«Как быстро время летит» –– С умилением подумал Мухтар, переводя взгляд с РОДни на горизонт. Горизонт все также был пуст, но словно полуша (вторя) мысли о скорости, облака быстро заструились по небу. Со стороны Трои донесся целквый, еще слышимый слабо отзвук начавшегося боя. То была сталь, битая о другую. «Почало-о-ось» –– Смекнул Мухтар и нахмурил брови. Его хвостатая четвертушка (троица) ненадолго притихла.
–– Гав, гав?
–– Гав. –– Мухтар отрицательно помахал головой. –– Гав.
–– Гав.
–– Гав.
На том и порешили. «А Геков-то дед не дурнее нас будет» –– Подумал Чук, чутко вслушивавшийся в непривычные звуки начавшегося усиливаться сРАженья. –– «Как он все гРАмотно говорит». Несмотря на каждодневные курсы боевой подготовки, на коих куРАторы стремились воссоздать атмосферу реального боя (в том числе и звук), в живую он, пусть и в отдалении, звучал иначе. Чук глянул на Гека. КамРАд немного ссутулился, припал к земле, с подозрением вдыхая воздух. «Ей Перуну, что-то грядет» –– Думал он.
Битва тем временем перешла в РАскаленную фазу. Отовсюду доносилось шипенье умиРАющих ящеров, удары хвостов, скрежет костей о кинжалы. Вот в небе схлестнулся с Перуном Февраль, меча? во все стороны молний зевесы и содрогая пески. Где-то шкварчала паленая плоть, а после к небу поднялись пиРАмиды, воздух рыгал звуком бури магнитной, что начала РАзРАстаться, заставив песиков уткнуться носами в окопы. Каменья гРАдские, песок, мечи и магниты кружили над мохнатыми головами, опорник их неглубокий, уходивший в песок на полушку четвертушки (две трети) собачьего роста натужно гудел, комочки невесть откуда взявшейся земли скользили меж пальцев, деревянные перекрытия скрипели над головами, как скрипят деревья, сдиРАемые с петель.
–– Гав-гав-гав? –– В стРАхе спросила Лена.
–– Гав. –– Успокоил ее Мухтар, хоть ему и самому тяжело было сохРАнять ясную голову. Но вот вой ветРА стих, ящеры были отброшены, дружина Русов смяла вРАгов и сеча, казалось, закончилась. «Во дела» –– Промелькнуло в голове у МухтаРА. –– «Даже мы не понадобились, обошлось, слава РОДу». Но он ошибся. Испуганный крик Лены резанул по ушам.
–– Гав!
«Не может быть, еще ящеры?!». Мухтар стрелой подскочил к тому месту, где лежала Ленка и, напрягая старческий взор, всмотрелся в горизонт...
В черно-белом мировосприятии МухтаРА нельзя было видеть ящеРА так, как видят люди его, но он не столько зрел, сколько чувствовал кожей, как только пес может чувствовать ящеРА. Эта черная ненависть к блестящим серыми переливами на белом солнце чешуйкам, наполнившая сами клоки шерсти его, поистине описанию подвержена слабо и судя по всем признакам, это были они – ящеры!
Его глаза налились злостью, шерсть электризовалась сама собой, заряд ее возРАстал пропорционально движению на горизонте. В шагах чешуйчатых не было гРАции, в бегающих хищных глазах, жиром блестевших на солнце, не было места верности, чести. Их были тысячи тысяч, огромное воинство. То были основные силы Персидского князя ящеров Дария, они, наконец, дошли из Азиатских степей. Заставляя песок танцевать польку, а землю стонать ступали они в напРАвлении Трои. Времени было мало, Русов должно было предупредить. Переглянувшись с ребятками, Мухтар заскулил и их глотки ему полушили:
–– Гав-гав!
То был условный сигнал, с дружиною оговоренный.
Едва жаркий ветер донес до уха Святобоя отчаянное «гав-гав», как сомнения в том, удастся ли им в ближайшее отдохнуть были РАзвеяны.
–– Мухтаров пост! –– Воскликнул Мускулслав.
Изнуренные Русы переглянулись с Богами. Усталость, навалившаяся свинцовым грузом, была отогнана глотками Байкальской воды, запас которой окончательно исчерпался. До боли щуря веки, Русы бегом устремились к собачьему посту.
–– Перун, что нам делать, есть ли план у тебя?!
–– Спокуха, Святобой! План есть у меня! –– Крикнул ему на бегу Саня.
–– ПРАвда? Что же, тогда не подкачай!
–– Саня! –– Рус протянул избРАнному руку.
–– Святобой!
Пожавши руки и перекрикиваясь, выскочили они на песчаный холм, с вершины которого до позиции псов оставался десятичек десятичковых шагов. Но ?????? и ????? настигли мохнатых намного РАньше. Злобный и исхудалый (оттого и злобный), покрытый пирсингом ящер, с кривою харей, порезами на руках и гнилыми зубами, перемотанный у гениталий тряпьем где-то сворованным, ворвался на собачьи позиции, намереваясь сотворить смерть. Русы видели это и прибавили шаг, как только могли. К собакам мчались и Боги, у всех в висках стучало: «Успеть, должно успеть!», но... Они опоздали.
Давясь слюной, цаРАпая свое же брюхо когтями, зеленокожий ублюдок ногой выбил дверь опорного пункта и запустил внутрь когти. Смертоносная сталь свистонула над ухом, псы отпрянули вглубь, но Лена замешкалась и осталась нос к носу с ящером хилым. Отпрыгнувший было Мухтар видел, что Русы не успевают прийти на помощь и тогда решил он задержать ящеРА. Оскалив зубы, пес ринулся на него, но старческий ревматизм и давние РАны дали о себе знать так не вовремя. Ящер отпнул его, смеясь зубоскально.
–– Жалкие пс-с-сы таких же жалких рус-с-сов! –– Не прошипел, а буквально просвистел он, уподо?бясь змее, намереваясь целковым добить старого песика и приняться за его внучку, но противник нашелся и по сильнее. ХРАбрый Гек истошно лая от стРАха (не за себя, но за деда), прыгнул на ящеРА и мертвой хваткой вонзил зубы в зеленую руку. Чешуйчатый взревел, начав бить хвостом, его глаза налились бешенством. Не помня себя от ярости, хилый схватил Гека за задние лапы и на себя потянул, отрывав пса от руки вместе с плотью. Со всего маха ударил он головой о колено курсанта, после чего добил кинжалом антихристским. БлагоРОДная кровь хлынула на песок, заставив видавших нецелковокРАтно смерть Русов остановиться как вкопанных, дедуля Мухтар закрыл глаза лапами и заскулил утробно и горестно, из груди его вместе с рыданиями вырвалось лишь обреченное:
–– Тявк! (Гекто-о-ор!)
Из уст же всех Русов вырвалось:
–– Ах!
И вслед этому крику взбешенный, обуянный яростью Святобой вскричал, не успев толком докончить удрученного вздоха:
–– Ах ты... Хилый ящеры! Я убью тебя, порву на части руками, да будет Великий РОД в том мне свидетелем!
И проревев нечто нечеловеческое, Святобой отбросил в сторону ножны с Черкесом, метнувшись к Хилому. Ящер попытался РАзить кинжалом, короткая сталь прошла возле шеи Руса, порезав РОДинку, но Святобой неумолимо юркнул к его ноге, повалив ирода наземь, ударив по пятке, и стал остервенело избивать противника по голове. НапРАсно ящер пытался вырваться, напРАсно бил он хвостом, напРАсно звал, трепеща сердцем тщедушным, своих собРАтьев. Все было тщетно, Святобой за секунды превРАтил его голову в фарш, отрывая брови, выдиРАя зубы и толча их в глаза. Закончил терзать он зеленое тело, РАзорвав щеки. После отпрял Рус в сторону и склонился над телом убиенного Гека. Так он отомщен был –– Гектор, сын Приама и внук МухтаРА, защищавший Елену и павший в бою от когтей кривого ящеРА Хилого, с подачи зеленокожих историков прозванного в дальнейшем Ахиллом, якобы бывшим великим воином. Так было в тот день, у пиРАмид, что под Троей, близ поста собачьего, и славянским наРОДам известна и памятна история сего отмщения.
К Святобою подошел Александр. ИзбРАнный поднял к нему глаза и сказал упавшим голосом:
–– Что ж, действуй, Саня. Не подкачай.
–– Да поможет нам РОД. –– Отвечал тот, РАзведя руки в стороны. Тут ахнули ящеры, в бессильном гневе зубьями заскрежетав. Позади АлександРА выросло дедов великое войско, конями перенесенное из Гипербореи как РАз вовремя и готовое к битве. Сами же кони, лишившись крыльев из-за жаРА пустынного, спрятались за спины Русов, ожидая команды от АлександРА. ВетеРАнов же было намного меньше чем ящеров, но число это было отнюдь не решающим, ибо у них за плечами был Армагеддон. Зароптали ящеры, роптал и князь ящерский Дарий. Но ропот этот перебит был восклицанием Сани:
–– Славные Русы, слушай меня! Я, Александр, сын Филиппа и Олимпиады, носящий гордо свою фамилию, рожденный после великой войны и до последних дней битвы почти не знавший. Я, прошедший путем от кРАя земли, я, бивший в ЕвРАзии ящеров, я, принесший благословление Мары, взываю к вам и прошу РОДа великого воззреть на нас! Эти зеленокожие – плоть от плоти побитых вами ящеров в Армагеддон. Они затаились, взросли, обрюзгли и обнаглели. Ворьем и насилием прослыли они по все Азии. Персидские земли привели они в РАзрушение и РАзорение, РАзгРАбили Русские хаты, сожгли тамошние капища... И вот теперь они приперлись сюда, под стены Трои, в процветающий гоРОД! И что они сделали? Они свели с ума ГеростРАта, убили ГектоРА, вынудили бежать в стРАхе кРАсавиц и молочных крох! Теперь же они стоят перед нами. Имя им – беды, судьба их – лютая смерть. Так не ужели не найдется в вас духа РАзмозжить их поганые головы?!
ЧетвертушнокРАтным «Р-р-РА!» отвечали славяне и гул крика их заставил дрожать зеленые спины. Видя мощь Русов, ящеры были в шаге от бегства, но тут тьмою лютой покрылось простРАнство и близ ушного отверстия Дария возник лик Февраля с перебитою рожей. Огонь и искры безумными струями бежали от пальцев его до локтей, великой яростью наполнил он сердца и руки ящеров, прошептав тихо:
–– Идите, порвите их!
После чего сам ринулся в бой, налетев на Даждьбога и унеся его вверх. Блеснуло оружие в голубой выси, и чернота сердца элементаля наружу вырвалась, очернив небо. Еще полушка элементалей настигла Перуна, стремясь уничтожить. Тогда слово взял Святобой:
–– О, славный Хорс! Ты и так помог нам сегодня, выгнав солнце РАньше должного часа. Будь же так добр, помоги и теперь, сойди к нам и бейся спина к спине со своими бРАтьями и твоими друзьями Русами!
Услышав это, Бог солнца пришел Русам на помочь. В целковочасье стянул он пышущий жаром плащ свой с земного светила, обнажив его каштаново-алую суть и, накинув его на шею, спустился с небес в ярком сиянии, подобный комете. Голое солнце же накрыл Бог мешочком черным из-под бульбы небесной, сделав тем самым затмение солнечное. Как только он опустился на землю, так сРАзу же налетел на осьмушного элементаля. Штормовой ветер задул резко всюду, уподобляясь ему утробно взвыл Святобой. Он поднял из песка Черкеса и хотел было уже вести Русов в бой, когда Александр схватил его за руку:
–– Нет, Святобой, ты нужен мне в ином месте. Там, где столкнуться огромные силы, там, где нужно будет хРАброе сердце.
Святобой кивнул, соглашаясь. Он вспомнил, что у Сани как-никак был какой-то план.
–– Иди вслед за конями, что остались вены нам. Вон, видишь, они уже оседланы. Делай, что скажут.
–– Заметано, бРАТ!
Святобой побежал на левый фланг. Даниэль, Нэтфликс и другие герои Армагеддона уж были в седлах. Среди коней же притаились также обычные Русы, коим не на кого было сесть. Таких было множество, но из-за черноты, ветРА и конских спин они оставались незримы. Святобой улыбнулся, подошел к ним и многим руки пожал.
–– Что делаем, парни, или называть вас лучше деды?
–– От ты хоть и избРАнный на свою голову, а все же как кончим, я тя уделаю. Дедов нашел, честное слово! –– Улыбнувшись сказал Даниэль. –– Короче, у Сани есть план...
–– Это я знаю. А поконкретней?
–– А поконкретней – следуй за нами. Когда придет время – бросайся на ваРАнов. Руби их как никогда не рубил.
–– Что ж. Понял, сделаем... Вы как-сами-то?
–– Не жалуемся.
–– Говори за себя. У меня временами спинка стреляет.
–– Ой, все!..
Впереди же Русы столкнулись с ящеРАми. Литры крови долетали даже до сюда.
–– Экось, гляди, Саня как режет! –– Сказал Нэтфликс, утиРАя с челки зеленую кровь.
–– Да-а-а, мастер.
–– Эй, Мускулслав!
–– Ась?
–– Делай как Святобой.
–– Понял.
–– И другим скажи то же.
–– Понял!
–– Ну, двинули.
Лавина коней двинулась вперед по шуйному флангу. Десный же фланг Русов уже покрывал себя славой великой, бессмертною славой. Находившийся на возвышении Дарий как РАз думал натРАвить на них ваРАньих погонщиков, когда увидел, что конница Русов совершает обходной маневр слева.
–– Что это, рус-с-сы думают провес-с-сти меня? Меня?! Не бывать этому! Когтегрыз-с-с! Дуй на правый фланг, прикажи варанам выдвигатьс-с-ся в параллель рус-с-сам!
–– Будет ис-с-сполнено, княже.
И жалкий прихвостень заскользил по песку, оставив Персидского князя целковый на целковый со своими думами. «Им не одолеть меня, с-с-со мной с-с-с-сам Февраль! Он с-с-столь могуч, что и с-с-сам род не с-с-смог бы ему противитьс-с-ся! Он с-с-сам так с-с-сказал!» –– Высокомерно РАзмышлял хвостатый, следя с упоением на бой элементаля с могучим Даждьбогом, отРАжавшимся в небе снопами искр, что РАскатывались тут и там, розовым цветом подсвечивая облака.
–– Зашевелились, проклятые ироды! –– Даниэль не без удовольствия отметил брожение в стане вРАгов. По рядам ваРАнов прошла волна движения, их погонщики отдавали команды к выдвижению, стуча по бокам тварей хвостами, заместо плеток. Весь пРАвый фланг ящеров пришел в движение. Целковый за целковым стекались туда осьмушкопалые орды, начиная движение, в паРАллель Русам. Вдали вздымались пыли клубы, в полумРАке затменном, для битвы отменном, покуда сеча жестокая лютовала на другом фланге. Вместе с Саньком бился там Мигуэль и была эта битва кровавой:
Огромные ящеры, толпою столь плотной, что многие даже дыхание теряли на миг, надвигались на Русов с безумною скоростью. То были известные ящеры-берсеркеры. Целковый такой ворвался прям в гущу Русской шеренги, ударом когтей опрокинув престарелого и почти ослепшего деда. Возгордившись столь "славной победой", решил этот ящер напасть на Мигуэля. Смертоносное лезвие топоРА вонзил он в предплечье – Рус не успел среагировать, так как берсеркер обладал феноменальной для ящеРА скоростью, сРАзу видно – он не курил и не пил. Фонтан алой крови возбурлил сквозь кольца кольчужные, жар утекающей жизни окропил чело. В очах окаянного блеснули звездочки торжества, он полагал, что сможет добить Мигуэля. Но хРАбрый Рус был делан не пальцем. Резким движением РАненной руки он схватил ирода за клокотавшее горло и поднял его над головою.
Зеленокожий стал задыхаться, глотая слезы. Другой рукой Мигуэль вырвал топор и вонзил вРАгу в грудь. Желтые ребРА треснули, зеленая слизь потекла по руке, глаза берсерка потухли и в этот миг над головами дерущихся масс сверкая плащом пронесся Бог Хорс, испепелив часть ящеров огненным вихрем, смешав их плоть и доспехи в подобие бурлящего битума. Тем не менее, пыл вРАжеских сил не охладил сей удар, и с ужасающим смехом, кой при желании можно услышать только на последних секундах трека «СУТЕНЕРИТЬ» Big Русского Bo$$а (начиная с 2 минуты 14 секунды), они на Русов вновь бросились, РАзмахивая мечами как оголтелые.
Покуда бо?льшая часть славян сдерживала натиск ящерских выродков на пРАвом фланге, левый фланг сРАженья пРОДолжал РАстягивался – кони были уже так далеко, что прямого сообщения меж ними и основными силами не было видно. Чем больше взиРАл на сие Дарий, тем дольше полагал он: «Да они прос-с-сто с-с-струс-с-сили и бегут с-с-с поля боя!». Не видел он того, что видел Святобой, кРАвшийся подле коней с другими Русами. Наконец, кони остановились. ВаРАны синхронизировались напротив них. Их наездники желчные с шершавыми щеками и кривыми мечами, хвостами подбивали их по бокам, заставляя неистовствовать.
–– Гав, гав?
–– Гав. –– Мухтар отрицательно помахал головой. –– Гав.
–– Гав.
–– Гав.
На том и порешили. «А Геков-то дед не дурнее нас будет» –– Подумал Чук, чутко вслушивавшийся в непривычные звуки начавшегося усиливаться сРАженья. –– «Как он все гРАмотно говорит». Несмотря на каждодневные курсы боевой подготовки, на коих куРАторы стремились воссоздать атмосферу реального боя (в том числе и звук), в живую он, пусть и в отдалении, звучал иначе. Чук глянул на Гека. КамРАд немного ссутулился, припал к земле, с подозрением вдыхая воздух. «Ей Перуну, что-то грядет» –– Думал он.
Битва тем временем перешла в РАскаленную фазу. Отовсюду доносилось шипенье умиРАющих ящеров, удары хвостов, скрежет костей о кинжалы. Вот в небе схлестнулся с Перуном Февраль, меча? во все стороны молний зевесы и содрогая пески. Где-то шкварчала паленая плоть, а после к небу поднялись пиРАмиды, воздух рыгал звуком бури магнитной, что начала РАзРАстаться, заставив песиков уткнуться носами в окопы. Каменья гРАдские, песок, мечи и магниты кружили над мохнатыми головами, опорник их неглубокий, уходивший в песок на полушку четвертушки (две трети) собачьего роста натужно гудел, комочки невесть откуда взявшейся земли скользили меж пальцев, деревянные перекрытия скрипели над головами, как скрипят деревья, сдиРАемые с петель.
–– Гав-гав-гав? –– В стРАхе спросила Лена.
–– Гав. –– Успокоил ее Мухтар, хоть ему и самому тяжело было сохРАнять ясную голову. Но вот вой ветРА стих, ящеры были отброшены, дружина Русов смяла вРАгов и сеча, казалось, закончилась. «Во дела» –– Промелькнуло в голове у МухтаРА. –– «Даже мы не понадобились, обошлось, слава РОДу». Но он ошибся. Испуганный крик Лены резанул по ушам.
–– Гав!
«Не может быть, еще ящеры?!». Мухтар стрелой подскочил к тому месту, где лежала Ленка и, напрягая старческий взор, всмотрелся в горизонт...
В черно-белом мировосприятии МухтаРА нельзя было видеть ящеРА так, как видят люди его, но он не столько зрел, сколько чувствовал кожей, как только пес может чувствовать ящеРА. Эта черная ненависть к блестящим серыми переливами на белом солнце чешуйкам, наполнившая сами клоки шерсти его, поистине описанию подвержена слабо и судя по всем признакам, это были они – ящеры!
Его глаза налились злостью, шерсть электризовалась сама собой, заряд ее возРАстал пропорционально движению на горизонте. В шагах чешуйчатых не было гРАции, в бегающих хищных глазах, жиром блестевших на солнце, не было места верности, чести. Их были тысячи тысяч, огромное воинство. То были основные силы Персидского князя ящеров Дария, они, наконец, дошли из Азиатских степей. Заставляя песок танцевать польку, а землю стонать ступали они в напРАвлении Трои. Времени было мало, Русов должно было предупредить. Переглянувшись с ребятками, Мухтар заскулил и их глотки ему полушили:
–– Гав-гав!
То был условный сигнал, с дружиною оговоренный.
***
Едва жаркий ветер донес до уха Святобоя отчаянное «гав-гав», как сомнения в том, удастся ли им в ближайшее отдохнуть были РАзвеяны.
–– Мухтаров пост! –– Воскликнул Мускулслав.
Изнуренные Русы переглянулись с Богами. Усталость, навалившаяся свинцовым грузом, была отогнана глотками Байкальской воды, запас которой окончательно исчерпался. До боли щуря веки, Русы бегом устремились к собачьему посту.
–– Перун, что нам делать, есть ли план у тебя?!
–– Спокуха, Святобой! План есть у меня! –– Крикнул ему на бегу Саня.
–– ПРАвда? Что же, тогда не подкачай!
–– Саня! –– Рус протянул избРАнному руку.
–– Святобой!
Пожавши руки и перекрикиваясь, выскочили они на песчаный холм, с вершины которого до позиции псов оставался десятичек десятичковых шагов. Но ?????? и ????? настигли мохнатых намного РАньше. Злобный и исхудалый (оттого и злобный), покрытый пирсингом ящер, с кривою харей, порезами на руках и гнилыми зубами, перемотанный у гениталий тряпьем где-то сворованным, ворвался на собачьи позиции, намереваясь сотворить смерть. Русы видели это и прибавили шаг, как только могли. К собакам мчались и Боги, у всех в висках стучало: «Успеть, должно успеть!», но... Они опоздали.
Давясь слюной, цаРАпая свое же брюхо когтями, зеленокожий ублюдок ногой выбил дверь опорного пункта и запустил внутрь когти. Смертоносная сталь свистонула над ухом, псы отпрянули вглубь, но Лена замешкалась и осталась нос к носу с ящером хилым. Отпрыгнувший было Мухтар видел, что Русы не успевают прийти на помощь и тогда решил он задержать ящеРА. Оскалив зубы, пес ринулся на него, но старческий ревматизм и давние РАны дали о себе знать так не вовремя. Ящер отпнул его, смеясь зубоскально.
–– Жалкие пс-с-сы таких же жалких рус-с-сов! –– Не прошипел, а буквально просвистел он, уподо?бясь змее, намереваясь целковым добить старого песика и приняться за его внучку, но противник нашелся и по сильнее. ХРАбрый Гек истошно лая от стРАха (не за себя, но за деда), прыгнул на ящеРА и мертвой хваткой вонзил зубы в зеленую руку. Чешуйчатый взревел, начав бить хвостом, его глаза налились бешенством. Не помня себя от ярости, хилый схватил Гека за задние лапы и на себя потянул, отрывав пса от руки вместе с плотью. Со всего маха ударил он головой о колено курсанта, после чего добил кинжалом антихристским. БлагоРОДная кровь хлынула на песок, заставив видавших нецелковокРАтно смерть Русов остановиться как вкопанных, дедуля Мухтар закрыл глаза лапами и заскулил утробно и горестно, из груди его вместе с рыданиями вырвалось лишь обреченное:
–– Тявк! (Гекто-о-ор!)
Из уст же всех Русов вырвалось:
–– Ах!
И вслед этому крику взбешенный, обуянный яростью Святобой вскричал, не успев толком докончить удрученного вздоха:
–– Ах ты... Хилый ящеры! Я убью тебя, порву на части руками, да будет Великий РОД в том мне свидетелем!
И проревев нечто нечеловеческое, Святобой отбросил в сторону ножны с Черкесом, метнувшись к Хилому. Ящер попытался РАзить кинжалом, короткая сталь прошла возле шеи Руса, порезав РОДинку, но Святобой неумолимо юркнул к его ноге, повалив ирода наземь, ударив по пятке, и стал остервенело избивать противника по голове. НапРАсно ящер пытался вырваться, напРАсно бил он хвостом, напРАсно звал, трепеща сердцем тщедушным, своих собРАтьев. Все было тщетно, Святобой за секунды превРАтил его голову в фарш, отрывая брови, выдиРАя зубы и толча их в глаза. Закончил терзать он зеленое тело, РАзорвав щеки. После отпрял Рус в сторону и склонился над телом убиенного Гека. Так он отомщен был –– Гектор, сын Приама и внук МухтаРА, защищавший Елену и павший в бою от когтей кривого ящеРА Хилого, с подачи зеленокожих историков прозванного в дальнейшем Ахиллом, якобы бывшим великим воином. Так было в тот день, у пиРАмид, что под Троей, близ поста собачьего, и славянским наРОДам известна и памятна история сего отмщения.
К Святобою подошел Александр. ИзбРАнный поднял к нему глаза и сказал упавшим голосом:
–– Что ж, действуй, Саня. Не подкачай.
–– Да поможет нам РОД. –– Отвечал тот, РАзведя руки в стороны. Тут ахнули ящеры, в бессильном гневе зубьями заскрежетав. Позади АлександРА выросло дедов великое войско, конями перенесенное из Гипербореи как РАз вовремя и готовое к битве. Сами же кони, лишившись крыльев из-за жаРА пустынного, спрятались за спины Русов, ожидая команды от АлександРА. ВетеРАнов же было намного меньше чем ящеров, но число это было отнюдь не решающим, ибо у них за плечами был Армагеддон. Зароптали ящеры, роптал и князь ящерский Дарий. Но ропот этот перебит был восклицанием Сани:
–– Славные Русы, слушай меня! Я, Александр, сын Филиппа и Олимпиады, носящий гордо свою фамилию, рожденный после великой войны и до последних дней битвы почти не знавший. Я, прошедший путем от кРАя земли, я, бивший в ЕвРАзии ящеров, я, принесший благословление Мары, взываю к вам и прошу РОДа великого воззреть на нас! Эти зеленокожие – плоть от плоти побитых вами ящеров в Армагеддон. Они затаились, взросли, обрюзгли и обнаглели. Ворьем и насилием прослыли они по все Азии. Персидские земли привели они в РАзрушение и РАзорение, РАзгРАбили Русские хаты, сожгли тамошние капища... И вот теперь они приперлись сюда, под стены Трои, в процветающий гоРОД! И что они сделали? Они свели с ума ГеростРАта, убили ГектоРА, вынудили бежать в стРАхе кРАсавиц и молочных крох! Теперь же они стоят перед нами. Имя им – беды, судьба их – лютая смерть. Так не ужели не найдется в вас духа РАзмозжить их поганые головы?!
ЧетвертушнокРАтным «Р-р-РА!» отвечали славяне и гул крика их заставил дрожать зеленые спины. Видя мощь Русов, ящеры были в шаге от бегства, но тут тьмою лютой покрылось простРАнство и близ ушного отверстия Дария возник лик Февраля с перебитою рожей. Огонь и искры безумными струями бежали от пальцев его до локтей, великой яростью наполнил он сердца и руки ящеров, прошептав тихо:
–– Идите, порвите их!
После чего сам ринулся в бой, налетев на Даждьбога и унеся его вверх. Блеснуло оружие в голубой выси, и чернота сердца элементаля наружу вырвалась, очернив небо. Еще полушка элементалей настигла Перуна, стремясь уничтожить. Тогда слово взял Святобой:
–– О, славный Хорс! Ты и так помог нам сегодня, выгнав солнце РАньше должного часа. Будь же так добр, помоги и теперь, сойди к нам и бейся спина к спине со своими бРАтьями и твоими друзьями Русами!
Услышав это, Бог солнца пришел Русам на помочь. В целковочасье стянул он пышущий жаром плащ свой с земного светила, обнажив его каштаново-алую суть и, накинув его на шею, спустился с небес в ярком сиянии, подобный комете. Голое солнце же накрыл Бог мешочком черным из-под бульбы небесной, сделав тем самым затмение солнечное. Как только он опустился на землю, так сРАзу же налетел на осьмушного элементаля. Штормовой ветер задул резко всюду, уподобляясь ему утробно взвыл Святобой. Он поднял из песка Черкеса и хотел было уже вести Русов в бой, когда Александр схватил его за руку:
–– Нет, Святобой, ты нужен мне в ином месте. Там, где столкнуться огромные силы, там, где нужно будет хРАброе сердце.
Святобой кивнул, соглашаясь. Он вспомнил, что у Сани как-никак был какой-то план.
–– Иди вслед за конями, что остались вены нам. Вон, видишь, они уже оседланы. Делай, что скажут.
–– Заметано, бРАТ!
Святобой побежал на левый фланг. Даниэль, Нэтфликс и другие герои Армагеддона уж были в седлах. Среди коней же притаились также обычные Русы, коим не на кого было сесть. Таких было множество, но из-за черноты, ветРА и конских спин они оставались незримы. Святобой улыбнулся, подошел к ним и многим руки пожал.
–– Что делаем, парни, или называть вас лучше деды?
–– От ты хоть и избРАнный на свою голову, а все же как кончим, я тя уделаю. Дедов нашел, честное слово! –– Улыбнувшись сказал Даниэль. –– Короче, у Сани есть план...
–– Это я знаю. А поконкретней?
–– А поконкретней – следуй за нами. Когда придет время – бросайся на ваРАнов. Руби их как никогда не рубил.
–– Что ж. Понял, сделаем... Вы как-сами-то?
–– Не жалуемся.
–– Говори за себя. У меня временами спинка стреляет.
–– Ой, все!..
Впереди же Русы столкнулись с ящеРАми. Литры крови долетали даже до сюда.
–– Экось, гляди, Саня как режет! –– Сказал Нэтфликс, утиРАя с челки зеленую кровь.
–– Да-а-а, мастер.
–– Эй, Мускулслав!
–– Ась?
–– Делай как Святобой.
–– Понял.
–– И другим скажи то же.
–– Понял!
–– Ну, двинули.
Лавина коней двинулась вперед по шуйному флангу. Десный же фланг Русов уже покрывал себя славой великой, бессмертною славой. Находившийся на возвышении Дарий как РАз думал натРАвить на них ваРАньих погонщиков, когда увидел, что конница Русов совершает обходной маневр слева.
–– Что это, рус-с-сы думают провес-с-сти меня? Меня?! Не бывать этому! Когтегрыз-с-с! Дуй на правый фланг, прикажи варанам выдвигатьс-с-ся в параллель рус-с-сам!
–– Будет ис-с-сполнено, княже.
И жалкий прихвостень заскользил по песку, оставив Персидского князя целковый на целковый со своими думами. «Им не одолеть меня, с-с-со мной с-с-с-сам Февраль! Он с-с-столь могуч, что и с-с-сам род не с-с-смог бы ему противитьс-с-ся! Он с-с-сам так с-с-сказал!» –– Высокомерно РАзмышлял хвостатый, следя с упоением на бой элементаля с могучим Даждьбогом, отРАжавшимся в небе снопами искр, что РАскатывались тут и там, розовым цветом подсвечивая облака.
–– Зашевелились, проклятые ироды! –– Даниэль не без удовольствия отметил брожение в стане вРАгов. По рядам ваРАнов прошла волна движения, их погонщики отдавали команды к выдвижению, стуча по бокам тварей хвостами, заместо плеток. Весь пРАвый фланг ящеров пришел в движение. Целковый за целковым стекались туда осьмушкопалые орды, начиная движение, в паРАллель Русам. Вдали вздымались пыли клубы, в полумРАке затменном, для битвы отменном, покуда сеча жестокая лютовала на другом фланге. Вместе с Саньком бился там Мигуэль и была эта битва кровавой:
Огромные ящеры, толпою столь плотной, что многие даже дыхание теряли на миг, надвигались на Русов с безумною скоростью. То были известные ящеры-берсеркеры. Целковый такой ворвался прям в гущу Русской шеренги, ударом когтей опрокинув престарелого и почти ослепшего деда. Возгордившись столь "славной победой", решил этот ящер напасть на Мигуэля. Смертоносное лезвие топоРА вонзил он в предплечье – Рус не успел среагировать, так как берсеркер обладал феноменальной для ящеРА скоростью, сРАзу видно – он не курил и не пил. Фонтан алой крови возбурлил сквозь кольца кольчужные, жар утекающей жизни окропил чело. В очах окаянного блеснули звездочки торжества, он полагал, что сможет добить Мигуэля. Но хРАбрый Рус был делан не пальцем. Резким движением РАненной руки он схватил ирода за клокотавшее горло и поднял его над головою.
Зеленокожий стал задыхаться, глотая слезы. Другой рукой Мигуэль вырвал топор и вонзил вРАгу в грудь. Желтые ребРА треснули, зеленая слизь потекла по руке, глаза берсерка потухли и в этот миг над головами дерущихся масс сверкая плащом пронесся Бог Хорс, испепелив часть ящеров огненным вихрем, смешав их плоть и доспехи в подобие бурлящего битума. Тем не менее, пыл вРАжеских сил не охладил сей удар, и с ужасающим смехом, кой при желании можно услышать только на последних секундах трека «СУТЕНЕРИТЬ» Big Русского Bo$$а (начиная с 2 минуты 14 секунды), они на Русов вновь бросились, РАзмахивая мечами как оголтелые.
Покуда бо?льшая часть славян сдерживала натиск ящерских выродков на пРАвом фланге, левый фланг сРАженья пРОДолжал РАстягивался – кони были уже так далеко, что прямого сообщения меж ними и основными силами не было видно. Чем больше взиРАл на сие Дарий, тем дольше полагал он: «Да они прос-с-сто с-с-струс-с-сили и бегут с-с-с поля боя!». Не видел он того, что видел Святобой, кРАвшийся подле коней с другими Русами. Наконец, кони остановились. ВаРАны синхронизировались напротив них. Их наездники желчные с шершавыми щеками и кривыми мечами, хвостами подбивали их по бокам, заставляя неистовствовать.
