам держать четырёхгранную монетку, означавшую число четыре, которое созвучно со смертью?
Слуга явился словно специально, чтобы поглумиться над всеми:
- Вы опять можете питаться этой гадостью, а я вот навел справки, где можно разжиться настоящей едой. С поваром принцессы кормят как на убой!
-А ты только и думаешь о том, чтобы брюхо свое набить, - ехидно усмехнулась ФэйФей. – Сам как скотина!
-Вы просто все мне завидуете…
-Да у тебя никаких интересов нет кроме живота своего! – бросила в него Жожо.
Ван Эр не остался в долгу и на ум ему пришло вот что:
«С гордым презрением глупцы про еду рассуждают.
«Брюхо набить», - говорят, - лишь одно твое счастье!»
Пусть говорят…
Все равно не хочу быть голодным».
-Лучше скажи, ты поспрашивал у монахов? Видели ли что-нибудь или кого-нибудь? – перебил его цензор, не оценив старания слуги должным образом, проигнорировав сочиненное экспромтом стихотворение. – Не слышали ли они чего подозрительного? – спросил он строго у своего помощника.
- Я сегодня пошатался везде, слышал, как тайские чиновники общались между собой. – Как-будто квакают. Кво-ка-кво-и-и-и-и-и… -слуга не знал тайского языка и попытался изобразить то, что ему довелось услышать. – Вот они так между собой они разговаривают. До чего ж язык этот неприятен на слух! А сколько возмущения было, того гляди обнажат свои мечи, вымещая на нас свое недовольство!
-Хотя их можно понять, - Жожо славилась тем, что могла взглянуть на дело с разных сторон, в том числе с противоположной.
-Ван Эр, что ты узнал по делу, выскажись уже!?
-Господин цензор, ничего. Совсем ничего. Только то, что у принцессы замечательный повар.
-Уйди отсюда, чтобы я тебя не видел! Опять ничего полезного не узнал! Зачем я тебя посылаю???
-Если мы будем сидеть и ждать – дело не сдвинется с мертвой точки, - резонно подметила Фэй Фэй.
-Может сделаешь что-нибудь полезное? – предложил ей господин цензор.
И ФэйФэй ушла чистить клинок, не нуждающийся в этом, лишь бы заняться видимостью того, что она сильно занята и при этом не мозолить глаза раздраженному чиновнику.
- Мне придется совершить ночную вылазку. Ничего нельзя вам поручить! С Вами мне все приходится делать самому! За что я Вам всем плачу жалование? – высказал цензор все то, что думал в последнее время о своих «помощниках», а вернее о своих бесполезных подручных. -Жожо, помоги мне переодеться в черное.
Черная одежда позволяла слиться с темнотой ночи, а внимательность тайного цензора императора остаться незамеченным. Здесь, в монастыре ночью жизнь замирала. Монахи усердно молились у себя в кельях и не выходили. Сторож также старался не покидать своей рабочей сторожки. Тайская делегация закрылась в отведенных покоях. А пагода, занятая принцессой с ее свитой, тщательно охранялась и выглядела неприступной крепостью. Конечно, его интересовали покои тайской посольской делегации. Он не надеялся найти какие-то зацепки, но полагался на госпожу своенравную - удачу, которая любит везучих.
Луна-помощница не подвела, указала путь. Он ловко пересек стену, пролез через полуоткрытые ставни и оказался внутри, делов-то. Трудность заключалась в другом. К счастью, его слуга узнал, где именно расселились приехавшие чиновники с соответствии со своим саном. Он начал обыск с покоев секретариата.
- Какими специями ты посыпаешь это мясо? – стараясь не говорить с набитым ртом, между делом интересовался он.
- В баранину я посыпаю усянвэй .
- О, эта знаменитая приправа! – подхватил помощник. – Настоящее олицетворение блаженства!
- Гармония пяти вкусов: сладкого, кислого, горького, пряного и соленого.
Повариха выставила на стол еще семь блюд и Ван Эр смело накинулся, цепляя палочками из каждой тарелки одной рукой, второй держа ложку и хлебая дымящийся суп.
- Твоя Писянь Доубань такая острая! – похвалил слуга повариху. – Пожалуй, острее я еще не ел! Ух! Найдется чем запить?
- А значит, Вы любите острое?
- Жить не могу без острой еды!
- Я тоже не понимаю тех, кто любит сладости… Ведь специи и приправы – это сердце и душа блюда. Как эти монахи могут есть пресную пищу день ото дня?
- Да, у монахов с голоду можно помереть… А чем ты приправляешь это блюдо?
- Кассией .
- О! Тоже ароматно. Ничего вкуснее прежде не ел!
Ох как расхваливал слуга яства и кушания, предназначенные принцессе и понемногу попробовав каждое блюдо, он наедался, а довольная похвалой повариха добавляла половником для главного помощника цензора еще подливки клала куски мяса побольше.
На сытый желудок и думалось лучше. Довольный слуга выпрямился, сдувая пар с чаши зеленого чая и вдруг удивил повариху еще сильнее, тем что поучительно и шутливо изрек:
«Желтый карп прыгнул на мою блесну.
Что я ел бы сегодня на ужин?
Если бы не любопытство…»
Повариха рассмеялась, и забавная ямочка снова появилась на ее щеке.
За окном поднялся сильный ветер, начал накрапывать дождь, и слуга порадовался, что сидит он в тепле, а не опрашивает людей на улице.
Русло разговора сменилось и, завоевав его доверие, повариха стала расспрашивать главного помощника цензора и, не боясь показаться невежливой, интересоваться она начала о его господине.
- А где живет господин цензор?
- У него есть родительский особняк и служебное поместье в чертах внутреннего дворца в Чанъане.
Повариха завистливо и немного томно вздохнула.
- Жизнь в столице совсем другая наверное… - предположила она. Сколько там стоит один мешок риса?
- Две связки медяков или одна пятая серебреного ляна.
- А дау-фу ?
- Тофу в столице на каждом углу продают, поэтому очень дешевый.
Еще немного они поговорила про цены на вещи в столице.
Затем слуга поделился про самые свежие новости, бывшими актуальными где-то с месяц-другой назад.
- А как давно твой господин служит цензором?
- Не так уж и давно, - Ван Би вдруг понял, что не может назвать точный срок, путаясь в возрасте, когда тот получил перевод.
- А есть ли у него жена и наложницы?
- Нет.
- Так разве он не приехал со своим гаремом? – удивилась женщина.
- Гарем лишь прикрытие. Жожо – внучка императорского лекаря, ее отец был лекарем при дворе наместника Юньнани. А Фэй Фэй – дочь военачальника в провинции Ляонин, владеет мечом не хуже любого мужчины! А я – главный помощник – без меня цензор ни одно дело бы не раскрыл!
Враки его переплетались с правдой. Одним из недостатков Ван Эр была его хвастливость и чрезмерная гордость собой.
- Вот оно как значит…
- Почему же цензор до сих пор не женат, ведь ему уже… сколько минуло лет?
- Тридцать четыре года.
Слуга замолчал, не зная, имеет ли право рассказывать о прошлом цензора, касающимся его личной жизни.
- А он… что… неужели женщинами совсем не интересуется?- выпалила на одном дыхании женщина, ужаснувшись своей мысли.
Слуга возмущенно вскочил, защищая своего господина:
- Господин цензор, уважаем всеми! Как Вы могли сказать такое!? И подумать страшно! Он воспитан в лучших китайских традициях и постоянно занят весьма сложной и опасной работой… и еще… у него нет времени до любовных дел, - и затих, вовремя остановившись.
«И да, со здоровьем у него в последнее время проблемы странного характера: то озноб бывает, то в жар бросит, голова по вечерам от чтения болит, то сны во сне бывают, то наяву бредит небылицами разными» - подумал об этом слуга, но промолчал, зная, что о таком не распространяются. Одним из его лучших умений, помимо выслеживания, было умение хранить чужие секреты.
Слуга задумался, отвлекся от разговора, посмотрел в окно и ахнул. Стемнеть успело! Ох, и засиделся же он на кухне!
Пока Ван Эр пробовал блюда, не скупился на похвалу, поблагодарил мастерицу кухонного дела и дал обещание, что будет приходить сюда ежедневно для выполнения сверх важного и ответственного задания. Поздно возвращаясь обратно, чтобы доложить цензору – он уже сожалел, что возможно выболтал немного лишнего.
Он радовался, что нашел такую чудесную женщину, которая не только с удовольствием поддерживая беседу о еде, но еще и прекрасно ее готовит. Идеальная пара будет: она – любит готовить, он – есть и болтать. Ван Эр решил, что как только закончится эта история с окровавленной статуей Будды, то непременно женится. С этими новыми необычными мыслями, он отправился докладывать цензору.
Слуга то наивно полагал, что его скромный и тихий визит к принцессе останется почти никем незамеченным, но, увы. «Человек предполагает, а судьба располагает». Стража немедля доложила служанке принцессы, а та в свою очередь поспешила сообщить Ланфэн Сию, что слуга цензора долгое время находится на кухне.
- Наша повариха сейчас направляется сюда, чтобы принести ужин и все расскажет Вам.
- Это отличная возможность, если она узнала что-то о цензоре… - принцесса надеялась, что это в действительности так.
И пока принцесса наслаждалась ужином повариха принесла еду.
- Какие новости? – сходу поинтересовалась принцесса у своей поварихи.
- Главный помощник цензора приходил. Он сидел на кухне целый час, если не больше… и наболтал много о цензоре, я успела дожарить мясо и все собрать. Это из-за него я задержалась. Простите великодушно Вашу болтливую повариху, - повариха, присела в извинениях. - Но я была очень удивлена…
- Прощаю, - кивнула принцесса и с любопытством спросила. - Чем же?
- Оказывается всеми своими успехами цензор обязан помощи своему главному помощнику Ван Эр!
- Мне неинтересно про слугу! – отмахнулась, поморщившись принцесса. – Ты мне про цензора лучше расскажи! Все подробно, что узнала!
- Помощник Верховного цензора сын министра дипломатии, занимавшегося делами внешней политики и выступавшего в качестве посла. Поэтому обучение своему сыну он дал самое достойное. Он всюду брал своего сына с собой, в другие государства, обучал его чужим языкам и культуре вплоть до того ужасного случая. Его отец погиб в Индике на охоте. Он упал с коня, когда на него набросился разъяренный тигр и растерзал его. Как выяснилось позднее, он упал с лошади из-за того, что порвалась перетертая подпруга. Цензору тогда исполнилось только двадцать лет.
Кстати, в детстве Ваш цензор был весьма пухленьким мальчиком, за что и получил от дяди забавное прозвище – Сяо Пинь. Это мне рассказал слуга на ушко, велев держать это в секрете и не рассказывать ни одной живой душе.
Служанка, повариха и принцесса захихикали, прекрасно понимая ситуацию. Повариха и сама знала, что она - болтушка и совершенно не могла удержать чужие тайны, все сразу же разбалтывала.
Маленький мальчик Шэн Мин начал обучаться с пяти лет. В семнадцать лет он окончил школу, затем в двадцать один год получил высшую ученую ступень дзиньши . В восемнадцать лет сдал экзамен, заняв третье место среди лучших юйши в том году. И до двадцати пяти лет работал при дворе в канцелярии чиновником в казначействе по налоговым сборам, проверял отчеты глав провинций, составлял анализы. Он раскрыл дело, связанное с коррупцией продажных чиновников и его иногда привлекала императорская инспекция к расследованию особо сложных делах как эксперта. Он получил повышение, когда раскрыл дело о монстре-убийце , убившим в городе Чэнду множество людей. После этого, он получил должность главного помощника Верховного цензора, впереди его ждет светлое будущее и повышение. Сейчас ему тридцать четыре года, не женат.
- Ты выяснила, что ему нравится? Что он любит? Что-нибудь из еды? Какое вино предпочитает?
- Госпожа, я виновата перед Вами. Слуга много рассказывал мне о себе, что он любит кушать, какие блюда и пряности предпочитает. Я не знала, что нужно было спрашивать больше о предпочтениях господина цензора….
- Ладно. Что еще?
- Госпожа, слуга рассказал мне, что господин цензор отказался от употребления возбуждающих напитков. Вино не употребляет даже по праздникам и в годовщину смерти родителей.
- Совсем не пьет? – укоризненно покачала головой принцесса.
- Похоже, что нет.
- Но почему?
- Слуга замялся, нехотя поведал, что его организм господина совершенно не переносит алкоголь, от него ему становится нехорошо.
- Цензор чем-то болеет? – принцесса услышав бы такое – очень расстроилась бы. Если и выходить замуж, то за здорового и полного сил мужчину.
- Непохоже, ведь больной человек не выдержал бы жизнь в постоянных разъездах. Но опять же по секрету Ван Эр, его слуга, сказал мне, что его господина несколько раз пытались отравить, поэтому теперь его еду слуга или его лекарь сначала пробуют сами, ибо бояться повторения прошлых покушений. Говорят, за последние несколько лет, покушения на убийство цензора становятся все чаще. Видно, что кто-то не хочет, чтобы он занял высшую должность при дворе.
- У него еще правый глаз мутный такой, похож на нефрит, - припомнила Ланфэн Сию. – А он что, правда полуслеп?
- Да, это верно, госпожа. Слуга пообещал поведать мне об этой истории в следующий раз. Но предупредил, что сцена там неприличная практически, несчастье случилось, когда он оказался в постели с врагом - его пытались убить.
- Ох, - принцесса ахнула, приложив ладонь ко рту. – Так интересно рассказываешь, заслушаешься! А что еще интересного узнала?
- Госпожа, к сожалению, это все, что удалось узнать о цензоре. Я обещаю Вам, что в следующий раз постараюсь узнать больше. Позвольте откланяться.
Ланфэн разочарованно опустила взгляд на еще не успевшие остыть блюда и уже начала кусать губы от нетерпения.
Гуань Шэн Мин жил такой насыщенной и интересной жизнью! Раньше она мечтала найти такого человека, а сегодня убедилась в собственных утверждениях. Этот человек, несомненно, многое в жизни повидал и может поделиться ими, часами упоенно рассказывая о своих приключениях, в том числе, за пределами Китая. Это восхитительно!
Примечания:
-Сяо Пинь – тыква, в мягком, уменьшительно-ласкательном получается тыковка
-Ниппон- Япония
- Корё – Корея
- Сиам-Таиланд
-Голубая луна – ежемесячное и сезонное явление, имеющее в древнем Китае мистическую подоплеку, это была ночь разгула нечистой силы и призраков в частности.
-Вонтоны или хуньтунь — разновидность пельменей в китайской кухне.
-Усянвэй -китайская смесь равной пропорции из душистого перца, семян укропа, корицы, молотого лаврового листа и ароматного бадьяна.
- Писянь доубань - бобовая паста
-Кассия – пряность, китайская корица
- Лян – денежная лодочка из серебра, (5,10, 50) были также из золота
- Дау-фу - тофу
- Дзиньши - высшая награда императорских экзаменов Китая.
- Юйши - должность аналогичная инспектору
- Монстр –убийца – серийный убийца
Глава 4 Будда воинов
Лучший вид запертой двери – это тот,
который вы можете оставить открытой
Цензор внезапно чихнул несколько раз подряд. Заботливая Жожо тут же забеспокоилась:
-Господин, Вы не простудились ли часом?
-Нет! – раздраженно отмахнулся он, но снова предательски чихнул.
-А мне кажется, что да…
Пожалуй, даже слишком заботливая.
-Должно быть Вас кто-то вспоминает…. – предположила Фэй Фэй, вспомнив о народной примете.
Цензор вертел в руках странную монетку с четырьмя гранями, думая о ее предназначении. Кто стал бы и по каким причинам держать четырёхгранную монетку, означавшую число четыре, которое созвучно со смертью?
Слуга явился словно специально, чтобы поглумиться над всеми:
- Вы опять можете питаться этой гадостью, а я вот навел справки, где можно разжиться настоящей едой. С поваром принцессы кормят как на убой!
-А ты только и думаешь о том, чтобы брюхо свое набить, - ехидно усмехнулась ФэйФей. – Сам как скотина!
-Вы просто все мне завидуете…
-Да у тебя никаких интересов нет кроме живота своего! – бросила в него Жожо.
Ван Эр не остался в долгу и на ум ему пришло вот что:
«С гордым презрением глупцы про еду рассуждают.
«Брюхо набить», - говорят, - лишь одно твое счастье!»
Пусть говорят…
Все равно не хочу быть голодным».
-Лучше скажи, ты поспрашивал у монахов? Видели ли что-нибудь или кого-нибудь? – перебил его цензор, не оценив старания слуги должным образом, проигнорировав сочиненное экспромтом стихотворение. – Не слышали ли они чего подозрительного? – спросил он строго у своего помощника.
- Я сегодня пошатался везде, слышал, как тайские чиновники общались между собой. – Как-будто квакают. Кво-ка-кво-и-и-и-и-и… -слуга не знал тайского языка и попытался изобразить то, что ему довелось услышать. – Вот они так между собой они разговаривают. До чего ж язык этот неприятен на слух! А сколько возмущения было, того гляди обнажат свои мечи, вымещая на нас свое недовольство!
-Хотя их можно понять, - Жожо славилась тем, что могла взглянуть на дело с разных сторон, в том числе с противоположной.
-Ван Эр, что ты узнал по делу, выскажись уже!?
-Господин цензор, ничего. Совсем ничего. Только то, что у принцессы замечательный повар.
-Уйди отсюда, чтобы я тебя не видел! Опять ничего полезного не узнал! Зачем я тебя посылаю???
-Если мы будем сидеть и ждать – дело не сдвинется с мертвой точки, - резонно подметила Фэй Фэй.
-Может сделаешь что-нибудь полезное? – предложил ей господин цензор.
И ФэйФэй ушла чистить клинок, не нуждающийся в этом, лишь бы заняться видимостью того, что она сильно занята и при этом не мозолить глаза раздраженному чиновнику.
- Мне придется совершить ночную вылазку. Ничего нельзя вам поручить! С Вами мне все приходится делать самому! За что я Вам всем плачу жалование? – высказал цензор все то, что думал в последнее время о своих «помощниках», а вернее о своих бесполезных подручных. -Жожо, помоги мне переодеться в черное.
Черная одежда позволяла слиться с темнотой ночи, а внимательность тайного цензора императора остаться незамеченным. Здесь, в монастыре ночью жизнь замирала. Монахи усердно молились у себя в кельях и не выходили. Сторож также старался не покидать своей рабочей сторожки. Тайская делегация закрылась в отведенных покоях. А пагода, занятая принцессой с ее свитой, тщательно охранялась и выглядела неприступной крепостью. Конечно, его интересовали покои тайской посольской делегации. Он не надеялся найти какие-то зацепки, но полагался на госпожу своенравную - удачу, которая любит везучих.
Луна-помощница не подвела, указала путь. Он ловко пересек стену, пролез через полуоткрытые ставни и оказался внутри, делов-то. Трудность заключалась в другом. К счастью, его слуга узнал, где именно расселились приехавшие чиновники с соответствии со своим саном. Он начал обыск с покоев секретариата.
