Поморщившись, она отвернулась от воды. На суше вдали виднелся небольшой город. Его темные стены и мрачные фасады домов нагоняли тоску. Чернее их были только доспехи Эйгара, напоминавшие о постоянной готовности к атаке. Уннер отдала принцессе одежду, некогда принадлежавшую ее невестке. Естественно, Эйслин поинтересовалась судьбой девушки, и за обедом женщина рассказала молодым людям о трагических событиях, перевернувших жизнь некогда большой семьи.
Эйдль и Уннер никогда не были богаты, но боги одарили их тремя здоровыми и крепкими сыновьями. Они были очень красивыми и сильными людьми. Старший по достижении совершеннолетия сразу переехал в город, чтобы помогать семье. Там и женился на юной, похожей на хрупкий цветок девушке. Молодые недолго были вместе: в тот же год в Сельфосс пришла война. Первым на фронт, доверив жизнь ждавшей первенца жены родителям, ушел старший сын, вскоре за ним последовал второй. Объединенные войска объявившего себя императором Тасса Каро подчиняли себе город за городом, и, наконец, настала очередь Гардаара. Младший сын, опьянённый мечтами о славе великого воина, сбежал из дома и присоединился к братьям. Десять дней Гардаар держал оборону. Силы императорских войск были на исходе, и местные лорды уже вели переговоры о снятии осады и присвоении городу статуса вольного. Казалось, свобода была близка и надежда теплилась в сердце матери, когда пришел демон. Его войска были немногочисленны, и гардаарцы не восприняли их всерьез, пока рыцарь в блистающих золотых доспехах не вышел на поле боя. Даже издали была заметна его худоба; несмотря на облачение, он больше походил на подростка, неуверенного в себе, и гардаарцы осмеяли его. А потом рыцарь стёр их с лица земли, развеял по ветру всех, кто позволил себе усомниться в его силах. Затем, как ни в чем не бывало, демон вскочил на коня и въехал в городские ворота победителем. Когда до Уннер и Эйдля дошла весть о смерти сыновей, молодая сноха от горя потеряла дитя, а затем и сама бросилась в дикие волны.
– Какая ужасная участь, – пробормотала Эйс, рассматривая стены Гардаара. – Неужели власть стоит стольких жизней?
– Гардаар был последним, – ответил Эйгар.
– Сколько лет тебе было? – тяжесть рассказа отозвалась в их сердцах, и незаметно общение вышло за рамки формального.
– Восемнадцать.
«Восемнадцать, – девушка вспомнила о видении, которое посетило ее в Алегере. – Знал ли он тогда о своем могуществе?»
– Получается, ты мог быть знаком с демоном? – следующий вопрос прозвучал вслух.
– Я знал его. В этом мире есть только один человек, способный приказывать ему. Его имя Тасс Каро.
Рыцарь и принцесса посмотрели друг на друга. Каждый из них думал о своем, но в итоге оба размышляли об одном и том же. В лице девушки читалось принятие неизбежной истины, незримая улыбка светилась в ее глазах, успокаивая и вселяя уверенность.
– И лишь один в этом мире способен ему противостоять, – сказала она, и по ее взгляду рыцарь понял, что она имела в виду вовсе не императора.
– В городе уже ползут слухи о пропаже принцессы. Нужно уходить. Уннер сказала, что тебе ещё опасно пользоваться порталами, поэтому придется лететь на драконе.
– На драконе?!
– Это займет три дня пути. Драконы могут находиться в воздухе от заката до рассвета, но им требуется день на восстановление сил, поэтому придется останавливаться в небольших городах. Кстати, ты не хочешь рассказать, как оказалась в воде?
– Триан пригласил меня на морскую прогулку, мы поужинали и... Что-то не так? – Эйс показалось, что Эйгар был не очень рад этой новости. Но после непонятного кивка продолжила. – За ужином Триан оставил меня на палубе одну. Я подошла к краю, и кто-то очень сильный схватил меня за руки и бросил в воду.
Вот теперь она была уверена, что Эйгару совершенно не нравилась эта история. Он задумался, инстинктивно приблизившись к Эйс, синие глаза потемнели от беспокойства.
– Кто-то во дворце пытается тебя убить. И, возможно, он уверен, что ему это удалось. И, возможно, это тот самый человек, желавший смерти Ригону. Нам придется вернуться.
Проводив принцессу до дверей хижины, Эйгар открыл портал, перенесший его в Саринию. Сначала он прошел в собственные покои, чтобы принять ванну и переодеться. Затем, раздав указания подчинённым, вызвал того самого, облаченного в темное одеяние человека.
– Лорд Кагэн, – послушно опустил голову материализовавшийся в комнате шпион.
– Здравствуй, Иму. Есть новости?
– Триан и Лионель ведут поиски.
– А его величество?
– Задумал что-то.
– Что насчёт убийства Ригона?
– Вы были правы.
Эйгар поднял голову.
– Говори!
– Солдат, доставивший принцессу Эйслин домой, отправлен на дипломатическую службу в Перию. А до этого он часто наведывался в покои её величества Селии Перийской.
Комнату накрыл сумрак. Иму сделал шаг назад и приготовился к перемещению. Казалось, ещё немного и помещение взорвется от бурлившей гневом тьмы. Эйгар сжал кисти рук, вспомнив женщину, обладать которой когда-то желал чуть ли не каждый листерийский мужчина. Он и сам был поражен яркой красотой Селии Руан на балу, проведенном в честь двухсотлетия Каро. Юноша, только что принявший титул лорда Кагэна, без зазрения совести рассматривал молодую особу, ее притягательное тело и тонкие запястья. Селия не обратила внимания на худощавого подростка, она смеялась, разговаривая с сестрой, милой хрупкой девушкой, а затем перевела свой взгляд на вошедшего в зал Ригона. Тяжёлое чувство разливалось по телу Эйгара, он понимал, что никогда не сможет блистать, как наследный принц, что несмотря на привлекательную внешность, ему навсегда суждено остаться в тени друга. И подавив в себе зависть, он воскликнул: «Да здравствует Ригон, будущий император Каро!».
Принц только рассмеялся в ответ и скрылся в толпе, а когда Эйгар заметил его в следующий раз, тот остановил свой взор на совсем ещё молодой, нескладной на вид Эйслин Руан, стыдливо опустившей глаза. Во взгляде Ригона промелькнула нежность и... Желание? Эйгар решил тогда, что это всего лишь видение, но сейчас, сидя в кресле и слушая доклад Иму, он увидел это событие в совершенно другом свете. И, вспомнив, как принцесса смотрела на обожаемого ею принца в ответ, почувствовал то же тяжёлое, разливающееся в груди чувство. Ревность. Ревность к призраку, с которым никогда не сможет сравниться. Тьма восставала.
Эйгар закрыл глаза и сделал глубокий вдох, успокаивая и замораживая свои чувства. Его ждут дела. Его ждёт Эйс.
– Спасибо, Иму. Следи за дворцом. Кто-то пытается убить принцессу.
Шпион покорно кивнул и скрылся в воздухе. Солнечные лучи залили комнату, растворяя сумрак. Рыцарь оделся, вышел из комнаты и направился к драконьим ангарам. В одном из них жил его собственный дракон, которого ему позволили выкупить за заслуги перед государством. Ворота распахнулись, открывая вид на огромный, покрытый тысячами золотисто-черных металлических чешуек клубок.
– Просыпайся, Райс! – крикнул Эйгар.
Клубок зашевелился, раскрывая мощные крылья и клыкастую пасть. Зелёные глаза, похожие на кошачьи, выглядели заспанными. По драконьим меркам Райс был небольшим, однако очень быстрым и ловким. Длинный чешуйчатый хвост был увенчан шипами, превращавшими животное в грозное оружие. К хозяину Райс был настроен дружелюбно: он прикоснулся к ладони Эйгара кончиком носа и отряхнулся.
Мужчина приказал смотрителям накормить и оседлать дракона.
– Но сытый дракон не захочет подняться в небо, – возразил один из солдат.
– Я не сказал, что собираюсь лететь, – резко ответил Эйгар.
Когда Райс расправился с едой, Эйгар схватил его под уздцы, воззвал к внутреннему потоку и открыл гигантский портал, способный вместить дракона. Он и раньше делал так, темной энергии хватало на любую дерзкую идею. Животное послушно последовало за хозяином.
На берегу было все так же прохладно, но дракон, благодаря толстой коже и металлическим наростам, не чувствовал перемен погоды. Мужчина оставил дракона прямо на песке у моря и отправился в уже знакомую хижину, чтобы поторопить принцессу.
Пока Эйгар предавался воспоминаниям, Уннер подготовила для путников еду и одежду. Женщине жаль было расставаться с Эйс, гости принесли в дом былую атмосферу радушия и праздника. Привычная тишина не радовала Уннер, день за днём напоминая ей о трагедии. Присутствие в доме молодых людей дарило ощущение жизни, надежды на счастливое будущее, пусть и всего на два дня. Несмотря на это, женщина была благодарна гостям и старалась оставить об их пребывании только самое хорошее впечатление.
– Я положила в чемодан плед: в пути может быть холодно. Понимаю, что это вряд ли возможно, но постарайся отдохнуть. Ты ещё недостаточно здорова.
– Спасибо большое, Уннер! Пусть боги благословят ваш уютный дом!
– Я надеюсь, мы ещё сможем встретиться когда-нибудь, – улыбнулась женщина.
Эйс мягко улыбнулась, не зная, стоит ли обнадёживать хозяйку дома. Наверняка после возвращения во дворец ее заставят выйти замуж за Триана и навсегда запрут в покоях.
Возможно, мысли девушки так ясно отразились на ее все ещё бледном лице, что Уннер поспешила добавить:
– А если не встретимся, то молись, пожалуйста, время от времени за нас с Эйдлем. О нас больше некому вспоминать.
– Конечно, Уннер! – горячо воскликнула девушка. – Я всегда буду помнить о вас.
– В благодарность я хочу открыть тебе секрет. Гардаарцы стояли до конца, благодаря женщинам, которые за них молились. Жена, молящая за мужа, наделяет его могуществом преодолеть любые препятствия.
Эйс кивнула. Стук в дверь прервал их душевный разговор. Эйгар вошёл, не дожидаясь ответа.
– Нам пора, – негромко произнес он.
Уннер и Эйс снова переглянулись. Ещё раз пожелав путникам удачи, женщина проводила молодых людей до порога.
– Не оглядывайся, – предупредил принцессу Эйгар. – В Гардааре это считается плохой приметой.
Усилием воли Эйс заставляла себя смотреть вперёд. Вскоре она увидела дракона, мерцающего в лучах заходящего солнца, и невольно восхитилась красотой необычного зверя. Рыцарь приблизился к питомцу, погрузил дорожную сумку в специальное отделение седла и вдруг улыбнулся:
– Эйс, это Райс, мой дракон. Познакомься, Райс, это Эйс.
Эйс склонила голову, словно спрашивая у дракона позволения оседлать его. Райс приблизил голову к девушке и раздул ноздри, отчего у той задрожали колени. Изучив новый для него запах, зверь повернулся к хозяину в ожидании приказа. Эйгар усадил принцессу перед собой, взял в руки вожжи и ударил ими по чешуйчатой спине дракона.
Ночью в небе становилось холодно. Принцесса и рыцарь инстинктивно прижались друг к другу, обернувшись пледом, и испытывали лёгкое, но приятное смущение. Эйс любовалась сотнями тысяч звёзд, рассыпанных по небесному полотну, и наталкивалась на воспоминания о мире, в котором когда-то оказалась пленницей. Вскоре она задремала, а проснулась уже на рассвете, затянутом лёгкой дымкой тумана. Отпускать привидевшееся не хотелось, да и вряд ли это было видением.
Запечатанная в сердце скорбь о погибшем возлюбленном не спешила покидать Эйс. Там, во сне, они снова оказались на балу в честь принца, снова кружились под витиеватые звуки оркестра, снова стояли в саду и разговаривали. Только сегодня, во сне, он забыл о том, что предназначен империи. Девушка все ещё стояла к нему спиной, а он подошёл сзади, обнял и позволил ей расслабиться и почувствовать себя капельку счастливее.
Эйслин сложно было понять, где закончился сон и началась реальность, потому что, просыпаясь, она все ещё ощущала тепло мужских объятий, даривших ей столь желанную безопасность. Лишь увидев внизу окутанные влагой деревья, она вспомнила, что сидит на летящем драконе, и обнимает ее вовсе не Ригон, а его лучший друг. Где-то в животе заурчала совесть, и сознанию вдруг показалось, что объятия неудобны и похожи на колючки, отчего принцесса окончательно проснулась.
Сверху можно было рассмотреть большой город, расположенный на берегу широкой реки. Девушка пошевелилась, чтобы размять спину, и Эйгар, почувствовавший, что принцесса отстранилась, уверенным движением руки прижал ее к себе и направил Райса вниз.
– Первая остановка – Алумин, – пояснил он.
– Алумин, – повторила Эйслин, зачарованная разноцветными бликами на поверхности реки.
Город находился в центре огромного лесного массива, растущего по обе стороны реки. Дракон приземлился среди высоких лиственных деревьев, подождал, пока путники спрыгнут на землю, и терпеливо смотрел на хозяина, который неторопливо открыл один из мешков и вывалил на землю большие куски мяса. Райс тут же накинулся на еду, уничтожив ее за пару минут.
– Райс! Здесь! Закат! – приказал Эйгар питомцу, после чего животное поспешило навстречу звукам воды.
– Идём, – повернулся к принцессе рыцарь, – нам тоже не мешало бы поесть.
Эйс послушно побрела за мужчиной. Несмотря на бессонную ночь, его походка не потеряла лёгкость.
Путь до города был ближе, чем казалось сначала. Алумин окружала высокая стена, облепленная деревьями. Городские ворота приглашали гостей внутрь, и Эйс показалось, что на них наложена неуловимая магия. Широкие улицы были по-утреннему пусты, и рыцарь разглядывал вывески домов в поисках уютной гостиницы. Наконец, он остановился возле четырёхэтажного дома, украшенного коваными балкончиками и витражами. Восходящее солнце окрашивало стеклышки в самые удивительные цвета, заставляя персонажей выложенных картин жить собственной жизнью.
– «Бледная лошадь». Какое интересное название для гостиницы, – сказала Эйс, разглядев деревянную вывеску. – Да и вовсе она не бледная.
Внутри здание оказалось ещё более красивым, чем снаружи. Дворецкий вежливо поинтересовался именами гостей, и Эйгар сходу назвался Адрианом, а свою спутницу представил Розарией.
– Понимаете ли, мы с моей дорогой Розарией недавно обручились, и решили провести медовый месяц в Короче, но поганый кучер высадил нас прямо у алуминских ворот. И, как любящий супруг, я не мог смотреть на то, как моя милая Розари вынуждена мучиться от усталости. Поэтому я решил снять номер в вашей прекрасной гостинице, – Эйс удивлялась небылицам, на ходу придуманным рыцарем, лицо которого приобрело, тем временем, выражение наивысшего благоговения, – для молодоженов, разумеется!
Со стороны дворецкий и Эйгар выглядели, как старинные друзья-заговорщики.
– Конечно, господин, – вполголоса проговорил мужчина за стойкой, – номер для молодоженов ваш. А в подарок к нему романтический ужин от нашего гениального повара.
Эйслин, одетая в одежды простолюдинки, лишь нервно хихикала, старательно прикрывая лицо капюшоном плаща, отчего дворецкий проникся к паре ещё большим уважением. «Скромная и добродетельная жена – вот настоящая ценность для мужа», – гордо произнес он, вручая Эйгару ключи от номера.
Эйгар подхватил новоявленную «супругу» под руку и повел ее вверх по лестнице. Когда стойка дворецкого оказалась достаточно далеко, Эйс спокойно спросила:
– И что это было, мой «дорогой муж»?
– Спектакль.
– Но в Гардааре мы представились братом и сестрой...
Эйдль и Уннер никогда не были богаты, но боги одарили их тремя здоровыми и крепкими сыновьями. Они были очень красивыми и сильными людьми. Старший по достижении совершеннолетия сразу переехал в город, чтобы помогать семье. Там и женился на юной, похожей на хрупкий цветок девушке. Молодые недолго были вместе: в тот же год в Сельфосс пришла война. Первым на фронт, доверив жизнь ждавшей первенца жены родителям, ушел старший сын, вскоре за ним последовал второй. Объединенные войска объявившего себя императором Тасса Каро подчиняли себе город за городом, и, наконец, настала очередь Гардаара. Младший сын, опьянённый мечтами о славе великого воина, сбежал из дома и присоединился к братьям. Десять дней Гардаар держал оборону. Силы императорских войск были на исходе, и местные лорды уже вели переговоры о снятии осады и присвоении городу статуса вольного. Казалось, свобода была близка и надежда теплилась в сердце матери, когда пришел демон. Его войска были немногочисленны, и гардаарцы не восприняли их всерьез, пока рыцарь в блистающих золотых доспехах не вышел на поле боя. Даже издали была заметна его худоба; несмотря на облачение, он больше походил на подростка, неуверенного в себе, и гардаарцы осмеяли его. А потом рыцарь стёр их с лица земли, развеял по ветру всех, кто позволил себе усомниться в его силах. Затем, как ни в чем не бывало, демон вскочил на коня и въехал в городские ворота победителем. Когда до Уннер и Эйдля дошла весть о смерти сыновей, молодая сноха от горя потеряла дитя, а затем и сама бросилась в дикие волны.
– Какая ужасная участь, – пробормотала Эйс, рассматривая стены Гардаара. – Неужели власть стоит стольких жизней?
– Гардаар был последним, – ответил Эйгар.
– Сколько лет тебе было? – тяжесть рассказа отозвалась в их сердцах, и незаметно общение вышло за рамки формального.
– Восемнадцать.
«Восемнадцать, – девушка вспомнила о видении, которое посетило ее в Алегере. – Знал ли он тогда о своем могуществе?»
– Получается, ты мог быть знаком с демоном? – следующий вопрос прозвучал вслух.
– Я знал его. В этом мире есть только один человек, способный приказывать ему. Его имя Тасс Каро.
Рыцарь и принцесса посмотрели друг на друга. Каждый из них думал о своем, но в итоге оба размышляли об одном и том же. В лице девушки читалось принятие неизбежной истины, незримая улыбка светилась в ее глазах, успокаивая и вселяя уверенность.
– И лишь один в этом мире способен ему противостоять, – сказала она, и по ее взгляду рыцарь понял, что она имела в виду вовсе не императора.
– В городе уже ползут слухи о пропаже принцессы. Нужно уходить. Уннер сказала, что тебе ещё опасно пользоваться порталами, поэтому придется лететь на драконе.
– На драконе?!
– Это займет три дня пути. Драконы могут находиться в воздухе от заката до рассвета, но им требуется день на восстановление сил, поэтому придется останавливаться в небольших городах. Кстати, ты не хочешь рассказать, как оказалась в воде?
– Триан пригласил меня на морскую прогулку, мы поужинали и... Что-то не так? – Эйс показалось, что Эйгар был не очень рад этой новости. Но после непонятного кивка продолжила. – За ужином Триан оставил меня на палубе одну. Я подошла к краю, и кто-то очень сильный схватил меня за руки и бросил в воду.
Вот теперь она была уверена, что Эйгару совершенно не нравилась эта история. Он задумался, инстинктивно приблизившись к Эйс, синие глаза потемнели от беспокойства.
– Кто-то во дворце пытается тебя убить. И, возможно, он уверен, что ему это удалось. И, возможно, это тот самый человек, желавший смерти Ригону. Нам придется вернуться.
Глава 20
Проводив принцессу до дверей хижины, Эйгар открыл портал, перенесший его в Саринию. Сначала он прошел в собственные покои, чтобы принять ванну и переодеться. Затем, раздав указания подчинённым, вызвал того самого, облаченного в темное одеяние человека.
– Лорд Кагэн, – послушно опустил голову материализовавшийся в комнате шпион.
– Здравствуй, Иму. Есть новости?
– Триан и Лионель ведут поиски.
– А его величество?
– Задумал что-то.
– Что насчёт убийства Ригона?
– Вы были правы.
Эйгар поднял голову.
– Говори!
– Солдат, доставивший принцессу Эйслин домой, отправлен на дипломатическую службу в Перию. А до этого он часто наведывался в покои её величества Селии Перийской.
Комнату накрыл сумрак. Иму сделал шаг назад и приготовился к перемещению. Казалось, ещё немного и помещение взорвется от бурлившей гневом тьмы. Эйгар сжал кисти рук, вспомнив женщину, обладать которой когда-то желал чуть ли не каждый листерийский мужчина. Он и сам был поражен яркой красотой Селии Руан на балу, проведенном в честь двухсотлетия Каро. Юноша, только что принявший титул лорда Кагэна, без зазрения совести рассматривал молодую особу, ее притягательное тело и тонкие запястья. Селия не обратила внимания на худощавого подростка, она смеялась, разговаривая с сестрой, милой хрупкой девушкой, а затем перевела свой взгляд на вошедшего в зал Ригона. Тяжёлое чувство разливалось по телу Эйгара, он понимал, что никогда не сможет блистать, как наследный принц, что несмотря на привлекательную внешность, ему навсегда суждено остаться в тени друга. И подавив в себе зависть, он воскликнул: «Да здравствует Ригон, будущий император Каро!».
Принц только рассмеялся в ответ и скрылся в толпе, а когда Эйгар заметил его в следующий раз, тот остановил свой взор на совсем ещё молодой, нескладной на вид Эйслин Руан, стыдливо опустившей глаза. Во взгляде Ригона промелькнула нежность и... Желание? Эйгар решил тогда, что это всего лишь видение, но сейчас, сидя в кресле и слушая доклад Иму, он увидел это событие в совершенно другом свете. И, вспомнив, как принцесса смотрела на обожаемого ею принца в ответ, почувствовал то же тяжёлое, разливающееся в груди чувство. Ревность. Ревность к призраку, с которым никогда не сможет сравниться. Тьма восставала.
Эйгар закрыл глаза и сделал глубокий вдох, успокаивая и замораживая свои чувства. Его ждут дела. Его ждёт Эйс.
– Спасибо, Иму. Следи за дворцом. Кто-то пытается убить принцессу.
Шпион покорно кивнул и скрылся в воздухе. Солнечные лучи залили комнату, растворяя сумрак. Рыцарь оделся, вышел из комнаты и направился к драконьим ангарам. В одном из них жил его собственный дракон, которого ему позволили выкупить за заслуги перед государством. Ворота распахнулись, открывая вид на огромный, покрытый тысячами золотисто-черных металлических чешуек клубок.
– Просыпайся, Райс! – крикнул Эйгар.
Клубок зашевелился, раскрывая мощные крылья и клыкастую пасть. Зелёные глаза, похожие на кошачьи, выглядели заспанными. По драконьим меркам Райс был небольшим, однако очень быстрым и ловким. Длинный чешуйчатый хвост был увенчан шипами, превращавшими животное в грозное оружие. К хозяину Райс был настроен дружелюбно: он прикоснулся к ладони Эйгара кончиком носа и отряхнулся.
Мужчина приказал смотрителям накормить и оседлать дракона.
– Но сытый дракон не захочет подняться в небо, – возразил один из солдат.
– Я не сказал, что собираюсь лететь, – резко ответил Эйгар.
Когда Райс расправился с едой, Эйгар схватил его под уздцы, воззвал к внутреннему потоку и открыл гигантский портал, способный вместить дракона. Он и раньше делал так, темной энергии хватало на любую дерзкую идею. Животное послушно последовало за хозяином.
На берегу было все так же прохладно, но дракон, благодаря толстой коже и металлическим наростам, не чувствовал перемен погоды. Мужчина оставил дракона прямо на песке у моря и отправился в уже знакомую хижину, чтобы поторопить принцессу.
Пока Эйгар предавался воспоминаниям, Уннер подготовила для путников еду и одежду. Женщине жаль было расставаться с Эйс, гости принесли в дом былую атмосферу радушия и праздника. Привычная тишина не радовала Уннер, день за днём напоминая ей о трагедии. Присутствие в доме молодых людей дарило ощущение жизни, надежды на счастливое будущее, пусть и всего на два дня. Несмотря на это, женщина была благодарна гостям и старалась оставить об их пребывании только самое хорошее впечатление.
– Я положила в чемодан плед: в пути может быть холодно. Понимаю, что это вряд ли возможно, но постарайся отдохнуть. Ты ещё недостаточно здорова.
– Спасибо большое, Уннер! Пусть боги благословят ваш уютный дом!
– Я надеюсь, мы ещё сможем встретиться когда-нибудь, – улыбнулась женщина.
Эйс мягко улыбнулась, не зная, стоит ли обнадёживать хозяйку дома. Наверняка после возвращения во дворец ее заставят выйти замуж за Триана и навсегда запрут в покоях.
Возможно, мысли девушки так ясно отразились на ее все ещё бледном лице, что Уннер поспешила добавить:
– А если не встретимся, то молись, пожалуйста, время от времени за нас с Эйдлем. О нас больше некому вспоминать.
– Конечно, Уннер! – горячо воскликнула девушка. – Я всегда буду помнить о вас.
– В благодарность я хочу открыть тебе секрет. Гардаарцы стояли до конца, благодаря женщинам, которые за них молились. Жена, молящая за мужа, наделяет его могуществом преодолеть любые препятствия.
Эйс кивнула. Стук в дверь прервал их душевный разговор. Эйгар вошёл, не дожидаясь ответа.
– Нам пора, – негромко произнес он.
Уннер и Эйс снова переглянулись. Ещё раз пожелав путникам удачи, женщина проводила молодых людей до порога.
– Не оглядывайся, – предупредил принцессу Эйгар. – В Гардааре это считается плохой приметой.
Усилием воли Эйс заставляла себя смотреть вперёд. Вскоре она увидела дракона, мерцающего в лучах заходящего солнца, и невольно восхитилась красотой необычного зверя. Рыцарь приблизился к питомцу, погрузил дорожную сумку в специальное отделение седла и вдруг улыбнулся:
– Эйс, это Райс, мой дракон. Познакомься, Райс, это Эйс.
Эйс склонила голову, словно спрашивая у дракона позволения оседлать его. Райс приблизил голову к девушке и раздул ноздри, отчего у той задрожали колени. Изучив новый для него запах, зверь повернулся к хозяину в ожидании приказа. Эйгар усадил принцессу перед собой, взял в руки вожжи и ударил ими по чешуйчатой спине дракона.
Ночью в небе становилось холодно. Принцесса и рыцарь инстинктивно прижались друг к другу, обернувшись пледом, и испытывали лёгкое, но приятное смущение. Эйс любовалась сотнями тысяч звёзд, рассыпанных по небесному полотну, и наталкивалась на воспоминания о мире, в котором когда-то оказалась пленницей. Вскоре она задремала, а проснулась уже на рассвете, затянутом лёгкой дымкой тумана. Отпускать привидевшееся не хотелось, да и вряд ли это было видением.
Запечатанная в сердце скорбь о погибшем возлюбленном не спешила покидать Эйс. Там, во сне, они снова оказались на балу в честь принца, снова кружились под витиеватые звуки оркестра, снова стояли в саду и разговаривали. Только сегодня, во сне, он забыл о том, что предназначен империи. Девушка все ещё стояла к нему спиной, а он подошёл сзади, обнял и позволил ей расслабиться и почувствовать себя капельку счастливее.
Эйслин сложно было понять, где закончился сон и началась реальность, потому что, просыпаясь, она все ещё ощущала тепло мужских объятий, даривших ей столь желанную безопасность. Лишь увидев внизу окутанные влагой деревья, она вспомнила, что сидит на летящем драконе, и обнимает ее вовсе не Ригон, а его лучший друг. Где-то в животе заурчала совесть, и сознанию вдруг показалось, что объятия неудобны и похожи на колючки, отчего принцесса окончательно проснулась.
Сверху можно было рассмотреть большой город, расположенный на берегу широкой реки. Девушка пошевелилась, чтобы размять спину, и Эйгар, почувствовавший, что принцесса отстранилась, уверенным движением руки прижал ее к себе и направил Райса вниз.
– Первая остановка – Алумин, – пояснил он.
– Алумин, – повторила Эйслин, зачарованная разноцветными бликами на поверхности реки.
Город находился в центре огромного лесного массива, растущего по обе стороны реки. Дракон приземлился среди высоких лиственных деревьев, подождал, пока путники спрыгнут на землю, и терпеливо смотрел на хозяина, который неторопливо открыл один из мешков и вывалил на землю большие куски мяса. Райс тут же накинулся на еду, уничтожив ее за пару минут.
– Райс! Здесь! Закат! – приказал Эйгар питомцу, после чего животное поспешило навстречу звукам воды.
– Идём, – повернулся к принцессе рыцарь, – нам тоже не мешало бы поесть.
Эйс послушно побрела за мужчиной. Несмотря на бессонную ночь, его походка не потеряла лёгкость.
Путь до города был ближе, чем казалось сначала. Алумин окружала высокая стена, облепленная деревьями. Городские ворота приглашали гостей внутрь, и Эйс показалось, что на них наложена неуловимая магия. Широкие улицы были по-утреннему пусты, и рыцарь разглядывал вывески домов в поисках уютной гостиницы. Наконец, он остановился возле четырёхэтажного дома, украшенного коваными балкончиками и витражами. Восходящее солнце окрашивало стеклышки в самые удивительные цвета, заставляя персонажей выложенных картин жить собственной жизнью.
– «Бледная лошадь». Какое интересное название для гостиницы, – сказала Эйс, разглядев деревянную вывеску. – Да и вовсе она не бледная.
Внутри здание оказалось ещё более красивым, чем снаружи. Дворецкий вежливо поинтересовался именами гостей, и Эйгар сходу назвался Адрианом, а свою спутницу представил Розарией.
– Понимаете ли, мы с моей дорогой Розарией недавно обручились, и решили провести медовый месяц в Короче, но поганый кучер высадил нас прямо у алуминских ворот. И, как любящий супруг, я не мог смотреть на то, как моя милая Розари вынуждена мучиться от усталости. Поэтому я решил снять номер в вашей прекрасной гостинице, – Эйс удивлялась небылицам, на ходу придуманным рыцарем, лицо которого приобрело, тем временем, выражение наивысшего благоговения, – для молодоженов, разумеется!
Со стороны дворецкий и Эйгар выглядели, как старинные друзья-заговорщики.
– Конечно, господин, – вполголоса проговорил мужчина за стойкой, – номер для молодоженов ваш. А в подарок к нему романтический ужин от нашего гениального повара.
Эйслин, одетая в одежды простолюдинки, лишь нервно хихикала, старательно прикрывая лицо капюшоном плаща, отчего дворецкий проникся к паре ещё большим уважением. «Скромная и добродетельная жена – вот настоящая ценность для мужа», – гордо произнес он, вручая Эйгару ключи от номера.
Эйгар подхватил новоявленную «супругу» под руку и повел ее вверх по лестнице. Когда стойка дворецкого оказалась достаточно далеко, Эйс спокойно спросила:
– И что это было, мой «дорогой муж»?
– Спектакль.
– Но в Гардааре мы представились братом и сестрой...
