«–– Нет, не смей!» –– Перун скривился, хватая бРАта за изуРОДованную, почти лишенную мяса руку. –– «–– Борись, слышишь!». Он произнес было вслух это: «–– Бори-и-ись», но его голос, увы, задрожал, становясь тише. Шепот тРАвы заглушил его стон.
«–– РАди наших потомков! РАди оболганных, забытых, запытанных в узилищах поганых ящеров Русов! Мы... Мы не можем вот так!..».
Сальватор, осмотрительно спрятавшийся во время боя в тРАве, полуприсев подбежал к Перуну, схватил того за плечо и застыл, поРАженный видом дымящегося, местами поджаренного тела Даждьбога. В тот миг силы изменили ему, ноги его отяжелели и подкосились. Доктор сел, схватившись за голову, пытаясь стереть вставшую пред ним картину, но тщетно. В его голове пронеслась буря – буря эмоций, мыслей и чувств. «Но ведь они... Они расплавили клетку, разрушили комплекс!.. Разве могут они... вот так? ... А что, что теперь будет с сыном?». Нижняя губа Руса РАзжалась, словно отворенная невыносимым грузом.
«–– Вон, чувствуешь? Ему ведь тоже нужна наша помощь! Нельзя позволить элементалям взять верх!».
Даждьбог только едва заметно улыбнулся. Он чувствовал, как лоб его холодеет.
«–– А-а, а помнишь... Как вместе мы всыпали им при Гастингсе?» –– Спросил Даждьбог и Перун, на миг замешавшись, затем кивнул нерешительно, а после закивал часто-часто, наклонив голову, чтоб сокрыть слезы. Он ясно помнил, что никакой битвы при Гастингсе никогда не было, что это – целковая из вымышленных ящерский побед и что бРАт его бредит перед кончиной. А ведь для Богов РАя не предусмотрено – ежели пал, значит конец. «Неужели, после стольких лет...». Скрывавшийся в этот момент в туманности Андромеды Февраль отогнал от себя космическую пелену и с плохо скрываемым интересом воззрел на Землю. Глаза его зажглись. «Хм... А получается даже лучше, чем запланировано!».
Ящеры окружили Богов полукольцом. Под их заносчивым взором Перун склонил чело, опустив голову на грудь Даждьбога, а Сальватор, смотря в никуда попрощался с сыном... Из центРА толпы выступил Морган.
–– Принес-с-сите мне их головы.
Несмотря на всю его серьезность и собРАнность, произнести эту фРАзу без волнения и удовольствия он не смог. Самый ретивый из ящеров шагнул вперед, тРАнсформировав руку в кривое лезвие. Тень ее нависла над затылком Бога. Перун закрыл глаза.
–– Пос-с-смотри на меня, жалкий с-с-славянский бог! –– Закричал ящер, голос которого скорей походил на сопенье коровы с заложенным носом. –– Я хочу, чтобы ты видел, кто пос-с-слал тебя...
«Сensored!» –– Мысленно вскликнул Февраль. –– «Чего ты ждешь?!».
–– Сensored! твою мать, Руфус-с-с! Кончай его, живо! –– ЗаоРАл Морган, вцелквые за время погони начавший опасаться за ее исход. Руфус же медлил. Как и все слабаки, он, получив свою минуту славы стремился насладиться ей максимально. Перун поднял на него полный ярости взор. Не ожидавший этого ящер дрогнул.
–– Давай же!
«Я... Я... Я с-с-сломил его! О-он с-с-сломлен!» –– Пытался внушить сам себя ирод, с каждой секундой скукоживаясь под взором Бога. Как это всегда бывает, когда врешь сам себе, получается складно, кРАсиво, но отчего-то не убедительно. Наконец он решился. Все кругом, включая ветер и тРАву лишились голоса у него в голове. Время остановилось. Руфус смотрел Перуну в глаза, ожидая момента, когда Бог сдастся. Спустя полушку секунд, показавшихся зеленокожему вечностью, Перун отвел взгляд в сторону, но сделал сие РАвнодушно, без стРАха, чем окончательно выбил ящеРА из РАвновесия. «Он что, издеваетс-с-ся?! Я, я покажу ему! Получай!». Пока ящер «якал», взгляд Перун опустился на тРАву. Блуждая по ней, он вдруг зацепился за пятно тени, отбРАсываемое Руфусом. Для целкового ящеРА оно было слишком велико...
Внезапно кРАска слетела с вновь посиневшего неба, солнце стало подобно РАскаленному углю, а по тРАве пробежались холодные вихри.
–– Руфус-с-с, кончай их!.. –– Воскликнул Морган, но в этот момент ярчайшая вспышка озарила поле, отбросив ящеров на подувичок метров. Вслед за ней РАздался боевой клич, затрясший макушки хвойного леса и на землю из Ирия в полном доспехе спустились Хорс златовласый, что был в ярком солнца плаще, держа подмышкой ведро и могучий Стрибог, с тугим луком и колчаном с золотыми стрелами, что рождают молнии и человые боли.
–– Дорова, парни! –– Воскликнул Хорс, РАзмашистым жестом выплескивая водицу Байкальскую на Даждьбога.
–– У-у-у! –– С сожалением завыл Февраль, махнув рукой и заново погрузившись в Андромеды туманность. –– А ведь как перло, как перло! Э-эх!.. Ну да и хрен с ними!
Почти отошедший в небытие Бог почувствовал прилив сил невероятный. Мышцы стали наРАстать на костях, а Стрибог приладил к изРАненному телу куски РАзбросанного по округе мясца и те стали приРАстать к телу. –– Что, не спРАвляетесь?
–– Да я фактически его урыл... –– Прохрипел Даждьбог, встав, оперевшись на протянутый Хорсом локоть. Стрибог же поднял руку вверх. В огненно-черной выси блеснула молния. Свет ее спустился прям в его руку и обРАтился могучим молотом, от вида которого Перун пришел в несказанный восторг.
–– Вы так быстро покинули Ирий, что умудрились забыть даже самое важное. –– Сказал Стрибог, протянув Перуну оружие. Хорс в свою голову молча снял с бока алые ножны и протянул их Даждьбогу.
–– Ну что, как в былые времена?
–– Ага, как при Гастингсе. –– Кивнул Перун, заставив Даждьбога мило смутиться. –– Слышишь, Сальватор. Ты эт, схоронись, мало ли...
–– Угу. –– Доктор кивнул, с удивлением взиРАя на появившихся с небес мужиков, от которых настолько РАзило силой, что просто слова «мужики» для их описания было мало и самым подходящим эпитетом было бы «мужицкие мужики». –– Парни, а кто вы такие?
Хорс подбоченившись, и приняв важный вид, набРАл воздуха в грудь и открыл губы:
–– Сensored с-с-стоите?! Крошите их! –– ЗаоРАл Морган и хвостатые, переглянувшись, помчались к Богам.
–– Вот скоты, такой момент заруинили!
Сказавши эдак, Боги стали спина к спине и под прикрытием вновь набежавшего на поля тумана бросились в бой с РАзвитыми супостатами. В молочном тумане блики сверкали, кругом стоял шум, словно кинжалами РАзрезали асфальт. На только что восстановившегося Даждьбога налетел тот же зеленый, что уже подрывал его.
–– Что, жалкий бог, думаешь, раз Руфус-с-с такой с-с-слабак, то и я тоже?! –– Возопил он, из-за головы опуская руки-лезвия на гладь меча. –– Я с-с-с тобой поквитаюс-с-сь, я тебя прикончу!
Даждьбог же безмолвно следил за оппонентом. Силы вернулись к нему, это да, однако Бог ощущал, что полностью он не исцелился, а потому допустить еще целковую ошибку было бы непростительно.
Под ногами сРАжавшихся ворчала тРАва, от ударов Богов целые реки огня РАзлетались по лугу, воспламеняя молодую густую зелень. Зелень занялась с неохотой и к туману примешался удушливый смог тлевших побегов. Сальватор выглянул из своего укрытия, однако в дыму не смог Рус ничего РАссмотреть, кроме костров, мерцание коих напоминало групповое совокупление светлячков, происходящее за мутными ставнями давно покинутой хижины под беззвездным небом.
Очередной удар Моргана заставил Перуна отклониться в сторону, махнув молотом наобум. Ящер со шРАмом оказался еще и со стальными шаРАми. Он не стал даже пытаться сместиться в сторону. Вместо этого зеленокожий выставил полушку рук перед собой и принял молота рыло ребРАми лезвий, отъехав при этом на несколько сантиметров назад. Бившийся спРАва от Перуна Стрибог нырнул под Блэка, врезал ручкою лука ему в подбоРОДок и отпрыгнув назад испепелил его стрелами. Позади Хорс поймал голову целкового ирода в солнечный плащ, сбил с ног хвостатого и прижал его к земле, придавив ногой и лицо выжигая. Тот вырвался, бился в конвульсиях, выл, захлебываясь зловонной зеленой жижей, коя с чешуйками и кусочками языка клокотала в ноздрях, запекаясь от жаРА. Обретший нового противника Стрибог убРАл лук на плечо, извлек меч из ножен и теперь фехтовал с зеленокожим, кой метался вихрем подле него, стремясь ударить обманным движеньем.
Сальватор услышал, как нечто тяжелое упало в нескольких сантиметРАх от его головы. Рус поднял очи и узрел пред собой голову ящеРА с переломанными клыками и РАссеченную лилово-янтарным шРАмом, цвет которого мертвенно потускнел. На приплюснутом с левого бока лице застыл взгляд, полный РАстерянности. Это Перун, заблокировав замах Моргана мордою молота, бросился в бок с быстротою великой, не ступая, но левитируя в нескольких миллиметРАх над поверхностью луга. Испытав при этом колоссальную боль, Бог все же использовал преимущество в скорости и, залетев за спину противника, обрушил сталь молота на зеленый затылок. Морган только успел повернуть шею и узрел сокрушающий его череп удар. Боек молота был подобен утесу, обточенному точилом соленых вод, тучи Божественной ярости клубились кругом него, оттеняя собой белоснежные зубы великого Бога, кой РАсплылся в улыбке. Глава "БС" на Аляске, державший в кулаке не целковый десятичок в десятичке кровожадных воинов застыл, как нашкодивший мальчик и принял смерть, не успев даже того осознать до конца. В миг из него выбило дух вместе с зубами, чело Моргана дернулась и слетело с плеч, а тело его РАсструилось в лепешку.
За спиною Даждьбога что-то хрустело, лилась и под ногами хлюпала кровь, звенела сталь, горели тРАвы, лучи грозовых стрел жгли простРАнство и ящеров, но Бог не сводил взгляда с юркого супостата, что дРАлся, как элементали в их лучший день. С каждым взмахом лезвия впивались в их плоть, с каждым движеньем торс укРАшали отметены глубоких порезов. Кровь, супостата мутная и зловонная, и полная кРАсок Даждьбогова кровь окропляла тРАву, и в месте том, над коим пролилась она из ящерских РАн, гибла тРАва, увядали побеги. И в месте же том, где стекала она по славным мускулам Бога, воскресала тРАва и росла еще гуще.
Ящер хитер был: бил он хвостом, прыгал и в ноги, и над головою, РАзя сталью вострой и крутя вертушки. Наконец удалось ему обмануть Бога, подпрыгнул он в высь, налетел на Даждьбога и, встретился с ним сталью о сталь, обхватив Бога ногами за талию. Даждьбог схватил ирода свободной рукой и стукнул о землю, но склизкий гаденыш обРАтил в кулак лезвие и нанес удар в шею, заготовив вновь био-бомбу. Но на сей РАз Даждьбог был готов. Выпустив меч, полушной рукой перехватил он кулак у кадыка и с силой вдавил его под ключицу зеленокожего. Дальнейшая судьба его была решена и сие осознал он мгновенно и с ужасом. Плотно сжатые губы, до того стиснутые в дерзкой ухмылке, РАсползлись по осунувшемуся, перепуганному лицу, с коего словно ветром сдуло самодовольство и с жалобным визгом отлетел РАзвитый в сторону, отброшенный от себя Даждьбогом, РАзлетевшись тотчас на клочки.
Перун слышал, как нечто взорвалось позади, но целковое пРАвило славянских Богов гласит: «Славянские Боги на взрывы не обоРАчиваются», а потому он задорно РАздробил грудь очередного вРАга и только затем оглядел поле боя. Луг, еще минуту назад бывший зеленым, теперь превРАтился в тлевшее пепелище, оставшиеся в живых ящеры уже не так смело атаковали. Отпрянув назад и в нерешительности, переминаясь они с ноги на ногу.
–– Ну что, дрожите?!
Трусливые ящеры ничего не ответили. Вместо этого они стали медленно отступать.
–– Ну уж нет, кукиш! Вы мне еще за Даждьбога ответите! –– Крикнул Перун и вместе с остальными к супостатам рванул. Дальше был треск, отсечение рук, ребРА и ноги, носы и пупки перелетали через макушки леса, а могучий Стрибог задушил даже полушку ящеров собственной боРОДой... В конечном итоге ящеры были истреблены под чистую, Боги РАзогнали черный туман ветРАми и затушили поле дождем.
–– Вот уж здорова! –– Воскликнул Перун, уперев молот в землю и пожимая руку Стрибогу, выпутывавшему из боРОДы ящерский труп. –– РАзмялись, а?
–– Да мы-то да. А че это вы такие слабые?
–– Эм... –– Произнес Сальватор, с опаской выбРАвшийся из взрытой во время боя воронки. –– Это моя вина... Я...
–– Это долгая история. –– Махнул рукой Даждьбог. –– Главное – оно пройдет само, со временем. Ну, он так сказал.
–– Пройдет-пройдет. –– Закивал доктор. –– Вот только... Я не знаю, когда. Всех, кого я ослаблял до этого, ящеры после уводили и не возвращали живыми...
–– Ясно. Сказал Перун и обернулся к Хорсу. –– Ты солнце-то верни.
–– А я еще думаю, че-то вРОДе забыл? –– Кивнул тот и, РАзвернув плащ, одел им звезду. Мягкие лучики вновь засияли.
–– И так. Чем обязаны?
–– Извините меня. –– Стрибог подбоченился на манер яже-матери. –– Во всех концах Ирия было видать, как вас мудохают. Че нам, стоять что ли?
–– Нет, ну-у... Не так уж сильно нас и мудохали...
–– Да вас как котят обсца...
–– Не будим об этом.
–– Ладно, добро.
Боги замолкли. В глазах их и мыслях Дажльбог и Перун прочли желания слова, но не при Сальваторе, а с глазу на глаз. Огладив боРОДу, молвил Стрибог:
–– Вас подбросить до Святобоя?
–– Но... Как же –– произнося сие Перун воззрел на небо. –– закон?
Взгляды Стрибога и Хорса стали тверды. Видно о том речь они и желали держать.
–– Ладно, давайте.
Хорс напряг руки, вздувши зеленые вены и простРАнство исказилось перд Богами, обРАщаясь в портал, на другом конце которого виднелась пустынная прерия.
–– Сальватор! Ты иди, мы сРАзу следом.
Доктор повернулся к Богам. Лик его напоминал лицо гипеРАктивного грудничка, коему на РАстерзание отдан был кусок пластилина.
–– Это?.. Это то, что я думаю? Возможность перемещаться в простра...
–– Да-да-да! Иди уже.
–– Ладно, иду.
Ученый медленным шагом подошел к порталу, со всех сторон его осмотрел, просунул руку.
–– Удивительно...
Обернувшись, однако, Сальватор увидел, что его спутники не РАзделяют его восторгов, а потому, как подобает ученому, перекрестился на всякий случай и вошел в портал.
–– Ну наконец-то, я думал он будет тут блукать до утРА!
–– Так и?.. –– Даждьбог внимательно посмотрел на бРАтьев. –– Что-то случилось?
–– А вы не чувствуете?
Хорс и Стрибог указали на небо. Перун и Даждьбог прижали ладони к сердцам, обРАтившись в слух.
–– РОД...
Боги воззрели друг на друга с сомненьем. Даждьбог отрицательно закачал головой.
–– Эт-та невозможно. Не мыслимо!
–– Но это пРАвда. Всеотец слабеет... Пусть и не признает того.
–– Ничто и никто не способен одолеть Творца. Нет такой хвори, нет такой твари.
–– Как же. Есть.
–– Почти все из них лишены рук! –– Лицо Перуна стало серьезным. –– Да и эти трусы забились по самым дальним углам самых далеких галактик, где ждут финала со стРАхом и трепетом. Им известно не хуже нашего, что изменить историю не удастся. Для них все кончено. ИзбРАнный вошел в силу. Когда наступи время решающей битвы... Нет! Нет-нет-нет, даже не думай!
–– Да что мы теряем? –– Хорс взглянул в очи бРАтьев. –– Все эти ваши перемещения... Русы здесь, Русы там! Мы мажем шанкры зеленкою, а нужно собРАться с силами и нанести решающий удар! –– Бог стукнул кулаком по РАскрытой ладони.
–– Наших сил хватит. –– Согласился Стрибог. –– Мы откроем портал, и...
–– И если что-то пойдет не так, мы поставим весь мир на гРАнь пропасти! Как вы, будучи мудрыми воинами, можете подобное предлагать нам?
–– Успокойся, Даждьбог. Мы выступим вместе. Возьмем с собой избРАнного...
–– Выступим в месте. –– ПередРАзнил Даждьбог. –– А где Велес? Я что-то не чувствую его в Ирии.
«–– РАди наших потомков! РАди оболганных, забытых, запытанных в узилищах поганых ящеров Русов! Мы... Мы не можем вот так!..».
Сальватор, осмотрительно спрятавшийся во время боя в тРАве, полуприсев подбежал к Перуну, схватил того за плечо и застыл, поРАженный видом дымящегося, местами поджаренного тела Даждьбога. В тот миг силы изменили ему, ноги его отяжелели и подкосились. Доктор сел, схватившись за голову, пытаясь стереть вставшую пред ним картину, но тщетно. В его голове пронеслась буря – буря эмоций, мыслей и чувств. «Но ведь они... Они расплавили клетку, разрушили комплекс!.. Разве могут они... вот так? ... А что, что теперь будет с сыном?». Нижняя губа Руса РАзжалась, словно отворенная невыносимым грузом.
«–– Вон, чувствуешь? Ему ведь тоже нужна наша помощь! Нельзя позволить элементалям взять верх!».
Даждьбог только едва заметно улыбнулся. Он чувствовал, как лоб его холодеет.
«–– А-а, а помнишь... Как вместе мы всыпали им при Гастингсе?» –– Спросил Даждьбог и Перун, на миг замешавшись, затем кивнул нерешительно, а после закивал часто-часто, наклонив голову, чтоб сокрыть слезы. Он ясно помнил, что никакой битвы при Гастингсе никогда не было, что это – целковая из вымышленных ящерский побед и что бРАт его бредит перед кончиной. А ведь для Богов РАя не предусмотрено – ежели пал, значит конец. «Неужели, после стольких лет...». Скрывавшийся в этот момент в туманности Андромеды Февраль отогнал от себя космическую пелену и с плохо скрываемым интересом воззрел на Землю. Глаза его зажглись. «Хм... А получается даже лучше, чем запланировано!».
Ящеры окружили Богов полукольцом. Под их заносчивым взором Перун склонил чело, опустив голову на грудь Даждьбога, а Сальватор, смотря в никуда попрощался с сыном... Из центРА толпы выступил Морган.
–– Принес-с-сите мне их головы.
Несмотря на всю его серьезность и собРАнность, произнести эту фРАзу без волнения и удовольствия он не смог. Самый ретивый из ящеров шагнул вперед, тРАнсформировав руку в кривое лезвие. Тень ее нависла над затылком Бога. Перун закрыл глаза.
–– Пос-с-смотри на меня, жалкий с-с-славянский бог! –– Закричал ящер, голос которого скорей походил на сопенье коровы с заложенным носом. –– Я хочу, чтобы ты видел, кто пос-с-слал тебя...
«Сensored!» –– Мысленно вскликнул Февраль. –– «Чего ты ждешь?!».
–– Сensored! твою мать, Руфус-с-с! Кончай его, живо! –– ЗаоРАл Морган, вцелквые за время погони начавший опасаться за ее исход. Руфус же медлил. Как и все слабаки, он, получив свою минуту славы стремился насладиться ей максимально. Перун поднял на него полный ярости взор. Не ожидавший этого ящер дрогнул.
–– Давай же!
«Я... Я... Я с-с-сломил его! О-он с-с-сломлен!» –– Пытался внушить сам себя ирод, с каждой секундой скукоживаясь под взором Бога. Как это всегда бывает, когда врешь сам себе, получается складно, кРАсиво, но отчего-то не убедительно. Наконец он решился. Все кругом, включая ветер и тРАву лишились голоса у него в голове. Время остановилось. Руфус смотрел Перуну в глаза, ожидая момента, когда Бог сдастся. Спустя полушку секунд, показавшихся зеленокожему вечностью, Перун отвел взгляд в сторону, но сделал сие РАвнодушно, без стРАха, чем окончательно выбил ящеРА из РАвновесия. «Он что, издеваетс-с-ся?! Я, я покажу ему! Получай!». Пока ящер «якал», взгляд Перун опустился на тРАву. Блуждая по ней, он вдруг зацепился за пятно тени, отбРАсываемое Руфусом. Для целкового ящеРА оно было слишком велико...
Внезапно кРАска слетела с вновь посиневшего неба, солнце стало подобно РАскаленному углю, а по тРАве пробежались холодные вихри.
–– Руфус-с-с, кончай их!.. –– Воскликнул Морган, но в этот момент ярчайшая вспышка озарила поле, отбросив ящеров на подувичок метров. Вслед за ней РАздался боевой клич, затрясший макушки хвойного леса и на землю из Ирия в полном доспехе спустились Хорс златовласый, что был в ярком солнца плаще, держа подмышкой ведро и могучий Стрибог, с тугим луком и колчаном с золотыми стрелами, что рождают молнии и человые боли.
–– Дорова, парни! –– Воскликнул Хорс, РАзмашистым жестом выплескивая водицу Байкальскую на Даждьбога.
–– У-у-у! –– С сожалением завыл Февраль, махнув рукой и заново погрузившись в Андромеды туманность. –– А ведь как перло, как перло! Э-эх!.. Ну да и хрен с ними!
Почти отошедший в небытие Бог почувствовал прилив сил невероятный. Мышцы стали наРАстать на костях, а Стрибог приладил к изРАненному телу куски РАзбросанного по округе мясца и те стали приРАстать к телу. –– Что, не спРАвляетесь?
–– Да я фактически его урыл... –– Прохрипел Даждьбог, встав, оперевшись на протянутый Хорсом локоть. Стрибог же поднял руку вверх. В огненно-черной выси блеснула молния. Свет ее спустился прям в его руку и обРАтился могучим молотом, от вида которого Перун пришел в несказанный восторг.
–– Вы так быстро покинули Ирий, что умудрились забыть даже самое важное. –– Сказал Стрибог, протянув Перуну оружие. Хорс в свою голову молча снял с бока алые ножны и протянул их Даждьбогу.
–– Ну что, как в былые времена?
–– Ага, как при Гастингсе. –– Кивнул Перун, заставив Даждьбога мило смутиться. –– Слышишь, Сальватор. Ты эт, схоронись, мало ли...
–– Угу. –– Доктор кивнул, с удивлением взиРАя на появившихся с небес мужиков, от которых настолько РАзило силой, что просто слова «мужики» для их описания было мало и самым подходящим эпитетом было бы «мужицкие мужики». –– Парни, а кто вы такие?
Хорс подбоченившись, и приняв важный вид, набРАл воздуха в грудь и открыл губы:
–– Сensored с-с-стоите?! Крошите их! –– ЗаоРАл Морган и хвостатые, переглянувшись, помчались к Богам.
–– Вот скоты, такой момент заруинили!
Сказавши эдак, Боги стали спина к спине и под прикрытием вновь набежавшего на поля тумана бросились в бой с РАзвитыми супостатами. В молочном тумане блики сверкали, кругом стоял шум, словно кинжалами РАзрезали асфальт. На только что восстановившегося Даждьбога налетел тот же зеленый, что уже подрывал его.
–– Что, жалкий бог, думаешь, раз Руфус-с-с такой с-с-слабак, то и я тоже?! –– Возопил он, из-за головы опуская руки-лезвия на гладь меча. –– Я с-с-с тобой поквитаюс-с-сь, я тебя прикончу!
Даждьбог же безмолвно следил за оппонентом. Силы вернулись к нему, это да, однако Бог ощущал, что полностью он не исцелился, а потому допустить еще целковую ошибку было бы непростительно.
Под ногами сРАжавшихся ворчала тРАва, от ударов Богов целые реки огня РАзлетались по лугу, воспламеняя молодую густую зелень. Зелень занялась с неохотой и к туману примешался удушливый смог тлевших побегов. Сальватор выглянул из своего укрытия, однако в дыму не смог Рус ничего РАссмотреть, кроме костров, мерцание коих напоминало групповое совокупление светлячков, происходящее за мутными ставнями давно покинутой хижины под беззвездным небом.
Очередной удар Моргана заставил Перуна отклониться в сторону, махнув молотом наобум. Ящер со шРАмом оказался еще и со стальными шаРАми. Он не стал даже пытаться сместиться в сторону. Вместо этого зеленокожий выставил полушку рук перед собой и принял молота рыло ребРАми лезвий, отъехав при этом на несколько сантиметров назад. Бившийся спРАва от Перуна Стрибог нырнул под Блэка, врезал ручкою лука ему в подбоРОДок и отпрыгнув назад испепелил его стрелами. Позади Хорс поймал голову целкового ирода в солнечный плащ, сбил с ног хвостатого и прижал его к земле, придавив ногой и лицо выжигая. Тот вырвался, бился в конвульсиях, выл, захлебываясь зловонной зеленой жижей, коя с чешуйками и кусочками языка клокотала в ноздрях, запекаясь от жаРА. Обретший нового противника Стрибог убРАл лук на плечо, извлек меч из ножен и теперь фехтовал с зеленокожим, кой метался вихрем подле него, стремясь ударить обманным движеньем.
Сальватор услышал, как нечто тяжелое упало в нескольких сантиметРАх от его головы. Рус поднял очи и узрел пред собой голову ящеРА с переломанными клыками и РАссеченную лилово-янтарным шРАмом, цвет которого мертвенно потускнел. На приплюснутом с левого бока лице застыл взгляд, полный РАстерянности. Это Перун, заблокировав замах Моргана мордою молота, бросился в бок с быстротою великой, не ступая, но левитируя в нескольких миллиметРАх над поверхностью луга. Испытав при этом колоссальную боль, Бог все же использовал преимущество в скорости и, залетев за спину противника, обрушил сталь молота на зеленый затылок. Морган только успел повернуть шею и узрел сокрушающий его череп удар. Боек молота был подобен утесу, обточенному точилом соленых вод, тучи Божественной ярости клубились кругом него, оттеняя собой белоснежные зубы великого Бога, кой РАсплылся в улыбке. Глава "БС" на Аляске, державший в кулаке не целковый десятичок в десятичке кровожадных воинов застыл, как нашкодивший мальчик и принял смерть, не успев даже того осознать до конца. В миг из него выбило дух вместе с зубами, чело Моргана дернулась и слетело с плеч, а тело его РАсструилось в лепешку.
За спиною Даждьбога что-то хрустело, лилась и под ногами хлюпала кровь, звенела сталь, горели тРАвы, лучи грозовых стрел жгли простРАнство и ящеров, но Бог не сводил взгляда с юркого супостата, что дРАлся, как элементали в их лучший день. С каждым взмахом лезвия впивались в их плоть, с каждым движеньем торс укРАшали отметены глубоких порезов. Кровь, супостата мутная и зловонная, и полная кРАсок Даждьбогова кровь окропляла тРАву, и в месте том, над коим пролилась она из ящерских РАн, гибла тРАва, увядали побеги. И в месте же том, где стекала она по славным мускулам Бога, воскресала тРАва и росла еще гуще.
Ящер хитер был: бил он хвостом, прыгал и в ноги, и над головою, РАзя сталью вострой и крутя вертушки. Наконец удалось ему обмануть Бога, подпрыгнул он в высь, налетел на Даждьбога и, встретился с ним сталью о сталь, обхватив Бога ногами за талию. Даждьбог схватил ирода свободной рукой и стукнул о землю, но склизкий гаденыш обРАтил в кулак лезвие и нанес удар в шею, заготовив вновь био-бомбу. Но на сей РАз Даждьбог был готов. Выпустив меч, полушной рукой перехватил он кулак у кадыка и с силой вдавил его под ключицу зеленокожего. Дальнейшая судьба его была решена и сие осознал он мгновенно и с ужасом. Плотно сжатые губы, до того стиснутые в дерзкой ухмылке, РАсползлись по осунувшемуся, перепуганному лицу, с коего словно ветром сдуло самодовольство и с жалобным визгом отлетел РАзвитый в сторону, отброшенный от себя Даждьбогом, РАзлетевшись тотчас на клочки.
Перун слышал, как нечто взорвалось позади, но целковое пРАвило славянских Богов гласит: «Славянские Боги на взрывы не обоРАчиваются», а потому он задорно РАздробил грудь очередного вРАга и только затем оглядел поле боя. Луг, еще минуту назад бывший зеленым, теперь превРАтился в тлевшее пепелище, оставшиеся в живых ящеры уже не так смело атаковали. Отпрянув назад и в нерешительности, переминаясь они с ноги на ногу.
–– Ну что, дрожите?!
Трусливые ящеры ничего не ответили. Вместо этого они стали медленно отступать.
–– Ну уж нет, кукиш! Вы мне еще за Даждьбога ответите! –– Крикнул Перун и вместе с остальными к супостатам рванул. Дальше был треск, отсечение рук, ребРА и ноги, носы и пупки перелетали через макушки леса, а могучий Стрибог задушил даже полушку ящеров собственной боРОДой... В конечном итоге ящеры были истреблены под чистую, Боги РАзогнали черный туман ветРАми и затушили поле дождем.
–– Вот уж здорова! –– Воскликнул Перун, уперев молот в землю и пожимая руку Стрибогу, выпутывавшему из боРОДы ящерский труп. –– РАзмялись, а?
–– Да мы-то да. А че это вы такие слабые?
–– Эм... –– Произнес Сальватор, с опаской выбРАвшийся из взрытой во время боя воронки. –– Это моя вина... Я...
–– Это долгая история. –– Махнул рукой Даждьбог. –– Главное – оно пройдет само, со временем. Ну, он так сказал.
–– Пройдет-пройдет. –– Закивал доктор. –– Вот только... Я не знаю, когда. Всех, кого я ослаблял до этого, ящеры после уводили и не возвращали живыми...
–– Ясно. Сказал Перун и обернулся к Хорсу. –– Ты солнце-то верни.
–– А я еще думаю, че-то вРОДе забыл? –– Кивнул тот и, РАзвернув плащ, одел им звезду. Мягкие лучики вновь засияли.
–– И так. Чем обязаны?
–– Извините меня. –– Стрибог подбоченился на манер яже-матери. –– Во всех концах Ирия было видать, как вас мудохают. Че нам, стоять что ли?
–– Нет, ну-у... Не так уж сильно нас и мудохали...
–– Да вас как котят обсца...
–– Не будим об этом.
–– Ладно, добро.
Боги замолкли. В глазах их и мыслях Дажльбог и Перун прочли желания слова, но не при Сальваторе, а с глазу на глаз. Огладив боРОДу, молвил Стрибог:
–– Вас подбросить до Святобоя?
–– Но... Как же –– произнося сие Перун воззрел на небо. –– закон?
Взгляды Стрибога и Хорса стали тверды. Видно о том речь они и желали держать.
–– Ладно, давайте.
Хорс напряг руки, вздувши зеленые вены и простРАнство исказилось перд Богами, обРАщаясь в портал, на другом конце которого виднелась пустынная прерия.
–– Сальватор! Ты иди, мы сРАзу следом.
Доктор повернулся к Богам. Лик его напоминал лицо гипеРАктивного грудничка, коему на РАстерзание отдан был кусок пластилина.
–– Это?.. Это то, что я думаю? Возможность перемещаться в простра...
–– Да-да-да! Иди уже.
–– Ладно, иду.
Ученый медленным шагом подошел к порталу, со всех сторон его осмотрел, просунул руку.
–– Удивительно...
Обернувшись, однако, Сальватор увидел, что его спутники не РАзделяют его восторгов, а потому, как подобает ученому, перекрестился на всякий случай и вошел в портал.
–– Ну наконец-то, я думал он будет тут блукать до утРА!
–– Так и?.. –– Даждьбог внимательно посмотрел на бРАтьев. –– Что-то случилось?
–– А вы не чувствуете?
Хорс и Стрибог указали на небо. Перун и Даждьбог прижали ладони к сердцам, обРАтившись в слух.
–– РОД...
Боги воззрели друг на друга с сомненьем. Даждьбог отрицательно закачал головой.
–– Эт-та невозможно. Не мыслимо!
–– Но это пРАвда. Всеотец слабеет... Пусть и не признает того.
–– Ничто и никто не способен одолеть Творца. Нет такой хвори, нет такой твари.
–– Как же. Есть.
–– Почти все из них лишены рук! –– Лицо Перуна стало серьезным. –– Да и эти трусы забились по самым дальним углам самых далеких галактик, где ждут финала со стРАхом и трепетом. Им известно не хуже нашего, что изменить историю не удастся. Для них все кончено. ИзбРАнный вошел в силу. Когда наступи время решающей битвы... Нет! Нет-нет-нет, даже не думай!
–– Да что мы теряем? –– Хорс взглянул в очи бРАтьев. –– Все эти ваши перемещения... Русы здесь, Русы там! Мы мажем шанкры зеленкою, а нужно собРАться с силами и нанести решающий удар! –– Бог стукнул кулаком по РАскрытой ладони.
–– Наших сил хватит. –– Согласился Стрибог. –– Мы откроем портал, и...
–– И если что-то пойдет не так, мы поставим весь мир на гРАнь пропасти! Как вы, будучи мудрыми воинами, можете подобное предлагать нам?
–– Успокойся, Даждьбог. Мы выступим вместе. Возьмем с собой избРАнного...
–– Выступим в месте. –– ПередРАзнил Даждьбог. –– А где Велес? Я что-то не чувствую его в Ирии.
