Со всеми предосторожностями поднявшись на второй этаж твердыни, друзья обнаружили себя в столь огромной галерее, что ее дальние углы едва можно было разглядеть. Помещение было вырублено в скале и не имело ни единого окна, освещаясь лишь чадящими факелами на стенах. Они осторожно двинулись вперед, высматривая возможную опасность, однако вокруг стояла гулкая тишина, и нигде не было заметно ни малейшего движения. Дойдя почти до конца галереи, Хаэр’Далис подал всем знак остановиться. Компаньоны оказались перед огромными дверями, из-за которых отчетливо доносились грубые голоса огненных великанов. Одна из дверных створок была приоткрыта менее чем на ширину ладони, однако для того, чтобы быстро оценить ситуацию внутри, большего не требовалось.
- Их там примерно десяток. – шепотом сообщил тифлинг остальным. – Охраняют нечто, напоминающее алтарь. Полагаю, именно это мы и искали. Сложности здесь я вижу две. Дверь эта сделана великанами, не уверен, что мы вообще сумеем ее открыть, тем более с целью внезапной атаки. А второе – в таком количестве эти существа нас могут попросту затоптать. Впрочем, учитывая уровень их интеллекта, мы можем поднять шум и, скорее всего, выманим большинство из них сюда, где попросторнее.
- Согласна. – подключилась Канни. – Они сами откроют нам дверь, и пока остальные их отвлекают, кто-то из нас проберется внутрь и если сердце действительно там, просто пригвоздит его мечом или кинжалом.
- А если это ловушка, и никакого сердца вообще нет? - неуверенно поежилась Имоен, и Гаррик, с безмятежной улыбкой пожав плечами, ответил ей всего двумя словами.
- Огненный Шар!
Эффект от этого маневра превзошел все ожидания. Взрыв шара, казалось, сотряс всю гору, в недрах которой они находились. Аномен от неожиданности оглушительно уронил щит, а остальные авантюристы разбежались во все стороны, с громкой бранью встряхивая полами дымящихся плащей. Тяжелые двери немедленно распахнулись, и в галерею посыпались всполошившиеся стражники. Завязалось действо, напоминающее больше некое шутовство, нежели организованное сражение. Легкие сестры вместе с Гарриком вихрем носились по галерее, сбивая с толку своих неповоротливых противников. Закованные в латы Саревок и Аномен вдвоем загоняли в какой-нибудь угол отбившегося от сотоварищей великана и быстро приканчивали. Хаэр’Далис же в одиночку бросился в зал с алтарем, не раздумывая о ловушках, которые могли его там поджидать.
На первый взгляд могло показаться, что обстоятельства складываются весьма удачно. Услышав шум, поднятый друзьями, все стражники поспешили наружу. У алтаря остался лишь один, невероятных размеров чудовище, очевидно, предводитель. Однако, увидев стремительно приближающегося к нему тифлинга, великан неожиданно поднял руки, сплетая в воздухе глиф заклинания.
- А вы даже так можете? – саркастично бросил Хаэр’Далис, не снижая хода.
Огненная Стрела гулко просвистела над его головой, в ответ бард выпустил перед собой Ледяной Конус, заставив оппонента с ревом попятиться. И все же великан по-прежнему заслонял собой алтарь.
- Испепелить меня не сумел и дракон. – тифлинг остановился перед монстром, оценивая расклад сил. – Так что опасность ты, переросток, представляешь разве что если на меня сядешь.
- Беренн съесть эльфа с ушами живьем! – угрожающе пророкотал великан, делая шаг вперед.
Выигрывая время, Хаэр’Далис бросил в него еще один Ледяной Конус, и замешкавшийся буквально на мгновение оппонент дал ему необходимую для перевоплощения отсрочку.
Увидев перед собой пепельную статую с багровыми глазами, Беренн в шоке отшатнулся, но все-таки сохранил достаточно самообладания, чтобы выпустить в нее молнию. Демон ответил лишь жутковатым хохотом. Его огромные крылья мощным взмахом отразили заклинание, направив его в стену, где осталась дымящаяся дыра.
- Хаэр’Далис, скорее! – не своим голосом крикнула Канни, пробегая мимо распахнутых дверей. – К ним идет подкрепление!
Голос девушки на момент отвлек Беренна. Пользуясь этим, тифлинг взмыл в воздух над головой великана и, приземлившись точно на алтарь, с размаху вонзил стальные когти в огромное живое сердце, трепетавшее там в языках магического пламени. Огонь моментально потух, и, убедившись, что сердце неподвижно, Хаэр’Далис легко соскочил с алтаря и всем телом врезался в Беренна, пытаясь если и не сбить его с ног, то хотя бы оттолкнуть с дороги. Однако, падая, грузное чудовище увлекло его за собой.
- Канни, План! – взревел демон, хлопая крыльями и наугад нанося удары когтями в попытке высвободиться из медвежьих объятий великана.
- Все сюда! – услышал он над собой властный крик Саревока, а затем голова Беренна покатилась к входу в зал, отделенная от тела одним могучим ударом меча воителя.
Имоен впорхнула в помещение как испуганная птичка и спряталась за спиной брата.
- Их там уже штук тридцать! – сообщила она.
Вслед за ней в зал вбежал растерзанный храмовник, без щита, шлема и в залитых кровью доспехах.
- Наступают! – выпалил он, тяжело переводя дух.
- Канни! Гаррик! - Хаэр’Далис бросился к выходу, однако в этот момент ему навстречу в комнату стрелой влетел аватар Баала, держа в охапке невредимого, но весьма напряженного такого рода заботой скальда.
- Карманный План! – возопил Убийца, и очертания крепости великанов к всеобщему облегчению тотчас исчезли.
- Мы не можем терять времени. - Хаэр’Далис, уже в своем привычном облике, нетерпеливо прохаживался по Карманному Плану, дожидаясь, пока его союзники вылечатся и заменят поврежденные части экипировки. – Да, великаны глупы, но о таком происшествии даже они догадаются донести Яго-Шуре. А нам полезно будет их опередить. Значит, мы возвращаемся в образ смертных… – он намеренно наступил на хвост аватара, и монстр тихонько беззлобно заворчал. – … и выступаем! Полагаю, портал опять отправит нас в Тетирский лес, так нам еще до осадного лагеря дорогу искать.
Вновь очутившись в чащах Тетирского леса, друзья сразу с тревогой поняли, что искать обратную дорогу к осажденному Сарадушу им не придется. Над лесами явственно разносились звуки далекого сражения, а со стороны побережья в чистое небо поднимались клубы густого зловещего дыма. За несколько часов почти бегом преодолев лес, они в ужасе остановились на небольшом пригорке, озирая поле недавнего боя. Сарадуш был буквально стерт с лица Фаэруна. Захватчики не оставили от крепостных стен и строений камня на камне, и вся площадь некогда могучей твердыни, а ныне жутких руин, была усеяна обезображенными телами. Порой среди развалин можно было заметить легкое движение, но то были лишь мародерствующие наемники. В некотором же отдалении вверх по реке зоркие глаза тифлинга усмотрели очертания походных шатров. Очевидно, головной отряд войска еще не снялся с места.
Компаньоны с содроганием покинули еще дымящиеся руины и стали со всей осторожностью подбираться к лагерю. Несмотря на всю напряженность ситуации, Канни порой с улыбкой переглядывалась с Гарриком, вспоминая их давнее внедрение в бандитский лагерь на Побережье Мечей.
По счастью, армия Яго-Шуры не состояла исключительно из ему подобных. Множество наемников самого обычного роста и вида сновало среди шатров, приводя в порядок оружие после боя и подсчитывая трофеи. Друзья скользили сквозь вражеские ряды, не привлекая ничьего особенного внимания. Их выбор пал на самый огромный шатер, установленный немного поодаль от основного лагеря. На мгновение остановившись у его входа, Имоен шепотом произнесла несколько слов, затем компаньоны одновременно рванулись внутрь.
Он был там. Невероятных размеров даже для великана, рыжеволосый исполин в золоченых доспехах сидел за походным столом, читая пергамент. Резко подняв голову и встретившись взглядом с золотыми глазами Канни, Яго-Шура вскочил, отбросив в сторону стол.
- Как я был разочарован, не найдя вас в этом жалком городишке! – утробно прорычал он. – Меня не удовлетворило убийство всех остальных слабаков, отродий Баала! Но вы… вы сами пришли ко мне!
Не утруждая себя ответом, Канни со зловещей усмешкой метнула кинжал, со звоном вонзившийся в скрепление лат на плече великана. На лице Яго-Шуры отразилось неописуемое удивление, граничащее с ужасом.
- Как… как это возможно?! – вскричал он. – Я… ранен?! Яго-Шура непобедим! Стража!
Воцарилась мертвая тишина, и тут великан внезапно осознал, что больше не слышит из-за тонких стен шатра обычных звуков окружающего его военного лагеря. До его слуха донесся лишь тихий смешок.
- Сфера Тишины. – довольно пояснила Имоен. – Чтобы никто не помешал нам… побеседовать…
Канни и Хаэр’Далис удовлетворенно обменялись улыбками, а Саревок одобрительно хлопнул сестренку по спине, едва не сбив ее с ног.
- Вы сговорились с проклятой ведьмой! – взревел великан. – Я вас уничтожу!
Яго-Шура выступил в центр шатра, легко поигрывая гигантским боевым молотом. Компаньоны тут же тесным кольцом окружили его, лишь Имоен подалась назад, натягивая тетиву лука. Словно по незримой команде, все одновременно пошли в атаку. Чудовищный удар молота великана был нацелен в сторону хрупкой Канни, однако головорез с легкостью увернулась, и молот, скрестившись с клинком Саревока, внезапно оглушительно взорвался. Саревока, все же удержавшего меч, отбросило назад, но и Яго-Шура едва удержался на ногах. Пользуясь его замешательством, Аномен и Канни одновременно ударили противника в грудь, и хотя это не нанесло ему существенного вреда, отвлекающий маневр вполне удался. Три Ледяных Конуса, прочитанных чародеями с разных сторон, буквально растерзали тело великана градом ледяных осколков.
Несколько мгновений друзья стояли, переводя дыхание, затем Канни просто подошла к выходу из шатра и отдернула полог. Все наемники, оказавшиеся в поле зрения и сами имеющие возможность видеть, что произошло в главном шатре, замерли на своих местах, не издавая ни звука. В торжественном молчании вся группа прошествовала сквозь осадный лагерь, и ни один бывший враг не попытался встать на их пути.
Спустя примерно четверть часа, друзья снова оказались на развалинах Сарадуша, где разбрелись по полю боя в поисках выживших. Через некоторое время, впрочем, стало очевидно, что эта затея обречена. Уже поворачиваясь, чтобы покинуть это зловещее место, Канни вдруг увидела одинокую фигуру, бредущую к ним со стороны леса. Разглядев знакомый облик, головорез поспешила навстречу, крикнув Аномену следовать за ней. Мэлиссан выглядела плачевно. Ее мантия практически превратилась в лохмотья и была пропитана кровью, слипшиеся волосы упали на осунувшееся лицо. Увидев Канни, волшебница устало улыбнулась, тяжело опираясь на свой посох.
- Вы живы! – воскликнула она, радостно оглядывая Канни и ее друзей, пока Аномен читал Наложение Рук. – Я… еле выбралась. Яго-Шура уничтожил всех детей Баала, одного за другим. Думаю, он удвоил усилия, штурмуя город, когда счел, что вы тоже внутри.
- Яго-Шура только что скончался. – буднично сообщила головорез.
- Гори он в аду за то, что тут учинил. – горестно заметила Мэлиссан. – Но город? Разрушен до основания. Дети Баала мертвы…
- Что до Войны Крови? – чуждый сострадания Саревок не желал откладывать разговоры о главном в угоду эмоциям.
- У Яго-Шуры были союзники. – подумав, заговорила волшебница. – Даже если вы с ними - последние оставшиеся в живых дети Баала, они станут охотиться за вами, пока не добьются своего.
- Но чего именно они добиваются? – нахмурившись, поинтересовалась Канни, однако Мэлиссан лишь развела руками.
- Может быть, собрать всю сущность Владыки Убийства, чтобы возродить его, либо занять его место. В любом случае это сулит лишь смерть и разрушения. Их нужно остановить!
- Пожалуй. – о чем-то сосредоточенно размышляя, вступил в разговор Хаэр’Далис. – Тебе известно, сколько их? Имена?
- Я знаю о троих. – с благодарностью ответила Мэлиссан. – Илласэра и Сэндай – эльфы. И еще один их союзник, Абазигал. Мне не удалось выяснить, кто он такой, только то, что его жилище находится где-то в горах.
- Илласэра уже погибла. – кивнул головой тифлинг. – Где же искать остальных двоих?
С минуту волшебница молчала, что-то вспоминая, затем ее лицо словно осветилось.
- Я знаю, кто может дать вам точные указания! – с воодушевлением проговорила она. – До этого момента я предпочитала не втягивать его в ситуацию с детьми Баала, но теперь выбор у нас невелик. Его зовут Бальтазар, и он глава монастыря, расположенного в небольшой деревушке на самом краю пустыни Калим. Там вы сможете, при необходимости, найти убежище, и от Бальтазара же узнать, где скрываются Сэндай и Абазигал. Деревня называется Амкетран, и я предлагаю нам всем отправиться туда как можно скорее.
- И зачем ты опять притащил нас в Карманный План? - несколько ворчливо обратился Аномен к тифлингу. – Мы только недавно отсюда.
- Напомни мне, с какой целью мы прошли сквозь портал в последний раз. – насмешливо отозвался Хаэр’Далис, продолжая с интересом изучать уже, казалось бы, всем хорошо знакомый пейзаж.
- Ну конечно! – ответила за священника Имоен. – Убийство Громнира сопровождалось испытанием Ордой. Сейчас от нашей руки пал еще один сын Баала, значит, в Карманном Плане могло что-то снова измениться.
- Новый аспект судьбы Канни. – добавил Гаррик. - Пророчество движется к свершению.
- Не может быть окончания, без начала. – неожиданно произнес Саревок, поворачиваясь к сестре. – Что тебе известно о твоем прошлом? О начале пути?
Девушка ошеломленно уставилась на воителя.
- Моя мать была путешественницей. – неуверенно заговорила она. – Когда она погибла, Горайон, ее старый друг, взял меня к себе. Однако мне неизвестно, ни как она встретилась с Баалом, ни как умерла. Ты ведь об этом меня спрашиваешь?
Саревок опустил голову и гулко зловеще расхохотался.
- Баал провел среди смертных не один год. – начал рассказывать он. – Я родился раньше тебя. Я был там.
- Был где? – с неожиданным страхом выговорила Канни, бессознательно цепляясь за Хаэр’Далиса в поисках поддержки.
- Твоя мать была одной из верховных жриц Баала. - продолжал воин. – Она и многие другие его священницы родили ему сыновей и дочерей, чтобы в ночь его гибели провести ритуал. Принести в жертву всех его детей, тем самым возвращая его к жизни. Таков был его план. Но группе Арфистов во главе с Горайоном удалось сорвать жертвоприношение, истребив большинство жриц. Многие из детей погибли в ту ночь. Немало и выжило. Горайон забрал тебя, бросив меня на гибель, как удалось выжить Имоен, я не знаю. Я смог бежать, найти убежище в Железном Троне, и с самой юности я не терял из виду ни тебя, ни его. Поэтому, когда пробил час, я отправил Горайона в Бездну.
- Прекрасная и добрая эльфийская священница… – севшим голосом пробормотала Канни, глядя в побелевшее лицо Имоен. – Теперь я вижу корни твоей ненависти к Горайону, да и ко мне в прошлом. – повернулась она к Саревоку.
- А… если бы судьба распорядилась иначе? – вдруг спросил Хаэр’Далис. – Если бы твой брат вырос среди Арфистов, а твоим уделом стал бы Железный Трон, Фукуро? Повторила бы ты его судьбу?
Повисло напряженное молчание. В тревожной задумчивости Канни переводила взгляд с Имоен на Саревока и обратно.
- Да… – наконец, выдохнула она. – Мы вполне могли занять места друг друга. Я… в долгу перед братом, принявшим на себя удары пророчества.
- Их там примерно десяток. – шепотом сообщил тифлинг остальным. – Охраняют нечто, напоминающее алтарь. Полагаю, именно это мы и искали. Сложности здесь я вижу две. Дверь эта сделана великанами, не уверен, что мы вообще сумеем ее открыть, тем более с целью внезапной атаки. А второе – в таком количестве эти существа нас могут попросту затоптать. Впрочем, учитывая уровень их интеллекта, мы можем поднять шум и, скорее всего, выманим большинство из них сюда, где попросторнее.
- Согласна. – подключилась Канни. – Они сами откроют нам дверь, и пока остальные их отвлекают, кто-то из нас проберется внутрь и если сердце действительно там, просто пригвоздит его мечом или кинжалом.
- А если это ловушка, и никакого сердца вообще нет? - неуверенно поежилась Имоен, и Гаррик, с безмятежной улыбкой пожав плечами, ответил ей всего двумя словами.
- Огненный Шар!
Эффект от этого маневра превзошел все ожидания. Взрыв шара, казалось, сотряс всю гору, в недрах которой они находились. Аномен от неожиданности оглушительно уронил щит, а остальные авантюристы разбежались во все стороны, с громкой бранью встряхивая полами дымящихся плащей. Тяжелые двери немедленно распахнулись, и в галерею посыпались всполошившиеся стражники. Завязалось действо, напоминающее больше некое шутовство, нежели организованное сражение. Легкие сестры вместе с Гарриком вихрем носились по галерее, сбивая с толку своих неповоротливых противников. Закованные в латы Саревок и Аномен вдвоем загоняли в какой-нибудь угол отбившегося от сотоварищей великана и быстро приканчивали. Хаэр’Далис же в одиночку бросился в зал с алтарем, не раздумывая о ловушках, которые могли его там поджидать.
На первый взгляд могло показаться, что обстоятельства складываются весьма удачно. Услышав шум, поднятый друзьями, все стражники поспешили наружу. У алтаря остался лишь один, невероятных размеров чудовище, очевидно, предводитель. Однако, увидев стремительно приближающегося к нему тифлинга, великан неожиданно поднял руки, сплетая в воздухе глиф заклинания.
- А вы даже так можете? – саркастично бросил Хаэр’Далис, не снижая хода.
Огненная Стрела гулко просвистела над его головой, в ответ бард выпустил перед собой Ледяной Конус, заставив оппонента с ревом попятиться. И все же великан по-прежнему заслонял собой алтарь.
- Испепелить меня не сумел и дракон. – тифлинг остановился перед монстром, оценивая расклад сил. – Так что опасность ты, переросток, представляешь разве что если на меня сядешь.
- Беренн съесть эльфа с ушами живьем! – угрожающе пророкотал великан, делая шаг вперед.
Выигрывая время, Хаэр’Далис бросил в него еще один Ледяной Конус, и замешкавшийся буквально на мгновение оппонент дал ему необходимую для перевоплощения отсрочку.
Увидев перед собой пепельную статую с багровыми глазами, Беренн в шоке отшатнулся, но все-таки сохранил достаточно самообладания, чтобы выпустить в нее молнию. Демон ответил лишь жутковатым хохотом. Его огромные крылья мощным взмахом отразили заклинание, направив его в стену, где осталась дымящаяся дыра.
- Хаэр’Далис, скорее! – не своим голосом крикнула Канни, пробегая мимо распахнутых дверей. – К ним идет подкрепление!
Голос девушки на момент отвлек Беренна. Пользуясь этим, тифлинг взмыл в воздух над головой великана и, приземлившись точно на алтарь, с размаху вонзил стальные когти в огромное живое сердце, трепетавшее там в языках магического пламени. Огонь моментально потух, и, убедившись, что сердце неподвижно, Хаэр’Далис легко соскочил с алтаря и всем телом врезался в Беренна, пытаясь если и не сбить его с ног, то хотя бы оттолкнуть с дороги. Однако, падая, грузное чудовище увлекло его за собой.
- Канни, План! – взревел демон, хлопая крыльями и наугад нанося удары когтями в попытке высвободиться из медвежьих объятий великана.
- Все сюда! – услышал он над собой властный крик Саревока, а затем голова Беренна покатилась к входу в зал, отделенная от тела одним могучим ударом меча воителя.
Имоен впорхнула в помещение как испуганная птичка и спряталась за спиной брата.
- Их там уже штук тридцать! – сообщила она.
Вслед за ней в зал вбежал растерзанный храмовник, без щита, шлема и в залитых кровью доспехах.
- Наступают! – выпалил он, тяжело переводя дух.
- Канни! Гаррик! - Хаэр’Далис бросился к выходу, однако в этот момент ему навстречу в комнату стрелой влетел аватар Баала, держа в охапке невредимого, но весьма напряженного такого рода заботой скальда.
- Карманный План! – возопил Убийца, и очертания крепости великанов к всеобщему облегчению тотчас исчезли.
- Мы не можем терять времени. - Хаэр’Далис, уже в своем привычном облике, нетерпеливо прохаживался по Карманному Плану, дожидаясь, пока его союзники вылечатся и заменят поврежденные части экипировки. – Да, великаны глупы, но о таком происшествии даже они догадаются донести Яго-Шуре. А нам полезно будет их опередить. Значит, мы возвращаемся в образ смертных… – он намеренно наступил на хвост аватара, и монстр тихонько беззлобно заворчал. – … и выступаем! Полагаю, портал опять отправит нас в Тетирский лес, так нам еще до осадного лагеря дорогу искать.
Вновь очутившись в чащах Тетирского леса, друзья сразу с тревогой поняли, что искать обратную дорогу к осажденному Сарадушу им не придется. Над лесами явственно разносились звуки далекого сражения, а со стороны побережья в чистое небо поднимались клубы густого зловещего дыма. За несколько часов почти бегом преодолев лес, они в ужасе остановились на небольшом пригорке, озирая поле недавнего боя. Сарадуш был буквально стерт с лица Фаэруна. Захватчики не оставили от крепостных стен и строений камня на камне, и вся площадь некогда могучей твердыни, а ныне жутких руин, была усеяна обезображенными телами. Порой среди развалин можно было заметить легкое движение, но то были лишь мародерствующие наемники. В некотором же отдалении вверх по реке зоркие глаза тифлинга усмотрели очертания походных шатров. Очевидно, головной отряд войска еще не снялся с места.
Компаньоны с содроганием покинули еще дымящиеся руины и стали со всей осторожностью подбираться к лагерю. Несмотря на всю напряженность ситуации, Канни порой с улыбкой переглядывалась с Гарриком, вспоминая их давнее внедрение в бандитский лагерь на Побережье Мечей.
По счастью, армия Яго-Шуры не состояла исключительно из ему подобных. Множество наемников самого обычного роста и вида сновало среди шатров, приводя в порядок оружие после боя и подсчитывая трофеи. Друзья скользили сквозь вражеские ряды, не привлекая ничьего особенного внимания. Их выбор пал на самый огромный шатер, установленный немного поодаль от основного лагеря. На мгновение остановившись у его входа, Имоен шепотом произнесла несколько слов, затем компаньоны одновременно рванулись внутрь.
Он был там. Невероятных размеров даже для великана, рыжеволосый исполин в золоченых доспехах сидел за походным столом, читая пергамент. Резко подняв голову и встретившись взглядом с золотыми глазами Канни, Яго-Шура вскочил, отбросив в сторону стол.
- Как я был разочарован, не найдя вас в этом жалком городишке! – утробно прорычал он. – Меня не удовлетворило убийство всех остальных слабаков, отродий Баала! Но вы… вы сами пришли ко мне!
Не утруждая себя ответом, Канни со зловещей усмешкой метнула кинжал, со звоном вонзившийся в скрепление лат на плече великана. На лице Яго-Шуры отразилось неописуемое удивление, граничащее с ужасом.
- Как… как это возможно?! – вскричал он. – Я… ранен?! Яго-Шура непобедим! Стража!
Воцарилась мертвая тишина, и тут великан внезапно осознал, что больше не слышит из-за тонких стен шатра обычных звуков окружающего его военного лагеря. До его слуха донесся лишь тихий смешок.
- Сфера Тишины. – довольно пояснила Имоен. – Чтобы никто не помешал нам… побеседовать…
Канни и Хаэр’Далис удовлетворенно обменялись улыбками, а Саревок одобрительно хлопнул сестренку по спине, едва не сбив ее с ног.
- Вы сговорились с проклятой ведьмой! – взревел великан. – Я вас уничтожу!
Яго-Шура выступил в центр шатра, легко поигрывая гигантским боевым молотом. Компаньоны тут же тесным кольцом окружили его, лишь Имоен подалась назад, натягивая тетиву лука. Словно по незримой команде, все одновременно пошли в атаку. Чудовищный удар молота великана был нацелен в сторону хрупкой Канни, однако головорез с легкостью увернулась, и молот, скрестившись с клинком Саревока, внезапно оглушительно взорвался. Саревока, все же удержавшего меч, отбросило назад, но и Яго-Шура едва удержался на ногах. Пользуясь его замешательством, Аномен и Канни одновременно ударили противника в грудь, и хотя это не нанесло ему существенного вреда, отвлекающий маневр вполне удался. Три Ледяных Конуса, прочитанных чародеями с разных сторон, буквально растерзали тело великана градом ледяных осколков.
Несколько мгновений друзья стояли, переводя дыхание, затем Канни просто подошла к выходу из шатра и отдернула полог. Все наемники, оказавшиеся в поле зрения и сами имеющие возможность видеть, что произошло в главном шатре, замерли на своих местах, не издавая ни звука. В торжественном молчании вся группа прошествовала сквозь осадный лагерь, и ни один бывший враг не попытался встать на их пути.
Спустя примерно четверть часа, друзья снова оказались на развалинах Сарадуша, где разбрелись по полю боя в поисках выживших. Через некоторое время, впрочем, стало очевидно, что эта затея обречена. Уже поворачиваясь, чтобы покинуть это зловещее место, Канни вдруг увидела одинокую фигуру, бредущую к ним со стороны леса. Разглядев знакомый облик, головорез поспешила навстречу, крикнув Аномену следовать за ней. Мэлиссан выглядела плачевно. Ее мантия практически превратилась в лохмотья и была пропитана кровью, слипшиеся волосы упали на осунувшееся лицо. Увидев Канни, волшебница устало улыбнулась, тяжело опираясь на свой посох.
- Вы живы! – воскликнула она, радостно оглядывая Канни и ее друзей, пока Аномен читал Наложение Рук. – Я… еле выбралась. Яго-Шура уничтожил всех детей Баала, одного за другим. Думаю, он удвоил усилия, штурмуя город, когда счел, что вы тоже внутри.
- Яго-Шура только что скончался. – буднично сообщила головорез.
- Гори он в аду за то, что тут учинил. – горестно заметила Мэлиссан. – Но город? Разрушен до основания. Дети Баала мертвы…
- Что до Войны Крови? – чуждый сострадания Саревок не желал откладывать разговоры о главном в угоду эмоциям.
- У Яго-Шуры были союзники. – подумав, заговорила волшебница. – Даже если вы с ними - последние оставшиеся в живых дети Баала, они станут охотиться за вами, пока не добьются своего.
- Но чего именно они добиваются? – нахмурившись, поинтересовалась Канни, однако Мэлиссан лишь развела руками.
- Может быть, собрать всю сущность Владыки Убийства, чтобы возродить его, либо занять его место. В любом случае это сулит лишь смерть и разрушения. Их нужно остановить!
- Пожалуй. – о чем-то сосредоточенно размышляя, вступил в разговор Хаэр’Далис. – Тебе известно, сколько их? Имена?
- Я знаю о троих. – с благодарностью ответила Мэлиссан. – Илласэра и Сэндай – эльфы. И еще один их союзник, Абазигал. Мне не удалось выяснить, кто он такой, только то, что его жилище находится где-то в горах.
- Илласэра уже погибла. – кивнул головой тифлинг. – Где же искать остальных двоих?
С минуту волшебница молчала, что-то вспоминая, затем ее лицо словно осветилось.
- Я знаю, кто может дать вам точные указания! – с воодушевлением проговорила она. – До этого момента я предпочитала не втягивать его в ситуацию с детьми Баала, но теперь выбор у нас невелик. Его зовут Бальтазар, и он глава монастыря, расположенного в небольшой деревушке на самом краю пустыни Калим. Там вы сможете, при необходимости, найти убежище, и от Бальтазара же узнать, где скрываются Сэндай и Абазигал. Деревня называется Амкетран, и я предлагаю нам всем отправиться туда как можно скорее.
- И зачем ты опять притащил нас в Карманный План? - несколько ворчливо обратился Аномен к тифлингу. – Мы только недавно отсюда.
- Напомни мне, с какой целью мы прошли сквозь портал в последний раз. – насмешливо отозвался Хаэр’Далис, продолжая с интересом изучать уже, казалось бы, всем хорошо знакомый пейзаж.
- Ну конечно! – ответила за священника Имоен. – Убийство Громнира сопровождалось испытанием Ордой. Сейчас от нашей руки пал еще один сын Баала, значит, в Карманном Плане могло что-то снова измениться.
- Новый аспект судьбы Канни. – добавил Гаррик. - Пророчество движется к свершению.
- Не может быть окончания, без начала. – неожиданно произнес Саревок, поворачиваясь к сестре. – Что тебе известно о твоем прошлом? О начале пути?
Девушка ошеломленно уставилась на воителя.
- Моя мать была путешественницей. – неуверенно заговорила она. – Когда она погибла, Горайон, ее старый друг, взял меня к себе. Однако мне неизвестно, ни как она встретилась с Баалом, ни как умерла. Ты ведь об этом меня спрашиваешь?
Саревок опустил голову и гулко зловеще расхохотался.
- Баал провел среди смертных не один год. – начал рассказывать он. – Я родился раньше тебя. Я был там.
- Был где? – с неожиданным страхом выговорила Канни, бессознательно цепляясь за Хаэр’Далиса в поисках поддержки.
- Твоя мать была одной из верховных жриц Баала. - продолжал воин. – Она и многие другие его священницы родили ему сыновей и дочерей, чтобы в ночь его гибели провести ритуал. Принести в жертву всех его детей, тем самым возвращая его к жизни. Таков был его план. Но группе Арфистов во главе с Горайоном удалось сорвать жертвоприношение, истребив большинство жриц. Многие из детей погибли в ту ночь. Немало и выжило. Горайон забрал тебя, бросив меня на гибель, как удалось выжить Имоен, я не знаю. Я смог бежать, найти убежище в Железном Троне, и с самой юности я не терял из виду ни тебя, ни его. Поэтому, когда пробил час, я отправил Горайона в Бездну.
- Прекрасная и добрая эльфийская священница… – севшим голосом пробормотала Канни, глядя в побелевшее лицо Имоен. – Теперь я вижу корни твоей ненависти к Горайону, да и ко мне в прошлом. – повернулась она к Саревоку.
- А… если бы судьба распорядилась иначе? – вдруг спросил Хаэр’Далис. – Если бы твой брат вырос среди Арфистов, а твоим уделом стал бы Железный Трон, Фукуро? Повторила бы ты его судьбу?
Повисло напряженное молчание. В тревожной задумчивости Канни переводила взгляд с Имоен на Саревока и обратно.
- Да… – наконец, выдохнула она. – Мы вполне могли занять места друг друга. Я… в долгу перед братом, принявшим на себя удары пророчества.
