- Будешь Пушком.
Поднялась, решительно приблизилась к каменному ложу, развернула свёрток, скептично поджала губы, обнаружив в нём чёрную хлопковую сорочку с кружевом, длинное черное платье и мягкие домашние туфли без каблука. Тоже чёрные. Повертела, разглядывая, но от этого ничего не изменилось, и я временно смирилась с подобным издевательством. По своей деятельной натуре я предпочитала яркие вещи, спортивный стиль и джинсы, надевая платья лишь по особым случаям. При этом выбирала сексуальные модели длиной выше колена с игривым декольте, открытыми плечами или спиной. Это же одеяние было мало того, что длинным, так ещё и с полноценным рукавом и минимальным вырезом, не открывавшим даже ключицы.
Но делать нечего, надела, стараясь не думать, чье бы это могло быть и почему мне пожалели нижнего белья. Размер, кстати, подошёл, и я, закончив застёгивать бесконечные пуговки на груди, двинулась дальше к двери. С трудом сдвинула ржавый засов, запиравший её изнутри, распахнула створку и с минуту тщательно вслушивалась в подозрительные звуки, раздававшиеся внизу. Пыльная винтовая лестница намекала, что место не самое популярное, но я предпочла перестраховаться. Наконец желание выяснить, что здесь происходит, пересилило врождённую осторожность (к тому же очень хотелось кушать!), и я начала спускаться. Путь вниз казался бесконечным, видимость была практически нулевой (а я даже и не подумала взять свечу!), но наконец путь мне преградила неплотно прикрытая дверь и я с опаской выглянула наружу, стараясь охватить взглядом всё и сразу.
Снаружи начинался солнечный летний день и не было ни единой живой души, не считая флегматичной лошадки, привязанной к покосившемуся столбу метрах в десяти от башни. Вышла, с подозрением огляделась снова, но ничего не изменилось: тишь и глушь непролазной чащи. Недоверчиво нахмурилась, не веря в подозрительное спокойствие окружающей среды, но всё же двинулась в сторону лошадки. Почти подошла, когда со стороны башни мне в голову прилетело чем-то тяжёлым, едва не уронив на землю. Ругнулась, поминая маньяка и его сексуальные привычки, но мои последние слова потонули в жутком грохоте. Резко обернулась, не веря в свою удачу, ведь задержись я ещё чуть-чуть и оказалась бы под завалами камней, которые стали бы моей безымянной могилой, но увидела летящие в мою сторону осколки и инстинктивно вскинула руки, защищая голову. Тотчас вокруг меня и лошадки образовался большой мерцающий купол, защитивший нас от града камней, а спустя какую-то минуту всё было кончено.
Башня перестала существовать, превратившись в невнятную груду обломков практически у моих ног, а на мне не было даже царапины. Лишь мелкая пыль всё ещё витала в воздухе, но и её уносил в противоположную сторону лёгкий ветерок.
Подобрала челюсть, медленно опустила руки, посматривая на них с опаской, краем глаза отметила, как пропал купол, но тут моё внимание привлекла книга, валяющаяся практически у ног. А не ею ли в меня кинули?
С опаской тронула её мыском туфельки, но никакой реакции не последовало. Позади всхрапнула лошадь, ткнув в моё плечо мордой. Вздохнула, пытаясь вернуть себе способность мыслить логически, но получалось не очень. Ладно, буду решать проблемы по мере возможностей. Для начала досмотр!
Здраво рассудив, что лошадь принадлежала маньяку, а значит теперь именно я её новая хозяйка, первым делом осмотрела добычу, старательно воскрешая в памяти всё, что знала о четвероногих аналогах «Порше». Знала я до печального мало, но тем не менее помнила, что лучше не подходить сзади, а в седельных сумках обычно хранится всё, что может понадобиться для путешествия. Так и оказалось. В одной я нашла флягу с разбавленным вином, пару яблок, черствый ржаной хлеб и вяленое мясо, а во второй смену белья, засаленную записную книжку, некое подобие карандаша, сложенную вчетверо потрепанную карту местности с подозрительным черным крестиком и кошель с монетами. Осознала, что проблемы множатся в геометрической прогрессии, и уделила продуктам более плотное внимание.
Если предположить, что без сознания я пробыла всю ночь, то получается, что я не ела практически сутки, а это, знаете ли, крайне негативно сказывается на характере и скорости мыслительного процесса!
Какой-то частью сознания понимая, что путь до цивилизации скорее всего предстоит не быстрый, я с трудом удержалась от того, чтобы не уничтожить всю провизию за раз. С другой стороны, маньяк наверняка запасся бы получше, будь это действительно так. А значит…
- Фр-р… - лошадка, с интересом наблюдавшая, как во мне исчезают продукты, недвусмысленно потянулась к хлебу, и я со вздохом поделилась с нею почти третью каравая.
С транспортом необходимо дружить.
Яблоки тоже поделила поровну, к тому же я их никогда сильно не любила, а после приступила к изучению записей. С трудом продираясь через закорючки чужого почерка и стараясь не думать, что буквы в принципе не походят на кириллицу или латиницу, я выяснила, что некоторое время назад маньяк абсолютно случайно стал счастливым обладателем тайного знания о местонахождении проклятой башни, в которой дожидалась своего часа опять же проклятая сила. После этого он провёл масштабные изыскания и выяснил, что существует реальная возможность стать обладателем великих знаний и могущества. Слегка проклятого правда, но это уже мелочи. Дальше шло что-то неразборчивое, видимо, какой-то особый шифр, а может и суть проклятия, которую я так и не смогла разобрать, лишь отдельные слова и несколько несвязных фраз. На последней странице шёл список, заставивший моё сердце биться сильнее. Первым пунктом шло время – алое суперлуние. Вторым – сильная духом жертва, умершая в мучениях. Третьим – месть.
Кому и за что маньяк не пояснил, но для меня это было уже неважно. Так-так…
Минут десять я просто осмысливала прочитанное, и складывающаяся картина отнюдь не радовала. Если откинуть в сторону мой врождённый скептицизм и отрицание существования магии, то получается, что именно я теперь и есть тот самый адепт проклятой неизвестно кем силы, знаний и могущества. А что? Жертва точно была, всё же маньяк помер, причём очень мучительной и нехорошей смертью, хотя насчет полнолуния – это не точно. Подняла на уровень глаз правую руку и желчно поинтересовалась:
- Пушок, а ты разговаривать случайно не умеешь? Я бы послушала твои откровения о происходящем.
Увы, дракон моих ожиданий не оправдал. Лишь сонно зевнул, пару раз заискивающе махнул хвостом и снова задремал. Я бы и сама прилегла, но обстоятельства к спокойному отдыху не располагали.
Вздохнула, понимая, что как всегда могу рассчитывать только на себя, и переключилась на изучение карты. Она была простенькой и достаточно условной, но главное я выяснила: проклятая башня находилась в шести часах езды от некрупного города с очаровательным названием Тияшки. Это если верить корявой приписке на обратной стороне карты. Были на карте и иные, более крупные города с абсолютно незнакомыми названиями, но они находились гораздо дальше и пока были для меня совершенно недосягаемы.
Посмотрела на безоблачное небо, посмотрела на лошадь… Очередной раз вздохнула и брезгливо осмотрела запасные портки маньяка. Не постеснялась даже понюхать, пытаясь определить степень их свежести, но вроде бы они были чистыми, хотя и невнятного серого цвета. А что? Не с голым же задом на лошадь взбираться! А тут какие-никакие, а всё же подштанники.
Спустя десять минут, очередной раз помянув крепким словцом маньяка, я вернула пожитки по сумкам, туда же сунула книгу с вновь закрытым глазом и кое-как взобралась на Порше (чем не имя для лошади?). Покрепче стиснула в руках поводья и с опаской тронула бока лошади пятками, уповая на то, что животина сама выберет верный путь и привезёт меня в город. Не знаю, повезло мне или лошадь действительно оказалась достаточно благоразумной, но спустя несколько часов пути по незнакомому лесу без единой тропки мы выбрались на довольно широкую сельскую дорогу. Порше бодро потрусила налево и я, мысленно соотнеся карту и переместившееся по небу солнце, согласилась с её решением. В любом случае куда-нибудь да выедем.
«Куда-нибудь» оказалось не самой близкой целью. Уже начали сгущаться сумерки, когда я проехала сначала мимо одного пшеничного поля, затем мимо другого. Спустя ещё минут десять показался первый сельский домик, второй, третий - и вот я уже стою под высокими каменными стенами средневекового города.
Мысленно простонала, до этой минуты не желая признавать, в какой переплёт умудрилась вляпаться (а самое главное, в честь чего?!), но внешне на мне это никак не отразилось. Даже наоборот, мои губы упрямо поджались, в глазах промелькнули все кары небесные, что наверняка не в последнюю очередь помогло мне спокойно миновать ворота и стражу. Меня не остановили и даже не окликнули, лишь проводили чуть озадаченными взглядами, акцентируя внимание на полуобнажённых ногах, и на этом всё.
Припоминая последнее прочитанное средневековое фэнтези (спасибо, Полинка!), я порадовалась, что уже почти стемнело и на улицах практически нет прохожих. А те, что были, торопились по своим делам, уделяя мне не больше секунды своего внимания. Я бы и сама поторопилась, но пока не представляла, куда. Впрочем…
- Эй, любезный! – нагло окрикнула одного мужчину, который показался мне достойным внимания. И одежда на нём была посолиднее, да и сам выглядел ухожено. – Не подскажете, где тут ближайшая гостиница?
Прохожий остановился и обернулся, позволяя мне приблизиться, а сам в это время рассматривал меня с пытливым прищуром. Особенно ему понравились мои ноги, прикрытые подштанниками лишь до колена. Довольно узкий подол платья я ещё в самом начале задрала практически до пояса, иначе просто не сумела бы запрыгнуть в седло.
- Любезный? – Мой тон похолодел на градус, когда мужчина не отвёл заинтересованного взгляда от моих ног, даже когда я подъехала впритык. – Если что, я немного выше.
Горожанин смущённо отвёл взгляд в сторону, но быстро взял себя в руки и посмотрел мне в лицо. Его глаза удивлённо расширились, после чего он отшатнулся назад, торопливо склонился в поклоне и забормотал извинения. Совершенно не понимая, с чего вдруг такая реакция, я, тем не менее, поторопилась воспользоваться моментом и прервала его на очередном витке извинений.
- Хватит уже! Гостиница тут есть или нет?
- Есть-есть, ваше сиятельство! – горячо заверил меня прохожий, но тут же неуверенно предположил: - Но вам, наверное, лучше к бургомистру…
- Это ещё зачем? – нервно вскинула подбородок, закономерно опасаясь любых представителей власти. Я ведь тут вообще на птичьих правах. Посадят до выяснения личности, как подозрительный элемент, и поминай как звали.
- О, так вы к нам инкогнито? – мужчина понизил тон и воровато огляделся. Не заметил поблизости ничего подозрительного и только после этого доверительно сообщил: - Тогда рекомендую остановиться в «Румяном гусе». Очень приличное место и район хороший. Это три улицы прямо и затем направо. Двухэтажное здание с красочной вывеской, мимо точно не проедете.
Кивнула, запоминая достаточно условный адрес, и отправилась дальше. Несмотря на то, что реакция прохожего была крайне странной, я воспользовалась его советом и совсем скоро уже подъезжала к нужному зданию. Постоялый двор «Румяный гусь» значилось на действительно красочной деревянной вывеске. Рядом художник-авангардист изобразил, скорее всего, блюдо с тем самым гусем, но признать в буро-коричневой кляксе жареную птицу можно было лишь благодаря бурному воображению.
Несмотря на то, что я проезжала по довольно благоустроенному району двух и трёхэтажных каменных домов с палисадниками и фонарями, на ступеньках постоялого двора валялся пьянчужка в обнимку с литровой бутылью. Брезгливо поджала губы, но большого выбора у меня не имелось, и я кое-как спешилась с Порше. Моментально почувствовала все прелести многочасового путешествия, которые до этой минуты как-то сильно не давали о себе знать, порадовалась, что никто не видит моего перекосившегося лица и трясущихся коленок, и минут пять просто приходила в себя, заново привыкая стоять.
Зато когда двери трактира распахнулись настежь и громила с лицом, не отмеченным интеллектом, выкинул за порог ещё одного пьянчужку, я встретила его аристократически-надменным взглядом и каменным лицом.
- Любезный, распорядитесь расседлать мою лошадь и поднимите вещи в комнаты.
- Я? – изумился вышибала, оглядывая меня с головы до ног.
- Можете предложить иные варианты? – мой голос сочился наглой язвительностью, но на этот раз не из-за природной вредности, а больше от усталости и голода.
- Да, как бы… - растерялся мужчина и посмотрел мне в глаза. Побледнел и часто-часто закивал головой. – Бут сделно, ваше сиятельство!
Уже второй раз меня назвали сиятельством, но только сейчас я сообразила, что дело скорее всего в моём лице. Только не говорите, что я не в своём теле! Не хватало ещё, чтобы очередной знаток сиятельств опознал во мне самозванку и это достигло ушей местных стражей! Мысленно похолодев, я всё же нашла в себе силы войти внутрь трактира и сразу оказалась окружена совершенно иной атмосферой. Если снаружи на город опускалась прохладная тишина ночи, то в трактире вовсю царило пьяное веселье. Большое помещение занимало два-три десятка столов и за каждым сидели посетители. Стараясь не сильно глазеть и не привлекать к себе ненужного внимания, я быстро нашла взглядом барную стойку, неподалёку от которой на импровизированной сцене наигрывал на подобии лютни местный музыкант.
Прикинув, что по поводу комнаты нужно поговорить скорее всего с барменом, я двинулась в нужном направлении и, благополучно миновав несколько особо буйных столиков, достигла своей цели.
За стойкой, к моему большому удивлению, я обнаружила не мужчину, а немолодую тучную женщину, которая при виде меня нахмурилась и недовольно поинтересовалась:
- Чо надоть?
Разительный контраст подобострастия со стороны вышибалы и пренебрежения от барменши вызывал внутреннее недоумение, но я не позволила ему проявиться на лице.
- Комнату на ночь и ужин, - произнесла спокойно.
- Местов нет, - ухмыльнулась толстуха, кивая в сторону полного зала. – Аль сама не видишь?
- Очень жаль…
В груди неприятно засвербело, и спавшая со вчерашнего вечера интуиция чуть ли не вслух заявила, что мне бессовестно лгут. Что за новость? Только не говорите, что я теперь знаю, когда мне лгут! Хотя…
Удобно.
Интересно, а если попробовать так?
Я положила правую руку на стойку, позволяя хозяйке увидеть мой драконий браслет, и, не скрывая злости, уточнила:
- Значит, говорите, совсем мест нет?
Хмурый взгляд барменши на секунду остановился на браслете и выражение её лица начало меняться на глазах. Пропала наглая ухмылка, сошёл румянец, задрожали мясистые губы, а глубоко посаженые глазки забегали в поисках спасения. К нам подошёл вышибала, на плече которого висели сумки, снятые с Порше, и удивлённо пробасил:
- А вы чо ещё тут?
- Да так… - многозначительно глянула на трактирщицу, и та на удивление верно поняла вполне прозрачный намёк.
Дрожащей рукой вытащив из-под стойки ключ с номерком и усиленно пряча глаза, толстуха сипло выдала:
- Пятнадцатый, ваше сиятельство. Ванну принимать будете?
Поднялась, решительно приблизилась к каменному ложу, развернула свёрток, скептично поджала губы, обнаружив в нём чёрную хлопковую сорочку с кружевом, длинное черное платье и мягкие домашние туфли без каблука. Тоже чёрные. Повертела, разглядывая, но от этого ничего не изменилось, и я временно смирилась с подобным издевательством. По своей деятельной натуре я предпочитала яркие вещи, спортивный стиль и джинсы, надевая платья лишь по особым случаям. При этом выбирала сексуальные модели длиной выше колена с игривым декольте, открытыми плечами или спиной. Это же одеяние было мало того, что длинным, так ещё и с полноценным рукавом и минимальным вырезом, не открывавшим даже ключицы.
Но делать нечего, надела, стараясь не думать, чье бы это могло быть и почему мне пожалели нижнего белья. Размер, кстати, подошёл, и я, закончив застёгивать бесконечные пуговки на груди, двинулась дальше к двери. С трудом сдвинула ржавый засов, запиравший её изнутри, распахнула створку и с минуту тщательно вслушивалась в подозрительные звуки, раздававшиеся внизу. Пыльная винтовая лестница намекала, что место не самое популярное, но я предпочла перестраховаться. Наконец желание выяснить, что здесь происходит, пересилило врождённую осторожность (к тому же очень хотелось кушать!), и я начала спускаться. Путь вниз казался бесконечным, видимость была практически нулевой (а я даже и не подумала взять свечу!), но наконец путь мне преградила неплотно прикрытая дверь и я с опаской выглянула наружу, стараясь охватить взглядом всё и сразу.
Снаружи начинался солнечный летний день и не было ни единой живой души, не считая флегматичной лошадки, привязанной к покосившемуся столбу метрах в десяти от башни. Вышла, с подозрением огляделась снова, но ничего не изменилось: тишь и глушь непролазной чащи. Недоверчиво нахмурилась, не веря в подозрительное спокойствие окружающей среды, но всё же двинулась в сторону лошадки. Почти подошла, когда со стороны башни мне в голову прилетело чем-то тяжёлым, едва не уронив на землю. Ругнулась, поминая маньяка и его сексуальные привычки, но мои последние слова потонули в жутком грохоте. Резко обернулась, не веря в свою удачу, ведь задержись я ещё чуть-чуть и оказалась бы под завалами камней, которые стали бы моей безымянной могилой, но увидела летящие в мою сторону осколки и инстинктивно вскинула руки, защищая голову. Тотчас вокруг меня и лошадки образовался большой мерцающий купол, защитивший нас от града камней, а спустя какую-то минуту всё было кончено.
Башня перестала существовать, превратившись в невнятную груду обломков практически у моих ног, а на мне не было даже царапины. Лишь мелкая пыль всё ещё витала в воздухе, но и её уносил в противоположную сторону лёгкий ветерок.
Подобрала челюсть, медленно опустила руки, посматривая на них с опаской, краем глаза отметила, как пропал купол, но тут моё внимание привлекла книга, валяющаяся практически у ног. А не ею ли в меня кинули?
С опаской тронула её мыском туфельки, но никакой реакции не последовало. Позади всхрапнула лошадь, ткнув в моё плечо мордой. Вздохнула, пытаясь вернуть себе способность мыслить логически, но получалось не очень. Ладно, буду решать проблемы по мере возможностей. Для начала досмотр!
Здраво рассудив, что лошадь принадлежала маньяку, а значит теперь именно я её новая хозяйка, первым делом осмотрела добычу, старательно воскрешая в памяти всё, что знала о четвероногих аналогах «Порше». Знала я до печального мало, но тем не менее помнила, что лучше не подходить сзади, а в седельных сумках обычно хранится всё, что может понадобиться для путешествия. Так и оказалось. В одной я нашла флягу с разбавленным вином, пару яблок, черствый ржаной хлеб и вяленое мясо, а во второй смену белья, засаленную записную книжку, некое подобие карандаша, сложенную вчетверо потрепанную карту местности с подозрительным черным крестиком и кошель с монетами. Осознала, что проблемы множатся в геометрической прогрессии, и уделила продуктам более плотное внимание.
Если предположить, что без сознания я пробыла всю ночь, то получается, что я не ела практически сутки, а это, знаете ли, крайне негативно сказывается на характере и скорости мыслительного процесса!
Какой-то частью сознания понимая, что путь до цивилизации скорее всего предстоит не быстрый, я с трудом удержалась от того, чтобы не уничтожить всю провизию за раз. С другой стороны, маньяк наверняка запасся бы получше, будь это действительно так. А значит…
- Фр-р… - лошадка, с интересом наблюдавшая, как во мне исчезают продукты, недвусмысленно потянулась к хлебу, и я со вздохом поделилась с нею почти третью каравая.
С транспортом необходимо дружить.
Яблоки тоже поделила поровну, к тому же я их никогда сильно не любила, а после приступила к изучению записей. С трудом продираясь через закорючки чужого почерка и стараясь не думать, что буквы в принципе не походят на кириллицу или латиницу, я выяснила, что некоторое время назад маньяк абсолютно случайно стал счастливым обладателем тайного знания о местонахождении проклятой башни, в которой дожидалась своего часа опять же проклятая сила. После этого он провёл масштабные изыскания и выяснил, что существует реальная возможность стать обладателем великих знаний и могущества. Слегка проклятого правда, но это уже мелочи. Дальше шло что-то неразборчивое, видимо, какой-то особый шифр, а может и суть проклятия, которую я так и не смогла разобрать, лишь отдельные слова и несколько несвязных фраз. На последней странице шёл список, заставивший моё сердце биться сильнее. Первым пунктом шло время – алое суперлуние. Вторым – сильная духом жертва, умершая в мучениях. Третьим – месть.
Кому и за что маньяк не пояснил, но для меня это было уже неважно. Так-так…
Минут десять я просто осмысливала прочитанное, и складывающаяся картина отнюдь не радовала. Если откинуть в сторону мой врождённый скептицизм и отрицание существования магии, то получается, что именно я теперь и есть тот самый адепт проклятой неизвестно кем силы, знаний и могущества. А что? Жертва точно была, всё же маньяк помер, причём очень мучительной и нехорошей смертью, хотя насчет полнолуния – это не точно. Подняла на уровень глаз правую руку и желчно поинтересовалась:
- Пушок, а ты разговаривать случайно не умеешь? Я бы послушала твои откровения о происходящем.
Увы, дракон моих ожиданий не оправдал. Лишь сонно зевнул, пару раз заискивающе махнул хвостом и снова задремал. Я бы и сама прилегла, но обстоятельства к спокойному отдыху не располагали.
Вздохнула, понимая, что как всегда могу рассчитывать только на себя, и переключилась на изучение карты. Она была простенькой и достаточно условной, но главное я выяснила: проклятая башня находилась в шести часах езды от некрупного города с очаровательным названием Тияшки. Это если верить корявой приписке на обратной стороне карты. Были на карте и иные, более крупные города с абсолютно незнакомыми названиями, но они находились гораздо дальше и пока были для меня совершенно недосягаемы.
Посмотрела на безоблачное небо, посмотрела на лошадь… Очередной раз вздохнула и брезгливо осмотрела запасные портки маньяка. Не постеснялась даже понюхать, пытаясь определить степень их свежести, но вроде бы они были чистыми, хотя и невнятного серого цвета. А что? Не с голым же задом на лошадь взбираться! А тут какие-никакие, а всё же подштанники.
Спустя десять минут, очередной раз помянув крепким словцом маньяка, я вернула пожитки по сумкам, туда же сунула книгу с вновь закрытым глазом и кое-как взобралась на Порше (чем не имя для лошади?). Покрепче стиснула в руках поводья и с опаской тронула бока лошади пятками, уповая на то, что животина сама выберет верный путь и привезёт меня в город. Не знаю, повезло мне или лошадь действительно оказалась достаточно благоразумной, но спустя несколько часов пути по незнакомому лесу без единой тропки мы выбрались на довольно широкую сельскую дорогу. Порше бодро потрусила налево и я, мысленно соотнеся карту и переместившееся по небу солнце, согласилась с её решением. В любом случае куда-нибудь да выедем.
«Куда-нибудь» оказалось не самой близкой целью. Уже начали сгущаться сумерки, когда я проехала сначала мимо одного пшеничного поля, затем мимо другого. Спустя ещё минут десять показался первый сельский домик, второй, третий - и вот я уже стою под высокими каменными стенами средневекового города.
Мысленно простонала, до этой минуты не желая признавать, в какой переплёт умудрилась вляпаться (а самое главное, в честь чего?!), но внешне на мне это никак не отразилось. Даже наоборот, мои губы упрямо поджались, в глазах промелькнули все кары небесные, что наверняка не в последнюю очередь помогло мне спокойно миновать ворота и стражу. Меня не остановили и даже не окликнули, лишь проводили чуть озадаченными взглядами, акцентируя внимание на полуобнажённых ногах, и на этом всё.
Припоминая последнее прочитанное средневековое фэнтези (спасибо, Полинка!), я порадовалась, что уже почти стемнело и на улицах практически нет прохожих. А те, что были, торопились по своим делам, уделяя мне не больше секунды своего внимания. Я бы и сама поторопилась, но пока не представляла, куда. Впрочем…
- Эй, любезный! – нагло окрикнула одного мужчину, который показался мне достойным внимания. И одежда на нём была посолиднее, да и сам выглядел ухожено. – Не подскажете, где тут ближайшая гостиница?
Прохожий остановился и обернулся, позволяя мне приблизиться, а сам в это время рассматривал меня с пытливым прищуром. Особенно ему понравились мои ноги, прикрытые подштанниками лишь до колена. Довольно узкий подол платья я ещё в самом начале задрала практически до пояса, иначе просто не сумела бы запрыгнуть в седло.
- Любезный? – Мой тон похолодел на градус, когда мужчина не отвёл заинтересованного взгляда от моих ног, даже когда я подъехала впритык. – Если что, я немного выше.
Горожанин смущённо отвёл взгляд в сторону, но быстро взял себя в руки и посмотрел мне в лицо. Его глаза удивлённо расширились, после чего он отшатнулся назад, торопливо склонился в поклоне и забормотал извинения. Совершенно не понимая, с чего вдруг такая реакция, я, тем не менее, поторопилась воспользоваться моментом и прервала его на очередном витке извинений.
- Хватит уже! Гостиница тут есть или нет?
- Есть-есть, ваше сиятельство! – горячо заверил меня прохожий, но тут же неуверенно предположил: - Но вам, наверное, лучше к бургомистру…
- Это ещё зачем? – нервно вскинула подбородок, закономерно опасаясь любых представителей власти. Я ведь тут вообще на птичьих правах. Посадят до выяснения личности, как подозрительный элемент, и поминай как звали.
- О, так вы к нам инкогнито? – мужчина понизил тон и воровато огляделся. Не заметил поблизости ничего подозрительного и только после этого доверительно сообщил: - Тогда рекомендую остановиться в «Румяном гусе». Очень приличное место и район хороший. Это три улицы прямо и затем направо. Двухэтажное здание с красочной вывеской, мимо точно не проедете.
Кивнула, запоминая достаточно условный адрес, и отправилась дальше. Несмотря на то, что реакция прохожего была крайне странной, я воспользовалась его советом и совсем скоро уже подъезжала к нужному зданию. Постоялый двор «Румяный гусь» значилось на действительно красочной деревянной вывеске. Рядом художник-авангардист изобразил, скорее всего, блюдо с тем самым гусем, но признать в буро-коричневой кляксе жареную птицу можно было лишь благодаря бурному воображению.
Несмотря на то, что я проезжала по довольно благоустроенному району двух и трёхэтажных каменных домов с палисадниками и фонарями, на ступеньках постоялого двора валялся пьянчужка в обнимку с литровой бутылью. Брезгливо поджала губы, но большого выбора у меня не имелось, и я кое-как спешилась с Порше. Моментально почувствовала все прелести многочасового путешествия, которые до этой минуты как-то сильно не давали о себе знать, порадовалась, что никто не видит моего перекосившегося лица и трясущихся коленок, и минут пять просто приходила в себя, заново привыкая стоять.
Зато когда двери трактира распахнулись настежь и громила с лицом, не отмеченным интеллектом, выкинул за порог ещё одного пьянчужку, я встретила его аристократически-надменным взглядом и каменным лицом.
- Любезный, распорядитесь расседлать мою лошадь и поднимите вещи в комнаты.
- Я? – изумился вышибала, оглядывая меня с головы до ног.
- Можете предложить иные варианты? – мой голос сочился наглой язвительностью, но на этот раз не из-за природной вредности, а больше от усталости и голода.
- Да, как бы… - растерялся мужчина и посмотрел мне в глаза. Побледнел и часто-часто закивал головой. – Бут сделно, ваше сиятельство!
Уже второй раз меня назвали сиятельством, но только сейчас я сообразила, что дело скорее всего в моём лице. Только не говорите, что я не в своём теле! Не хватало ещё, чтобы очередной знаток сиятельств опознал во мне самозванку и это достигло ушей местных стражей! Мысленно похолодев, я всё же нашла в себе силы войти внутрь трактира и сразу оказалась окружена совершенно иной атмосферой. Если снаружи на город опускалась прохладная тишина ночи, то в трактире вовсю царило пьяное веселье. Большое помещение занимало два-три десятка столов и за каждым сидели посетители. Стараясь не сильно глазеть и не привлекать к себе ненужного внимания, я быстро нашла взглядом барную стойку, неподалёку от которой на импровизированной сцене наигрывал на подобии лютни местный музыкант.
Прикинув, что по поводу комнаты нужно поговорить скорее всего с барменом, я двинулась в нужном направлении и, благополучно миновав несколько особо буйных столиков, достигла своей цели.
За стойкой, к моему большому удивлению, я обнаружила не мужчину, а немолодую тучную женщину, которая при виде меня нахмурилась и недовольно поинтересовалась:
- Чо надоть?
Разительный контраст подобострастия со стороны вышибалы и пренебрежения от барменши вызывал внутреннее недоумение, но я не позволила ему проявиться на лице.
- Комнату на ночь и ужин, - произнесла спокойно.
- Местов нет, - ухмыльнулась толстуха, кивая в сторону полного зала. – Аль сама не видишь?
- Очень жаль…
В груди неприятно засвербело, и спавшая со вчерашнего вечера интуиция чуть ли не вслух заявила, что мне бессовестно лгут. Что за новость? Только не говорите, что я теперь знаю, когда мне лгут! Хотя…
Удобно.
Интересно, а если попробовать так?
Я положила правую руку на стойку, позволяя хозяйке увидеть мой драконий браслет, и, не скрывая злости, уточнила:
- Значит, говорите, совсем мест нет?
Хмурый взгляд барменши на секунду остановился на браслете и выражение её лица начало меняться на глазах. Пропала наглая ухмылка, сошёл румянец, задрожали мясистые губы, а глубоко посаженые глазки забегали в поисках спасения. К нам подошёл вышибала, на плече которого висели сумки, снятые с Порше, и удивлённо пробасил:
- А вы чо ещё тут?
- Да так… - многозначительно глянула на трактирщицу, и та на удивление верно поняла вполне прозрачный намёк.
Дрожащей рукой вытащив из-под стойки ключ с номерком и усиленно пряча глаза, толстуха сипло выдала:
- Пятнадцатый, ваше сиятельство. Ванну принимать будете?
