Взгляд находит Арвил, но лишь на пару секунд, провожая его спину и спину святого канцлера, покидающими зал.
Что же их вынудило уйти?
Беспокойство с каждым секундой росло, неприятно отравляя сердце, но в глубине этой тьмы теплела надежда, что все хорошо, что все образуется, и в конце концов мы будем счастливы.
Пусть исполнится желание принцессы, загаданное светлячку.
- Не трогайте меня! – зашипела Хлоя, когда один из стражников попытался ухватить ее за плечо. Мужчина невольно отступил под злым взглядом девушки, а дочь маркиза, надменно фыркнув, гордо приподняла подбородок,- Показывайте дорогу. Я не настолько глупа, чтобы устраивать соревнования по бегу со стражниками императора.
Меня и Афину уже не пытались схватить, лишь встали рядом, и вежливо попросили следовать. Проходя мимо первого принца и его компании, я не удержалась, и бросила взгляд на торжествующую Евелику, и шепотом послала ее.
Просто не смогла удержаться.
Камеры располагались в холодном и полумрачном подвале. Почти все камеры были пустыми, лишь в паре из них сидели люди, внешним видом совершенно не похожими на бедняков и простолюдинов.
Но из общей мрачной картины выбивалась одна большая камера, обставленная самой разнообразной мебелью: от кресел, кровати, вплоть до шкафов и стола. На полу камеры был постелен дорогой ковер. Часть же камеры так же скрывала шторка из плотной ткани. При желании можно было полностью закрыться от остального мира. Почти у самого потолка было маленькое окошко с решетками, откуда проникал тусклый свет ночного светила. Осмотрев камеру, так же оценив огромное количество книг в шкафу, посуды, и самой разнообразной мелочи, вроде акварели для рисования, я пришла в настоящий восторг.
- Уверена, что мальчишки найдут тысячу и один способ опровергнуть наши обвинения. – проговорила Балео, а затем прикрикнув на стражника, чтобы поторапливался с замком камеры, - А мы пока устроим себе небольшие выходные! Я считаю, что каждой из нас сейчас будет полезно просто поваляться на кровати, или посидеть в удобном кресле, и насладиться чтением прекрасной классики. А может даже и отдаться в руки творчеству! Или просто поспать.
- Ох, Хлоя, твои слова звучат так сладко, что уже не уверена, что захочется покинуть камеру! – хмыкнула Афина, с таким же восторгом рассматривая камеру, - Лишь бы визитеров было как можно меньше!
- А я то думал, что же это за бурную деятельность развила твоя дочь, а оказывается. Я поражен! Додуматься до такого… Прикажу стражникам ничего не трогать – это мне еще пригодиться! – произнес император, внимательно вглядываясь в магическую сферу, а затем откинулся на кушетку, и вытер с загорелого лба пот.
- Пригодится? – хмыкнула Ширил, отпивая из трубочки холодный коктейль, и приподняла солнцезащитные очки, - Прикажешь самого себя арестовать, чтобы сесть в эту камеру?
- Почему бы и нет? Иногда, знаешь ли, полезно отдыхать от работы. – пробурчал тот, и повернулся к Пэрришу, - Друг мой, поделись тайной – твоя дочурка случайной не сделала заказ на регулярные поставки сладостей в камеру.
- Вы весьма проницательны. – хмыкнул отец Элианы, а затем продолжил расспрашивать мага, - Значит, господин маг, наши каникулы будут длиться еще неделю? А продлить можно?
Маг выглядит растерянным.
- Э-э-э… Это нужно узнать у Повелителя…
- Эх, согласился бы этот Повелитель… - с тоской вздыхает мать Хлои. – Этот остров, как настоящее райское место. Загорай, купайся, кушай вдоволь, спи до упора, гуляй по белому песчаному пляжу, любуясь бескрайним океаном.
- Олия, ты забыла, что у нас преимущество? - хихикнула Надин, - Повелитель весьма неравнодушен к нашей дочери. Понимаешь? Ради будущих тещи и теста он пойдет на некоторые уступки.
- Вы несомненно правы. – фыркнула та в ответ, но затем недобро прищурилась, вглядываясь в происходящее в сфере. Загорелые пальцы так сильно стиснули бокал, что побледнели. – Юлиан, поведение Рональда весьма разочаровывает. Ты ведь понимаешь, что благосклонность аристократов он сохраняет лишь благодаря магии очарования Евелики? Императрица довольно грамотно гнула свою линию поведения, и не позволяла себе глупые и опрометчивые действия, что даже после ее смерти, когда магия очарования исчезла, люди м-м-м… не заметили этого. В этом смысле она была достойной императрицей. Но вот Евелике до нее, как до луны. Исчезновение магии очарования никак не освобождает от забывчивости.
Император бросает взгляд на маркизу, и в нем читается грусть, растерянность, и усталость.
- Как отцу… мне бы хотелось надеяться, что подобное обойдет сына. Закрыть на это глаза… Воспользоваться властью, чтобы оправдать…
- И что же тогда останавливает? – интересуется герцог. – Разочарование?
- Нет, не разочарование. Рональд мой сын, и до появления Евелики был любимцем многих аристократов. Даже моим. – вздыхает император, бросая извиняющий взгдяд на Ширил, но та лишь сжимает его ладонь, пытаясь хоть так поддержать, - Власть приносит мало радости. А у Рональда обостренное чувство справедливости. Ему не выжить в роли императора. Может это и к лучшему – лишить права на трон. Любой родитель желает счастья своему ребенку, не смотря ни на что… Дерек… плут, шантажист, имеет прочные связи с темным миром, и обладает поддержкой военных. – на губах проскользнула ироничная улыбка, - И совершенно не желает занимать трон. Разве он не прекрасный кандидат?
- Юлиан, мы же договаривались! – нахмурилась Ширил.
- Знаю, милая. Но проклятие императорского рода в том, что мы никогда не будем полностью принадлежать себе, и должны ставить интересы страны превыше своих. Сама подумай. С каким принцем… страна сможет и дальше оставаться великой державой?
Маркиза поджимает губы, и качает головой, но не отворачивается от возлюбленного, и не упрекает его, за что он очень благодарен ей.
- Я хочу, чтобы все мои дети были счастливы. Пусть уж на троне будет Дерек, тем более, когда у него прекрасная поддержка из друзей, и прекрасной леди. – многозначительный взгляд в сторону четы маркизов.
- Не факт. – пробурчал маркиз, - Мы позволим нашей дочери самой выбрать свою судьбу.
Усмехнувшись, император хитро переглянулся с Ширил.
Хлоя переставила коня, и ухмыльнулась, когда Афина нахмурилась, и стала с раздражением постукивать пальцами по столешнице. Я, лениво оторвавшись от чтения романа, бросила взгляд на шахматную доску, и покачала головой. Для меня игра в шахматы до сих пор оставалась за гранью понимания. Я знала правила игры, но так и не научилась просчитывать ходы вперед, и частенько оставалась проигравшей, если не подруги не поддавались. Время в камере текло медленно, усыпляя бдительность. Тишина и отсутствие обязанностей и необходимости всегда помнить о правилах расслабляли, погружая тело в некую дремоту, где было место лишь отдыху.
Переставив слона, закрывая путь коню к королю, Афина довольно улыбнулась, гордясь своим ходом, и, откинувшись на спинку кресла, задумчиво произнесла:
- Как вы думаете, нашли ли мальчишки алтарь в лесу драконов?
Ленивая дремота усыпила мою и Хлоину бдительность, и однажды за чаем мы случайно проговорились. Пришлось рассказать всю правду про драконов. Ожившая легенда вызвала у дочери герцога радость, но, когда на свет всплыли все подводные камни, Афина пришла к выводу, что легендам порой лучше и оставаться лишь красивым легендам.
- Возможно, но сомневаюсь, что это реально. Вторая башня бы перестраховалась. – пробурчала Хлоя. – По мне нужно лишь сделать один ма-а-аленький заказ убийце, и все, дело с концом.
- Хлоя. – я бросила на нее осуждающий взгляд, - Настоящая Евелика не виновата. Мы видим лишь действия ее сестры призрака.
- Ой, да ладно. Всего лишь жертва одного человека во имя счастья других. Ла-а-адно, ла-а-адно, все, прекращаю быть циничной бабулькой.
- Даже если уберешь ее, то это не остановит попытки переворота. – произнесла Афина. – Вся проблема в побочной ветви императорской семьи. Нужно убрать именно ее. Но и вся проблема, что она «чиста». Даже массовые заказы убийств вызовут слишком много вопросов – многие занимают далеко не последние должности в империи, и имеют высокие титулы. Боюсь, при таком раскладе прекратит существование и нынешняя правящая семья.
- Всего-то нужно сделать так, чтобы побочная ветвь сама что-нибудь натворила… Но… такие занозы ничего своими руками не делают. Итак, что мы имеем? Элиана и Афина против убийств. Мол, совесть спокойно спать не сможет.
- Эй! Мы тут! – не оставили без внимания колкость подруги.
- Если бы убийство было выходом, то мальчишки бы давно воспользовались этой лазейкой. – буркнула я.
- Ты права. Но это ничуть не уменьшает наши проблемы. Итак, нужно убрать магию очарования Евелики, чтобы прекратить фарс с судом, и попытаться выжить в ритуале – уверена, для нас там приготовлены места в первом ряду. Разобраться бы еще, почему подходим именно мы. А это значит что? Что нужно действовать именно во время ритуала! Сейчас действовать бесполезно. Мои побрякушки. – Хлоя помахала перед нами рукой, которая была увешана различными браслетами, - Говорят, что нашу камеру очень тщательно охраняют люди Рональда и маги. И на ум не приходит ни один план…
- И не придет. По крайне мере мне. – ответила я, откладывая в сторону книгу, - Чутье подсказывает, что все произойдет внезапно… И наилучший план – это действовать по ситуации.
- Эли права. – поддержала меня Афина, - У нас слишком мало информации, и много догадок. И предлагаю перестать зацикливаться на графе Браме. Наша проблема – именно ритуал. С политикой пуст разбираются мальчики. И император…
Послышался протяжной скрип открывающейся двери в подземелье камер, заставивший нас испуганно вздрогнуть от неожиданности. Мы были единственными заключенными в подземелье камер, и отвыкли от постороннего шума. Послышался топот ног, и негромкие голоса.
Затем среди шума один голос прозвучал особенно четко.
- Всем покинуть подземелье тюрьмы!
- Но, леди Евелика, ваша безопасность…
- Я сказала: покинуть! Да и что они мне сделают, пока за решеткой?
Услышав это, Хлоя иронично фыркнула, бросив взгляд на стол, где лежал ключ от замка нашей камеры, и закатила глаза, а затем выжидательно уставилась на полупрозрачную штору, за которой темный силуэт постепенно приближался.
- Какое радушное приветствие. – в голосе Евелики слышится раздражение.
- Старались. – отвечает Афина, и, поднявшись, подходит к шторке, и одергивает ее. – И чем же мы обязаны вашему визиту, леди Евелика? Пришла позлорадствовать перед судом? Или же были так добры, что пришли сообщить еще и об официальном разрыве помолвки?
Дочь барона однако, не обижается на грубость, и отвечает вежливой улыбкой:
- Рональд никогда не любил тебя, и разрыв помолвки – это самое верное решение. Каждый должен быть счастлив.
- Что-то не вижу, чтобы мне предлагали быть «счастливой».
- Судьба злодеев иная. И да, Элиана, могу ли я поговорить с тобой?
Услышав свое имя, и почувствовала, как в душе скрутился неприятный комок раздражения и презрения. Силой заставляю скрыть эмоции под спокойной маской, и с неохотой встаю, не проронив ни слова. Говорить совершенно не хотелось. Пусть она скажет, чего хочет, а там уже подумаем.
Афина отходит от решеток камеры, возвращаясь на свое место. Евелика, как только я приблизилась к решеткам, полезла в маленькую сумочку, которую сначала не заметила из-за плаща, а достала кулон с большим рубиновым камнем, который едва заметно светился магией.
- Что за чертовщина!? – я почувствовала липкий страх перед артефактом. От дочери барона можно было ожидать чего угодно.
- Ты чего? – хмыкнула та, забавляясь моей реакцией. – Этот всего лишь артефакт создающий полог тишины.
Чуть помедлив, я незаметно для Евелики, дотронулась до кольца, подаренным Арвилом. Как маг мне объяснил, оно нагревалось перед магическими вещами, которые могли навредить, а так же перед магами, которые не принадлежали Первой башне. Ободок кольца оставался холодным.
Не врет…
- К чему он?
- Ну, видишь ли, я сомневаюсь, что твои подруги настолько невинны, что не станут даже подслушивать разговор.
- Элиана… - Хлоя с тревогой смотрит на меня, а ее рука медленно тянется к собственному артефакту защиты. Я вскинула руку, останавливая ее и Афину, и кратко пояснила что за артефакт у дочери барона.
Евелика активировала артефакт, который накрыл нас полупрозрачным алым пологом, и улыбнулась, явно не спеша начать разговор. Приходится поторопить.
- Ну и о чем ты хотела поговорить?
- Сколько злости в твоем голосе. – усмехнулась та,- Вовсе не рада встрече с подругой?
- Мы не подруги, и ты это прекрасно знаешь.
- Но когда-то были. – глаза Евелики на мгновение становятся изумрудными, полные грусти, но затем сменяются на холодные, болотистого оттенка, от которых так и веяло злостью и опасностью. – В общем, не важно. Это всего лишь пустой звук. Вижу, что ты теряешь терпение, то так и быть, перейду к делу. Я предлагаю заключить сделку.
- И в чем же суть сделки?
- Все просто. Отдай мне тело настоящей Элианы.
Я, прищурившись, смотрела в зеленые глаза девушки, и чувствовала странное, необъяснимое спокойствие. Страх ушел. На губах появилась улыбка. Обозначила, значит наши отношения – двое призраков, которые заинтересованы телом Элианы.
- И с чего же мне друг соглашаться? Жизнь в этом теле прекрасна, и я не собираюсь отказываться от нее. Найди себе другое тело.
- Увы, мне подойдет только тело Элианы. А вот для тебя, наоборот, несколько.
- Откуда же такие познания?
- Мне ничего не стоило заставить второю башню магов провести ма-а-аленькое расследование. И постарались они на славу. Выбирай! Можешь стать младшей дочерью герцога Ревен этой империи, или же наследной принцессой соседнего княжества? А может уже сразу возлюбленной южного шейха?
- Весьма любопытно, что ты не предлагаешь тела простолюдинок.
- Твоя «душа» как бы сказать…м-м-м…попроще моей. Я сильная ведьма, а ты слабая. – Евелика самодовольно улыбнулась, - Для воскрешения сильных ведьм или магов подходят только определенные люди или родственники. Ты слабая, и твой круг подходящих тел намного обширнее моего. Но видишь ли, я все прекрасно понимаю. Ты же всю жизнь живешь как аристократка, вот и предлагаю девушек подходящего социального статуса.
Я фыркнула. Слова дочерь барона забавляли.
Ну… поиграем еще немного.
- Даже если я и выберу тело, но… как-то уж дешево продаю тело Элианы. Ведь, отдав его тебе, я потеряю родителей, подруг, возлюбленного, знакомых… Сомневаюсь, что они поверят какой-то незнакомке, что та, мол, Элиана.
- Ну… есть подобный нюанс, но что в этом такого-то? Главное – это тело и жизнь. А там обретёшь и новых родителей. Друзей не сложно найти, как и возлюбленного.
- Мне откровенно тошно слушать тебя. – невольно резко повысила голос. Заметив, как прищурилась девушка, заставила себя взять в руки, - Говоришь так, словно для тебя отношения между людьми – лишь пустой звук.
- Ну-у-у… может ты и права. Знаешь ли, люди имеют свойство предавать и причинять боль. А оно мне нужно? Нет. Ах, и о чем я говорю? Для тебя это ведь не в новинку. Ты же не с простота заключила сделку с богом? А значит уже привыкла менять «дорогих сердцу людей».
Вот же бестия!
Что же их вынудило уйти?
Беспокойство с каждым секундой росло, неприятно отравляя сердце, но в глубине этой тьмы теплела надежда, что все хорошо, что все образуется, и в конце концов мы будем счастливы.
Пусть исполнится желание принцессы, загаданное светлячку.
- Не трогайте меня! – зашипела Хлоя, когда один из стражников попытался ухватить ее за плечо. Мужчина невольно отступил под злым взглядом девушки, а дочь маркиза, надменно фыркнув, гордо приподняла подбородок,- Показывайте дорогу. Я не настолько глупа, чтобы устраивать соревнования по бегу со стражниками императора.
Меня и Афину уже не пытались схватить, лишь встали рядом, и вежливо попросили следовать. Проходя мимо первого принца и его компании, я не удержалась, и бросила взгляд на торжествующую Евелику, и шепотом послала ее.
Просто не смогла удержаться.
Камеры располагались в холодном и полумрачном подвале. Почти все камеры были пустыми, лишь в паре из них сидели люди, внешним видом совершенно не похожими на бедняков и простолюдинов.
Но из общей мрачной картины выбивалась одна большая камера, обставленная самой разнообразной мебелью: от кресел, кровати, вплоть до шкафов и стола. На полу камеры был постелен дорогой ковер. Часть же камеры так же скрывала шторка из плотной ткани. При желании можно было полностью закрыться от остального мира. Почти у самого потолка было маленькое окошко с решетками, откуда проникал тусклый свет ночного светила. Осмотрев камеру, так же оценив огромное количество книг в шкафу, посуды, и самой разнообразной мелочи, вроде акварели для рисования, я пришла в настоящий восторг.
- Уверена, что мальчишки найдут тысячу и один способ опровергнуть наши обвинения. – проговорила Балео, а затем прикрикнув на стражника, чтобы поторапливался с замком камеры, - А мы пока устроим себе небольшие выходные! Я считаю, что каждой из нас сейчас будет полезно просто поваляться на кровати, или посидеть в удобном кресле, и насладиться чтением прекрасной классики. А может даже и отдаться в руки творчеству! Или просто поспать.
- Ох, Хлоя, твои слова звучат так сладко, что уже не уверена, что захочется покинуть камеру! – хмыкнула Афина, с таким же восторгом рассматривая камеру, - Лишь бы визитеров было как можно меньше!
***
- А я то думал, что же это за бурную деятельность развила твоя дочь, а оказывается. Я поражен! Додуматься до такого… Прикажу стражникам ничего не трогать – это мне еще пригодиться! – произнес император, внимательно вглядываясь в магическую сферу, а затем откинулся на кушетку, и вытер с загорелого лба пот.
- Пригодится? – хмыкнула Ширил, отпивая из трубочки холодный коктейль, и приподняла солнцезащитные очки, - Прикажешь самого себя арестовать, чтобы сесть в эту камеру?
- Почему бы и нет? Иногда, знаешь ли, полезно отдыхать от работы. – пробурчал тот, и повернулся к Пэрришу, - Друг мой, поделись тайной – твоя дочурка случайной не сделала заказ на регулярные поставки сладостей в камеру.
- Вы весьма проницательны. – хмыкнул отец Элианы, а затем продолжил расспрашивать мага, - Значит, господин маг, наши каникулы будут длиться еще неделю? А продлить можно?
Маг выглядит растерянным.
- Э-э-э… Это нужно узнать у Повелителя…
- Эх, согласился бы этот Повелитель… - с тоской вздыхает мать Хлои. – Этот остров, как настоящее райское место. Загорай, купайся, кушай вдоволь, спи до упора, гуляй по белому песчаному пляжу, любуясь бескрайним океаном.
- Олия, ты забыла, что у нас преимущество? - хихикнула Надин, - Повелитель весьма неравнодушен к нашей дочери. Понимаешь? Ради будущих тещи и теста он пойдет на некоторые уступки.
- Вы несомненно правы. – фыркнула та в ответ, но затем недобро прищурилась, вглядываясь в происходящее в сфере. Загорелые пальцы так сильно стиснули бокал, что побледнели. – Юлиан, поведение Рональда весьма разочаровывает. Ты ведь понимаешь, что благосклонность аристократов он сохраняет лишь благодаря магии очарования Евелики? Императрица довольно грамотно гнула свою линию поведения, и не позволяла себе глупые и опрометчивые действия, что даже после ее смерти, когда магия очарования исчезла, люди м-м-м… не заметили этого. В этом смысле она была достойной императрицей. Но вот Евелике до нее, как до луны. Исчезновение магии очарования никак не освобождает от забывчивости.
Император бросает взгляд на маркизу, и в нем читается грусть, растерянность, и усталость.
- Как отцу… мне бы хотелось надеяться, что подобное обойдет сына. Закрыть на это глаза… Воспользоваться властью, чтобы оправдать…
- И что же тогда останавливает? – интересуется герцог. – Разочарование?
- Нет, не разочарование. Рональд мой сын, и до появления Евелики был любимцем многих аристократов. Даже моим. – вздыхает император, бросая извиняющий взгдяд на Ширил, но та лишь сжимает его ладонь, пытаясь хоть так поддержать, - Власть приносит мало радости. А у Рональда обостренное чувство справедливости. Ему не выжить в роли императора. Может это и к лучшему – лишить права на трон. Любой родитель желает счастья своему ребенку, не смотря ни на что… Дерек… плут, шантажист, имеет прочные связи с темным миром, и обладает поддержкой военных. – на губах проскользнула ироничная улыбка, - И совершенно не желает занимать трон. Разве он не прекрасный кандидат?
- Юлиан, мы же договаривались! – нахмурилась Ширил.
- Знаю, милая. Но проклятие императорского рода в том, что мы никогда не будем полностью принадлежать себе, и должны ставить интересы страны превыше своих. Сама подумай. С каким принцем… страна сможет и дальше оставаться великой державой?
Маркиза поджимает губы, и качает головой, но не отворачивается от возлюбленного, и не упрекает его, за что он очень благодарен ей.
- Я хочу, чтобы все мои дети были счастливы. Пусть уж на троне будет Дерек, тем более, когда у него прекрасная поддержка из друзей, и прекрасной леди. – многозначительный взгляд в сторону четы маркизов.
- Не факт. – пробурчал маркиз, - Мы позволим нашей дочери самой выбрать свою судьбу.
Усмехнувшись, император хитро переглянулся с Ширил.
***
Хлоя переставила коня, и ухмыльнулась, когда Афина нахмурилась, и стала с раздражением постукивать пальцами по столешнице. Я, лениво оторвавшись от чтения романа, бросила взгляд на шахматную доску, и покачала головой. Для меня игра в шахматы до сих пор оставалась за гранью понимания. Я знала правила игры, но так и не научилась просчитывать ходы вперед, и частенько оставалась проигравшей, если не подруги не поддавались. Время в камере текло медленно, усыпляя бдительность. Тишина и отсутствие обязанностей и необходимости всегда помнить о правилах расслабляли, погружая тело в некую дремоту, где было место лишь отдыху.
Переставив слона, закрывая путь коню к королю, Афина довольно улыбнулась, гордясь своим ходом, и, откинувшись на спинку кресла, задумчиво произнесла:
- Как вы думаете, нашли ли мальчишки алтарь в лесу драконов?
Ленивая дремота усыпила мою и Хлоину бдительность, и однажды за чаем мы случайно проговорились. Пришлось рассказать всю правду про драконов. Ожившая легенда вызвала у дочери герцога радость, но, когда на свет всплыли все подводные камни, Афина пришла к выводу, что легендам порой лучше и оставаться лишь красивым легендам.
- Возможно, но сомневаюсь, что это реально. Вторая башня бы перестраховалась. – пробурчала Хлоя. – По мне нужно лишь сделать один ма-а-аленький заказ убийце, и все, дело с концом.
- Хлоя. – я бросила на нее осуждающий взгляд, - Настоящая Евелика не виновата. Мы видим лишь действия ее сестры призрака.
- Ой, да ладно. Всего лишь жертва одного человека во имя счастья других. Ла-а-адно, ла-а-адно, все, прекращаю быть циничной бабулькой.
- Даже если уберешь ее, то это не остановит попытки переворота. – произнесла Афина. – Вся проблема в побочной ветви императорской семьи. Нужно убрать именно ее. Но и вся проблема, что она «чиста». Даже массовые заказы убийств вызовут слишком много вопросов – многие занимают далеко не последние должности в империи, и имеют высокие титулы. Боюсь, при таком раскладе прекратит существование и нынешняя правящая семья.
- Всего-то нужно сделать так, чтобы побочная ветвь сама что-нибудь натворила… Но… такие занозы ничего своими руками не делают. Итак, что мы имеем? Элиана и Афина против убийств. Мол, совесть спокойно спать не сможет.
- Эй! Мы тут! – не оставили без внимания колкость подруги.
- Если бы убийство было выходом, то мальчишки бы давно воспользовались этой лазейкой. – буркнула я.
- Ты права. Но это ничуть не уменьшает наши проблемы. Итак, нужно убрать магию очарования Евелики, чтобы прекратить фарс с судом, и попытаться выжить в ритуале – уверена, для нас там приготовлены места в первом ряду. Разобраться бы еще, почему подходим именно мы. А это значит что? Что нужно действовать именно во время ритуала! Сейчас действовать бесполезно. Мои побрякушки. – Хлоя помахала перед нами рукой, которая была увешана различными браслетами, - Говорят, что нашу камеру очень тщательно охраняют люди Рональда и маги. И на ум не приходит ни один план…
- И не придет. По крайне мере мне. – ответила я, откладывая в сторону книгу, - Чутье подсказывает, что все произойдет внезапно… И наилучший план – это действовать по ситуации.
- Эли права. – поддержала меня Афина, - У нас слишком мало информации, и много догадок. И предлагаю перестать зацикливаться на графе Браме. Наша проблема – именно ритуал. С политикой пуст разбираются мальчики. И император…
Послышался протяжной скрип открывающейся двери в подземелье камер, заставивший нас испуганно вздрогнуть от неожиданности. Мы были единственными заключенными в подземелье камер, и отвыкли от постороннего шума. Послышался топот ног, и негромкие голоса.
Затем среди шума один голос прозвучал особенно четко.
- Всем покинуть подземелье тюрьмы!
- Но, леди Евелика, ваша безопасность…
- Я сказала: покинуть! Да и что они мне сделают, пока за решеткой?
Услышав это, Хлоя иронично фыркнула, бросив взгляд на стол, где лежал ключ от замка нашей камеры, и закатила глаза, а затем выжидательно уставилась на полупрозрачную штору, за которой темный силуэт постепенно приближался.
- Какое радушное приветствие. – в голосе Евелики слышится раздражение.
- Старались. – отвечает Афина, и, поднявшись, подходит к шторке, и одергивает ее. – И чем же мы обязаны вашему визиту, леди Евелика? Пришла позлорадствовать перед судом? Или же были так добры, что пришли сообщить еще и об официальном разрыве помолвки?
Дочь барона однако, не обижается на грубость, и отвечает вежливой улыбкой:
- Рональд никогда не любил тебя, и разрыв помолвки – это самое верное решение. Каждый должен быть счастлив.
- Что-то не вижу, чтобы мне предлагали быть «счастливой».
- Судьба злодеев иная. И да, Элиана, могу ли я поговорить с тобой?
Услышав свое имя, и почувствовала, как в душе скрутился неприятный комок раздражения и презрения. Силой заставляю скрыть эмоции под спокойной маской, и с неохотой встаю, не проронив ни слова. Говорить совершенно не хотелось. Пусть она скажет, чего хочет, а там уже подумаем.
Афина отходит от решеток камеры, возвращаясь на свое место. Евелика, как только я приблизилась к решеткам, полезла в маленькую сумочку, которую сначала не заметила из-за плаща, а достала кулон с большим рубиновым камнем, который едва заметно светился магией.
- Что за чертовщина!? – я почувствовала липкий страх перед артефактом. От дочери барона можно было ожидать чего угодно.
- Ты чего? – хмыкнула та, забавляясь моей реакцией. – Этот всего лишь артефакт создающий полог тишины.
Чуть помедлив, я незаметно для Евелики, дотронулась до кольца, подаренным Арвилом. Как маг мне объяснил, оно нагревалось перед магическими вещами, которые могли навредить, а так же перед магами, которые не принадлежали Первой башне. Ободок кольца оставался холодным.
Не врет…
- К чему он?
- Ну, видишь ли, я сомневаюсь, что твои подруги настолько невинны, что не станут даже подслушивать разговор.
- Элиана… - Хлоя с тревогой смотрит на меня, а ее рука медленно тянется к собственному артефакту защиты. Я вскинула руку, останавливая ее и Афину, и кратко пояснила что за артефакт у дочери барона.
Евелика активировала артефакт, который накрыл нас полупрозрачным алым пологом, и улыбнулась, явно не спеша начать разговор. Приходится поторопить.
- Ну и о чем ты хотела поговорить?
- Сколько злости в твоем голосе. – усмехнулась та,- Вовсе не рада встрече с подругой?
- Мы не подруги, и ты это прекрасно знаешь.
- Но когда-то были. – глаза Евелики на мгновение становятся изумрудными, полные грусти, но затем сменяются на холодные, болотистого оттенка, от которых так и веяло злостью и опасностью. – В общем, не важно. Это всего лишь пустой звук. Вижу, что ты теряешь терпение, то так и быть, перейду к делу. Я предлагаю заключить сделку.
- И в чем же суть сделки?
- Все просто. Отдай мне тело настоящей Элианы.
Я, прищурившись, смотрела в зеленые глаза девушки, и чувствовала странное, необъяснимое спокойствие. Страх ушел. На губах появилась улыбка. Обозначила, значит наши отношения – двое призраков, которые заинтересованы телом Элианы.
- И с чего же мне друг соглашаться? Жизнь в этом теле прекрасна, и я не собираюсь отказываться от нее. Найди себе другое тело.
- Увы, мне подойдет только тело Элианы. А вот для тебя, наоборот, несколько.
- Откуда же такие познания?
- Мне ничего не стоило заставить второю башню магов провести ма-а-аленькое расследование. И постарались они на славу. Выбирай! Можешь стать младшей дочерью герцога Ревен этой империи, или же наследной принцессой соседнего княжества? А может уже сразу возлюбленной южного шейха?
- Весьма любопытно, что ты не предлагаешь тела простолюдинок.
- Твоя «душа» как бы сказать…м-м-м…попроще моей. Я сильная ведьма, а ты слабая. – Евелика самодовольно улыбнулась, - Для воскрешения сильных ведьм или магов подходят только определенные люди или родственники. Ты слабая, и твой круг подходящих тел намного обширнее моего. Но видишь ли, я все прекрасно понимаю. Ты же всю жизнь живешь как аристократка, вот и предлагаю девушек подходящего социального статуса.
Я фыркнула. Слова дочерь барона забавляли.
Ну… поиграем еще немного.
- Даже если я и выберу тело, но… как-то уж дешево продаю тело Элианы. Ведь, отдав его тебе, я потеряю родителей, подруг, возлюбленного, знакомых… Сомневаюсь, что они поверят какой-то незнакомке, что та, мол, Элиана.
- Ну… есть подобный нюанс, но что в этом такого-то? Главное – это тело и жизнь. А там обретёшь и новых родителей. Друзей не сложно найти, как и возлюбленного.
- Мне откровенно тошно слушать тебя. – невольно резко повысила голос. Заметив, как прищурилась девушка, заставила себя взять в руки, - Говоришь так, словно для тебя отношения между людьми – лишь пустой звук.
- Ну-у-у… может ты и права. Знаешь ли, люди имеют свойство предавать и причинять боль. А оно мне нужно? Нет. Ах, и о чем я говорю? Для тебя это ведь не в новинку. Ты же не с простота заключила сделку с богом? А значит уже привыкла менять «дорогих сердцу людей».
Вот же бестия!
