Обстреляйте их ракетами с взрывными головками. Такого никто не ожидает, и спрятаться не успеют, а каждая ракета даст сотни железных осколков. Солдат на стенах и во дворе много, вот на них и проверим новое оружие. Давай для начала десятка три.
Артиллеристы быстро установили шесть пусковых установок, зарядили ракеты, выставили прицелы и подожгли шнуры. Шесть огненных стрел ушли в сторону замка, а солдаты уже устанавливали на направляющие следующие ракеты. Пять ракет упали во двор замка, взметнув в воздух столбы дыма и осколки камней, а шестая ударила в верхнюю часть стены, взорвалась и смахнула внутрь каменные зубцы и находящихся на стене солдат. Следующий залп – и все шесть ракет упали за стену.
– Милорд, – обратился к Сергею Севорж. – Со стен все удрали. Может, дадим ещё залп и, пока враги прячутся, заложим под стену мину? Зачем переводить ракеты, если можно обрушить стену? А напротив будущего пролома выставим баллисты. Если не сдадутся, ударим огнём. По крайней мере, будем видеть, куда стрелять.
Рядом было много офицеров и приходилось соблюдать этикет.
– Дело говорите, генерал! – согласился Сергей. – Только, пока работают артиллеристы, подведите к стене арбалетчиков. Это сейчас там никого нет, а когда прекратим стрелять, живо набегут, а мы можем потерять людей. Поэтому пусть не дают им высунуть из-за стены головы. И сразу же подтягивайте баллисты.
Немного выждав, выпустили ещё шесть ракет, две из которых попали в донжон, вызвав обрушение стен. Сапёров в армии пока не было, поэтому заряд динамита под стену закладывали артиллеристы, а две сотни стрелков их страховали. Когда всё подготовили, шнур подожгли, и организованно дали дёру. Отбежали к десятку уже установленных баллист и стали ждать результатов диверсии. Громыхнуло изрядно. Сам взрыв не показался сильным, но участок стены метров в семьдесят задрожал и осел грудой камней, подняв в воздух огромную тучу пыли.
– Новому хозяину теперь тратиться на ремонт, – сделал заключение генерал, когда пыль немного осела.
Стала видна часть двора, заваленная телами и засыпанная обломками камней. Никого живого во дворе не увидели.
– Давайте подождём, – предложил Сергей. – Мы тут положили сотни две дружинников. Столько солдат у здешних графов не было, значит, успели позвать кого-то из вассалов. Защищаться в таких условиях станет только идиот, так что не будем торопиться. Может, не придётся лить лишнюю кровь и сэкономим снаряды.
Ждать пришлось долго. Напуганные защитники не показывались ни на стенах, ни во дворе.
– Может, сходить туда самим? – сказал майор-артиллерист, командовавший обстрелом замка.
Словно в ответ на его слова в проломе показался боец, который показал пустые руки и направился прямиком к стоявшим в линию баллистам.
– Не ходили бы вы сами, милорд! – недовольно сказал лейтенант личной охраны Сергея. – Нешто не найдётся кому с ним поговорить? А если он задумал что недоброе?
– А вы у меня для чего? – возразил Сергей, направляясь к парламентёру. – Вам положено меня охранять, вот и охраняйте. А с ним мне желательно поговорить самому.
Пришедший на переговоры оказался совсем молодым юношей лет шестнадцати. На доспехах был отчеканен баронский герб.
– Барон Эмер Рихнер, – представился он. – С кем имею честь говорить?
– С чем вы пришли, Эмер? – спросил Сергей. – Мы ждём капитуляции уже две свечи. Сколько можно прятаться? Нам что, добавить туда огоньку, а потом вырезать оставшихся после штурма? Где граф?
– Граф убит, милорд, – понурившись, ответил парень.
– А ваш отец?
– Погиб вместе с графом.
– Это хорошо, потому что они избавили меня от неприятного занятия – рубить им головы. Кто в замке уцелел из благородных, кроме вас?
– Только графиня и её дочери. И ещё шевалье Дале – это казначей графа.
– Сколько осталось дружинников?
– Двенадцать графа и трое наших, многие из них ранены.
– Значит так! – сказал Сергей. – Сейчас вы выводите дружинников во двор, где они разоружаются и выходят к нам. А потом я хочу видеть графиню и её дочерей. Мы пока не будем входить в замок, подождём здесь. И давайте быстрей. Мы и так провозились с вами недопустимо долго. У нас ещё полтора десятка таких замков.
Эмер убежал, и вскоре во двор начали выходить дружинники, которые бросали оружие и покидали замок через пролом. Вслед за ними через завал из камней, подобрав юбки, перебралась уже немолодая женщина, за которой следовали дочери. Старшей уже исполнилось лет пятнадцать, две другие были младше на два-три года. Женщина шла к Сергею с гордо поднятой головой, а девочки испуганно жались друг к другу. Последним к ним присоединился Эмер.
– Я герцог Серг Аликсан, – назвал себя Сергей. – Ваш муж, графиня, давал мне клятву верности, которую нарушил участием в заговоре. Ваш отец, Эмер, защищая клятвопреступника, тоже потерял честь. Главы запятнавших себя изменой родов приговорены мной к смертной казни, а сами роды теряют право на родовые имения и титулы. Благородство рода я, так и быть, оставлю. Где находится ваше бывшее имение, Эмер?
– Замок в тридцати лерах отсюда, милорд, – сказал юноша, чуть не плача.
– Кто у вас ещё в семье?
– Мать, младший брат и сестра.
– Слушайте внимательно. У меня нет к вам зла, хотя ваши родные, помимо убийства короля, замышляли убить меня, мою жену и не рождённого ею ребёнка. Мои советники убеждали вырезать вас всех, чтобы не оставлять кровников, но я этого не хочу. Поэтому поступим так. У вас остались слуги, леди?
– Да, милорд, – ответила бывшая графиня. – Они вовремя укрылись в подвале и не пострадали.
– Сколько денег в казне?
– Точно не знаю, – поколебавшись, ответила она. – Примерно двадцать тысяч золотых.
– Пять тысяч отдадите тому, кому я доверю графство, и столько же выплатите моему походному казначею. Я сильно потратился на этот рейд, так что хоть что-то получу. Остальные деньги ваши. Можете забрать личные драгоценности. Вы должны покинуть графство и переселиться к побережью. С пиратством покончено, и прибрежные земли будут заселяться. Если договоритесь со слугами и своими дружинниками, можете взять их с собой. С вами, Эмер, будет то же самое. Сейчас вы с эскадроном кавалерии и назначенным мной бароном едете в свой бывший замок и сдаёте его новому владельцу. Половина казны ваша. Со слугами и дружинниками говорите сами. Потом приезжаете сюда, и мы отправляем вас через провинцию Ингар под охраной до самого побережья. Грамоты на ваш новый статус сейчас выпишем. На побережье есть несколько крупных городов, в которых нетрудно купить дома. Можете заниматься землёй, средства на это у вас есть, а земли там много. Оружие ваших дружинников до конца пути останется у нашего сопровождения, потом его вернут. Оружие погибших родственников можете забрать, остальное возьмут мои люди. Когда они закончат, прикажите слугам вынести и похоронить тела. Пока этот юноша соберётся, они должны управиться. Все меня поняли? Вот и хорошо. Давайте делать быстрее: до темноты мы должны с вами закончить.
Быстро покончить с заговорщиками не получилось. Сдаваться начинали только после того, как замки подвергали обстрелу ракетами или снарядами из баллист. К исходу седьмого дня боёв Сергей начал опасаться, что ему может не хватить боеприпасов, но последний графский замок сдался без сопротивления. Сдаваться приехал сам граф.
– Витор Ротхам, – представился он. – Я правильно понял, что меня лишили графского титула?
– Правильно, – сказал Сергей, довольный тем, что не пришлось проливать кровь и тратить время и боеприпасы. – Ротхам... Где-то я уже слышал...
– Мой брат был графом в провинции Олимант.
– Вспомнил! – сказал Сергей. – Он поддержал мятеж графа Мартина и погиб в бою. Естественно, что после этого таких графов в моей провинции уже не было. Значит, нарушать клятвы и бунтовать – это у вас семейное. Меня хотели прикончить из-за брата, или были другие причины?
– Зачем вам знать?
– Мне интересно, Витор, ради чего люди, у которых есть богатое имение, знатность и семья, рискуют всем этим. Чего вам не хватает? Из-за чего вы предаёте человека, которому клялись в верности?
– Не мы первые, не мы последние. Все ошибаются.
– Это не ответ, – покачал головой Сергей. – Цена такой ошибки – ваша жизнь и благополучие близких. И с вами я буду разбираться не так, как с другими. Вы у меня последний по счёту, но главное в том, что вы ближе других к месту гибели моего каравана, а ваши соседи, как я точно выяснил, не имели к этому никакого отношения. Остаётесь только вы. Сами расскажете или отдать вас палачу?
– А если я скажу, что почти все люди из вашего каравана живы?
– Умрёте без муки. Если живы мои стражники и студент, всех виновных в нападении просто выпорю. Если нет, они покинут этот мир вслед за вами. А сейчас вы сдадите замок без всяких условий, или мы его уничтожим. И я уже не стану возиться с вашей семьёй, если она уцелеет.
– Я для того и приехал. Для нас не является секретом судьба остальных. Послушайте, герцог. У меня есть предложение. Вы сохраняете мне жизнь, и я уезжаю с семьёй на побережье. Взамен я выплачу пятьдесят тысяч золотом и расскажу, кто и как будет вас убивать. Студент жив, и охрана жива, кроме двух человек, которые погибли при нападении. Они схватились за луки, поэтому и были убиты. И не нужно грозить мне палачом или судьбой близких. Замок я сдам в любом случае, ваших людей тоже верну, а потом просто брошусь на меч. Золота в казне хватит и вам, и семье, но тех денег, о которых я говорил, вы не увидите и не узнаете о своём убийце. Со своей стороны я обещаю, что в дальнейшем не выйду из вашей воли. Неужели моё предложение не стоит одного удара мечом?
– Ну и что вы чувствуете, ваше величество? – насмешливо спросил Аленар.
– Величия точно не чувствую, – ответил Сергей. – Корону делал какой-то идиот, её нельзя носить. А женская корона Сандоров пропала.
– Сделаете короны на свой вкус, – сказал Аленар. – Я спрашивал о другом.
– Давайте поговорим об этом позже.
– Можно и позже, – согласился герцог. – Везунчик вы, Серг, вам и заговоры идут на пользу. Только несколько раненых и сто тысяч золотом добычи! И это только золото, а есть и другие трофеи. И людей своих освободили. Если ещё остались те, кто принимал участие в заговоре, они будут сидеть тихо, как мышки. А когда Джордан объявит, что король теперь вы...
– Джордана я оттуда уберу в провинцию Ингар. Там по первому времени нужен такой наместник, как он. Думал забрать у него Беллу с ребёнком на время, пока идут эти утряски, но они вцепились друг в друга и не хотят расставаться.
– Вы же теперь король.
– В случае с ними я этого не почувствовал, и это порадовало. А вот вы начали выкать.
– Я давно говорил, что вы зря боитесь короны. Всё дело в вас самих. Герцог у нас всегда был ненамного ниже короля, так их все и воспринимали. Всех, кроме вас. Ни у кого из нас не было такого отношения с ближним кругом, какое сложилось у вас. Я давно устал вам завидовать. Вокруг нас почтительные исполнители или лизоблюды и подпевалы, а вас окружают преданные сторонники и друзья. Уловили разницу? Так что вам не сильно навредит корона, Альде будет тяжелее. А насчёт меня... Моё отношение к вам ничуть не изменилось. Ладно с этим, вы лучше скажите, что думаете делать со старшим Ротхамом. Так и простите?
– Он отдал золото, которое переправили заговорщикам, и выдал моего несостоявшегося убийцу. Я обещал жизнь, а свои обещания привык исполнять. Но это не значит, что за ним не будут присматривать. Витор не удовлетворится положением безземельного шевалье, он для этого слишком честолюбив и деятелен. Золота осталось много, да и людей с ним ушло немало. Он ещё создаст на побережье что-то вроде баронства, куда заманит крестьян из других провинций. Для меня может быть большая польза, нужно только подвести к нему своего человека. Напишу Джоку, он сделает. А вот что делать с секретарём вашего сына?
– Если правда то, что вам о нём сообщили, то укоротим на голову в назидание другим – и все дела.
– Чем его могли зацепить?
– Только золотом. Семьи у него нет, так что я исключаю шантаж. Должность секретаря у герцогов малозначительная, много им не платят, но всегда есть возможность подработать, чем они все и занимались. Это Рашт у вас ведёт кучу дел, мой Пер всегда был на побегушках. Неглуп, исполнителен и не лишён талантов. Может так подделать любую подпись, что не отличишь.
– И вы пользовались?
– И вы будете использовать подобных людей, когда станете старше и поймёте, что быть честным нужно только с теми, кто это оценит, а по отношению к мерзавцам хороши все средства.
– Цель оправдывает средства?
– Хорошо сказано! – одобрил Аленар. – Коротко и в самую точку. Поймите, Серг, что у тех, кто высоко вознёсся над остальными людьми, не может быть той же морали, что у обывателей. Вижу, что вам неприятно такое слушать, но вы всё же послушайте. От вас и ваших действий зависят жизнь и благополучие жителей огромной страны. Что для вас важнее: остаться чистеньким или обеспечить счастливую жизнь своим подданным? Поверьте, что будет немало случаев, когда не получится совместить одно с другим. Слишком жесток и лицемерен окружающий нас мир. В делах войны вы уже так поступали, когда, не терзаясь угрызениями совести, сожгли двадцать тысяч человек. Теперь придётся так же поступать и в делах мира. Я не склоняю вас быть мерзавцем, наоборот, ценю в вас честность и благородство, но...
– Я понял, – вздохнул Сергей, – можете не продолжать. Я уже и в мирное время не один раз отступал от своих принципов для блага большинства. Но каждый раз приходится себя ломать.
– Этим и отличается порядочный человек от мерзавца, – сказал Аленар, – а не только тем, с какой целью всё делается. И у мерзавца цель может быть благой, но мерзавец использует обман, подкуп или убийство, не испытывая душевных терзаний. Для него это естественный приём, а многим даже доставляет удовольствие. Но давайте от моральных проблем перейдём к вашим насущным. Не хотите обзавестись канцлером? Только не подумайте, что я предлагаю себя. Я с удовольствием поработал бы, но нет сил.
– У меня будет подобный человек, только назову его первым министром. Три министерства уже создано, три других сейчас создаём. Нужен человек, который направлял бы и контролировал их работу. Поставлю на это место Рашта. Удивлены? Этот человек помогает мне во всём почти четыре года, в курсе моих дел и постоянно разгребает всю текучку во время моего отсутствия. Он уже давно вырос для более ответственной работы. Дело за тем, чтобы найти ему замену и малость натаскать нового секретаря. И дворянство я ему дам: заслужил. А с Пером разберёмся сразу же по приезде в вашу столицу.
С секретарём сына Аленара не пришлось долго разбираться: когда его схватили телохранители Сергея и отволокли в допросную, он сразу же всё выложил.
Артиллеристы быстро установили шесть пусковых установок, зарядили ракеты, выставили прицелы и подожгли шнуры. Шесть огненных стрел ушли в сторону замка, а солдаты уже устанавливали на направляющие следующие ракеты. Пять ракет упали во двор замка, взметнув в воздух столбы дыма и осколки камней, а шестая ударила в верхнюю часть стены, взорвалась и смахнула внутрь каменные зубцы и находящихся на стене солдат. Следующий залп – и все шесть ракет упали за стену.
– Милорд, – обратился к Сергею Севорж. – Со стен все удрали. Может, дадим ещё залп и, пока враги прячутся, заложим под стену мину? Зачем переводить ракеты, если можно обрушить стену? А напротив будущего пролома выставим баллисты. Если не сдадутся, ударим огнём. По крайней мере, будем видеть, куда стрелять.
Рядом было много офицеров и приходилось соблюдать этикет.
– Дело говорите, генерал! – согласился Сергей. – Только, пока работают артиллеристы, подведите к стене арбалетчиков. Это сейчас там никого нет, а когда прекратим стрелять, живо набегут, а мы можем потерять людей. Поэтому пусть не дают им высунуть из-за стены головы. И сразу же подтягивайте баллисты.
Немного выждав, выпустили ещё шесть ракет, две из которых попали в донжон, вызвав обрушение стен. Сапёров в армии пока не было, поэтому заряд динамита под стену закладывали артиллеристы, а две сотни стрелков их страховали. Когда всё подготовили, шнур подожгли, и организованно дали дёру. Отбежали к десятку уже установленных баллист и стали ждать результатов диверсии. Громыхнуло изрядно. Сам взрыв не показался сильным, но участок стены метров в семьдесят задрожал и осел грудой камней, подняв в воздух огромную тучу пыли.
– Новому хозяину теперь тратиться на ремонт, – сделал заключение генерал, когда пыль немного осела.
Стала видна часть двора, заваленная телами и засыпанная обломками камней. Никого живого во дворе не увидели.
– Давайте подождём, – предложил Сергей. – Мы тут положили сотни две дружинников. Столько солдат у здешних графов не было, значит, успели позвать кого-то из вассалов. Защищаться в таких условиях станет только идиот, так что не будем торопиться. Может, не придётся лить лишнюю кровь и сэкономим снаряды.
Ждать пришлось долго. Напуганные защитники не показывались ни на стенах, ни во дворе.
– Может, сходить туда самим? – сказал майор-артиллерист, командовавший обстрелом замка.
Словно в ответ на его слова в проломе показался боец, который показал пустые руки и направился прямиком к стоявшим в линию баллистам.
– Не ходили бы вы сами, милорд! – недовольно сказал лейтенант личной охраны Сергея. – Нешто не найдётся кому с ним поговорить? А если он задумал что недоброе?
– А вы у меня для чего? – возразил Сергей, направляясь к парламентёру. – Вам положено меня охранять, вот и охраняйте. А с ним мне желательно поговорить самому.
Пришедший на переговоры оказался совсем молодым юношей лет шестнадцати. На доспехах был отчеканен баронский герб.
– Барон Эмер Рихнер, – представился он. – С кем имею честь говорить?
– С чем вы пришли, Эмер? – спросил Сергей. – Мы ждём капитуляции уже две свечи. Сколько можно прятаться? Нам что, добавить туда огоньку, а потом вырезать оставшихся после штурма? Где граф?
– Граф убит, милорд, – понурившись, ответил парень.
– А ваш отец?
– Погиб вместе с графом.
– Это хорошо, потому что они избавили меня от неприятного занятия – рубить им головы. Кто в замке уцелел из благородных, кроме вас?
– Только графиня и её дочери. И ещё шевалье Дале – это казначей графа.
– Сколько осталось дружинников?
– Двенадцать графа и трое наших, многие из них ранены.
– Значит так! – сказал Сергей. – Сейчас вы выводите дружинников во двор, где они разоружаются и выходят к нам. А потом я хочу видеть графиню и её дочерей. Мы пока не будем входить в замок, подождём здесь. И давайте быстрей. Мы и так провозились с вами недопустимо долго. У нас ещё полтора десятка таких замков.
Эмер убежал, и вскоре во двор начали выходить дружинники, которые бросали оружие и покидали замок через пролом. Вслед за ними через завал из камней, подобрав юбки, перебралась уже немолодая женщина, за которой следовали дочери. Старшей уже исполнилось лет пятнадцать, две другие были младше на два-три года. Женщина шла к Сергею с гордо поднятой головой, а девочки испуганно жались друг к другу. Последним к ним присоединился Эмер.
– Я герцог Серг Аликсан, – назвал себя Сергей. – Ваш муж, графиня, давал мне клятву верности, которую нарушил участием в заговоре. Ваш отец, Эмер, защищая клятвопреступника, тоже потерял честь. Главы запятнавших себя изменой родов приговорены мной к смертной казни, а сами роды теряют право на родовые имения и титулы. Благородство рода я, так и быть, оставлю. Где находится ваше бывшее имение, Эмер?
– Замок в тридцати лерах отсюда, милорд, – сказал юноша, чуть не плача.
– Кто у вас ещё в семье?
– Мать, младший брат и сестра.
– Слушайте внимательно. У меня нет к вам зла, хотя ваши родные, помимо убийства короля, замышляли убить меня, мою жену и не рождённого ею ребёнка. Мои советники убеждали вырезать вас всех, чтобы не оставлять кровников, но я этого не хочу. Поэтому поступим так. У вас остались слуги, леди?
– Да, милорд, – ответила бывшая графиня. – Они вовремя укрылись в подвале и не пострадали.
– Сколько денег в казне?
– Точно не знаю, – поколебавшись, ответила она. – Примерно двадцать тысяч золотых.
– Пять тысяч отдадите тому, кому я доверю графство, и столько же выплатите моему походному казначею. Я сильно потратился на этот рейд, так что хоть что-то получу. Остальные деньги ваши. Можете забрать личные драгоценности. Вы должны покинуть графство и переселиться к побережью. С пиратством покончено, и прибрежные земли будут заселяться. Если договоритесь со слугами и своими дружинниками, можете взять их с собой. С вами, Эмер, будет то же самое. Сейчас вы с эскадроном кавалерии и назначенным мной бароном едете в свой бывший замок и сдаёте его новому владельцу. Половина казны ваша. Со слугами и дружинниками говорите сами. Потом приезжаете сюда, и мы отправляем вас через провинцию Ингар под охраной до самого побережья. Грамоты на ваш новый статус сейчас выпишем. На побережье есть несколько крупных городов, в которых нетрудно купить дома. Можете заниматься землёй, средства на это у вас есть, а земли там много. Оружие ваших дружинников до конца пути останется у нашего сопровождения, потом его вернут. Оружие погибших родственников можете забрать, остальное возьмут мои люди. Когда они закончат, прикажите слугам вынести и похоронить тела. Пока этот юноша соберётся, они должны управиться. Все меня поняли? Вот и хорошо. Давайте делать быстрее: до темноты мы должны с вами закончить.
Быстро покончить с заговорщиками не получилось. Сдаваться начинали только после того, как замки подвергали обстрелу ракетами или снарядами из баллист. К исходу седьмого дня боёв Сергей начал опасаться, что ему может не хватить боеприпасов, но последний графский замок сдался без сопротивления. Сдаваться приехал сам граф.
– Витор Ротхам, – представился он. – Я правильно понял, что меня лишили графского титула?
– Правильно, – сказал Сергей, довольный тем, что не пришлось проливать кровь и тратить время и боеприпасы. – Ротхам... Где-то я уже слышал...
– Мой брат был графом в провинции Олимант.
– Вспомнил! – сказал Сергей. – Он поддержал мятеж графа Мартина и погиб в бою. Естественно, что после этого таких графов в моей провинции уже не было. Значит, нарушать клятвы и бунтовать – это у вас семейное. Меня хотели прикончить из-за брата, или были другие причины?
– Зачем вам знать?
– Мне интересно, Витор, ради чего люди, у которых есть богатое имение, знатность и семья, рискуют всем этим. Чего вам не хватает? Из-за чего вы предаёте человека, которому клялись в верности?
– Не мы первые, не мы последние. Все ошибаются.
– Это не ответ, – покачал головой Сергей. – Цена такой ошибки – ваша жизнь и благополучие близких. И с вами я буду разбираться не так, как с другими. Вы у меня последний по счёту, но главное в том, что вы ближе других к месту гибели моего каравана, а ваши соседи, как я точно выяснил, не имели к этому никакого отношения. Остаётесь только вы. Сами расскажете или отдать вас палачу?
– А если я скажу, что почти все люди из вашего каравана живы?
– Умрёте без муки. Если живы мои стражники и студент, всех виновных в нападении просто выпорю. Если нет, они покинут этот мир вслед за вами. А сейчас вы сдадите замок без всяких условий, или мы его уничтожим. И я уже не стану возиться с вашей семьёй, если она уцелеет.
– Я для того и приехал. Для нас не является секретом судьба остальных. Послушайте, герцог. У меня есть предложение. Вы сохраняете мне жизнь, и я уезжаю с семьёй на побережье. Взамен я выплачу пятьдесят тысяч золотом и расскажу, кто и как будет вас убивать. Студент жив, и охрана жива, кроме двух человек, которые погибли при нападении. Они схватились за луки, поэтому и были убиты. И не нужно грозить мне палачом или судьбой близких. Замок я сдам в любом случае, ваших людей тоже верну, а потом просто брошусь на меч. Золота в казне хватит и вам, и семье, но тех денег, о которых я говорил, вы не увидите и не узнаете о своём убийце. Со своей стороны я обещаю, что в дальнейшем не выйду из вашей воли. Неужели моё предложение не стоит одного удара мечом?
Глава 43
– Ну и что вы чувствуете, ваше величество? – насмешливо спросил Аленар.
– Величия точно не чувствую, – ответил Сергей. – Корону делал какой-то идиот, её нельзя носить. А женская корона Сандоров пропала.
– Сделаете короны на свой вкус, – сказал Аленар. – Я спрашивал о другом.
– Давайте поговорим об этом позже.
– Можно и позже, – согласился герцог. – Везунчик вы, Серг, вам и заговоры идут на пользу. Только несколько раненых и сто тысяч золотом добычи! И это только золото, а есть и другие трофеи. И людей своих освободили. Если ещё остались те, кто принимал участие в заговоре, они будут сидеть тихо, как мышки. А когда Джордан объявит, что король теперь вы...
– Джордана я оттуда уберу в провинцию Ингар. Там по первому времени нужен такой наместник, как он. Думал забрать у него Беллу с ребёнком на время, пока идут эти утряски, но они вцепились друг в друга и не хотят расставаться.
– Вы же теперь король.
– В случае с ними я этого не почувствовал, и это порадовало. А вот вы начали выкать.
– Я давно говорил, что вы зря боитесь короны. Всё дело в вас самих. Герцог у нас всегда был ненамного ниже короля, так их все и воспринимали. Всех, кроме вас. Ни у кого из нас не было такого отношения с ближним кругом, какое сложилось у вас. Я давно устал вам завидовать. Вокруг нас почтительные исполнители или лизоблюды и подпевалы, а вас окружают преданные сторонники и друзья. Уловили разницу? Так что вам не сильно навредит корона, Альде будет тяжелее. А насчёт меня... Моё отношение к вам ничуть не изменилось. Ладно с этим, вы лучше скажите, что думаете делать со старшим Ротхамом. Так и простите?
– Он отдал золото, которое переправили заговорщикам, и выдал моего несостоявшегося убийцу. Я обещал жизнь, а свои обещания привык исполнять. Но это не значит, что за ним не будут присматривать. Витор не удовлетворится положением безземельного шевалье, он для этого слишком честолюбив и деятелен. Золота осталось много, да и людей с ним ушло немало. Он ещё создаст на побережье что-то вроде баронства, куда заманит крестьян из других провинций. Для меня может быть большая польза, нужно только подвести к нему своего человека. Напишу Джоку, он сделает. А вот что делать с секретарём вашего сына?
– Если правда то, что вам о нём сообщили, то укоротим на голову в назидание другим – и все дела.
– Чем его могли зацепить?
– Только золотом. Семьи у него нет, так что я исключаю шантаж. Должность секретаря у герцогов малозначительная, много им не платят, но всегда есть возможность подработать, чем они все и занимались. Это Рашт у вас ведёт кучу дел, мой Пер всегда был на побегушках. Неглуп, исполнителен и не лишён талантов. Может так подделать любую подпись, что не отличишь.
– И вы пользовались?
– И вы будете использовать подобных людей, когда станете старше и поймёте, что быть честным нужно только с теми, кто это оценит, а по отношению к мерзавцам хороши все средства.
– Цель оправдывает средства?
– Хорошо сказано! – одобрил Аленар. – Коротко и в самую точку. Поймите, Серг, что у тех, кто высоко вознёсся над остальными людьми, не может быть той же морали, что у обывателей. Вижу, что вам неприятно такое слушать, но вы всё же послушайте. От вас и ваших действий зависят жизнь и благополучие жителей огромной страны. Что для вас важнее: остаться чистеньким или обеспечить счастливую жизнь своим подданным? Поверьте, что будет немало случаев, когда не получится совместить одно с другим. Слишком жесток и лицемерен окружающий нас мир. В делах войны вы уже так поступали, когда, не терзаясь угрызениями совести, сожгли двадцать тысяч человек. Теперь придётся так же поступать и в делах мира. Я не склоняю вас быть мерзавцем, наоборот, ценю в вас честность и благородство, но...
– Я понял, – вздохнул Сергей, – можете не продолжать. Я уже и в мирное время не один раз отступал от своих принципов для блага большинства. Но каждый раз приходится себя ломать.
– Этим и отличается порядочный человек от мерзавца, – сказал Аленар, – а не только тем, с какой целью всё делается. И у мерзавца цель может быть благой, но мерзавец использует обман, подкуп или убийство, не испытывая душевных терзаний. Для него это естественный приём, а многим даже доставляет удовольствие. Но давайте от моральных проблем перейдём к вашим насущным. Не хотите обзавестись канцлером? Только не подумайте, что я предлагаю себя. Я с удовольствием поработал бы, но нет сил.
– У меня будет подобный человек, только назову его первым министром. Три министерства уже создано, три других сейчас создаём. Нужен человек, который направлял бы и контролировал их работу. Поставлю на это место Рашта. Удивлены? Этот человек помогает мне во всём почти четыре года, в курсе моих дел и постоянно разгребает всю текучку во время моего отсутствия. Он уже давно вырос для более ответственной работы. Дело за тем, чтобы найти ему замену и малость натаскать нового секретаря. И дворянство я ему дам: заслужил. А с Пером разберёмся сразу же по приезде в вашу столицу.
С секретарём сына Аленара не пришлось долго разбираться: когда его схватили телохранители Сергея и отволокли в допросную, он сразу же всё выложил.
