Связь оборвалась.
– Тай, – шепотом, прямо в камеру, – привет.
Дим отодвинулся, покрутился, как перед зеркалом, поправляя волосы и приглаживая непослушный чуб. Махнул рукой, уверенный, что упрямый локон все равно поднимется крутой волной и скоро упадет обратно на лоб. Поправив воротник рубашки, Котовский стряхнул с плеч несуществующую пыль.
– Иду включать радио, – объявил он и направился к вахтерской, откуда привязанная к стулу Люси настороженно следила за его действиями. – Извини, громкость неисправная, так что потише сделать не смогу, – не оборачиваясь, крикнул Дим. – Итак, раз-два приготовились… – Он склонился к девушке, и через миг пространство склада разорвало женским визгом.
– Ур-р-р-род!
– Вот это наша Люська. – Котовский обернулся к камере, сверкая довольной, почти мальчишеской улыбкой. Точно ребенок, построивший высокую башню из песка. – Как видишь, она все такая же голосистая и не в меру подвижная. Стихийное бедствие, а не женщина. Удружил ты мне, Тай, работенку. Ведь я считал себя одним из лучших боевиков Управления, а превратился в укротителя диких Люськ. Мышь из нее выходит, только бешеная.
– Куда собрался? – прозвенел возмущенный девичий голос. – Что это за художества ты на мне понавязал?
– Правильно, Люська, художества! – повторил Котовский, выделяя последнее слово. – Уж извини, что пришлось воспользоваться снотворным, зато так было проще и надежнее. Ты руками теперь поменьше дергай и шевелись поменьше, а то все узлы позатянешь и застрянешь здесь надолго, а я рассчитывал часа на два, не больше.
– Развяжи, говорю-ю-ю-ю-ю! – Крик перешел в визг.
– Невозможно с ней вести разговор. – Дим снова жаловался в камеру. – Итак, представь, больше двух недель. Нет, ну ладно. Бывали у нас и спокойные минуты, да, Люсь? Тихие вечера, когда мы ели за одним ящиком, примерно сидели друг напротив друга, и Люська обзывалась всего раз сорок за час, не больше.
Девчонка за спиной Котовского раздавала угрозы глазам, ушам и всем выступающим частям тела Котовского сразу. Зато перестала дергаться на стуле и, продолжая кричать, внимательно изучала опутавшие ее веревки.
Дим подошел поближе к камере наблюдения.
– Говорил же, у радио проблемы с громкостью. Зато не скучно. А глазами как зыркает, тебе видно? То ли мышь с акульими зубами, то ли акула с мышиным хвостом... Ошибка эволюции, – повысил голос Котовский, – скажи, я похож на тигра? – Он развернулся к девчонке и зарычал, похоже, строя ей грозные рожи.
– Кот ты драный и урод недоделанный, а не тигр!
– Дура ты, Люська. И словарный запас у тебя ограниченный. – Голос Дима на мгновение показался усталым. – Заладила: урод да урод. Я в зеркале себя каждый день вижу. Врешь ты все. И на тигра я похож. Мы с ним всегда часто над знакомыми подшучивали. Вот, смотри, начинаю преображение.
Котовский достал кожаную куртку и, надев ее, приподнял воротник.
Нацепив на голову кепку, спрятал под ней чуб, лишь темно-русые, коротко стриженные волосы – цветом как у Тайгера — торчали на затылке. На носу появились солнечные очки. Дим повел плечами, напомнив борца перед выходом на ринг, и замер, принимая расслабленную позу. Потом прошелся пару шагов взад-вперед. У него хорошо получалось копировать манеру движений Рэя.
– Ты что удумал, шут из шапито? – в девичьем голосе появилось сомнение.
– Во-от! Уже какое-то разнообразие! – похвалил Котовский Люси и вернулся к камере. – Короче, Тай. Укротитель наш из Управления выставил обязательное условие, чтобы ты показался его связному. Доказать, что, мол, в Дриме и жив. Иначе обещает нам серьезные проблемы. А тебе еще нужно день или два. – Дим говорил почти шепотом.
Люси беспокойно завопила сзади.
– Меня решил бросить?! Повернись, когда с тобой говорят.
– Я настоял на удаленной встрече. Пойду. Появлюсь за тебя в обозначенном месте. Может, пронесет. Погуляю недолго и вернусь, – продолжал он, игнорируя девчонку. – Ну а если нет, сделаю все, чтобы меня живым не взяли. Мы с тобой похожи. Много времени я для тебя так, конечно, не выиграю, но пока разберутся, что к чему, как раз пройдет пара дней. Надеюсь, тебе хватит. Ты только для нас с Яном подошвы эти гнилые пообрывай, чтобы путь к мечтам не поганили… Теперь о лаборатории в кафе «Мечтатель». Это личная шалость одного предприимчивого аптекаря, который собрал небольшую картель и на свой страх и риск производит и подторговывает в обход синдикатов разными смесями. Так что он вполне мог заказать Патрисию Стервятникам. Про «Рай» много не скажу. Странное какое-то место. Вроде отель, но больше похож на курортный комплекс посреди города. И охраны вокруг слишком уж много.
Тишина упала невидимым пологом. Терзала. Резала острым ножом слух.
– А может, все и обойдется, – повторил Дим, глядя себе под ноги, – тогда этой записи не будет.
Поднял голову, прислушиваясь, и в карих глазах зажглись лукавые огоньки.
– Что притихла, Люсько-мышь? Молчишь, значит, мозгами работаешь. – Котовский направился к вахтерской. – Запоминай. Узлы распутаешь… Да не тряси головой, будто испугана. Бояться ты не умеешь. Так вот… распутаешь узлы. Часа за два, думаю, управишься, – зашел он в комнату-клетку. – Да не скули ты! Тебе по роли не положено. Видишь, на столе лежит сумка с едой и деньги. Если я за это время не появлюсь, то считай себя свободной. Значит, съели Кота падальщики ваши дримовские. Или, вернее, дерьмовские?
Дим снял кепку и очки, потоптался неловко напротив связанной девчонки, словно еще не решаясь уйти.
– Знаешь что, Люсь. Извини, но нет у меня нормальной женщины под рукой, так что давай я тебя напоследок поцелую.
Девчонка забилась на стуле.
– Не смей! Не смей до меня дотрагиваться, урод. А-а-а-а…
Опустившись на колени, Дим схватил ее за плечи. Люси замотала головой, словно альпака, попавшая в неволю, рискуя сломать свою тонкую шею. Тогда Котовский поймал ее лицо в свои ладони, и девчонка замерла, широко распахнув глаза. А в них горела раскаленная добела ненависть. Но не портила глаз, делая их бездонными.
– Вот так-то лучше, – прошептал Дим, прижимаясь к Люси.
Поцелуем жарким. Нецеломудренным и жадным.
Каким награждает женщину давний любовник.
С не меньшим рвением, почти остервенением, Люси пыталась кусаться в ответ. То ли рыча, то ли рвано всхлипывая – непонятно было.
Сражение губами и языками тянулось и тянулось. Пока из толчков и укусов, коротких мгновений перевести дух и снова напасть не сложился общий ритм. Сначала яростный, как сражение, но быстро терявший пыл. Настойчивость сменилась торопливостью, стала похожей на ласку и превратилась в острожные касания истерзанных губ. Теплилась в них настоящая нежность...
Настолько неуместная, что оба испуганно замерли.
Не выпуская девичьего лица из ладоней, Дим прижался лбом к Люськиному лбу.
– Вот так-то лучше... Лучше так.
Оттолкнулся от девчонки, поднимаясь с колен, и вышел из вахтерской, оставив открытой дверь.
Не сразу, а после коротких мгновений тишины, ему вслед полетел тонкий визг.
– В томатный соус! Размажу. Что посмел ко мне присосаться своим вонючим ртом!
– Размажет, Люсь, обязательно меня размажет. По асфальту.
– Нет. Я сама. Сама хочу.
– Не получится у тебя. – Дим стал серьезным. Задержался у «гостиной», поправив ящики и спальные мешки. – Вещи для тебя здесь лежат. Послушайся совета, уходи из Дрима. На двух сердобольных уродов тебе повезло наткнуться, но везение, оно, знаешь, не бывает бесконечным.
Котовский приближался к скрытой камере. Шел и говорил, не глядя на вахтерскую, где скакала на стуле пленница.
– Эх, Люська. Люська, а ты ведь сладкая оказалась. И сердце у тебя большое. Места на запястьях еще полно. У меня даже имя подходящее – длиннее, чем у твоего последнего ухажера. Только я толкаться в очередях с другими не привык. Ревнивый собственник я, Люсь. И похоже, больше никогда не женюсь.
– Стой! – Вопль за его спиной стал оглушительным.
– Будь, Тай. Ты, главное, будь!
Щелчок.
Конец записи.
Тайгер рычал – глухо, монотонно, выплевывая последние крохи воздуха из легких, заполнял их бесконечном вдохе и снова рычал. Мял перед собой кулаки, как ворох грязного белья. Больно. Как же было больно! До желтых кругов в глазах, в которых красными пятнами вспыхивала ярость, словно у обезумевшего от боли зверя.
Рэй понял, почему все пошло не так, и срывался на рык и тихий вой. Перед глазами умирающий Ян прижимал кожаную куртку к животу. Мальчишка с прозрачными глазами хромал, подволакивая правую ногу. Кот поправлял перед камерой, словно перед зеркалом, непослушный чуб.
Еще вчера Тайгер чувствовал себя победителем и вдруг оказался проигравшим.
Когда он приехал в клинику, Ренье был уже мертв. В палате медсестры отключали мониторы. Врач заговорил про внезапную остановку сердца. От нескольких глубоких порезов и не слишком опасной потери крови?!
Осознание, что означала смерть готового давать показания ученого, и того, что она случилась, когда Тайгер должен был уже покинуть Город, ослепило, на несколько минут отозвавшись холодом во всем теле. О Ренье было известно лишь одному человеку – Джону Паркеру! Который снабдил Тайгера новой машиной, средствами связи для возвращения в Дрим. Нафаршированными маячками для слежки?!
Паркер?!
Рэй позволил злости захлестнуть себя, лишая хладнокровия и благоразумия. Но речь шла о человеке, которому он доверял, как самому себе!
«Сколько стоит предательство?!»
На полученной от Джона машине Рэй рванул к нему домой. Кроме средств связи, в багажнике лежал небольшой запас оружия и взрывчатки, которой хватило на маленький фейерверк во дворе старого друга. Тайгер не удержался и отослал сообщение. После чего вышвырнул телефон в кусты.
Он опоздал.
Всюду.
Вертолет с группой для эвакуации уже находился в воздухе, и оставалось молиться богам всех Чипов и Дейлов, что с семьей Ренье ничего не случится. Зачем убирать родных ученого, которые ничего не знают о деталях его работы и экспериментах в Дриме?! Но Рэй был рад, что дал распоряжение доверенному человеку забрать младшего Ренье школы. Пусть увозит мальчишку подальше от Порта Грез, а о месте встречи Тайгер сообщит позже. Как смотреть Винсу в глаза, Рэй не думал. Не это главное.
Котовский до сих пор не ответил на вызов, и Тайгер спешил в Дрим, чтобы забрать Дима и уже вместе решать, что делать с Люси и сыном Ренье. Так будет лучше. У Котовского много племянников и племянниц, три младших брата. Он знает, как обращаться с детьми.
Лишних пару часов пришлось потратить на замену документов. Сторм был мертв – взлетел на воздух в машине с другими охранниками, а паспорт, полученный от Паркера, Рэй выбросил. Чтобы вернуться на Остров, он воспользовался личными каналами, но это стоило дополнительного времени.
О том, что боги Чипов и Дейлов глухи, Тайгер узнал еще на подъездах к Дриму. Он остановился на заправке купить кофе на вынос и увидел, как на плоских экранах, которыми были увешаны все стены, раз за разом взрывается вертолет. Титрами шли обвинения агентов из Управления в расправе над семьей ученого, убитого ими же днем раньше.
Прибыв на склад, Рэй обнаружил его пустым – ни Котовского, ни Люси. Пока проверял тайник, в котором нашлась запись с видеокамеры, ему позвонил человек с Побережья.
– Как?! Нет, ну как хромой мальчишка мог взять и вдруг бесследно исчезнуть?! – прокричал в трубку Рэй.
– Сам не пойму… Мы заехали в кафе перекусить. Когда в новостях начали передавать про взорвавшийся вертолет, мальчонка уже ушел в туалет, и я думал, он ничего не видел. Но он слишком долго не возвращался. Я все! Все обыскал. Он пропал! Словно в унитаз провалился.
После телефонного звонка Тайгер просмотрел запись, которую ему оставил Кот.
Теперь вот рычал, сходя с ума от боли. Столько жертв! Впустую?
Рычал, как раненый зверь.
Но раненый зверь опасен тем, что способен на непредсказуемые действия. А у Тайгера был адрес Рая, за порогом которого исполнялись чьи-то заветные мечты.
Как и говорил Дим, отель скорее являлся целым курортным комплексом. Сказочный дворец Центрального корпуса вмещал в себя номера, рестораны, закрытые казино, и разные спа-салоны. По бокам вытянулись менее высокие и не слишком вычурные строения, в глубине просторного сада пряталась еще парочка зданий, почти незаметных из окон номеров из-за расстояния и густых крон высоких деревьев.
Просторная внутренняя территория делилась на «доступную» и «закрытую» для гостей зоны. В первой были бассейн, розовый сад и пристроенные к главному корпусу террасы ресторанов и спа.
Зоопарк с множеством вольеров, половина из которых пустовали, отрезал доступную часть от той, куда случайные посетители не попадали.
Рэй без особого труда выяснил, какие места комплекса открыты для посещения, а какие – нет. Определил несколько салонов и клубов, чье существование было бы недопустимым на Большой земле. Только пока не мог связать увиденное с Ренье. Если в «Раю» есть секретные лаборатории, то наверняка они спрятаны в дальних корпусах.
Если только там не останавливаются те, кто хранит посещения Дрима в секрете.
В самом центре сада находилась вертолетная площадка, способная принять пару крупных машин. На нее как раз недавно опустился грузовой вертолет. Винты уже выключили, пилоты покинули рубку, около багажного отделения суетились работники в синей форменной одежде. Они вывезли из темного нутра железного насекомого клетку с тигром. Рэй хорошо видел его из своего убежища.
Конечно, он мог ошибиться. Но Тайгер так часто глядел на фотографию в кабинете Картера, что был почти уверен – это тот самый зверь. К тому же тигр вел себя соответственно образу, возникавшему из рассказов о нем: беспокойный, бросался на стенки клетки, пугая грузчиков, щерил клыки, сверкая полубезумными глазами. Создаваемый им шум привлекал внимание, и к вертолетной площадке уже спешили еще несколько человек.
Тайгеру надо было уходить.
У него ушло несколько дней, чтобы проникнуть внутрь отеля, среди посетителей одного из закрытых казино. Сложнее было вырваться оттуда и, затерявшись в коридорах и переходах, незаметно выскользнуть в сад.
Он провел ночь, спрятавшись в подсобке с метлами и ведрами. Там же нашел смену форменной одежды, в которой и обследовал комплекс на следующий день, стараясь избегать случайных встреч. До сих пор ему везло. Но Рэй не знал, что и думать, увидев груз вертолета, поэтому решил поскорее вернуться в Центральное здание отеля через бассейн и террасу, расположенную рядом с фитнес-центром.
Спрятав рабочую форму и подгадав удобный момент, он появился рядом с шезлонгами. Не считая нескольких, занятых отдыхающими, почти все они были пустыми.
Рэй подцепил халат и полотенце из высоких стопок, сложенных недалеко от бассейна, и вскоре ничем не отличался от других гостей. Теперь только подождать немного и, не привлекая лишнего внимания, направиться к стеклянным дверям в спа и фитнес-залы. Там он воспользуется одной из раздевалок и позже покинет отель, пристроившись к какой-нибудь группе отдыхающих. Что делать дальше, Рэй еще не решил.
Но для первого посещения «Рая» он узнал достаточно.
Тайгер был уже у свободного шезлонга, когда из бокового здания вышел Дейн Картер в сопровождении двух незнакомых людей. Начальник отдела 307-В был явно чем-то очень недоволен и не скрывал этого, отчитывая своих спутников.
***
– Тай, – шепотом, прямо в камеру, – привет.
Дим отодвинулся, покрутился, как перед зеркалом, поправляя волосы и приглаживая непослушный чуб. Махнул рукой, уверенный, что упрямый локон все равно поднимется крутой волной и скоро упадет обратно на лоб. Поправив воротник рубашки, Котовский стряхнул с плеч несуществующую пыль.
– Иду включать радио, – объявил он и направился к вахтерской, откуда привязанная к стулу Люси настороженно следила за его действиями. – Извини, громкость неисправная, так что потише сделать не смогу, – не оборачиваясь, крикнул Дим. – Итак, раз-два приготовились… – Он склонился к девушке, и через миг пространство склада разорвало женским визгом.
– Ур-р-р-род!
– Вот это наша Люська. – Котовский обернулся к камере, сверкая довольной, почти мальчишеской улыбкой. Точно ребенок, построивший высокую башню из песка. – Как видишь, она все такая же голосистая и не в меру подвижная. Стихийное бедствие, а не женщина. Удружил ты мне, Тай, работенку. Ведь я считал себя одним из лучших боевиков Управления, а превратился в укротителя диких Люськ. Мышь из нее выходит, только бешеная.
– Куда собрался? – прозвенел возмущенный девичий голос. – Что это за художества ты на мне понавязал?
– Правильно, Люська, художества! – повторил Котовский, выделяя последнее слово. – Уж извини, что пришлось воспользоваться снотворным, зато так было проще и надежнее. Ты руками теперь поменьше дергай и шевелись поменьше, а то все узлы позатянешь и застрянешь здесь надолго, а я рассчитывал часа на два, не больше.
– Развяжи, говорю-ю-ю-ю-ю! – Крик перешел в визг.
– Невозможно с ней вести разговор. – Дим снова жаловался в камеру. – Итак, представь, больше двух недель. Нет, ну ладно. Бывали у нас и спокойные минуты, да, Люсь? Тихие вечера, когда мы ели за одним ящиком, примерно сидели друг напротив друга, и Люська обзывалась всего раз сорок за час, не больше.
Девчонка за спиной Котовского раздавала угрозы глазам, ушам и всем выступающим частям тела Котовского сразу. Зато перестала дергаться на стуле и, продолжая кричать, внимательно изучала опутавшие ее веревки.
Дим подошел поближе к камере наблюдения.
– Говорил же, у радио проблемы с громкостью. Зато не скучно. А глазами как зыркает, тебе видно? То ли мышь с акульими зубами, то ли акула с мышиным хвостом... Ошибка эволюции, – повысил голос Котовский, – скажи, я похож на тигра? – Он развернулся к девчонке и зарычал, похоже, строя ей грозные рожи.
– Кот ты драный и урод недоделанный, а не тигр!
– Дура ты, Люська. И словарный запас у тебя ограниченный. – Голос Дима на мгновение показался усталым. – Заладила: урод да урод. Я в зеркале себя каждый день вижу. Врешь ты все. И на тигра я похож. Мы с ним всегда часто над знакомыми подшучивали. Вот, смотри, начинаю преображение.
Котовский достал кожаную куртку и, надев ее, приподнял воротник.
Нацепив на голову кепку, спрятал под ней чуб, лишь темно-русые, коротко стриженные волосы – цветом как у Тайгера — торчали на затылке. На носу появились солнечные очки. Дим повел плечами, напомнив борца перед выходом на ринг, и замер, принимая расслабленную позу. Потом прошелся пару шагов взад-вперед. У него хорошо получалось копировать манеру движений Рэя.
– Ты что удумал, шут из шапито? – в девичьем голосе появилось сомнение.
– Во-от! Уже какое-то разнообразие! – похвалил Котовский Люси и вернулся к камере. – Короче, Тай. Укротитель наш из Управления выставил обязательное условие, чтобы ты показался его связному. Доказать, что, мол, в Дриме и жив. Иначе обещает нам серьезные проблемы. А тебе еще нужно день или два. – Дим говорил почти шепотом.
Люси беспокойно завопила сзади.
– Меня решил бросить?! Повернись, когда с тобой говорят.
– Я настоял на удаленной встрече. Пойду. Появлюсь за тебя в обозначенном месте. Может, пронесет. Погуляю недолго и вернусь, – продолжал он, игнорируя девчонку. – Ну а если нет, сделаю все, чтобы меня живым не взяли. Мы с тобой похожи. Много времени я для тебя так, конечно, не выиграю, но пока разберутся, что к чему, как раз пройдет пара дней. Надеюсь, тебе хватит. Ты только для нас с Яном подошвы эти гнилые пообрывай, чтобы путь к мечтам не поганили… Теперь о лаборатории в кафе «Мечтатель». Это личная шалость одного предприимчивого аптекаря, который собрал небольшую картель и на свой страх и риск производит и подторговывает в обход синдикатов разными смесями. Так что он вполне мог заказать Патрисию Стервятникам. Про «Рай» много не скажу. Странное какое-то место. Вроде отель, но больше похож на курортный комплекс посреди города. И охраны вокруг слишком уж много.
Тишина упала невидимым пологом. Терзала. Резала острым ножом слух.
– А может, все и обойдется, – повторил Дим, глядя себе под ноги, – тогда этой записи не будет.
Поднял голову, прислушиваясь, и в карих глазах зажглись лукавые огоньки.
– Что притихла, Люсько-мышь? Молчишь, значит, мозгами работаешь. – Котовский направился к вахтерской. – Запоминай. Узлы распутаешь… Да не тряси головой, будто испугана. Бояться ты не умеешь. Так вот… распутаешь узлы. Часа за два, думаю, управишься, – зашел он в комнату-клетку. – Да не скули ты! Тебе по роли не положено. Видишь, на столе лежит сумка с едой и деньги. Если я за это время не появлюсь, то считай себя свободной. Значит, съели Кота падальщики ваши дримовские. Или, вернее, дерьмовские?
Дим снял кепку и очки, потоптался неловко напротив связанной девчонки, словно еще не решаясь уйти.
– Знаешь что, Люсь. Извини, но нет у меня нормальной женщины под рукой, так что давай я тебя напоследок поцелую.
Девчонка забилась на стуле.
– Не смей! Не смей до меня дотрагиваться, урод. А-а-а-а…
Опустившись на колени, Дим схватил ее за плечи. Люси замотала головой, словно альпака, попавшая в неволю, рискуя сломать свою тонкую шею. Тогда Котовский поймал ее лицо в свои ладони, и девчонка замерла, широко распахнув глаза. А в них горела раскаленная добела ненависть. Но не портила глаз, делая их бездонными.
– Вот так-то лучше, – прошептал Дим, прижимаясь к Люси.
Поцелуем жарким. Нецеломудренным и жадным.
Каким награждает женщину давний любовник.
С не меньшим рвением, почти остервенением, Люси пыталась кусаться в ответ. То ли рыча, то ли рвано всхлипывая – непонятно было.
Сражение губами и языками тянулось и тянулось. Пока из толчков и укусов, коротких мгновений перевести дух и снова напасть не сложился общий ритм. Сначала яростный, как сражение, но быстро терявший пыл. Настойчивость сменилась торопливостью, стала похожей на ласку и превратилась в острожные касания истерзанных губ. Теплилась в них настоящая нежность...
Настолько неуместная, что оба испуганно замерли.
Не выпуская девичьего лица из ладоней, Дим прижался лбом к Люськиному лбу.
– Вот так-то лучше... Лучше так.
Оттолкнулся от девчонки, поднимаясь с колен, и вышел из вахтерской, оставив открытой дверь.
Не сразу, а после коротких мгновений тишины, ему вслед полетел тонкий визг.
– В томатный соус! Размажу. Что посмел ко мне присосаться своим вонючим ртом!
– Размажет, Люсь, обязательно меня размажет. По асфальту.
– Нет. Я сама. Сама хочу.
– Не получится у тебя. – Дим стал серьезным. Задержался у «гостиной», поправив ящики и спальные мешки. – Вещи для тебя здесь лежат. Послушайся совета, уходи из Дрима. На двух сердобольных уродов тебе повезло наткнуться, но везение, оно, знаешь, не бывает бесконечным.
Котовский приближался к скрытой камере. Шел и говорил, не глядя на вахтерскую, где скакала на стуле пленница.
– Эх, Люська. Люська, а ты ведь сладкая оказалась. И сердце у тебя большое. Места на запястьях еще полно. У меня даже имя подходящее – длиннее, чем у твоего последнего ухажера. Только я толкаться в очередях с другими не привык. Ревнивый собственник я, Люсь. И похоже, больше никогда не женюсь.
– Стой! – Вопль за его спиной стал оглушительным.
– Будь, Тай. Ты, главное, будь!
Щелчок.
Конец записи.
***
Тайгер рычал – глухо, монотонно, выплевывая последние крохи воздуха из легких, заполнял их бесконечном вдохе и снова рычал. Мял перед собой кулаки, как ворох грязного белья. Больно. Как же было больно! До желтых кругов в глазах, в которых красными пятнами вспыхивала ярость, словно у обезумевшего от боли зверя.
Рэй понял, почему все пошло не так, и срывался на рык и тихий вой. Перед глазами умирающий Ян прижимал кожаную куртку к животу. Мальчишка с прозрачными глазами хромал, подволакивая правую ногу. Кот поправлял перед камерой, словно перед зеркалом, непослушный чуб.
Еще вчера Тайгер чувствовал себя победителем и вдруг оказался проигравшим.
Когда он приехал в клинику, Ренье был уже мертв. В палате медсестры отключали мониторы. Врач заговорил про внезапную остановку сердца. От нескольких глубоких порезов и не слишком опасной потери крови?!
Осознание, что означала смерть готового давать показания ученого, и того, что она случилась, когда Тайгер должен был уже покинуть Город, ослепило, на несколько минут отозвавшись холодом во всем теле. О Ренье было известно лишь одному человеку – Джону Паркеру! Который снабдил Тайгера новой машиной, средствами связи для возвращения в Дрим. Нафаршированными маячками для слежки?!
Паркер?!
Рэй позволил злости захлестнуть себя, лишая хладнокровия и благоразумия. Но речь шла о человеке, которому он доверял, как самому себе!
«Сколько стоит предательство?!»
На полученной от Джона машине Рэй рванул к нему домой. Кроме средств связи, в багажнике лежал небольшой запас оружия и взрывчатки, которой хватило на маленький фейерверк во дворе старого друга. Тайгер не удержался и отослал сообщение. После чего вышвырнул телефон в кусты.
Он опоздал.
Всюду.
Вертолет с группой для эвакуации уже находился в воздухе, и оставалось молиться богам всех Чипов и Дейлов, что с семьей Ренье ничего не случится. Зачем убирать родных ученого, которые ничего не знают о деталях его работы и экспериментах в Дриме?! Но Рэй был рад, что дал распоряжение доверенному человеку забрать младшего Ренье школы. Пусть увозит мальчишку подальше от Порта Грез, а о месте встречи Тайгер сообщит позже. Как смотреть Винсу в глаза, Рэй не думал. Не это главное.
Котовский до сих пор не ответил на вызов, и Тайгер спешил в Дрим, чтобы забрать Дима и уже вместе решать, что делать с Люси и сыном Ренье. Так будет лучше. У Котовского много племянников и племянниц, три младших брата. Он знает, как обращаться с детьми.
Лишних пару часов пришлось потратить на замену документов. Сторм был мертв – взлетел на воздух в машине с другими охранниками, а паспорт, полученный от Паркера, Рэй выбросил. Чтобы вернуться на Остров, он воспользовался личными каналами, но это стоило дополнительного времени.
О том, что боги Чипов и Дейлов глухи, Тайгер узнал еще на подъездах к Дриму. Он остановился на заправке купить кофе на вынос и увидел, как на плоских экранах, которыми были увешаны все стены, раз за разом взрывается вертолет. Титрами шли обвинения агентов из Управления в расправе над семьей ученого, убитого ими же днем раньше.
Прибыв на склад, Рэй обнаружил его пустым – ни Котовского, ни Люси. Пока проверял тайник, в котором нашлась запись с видеокамеры, ему позвонил человек с Побережья.
– Как?! Нет, ну как хромой мальчишка мог взять и вдруг бесследно исчезнуть?! – прокричал в трубку Рэй.
– Сам не пойму… Мы заехали в кафе перекусить. Когда в новостях начали передавать про взорвавшийся вертолет, мальчонка уже ушел в туалет, и я думал, он ничего не видел. Но он слишком долго не возвращался. Я все! Все обыскал. Он пропал! Словно в унитаз провалился.
После телефонного звонка Тайгер просмотрел запись, которую ему оставил Кот.
Теперь вот рычал, сходя с ума от боли. Столько жертв! Впустую?
Рычал, как раненый зверь.
Но раненый зверь опасен тем, что способен на непредсказуемые действия. А у Тайгера был адрес Рая, за порогом которого исполнялись чьи-то заветные мечты.
Как и говорил Дим, отель скорее являлся целым курортным комплексом. Сказочный дворец Центрального корпуса вмещал в себя номера, рестораны, закрытые казино, и разные спа-салоны. По бокам вытянулись менее высокие и не слишком вычурные строения, в глубине просторного сада пряталась еще парочка зданий, почти незаметных из окон номеров из-за расстояния и густых крон высоких деревьев.
Просторная внутренняя территория делилась на «доступную» и «закрытую» для гостей зоны. В первой были бассейн, розовый сад и пристроенные к главному корпусу террасы ресторанов и спа.
Зоопарк с множеством вольеров, половина из которых пустовали, отрезал доступную часть от той, куда случайные посетители не попадали.
Рэй без особого труда выяснил, какие места комплекса открыты для посещения, а какие – нет. Определил несколько салонов и клубов, чье существование было бы недопустимым на Большой земле. Только пока не мог связать увиденное с Ренье. Если в «Раю» есть секретные лаборатории, то наверняка они спрятаны в дальних корпусах.
Если только там не останавливаются те, кто хранит посещения Дрима в секрете.
В самом центре сада находилась вертолетная площадка, способная принять пару крупных машин. На нее как раз недавно опустился грузовой вертолет. Винты уже выключили, пилоты покинули рубку, около багажного отделения суетились работники в синей форменной одежде. Они вывезли из темного нутра железного насекомого клетку с тигром. Рэй хорошо видел его из своего убежища.
Конечно, он мог ошибиться. Но Тайгер так часто глядел на фотографию в кабинете Картера, что был почти уверен – это тот самый зверь. К тому же тигр вел себя соответственно образу, возникавшему из рассказов о нем: беспокойный, бросался на стенки клетки, пугая грузчиков, щерил клыки, сверкая полубезумными глазами. Создаваемый им шум привлекал внимание, и к вертолетной площадке уже спешили еще несколько человек.
Тайгеру надо было уходить.
У него ушло несколько дней, чтобы проникнуть внутрь отеля, среди посетителей одного из закрытых казино. Сложнее было вырваться оттуда и, затерявшись в коридорах и переходах, незаметно выскользнуть в сад.
Он провел ночь, спрятавшись в подсобке с метлами и ведрами. Там же нашел смену форменной одежды, в которой и обследовал комплекс на следующий день, стараясь избегать случайных встреч. До сих пор ему везло. Но Рэй не знал, что и думать, увидев груз вертолета, поэтому решил поскорее вернуться в Центральное здание отеля через бассейн и террасу, расположенную рядом с фитнес-центром.
Спрятав рабочую форму и подгадав удобный момент, он появился рядом с шезлонгами. Не считая нескольких, занятых отдыхающими, почти все они были пустыми.
Рэй подцепил халат и полотенце из высоких стопок, сложенных недалеко от бассейна, и вскоре ничем не отличался от других гостей. Теперь только подождать немного и, не привлекая лишнего внимания, направиться к стеклянным дверям в спа и фитнес-залы. Там он воспользуется одной из раздевалок и позже покинет отель, пристроившись к какой-нибудь группе отдыхающих. Что делать дальше, Рэй еще не решил.
Но для первого посещения «Рая» он узнал достаточно.
Тайгер был уже у свободного шезлонга, когда из бокового здания вышел Дейн Картер в сопровождении двух незнакомых людей. Начальник отдела 307-В был явно чем-то очень недоволен и не скрывал этого, отчитывая своих спутников.
