- То рекомендую прекратить несанкционированные эксперименты. Или у вас есть на них разрешение?
- Нет, - прозвучало едва слышно от окончательно деморализованного управляющего.
- Надеюсь, мы друг друга поняли, - резюмировал ангел и обратился ко мне. – Ольга Андреевна, здесь мы закончили, идёмте.
Лишь на улице, вдохнув обжигающий воздух полной грудью, я смогла категорично заявить.
- Я не буду есть пирожные этой лавки!
- Бросьте, - небрежно отмахнулся ангел, подавая мне шлем, вновь вынутый прямо из воздуха. – Когда надо Изакарон отменный кондитер. А то, что было на витрине – это его хобби.
- Хобби? Продавать гнильё с червями вместо пирожных?! – я возмущенно хапнула воздух ртом. – И это ведь покупают!
- Кому-то и жареные тараканы за деликатес, - беспечности в тоне Самаэля было хоть отбавляй. – Но вы не переживайте, нам сделают именно то, что я заказал.
Я не рискнула усомниться в словах спутника, но для себя четко решила, что к сим «шедеврам» не прикоснусь даже пальцем. Зная, кем они сделаны (точно демоном!) и что пеклось рядом? Никогда!
Оставшийся путь до дома прошел ровно и без приключений. Дома тоже никого кроме мамы не наблюдалось, и когда абсолютно ровно и без покушений прошел и ужин, а мама, за весь вечер не сказавшая и десятка слов, сославшись на усталость, ушла к себе, я начала нервничать всерьез.
Я никогда не умела предсказывать даже на пару минут наперед, но сейчас меня буквально грызло нехорошее предчувствие. Или это всего лишь истеричные последствия непростого рабочего дня?
В ванну что ли забраться…
Только подумала и тут же отказалась. Сама мысль о том, что на меня снова могут напасть в ванной и Самаэль вновь примется убивать демона прямо при мне (или прямо на мне?), показалась жуткой и заставила пересмотреть свои желания.
Нет, помыться конечно стоит. Но быстро. И чуть позже.
А пока…
Покосившись на кровать, поняла, что стоит освежить в памяти одну из асан с очень привлекательным названием Навсёначхатьсана. Хотя бы на пару часиков.
Стоило рухнуть на кровать, а уху коснуться подушки, как в голове что-то щелкнуло, и я отключилась практически сразу. Это было не обмороком, но чем-то весьма схожим.
В итоге я провалялась в полудреме почти до десяти вечера. Когда начало темнеть, с трудом заставила себя встать, чтобы быстренько ополоснуться и рухнуть в кровать снова, на этот раз уже на всю ночь.
Радовало одно – завтра пятница.
Ночь прошла тихо, но быстро, так что разбуженная мамой вставала я в полной уверенности, что легла буквально только что. Но нет, часы неумолимо показали семь утра и пришлось успокаивать себя обещанием, что уж завтра я точно просплю до обеда. Не меньше! Почему-то всегда после эмоциональных встрясок я хотела спать. Кто-то ел, кто-то наоборот терял аппетит и даже сон, а вот я фактически впадала в спячку.
И ладно бы на дворе стояла снежная зима, было бы хоть какое-то оправдание! Но нет, градусник, словно в насмешку, застыл на отметке двадцать семь. И это ранним утром!
Вангую – в выходные будет дождь.
Ведь у нас как? Как рабочие будни – так все условия для отдыха, а как выходные или праздники – то шагу за порог не сделать: ливневые дожди, ураганные ветра или и то и другое вместе.
Пока в голове толпились несвязные утренние мысли, я на автомате умывалась, одевалась в свежие брючки и блузку (вчерашние оказались уже испачканы) и искала в глубине шкафа запасную сумку. Беспрекословно съела приготовленный мамой омлет, с благодарностью приняла из её рук заранее собранный пакет с чаем-сахаром-домашними печеньками, не забыла о кружке с чайной ложечкой и без двадцати восемь уже надевала в прихожей балетки.
Всё это время Самаэль безмолвной тенью находился рядом, причем и мама взяла с него пример, вновь произнеся не больше десятка слов за всё утро. И хотела бы потрясти её, но не было ни времени, ни сил. Да и бесполезно - если мама уходила в себя, а подобных случаев на моей памяти было не больше пяти, то достучаться до неё не представлялось возможным. Она сама «отвисала» спустя некоторое время и вновь становилась говорливой и веселой, но при этом деловой и собранной.
В лифте мы с Самаэлем спускались молча, так же молча у меня потребовали пакет, который пропал сразу же после передачи, а взамен я получила шлем. Завязывать разговор о пустом не было ни малейшего желания, так что и дальнейший наш путь прошел в молчании. Мы лишь на минутку остановились возле закрытой по причине раннего утра кондитерской, на чьих ступенях нас ждал управляющий. Суетливо лебезящий толстяк с многочисленными заверениями идеального исполнения заказа вручил Самаэлю фирменный пакет с пирожными, в ответ получил оплату и многозначительное обещание проверить каждый кусочек лично.
- Если исполнение меня удовлетворит, заглянем к тебе на следующей неделе, если же нет – жди персональной проверки, - на прощание пообещал ангел, отчего толстяк посерел, затрясся и с утроенной скоростью начал заверять, что старался как никогда.
Это малопривлекательное зрелище преследовало меня вплоть до кабинета, причем я уже убрала продукты в тумбочку, включила компьютер, и даже начала сортировать папки, откладывая в сторону те, что уже обработала, а перед глазами всё стояли трясущиеся в страхе потные телеса управляющего.
Как там его? Изакарон?
- Управляющий лавкой тоже демон? – вроде как невзначай решила поинтересоваться я у задремавшего на диване ангела.
- Верно, - сонно пробормотал Самаэль, даже не открыв глаз.
- А почему он такой толстый и непривлекательный? – наконец озвучила я мучающий меня всё утро вопрос.
- Его ранг недостаточно высок для получения личины иного класса, - последовал загадочный ответ.
- Но при этом у него собственная кондитерская лавка, где он занимается различными гнусностями, - настырно продолжила докапываться до истины я.
- Не собственная, - возразил Самаэль. – Изакарон лишь управляющий того магазинчика. Сеть принадлежит Дагону, намного более могущественному демону ада.
- А продавщица?
- Что продавщица?
- Она человек?
Перед глазами встало шокированное лицо девушки, когда та увидела перемены, произошедшие с витриной. Вряд ли она знала об истинном положении дел.
- Конечно, - подтвердил мою догадку блондин. – Демонов, занимающих рабочие профессии не так много, как вы могли подумать. Бесов нанимать не выгодно, они в большинстве своём лентяи, лжецы и бездари, так что в основном этим занимаются люди, а демоны лишь присматривают, чтобы всё шло так, как задумано.
- И много у вас таких лавок?
- У нас? – Самаэль недовольно выделил тоном «нас». – У кого «у нас», Ольга Андреевна?
Сообразив, что сказала что-то крайне обидное (но пока не поняла, чем именно), я торопливо поправилась.
- Извините. У них. У демонов.
- В масштабах человечества – не много, - смягчился Самаэль. – Но в целом – в каждой отрасли можно встретить как демонические, так и ангельские предприятия. Конкуренция идет на всех уровнях бытия.
Я уже поняла, что лучше верить каждому слову собеседника и даже не пытаться думать, что он шутит или рассказывает сказки, но при этом каждый раз чувствовала себя глупо.
Как минимум обманутой!
Столько лет прожить в мире, где существуют не только люди, но и демоны с ангелами! Музы, бесы, призраки и черт знает кто ещё! И при этом не знать ровным счетом ничего! Даже не подозревать!
- А как понять, кому принадлежит магазин? Вдруг я решу купить какую-нибудь колбасу, а она окажется с демонической начинкой?
- Мой вам совет – не покупайте колбасу вообще, - иронично хмыкнул ангел. – Особенно ту, что делают люди…
Очень смешно.
Поджав губы, раздраженно выдохнула. Умеет он передергивать!
- А всё-таки? – попыталась я проявить настойчивость.
- Не беспокойтесь, в повседневной жизни мало кому из людей везет столкнуться с проявлением потустороннего. Все эти лавки, магазины, предприятия, которые содержат нелюди, предназначены как раз для обеспечения их собственных нужд. – Решил, видимо, успокоить меня Самаэль. А затем подкинул интригу. - На Земле ведь живут и работают не только демоны и ангелы…
- Не только? – я торопливо ухватилась за хвостик сказанного. – А кто ещё?
- Много кто, - лениво и чересчур расплывчато ответил мистер Вредина. – Если интересно – ознакомьтесь сами, в архиве есть неплохие энциклопедические подборки.
Ответ был не совсем таким, каким бы мне хотелось, но я поблагодарила и за него. Самаэль имел полное право не отвечать, он ведь телохранитель, а не справочная. Удивительно, что вообще разговаривает.
Следующие полтора часа я весьма бодренько сортировала дела сотрудников, сразу отложив в сторону три папочки, чье содержимое интересовало меня больше всех. Я прекрасно понимала, что бессовестно трачу рабочее время на решение личного вопроса, но не могла себе в этом отказать.
Но когда вернулась за стол и внимательно изучила все три дела, то поняла, что не продвинулась в расследовании ни на миллиметр – все трое выглядели чуть ли не близнецами!
Белокурые локоны, пронзительно-синие глаза, невинный взгляд и безупречный послужной список как под копирку. Начиная злиться, я скрупулезно изучала дела снова и снова, пытаясь понять, за что можно уцепиться, но не находила. Даже имена не были созвучны с моим отчеством!
Закрыв третью досконально изученную папку, разочарованно откинулась в кресле и задумчиво потерла переносицу. По каким признакам кроме внешности можно понять, кто из них мой отец? Генетическая память упорно молчала, отказываясь признавать родную кровь, и я уже было подумала, что где-то ошиблась и мой отец кто-то другой, как в дверь постучали.
- Войдите.
Радуясь возможности отвлечься, я недоуменно приподняла брови, когда на пороге возник красавчик с огромным букетом нежно розовых роз.
Не меньше сотни.
И если букет был свеж и безупречен, то красавчик… тоже безупречен. Широкоплечий подтянутый слегка небритый брюнет, благоухающий афродизиачным парфюмом. Ямочка на подбородке, ямочки на щеках, дерзкая челка, падающая на левый глаз, темные брюки, обтягивающие упругие ягодицы и светло-голубая рубашка, не застёгнутая на верхние пуговки, что позволяло полюбоваться завлекательными кудряшками на груди. Этакая зефирка в шоколаде с вершинкой-клубничкой.
Приторная до отвращения.
- Ольга Андреевна, – сексуально мурлыкнул брюнет и скользнул ко мне. – Это вам.
- Представьтесь, пожалуйста, - более чем прохладно предложила я, краем глаза подмечая, что Самаэль даже не потрудился сесть.
А это, как мне показалось, могло означать, что вошедший не представлял угрозы. Принимать подозрительный дар я не планировала в любом случае, но выяснить его подоплеку следовало. Подкуп, обманный маневр или что-то иное?
- Меня зовут Карниван, красавица, - мужчина небрежно бросил букет на стол, при этом нагло устраивая свой зад на край стола. – Чем занимаешься вечером?
Самаэль не торопился вмешиваться, но этого пока и не требовалось - я решила, что вполне справлюсь с этим самонадеянным нахалом сама.
- Не припомню, чтобы давала вам разрешение на столь панибратское обращение, - я старательно копировала уничижающий тон ангела, пуская во взгляд максимум неприязни. – В каком отделе вы работаете?
Во взгляде демона промелькнула растерянность, но тут же пропала. Брюнет склонился и прошептал таким интимным шепотом, что меня едва не передернуло от отвращения.
- Двумя этажами выше. Хочешь проверить мягкость моего дивана? Уверяю, тебе понравится.
Он за кого меня принимает?!
Не собираясь отступать (хотя очень хотелось откатиться назад, благо место было), я деловито поправила очки и сухо уточнила.
- Отдел по работе с клиентами, как я полагаю? Карниван, где ваше личное дело? Хочу ознакомиться с ним более подробно. Не помню, чтобы в должностных инструкциях разрешалось подобное поведение с коллегами. Или я ошибаюсь?
Судя по недоуменно вытянувшемуся лицу демона, тот не ожидал подобного поворота дел. Медленно отстранился, нахмурился, нервно поправил воротник, запустил пальцы в волосы, и всё это время не сводя с меня озадаченного взгляда.
Внутренне радуясь хоть и крохотной, но победе, я изображала невозмутимое ожидание.
Которое затягивалось…
- Карниван? – заодно припоминая властное поведение Ираиды, я искренне надеялась, что хоть капельку сейчас на неё похожа. – Вы не расслышали вопроса? Где ваше личное дело?
- Его здесь нет, - донеслось насмешливо со стороны дивана. – Сей экземпляр не потрудился принести его в канцелярию в своё время. Да и нечего там нести: ни образования, ни опыта работы. Одна лишь протекция.
- То есть фактически он здесь не работает? – я возмущенно округлила глаза и сразу же пошла в наступление. – Тогда как вы смеете тратить моё время, предназначенное исключительно для проверки документов?!
Наставила на отпрянувшего демона ручку и отчеканила.
- Будьте любезны покинуть мой кабинет сейчас же и заберите это, - я брезгливо кивнула в сторону букета, принципиально представляя на его месте что-нибудь гадкое.
- Да ты знаешь, кто мой дядя?! – зашипел Карниван, враз изменившись в лице и сжав пальцы, явно желая сделать это на моей шее. Маска холеного красавчика дала трещину, и из глубины злых глаз на меня глянуло нечто мерзкое.
- Меня не интересуют ваши родственники, я здесь не за этим. И если вам больше нечего сказать по существу…
Я многозначительно покосилась на Самаэля, хотя позвоночник уже неприятно напрягся, в любой момент ожидая нападения униженного демона.
- Ты ещё пожалееш-ш-шь, - прошипел брюнет и, резко спрыгнув со стола, выскочил из кабинета, естественно не прихватив розы, но не забыв громко хлопнуть дверью.
Да-да, уже жалею. Жалею, что впустила.
Интересно, а можно попросить мою бравую охрану, ту самую, которая сторожит двери снаружи, не пропускать неадекватных личностей?
Хотя, о чем я… Тут каждый первый такой. Я даже за себя поручиться не могу, что уж об остальных говорить.
С минуту внимательно осматривала букет, всерьез опасаясь к нему притрагиваться, а затем не поленилась спросить у вальяжно лежащего Самаэля.
- Как думаете, розы можно брать руками?
- Можно. Прямой опасности нет, это обычные цветы.
Вот и отлично.
Букет отправился в мусорное ведро, а я вновь склонилась над документами, решив отвлечься от троицы падших, и для разнообразия всё-таки поработать. Уверена, я что-то упускаю, и это что-то вскоре обязательно сформулируется само. Надо только ему не мешать.
За следующий час я успела занести в базу ещё с десяток дел, уделяя особое внимание должностным инструкциям, чтобы в случае повторения подобных провокаций знать, как поставить наглецов на место.
Большим разнообразием документы не отличались, как и их владельцы. Демоны и демоницы, развратники и блудницы. Совратители, искусители, провокаторы и подстрекатели всех мастей.
В какой-то момент я даже поймала себя на мысли, что начинаю относиться к работе, как к чему-то безличному и далекому. Меня уже не задевали формулировки, не возмущали должности, не раздражали зубодробительные имена и не вызывали негодование подробности вынесенных благодарностей.
Это просто работа. Ничего личного.
- Перерыв, - неожиданно рядом со мной брякнула кружка, и моментально запахло свежезаваренным чаем с мятой. – Печенье, пирожные?
- Благодарю, - с трудом оторвавшись от изучения очередного документа, я сфокусировала взгляд на подошедшем ангеле и не удержалась от замечания, которое ещё вчера крутилось на языке.
- Нет, - прозвучало едва слышно от окончательно деморализованного управляющего.
- Надеюсь, мы друг друга поняли, - резюмировал ангел и обратился ко мне. – Ольга Андреевна, здесь мы закончили, идёмте.
Лишь на улице, вдохнув обжигающий воздух полной грудью, я смогла категорично заявить.
- Я не буду есть пирожные этой лавки!
- Бросьте, - небрежно отмахнулся ангел, подавая мне шлем, вновь вынутый прямо из воздуха. – Когда надо Изакарон отменный кондитер. А то, что было на витрине – это его хобби.
- Хобби? Продавать гнильё с червями вместо пирожных?! – я возмущенно хапнула воздух ртом. – И это ведь покупают!
- Кому-то и жареные тараканы за деликатес, - беспечности в тоне Самаэля было хоть отбавляй. – Но вы не переживайте, нам сделают именно то, что я заказал.
Я не рискнула усомниться в словах спутника, но для себя четко решила, что к сим «шедеврам» не прикоснусь даже пальцем. Зная, кем они сделаны (точно демоном!) и что пеклось рядом? Никогда!
Оставшийся путь до дома прошел ровно и без приключений. Дома тоже никого кроме мамы не наблюдалось, и когда абсолютно ровно и без покушений прошел и ужин, а мама, за весь вечер не сказавшая и десятка слов, сославшись на усталость, ушла к себе, я начала нервничать всерьез.
Я никогда не умела предсказывать даже на пару минут наперед, но сейчас меня буквально грызло нехорошее предчувствие. Или это всего лишь истеричные последствия непростого рабочего дня?
В ванну что ли забраться…
Только подумала и тут же отказалась. Сама мысль о том, что на меня снова могут напасть в ванной и Самаэль вновь примется убивать демона прямо при мне (или прямо на мне?), показалась жуткой и заставила пересмотреть свои желания.
Нет, помыться конечно стоит. Но быстро. И чуть позже.
А пока…
Покосившись на кровать, поняла, что стоит освежить в памяти одну из асан с очень привлекательным названием Навсёначхатьсана. Хотя бы на пару часиков.
Стоило рухнуть на кровать, а уху коснуться подушки, как в голове что-то щелкнуло, и я отключилась практически сразу. Это было не обмороком, но чем-то весьма схожим.
В итоге я провалялась в полудреме почти до десяти вечера. Когда начало темнеть, с трудом заставила себя встать, чтобы быстренько ополоснуться и рухнуть в кровать снова, на этот раз уже на всю ночь.
Радовало одно – завтра пятница.
Ночь прошла тихо, но быстро, так что разбуженная мамой вставала я в полной уверенности, что легла буквально только что. Но нет, часы неумолимо показали семь утра и пришлось успокаивать себя обещанием, что уж завтра я точно просплю до обеда. Не меньше! Почему-то всегда после эмоциональных встрясок я хотела спать. Кто-то ел, кто-то наоборот терял аппетит и даже сон, а вот я фактически впадала в спячку.
И ладно бы на дворе стояла снежная зима, было бы хоть какое-то оправдание! Но нет, градусник, словно в насмешку, застыл на отметке двадцать семь. И это ранним утром!
Вангую – в выходные будет дождь.
Ведь у нас как? Как рабочие будни – так все условия для отдыха, а как выходные или праздники – то шагу за порог не сделать: ливневые дожди, ураганные ветра или и то и другое вместе.
Пока в голове толпились несвязные утренние мысли, я на автомате умывалась, одевалась в свежие брючки и блузку (вчерашние оказались уже испачканы) и искала в глубине шкафа запасную сумку. Беспрекословно съела приготовленный мамой омлет, с благодарностью приняла из её рук заранее собранный пакет с чаем-сахаром-домашними печеньками, не забыла о кружке с чайной ложечкой и без двадцати восемь уже надевала в прихожей балетки.
Всё это время Самаэль безмолвной тенью находился рядом, причем и мама взяла с него пример, вновь произнеся не больше десятка слов за всё утро. И хотела бы потрясти её, но не было ни времени, ни сил. Да и бесполезно - если мама уходила в себя, а подобных случаев на моей памяти было не больше пяти, то достучаться до неё не представлялось возможным. Она сама «отвисала» спустя некоторое время и вновь становилась говорливой и веселой, но при этом деловой и собранной.
В лифте мы с Самаэлем спускались молча, так же молча у меня потребовали пакет, который пропал сразу же после передачи, а взамен я получила шлем. Завязывать разговор о пустом не было ни малейшего желания, так что и дальнейший наш путь прошел в молчании. Мы лишь на минутку остановились возле закрытой по причине раннего утра кондитерской, на чьих ступенях нас ждал управляющий. Суетливо лебезящий толстяк с многочисленными заверениями идеального исполнения заказа вручил Самаэлю фирменный пакет с пирожными, в ответ получил оплату и многозначительное обещание проверить каждый кусочек лично.
- Если исполнение меня удовлетворит, заглянем к тебе на следующей неделе, если же нет – жди персональной проверки, - на прощание пообещал ангел, отчего толстяк посерел, затрясся и с утроенной скоростью начал заверять, что старался как никогда.
Это малопривлекательное зрелище преследовало меня вплоть до кабинета, причем я уже убрала продукты в тумбочку, включила компьютер, и даже начала сортировать папки, откладывая в сторону те, что уже обработала, а перед глазами всё стояли трясущиеся в страхе потные телеса управляющего.
Как там его? Изакарон?
- Управляющий лавкой тоже демон? – вроде как невзначай решила поинтересоваться я у задремавшего на диване ангела.
- Верно, - сонно пробормотал Самаэль, даже не открыв глаз.
- А почему он такой толстый и непривлекательный? – наконец озвучила я мучающий меня всё утро вопрос.
- Его ранг недостаточно высок для получения личины иного класса, - последовал загадочный ответ.
- Но при этом у него собственная кондитерская лавка, где он занимается различными гнусностями, - настырно продолжила докапываться до истины я.
- Не собственная, - возразил Самаэль. – Изакарон лишь управляющий того магазинчика. Сеть принадлежит Дагону, намного более могущественному демону ада.
- А продавщица?
- Что продавщица?
- Она человек?
Перед глазами встало шокированное лицо девушки, когда та увидела перемены, произошедшие с витриной. Вряд ли она знала об истинном положении дел.
- Конечно, - подтвердил мою догадку блондин. – Демонов, занимающих рабочие профессии не так много, как вы могли подумать. Бесов нанимать не выгодно, они в большинстве своём лентяи, лжецы и бездари, так что в основном этим занимаются люди, а демоны лишь присматривают, чтобы всё шло так, как задумано.
- И много у вас таких лавок?
- У нас? – Самаэль недовольно выделил тоном «нас». – У кого «у нас», Ольга Андреевна?
Сообразив, что сказала что-то крайне обидное (но пока не поняла, чем именно), я торопливо поправилась.
- Извините. У них. У демонов.
- В масштабах человечества – не много, - смягчился Самаэль. – Но в целом – в каждой отрасли можно встретить как демонические, так и ангельские предприятия. Конкуренция идет на всех уровнях бытия.
Я уже поняла, что лучше верить каждому слову собеседника и даже не пытаться думать, что он шутит или рассказывает сказки, но при этом каждый раз чувствовала себя глупо.
Как минимум обманутой!
Столько лет прожить в мире, где существуют не только люди, но и демоны с ангелами! Музы, бесы, призраки и черт знает кто ещё! И при этом не знать ровным счетом ничего! Даже не подозревать!
- А как понять, кому принадлежит магазин? Вдруг я решу купить какую-нибудь колбасу, а она окажется с демонической начинкой?
- Мой вам совет – не покупайте колбасу вообще, - иронично хмыкнул ангел. – Особенно ту, что делают люди…
Очень смешно.
Поджав губы, раздраженно выдохнула. Умеет он передергивать!
- А всё-таки? – попыталась я проявить настойчивость.
- Не беспокойтесь, в повседневной жизни мало кому из людей везет столкнуться с проявлением потустороннего. Все эти лавки, магазины, предприятия, которые содержат нелюди, предназначены как раз для обеспечения их собственных нужд. – Решил, видимо, успокоить меня Самаэль. А затем подкинул интригу. - На Земле ведь живут и работают не только демоны и ангелы…
- Не только? – я торопливо ухватилась за хвостик сказанного. – А кто ещё?
- Много кто, - лениво и чересчур расплывчато ответил мистер Вредина. – Если интересно – ознакомьтесь сами, в архиве есть неплохие энциклопедические подборки.
Ответ был не совсем таким, каким бы мне хотелось, но я поблагодарила и за него. Самаэль имел полное право не отвечать, он ведь телохранитель, а не справочная. Удивительно, что вообще разговаривает.
Следующие полтора часа я весьма бодренько сортировала дела сотрудников, сразу отложив в сторону три папочки, чье содержимое интересовало меня больше всех. Я прекрасно понимала, что бессовестно трачу рабочее время на решение личного вопроса, но не могла себе в этом отказать.
Но когда вернулась за стол и внимательно изучила все три дела, то поняла, что не продвинулась в расследовании ни на миллиметр – все трое выглядели чуть ли не близнецами!
Белокурые локоны, пронзительно-синие глаза, невинный взгляд и безупречный послужной список как под копирку. Начиная злиться, я скрупулезно изучала дела снова и снова, пытаясь понять, за что можно уцепиться, но не находила. Даже имена не были созвучны с моим отчеством!
Закрыв третью досконально изученную папку, разочарованно откинулась в кресле и задумчиво потерла переносицу. По каким признакам кроме внешности можно понять, кто из них мой отец? Генетическая память упорно молчала, отказываясь признавать родную кровь, и я уже было подумала, что где-то ошиблась и мой отец кто-то другой, как в дверь постучали.
- Войдите.
Радуясь возможности отвлечься, я недоуменно приподняла брови, когда на пороге возник красавчик с огромным букетом нежно розовых роз.
Не меньше сотни.
И если букет был свеж и безупречен, то красавчик… тоже безупречен. Широкоплечий подтянутый слегка небритый брюнет, благоухающий афродизиачным парфюмом. Ямочка на подбородке, ямочки на щеках, дерзкая челка, падающая на левый глаз, темные брюки, обтягивающие упругие ягодицы и светло-голубая рубашка, не застёгнутая на верхние пуговки, что позволяло полюбоваться завлекательными кудряшками на груди. Этакая зефирка в шоколаде с вершинкой-клубничкой.
Приторная до отвращения.
- Ольга Андреевна, – сексуально мурлыкнул брюнет и скользнул ко мне. – Это вам.
- Представьтесь, пожалуйста, - более чем прохладно предложила я, краем глаза подмечая, что Самаэль даже не потрудился сесть.
А это, как мне показалось, могло означать, что вошедший не представлял угрозы. Принимать подозрительный дар я не планировала в любом случае, но выяснить его подоплеку следовало. Подкуп, обманный маневр или что-то иное?
- Меня зовут Карниван, красавица, - мужчина небрежно бросил букет на стол, при этом нагло устраивая свой зад на край стола. – Чем занимаешься вечером?
Самаэль не торопился вмешиваться, но этого пока и не требовалось - я решила, что вполне справлюсь с этим самонадеянным нахалом сама.
- Не припомню, чтобы давала вам разрешение на столь панибратское обращение, - я старательно копировала уничижающий тон ангела, пуская во взгляд максимум неприязни. – В каком отделе вы работаете?
Во взгляде демона промелькнула растерянность, но тут же пропала. Брюнет склонился и прошептал таким интимным шепотом, что меня едва не передернуло от отвращения.
- Двумя этажами выше. Хочешь проверить мягкость моего дивана? Уверяю, тебе понравится.
Он за кого меня принимает?!
Не собираясь отступать (хотя очень хотелось откатиться назад, благо место было), я деловито поправила очки и сухо уточнила.
- Отдел по работе с клиентами, как я полагаю? Карниван, где ваше личное дело? Хочу ознакомиться с ним более подробно. Не помню, чтобы в должностных инструкциях разрешалось подобное поведение с коллегами. Или я ошибаюсь?
Глава 11
Судя по недоуменно вытянувшемуся лицу демона, тот не ожидал подобного поворота дел. Медленно отстранился, нахмурился, нервно поправил воротник, запустил пальцы в волосы, и всё это время не сводя с меня озадаченного взгляда.
Внутренне радуясь хоть и крохотной, но победе, я изображала невозмутимое ожидание.
Которое затягивалось…
- Карниван? – заодно припоминая властное поведение Ираиды, я искренне надеялась, что хоть капельку сейчас на неё похожа. – Вы не расслышали вопроса? Где ваше личное дело?
- Его здесь нет, - донеслось насмешливо со стороны дивана. – Сей экземпляр не потрудился принести его в канцелярию в своё время. Да и нечего там нести: ни образования, ни опыта работы. Одна лишь протекция.
- То есть фактически он здесь не работает? – я возмущенно округлила глаза и сразу же пошла в наступление. – Тогда как вы смеете тратить моё время, предназначенное исключительно для проверки документов?!
Наставила на отпрянувшего демона ручку и отчеканила.
- Будьте любезны покинуть мой кабинет сейчас же и заберите это, - я брезгливо кивнула в сторону букета, принципиально представляя на его месте что-нибудь гадкое.
- Да ты знаешь, кто мой дядя?! – зашипел Карниван, враз изменившись в лице и сжав пальцы, явно желая сделать это на моей шее. Маска холеного красавчика дала трещину, и из глубины злых глаз на меня глянуло нечто мерзкое.
- Меня не интересуют ваши родственники, я здесь не за этим. И если вам больше нечего сказать по существу…
Я многозначительно покосилась на Самаэля, хотя позвоночник уже неприятно напрягся, в любой момент ожидая нападения униженного демона.
- Ты ещё пожалееш-ш-шь, - прошипел брюнет и, резко спрыгнув со стола, выскочил из кабинета, естественно не прихватив розы, но не забыв громко хлопнуть дверью.
Да-да, уже жалею. Жалею, что впустила.
Интересно, а можно попросить мою бравую охрану, ту самую, которая сторожит двери снаружи, не пропускать неадекватных личностей?
Хотя, о чем я… Тут каждый первый такой. Я даже за себя поручиться не могу, что уж об остальных говорить.
С минуту внимательно осматривала букет, всерьез опасаясь к нему притрагиваться, а затем не поленилась спросить у вальяжно лежащего Самаэля.
- Как думаете, розы можно брать руками?
- Можно. Прямой опасности нет, это обычные цветы.
Вот и отлично.
Букет отправился в мусорное ведро, а я вновь склонилась над документами, решив отвлечься от троицы падших, и для разнообразия всё-таки поработать. Уверена, я что-то упускаю, и это что-то вскоре обязательно сформулируется само. Надо только ему не мешать.
За следующий час я успела занести в базу ещё с десяток дел, уделяя особое внимание должностным инструкциям, чтобы в случае повторения подобных провокаций знать, как поставить наглецов на место.
Большим разнообразием документы не отличались, как и их владельцы. Демоны и демоницы, развратники и блудницы. Совратители, искусители, провокаторы и подстрекатели всех мастей.
В какой-то момент я даже поймала себя на мысли, что начинаю относиться к работе, как к чему-то безличному и далекому. Меня уже не задевали формулировки, не возмущали должности, не раздражали зубодробительные имена и не вызывали негодование подробности вынесенных благодарностей.
Это просто работа. Ничего личного.
- Перерыв, - неожиданно рядом со мной брякнула кружка, и моментально запахло свежезаваренным чаем с мятой. – Печенье, пирожные?
- Благодарю, - с трудом оторвавшись от изучения очередного документа, я сфокусировала взгляд на подошедшем ангеле и не удержалась от замечания, которое ещё вчера крутилось на языке.
