Оставшись в кабинете одна, я накинула шубку на спинку кресла и присела на самый краешек. Провела рукой по столешнице. Чуть шершавая. Улыбнулась. Пожалуй, мне понадобится лампа и вешалка для одежды.
– А вот и я! – раздалось от дверей, и в комнату протиснулся шкаф. Следом показался Фориан, который с важным видом толкал перед собой предмет мебели одной рукой.
– Малое заклинание левитации? – улыбнулась я.
– Ну вот, а я так надеялся тебя поразить, – в шутку расстроился парень. – Куда ставить?
Сняв заклинание со шкафа, Фориан ушёл за остальным, и минут через десять приволок внушительную коробку. В этот раз он почему-то не стал пользоваться магией и очень натурально пыхтел, сгружая ношу на мой пока пустой стол.
– Вот, осталось от предыдущего секретаря.
– А почему он ушёл? – полюбопытствовала я.
– На пенсию вышел, внучку нянчить. Очень милый дедок, я вас, может, как-нибудь познакомлю, – отозвался маг, делая замысловатый пасс. Волоски у меня на руках стали дыбом, а крышка коробки сама собой открылась.
– Много людей в департаменте? – полюбопытствовала я.
– Ну, человек пять-семь, – почесал макушку парень. – Просто у нас постоянно кто-то в разъездах, занят персональной практикой или по вызовам мотается. Летом работы больше, приезжие маги идут в горы за травами, и народу тут толчётся уйма, а зимой часто мы с магистром вдвоём остаёмся. Ну и всегда кто-нибудь из синего клана дежурит. Видела внизу, сегодня Аргус должен нас охранять? Ну, такой, на медведя похож?
– Нет, не видела. Но Сальвадор с ним в замок к Веларду приезжал.
– Не видела? Это хорошо. Говорят, если кому-то не повезло его увидеть, то это будет последнее воспоминание в его жизни, – Фориан говорил мрачно, нагоняя жуть, но я всё равно рассмеялась, настолько комично он в этот момент смотрелся. – Ну что, принимаешь рабочий инструмент? – кивнул на коробку Фориан, переходя на обычный тон.
Я заглянула внутрь. Деревянный стакан с пятью механическими перьями, пресс для бумаги, лампа, лупа, стопка желтоватой бумаги, моток специальной бечёвки для сшивания листов, нож для конвертов, счёты, свёрток светлой ткани.
– А можно мне ещё крючок для одежды? – я кивнула в сторону двери.
– Без проблем, – расплылся в улыбке Фориан и снова ушёл. Я достала перья, бумагу, ткань, и с удивлением обнаружила, что на самом деле это шторы. Их-то зачем было снимать?
Когда маг вернулся, я неприлично вылупилась на него, потому что в руках парень держал рога. Настоящие, не слишком ветвистые рога, несколько отростков на которых при ближайшем рассмотрении оказались спилены.
– Это что?
– Вешалка! – заявил помощник Сальвадора, намертво прилепляя рога к стене сбоку от двери.
Тряхнув головой, я протянула ему шторы.
– Повесишь?
– Ага!
Через пару минут Фориан нахмурился.
– Начальство вызывает. Ну, бывай, – и парень исчез за дверью.
Я придвинула к себе лист бумаги. С чего начать? Пожалуй, с порталов, раз магистр сам о них заговорил.
Первым делом записала то, что уже озвучила в кабинете, и добавила, что портальные арки устанавливают на первом этаже или в подвале, но никогда – выше уровня земли.
Примерно через час заглянул Сальвадор.
– Ну как вы, устроились?
– Да, магистр, спасибо. Вот, – я протянула ему несколько исписанных листов.
– Неплохо, – одобрительно хмыкнул мужчина. – Есть вопросы или пожелания?
– Если можно, книги, – набралась смелости я. – Справочники, например. Чтобы я знала, о чём писать смысла нет, а на чём стоит остановиться подробнее.
– Разумно, – кивнул Сальвадор и положил руку на полусферу связи. – Фориан, я знаю, что ты подслушивал. Неси.
– Ну почему сразу я? – раздался и затих голос под потолком. Я подавила желание хихикнуть.
Парень постучал в дверь минут через десять и выдал четыре талмуда.
– Вот. Не суди строго, это у вас в замке библиотека внушительная, у нас же только необходимое.
Библиотека в замке? И как я раньше не сообразила? Надо непременно туда наведаться!
"Основы магии", "История магии", "Взаимодействие магических величин", "Магические константы".
– Я не специалист и сталкивалась только с бытовой магией и амулетами. Где про них пишется?
– Я об этом не подумал. Завтра принесу «Бытовую Магию», она у меня дома в лаборатории осталась, – почесал макушку Фориан.
– Ты выносил книги из департамента? – зашипел на парня магистр.
– Ну магистр, это же для опыта нужно было!
Не прислушиваясь к спору магов, я наугад открыла «Основы Магии».
"Маг использует собственные силы, черпая их из окружающего мира и близлежащих источников. Если маг отрезан от природных источников, после исчерпания резерва он лишается сил".
– А что, накопители вы не используете? Есть же не только временные одноразовые, но и постоянные самозарядные.
– Замечательно, – потёр руки Сальвадор. – Как закончим с порталами, попрошу вас проанализировать эти книги.
Я тихонько ойкнула, с ужасом посмотрев на талмуды. Да тут до весны работы хватит! И это при том, что у меня нет дара и ко всем этим магическим премудростям я имею лишь опосредованное отношение!
– Иногда я буду вас просить переписать на чистовик мои записи или составить официальные ответы на письма, нужно будет внести в каталог новые книги и приборы. Первую неделю постараюсь не сильно загружать, но потом работы станет больше. Справитесь?
Я кивнула. Справлялась с грубой работой по двенадцать часов в день, справлюсь и с пером и реестрами.
– В таком случае на сегодня, думаю, достаточно. Не будем больше заставлять ждать вашего провожатого, – я выглянула в окно, куда кивнул магистр, и с удивлением на другой стороне улицы увидела Кирина с полной телегой. – Завтра сразу предупреждайте его, во сколько вас забирать. А пока вы в департаменте, я сам и синие эдельвульфы за вас в ответе.
– И я тоже! – перебил Фориан, за что получил грозный взгляд Сальвадора. Но парень, похоже, был к такому привычен и лишь сделал вид, что запирает рот на замок.
– Вот смотри, наложу как-нибудь на тебя заклинание молчания, будешь знать.
– Не надо, магистр! – замахал руками Фориан.
Я не смогла сдержать улыбки. Такое баловство Фориана и шуточные угрозы Сальвадора были какими-то привычными, понятными, человеческими. Оборотней я всё же не до конца ещё понимала.
Насколько велико моё непонимание, я убедилась, стоило вернуться в замок. В воздухе словно повисло лёгкое напряжение, как перед грозой. На первом этаже туда-сюда с озабоченным видом сновали полукровки, Ника проскочила мимо, бросив что-то приветственное на ходу. И какая муха их укусила? Из бокового коридора белым айсбергом выплыл Леон.
– Леон, доброго дня! – я помахала рукой, привлекая внимание, и подошла ближе. Лекарь застыл и нахмурился, но я только вернулась из города, ничего в замке с утра не делала и не приняла холодный взгляд на свой счёт. – Скажи, а Велард занят? Я хотела попросить разрешения пользоваться библиотекой.
– Пользуйся. Из замка книги не выносить, – я подавила желание поёжиться под пронизывающим взглядом. – Велард ушёл.
Я удивлённо подняла брови. Странно, мне показалось, я ощущаю его присутствие.
– Уже вернулся, – раздалось рычание от дверей, и, не смотря на недовольный тон, я улыбнулась. А мурашки – ну и пусть дальше бегают, и сердце пусть от этого голоса замирает. Я почти привыкла.
Я обернулась и вежливо поздоровалась, но меня проигнорировали.
– Кирин! Забери добычу со двора! – бросил Велард и стремительно прошёл мимо, чтобы взлететь по лестнице и скрыться за поворотом второго этажа в своём коридоре. На меня даже не взглянул! Кольнуло разочарование, но я тряхнула головой и выбросила непрошеные чувства. Я тут никто, а сиротам и прислуге не привыкать к пренебрежению.
Общая библиотека нашлась на первом этаже, под коридором вожака. Я только ахнула, оценив её размеры и количество шкафов. Да тут целую жизнь провести можно! Потратив некоторое время, чтобы разобраться в системе сортировки книг, выбрала для себя сборник сказок с картинками. Из-за тех самых картинок. Яркие, красочные, детальные, казалось, вот-вот волки на них оживут, а из труб уютных домиков повалит дым.
Я вернулась в комнату и завалилась поперёк кровати с книгой. Богиня-матерь, у меня есть спокойная работа, доступ в библиотеку, и больше никто не указывает, что делать и как жить. И у меня наконец-то есть свободное время, которое могу потратить, как пожелаю. Поваляться с книгой, например. Как же хорошо!
Я улыбнулась и перевернула страницу, чувствуя себя совершенно счастливой. А потом присмотрелась к своим ладошкам и ахнула – ранки прошли без следа! И уже перед сном я достала из кармашка значок департамента. Коричневый полукруг Земли в центре, над ним синяя Вода, выше голубой Воздух, сверху жёлто-оранжево-красный Огонь, и венчает все стихии, связывая их в единое целое, благородный фиолетовый Эфир-Магия. Наверное, в этом есть некий смысл.
Велард
Охота успокоила зверя, прохладный воздух и быстрый бег отрезвили. Почему я сорвался? Ничего ведь не произошло. И никто не стал бы заигрывать с моей пади, во всяком случае, из моей стаи. Последняя мысль заставила насторожиться, и я помчался в город. К домам близко подходить поостерёгся, засел за деревьями возле дороги, и вскоре ожидание было вознаграждено. Моя пади ехала в телеге на мешках с крупой, куталась в подаренную мной шубу и думала о чём-то своём. Кирин, к его счастью, на девушку не обращал никакого внимания. Когда телега проезжала мимо, плечи эдельвульфа напряглись, вероятно, он почувствовал мой взгляд. А Вилена повернулась в мою сторону и тепло улыбнулась. Великий Вождь! От одного её взгляда, от улыбки внутри что-то перевернулось. Захотелось завыть, я с трудом сдержался.
Проводил телегу до самых ворот и скрылся в лес за спрятанной добычей. А когда вошёл внутрь, оказалось, что моя пади мило беседует с лекарем и улыбается всем вокруг. Поднялось глухое раздражение. Чтобы не сорваться, сжал кулаки и опрометью направился к себе. Может, у Леона найдётся какая-нибудь успокаивающая настойка? Ну почему мне в пади досталась человечка, которая совершенно ничего о нас не знает?
Вилена
Меньше месяца. Ровно столько продолжалось счастье.
С того самого дня, как я вернулась из департамента, всё пошло наперекосяк. И чем дальше, тем Леон становился всё холоднее и задумчивее. Может, конечно, зима так повлияла, но я часто ловила на себе его взгляд, было ощущение, будто я на лабораторном столе, и надо мной вот-вот собираются проводить опыт.
Полукровки были заняты с утра до вечера, и им совершенно некогда было со мной разговаривать, да я и сама не настаивала. Ника целый день где-то бегала, каким-то чудом не забывая приносить мне завтраки и ужины. О том, чтобы самой ходить в столовую, не могло быть и речи. По правде, я просто боялась лишний раз выйти из комнаты, потому что в замке творилось что-то непонятное.
Эдельвульфы как с цепи сорвались. Мужчины ходили хмурые, отвечали односложно, если к ним кто-то обращался, всё больше рычали и огрызались. Адальфины придирались к полукровкам, порыкивали на детей и не давали мне проходу. Стоило высунуть нос за дверь, как я тут же сталкивалась с кем-нибудь из чистокровных волчиц.
На меня смотрели свысока, фыркали, демонстративно морщили носы, говорили колкости. То и дело кто-нибудь заступал мне дорогу, «нечаянно» толкал или задевал плечом. Исора попадалась мне чаще остальных, и при каждой встрече, словно ненароком, отпускала какую-нибудь колкость. О том, что я не вышла ростом, что я худая как щепка и нескладная, что человечки для эдельвульфов все на одно лицо и совершенно не в их вкусе. Я и без её нападок не считала себя красавицей, но всё равно было обидно. И так откровенно меня ещё никогда не травили.
Работа в департаменте стала глотком чистого воздуха. Я с радостью приходила в свой кабинет, оставляла шубку на рогах, каждый раз посмеиваясь по этому поводу, и до обеда успевала исписать несколько листов. Потом заглядывал Фориан с парой кружек тёплого чая или фруктового взвара, пирожками и печеньем. Первый раз я смущалась и отказывалась, но маг едва не обиделся, и я решила проблему просто – с первой же зарплаты купила в лавке печенья и конфет. Была бы у меня кухня, испекла бы пирог, но в замке заглядывать куда-либо, где можно столкнуться с оборотнями, мне не хотелось.
Когда заканчивался чай в кружках, заходил Сальвадор, словно специально так подгадывая, и прогонял Фориана работать, а у меня забирал утренние листы и давал новое задание. Я подписывала конверты для писем, переносила в толстую тетрадь список купленных, проданных, приготовленных и истраченных магических компонентов.
Дважды Сальвадор брал меня в лабораторию в подвале, и, пока он в колбах и пробирках что-то смешивал, я под его диктовку всё конспектировала. При этом всегда присутствовал Аргус, как оказалось, он выполнял роль страховки.
Как и все оборотни, мужчина был антимагичен, потому, когда у Сальвадора что-то взорвалось в колбе, то меня оборотень просто выпихнул за дверь, а Сальвадора повалил на пол и прикрыл собой. Стоило брызгам зелья попасть на эдельвульфа, как волоски у меня на руках перестали стоять дыбом – магическая составляющая зелья развеялась, и теперь это была совершенно не опасная бурда неопределённого цвета. Сальвадор встал, отряхнулся, поблагодарил Аргуса и спросил, как он? В ответ эдельвульф хмыкнул и повёл плечами, мол, что ему сделается-то?
А вечером я возвращалась в замок, чтобы опять стать предметом насмешек. Несколько раз по возвращению я обнаруживала под дверью апельсиновые шкурки, однажды меня ожидала дохлая крыса, а как-то весь пол в комнате оказался закидан мусором и забрызган чем-то липким, будто через порог выплеснули таз с грязной водой.
Сама обстановка в замке стала какой-то нервной. А по ночам вместо ощущения покоя, которое в первый раз мне принёс незнакомец, я чувствовала всё нарастающее раздражение и угрозу. Иногда под окном я слышала заунывный, полный тоски и боли вой, и в такие минуты я пряталась под покрывалом с головой. Хотелось найти того, кто воет, пожалеть, успокоить, и в то же время было безумно страшно покидать свою комнату.
Самое ужасное, что Велард меня избегал. Когда я оказывалась поблизости, он тут же уходил, сжав кулаки и демонстративно не удостаивая даже взгляда. Если ему, благородному эдельвульфу, так противно общество человечки, так почему же он предлагал защиту и покровительство? Зачем тогда, в первый день, так на меня смотрел, что хотелось забыть обо всём и довериться ему?
Несколько раз я засыпала, обливая слезами подушку, а утром сбегала в департамент, как волк, выпущенный на волю из клетки. Но каждый вечер возвращалась с глупой надеждой увидеть чёрного эдельвульфа. Быть может, хоть сегодня он поведёт себя иначе?
Но мечты разбились, как хрустальная ваза, неосторожно оставленная на краю каминной полки во время уборки. Стоило войти в замок, как на меня набросилась одна из приспешниц Исоры.
– Ты! Ты украла мою горжетку! Да как ты посмела! Мне её муж с охоты принёс! Да ты!!! – серым смерчем налетела на меня адальфина, которая до того не удостаивала даже взгляда. Мы с ней и не говорили никогда. Адальфина рычала почти мне в лицо и наступала, нависая разъярённой фурией.
Я не успела ничего сказать, растерялась, сделала шаг назад, отступая.
– А вот и я! – раздалось от дверей, и в комнату протиснулся шкаф. Следом показался Фориан, который с важным видом толкал перед собой предмет мебели одной рукой.
– Малое заклинание левитации? – улыбнулась я.
– Ну вот, а я так надеялся тебя поразить, – в шутку расстроился парень. – Куда ставить?
Сняв заклинание со шкафа, Фориан ушёл за остальным, и минут через десять приволок внушительную коробку. В этот раз он почему-то не стал пользоваться магией и очень натурально пыхтел, сгружая ношу на мой пока пустой стол.
– Вот, осталось от предыдущего секретаря.
– А почему он ушёл? – полюбопытствовала я.
– На пенсию вышел, внучку нянчить. Очень милый дедок, я вас, может, как-нибудь познакомлю, – отозвался маг, делая замысловатый пасс. Волоски у меня на руках стали дыбом, а крышка коробки сама собой открылась.
– Много людей в департаменте? – полюбопытствовала я.
– Ну, человек пять-семь, – почесал макушку парень. – Просто у нас постоянно кто-то в разъездах, занят персональной практикой или по вызовам мотается. Летом работы больше, приезжие маги идут в горы за травами, и народу тут толчётся уйма, а зимой часто мы с магистром вдвоём остаёмся. Ну и всегда кто-нибудь из синего клана дежурит. Видела внизу, сегодня Аргус должен нас охранять? Ну, такой, на медведя похож?
– Нет, не видела. Но Сальвадор с ним в замок к Веларду приезжал.
– Не видела? Это хорошо. Говорят, если кому-то не повезло его увидеть, то это будет последнее воспоминание в его жизни, – Фориан говорил мрачно, нагоняя жуть, но я всё равно рассмеялась, настолько комично он в этот момент смотрелся. – Ну что, принимаешь рабочий инструмент? – кивнул на коробку Фориан, переходя на обычный тон.
Я заглянула внутрь. Деревянный стакан с пятью механическими перьями, пресс для бумаги, лампа, лупа, стопка желтоватой бумаги, моток специальной бечёвки для сшивания листов, нож для конвертов, счёты, свёрток светлой ткани.
– А можно мне ещё крючок для одежды? – я кивнула в сторону двери.
– Без проблем, – расплылся в улыбке Фориан и снова ушёл. Я достала перья, бумагу, ткань, и с удивлением обнаружила, что на самом деле это шторы. Их-то зачем было снимать?
Когда маг вернулся, я неприлично вылупилась на него, потому что в руках парень держал рога. Настоящие, не слишком ветвистые рога, несколько отростков на которых при ближайшем рассмотрении оказались спилены.
– Это что?
– Вешалка! – заявил помощник Сальвадора, намертво прилепляя рога к стене сбоку от двери.
Тряхнув головой, я протянула ему шторы.
– Повесишь?
– Ага!
Через пару минут Фориан нахмурился.
– Начальство вызывает. Ну, бывай, – и парень исчез за дверью.
Я придвинула к себе лист бумаги. С чего начать? Пожалуй, с порталов, раз магистр сам о них заговорил.
Первым делом записала то, что уже озвучила в кабинете, и добавила, что портальные арки устанавливают на первом этаже или в подвале, но никогда – выше уровня земли.
Примерно через час заглянул Сальвадор.
– Ну как вы, устроились?
– Да, магистр, спасибо. Вот, – я протянула ему несколько исписанных листов.
– Неплохо, – одобрительно хмыкнул мужчина. – Есть вопросы или пожелания?
– Если можно, книги, – набралась смелости я. – Справочники, например. Чтобы я знала, о чём писать смысла нет, а на чём стоит остановиться подробнее.
– Разумно, – кивнул Сальвадор и положил руку на полусферу связи. – Фориан, я знаю, что ты подслушивал. Неси.
– Ну почему сразу я? – раздался и затих голос под потолком. Я подавила желание хихикнуть.
Парень постучал в дверь минут через десять и выдал четыре талмуда.
– Вот. Не суди строго, это у вас в замке библиотека внушительная, у нас же только необходимое.
Библиотека в замке? И как я раньше не сообразила? Надо непременно туда наведаться!
"Основы магии", "История магии", "Взаимодействие магических величин", "Магические константы".
– Я не специалист и сталкивалась только с бытовой магией и амулетами. Где про них пишется?
– Я об этом не подумал. Завтра принесу «Бытовую Магию», она у меня дома в лаборатории осталась, – почесал макушку Фориан.
– Ты выносил книги из департамента? – зашипел на парня магистр.
– Ну магистр, это же для опыта нужно было!
Не прислушиваясь к спору магов, я наугад открыла «Основы Магии».
"Маг использует собственные силы, черпая их из окружающего мира и близлежащих источников. Если маг отрезан от природных источников, после исчерпания резерва он лишается сил".
– А что, накопители вы не используете? Есть же не только временные одноразовые, но и постоянные самозарядные.
– Замечательно, – потёр руки Сальвадор. – Как закончим с порталами, попрошу вас проанализировать эти книги.
Я тихонько ойкнула, с ужасом посмотрев на талмуды. Да тут до весны работы хватит! И это при том, что у меня нет дара и ко всем этим магическим премудростям я имею лишь опосредованное отношение!
– Иногда я буду вас просить переписать на чистовик мои записи или составить официальные ответы на письма, нужно будет внести в каталог новые книги и приборы. Первую неделю постараюсь не сильно загружать, но потом работы станет больше. Справитесь?
Я кивнула. Справлялась с грубой работой по двенадцать часов в день, справлюсь и с пером и реестрами.
– В таком случае на сегодня, думаю, достаточно. Не будем больше заставлять ждать вашего провожатого, – я выглянула в окно, куда кивнул магистр, и с удивлением на другой стороне улицы увидела Кирина с полной телегой. – Завтра сразу предупреждайте его, во сколько вас забирать. А пока вы в департаменте, я сам и синие эдельвульфы за вас в ответе.
– И я тоже! – перебил Фориан, за что получил грозный взгляд Сальвадора. Но парень, похоже, был к такому привычен и лишь сделал вид, что запирает рот на замок.
– Вот смотри, наложу как-нибудь на тебя заклинание молчания, будешь знать.
– Не надо, магистр! – замахал руками Фориан.
Я не смогла сдержать улыбки. Такое баловство Фориана и шуточные угрозы Сальвадора были какими-то привычными, понятными, человеческими. Оборотней я всё же не до конца ещё понимала.
Насколько велико моё непонимание, я убедилась, стоило вернуться в замок. В воздухе словно повисло лёгкое напряжение, как перед грозой. На первом этаже туда-сюда с озабоченным видом сновали полукровки, Ника проскочила мимо, бросив что-то приветственное на ходу. И какая муха их укусила? Из бокового коридора белым айсбергом выплыл Леон.
– Леон, доброго дня! – я помахала рукой, привлекая внимание, и подошла ближе. Лекарь застыл и нахмурился, но я только вернулась из города, ничего в замке с утра не делала и не приняла холодный взгляд на свой счёт. – Скажи, а Велард занят? Я хотела попросить разрешения пользоваться библиотекой.
– Пользуйся. Из замка книги не выносить, – я подавила желание поёжиться под пронизывающим взглядом. – Велард ушёл.
Я удивлённо подняла брови. Странно, мне показалось, я ощущаю его присутствие.
– Уже вернулся, – раздалось рычание от дверей, и, не смотря на недовольный тон, я улыбнулась. А мурашки – ну и пусть дальше бегают, и сердце пусть от этого голоса замирает. Я почти привыкла.
Я обернулась и вежливо поздоровалась, но меня проигнорировали.
– Кирин! Забери добычу со двора! – бросил Велард и стремительно прошёл мимо, чтобы взлететь по лестнице и скрыться за поворотом второго этажа в своём коридоре. На меня даже не взглянул! Кольнуло разочарование, но я тряхнула головой и выбросила непрошеные чувства. Я тут никто, а сиротам и прислуге не привыкать к пренебрежению.
Общая библиотека нашлась на первом этаже, под коридором вожака. Я только ахнула, оценив её размеры и количество шкафов. Да тут целую жизнь провести можно! Потратив некоторое время, чтобы разобраться в системе сортировки книг, выбрала для себя сборник сказок с картинками. Из-за тех самых картинок. Яркие, красочные, детальные, казалось, вот-вот волки на них оживут, а из труб уютных домиков повалит дым.
Я вернулась в комнату и завалилась поперёк кровати с книгой. Богиня-матерь, у меня есть спокойная работа, доступ в библиотеку, и больше никто не указывает, что делать и как жить. И у меня наконец-то есть свободное время, которое могу потратить, как пожелаю. Поваляться с книгой, например. Как же хорошо!
Я улыбнулась и перевернула страницу, чувствуя себя совершенно счастливой. А потом присмотрелась к своим ладошкам и ахнула – ранки прошли без следа! И уже перед сном я достала из кармашка значок департамента. Коричневый полукруг Земли в центре, над ним синяя Вода, выше голубой Воздух, сверху жёлто-оранжево-красный Огонь, и венчает все стихии, связывая их в единое целое, благородный фиолетовый Эфир-Магия. Наверное, в этом есть некий смысл.
***
Велард
Охота успокоила зверя, прохладный воздух и быстрый бег отрезвили. Почему я сорвался? Ничего ведь не произошло. И никто не стал бы заигрывать с моей пади, во всяком случае, из моей стаи. Последняя мысль заставила насторожиться, и я помчался в город. К домам близко подходить поостерёгся, засел за деревьями возле дороги, и вскоре ожидание было вознаграждено. Моя пади ехала в телеге на мешках с крупой, куталась в подаренную мной шубу и думала о чём-то своём. Кирин, к его счастью, на девушку не обращал никакого внимания. Когда телега проезжала мимо, плечи эдельвульфа напряглись, вероятно, он почувствовал мой взгляд. А Вилена повернулась в мою сторону и тепло улыбнулась. Великий Вождь! От одного её взгляда, от улыбки внутри что-то перевернулось. Захотелось завыть, я с трудом сдержался.
Проводил телегу до самых ворот и скрылся в лес за спрятанной добычей. А когда вошёл внутрь, оказалось, что моя пади мило беседует с лекарем и улыбается всем вокруг. Поднялось глухое раздражение. Чтобы не сорваться, сжал кулаки и опрометью направился к себе. Может, у Леона найдётся какая-нибудь успокаивающая настойка? Ну почему мне в пади досталась человечка, которая совершенно ничего о нас не знает?
Глава 8
Вилена
Меньше месяца. Ровно столько продолжалось счастье.
С того самого дня, как я вернулась из департамента, всё пошло наперекосяк. И чем дальше, тем Леон становился всё холоднее и задумчивее. Может, конечно, зима так повлияла, но я часто ловила на себе его взгляд, было ощущение, будто я на лабораторном столе, и надо мной вот-вот собираются проводить опыт.
Полукровки были заняты с утра до вечера, и им совершенно некогда было со мной разговаривать, да я и сама не настаивала. Ника целый день где-то бегала, каким-то чудом не забывая приносить мне завтраки и ужины. О том, чтобы самой ходить в столовую, не могло быть и речи. По правде, я просто боялась лишний раз выйти из комнаты, потому что в замке творилось что-то непонятное.
Эдельвульфы как с цепи сорвались. Мужчины ходили хмурые, отвечали односложно, если к ним кто-то обращался, всё больше рычали и огрызались. Адальфины придирались к полукровкам, порыкивали на детей и не давали мне проходу. Стоило высунуть нос за дверь, как я тут же сталкивалась с кем-нибудь из чистокровных волчиц.
На меня смотрели свысока, фыркали, демонстративно морщили носы, говорили колкости. То и дело кто-нибудь заступал мне дорогу, «нечаянно» толкал или задевал плечом. Исора попадалась мне чаще остальных, и при каждой встрече, словно ненароком, отпускала какую-нибудь колкость. О том, что я не вышла ростом, что я худая как щепка и нескладная, что человечки для эдельвульфов все на одно лицо и совершенно не в их вкусе. Я и без её нападок не считала себя красавицей, но всё равно было обидно. И так откровенно меня ещё никогда не травили.
Работа в департаменте стала глотком чистого воздуха. Я с радостью приходила в свой кабинет, оставляла шубку на рогах, каждый раз посмеиваясь по этому поводу, и до обеда успевала исписать несколько листов. Потом заглядывал Фориан с парой кружек тёплого чая или фруктового взвара, пирожками и печеньем. Первый раз я смущалась и отказывалась, но маг едва не обиделся, и я решила проблему просто – с первой же зарплаты купила в лавке печенья и конфет. Была бы у меня кухня, испекла бы пирог, но в замке заглядывать куда-либо, где можно столкнуться с оборотнями, мне не хотелось.
Когда заканчивался чай в кружках, заходил Сальвадор, словно специально так подгадывая, и прогонял Фориана работать, а у меня забирал утренние листы и давал новое задание. Я подписывала конверты для писем, переносила в толстую тетрадь список купленных, проданных, приготовленных и истраченных магических компонентов.
Дважды Сальвадор брал меня в лабораторию в подвале, и, пока он в колбах и пробирках что-то смешивал, я под его диктовку всё конспектировала. При этом всегда присутствовал Аргус, как оказалось, он выполнял роль страховки.
Как и все оборотни, мужчина был антимагичен, потому, когда у Сальвадора что-то взорвалось в колбе, то меня оборотень просто выпихнул за дверь, а Сальвадора повалил на пол и прикрыл собой. Стоило брызгам зелья попасть на эдельвульфа, как волоски у меня на руках перестали стоять дыбом – магическая составляющая зелья развеялась, и теперь это была совершенно не опасная бурда неопределённого цвета. Сальвадор встал, отряхнулся, поблагодарил Аргуса и спросил, как он? В ответ эдельвульф хмыкнул и повёл плечами, мол, что ему сделается-то?
А вечером я возвращалась в замок, чтобы опять стать предметом насмешек. Несколько раз по возвращению я обнаруживала под дверью апельсиновые шкурки, однажды меня ожидала дохлая крыса, а как-то весь пол в комнате оказался закидан мусором и забрызган чем-то липким, будто через порог выплеснули таз с грязной водой.
Сама обстановка в замке стала какой-то нервной. А по ночам вместо ощущения покоя, которое в первый раз мне принёс незнакомец, я чувствовала всё нарастающее раздражение и угрозу. Иногда под окном я слышала заунывный, полный тоски и боли вой, и в такие минуты я пряталась под покрывалом с головой. Хотелось найти того, кто воет, пожалеть, успокоить, и в то же время было безумно страшно покидать свою комнату.
Самое ужасное, что Велард меня избегал. Когда я оказывалась поблизости, он тут же уходил, сжав кулаки и демонстративно не удостаивая даже взгляда. Если ему, благородному эдельвульфу, так противно общество человечки, так почему же он предлагал защиту и покровительство? Зачем тогда, в первый день, так на меня смотрел, что хотелось забыть обо всём и довериться ему?
Несколько раз я засыпала, обливая слезами подушку, а утром сбегала в департамент, как волк, выпущенный на волю из клетки. Но каждый вечер возвращалась с глупой надеждой увидеть чёрного эдельвульфа. Быть может, хоть сегодня он поведёт себя иначе?
Но мечты разбились, как хрустальная ваза, неосторожно оставленная на краю каминной полки во время уборки. Стоило войти в замок, как на меня набросилась одна из приспешниц Исоры.
– Ты! Ты украла мою горжетку! Да как ты посмела! Мне её муж с охоты принёс! Да ты!!! – серым смерчем налетела на меня адальфина, которая до того не удостаивала даже взгляда. Мы с ней и не говорили никогда. Адальфина рычала почти мне в лицо и наступала, нависая разъярённой фурией.
Я не успела ничего сказать, растерялась, сделала шаг назад, отступая.
