Рэй успел вовремя отвернуться, поднимая ворот банного халата, и направился прямиком к входу в главный корпус. До заветной двери оставалось всего несколько шагов, когда откуда-то сбоку метнулась быстрая тень.
– Ты? Урод? Прохлаждаешься?!
Выбивая вещи из рук, на Тайгера накинулась Люси. Прежде чем острые ногти попали в лицо, Рэй увернулся и схватил ее в охапку. Не переставая визжать, она повисла у него на шее. На них оборачивались все, кто находился вокруг.
И Картер, на лице которого быстро расплывалась довольная улыбка.
ИНСТИНКТ ЖЕРТВЫ
«Инстинкт животных — это наклонность, влекущая, вызываемая ощущениями на основе возникших в силу их потребностей и понуждающая к выполнению действий без всякого участия мысли, без всякого участия воли». (одно из определений термина)
Там, где росла Джуди Тендер, было много воды, разведенной на длинные и короткие, узкие и широкие каналы. Вдоль каналов стояли дома-близнецы и росли близнецы-деревья. Вместе с соседскими мальчишками Джуди любила запускать в воду бумажные кораблики, ловить рыбу, которая никогда не клевала наживку, и играть в тени могучих крон. Позже, охваченная юношеским романтизмом, она увидела в привычных сценах перед окнами родительского дома вечную историю любви, состоявшую из встреч и расставаний. Зима была временем разлуки – голые ветви деревьев вытягивались над водой канала, но не могли ее коснуться. Наступала весна, торопливо взрывались набухшие почки, и темная вода нетерпеливо шептала: «Скорей, скорей!»
Слыша ее зов, деревья выбрасывали новую листву и опускали под ее тяжестью ветви.
Все лето они играли с водой, лаская с каждым порывом ветра. Осенью, перед тем, как расстаться на долгие зимние месяцы, ветви дарили слабому течению оранжевые кораблики — упавшие листья.
Неудивительно, что первый поцелуй Джуди случился на мостике через канал, под шелест листьев и мягкий шепот воды.
Огромные деревья, влюбленные в ленивую воду канала, казались вечными, пока однажды рядом с ними не прошли люди в темно-зеленых комбинезонах и на огромных стволах не появились кресты. Когда Джуди вернулась домой в следующий раз, вдоль воды торчали лишь невысокие пни. Они тоже быстро исчезли, уступив место ровной шеренге тонких саженцев.
Уже через полгода, привыкнув к изменениям, старшие Тендер убеждали дочь, что в комнатах стало намного светлее, и показывали на соседских детей, пускавших в канал бумажные кораблики. Но для Джуди вместе с широкими кронами исчезло очарование родительского дома. Скрылось в памяти, там же, где хранились воспоминания детства и ранней юности. Она перестала приезжать в сонный город, под разными предлогами договариваясь с родителями о встречах в других местах.
Увиденные однажды красные кресты на коричневой коре произвели на Джуди такое сильное впечатление, что она везде стала замечать отметки на стволах деревьев.
Их оказалось много. Они бывали разными: серые чулки, закрывающие от короедов, жирные белые точки непонятного назначения, чьи-то имена, признания в любви, липкие ленты, отмечавшие, что деревья обработаны какими-то веществами. Но больше всего глаза резали красные кресты или пронзительно-салатовые продольные полосы – и те и другие служили приговором скорой смерти.
Всегда существовали службы, следившие за здоровьем деревьев, и люди в темно-зеленых комбинезонах имели веские причины оставлять подобные знаки. Но яркие отметки беспокоили Джуди, она ненавидела каждую из них. И часто, заходя в отдел кадров Управления, вспоминала деревья-великаны, еще целовавшиеся с темной водой канала, когда на их телах уже горели кресты.
В этом отделе ей пришлось побывать в последнее время несколько раз.
Каждое вырезало отметки на ее собственном сердце.
Взлетевший на воздух «Бугатти», разбрасывая во все стороны искры и звезды, прочертил глубокую полосу, разделившую жизнь Джуди Тендер на «до» и «после».
Сразу же после взрыва она выскочила из дома Паркера, промчалась мимо горевшей машины и выбежала на быстро заполнявшуюся испуганными соседями улицу. Джуди не помнила, звала она Рэя, вглядываясь в темноту, поглотившую мотоцикл, или стояла, проглотив все слова? За ее спиной ревели сирены пожарных и полицейских машин, слышались взволнованные голоса, а впереди желтые сырные головки фонарей расплывались от подступивших к глазам слез.
Джон схватил ее за руку, когда вечность спустя она пыталась уйти незамеченной и раствориться в толпе.
– Я ни в чем не виноват, – прошептал он, – ни в чем не виноват.
Лицо Паркера было непривычно выразительным – перекошенным от переполнявших его сильных эмоций. Джуди видела, что он растерян.
Но она тоже слишком растерялась, чтобы задавать вопросы.
Той ночью Тендер так и не смогла заснуть. Она лежала в постели, наблюдая, как скользят по потолку блики от фар редких машин, проезжавших по улице, или вставала и бродила по комнате, напоминая себе тигра Картера. Вот только к ее беспокойству добавлялся кислый привкус страха. Иногда к нему примешивалась обида – несколько часов назад Рэй находился в Городе и не дал о себе знать!
Обида быстро сменялась чувством вины – Джуди не было дома. Она провела весь вечер с Картером, даже улыбалась его шуткам и историям, казавшимся теперь глупыми и пустыми. Несколько шагов по притихшей в ночи квартире – и темнота поглощала все чувства, оставляя лишь тревогу и страх. За Рэя.
И почему-то за себя.
Словно на них обоих уже стояли невидимые глазу красные кресты.
В отделе 307-В группа Тайгера считалась погибшей.
Смерть Вишневского подтвердили фотографии, которые представители Острова использовали для составления претензии в Комиссию по невмешательству. На внеочередном закрытом заседании начальник Управления Крейг привычно доказывал, что его организация не имеет никакого отношения к человеку на снимках и умело отрицал обвинения в шпионской деятельности. Но дело оперативника в отделе кадров закрыли по всей форме. Джуди, следившая за соблюдением всех формальностей, узнала, что Ян – сирота, и никто не оплакивает его гибель, кроме друзей. Билл Флеминг уверял, что у Вишенки (что за дурацкое прозвище для боевика?!) не было даже постоянной девушки.
Имя Тайгера так и не прозвучало в связи со взрывом машины Паркера, и о его коротком появлении в Городе в Управлении никто не знал. Паркер молчал, Джуди – тем более. Она уже начинала сомневаться в том, что это именно Рэй исчез в ночи на мотоцикле.
Кроме голоса в телефоне, не было никаких других доказательств, а короткое обвинение Джона не сопровождалось подробностями. Так что, написав докладную на Паркера, Тендер уничтожила ее в шредере. Ей нечего было предъявить против уважаемого сотрудника Управления, которого тем не менее отстранили от работы в ближайшие дни и без ее участия.
– Паркер, возможно, причастен к пропаже диска с секретной информацией, – ответил Картер на вопрос Джуди.
– А как же... – Тендер ожидала совершенно иного обвинения.
– На время расследования он отстранен от занимаемой должности и будет пока находиться под домашним арестом, – добавил начальник отдела.
Тем временем поисками Тайгера и Котовского занялись чистильщики.
Уходившие на Остров оперативники вверяли свои жизни не только госпоже Удаче, но и Управлению. Если обстановка требовала сохранить иллюзию невмешательства, чтобы избежать серьезного конфликта, наследившие боевики бесследно исчезали, ликвидированные собственной службой.
– Держись, красотка, – говорил Флеминг, сменив обычное для него подтрунивание на подобие заботы. – Такими ценными ребятами, как Рэй и Дим, Управление не разбрасывается. Это тебе не новички или бывшие рецидивисты.
(Среди оперативников секретных отделов были и такие, получившие новый шанс в жизни без каких-либо гарантий выйти на пенсию.) Долговязый программист успокаивал Джуди, но выходило у него не слишком убедительно.
Вскоре Картер уехал на пару дней в командировку, а когда вернулся, прозвучало самое страшное.
– Есть результаты расследования в Дриме, – сообщая это, Картер не отводил от Джуди пристального взгляда. – Оба, Дмитрий Котовский, – сделал короткую паузу начальник отдела 307-В, – и Рэймонд Тайгер убиты Стервятниками. Дело можно закрывать согласно внутреннему распорядку. Персональные досье передать в архив.
Услышав такое, Джуди не потеряла способности говорить, не забыла, как открывается дверь кабинета и не выронила папок на пол. Ей стало очень холодно, несмотря на совершенно странную, аномальную для конца весны, жару. Такую, что все сотрудники жаловались на плохо работавшие кондиционеры. От слов, прозвучавших из уст Картера, ожил зыбкий ветер и преследовал ее в длинных коридорах Управления, проникая во все комнаты, в которых мисс Тендер пришлось побывать в тот день. Зимний ветер жарким весенним днем остужал тело, пока не пробрался под кожу и не начал вымораживать изнутри. Джуди ничего не чувствовала.
Просто выполняла свою работу, совершенно не замечая взглядов сотрудников: любопытные, обвиняющие, жалостливые чужие взгляды не проникали сквозь плотную корку льда. Джуди Тендер их не видела. И не могла поверить в то, что Тайгера больше нет, несмотря на то, что в его досье, как и в досье Котовского, появились отметки: «Погиб при исполнении».
С того горестного дня Рэй стал сниться ей по ночам, почему-то преследуемый тигром с голографии. То вдруг Рэй сам превращался в тигра и преследовал Джуди. Она просыпалась в холодном поту и долго не могла успокоиться.
Больно ей стало, когда Флеминг подозвал к окну и показал на улицу, где от здания Управления отходили двое – высокий крепкий мужчина прятал в своих объятиях хрупкую женщину.
– Родители Тайгера, – проговорил Билл. А потом кивнул на группу людей, столпившихся в сторонке, не пряча слезы: мужчины, женщины, дети разных возрастов. – Орда Котовского.
Джуди вдруг задохнулась от горя – вот так, в одно мгновение, – и рухнула на пол.
Прошло пять дней с тех пор, как прозвучал приговор Картера, но лишь теперь треснул лед, защищавший от боли. Разлетелся хрупким хрусталем, стоило увидеть родителей Рэя, которые даже не знали о существовании Джуди Тендер.
Или знали?
Успел их сын рассказать им о ней? Джуди и Рэй так мало были вместе!
Вид родственников Тайгера и Котовского, а не сообщение Картера, лишил Джуди последней надежды, не оставив места для волшебных слов: «С ним все в порядке».
И некому было больше их сказать.
Реки слез не высыхали несколько дней, Джуди пришлось даже взять небольшой отпуск. Сама не зная зачем, она стала приходить на дикий пляж за зданием Управления и, как Рэй при расставании, всматривалась и всматривалась вдаль, словно горизонт хранил ответы на любые вопросы. Почему так случилось? Почему подаренное ей счастье оказалось столь коротким?
Чтобы будущее потеряло все яркие краски и приглушенными стали чувства?
Чтобы она знала, что жизнь никогда не будет больше полноценной?
С острых скал срывались в полет чайки, их пронзительные крики эхом отзывались в душе, но, как ни странно, не пугали, а будто призывали: «Очнись!»
– Очнись!
После выходных Джуди вернулась на работу.
(Некоторое время спустя)
– Мисс Тендер, не хотите посмотреть, как идет работа с моим подопечным?
Голос начальника остановил в дверях.
Рабочий день закончился, и Джуди собиралась ответить отказом на любое предложение, но Картеру удалось завладеть ее вниманием.
– Есть успехи?
– Поразительные! Зайдите ко мне, у меня есть видеоотчет от профессора Морисона.
Дейн снова завлек Джуди на неформальную встречу.
Снова она не смогла отказаться.
Лишь привычно отметила, что Картер, как всегда, выглядит безупречно.
Оставив сумку у стола, Тендер прошла в кабинет начальника отдела 307-В.
– Где он сейчас? – спросила она, глядя на тигра, ходившего вдоль просторного вольера.
Движения зверя были замедленными, время от времени он застывал, дергал головой, словно отгоняя назойливое насекомое и раскачиваясь при этом всем телом. После чего совершал несколько неуверенных шагов.
– Радж, – раздался за кадром голос Морисона.
Тигр остановился и, хоть не сразу, но развернулся к человеку и камере. Медные глаза зверя горели безумием, потерянным показался его взгляд Джуди. Настолько, что она испытала прилив жалости, пока зверь не оскалился и не зарычал, становясь похожим на самого себя, когда бросился ей вслед и грыз железные прутья.
– Морисон забрал его для работы к себе. Но на следующей неделе я уже смогу присутствовать на тренировках и вскоре после этого отвезу Раджа домой.
– У него новое имя?
– У него не было раньше имен. Зато это ему очень подходит, не находишь?
Тигр на видео выполнял команды.
Сесть. Лечь. Подняться.
Разве тигр – служебная собака? Он огрызался, показывая розовую пасть, но подчинялся без свиста хлыста, шамбера или уколов длинной палкой, стеком – слушался только голоса Морисона. Иногда тигр путал команды или дергался в сторону, где находился человек. В такие моменты в медных глазах вспыхивала ярость, но быстро исчезала, и они становились безразличными.
Зато когда зверь излучал холодное спокойствие, то выглядел очень величественно.
– Радж означает Король. Он похож на короля, не правда ли?
Слова Картера прозвучали над самым ухом. Джуди настолько увлеклась происходящим на мониторе компьютера, что не заметила, как Дейн подошел непозволительно близко и застыл сзади. Она хотела отодвинуться и оказалась в капкане мужских рук.
– Отпустите! – потребовала Джуди. Вместо этого Картер навалился на нее, прижал к столу и, удерживая за плечи, зашептал, оставляя на шее цепь влажных поцелуев.
– Ты теперь свободна.
– Для тебя – нет.
– Откуда такое упорство, малышка? Нам же было хорошо вместе. Я помню, как заставить тебя выстанывать мое имя и молить: «Еще… Еще!»
Овца!
Наивная, позволившая завести себя в ловушку овца!
Полыхая от стыда и злости, Джуди попыталась высвободиться.
– Отпустите меня сейчас же!
– Мы на «ты», разве ты забыла? Наедине мы обращаемся друг к другу на «ты».
Голос Картера был масляным, растекался по плечам, спускаясь вдоль тела и размазываясь по нему почти ощутимыми ласками.
– Пусти! – прокричала Джуди, дернувшись так, что получилось развернуться, и она оказалась лицом к лицу с мужчиной, не выпускавшим ее из объятий.
– Успокойся, детка. Я ничего не делаю. Просто держу тебя в руках, чтобы еще раз почувствовать, какая ты горячая. Чтобы ты вспомнила мои прикосновения.
– Отпусти сейчас же, иначе я закричу! – как же она ненавидела Картера в этот момент!
Его светло-голубые глаза казались выцветшими, как полуденное небо в пустыне. Чванливая улыбка на губах – безобразной.
– Упрямая мисс Тендер, – проговорил Дейн, размыкая объятия.
Рука взлетела быстрее, чем Джуди отдала себе отчет в том, что делает, и, отвесив звонкую пощечину, девушка отскочила на безопасное расстояние, поближе к двери. Дейн потирал быстро красневшую щеку, но на его губах вместо злой расползалась снисходительная улыбка.
– Красивые женщины не должны быть слишком упрямыми. Излишняя смелость им тоже не к лицу. Нежность. Малышка Джу, ты забыла о нежности. Способной укротить даже зверя.
– Ты? Урод? Прохлаждаешься?!
Выбивая вещи из рук, на Тайгера накинулась Люси. Прежде чем острые ногти попали в лицо, Рэй увернулся и схватил ее в охапку. Не переставая визжать, она повисла у него на шее. На них оборачивались все, кто находился вокруг.
И Картер, на лице которого быстро расплывалась довольная улыбка.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ИНСТИНКТ ЖЕРТВЫ
«Инстинкт животных — это наклонность, влекущая, вызываемая ощущениями на основе возникших в силу их потребностей и понуждающая к выполнению действий без всякого участия мысли, без всякого участия воли». (одно из определений термина)
Глава 1
Там, где росла Джуди Тендер, было много воды, разведенной на длинные и короткие, узкие и широкие каналы. Вдоль каналов стояли дома-близнецы и росли близнецы-деревья. Вместе с соседскими мальчишками Джуди любила запускать в воду бумажные кораблики, ловить рыбу, которая никогда не клевала наживку, и играть в тени могучих крон. Позже, охваченная юношеским романтизмом, она увидела в привычных сценах перед окнами родительского дома вечную историю любви, состоявшую из встреч и расставаний. Зима была временем разлуки – голые ветви деревьев вытягивались над водой канала, но не могли ее коснуться. Наступала весна, торопливо взрывались набухшие почки, и темная вода нетерпеливо шептала: «Скорей, скорей!»
Слыша ее зов, деревья выбрасывали новую листву и опускали под ее тяжестью ветви.
Все лето они играли с водой, лаская с каждым порывом ветра. Осенью, перед тем, как расстаться на долгие зимние месяцы, ветви дарили слабому течению оранжевые кораблики — упавшие листья.
Неудивительно, что первый поцелуй Джуди случился на мостике через канал, под шелест листьев и мягкий шепот воды.
Огромные деревья, влюбленные в ленивую воду канала, казались вечными, пока однажды рядом с ними не прошли люди в темно-зеленых комбинезонах и на огромных стволах не появились кресты. Когда Джуди вернулась домой в следующий раз, вдоль воды торчали лишь невысокие пни. Они тоже быстро исчезли, уступив место ровной шеренге тонких саженцев.
Уже через полгода, привыкнув к изменениям, старшие Тендер убеждали дочь, что в комнатах стало намного светлее, и показывали на соседских детей, пускавших в канал бумажные кораблики. Но для Джуди вместе с широкими кронами исчезло очарование родительского дома. Скрылось в памяти, там же, где хранились воспоминания детства и ранней юности. Она перестала приезжать в сонный город, под разными предлогами договариваясь с родителями о встречах в других местах.
Увиденные однажды красные кресты на коричневой коре произвели на Джуди такое сильное впечатление, что она везде стала замечать отметки на стволах деревьев.
Их оказалось много. Они бывали разными: серые чулки, закрывающие от короедов, жирные белые точки непонятного назначения, чьи-то имена, признания в любви, липкие ленты, отмечавшие, что деревья обработаны какими-то веществами. Но больше всего глаза резали красные кресты или пронзительно-салатовые продольные полосы – и те и другие служили приговором скорой смерти.
Всегда существовали службы, следившие за здоровьем деревьев, и люди в темно-зеленых комбинезонах имели веские причины оставлять подобные знаки. Но яркие отметки беспокоили Джуди, она ненавидела каждую из них. И часто, заходя в отдел кадров Управления, вспоминала деревья-великаны, еще целовавшиеся с темной водой канала, когда на их телах уже горели кресты.
В этом отделе ей пришлось побывать в последнее время несколько раз.
Каждое вырезало отметки на ее собственном сердце.
Взлетевший на воздух «Бугатти», разбрасывая во все стороны искры и звезды, прочертил глубокую полосу, разделившую жизнь Джуди Тендер на «до» и «после».
Сразу же после взрыва она выскочила из дома Паркера, промчалась мимо горевшей машины и выбежала на быстро заполнявшуюся испуганными соседями улицу. Джуди не помнила, звала она Рэя, вглядываясь в темноту, поглотившую мотоцикл, или стояла, проглотив все слова? За ее спиной ревели сирены пожарных и полицейских машин, слышались взволнованные голоса, а впереди желтые сырные головки фонарей расплывались от подступивших к глазам слез.
Джон схватил ее за руку, когда вечность спустя она пыталась уйти незамеченной и раствориться в толпе.
– Я ни в чем не виноват, – прошептал он, – ни в чем не виноват.
Лицо Паркера было непривычно выразительным – перекошенным от переполнявших его сильных эмоций. Джуди видела, что он растерян.
Но она тоже слишком растерялась, чтобы задавать вопросы.
Той ночью Тендер так и не смогла заснуть. Она лежала в постели, наблюдая, как скользят по потолку блики от фар редких машин, проезжавших по улице, или вставала и бродила по комнате, напоминая себе тигра Картера. Вот только к ее беспокойству добавлялся кислый привкус страха. Иногда к нему примешивалась обида – несколько часов назад Рэй находился в Городе и не дал о себе знать!
Обида быстро сменялась чувством вины – Джуди не было дома. Она провела весь вечер с Картером, даже улыбалась его шуткам и историям, казавшимся теперь глупыми и пустыми. Несколько шагов по притихшей в ночи квартире – и темнота поглощала все чувства, оставляя лишь тревогу и страх. За Рэя.
И почему-то за себя.
Словно на них обоих уже стояли невидимые глазу красные кресты.
В отделе 307-В группа Тайгера считалась погибшей.
Смерть Вишневского подтвердили фотографии, которые представители Острова использовали для составления претензии в Комиссию по невмешательству. На внеочередном закрытом заседании начальник Управления Крейг привычно доказывал, что его организация не имеет никакого отношения к человеку на снимках и умело отрицал обвинения в шпионской деятельности. Но дело оперативника в отделе кадров закрыли по всей форме. Джуди, следившая за соблюдением всех формальностей, узнала, что Ян – сирота, и никто не оплакивает его гибель, кроме друзей. Билл Флеминг уверял, что у Вишенки (что за дурацкое прозвище для боевика?!) не было даже постоянной девушки.
Имя Тайгера так и не прозвучало в связи со взрывом машины Паркера, и о его коротком появлении в Городе в Управлении никто не знал. Паркер молчал, Джуди – тем более. Она уже начинала сомневаться в том, что это именно Рэй исчез в ночи на мотоцикле.
Кроме голоса в телефоне, не было никаких других доказательств, а короткое обвинение Джона не сопровождалось подробностями. Так что, написав докладную на Паркера, Тендер уничтожила ее в шредере. Ей нечего было предъявить против уважаемого сотрудника Управления, которого тем не менее отстранили от работы в ближайшие дни и без ее участия.
– Паркер, возможно, причастен к пропаже диска с секретной информацией, – ответил Картер на вопрос Джуди.
– А как же... – Тендер ожидала совершенно иного обвинения.
– На время расследования он отстранен от занимаемой должности и будет пока находиться под домашним арестом, – добавил начальник отдела.
Тем временем поисками Тайгера и Котовского занялись чистильщики.
Уходившие на Остров оперативники вверяли свои жизни не только госпоже Удаче, но и Управлению. Если обстановка требовала сохранить иллюзию невмешательства, чтобы избежать серьезного конфликта, наследившие боевики бесследно исчезали, ликвидированные собственной службой.
– Держись, красотка, – говорил Флеминг, сменив обычное для него подтрунивание на подобие заботы. – Такими ценными ребятами, как Рэй и Дим, Управление не разбрасывается. Это тебе не новички или бывшие рецидивисты.
(Среди оперативников секретных отделов были и такие, получившие новый шанс в жизни без каких-либо гарантий выйти на пенсию.) Долговязый программист успокаивал Джуди, но выходило у него не слишком убедительно.
Вскоре Картер уехал на пару дней в командировку, а когда вернулся, прозвучало самое страшное.
– Есть результаты расследования в Дриме, – сообщая это, Картер не отводил от Джуди пристального взгляда. – Оба, Дмитрий Котовский, – сделал короткую паузу начальник отдела 307-В, – и Рэймонд Тайгер убиты Стервятниками. Дело можно закрывать согласно внутреннему распорядку. Персональные досье передать в архив.
Услышав такое, Джуди не потеряла способности говорить, не забыла, как открывается дверь кабинета и не выронила папок на пол. Ей стало очень холодно, несмотря на совершенно странную, аномальную для конца весны, жару. Такую, что все сотрудники жаловались на плохо работавшие кондиционеры. От слов, прозвучавших из уст Картера, ожил зыбкий ветер и преследовал ее в длинных коридорах Управления, проникая во все комнаты, в которых мисс Тендер пришлось побывать в тот день. Зимний ветер жарким весенним днем остужал тело, пока не пробрался под кожу и не начал вымораживать изнутри. Джуди ничего не чувствовала.
Просто выполняла свою работу, совершенно не замечая взглядов сотрудников: любопытные, обвиняющие, жалостливые чужие взгляды не проникали сквозь плотную корку льда. Джуди Тендер их не видела. И не могла поверить в то, что Тайгера больше нет, несмотря на то, что в его досье, как и в досье Котовского, появились отметки: «Погиб при исполнении».
С того горестного дня Рэй стал сниться ей по ночам, почему-то преследуемый тигром с голографии. То вдруг Рэй сам превращался в тигра и преследовал Джуди. Она просыпалась в холодном поту и долго не могла успокоиться.
Больно ей стало, когда Флеминг подозвал к окну и показал на улицу, где от здания Управления отходили двое – высокий крепкий мужчина прятал в своих объятиях хрупкую женщину.
– Родители Тайгера, – проговорил Билл. А потом кивнул на группу людей, столпившихся в сторонке, не пряча слезы: мужчины, женщины, дети разных возрастов. – Орда Котовского.
Джуди вдруг задохнулась от горя – вот так, в одно мгновение, – и рухнула на пол.
Прошло пять дней с тех пор, как прозвучал приговор Картера, но лишь теперь треснул лед, защищавший от боли. Разлетелся хрупким хрусталем, стоило увидеть родителей Рэя, которые даже не знали о существовании Джуди Тендер.
Или знали?
Успел их сын рассказать им о ней? Джуди и Рэй так мало были вместе!
Вид родственников Тайгера и Котовского, а не сообщение Картера, лишил Джуди последней надежды, не оставив места для волшебных слов: «С ним все в порядке».
И некому было больше их сказать.
Реки слез не высыхали несколько дней, Джуди пришлось даже взять небольшой отпуск. Сама не зная зачем, она стала приходить на дикий пляж за зданием Управления и, как Рэй при расставании, всматривалась и всматривалась вдаль, словно горизонт хранил ответы на любые вопросы. Почему так случилось? Почему подаренное ей счастье оказалось столь коротким?
Чтобы будущее потеряло все яркие краски и приглушенными стали чувства?
Чтобы она знала, что жизнь никогда не будет больше полноценной?
С острых скал срывались в полет чайки, их пронзительные крики эхом отзывались в душе, но, как ни странно, не пугали, а будто призывали: «Очнись!»
– Очнись!
После выходных Джуди вернулась на работу.
(Некоторое время спустя)
– Мисс Тендер, не хотите посмотреть, как идет работа с моим подопечным?
Голос начальника остановил в дверях.
Рабочий день закончился, и Джуди собиралась ответить отказом на любое предложение, но Картеру удалось завладеть ее вниманием.
– Есть успехи?
– Поразительные! Зайдите ко мне, у меня есть видеоотчет от профессора Морисона.
Дейн снова завлек Джуди на неформальную встречу.
Снова она не смогла отказаться.
Лишь привычно отметила, что Картер, как всегда, выглядит безупречно.
Оставив сумку у стола, Тендер прошла в кабинет начальника отдела 307-В.
– Где он сейчас? – спросила она, глядя на тигра, ходившего вдоль просторного вольера.
Движения зверя были замедленными, время от времени он застывал, дергал головой, словно отгоняя назойливое насекомое и раскачиваясь при этом всем телом. После чего совершал несколько неуверенных шагов.
– Радж, – раздался за кадром голос Морисона.
Тигр остановился и, хоть не сразу, но развернулся к человеку и камере. Медные глаза зверя горели безумием, потерянным показался его взгляд Джуди. Настолько, что она испытала прилив жалости, пока зверь не оскалился и не зарычал, становясь похожим на самого себя, когда бросился ей вслед и грыз железные прутья.
– Морисон забрал его для работы к себе. Но на следующей неделе я уже смогу присутствовать на тренировках и вскоре после этого отвезу Раджа домой.
– У него новое имя?
– У него не было раньше имен. Зато это ему очень подходит, не находишь?
Тигр на видео выполнял команды.
Сесть. Лечь. Подняться.
Разве тигр – служебная собака? Он огрызался, показывая розовую пасть, но подчинялся без свиста хлыста, шамбера или уколов длинной палкой, стеком – слушался только голоса Морисона. Иногда тигр путал команды или дергался в сторону, где находился человек. В такие моменты в медных глазах вспыхивала ярость, но быстро исчезала, и они становились безразличными.
Зато когда зверь излучал холодное спокойствие, то выглядел очень величественно.
– Радж означает Король. Он похож на короля, не правда ли?
Слова Картера прозвучали над самым ухом. Джуди настолько увлеклась происходящим на мониторе компьютера, что не заметила, как Дейн подошел непозволительно близко и застыл сзади. Она хотела отодвинуться и оказалась в капкане мужских рук.
– Отпустите! – потребовала Джуди. Вместо этого Картер навалился на нее, прижал к столу и, удерживая за плечи, зашептал, оставляя на шее цепь влажных поцелуев.
– Ты теперь свободна.
– Для тебя – нет.
– Откуда такое упорство, малышка? Нам же было хорошо вместе. Я помню, как заставить тебя выстанывать мое имя и молить: «Еще… Еще!»
Овца!
Наивная, позволившая завести себя в ловушку овца!
Полыхая от стыда и злости, Джуди попыталась высвободиться.
– Отпустите меня сейчас же!
– Мы на «ты», разве ты забыла? Наедине мы обращаемся друг к другу на «ты».
Голос Картера был масляным, растекался по плечам, спускаясь вдоль тела и размазываясь по нему почти ощутимыми ласками.
– Пусти! – прокричала Джуди, дернувшись так, что получилось развернуться, и она оказалась лицом к лицу с мужчиной, не выпускавшим ее из объятий.
– Успокойся, детка. Я ничего не делаю. Просто держу тебя в руках, чтобы еще раз почувствовать, какая ты горячая. Чтобы ты вспомнила мои прикосновения.
– Отпусти сейчас же, иначе я закричу! – как же она ненавидела Картера в этот момент!
Его светло-голубые глаза казались выцветшими, как полуденное небо в пустыне. Чванливая улыбка на губах – безобразной.
– Упрямая мисс Тендер, – проговорил Дейн, размыкая объятия.
Рука взлетела быстрее, чем Джуди отдала себе отчет в том, что делает, и, отвесив звонкую пощечину, девушка отскочила на безопасное расстояние, поближе к двери. Дейн потирал быстро красневшую щеку, но на его губах вместо злой расползалась снисходительная улыбка.
– Красивые женщины не должны быть слишком упрямыми. Излишняя смелость им тоже не к лицу. Нежность. Малышка Джу, ты забыла о нежности. Способной укротить даже зверя.
