– Милорд, прибыла эстафета! – сообщил Рашт. – Доставили пакет от короля. Вот он.
Сергей выхватил послание из рук секретаря, надорвал конверт, вынул письмо Лазони и быстро пробежал глазами текст. После этого разрешил Рашту удалиться и стал читать более внимательно. В письме было следующее:
«Серг, вы предложили мне свою дружбу и корону королевства. За дружбу я вам благодарен, а за корону нет. Ваше нежелание править разрушило то подобие семьи, которое у меня было. Ваша корона отняла у меня сына. Я далёк от мысли упрекать вас во всём, моя вина тоже велика, но в своём прежнем качестве Ольд вряд ли пошёл бы против моей воли. Положение принца вскружило ему голову, а ваши многочисленные недоброжелатели сделали всё, чтобы сын забыл честь и долг и поднял руку на отца. В королевстве сложился заговор, который направляли из-за границ все те, кому мешаете вы и ваша растущая сила. Следы ведут в Сотхем и Дюже, но я не исключаю того, что деньги заговорщикам шли и через империю из союза королевств. Я не стану расписывать подробности, пока вам достаточно знать, что в заговоре принимали участие все пять графств на западе Дорейна. Кто из них захватил и уничтожил ваших людей, я выяснить не смог. Мы схватили трёх заговорщиков из этих графств, но они две декады не были дома и не в курсе последних событий. Сейчас я чищу свои провинции, а Дорейном занимайтесь сами. Если потребуется помощь, окажу. Есть подозрение, что к заговору причастен Бенитар, но доказательства этого отсутствуют. Заговорщики уверены в его поддержке, но мы не смогли выяснить, в чём причина этой уверенности. Так что будьте с ним осторожны. Есть ещё много вопросов, которые я хотел бы с вами обсудить, но не могу доверить их письму. Было бы желательно, если бы вы навестили меня в ближайшее время. Герт Лазони».
– Готовься надеть корону, – сказал Сергею Лантар, после того как прочитал письмо. – Я не знаю, что Лазони сделает с сыном, но королём ему не быть. Не хотел бы я оказаться на месте Герта. В юности мы живём для себя, а потом основной целью у большинства становятся дети. Видел, во что превратилась Ольда, когда вернулась из Дюже? А ведь бывшая королева ещё не старая женщина, при желании вполне могла найти себе мужчину, а то и родить ребёнка, только из всех желаний у неё осталось только одно: вернуться в бывший королевский дворец и там умереть. Сейчас она выглядит на двадцать лет старше своего возраста, дни напролёт просиживает в зимнем саду и вряд ли долго протянет. А всему виной дети. Аделлу убили, а Андре сделал всё, чтобы умереть для неё задолго до того, как его зарезали в империи. И жизнь кончилась. У Герта сейчас сходная ситуация. Конечно, он мужчина и человек долга и не махнёт на всё рукой, но не станет за тебя править королевством. И спихивать корону больше не на кого. Ты пойдёшь с войсками?
– Очень не хочется идти, но придётся, – ответил Сергей. – Пряча голову в песок, от проблем не уйдёшь. Нужно поговорить с Лазони и решить судьбу западных графств Дорейна...
– Почему в песок? – не понял герцог.
– Не обращайте внимания, это оборот речи из моего мира, связанный с одной птицей, которая в случае опасности якобы прячет голову в песок. Войска готовы, поэтому завтра с утра выйдем.
– Я еду с тобой. Сейчас лето, так что не буду обузой. Может быть, подскажу что полезное.
После Лантара Сергей пошёл в свои покои.
– Отложи книгу и почитай это, – сказал он жене, которая лежала на диване в гостиной с одной из книжек Лани в руках.
– Бедный Герт! – сказала Альда, прочитав письмо. – И чем это нам грозит?
– Аленар считает, что короной. Боюсь, что он прав.
– А мне придётся стать королевой?
– Если ты меня не бросишь... А почему в твоём голосе не радость, а печаль?
– Я даже в нынешнем статусе растеряла почти всех подруг, а когда стану королевой, их не будет совсем. Я ведь воспитывалась, как большинство провинциальных дворянок, и до десяти лет босиком моталась с деревенской детворой. Королева стоит выше других женщин, и у неё не бывает нормальных человеческих отношений с окружающими. Когда принцесс или герцогинь готовят к такому с детства – это одно, а когда вот так, как у меня... Нормально общаться смогу только с тобой и детьми, когда они будут. Боюсь, что даже Кариши, которые принимают меня как родную, не смогут больше так относиться. А это больно... И потом короли у нас традиционно имели самый большой двор, которому приходилось уделять много внимания. И ещё одно. Чем выше забирается человек, тем больше находится желающих занять его место. Чем закончили отец Андре и он сам? А судьба королей Барни? Мехал с сыном до сих пор живы только потому, что ты их поддерживаешь. Чему радоваться?
– Ты хоть была баронессой, пусть и провинциальной, а я так вообще... Все удивляются, почему я добывал корону для других, вместо того чтобы надеть самому, а мне трудно это объяснить. Но сейчас, если Лазони будет настаивать, придётся короноваться. С одной стороны, это поможет воплотить в жизнь мои планы, но, с другой – сколько всего навалится в дополнение к тому, что есть сейчас! А я и со своим герцогством не сделал и половины того, что хотел. Все время и силы уходили на армию и войны. Ладно, это пока только предположения.
В тот же день Сергей написал и отправил эстафетой письмо королю, а на следующий выехал из Ордага в Дальнею. Ехать решил в карете вместе с Лантаром. С собой взяли полсотни гвардейцев охраны, а армейский корпус, который численно увеличили вдвое, двинулся по тракту под командованием Севоржа. Весна ещё не закончилась, но было уже по-летнему жарко. Свободных мест на постоялых дворах не хватало, поэтому в них все питались, а ночевали только герцоги со своими телохранителями. Гвардейцы отдыхали неподалёку, даже не ставя палаток. Чтобы не терять время, не останавливались в столице Лантаров и к вечеру шестого дня пути въехали в ворота Дальнеи. Лазони принял их сразу же.
– Это хорошо, что вы тоже приехали, Аленар, – сказал он Лантару. – Надеюсь, вы мне поможете. Как добрались?
– Нормально добрались, – ответил старый герцог, с облегчением устраиваясь в кресле. – Всю дорогу провёл на мягких подушках, а всё равно устал. Вовремя я передал сыну свой домен.
– Завидую, – сказал Лазони. – Не вашей немощи, конечно, а тому что вам есть кому всё передать, у меня такой возможности больше нет. В связи с этим я хочу сложить с себя корону и вернуть её вам, Серг! Нет у меня больше ни сил, ни желания изображать из себя короля. И возьмёте у меня провинцию Ингар. Не спорьте! Для чего вы отдали её, когда убрали Эрика? Хотели укрепить королевскую власть? Вот и забирайте обратно, мне хватит и двух других! А умру – всё останется вам!
– А сын? – спросил Сергей. – Что с ним решили?
– Ничего не решил! Не поднимается у меня на него рука, но и оставить наследником не могу! Он не сможет смириться и простить, поэтому и сам плохо кончит, и вам может принести много горя. Сына я отдаю вам вместе с короной и провинцией. Наказывайте его своей властью! Сейчас он сидит под арестом в своих комнатах и останется там, пока вы не вернётесь из Дорейна. Когда должна подойти ваша армия?
– Через два дня, – ответил Сергей. – Мы не спешили. Приехали чуть раньше, чтобы узнать, что у вас случилось.
– Вот и узнавайте. Сегодня отдохнёте, а завтра вам принесут допросные листы, а неясности объяснит барон Дарт. Нужна помощь войсками?
– Нет, спасибо, нам хватит своих, – отказался Сергей. – Герт, может быть...
– Не может! – отрезал Лазони. – Когда король-основатель и его герцоги создали это королевство, всё казалось разумным, и королевскую власть никто не оспаривал. Прошли века, и во что всё превратилось? Получив провинцию Ингар, вы усилитесь настолько, что в королевстве никто и пикнуть не посмеет! Вы сразу получаете общую границу и с моими владениями, и с провинцией Бенитара и полный контроль над побережьем. Корона, Серг, – это только символ! Вы и так фактический правитель королевства, а она поможет в ваших планах. И я помогу, сколько хватит сил. Государства за проливом проснулись от спячки, и первое, что они сделали, это пустили нам кровь! Мы начали налаживать отношения с империей только потому, что вы показали им свою силу!
– Хватит, Герт, – сказал Лантар. – Серг уже всё понял. Ему просто неудобно перед вами.
– Давайте вернёмся к этому после похода в провинцию Дорейн, – сказал Сергей. – Если не хотите быть королём, я не стану отказываться.
– Счастливый вы человек, Серг! – сказал Лазони. – У вас есть замечательная жена и скоро будет ребёнок. Из вас получится очень хороший король. Только ради всех богов никогда не отстраняйтесь от воспитания своих детей!
Сегодня муж уехал в королевский дворец для принятия окончательного решения по договору и вскоре вернулся непривычно растерянный.
– Что случилось, Север? – спросила Лиара. – Почему так рано?
– Лазони сообщил, что уже не является королём, – сказал муж. – Корону возьмёт Аликсан. Они открыли заговор, и сейчас идут аресты. Лазони арестовал и своего сына. Он стоял во главе заговорщиков.
– А где будет столица? – растерялась Лиара. – Если не в Дальнее, то что нам делать? Нам не хватит золота на другой дом! И мы здесь так хорошо устроились... А потом эта Альда...
– Эта провинция останется у Лазони, – сказал Север, – поэтому у Аликсана будет другая столица, я пока не могу сказать где. Аликсан сейчас у Лазони, но скоро подойдёт его армия, и он отправится расправляться с заговорщиками. А об Альде ты зря волнуешься. Я люблю только тебя, а она теперь станет королевой. И говорят, что она уже носит под сердцем ребёнка.
– Счастливая! – с завистью сказала девушка. – Я не о короне, а о ребёнке. А что с договором?
– Оставил Аликсану. Если подпишет, отправим наш экземпляр в канцелярию императора. Заодно потребую деньги на новое представительство. А этот особняк попросим продать. Лазони не откажет в помощи.
– Убийц не нашли?
– Если бы их поймали, я сразу сказал бы.
– Надоело сидеть дома! – пожаловалась Лиара. – Ты хоть ездишь во дворец, а мне остаются только дом и парк. Охрана не разрешает даже выглянуть на улицу! Ты говорил о гостях, а за всё время, что мы здесь живём, не было никого, кроме канцлера.
– Я хотел поговорить с королём на эту тему, – сказал Север, – но ему сейчас не до нас. Потерпи ещё немного. Что там за шум? Извини, я выйду узнать, в чём дело.
– Я с тобой!
Они вышли из гостиной в прихожую, где один из волчар Сатарди не давал пройти дружиннику Севера.
– Из-за чего шум? – спросил он на имперском.
– Прибыл посыльный из столичного магистрата, – ответил дружинник. – Вам послание, а этот... не пускает!
– В чём дело? – спросил посланник у сандорца.
– У меня приказ! – ответил тот. – От незнакомых людей ничего не должно попасть в ваши руки или руки вашей жены. Вы ждали это письмо?
– Нет, не ждал, – ответил Север. – Вскроем, тогда узнаем, что от меня понадобилось магистрату.
– Нельзя, господин! – сказал охранник. – Конверт может быть отравлен. Или в нём ядовитая пыль, или ещё что. Приедет господин барон, и мы сами при вас вскроем. А вашему дружиннику лучше не держать этот пакет в руках. Я говорил, но он меня не понимает и рвётся к вам.
– Хорошо, – согласился Север, – подождём. Горт, положи пакет на столик!
Дружинник сделал шаг к столику и упал на пол.
– Мёртв! – сказал охранник, пощупав пульс на виске. – Прошу вас, господа, отойдите от него подальше и ничего не трогайте! Плохо, что ваши люди не учат язык. Если бы он меня понял и послушал, возможно, остался бы жив.
Второй день двигались по территории провинции Дорейн. Трактом шли только поначалу, поэтому карета и Аленар остались в столице Лазони, а Сергей ехал верхом, как правило, вместе с Севоржем. Охранение немного отстало, чтобы не мешать беседе герцога с генералом.
– Как ты отнесёшься к тому, что мне придётся надеть корону? – спросил Сергей.
До этого он не говорил с другом на эту тему.
– Положительно отнесусь, – отозвался Ланс, – и даже наедине не буду расшаркиваться. Если ты этого боялся, то зря.
– Другие будут, – вздохнул Сергей. – И дел нам с тобой прибавится.
– Наплюй, – посоветовал Ланс. – Многие и сейчас расшаркиваются. И не так уж много добавится этих дел, а делать их будет легче. Главное – подобрать исполнителей, которым можно доверять, и спихнуть все дела на них. Тогда вообще не почувствуешь изменений. А таких людей у тебя уже много. Вот ими и командуй.
– Лазони отдаёт и провинцию Ингар.
– Это дело! – одобрил Ланс. – Сейчас нам легко перекрыть дорогу в центральные провинции, а если получим Ингар, можно перебросить армию прямо с побережья. Теперь Бенитар будет сидеть тихо, как мышка, и со всем соглашаться. Мы сами её завоевали, так что всё справедливо. Что у Герта с сыном?
– Сидит под арестом. Он принял участие в заговоре и должен был убить отца. За такое нужно отрывать голову, но у Герта не поднимается рука... Поэтому он переложил решение его судьбы на меня.
– А кто должен был убить вас?
– Заговорщики, которые попали в руки барона Дарта, этого не знали. Возможно, знает принц, но он молчит, а применять к нему крайние меры не стали.
– Будем надеяться, что мягкость Лазони не выйдет вам боком, – мрачно сказал Ланс. – Жалеть в таких случаях – последнее дело. Нашкодил – отвечай! Нам нельзя тянуть с усмирением провинции. В Ордаге надёжные люди, но лучше быстрей оказаться дома.
– Не будем мы тянуть, Ланс! Доказательств измены достаточно, поэтому, как только доберёмся до первого же замка, потребуем открыть ворота и сложить оружие. Если откажутся, пустим в ход ракеты. И так до тех пор, пока не пройдём всех. Пять графских и двенадцать баронских замков. Может, из баронов ещё кто участвовал в заговоре, но это уж пусть выясняют новые графы, а то мы с вами будем разбираться с мятежниками до осени.
– А если будут сдаваться? Поступать, как мы с тобой обсуждали? Ничего не изменилось?
– Если будут сдавать замки, отпустим со всем имуществом на побережье. Пусть начинают жить сначала, но уже без титулов. Глав семейств казним в любом случае. Они преступили присягу, а такого нельзя прощать. И не смотри на меня так! Сам знаю, что они не станут меня любить, но не хочу вырезать целые роды. Да, нужно обязательно выяснить, кто напал на наш караван, и повесить участников нападения. Мне безразлично, граф или дружинник – повесить всех!
Как он думал, так и получилось: первый же графский замок встретил их запертыми воротами и солдатами на стенах. Парламентёру даже не дали приблизиться, обстреляв из арбалетов.
– Может, не будем тратить на них ракеты? – спросил Севорж. – Поставим баллисты и ударим зажигательными снарядами!
– Пока будем готовить баллисты, они попрячутся, – возразил Сергей, – а внутри один камень, так что от огня мало толку.
