Мужчина вздрагивает от неожиданности и резко оборачивается. Лицо бледнеет, или мне это просто кажется? Нет. Не кажется.
- Мистер Пэррэс, какая неожиданная встреча, - бормочет он, - прошу меня извинить, у меня совсем нет времени…
- Как жаль, а я бы очень хотел с вами поболтать. Как в прошлый раз. На чем мы там закончили?
Уолтон натянуто улыбается.
- Уже не припомню, мистер Пэррэс. Но мне и вправду надо идти. Я и без того здесь задержался, срочные дела, понимаете?
Конгрессмен делает попытку обогнуть меня, но я перехватываю его за локоть, с силой сжимаю пальцы.
- Что вы себе позво…
- Слушай внимательно, - я стараюсь держать свое желание придушить его прямо сейчас, под контролем. Рычу ему в ухо, чтобы никто нас не услышал, - Если ты хоть пальцем ее тронешь, я клянусь, клянусь всем, что у меня есть - я тебя закопаю живьем!
Отчетливо ощущаю, как Уолтон сжимается. Его внезапную панику хорошо видно по выступившей на лбу испарине и судорожно бегающим по сторонам глазам. Отлично! Этого я и хотел.
- Мистер Пэррэс, - конгрессмен Уолтон рывком вырывает свою руку из моих тисков. Наши взгляды - противоборствующие стороны. Его губы кривятся в надменной усмешке.
- Вы очевидно, забыли, с кем разговариваете? В моих силах сделать так, что ваша карьера будет закончена. Но так и быть, сегодня, я сделаю для вас поблажку.
- С чего же такая щедрость?
Улыбка Уолтона становится вызывающей.
- Потому что я умею быть благодарным. Да-да, мистер Пэррэс. Ведь только благодаря вам, я нашел ЕЕ.
- Что ты сказал? - сжимаю кулаки, нависая над ним.
- Тише, мистер Пэррэс. Хотите устроить драку прямо здесь? Через минуту будете на пути за решетку.
- Ты - ублюдок!
- Скажем так, это не самое обидное, что я о себе слышал.
Он отталкивает меня плечом и проходит мимо. Остаюсь на месте, мысленно считая секунды. Как только миную 10, быстро набираю номер Рамси.
- Все записал? - спрашиваю, машинально нащупывая тоненький провод микрофона под рубашкой.
- Да. Только это не сильно нам поможет. Нет никаких имен, все слишком неясно.
Я понимаю, о чем он говорит. Мне надо было все же спровоцировать Уолтона на конфликт. Черт!
- Вам стоит поторопиться, Мегель. Конгрессмен покидает здание. Один.
Прода от 16.03.2026, 20:20
Глава 32
Выезжаю с парковки. Сбрасываю входящий звонок от Паркинса. Тренер будет в ярости, я пропускаю вторую тренировку. Первая игра на следующей неделе, но я не могу сейчас об этом думать. Мои мысли - рядом с Габриэль, где бы она не была. Встречаемся с Рамси в аэропорту. К моему удивлению он не один.
- Знакомься, это - Чейз Беннетт, - ему можно доверять, и помощь нам будет нужна.
Мужчина, которого мне представляют протягивает руку и молча кивает.
- Он не разговаривает. Совсем. Но умеет слушать и выполнять.
- Как практично, - усмехаюсь. Нервы на грани, натянуты как струна.
- Я арендовал автомобиль, так будет лучше. Незачем лишний раз светить ваш звездный статус.
Оставляю его насмешку без внимания. Может говорить все, что хочет, лишь бы действовал.
- Как дела у федералов?
- Ждут разрешения.
- И будут ждать еще долго, судя по всему. Что же, не страшно. Справимся сами. Сейчас главное - найти вашу девушку. А там, будем импровизировать.
- Я знаю адрес Уолтона.
Рамси озабоченно качает головой. На его коленях - планшет, в который он бегло вводит какие-то данные.
- Нет-нет, я уже пробил его. Это квартира в самом центре, еще есть недвижимость в пригороде, там живет его семья и дочери. Все не то. Уж не думаете ли вы, что он будет держать секс-рабыню в подвале семейного гнездышка?
От прилива отвращения меня передергивает. Как может такой человек жить обычной жизнью, обнимать по утрам жену и целовать на ночь дочерей, таких же, как и девушку, с которой он творит… нет, не хочу думать об этом, не хочу. Боль ощущаю физически, свою и ее. Одну на двоих.
- Что тогда?
- Вот, - Рамси разворачивает планшет экраном ко мне. Вижу мигающую точку с координатами на карте, за пределами города, - довольно тихий, ничем не примечательный район. Пару месяцев назад Уолтон приобрел там землю. Она была куплена за наличные, и на территории стоит старинный особняк. Я думаю, нам надо посетить его.
Вдавливаю педаль газа, но Рамси резко останавливает меня.
- Нет, не сейчас, Мегель!
- Что? Почему? - Меня возмущает его спокойствие.
- Сегодня Уолтон и вся его свита будет на общественном совете. Какая-то волонтерская организация, ничего особенного. Там же будете и вы, Мегель.
- Что? Нет!
- Да! - твердо отрезает Рамси, - и мы. Я уверен, что правильно взял след, и все же, хочу прижучить тварь на месте. Ваша задача сделать так, чтобы он запаниковал. Он сам должен привести нас в свое логово. Только так, и не иначе. Поэтому, готовьте смокинг, мистер Пэррэс. Сегодня вечером у вас выход в свет, - Рамси расплывается в довольной улыбке. Я вижу, что эта охота нравится ему, он получает удовольствие от адреналина.
- Возьмите с собой кого-нибудь. Подружку. Вы должны быть - само спокойствие.
- Подружку? - сжимаю руль до хруста.
Рамси тут же осекается.
- Я имел ввиду не это… Лорэйн, или кого-то, сами решите. Вы не должны быть один, чтобы это не бросалось в глаза.
Цель ясна, задачи тоже. Остается только надеятся, что это принесет результат.
Я стараюсь сохранять спокойствие. Лорэйн чувствует мою нервозность.
- Что я должна делать? - на удивление, с момента похищения Габриэль, она ведёт себя тихо и смирно. Ее внутренней проницательности хватает на то, чтобы понимать - сейчас мои приоритеты расставлены предельно четко и не в ее интересах проверять их границы.
- Твоя задача - все, кто там будет. Если раньше главным условием было - никаких комментариев, сейчас обратное. Цель - конгрессмен. Следи за ним, его реакцией, поведением, с кем он общается, что говорит. Рамси и Чейз - в машине на улице. Держат руку на пульсе и мониторят его звонки. Если Уолтон куда-то соберется, они дадут знать.
Встреча проходит без большого размаха. Все, кого мы встречаем в зале - политики и приглашенные представители общественных организаций. Мы с Лорэйн привлекаем всеобщее внимание почти сразу. Кто-то просит автограф, кто-то разрешения сфотографироваться.
Уолтона я замечаю одним из первых, впрочем, он меня тоже. Вот только в прошлый раз он был более расположен к беседам, сейчас же упорно избегает встречи со мной. И если в первые пол часа я позволил списать это на случайность, то в следующие убедился совершенно точно - он делает все, чтобы не пересечься со мной.
- Лорэйн, задержи его. Любым способом, - шепчу ей на ухо, и ухожу в сторону. Прячусь за высокую колонну, и хорошо вижу то, как нервно меня выискивает взглядом Уолтон. Отлично, в него "случайно" врезается Лорэйн. На лицах обоих - вежливые улыбки, фальшивые как с одной стороны, так и с другой. Прекрасно, пока Уолтон занят Лорэйн, самое время начать загонять зверя в ловушку. Огибаю зал с другой стороны, так, чтобы он не видел меня. Оказываюсь у конгрессмена за спиной и кивком даю понять Лорэйн, что ее помощь больше не нужна. Она тут же сменяет улыбку маской безразличия и не прощаясь, уходит.
- Девушки такие непостоянные, да?
Мужчина вздрагивает от неожиданности и резко оборачивается. Лицо бледнеет, или мне это просто кажется? Нет. Не кажется.
- Мистер Пэррэс, какая неожиданная встреча, - бормочет он, - прошу меня извинить, у меня совсем нет времени…
- Как жаль, а я бы очень хотел с вами поболтать. Как в прошлый раз. На чем мы там закончили?
Уолтон натянуто улыбается.
- Уже не припомню, мистер Пэррэс. Но мне и вправду надо идти. Я и без того здесь задержался, срочные дела, понимаете?
Конгрессмен делает попытку обогнуть меня, но я перехватываю его за локоть, с силой сжимаю пальцы.
- Что вы себе позво…
- Слушай внимательно, - я стараюсь держать свое желание придушить его прямо сейчас, под контролем. Рычу ему в ухо, чтобы никто нас не услышал, - Если ты хоть пальцем ее тронешь, я клянусь, клянусь всем, что у меня есть - я тебя закопаю живьем!
Отчетливо ощущаю, как Уолтон сжимается. Его внезапную панику хорошо видно по выступившей на лбу испарине и судорожно бегающим по сторонам глазам. Отлично! Этого я и хотел.
- Мистер Пэррэс, - конгрессмен Уолтон рывком вырывает свою руку из моих тисков. Наши взгляды - противоборствующие стороны. Его губы кривятся в надменной усмешке.
- Вы очевидно, забыли, с кем разговариваете? В моих силах сделать так, что ваша карьера будет закончена. Но так и быть, сегодня, я сделаю для вас поблажку.
- С чего же такая щедрость?
Улыбка Уолтона становится вызывающей.
- Потому что я умею быть благодарным. Да-да, мистер Пэррэс. Ведь только благодаря вам, я нашел ЕЕ.
- Что ты сказал? - сжимаю кулаки, нависая над ним.
- Тише, мистер Пэррэс. Хотите устроить драку прямо здесь? Через минуту будете на пути за решетку.
- Ты - ублюдок!
- Скажем так, это не самое обидное, что я о себе слышал.
Он отталкивает меня плечом и проходит мимо. Остаюсь на месте, мысленно считая секунды. Как только миную 10, быстро набираю номер Рамси.
- Все записал? - спрашиваю, машинально нащупывая тоненький провод микрофона под рубашкой.
- Да. Только это не сильно нам поможет. Нет никаких имен, все слишком неясно.
Я понимаю, о чем он говорит. Мне надо было все же спровоцировать Уолтона на конфликт. Черт!
- Вам стоит поторопиться, Мегель. Конгрессмен покидает здание. Один.
Глава 33
ГАБРИЭЛЬ
Мне так холодно. В моей темнице спертый воздух, дышать трудно и больно. Может это от сковавшего меня страха безысходности, а может причина - сломанные ребра. Очень медленно переворачиваюсь на спину, смотрю в серый низкий потолок. Воздух проходит в горло со свистом. Выдыхаю осторожно, чтобы не закашляться. Сколько я получила ударов не знаю, сбилась со счета. Хорошо, что здесь нет зеркал, я не хочу видеть свое лицо. Если мои руки черны от бурых синяков и кровоподтеков, страшно подумать, что с лицом. Все потому, что я не пела. А Уолтон наказывал за это. Жестоко, безжалостно, с неконтролируемой яростью. Пусть так. Благодаря этому, ни на что другое у него не оставалось сил. И именно поэтому я упорно молчала, и буду молчать до последнего вздоха. Если он получит то, что хочет, кто знает, какие желания будут следующие. В комнате всегда царит полумрак. Единственный источник света - полоска под дверью, и когда она темнеет, я понимаю, что еще один день подошел к концу. Могу выдохнуть. Значит, сегодня я смогу немного поспать. Ночь - единственное время, которое принадлежит только мне. Уолтон приезжает днем. Предвестники его появления - тяжелые шаги над головой. Благодаря им я поняла, что нахожусь где-то в подвальном помещении. Вот откуда затхлый воздух и отсутствие света. К горлу подступает тошнота. Ее причина - кислый запах еды на столе в углу. Я не ем. Ни единой крошки. Мне незачем продлевать себе жизнь, а так, смерть придет быстрее и положит конец моим страданиям.
Прикрываю глаза, ослабленное тело тут же проваливается в какой-то полудрем. В нем всегда только одни и те же образы, один и тот же сон - теплый, светлый.
Рассветные лучи просачиваются сквозь пальцы. Я играю с ними, позволяю ласкать, потом опускаю ладонь на грудь Мегеля и вычерчиваю незамысловатые узоры на его бронзовой коже. Он перехватывает мое запястье, подносит к губам, не открывая глаз, целует.
Этому утру не суждено повториться. Больше никогда. Все что мне остается - ловить эти драгоценные моменты в воспоминаниях. Внезапно я распахиваю глаза. До вымученного слуха доносятся громкие шаги. Топот усиливается, звучит гулче, быстрее. Нет, только не это. Он же не приходит ночью... Я переворачиваюсь на бок, хочу сесть, чтобы отползти в угол кровати, но сил на это нет. Подтягиваю колени к животу, сворачиваюсь клубком. Если повезет, это будет наша последняя встреча. Шаги останавливаюсь около двери. В замочной скважине поворачивается ключ. Не отрываю головы, я не хочу его видеть.
- Моя пташка. Снова ничего не ела? - доносится мерзкий голос. Зажмуриваюсь сильней и сжимаюсь еще больше, - решила себя голодом заморить? - в интонации слышу дребезжащую злость. Отлично. Пусть злится, пусть убьет меня. Звенят тарелки. Уолтон выносит их за дверь, и судя по стуку - ставит новые. Минуты тянутся невероятно медленно. Вот он подходит к кровати, садится рядом. Я вздрагиваю, ощущая, как ложится его рука мне на голову. Он гладит меня по волосам, и с каждым этим движением меня все больше захлестывает тошнота. Я слышу его парфюм, запах геля для волос - все это сливается в отвратительную симфонию, а вместе с его голосом - в самую извращенную пытку.
- Что же, если ты будешь и дальше молчать, я буду вынужден изменить подход. Не хочешь петь, значит мы найдем, чем еще заняться.
Ладонь соскальзывает мне на плечо, резко перемещается на бедро. Уолтон пытается перевернуть меня, но я отталкиваю его. Твердо решаю - сегодня я буду бороться до конца.
- Я думал, ты будешь сговорчивее. Что, тебе проще сдохнуть, чем пойти мне навстречу? Я бы не обидел тебя, если бы ты не была такой дурой!
Он вскакивает с места и что есть мочи отпихивает меня от себя ногой. Вскрикиваю от острой боли. Удар приходится точно в живот, сгруппироваться у меня не выходит. Сил не хватает.
Вспышка гнева сменяется приступом показного сожаления. Уолтон склоняется надо мной, хватает за подбородок, и заставляет смотреть ему в глаза. У него - лицо зверя. Горящий безумием взгляд, раздувающиеся ноздри. Он ненавидит меня, но его ненависть - следствие слепого желания владеть мною.
- Пока не поздно, давай попробуем начать наше знакомство с чистого лица. Ну же, Габриэль, просто кивни мне. И мы забудем все эти... - он обводит мои побои взглядом, - недоразумения.
- Согласна... - тихо хриплю в ответ и губы Уолтона расплываются в улыбке, которая тут же сменяется гримасой ярости, стоит ему услышать продолжение, - Я лучше сдохну, чем пойду тебе навстречу.
- Ах ты сука! - Уолтон вскидывает руку, чтобы отвесить мне пощечину, но внезапно так и застывает. Я понимаю причину. Над нашими головами раздаются шаги. Глаза конгрессмена округляются, брови сходятся на переносице. Ему хватает доли секунды, чтобы схватить меня за руку и стащить на пол. Падаю, ударяясь затылком о железную ножку кровати. Перед глазами начинают мерцать белые огоньки, стены плывут и покачиваются. Все что успеваю разглядеть - это черную сталь револьвера в руках конгрессмена.
- Сукин сын! - ревет он, целясь в кого-то в дверном проеме.
- Бросай пистолет! - в ответ раздается грубый выкрик
- Она здесь!
- Назад, Мегель!
От услышанного имени в голове что-то разрывается. Разум пронзает невыносимой адской болью. Я уже мало что понимаю. Все вокруг сливается в адскую какофонию из голосов, криков и оглушающих раскатов выстрелов.
- Нет! - темнота засасывает меня в черную пропасть. Из этой воронки нет выхода. Густая давящая тишина обволакивает, и я, наконец, ощущаю спокойствие. Боли нет, как нет и ничего остального. Так легко мне еще никогда не было. Прошлое остается где-то там, вместе с болью и остальными чувствами.
