Когда сухие губы мужчины касались ее кожи, Касанна чувствовала, что по ее телу будто проходит молния. Не выдержав, она аккуратно высвободила свою руку.
– Все, лорд Форсфул, успокойтесь, – сказала принцесса, нервно хихикнув и резко одернув свое платье, как будто это оно было во всем виновато. – Я чувствую себя немного неловко.
– Как прикажете. Кстати, я чуть не забыл отдать вам вот это, – внезапно произнес мужчина языком жестов и поднялся со стула.
Он приблизился почти вплотную к Касанне, а потом склонился к ее лицу. Сердце девушки от этого забилось чаще. Подобный контакт с Мерроном…Такого еще у нее не было после свадьбы. Сегодня он уже не в первый раз находится к ней настолько близко. И что на него нашло?
В голове принцессы проскользнула шальная мысль, что Форсфул ее сейчас возьмет и поцелует, но вместо этого он засунул руку в карман и выудил оттуда два конверта.
– Письма! – радостно ахнула Касанна.
Меррон протянул их ей, и девушка увидела, что на одном из них красуется фамильный герб Олденов, а на другом - герб семьи ее подруги, Луизы.
– Это все мне? – спросила она, подняв на мужчину свои глаза.
Тот усмехнулся и кивнул в ответ.
– Кому еще?
– Наверное, это от моего брата. Я писала ему на прошлой неделе. И от Луизы. Я…Вы не против, что я посижу здесь и почитаю их?
Меррон помотал головой и всем своим видом показал, что Касанна может сидеть за письменным столом столько, сколько ей захочется.
Девушка аккуратно вскрыла первый конверт. Она долго думала, но в итоге все же решила написать Редвину, а не отцу, потому что обида до сих пор сидела где-то глубоко внутри ее души. Может быть, ей нужно еще несколько месяцев, чтобы полностью забыть о разногласиях между ними.
Достав письмо брата из конверта, Касанне показалось, что от бумаги исходит аромат Вуденхолла, хотя она знала, что ее предположение - просто глупость.
“Дорогая сестра! Я прочитал твое письмо, которое ты мне прислала несколько дней назад. Хочу сказать, что тоже очень скучаю по тебе и жду нашей встречи.
Я спросил у отца, когда мы с ним сможем приехать в Тихую гавань. Он говорит, что еще не скоро - как минимум через два или три месяца. Отец слишком занят в последнее время и говорит, что сектантов становится все больше. Хорошо, что на деньги, что нам послали из Тихой гавани, мы можем нанять достаточно стражников. Я пока еще плохо понимаю, что к чему, но отец выглядит слишком угрюмым. Наверное, все же хорошо, что ты уехала из Вуденхолла. Здесь стало скучновато.
Джойс тоже решил нас покинуть. Не знаю по какой причине. В последнее время он был каким-то злым, а в один прекрасный день просто взял и уехал куда-то со своими вещами. Отец не был доволен его решением, ведь теперь придется искать для меня нового учителя. Надеюсь, что он не будет похож на моего преподавателя по географии.
Недавно видел Луизу. Она говорила мне, что хочет поехать в Западные земли к твоей тете. Не знаю, зачем. Можешь написать ей письмо, чтобы спросить.
С любовью, Редвин.”
Касанна после строчек о сектантах нахмурилась. Значит, обстановка в Вуденхолле сейчас не самая хорошая. Неужели отец действительно не разводил панику и не зря тревожился о ее состоянии?
Принцесса убрала письмо брата в ящик стола. Когда завтра Меррон будет занят, она перечитает его заново и подумает, что стоит написать в ответ.
Девушка нетерпеливо вскрыла второй конверт. Ей хотелось узнать, почему она так резко решила отправиться в Западные земли.
“Касанна! Очень рада была получить твое письмо! Я так рада, что вы наконец-то добрались до Тихой гавани! Надеюсь, что ты сейчас пребываешь в добром здравии.
Как там Меррон Форсфул? Надеюсь, что он не слишком докучает тебе. Если вдруг он будет тебе вредить, то сразу же пиши мне, ладно? Я точно не оставлю его в покое!
У меня есть новости. Твой двоюродный брат Андре все же сделал мне предложение, а я…взяла и согласилась! После того как ты уехала из Вуденхолла, я поняла, что мне там уже нечего делать. Без тебя стало как-то слишком скучно и…грустно что ли…
Так вот, об Андре…Я решила, что раз я люблю его, то нужно соглашаться. В скором времени я поеду в Западные земли, и уже там мы начнем готовиться к свадьбе. Тетя Айлин рада за нас по уши!
Мне кажется, что ты вряд ли успеешь приехать к нам на церемонию. Очень жаль. Однако я обязательно напишу тебе после свадьбы письмо, в котором расскажу все, все, все.
Касанна, я очень по тебе соскучилась! Очень жду нашей с тобой встречи! Можешь даже Меррона с собой прихватить, если хочешь.
С любовью, Луиза.”
Касанна прочитала письмо и прижала его к своей груди.
“Ох, Луиза, как бы я хотела попасть на твою свадьбу!”
Пока принцесса читала письма, мужчина уже переоделся и лег в кровать. После прочтения последнего послания со своей родины, Касанна решила не затягивать и последовать его примеру.
Быстро стянув с себя платье (хвала богам, что на платьях в стиле Тихой гавани нет удушливых корсетов и высоких воротников) и надев сорочку, девушка встала около их с Мерроном ложа.
Касанна внезапно поняла, что волнуется. В груди она впервые почувствовала какое-то странное, щекочущее чувство. Почему?
Забравшись в постель и укрывшись одеялом, она повернулась на правый бок. Перед ее глазами была широкая спина Меррона, на которой красовались многочисленные, длинные шрамы. Их было видно даже под легкой белой рубашкой, которую он носил.
Внезапно Касанна, как завороженная, провела пальцем по самому крупному из них. Как и обычно, она сквозь ткань почувствовала жар его тела.
Форсфул от внезапности вздрогнул, как собака, которую впервые приласкал хозяин, и повернулся к ней лицом.
– Что вы делаете? – спросил он жестом.
Касанна смутилась собственного поведения. Ее взгляд лихорадочно заметался из стороны в сторону.
– Я не знаю, – честно призналась она тихим голосом.
Меррон хмыкнул и что-то спросил. Касанна не с первого раза поняла, но он сказал что-то вроде:
– Вас так заинтересовали мои шрамы?
– Не знаю, – снова произнесла Касанна. – Мне просто…просто захотелось это сделать. И я…я потрогала вас.
Форсфул задумчиво посмотрел на нее, а потом сказал:
– Тогда сделайте это еще раз. Если хотите.
Касанна посмотрела на него, чувствуя как ее щеки горят.
– П…правда можно?
Меррон кивнул и повернулся к ней спиной. Это означало, что он дал ей свое разрешение.
Касанна снова завороженно взглянула на его шрамы. Ее пальцы невесомо заскользили по извилистым полоскам. Шрамы, свидетельства давней схватки, теперь казались ей не уродливыми рубцами, а символом его силы и мужества. Интересно, как он их все получил? Защищал ли он своих товарищей от врагов? Испытывал ли он в этот момент отчаяние? Понимал ли, что каждый его взмах мечом может стать последним?
Она придвинулась к его спине, ощущая приятный запах его кожи, смешанный с запахом свежего мыла, которым служанки стирали его и ее вещи.
– Я рада, что именно вы стали моим мужем по расчету, а не кто-либо другой, - внезапно вырвалось у Касанны. – Знаете, на свете есть ведь много нехороших и злых людей, которые обязательно захотели бы воспользоваться моим положением и титулом.
Меррон вновь повернул свое лицо к ней и сначала показал на нее, а потом на себя.
– Вы…вы тоже рады этому? - предположила девушка.
Мужчина кивнул.
– Что ж…Для нас хорошо, что все так удачно сложилось, верно? – пошутила Касанна.
Меррон удовлетворенно закрыл глаза. Через пару минут дыхание мужчины стало более ровным и глубоким. Он явно засыпал.
Касанна вздохнула и решила последовать его примеру. Нужно было заканчивать с этим днем.
Касанна, как и обещала Меррону, занялась подготовкой к балу сама, стараясь как можно реже беспокоить мужа организационными вопросами. Конечно, ей на помощь пришел Элиот, потому что она плохо знала об обычаях и традициях в Тихой гавани. Да, она когда-то изучала вместе со своими учителями особенности всех шести земель, но все же не углублялась в подробности. В подростковом возрасте Касанне было намного интереснее практиковать заклинания, нежели сидеть за учебниками и запоминать, какой цвет считается в Тихой гавани предпочтительным, а какой - нет. А потом замужество так быстро настигло ее, что Касанна даже не успела опомниться и хотя бы как-то подготовиться к нему.
После разговора с Мерроном целыми днями девушка только и делала, что учила язык жестов или вместе с Элиотом занималась организацией праздника - составляла список блюд, рассылала приглашения, выбирала украшения в Центральный зал.
Касанна надеялась, что благодаря балу она не только ближе познакомиться со знатью Тихой гавани, но еще и заведет парочку подруг. Хоть Луиза навсегда останется в ее сердце самой лучшей подругой, принцесса считала, что ей все равно нужно общаться еще с кем-то, помимо слуг, Меррона и Элиота.
Касанна с нетерпением ждала дня, когда ее первый бал в Тихой гавани наконец-то состоится. Она ходила по поместью воодушевленной и радостной. Ее настроение также влияло на всех, кто проживал в доме Форсфулов. Касанна настолько “заразила” всех своим позитивом, что, кажется, даже слуги стали менее серьезными и смурными, а Меррон все же проявил интерес к предстоящему празднику.
– Я смотрю, подготовка к балу очень вас развеселила, – однажды сказал ей Меррон, когда они сидели вдвоем в гостиной после ужина.
К этому времени девушка уже успела выучить много новых жестов, поэтому она без труда поняла мужа.
– Да. Я действительно хочу чтобы он получился запоминающимся, поэтому мне нужно, чтобы все было идеально, – ответила Касанна, откладывая в сторону образцы ткани.
– Даже моя мама не подходила с такой ответственностью к организации балов, – признался Меррон.
– Во мне просто течет кровь Олденов. Из-за этого вряд ли мне удастся пустить все на самотек, – пошутила принцесса. – Кстати, я решила заказать в Центральный зал новые шторы по этому поводу. Как вы думаете, такие будут хорошо смотреться?
Касанна протянула Меррону кусочек ткани светло-зеленого цвета.
– Честно говоря, я плохо разбираюсь в оформлении комнат, – написал Меррон на листочке.
– Просто скажите, красиво это будет или нет.
– Красиво, – ответил Форсфул, глядя прямо на нее.
В Касанне внезапно зажегся озорной огонек.
– Это вы сейчас про ткань для штор или про меня? – игриво спросила она, наклонив голову.
Принцесса не знала, зачем вообще сказала это. Наверное, чтобы проверить, работают ли до сих пор ее навыки обольщения или для того, чтобы внести нотку кокетства в свою жизнь.
Меррон ответил, нисколько не смутившись:
– Первое…
“Кто бы сомневался”
– …потому что вы гораздо красивее, чем этот жалкий кусок ткани, – добавил Меррон в письменном виде.
Касанна покраснела и опустила взгляд. Это был первый раз, когда Меррон по-особому отметил ее красоту. Конечно, он и до этого делал ей комплименты, однако все они были сказаны будто…вскользь, ради приличия. Мужчина не вкладывал в них какой-то смысл. Сегодня же ситуация изменилась.
– Скажите, моя леди, – внезапно написал мужчина, – вы допускаете мысль, что когда-то мы с вами сможем стать полноценным мужем и женой?
Этот вопрос застал девушку врасплох. Она и сама порой задумывалась об этом. За несколько месяцев им удалось пройти путь от ненависти до дружбы, а затем и до…чего-то странного, чему Касанне пока не удавалось найти определение. Может быть, в дальнейшем у них получится перевести свои отношения на новый этап?
– Я не знаю, – честно ответила Касанна, сминая в руках ткань для будущих штор. - Я…не хочу пока что давать вам ложной надежды. Могу только сказать, что сейчас я отношусь к вам гораздо теплее, чем раньше.
– Этот ответ меня радует, – сказал Меррон и с улыбкой посмотрел на нее.
Касанна не могла не улыбнуться ему в ответ.
– А как вам моя внешность? – поинтересовался мужчина. – Вам не противно смотреть на меня?
До этого он никогда не спрашивал ее ни о чем подобном.
– В первую нашу встречу я посчитала вас…страшным, – не стала лукавить Касанна, поэтому Меррон согласно кивнул. – Мне действительно было тяжело даже подумать, что придется выйти замуж за человека без голоса и одного глаза. Знаете, принцессам часто пророчат в мужья прекрасного принца, поэтому мне тяжело было столкнуться с суровой реальностью и понять, что такое случается не с каждой коронованной особой.
– А как я вам сейчас?
– Я уже привыкла к вашим особенностям, – ответила девушка. – Меня больше не пугает ни ваш шрам, ни ваша повязка. Вы - это просто вы. Какой есть.
– На самом деле моя внешность - это еще одна из причин, по которым я не решился выбрать себе жену в восемнадцать лет. Я считал, что на меня просто никто не сможет посмотреть без страха. При этом мне бы не хотелось и чтобы меня жалели. Самое худшее, что есть между мужем и женой - это жалость одного из партнеров к другому.
– Но ведь жалость может быть истолкована не только в плохом смысле, – возразила Касанна. – В какой-то степени это еще и забота, сожаление о том, что с вами когда-то случилось такая…неприятность.
Меррон поднял руку, останавливая ее, и быстро написал на листке:
– Здесь мы с вами имеем разное мнение. Давайте не будем спорить.
Касанна согласно кивнула. Она тоже не хотела, чтобы у них на этой почве возник конфликт. Однако девушка подумала про себя, что в жизни Меррона должно быть случилось что-то очень плохое, раз он так рассуждает о жалости.
Любопытство распирало ее изнутри. Касанне очень хотелось узнать, с чем же столкнулся мужчина. Однако девушка смогла сдержать ворох вопросов, который рвался из нее. Не сейчас. Она не будет бередить его старые раны в эту самую минуту.
– Все готово, – сказала Криста, отходя от Касанны. - Ваша прическа выглядит просто превосходно!
После этого она собрала все заколки и прочие вещи, разбросанные по столику, чтобы девушка могла спокойно посмотреться в зеркало.
– Спасибо, Криста, – ответила Касанна, накрутив локон на палец. – Ты мне очень помогла.
– Вам нравится?
– Да! Хотя мне очень непривычно видеть себя с такой прической. Я выгляжу как-то…по другому.
– Мне кажется, что вы преувеличиваете, леди Форсфул, – ответила Криста и улыбнулась.
– Может быть. Просто в Вуденхолле ценится скромность, поэтому мы не делаем сложные прически даже для бала.
– Я не могу сказать, что в Тихой гавани дела обстоят иначе, моя леди. Эту прическу все же не назовешь сложной. Здесь мы просто очень любим подчеркивать женскую красоту - только и всего.
Касанна улыбнулась, глядя на себя в зеркало. Она в первый раз видела себя с аккуратно сделанной шишкой.
“Что ж…никогда не думала, что скажу это, но…Мне идет! Я могу и привыкнуть к подобным традициям Тихой гавани”
– Не думаешь, что я выгляжу какой-то…повзрослевшей? – задумчиво поинтересовалась у служанки Касанна.
– Разве что немного, но так и должно быть. Вы все-таки стали леди Форсфул.
Пока Касанна крутилась около зеркала, разглядывая себя со всех сторон, в комнату вошла Марла и сказала, что гости уже скоро начнут прибывать в поместье.
– Тогда мне нужно поторопиться, – засуетилась Касанна, едва не запутавшись в подоле своего светло-голубого платья.
– Аккуратнее, моя леди. Иначе вы так не дойдете даже до первой ступеньки, – пошутила Марла, поправив ее наряд.
– Все, лорд Форсфул, успокойтесь, – сказала принцесса, нервно хихикнув и резко одернув свое платье, как будто это оно было во всем виновато. – Я чувствую себя немного неловко.
– Как прикажете. Кстати, я чуть не забыл отдать вам вот это, – внезапно произнес мужчина языком жестов и поднялся со стула.
Он приблизился почти вплотную к Касанне, а потом склонился к ее лицу. Сердце девушки от этого забилось чаще. Подобный контакт с Мерроном…Такого еще у нее не было после свадьбы. Сегодня он уже не в первый раз находится к ней настолько близко. И что на него нашло?
В голове принцессы проскользнула шальная мысль, что Форсфул ее сейчас возьмет и поцелует, но вместо этого он засунул руку в карман и выудил оттуда два конверта.
– Письма! – радостно ахнула Касанна.
Меррон протянул их ей, и девушка увидела, что на одном из них красуется фамильный герб Олденов, а на другом - герб семьи ее подруги, Луизы.
– Это все мне? – спросила она, подняв на мужчину свои глаза.
Тот усмехнулся и кивнул в ответ.
– Кому еще?
– Наверное, это от моего брата. Я писала ему на прошлой неделе. И от Луизы. Я…Вы не против, что я посижу здесь и почитаю их?
Меррон помотал головой и всем своим видом показал, что Касанна может сидеть за письменным столом столько, сколько ей захочется.
Девушка аккуратно вскрыла первый конверт. Она долго думала, но в итоге все же решила написать Редвину, а не отцу, потому что обида до сих пор сидела где-то глубоко внутри ее души. Может быть, ей нужно еще несколько месяцев, чтобы полностью забыть о разногласиях между ними.
Достав письмо брата из конверта, Касанне показалось, что от бумаги исходит аромат Вуденхолла, хотя она знала, что ее предположение - просто глупость.
“Дорогая сестра! Я прочитал твое письмо, которое ты мне прислала несколько дней назад. Хочу сказать, что тоже очень скучаю по тебе и жду нашей встречи.
Я спросил у отца, когда мы с ним сможем приехать в Тихую гавань. Он говорит, что еще не скоро - как минимум через два или три месяца. Отец слишком занят в последнее время и говорит, что сектантов становится все больше. Хорошо, что на деньги, что нам послали из Тихой гавани, мы можем нанять достаточно стражников. Я пока еще плохо понимаю, что к чему, но отец выглядит слишком угрюмым. Наверное, все же хорошо, что ты уехала из Вуденхолла. Здесь стало скучновато.
Джойс тоже решил нас покинуть. Не знаю по какой причине. В последнее время он был каким-то злым, а в один прекрасный день просто взял и уехал куда-то со своими вещами. Отец не был доволен его решением, ведь теперь придется искать для меня нового учителя. Надеюсь, что он не будет похож на моего преподавателя по географии.
Недавно видел Луизу. Она говорила мне, что хочет поехать в Западные земли к твоей тете. Не знаю, зачем. Можешь написать ей письмо, чтобы спросить.
С любовью, Редвин.”
Касанна после строчек о сектантах нахмурилась. Значит, обстановка в Вуденхолле сейчас не самая хорошая. Неужели отец действительно не разводил панику и не зря тревожился о ее состоянии?
Принцесса убрала письмо брата в ящик стола. Когда завтра Меррон будет занят, она перечитает его заново и подумает, что стоит написать в ответ.
Девушка нетерпеливо вскрыла второй конверт. Ей хотелось узнать, почему она так резко решила отправиться в Западные земли.
“Касанна! Очень рада была получить твое письмо! Я так рада, что вы наконец-то добрались до Тихой гавани! Надеюсь, что ты сейчас пребываешь в добром здравии.
Как там Меррон Форсфул? Надеюсь, что он не слишком докучает тебе. Если вдруг он будет тебе вредить, то сразу же пиши мне, ладно? Я точно не оставлю его в покое!
У меня есть новости. Твой двоюродный брат Андре все же сделал мне предложение, а я…взяла и согласилась! После того как ты уехала из Вуденхолла, я поняла, что мне там уже нечего делать. Без тебя стало как-то слишком скучно и…грустно что ли…
Так вот, об Андре…Я решила, что раз я люблю его, то нужно соглашаться. В скором времени я поеду в Западные земли, и уже там мы начнем готовиться к свадьбе. Тетя Айлин рада за нас по уши!
Мне кажется, что ты вряд ли успеешь приехать к нам на церемонию. Очень жаль. Однако я обязательно напишу тебе после свадьбы письмо, в котором расскажу все, все, все.
Касанна, я очень по тебе соскучилась! Очень жду нашей с тобой встречи! Можешь даже Меррона с собой прихватить, если хочешь.
С любовью, Луиза.”
Касанна прочитала письмо и прижала его к своей груди.
“Ох, Луиза, как бы я хотела попасть на твою свадьбу!”
Пока принцесса читала письма, мужчина уже переоделся и лег в кровать. После прочтения последнего послания со своей родины, Касанна решила не затягивать и последовать его примеру.
Быстро стянув с себя платье (хвала богам, что на платьях в стиле Тихой гавани нет удушливых корсетов и высоких воротников) и надев сорочку, девушка встала около их с Мерроном ложа.
Касанна внезапно поняла, что волнуется. В груди она впервые почувствовала какое-то странное, щекочущее чувство. Почему?
Забравшись в постель и укрывшись одеялом, она повернулась на правый бок. Перед ее глазами была широкая спина Меррона, на которой красовались многочисленные, длинные шрамы. Их было видно даже под легкой белой рубашкой, которую он носил.
Внезапно Касанна, как завороженная, провела пальцем по самому крупному из них. Как и обычно, она сквозь ткань почувствовала жар его тела.
Форсфул от внезапности вздрогнул, как собака, которую впервые приласкал хозяин, и повернулся к ней лицом.
– Что вы делаете? – спросил он жестом.
Касанна смутилась собственного поведения. Ее взгляд лихорадочно заметался из стороны в сторону.
– Я не знаю, – честно призналась она тихим голосом.
Меррон хмыкнул и что-то спросил. Касанна не с первого раза поняла, но он сказал что-то вроде:
– Вас так заинтересовали мои шрамы?
– Не знаю, – снова произнесла Касанна. – Мне просто…просто захотелось это сделать. И я…я потрогала вас.
Форсфул задумчиво посмотрел на нее, а потом сказал:
– Тогда сделайте это еще раз. Если хотите.
Касанна посмотрела на него, чувствуя как ее щеки горят.
– П…правда можно?
Меррон кивнул и повернулся к ней спиной. Это означало, что он дал ей свое разрешение.
Касанна снова завороженно взглянула на его шрамы. Ее пальцы невесомо заскользили по извилистым полоскам. Шрамы, свидетельства давней схватки, теперь казались ей не уродливыми рубцами, а символом его силы и мужества. Интересно, как он их все получил? Защищал ли он своих товарищей от врагов? Испытывал ли он в этот момент отчаяние? Понимал ли, что каждый его взмах мечом может стать последним?
Она придвинулась к его спине, ощущая приятный запах его кожи, смешанный с запахом свежего мыла, которым служанки стирали его и ее вещи.
– Я рада, что именно вы стали моим мужем по расчету, а не кто-либо другой, - внезапно вырвалось у Касанны. – Знаете, на свете есть ведь много нехороших и злых людей, которые обязательно захотели бы воспользоваться моим положением и титулом.
Меррон вновь повернул свое лицо к ней и сначала показал на нее, а потом на себя.
– Вы…вы тоже рады этому? - предположила девушка.
Мужчина кивнул.
– Что ж…Для нас хорошо, что все так удачно сложилось, верно? – пошутила Касанна.
Меррон удовлетворенно закрыл глаза. Через пару минут дыхание мужчины стало более ровным и глубоким. Он явно засыпал.
Касанна вздохнула и решила последовать его примеру. Нужно было заканчивать с этим днем.
Глава 16
Касанна, как и обещала Меррону, занялась подготовкой к балу сама, стараясь как можно реже беспокоить мужа организационными вопросами. Конечно, ей на помощь пришел Элиот, потому что она плохо знала об обычаях и традициях в Тихой гавани. Да, она когда-то изучала вместе со своими учителями особенности всех шести земель, но все же не углублялась в подробности. В подростковом возрасте Касанне было намного интереснее практиковать заклинания, нежели сидеть за учебниками и запоминать, какой цвет считается в Тихой гавани предпочтительным, а какой - нет. А потом замужество так быстро настигло ее, что Касанна даже не успела опомниться и хотя бы как-то подготовиться к нему.
После разговора с Мерроном целыми днями девушка только и делала, что учила язык жестов или вместе с Элиотом занималась организацией праздника - составляла список блюд, рассылала приглашения, выбирала украшения в Центральный зал.
Касанна надеялась, что благодаря балу она не только ближе познакомиться со знатью Тихой гавани, но еще и заведет парочку подруг. Хоть Луиза навсегда останется в ее сердце самой лучшей подругой, принцесса считала, что ей все равно нужно общаться еще с кем-то, помимо слуг, Меррона и Элиота.
Касанна с нетерпением ждала дня, когда ее первый бал в Тихой гавани наконец-то состоится. Она ходила по поместью воодушевленной и радостной. Ее настроение также влияло на всех, кто проживал в доме Форсфулов. Касанна настолько “заразила” всех своим позитивом, что, кажется, даже слуги стали менее серьезными и смурными, а Меррон все же проявил интерес к предстоящему празднику.
– Я смотрю, подготовка к балу очень вас развеселила, – однажды сказал ей Меррон, когда они сидели вдвоем в гостиной после ужина.
К этому времени девушка уже успела выучить много новых жестов, поэтому она без труда поняла мужа.
– Да. Я действительно хочу чтобы он получился запоминающимся, поэтому мне нужно, чтобы все было идеально, – ответила Касанна, откладывая в сторону образцы ткани.
– Даже моя мама не подходила с такой ответственностью к организации балов, – признался Меррон.
– Во мне просто течет кровь Олденов. Из-за этого вряд ли мне удастся пустить все на самотек, – пошутила принцесса. – Кстати, я решила заказать в Центральный зал новые шторы по этому поводу. Как вы думаете, такие будут хорошо смотреться?
Касанна протянула Меррону кусочек ткани светло-зеленого цвета.
– Честно говоря, я плохо разбираюсь в оформлении комнат, – написал Меррон на листочке.
– Просто скажите, красиво это будет или нет.
– Красиво, – ответил Форсфул, глядя прямо на нее.
В Касанне внезапно зажегся озорной огонек.
– Это вы сейчас про ткань для штор или про меня? – игриво спросила она, наклонив голову.
Принцесса не знала, зачем вообще сказала это. Наверное, чтобы проверить, работают ли до сих пор ее навыки обольщения или для того, чтобы внести нотку кокетства в свою жизнь.
Меррон ответил, нисколько не смутившись:
– Первое…
“Кто бы сомневался”
– …потому что вы гораздо красивее, чем этот жалкий кусок ткани, – добавил Меррон в письменном виде.
Касанна покраснела и опустила взгляд. Это был первый раз, когда Меррон по-особому отметил ее красоту. Конечно, он и до этого делал ей комплименты, однако все они были сказаны будто…вскользь, ради приличия. Мужчина не вкладывал в них какой-то смысл. Сегодня же ситуация изменилась.
– Скажите, моя леди, – внезапно написал мужчина, – вы допускаете мысль, что когда-то мы с вами сможем стать полноценным мужем и женой?
Этот вопрос застал девушку врасплох. Она и сама порой задумывалась об этом. За несколько месяцев им удалось пройти путь от ненависти до дружбы, а затем и до…чего-то странного, чему Касанне пока не удавалось найти определение. Может быть, в дальнейшем у них получится перевести свои отношения на новый этап?
– Я не знаю, – честно ответила Касанна, сминая в руках ткань для будущих штор. - Я…не хочу пока что давать вам ложной надежды. Могу только сказать, что сейчас я отношусь к вам гораздо теплее, чем раньше.
– Этот ответ меня радует, – сказал Меррон и с улыбкой посмотрел на нее.
Касанна не могла не улыбнуться ему в ответ.
– А как вам моя внешность? – поинтересовался мужчина. – Вам не противно смотреть на меня?
До этого он никогда не спрашивал ее ни о чем подобном.
– В первую нашу встречу я посчитала вас…страшным, – не стала лукавить Касанна, поэтому Меррон согласно кивнул. – Мне действительно было тяжело даже подумать, что придется выйти замуж за человека без голоса и одного глаза. Знаете, принцессам часто пророчат в мужья прекрасного принца, поэтому мне тяжело было столкнуться с суровой реальностью и понять, что такое случается не с каждой коронованной особой.
– А как я вам сейчас?
– Я уже привыкла к вашим особенностям, – ответила девушка. – Меня больше не пугает ни ваш шрам, ни ваша повязка. Вы - это просто вы. Какой есть.
– На самом деле моя внешность - это еще одна из причин, по которым я не решился выбрать себе жену в восемнадцать лет. Я считал, что на меня просто никто не сможет посмотреть без страха. При этом мне бы не хотелось и чтобы меня жалели. Самое худшее, что есть между мужем и женой - это жалость одного из партнеров к другому.
– Но ведь жалость может быть истолкована не только в плохом смысле, – возразила Касанна. – В какой-то степени это еще и забота, сожаление о том, что с вами когда-то случилось такая…неприятность.
Меррон поднял руку, останавливая ее, и быстро написал на листке:
– Здесь мы с вами имеем разное мнение. Давайте не будем спорить.
Касанна согласно кивнула. Она тоже не хотела, чтобы у них на этой почве возник конфликт. Однако девушка подумала про себя, что в жизни Меррона должно быть случилось что-то очень плохое, раз он так рассуждает о жалости.
Любопытство распирало ее изнутри. Касанне очень хотелось узнать, с чем же столкнулся мужчина. Однако девушка смогла сдержать ворох вопросов, который рвался из нее. Не сейчас. Она не будет бередить его старые раны в эту самую минуту.
***
– Все готово, – сказала Криста, отходя от Касанны. - Ваша прическа выглядит просто превосходно!
После этого она собрала все заколки и прочие вещи, разбросанные по столику, чтобы девушка могла спокойно посмотреться в зеркало.
– Спасибо, Криста, – ответила Касанна, накрутив локон на палец. – Ты мне очень помогла.
– Вам нравится?
– Да! Хотя мне очень непривычно видеть себя с такой прической. Я выгляжу как-то…по другому.
– Мне кажется, что вы преувеличиваете, леди Форсфул, – ответила Криста и улыбнулась.
– Может быть. Просто в Вуденхолле ценится скромность, поэтому мы не делаем сложные прически даже для бала.
– Я не могу сказать, что в Тихой гавани дела обстоят иначе, моя леди. Эту прическу все же не назовешь сложной. Здесь мы просто очень любим подчеркивать женскую красоту - только и всего.
Касанна улыбнулась, глядя на себя в зеркало. Она в первый раз видела себя с аккуратно сделанной шишкой.
“Что ж…никогда не думала, что скажу это, но…Мне идет! Я могу и привыкнуть к подобным традициям Тихой гавани”
– Не думаешь, что я выгляжу какой-то…повзрослевшей? – задумчиво поинтересовалась у служанки Касанна.
– Разве что немного, но так и должно быть. Вы все-таки стали леди Форсфул.
Пока Касанна крутилась около зеркала, разглядывая себя со всех сторон, в комнату вошла Марла и сказала, что гости уже скоро начнут прибывать в поместье.
– Тогда мне нужно поторопиться, – засуетилась Касанна, едва не запутавшись в подоле своего светло-голубого платья.
– Аккуратнее, моя леди. Иначе вы так не дойдете даже до первой ступеньки, – пошутила Марла, поправив ее наряд.
