Спасли грим и парик. Больше Сэм не ходил по улицам, а большую часть дня лежал на кровати и думал. Нанятая кухарка покупала продукты и готовила еду, так что не было необходимости куда-то выходить. Чем дольше он думал, тем больше понимал, что не сможет выполнить задание до осени, а потом не будет возможности выйти на связь. Да и приедет ли за ними кто-нибудь? Что значат для союза такие, как он? Понятно, почему такая спешка. Начальству нужно предотвратить союз империи с Сандором, поэтому их и забросили с такой куцей подготовкой. Зря, надо было всё-таки использовать сотхемцев. Что толку от того, что он уже чисто говорит, если на каждом шагу допускает промашки! Эта девица уже на него косится. Надо её убрать и поменять место жительства, а лучше вообще уйти из столицы. К демонам это задание и тех, кто его дал! Нет у него в союзе ничего такого, из-за чего стоило бы рисковать жизнью, а прожить можно и здесь, были бы деньги.
– Камил, тебе нравится то, чему нас теперь учат? – спросила Лани. – Иди ко мне на кровать, чтобы не перекрикиваться.
Она лежала, заложив руки за голову, а принц в это время что-то читал в гостиной. Он отложил книгу и через открытую дверь вошёл в спальню. Со времени смерти родителей они жили в одних комнатах, только спали на разных кроватях.
– Не буду я к тебе ложиться, – сказал он, забираясь на свою кровать. – Ты не утерпишь и будешь ласкаться, а я уже не могу...
– Ну и глупо! – сказала Лани. – Нас всё равно осенью поженят, а ты уже не мальчишка. Не хочешь ко мне идти, и не надо!
– В том-то и дело, что хочу, но не могу, – возразил Камил. – Я обещал Сергу. Давай потерпим, осталось немного. А о твоём вопросе... Мне больше нравилось то, чему нас учили в полку, но и остальное тоже нужно знать. Вряд ли мы будем сами заниматься финансами или теми же законами, но разбираться в них нужно. Ты ведь не хочешь, чтобы нас кто-нибудь водил за нос?
– Я не хочу отсюда уезжать, – призналась Лани. – У Альды родится малыш, а я буду узнавать о нём только из писем. Я буду скучать даже по Алексу с Майей. Если бы не ты, никуда не уехала бы!
– Такая судьба у всех женщин, – рассудительно сказал Камил. – С семьёй живут только те, у кого не сложилась личная жизнь. Всем тяжело уезжать, но это быстро проходит. Будут свой дом, семья, дети...
– Хочу от тебя маленького! – сразу забыла о своей грусти Лани. – Отец с матерью пять лет старались, прежде чем родился брат. Если мы с тобой начнём сейчас и пройдёт столько же времени, мне при рождении сына будет уже девятнадцать. А когда ещё сделаем второго! А ты тянешь! Ничего тебе Серг не сделает, если...
– Ты надо мной издеваешься, значит, не любишь, – сделал вывод принц. – Если не прекратишь эти разговоры, я пойду к Сергу и попрошу, чтобы меня переселили в одну из гостевых комнат.
– Ничего не получится! – Лани встала со своей кровати и перебралась к жениху. – Серг не только начал достраивать дворец, он одновременно делает ремонт, поэтому нет свободных комнат и тебе придётся терпеть моё присутствие. Так и быть, не стану я к тебе приставать, потерплю до осени. А пока давай целоваться. Говорят, что если парни много целуются, то потом от них больше толка.
– Как перенесли дорогу? – с тревогой спросил профессор Дальнер, всматриваясь в лицо Альды. – Вам, герцогиня, в таком состоянии лучше не ездить. Скажите, и мы привезём к вам весь замок.
– Я хорошо себя чувствую, – успокоила его Альда, – а то не поехала бы. Дорога уже неплохая, и с новыми рессорами почти нет тряски. Так, покачивает. По гравию было хуже ехать.
– Его ещё не укатали, – возразил Сергей. – Через два дня должны доставить каток, будет совсем другое дело. А когда положим асфальт...
– Это он и есть? – спросила жена, наклоняясь к асфальтовому покрытию, которое было здесь повсюду. – Интересный запах.
– Если бы ты знала, что я почувствовал, когда приехал сюда в первый раз, – сказал Сергей. – Тогда асфальт был свежий и пах сильней. Честное слово, на глаза навернулись слёзы. У меня дома им повсюду покрывают дороги и тротуары. Ладно, показывайте своё хозяйство, профессор. Расскажите, кстати, как всё это восприняли ваши коллеги. Ещё не отошли от удивления?
Несколько дней назад в замок привезли двух профессоров, троих преподавателей Университета и семь недоучившихся студентов, которых Сергей с помощью Дальнера и Сэда Ламера сманил из столицы Лантаров. Даже если сын Аленара решит теперь открыть Университет, у него ничего не получится. Скорее всего, вскоре и оставшиеся учёные примут его приглашение о переезде.
– Кто-то отошёл, а остальные пребывают в разной степени изумления, – засмеялся Дальнер. – Но нравится здесь всем. Только один преподаватель выразил неудовольствие тем, что мы не озаботились весёлым домом, но он уже кого-то нашёл. У остальных, кроме студентов, есть семьи. Выделенными домами остались довольны. Сейчас требуют, чтобы я уделял им больше времени. Мы действительно будем строить Университет, или вы передумали?
– Обязательно будем, только в следующем году, – ответил Сергей. – Я не могу разорваться, профессор. В этом году мне нужно достроить свой дворец и провести сюда нормальную дорогу из столицы. Если успеем, осенью заложим фундамент Университета. К зиме закончим строительство мастерских и взрывной лаборатории. Это нужно сделать в первую очередь, пока вы своими опытами не развалили замок. А потом освободившихся строителей займём вашим Университетом. Я запланировал два здания: учебное и жилой дом для студентов, а лаборатории для обучения у нас есть. Куда вы нас поведёте?
– Чтобы не водить по разным объектам, мы снесли новинки в одно помещение замка, – объяснил профессор. – Посмотрим их, а потом пойдём к кузнецам и стеклодувам. Ещё не хотите есть? Ну тогда после осмотра и пообедаем. Вы собираетесь к Каришам?
– Если быстро закончим здесь, то поедем, – ответил Сергей. – У них, наверное, и заночуем, так что вы не возитесь с гостевыми покоями.
– Девушки пойдут с нами? – спросил профессор, имея в виду Лади с Гати, – или, может быть...
– Они будут сопровождать герцогиню, – сказал Сергей. – Где ваши новинки?
Все прошли в одну из комнат первого этажа замка, где когда-то кормили слуг.
– Это новый станок для стрельбы ракетами с палубы, – Дальнер подвёл гостей к сложной конструкции из дерева и металла с большой трубой наверху. – В сидение в самом низу садится наводчик. Чтобы упростить конструкцию, пришлось придать ему почти лежачее положение. Защищают два щитка: один спереди – от обстрела, а второй сверху – от факела ракеты. Стрелок лежит ниже борта, а цель ведёт через прицел из вот этих зеркал. При стрельбе по морским целям главное – это выдержать угол подъёма ракеты в момент отрыва от станка, поэтому задача наводчика – постоянно удерживать корабль в прицеле. Делается это очень легко вот этим рычагом. Теперь качка не должна сильно влиять на результаты стрельбы, а закручивание самой ракеты из-за хвостового оперения придаст ей устойчивость. На суше работает идеально, теперь нужно испытать на кораблях. Пока сделали только два таких станка и завтра отправим их в Гонжон. Конструкция довольно сложная, поэтому, прежде чем продолжать работы, нужно испытать то, что сделано.
– Давайте я попробую, – сказал Сергей, отстегнул меч и улёгся в то, что профессор назвал сидением.
Прилагая совсем мало усилий, он одним рычагом менял угол наклона трубы. При этом смещался перископ прицела, что было не очень удобно.
– Движется очень легко, – заметил герцог. – Подшипники?
– Нет, что вы, милорд, – улыбнулся профессор. – Подшипники по-прежнему делаем только для станков. Мы научились штамповать, катать и калить шарики, но шлифовать кольца приходится вручную, а это тяжёлый труд, который легко запороть. Вот когда сможем их точить, тогда везде будут ваши подшипники, а пока здесь только бронзовые втулки и смазка. С ракетой в трубе двигать будет тяжелей, но ненамного. Управляются двое. Один разворачивает станок по горизонту и зажигает фитиль, а второй работает под щитками.
– Подождём заключения моряков, – сказал Сергей. – А это часы?
– Да, – кивнул профессор. – Это настенные с гирей и маятником, а это действующий макет башенных часов, которые будут делаться для Ордага и других городов. Скоро на них четыре часа, тогда услышите четыре удара этого колокола. По нашим прикидкам, нужно подправлять время раз в две декады.
– Чем ещё обрадуете?
– Есть мысли о том, как очистить от серы каменный уголь, который недавно доставили из Сакских гор. Образцы оловянной руды очень богатые. Жаль, что пока не нашли ни железа, ни меди, но находка олова более ценна из-за его редкости. А в горы этим летом нужно отправить вторую экспедицию. Осмотрят ещё один участок и привезут уголь для опытов. Может, отправим экспедицию и в Ортогарские горы, не дожидаясь возвращения Сола Бильдо?
– Нет, – нахмурился Сергей. – Вернётся Сол с битумом, тогда посмотрим. У меня и из-за него душа не на месте, хоть и ушёл с охраной. Это запад провинции Дорейн, а там сейчас неспокойно. Если здесь закончили, давайте пойдём к кузнецам.
В большой кузнице работали мастера с подмастерьями, но Свена, к огорчению Альды, не было. Гулко били два механических молота, проковывая заготовки, пахло гарью и разогретым железом. На ручных наковальнях тоже ковали какие-то детали, поэтому шум для непривычных ушей стоял страшный.
– Как они только не глохнут! – сказал Сергей, когда перешли в смежное помещение и стало возможно слышать друг друга. – Нужно сделать наушники. Напомните потом, расскажу, что это такое. Что у вас здесь?
– Здесь делают тонкие работы по металлу. Вот с этим работает Свен.
Сергей взял в руки почти готовую червячную передачу. Не так давно кузнец показывал ему этот узел, выполненный из дерева. Видимо, по деревянному макету сделали форму и отлили бронзовые заготовки, а потом доводили их вручную. Шестерня была уже готова, и сейчас занимались подгонкой винта.
– Не смог бы сделать ничего подобного своими руками! – с восхищением сказал он. – Что за человек! Так, глядишь, и в самом деле сделает токарный станок! Ладно, не будем мы его искать, поговорим перед тем, как ехать обратно. Тогда же посмотрим ваши зеркала и стеклянную посуду. Сейчас, пока не слишком поздно, поедем к Каришам.
– А обед? – спросил Дальнер. – Всё уже давно готово.
– Пообедаем у Каришей, а то вечно приезжаем к ним сытыми. Дадим им возможность проявить гостеприимство.
– Обрадовали, милорд! – радостно встретил их барон. – Как ты, девочка? Хорошо перенесла дорогу?
Давно исчезла робость, но всё равно в общении с Сергеем остался барьер, а вот Альда была своей, и относились к ней как к родному человеку.
– Спасибо, Лаш! – поблагодарила Альда. – Я неплохо себя чувствую, а дорога была лёгкой. Зимой я сюда не поехала бы. Как вы, Вара? И где Алия?
– Наверное, пропадает у Сторна и не знает о вашем приезде, а то уже примчалась бы. Он делает новый музыкальный инструмент, а ей это интересно. Скучно дочери сидеть одной в имении. Поблизости нет никого подходящего ей в компанию. Даже брат и тот уехал. Как он учится, милорд?
– Нормально учится, – улыбнулся Сергей. – Я интересовался перед отъездом. Скоро у них выпуск. Получит нашивки лейтенанта и начнёт служить. А вы не думаете хотя бы на время переселиться в столицу? К зиме должны достроить дворец, так что у нас появится бальный зал, и можно будет устраивать праздники. Молодых офицеров много, есть из кого выбирать. Замуж Алии ещё рано, но уже можно крутить голову парням. Можете остановиться у нас, но не раньше середины осени, пока нет свободных комнат.
– Спасибо, милорд, может быть, и переедем. Только я в таком случае куплю в Ордаге дом, а здесь всё оставлю на Сторна.
– Вы собираетесь нас кормить или нет? – спросила Альда. – А то у меня уже подвело живот. Как появлюсь сытая, сразу же тянут за стол, а один раз приехала голодная, так даже не заикнулись! Это ничего, что я сейчас умру?
– Не умирай, – засмеялась Вара. – Сейчас закончат накрывать стол, тогда и пойдёте.
– Далеко до твоих отшельников? – спросил Джок. – Уже полдня едем по этому лесу.
– Почти приехали, ваше сиятельство, – ответил купец, – осталось самую малость – и будет их дом. Только можем напугать хозяев. Дайте мне одного из своих спутников, а сами следуйте в отдалении. А то увидят толпу и сбегут, а Пер сдуру саданёт из лука.
– Поезжай, – согласился Джок. – Только поедешь не с одним, а с двумя. И постарайся не делать глупости: каждый из моих парней завяжет тебя в узел.
Купец не соврал, и вскоре въехали на поляну, на которой стоял неказистый, но большой дом. Возле крыльца их поджидал Март вместе с людьми Лишнея и парнем лет двадцати, который растительностью на лице напомнил Джоку хозяина постоялого двора Ласа Ферана.
– Это Пер, – представил купец парня, – а это его сиятельство граф Лишней.
– А где хозяйки? – спросил Джок.
– Извините, ваше сиятельство, но они убежали, – ответил парень. – Кто знает, с чем вы приехали! Мы тут живём в особицу, а вас вон сколько!
– Тогда я поговорю с тобой, – сказал Джок. – В дом пригласишь?
– Проходите, ваше сиятельство, – сказал Пер. – Только извиняйте за беспорядок: не ждали мы гостей.
В дом вошли втроём: сам хозяин, Джок и один из охранников. Никакого беспорядка граф не увидел и, не дожидаясь приглашения, сел на покрытую волчьей шкурой лавку.
– Садись, Пер, – сказал он парню, – у нас будет важный разговор. Мать-то где?
– Померла мать. В начале весны похоронили.
– Дурка? И корни не помогли?
– Она самая, ваше сиятельство. Как умер отец, так она и пристрастилась курить эту заразу. А с теми, кто начал, говорить бесполезно: конченные они люди. И корешки не помогут, только оттянут конец.
– Зря вы продавали траву Жоресу, – с осуждением сказал Джок. – Вообще-то, это преступление. Не знаю, сколько он загубил человеческих жизней, но много. Я и его не повесил, и с тобой так разговариваю только из-за вашей полезности, иначе ваш дом уже горел бы, а вы висели бы на ближайших деревьях. Сёстры из-за этого сбежали?
– Виноваты, демон попутал! – понурился Пер.
– Этого демона вы больше не увидите. И не надо так пугаться: никто не собирается его убивать. Я обещал вашему купцу жизнь и свободу, а слово держу всегда. Но здесь он больше не появится, а свою торговлю поведёте через меня. Я и заплачу намного больше. Не будете ни в чём нуждаться без всякой дури. Вы можете, как прежде, жить здесь и выращивать для меня корень. Золота и товаров получите вдосталь. Я и сейчас много чего привёз на трёх лошадях. Но есть и другое предложение. Скажи, Пер, не надоело сидеть в лесу? Не хотите жить среди людей, иметь свой дом, семью, много денег? И у твоих сестёр появились бы мужья, глядишь, ещё будут нормальные дети, а не то убожество, которое вы народили совместными усилиями.
– Камил, тебе нравится то, чему нас теперь учат? – спросила Лани. – Иди ко мне на кровать, чтобы не перекрикиваться.
Она лежала, заложив руки за голову, а принц в это время что-то читал в гостиной. Он отложил книгу и через открытую дверь вошёл в спальню. Со времени смерти родителей они жили в одних комнатах, только спали на разных кроватях.
– Не буду я к тебе ложиться, – сказал он, забираясь на свою кровать. – Ты не утерпишь и будешь ласкаться, а я уже не могу...
– Ну и глупо! – сказала Лани. – Нас всё равно осенью поженят, а ты уже не мальчишка. Не хочешь ко мне идти, и не надо!
– В том-то и дело, что хочу, но не могу, – возразил Камил. – Я обещал Сергу. Давай потерпим, осталось немного. А о твоём вопросе... Мне больше нравилось то, чему нас учили в полку, но и остальное тоже нужно знать. Вряд ли мы будем сами заниматься финансами или теми же законами, но разбираться в них нужно. Ты ведь не хочешь, чтобы нас кто-нибудь водил за нос?
– Я не хочу отсюда уезжать, – призналась Лани. – У Альды родится малыш, а я буду узнавать о нём только из писем. Я буду скучать даже по Алексу с Майей. Если бы не ты, никуда не уехала бы!
– Такая судьба у всех женщин, – рассудительно сказал Камил. – С семьёй живут только те, у кого не сложилась личная жизнь. Всем тяжело уезжать, но это быстро проходит. Будут свой дом, семья, дети...
– Хочу от тебя маленького! – сразу забыла о своей грусти Лани. – Отец с матерью пять лет старались, прежде чем родился брат. Если мы с тобой начнём сейчас и пройдёт столько же времени, мне при рождении сына будет уже девятнадцать. А когда ещё сделаем второго! А ты тянешь! Ничего тебе Серг не сделает, если...
– Ты надо мной издеваешься, значит, не любишь, – сделал вывод принц. – Если не прекратишь эти разговоры, я пойду к Сергу и попрошу, чтобы меня переселили в одну из гостевых комнат.
– Ничего не получится! – Лани встала со своей кровати и перебралась к жениху. – Серг не только начал достраивать дворец, он одновременно делает ремонт, поэтому нет свободных комнат и тебе придётся терпеть моё присутствие. Так и быть, не стану я к тебе приставать, потерплю до осени. А пока давай целоваться. Говорят, что если парни много целуются, то потом от них больше толка.
Глава 41
– Как перенесли дорогу? – с тревогой спросил профессор Дальнер, всматриваясь в лицо Альды. – Вам, герцогиня, в таком состоянии лучше не ездить. Скажите, и мы привезём к вам весь замок.
– Я хорошо себя чувствую, – успокоила его Альда, – а то не поехала бы. Дорога уже неплохая, и с новыми рессорами почти нет тряски. Так, покачивает. По гравию было хуже ехать.
– Его ещё не укатали, – возразил Сергей. – Через два дня должны доставить каток, будет совсем другое дело. А когда положим асфальт...
– Это он и есть? – спросила жена, наклоняясь к асфальтовому покрытию, которое было здесь повсюду. – Интересный запах.
– Если бы ты знала, что я почувствовал, когда приехал сюда в первый раз, – сказал Сергей. – Тогда асфальт был свежий и пах сильней. Честное слово, на глаза навернулись слёзы. У меня дома им повсюду покрывают дороги и тротуары. Ладно, показывайте своё хозяйство, профессор. Расскажите, кстати, как всё это восприняли ваши коллеги. Ещё не отошли от удивления?
Несколько дней назад в замок привезли двух профессоров, троих преподавателей Университета и семь недоучившихся студентов, которых Сергей с помощью Дальнера и Сэда Ламера сманил из столицы Лантаров. Даже если сын Аленара решит теперь открыть Университет, у него ничего не получится. Скорее всего, вскоре и оставшиеся учёные примут его приглашение о переезде.
– Кто-то отошёл, а остальные пребывают в разной степени изумления, – засмеялся Дальнер. – Но нравится здесь всем. Только один преподаватель выразил неудовольствие тем, что мы не озаботились весёлым домом, но он уже кого-то нашёл. У остальных, кроме студентов, есть семьи. Выделенными домами остались довольны. Сейчас требуют, чтобы я уделял им больше времени. Мы действительно будем строить Университет, или вы передумали?
– Обязательно будем, только в следующем году, – ответил Сергей. – Я не могу разорваться, профессор. В этом году мне нужно достроить свой дворец и провести сюда нормальную дорогу из столицы. Если успеем, осенью заложим фундамент Университета. К зиме закончим строительство мастерских и взрывной лаборатории. Это нужно сделать в первую очередь, пока вы своими опытами не развалили замок. А потом освободившихся строителей займём вашим Университетом. Я запланировал два здания: учебное и жилой дом для студентов, а лаборатории для обучения у нас есть. Куда вы нас поведёте?
– Чтобы не водить по разным объектам, мы снесли новинки в одно помещение замка, – объяснил профессор. – Посмотрим их, а потом пойдём к кузнецам и стеклодувам. Ещё не хотите есть? Ну тогда после осмотра и пообедаем. Вы собираетесь к Каришам?
– Если быстро закончим здесь, то поедем, – ответил Сергей. – У них, наверное, и заночуем, так что вы не возитесь с гостевыми покоями.
– Девушки пойдут с нами? – спросил профессор, имея в виду Лади с Гати, – или, может быть...
– Они будут сопровождать герцогиню, – сказал Сергей. – Где ваши новинки?
Все прошли в одну из комнат первого этажа замка, где когда-то кормили слуг.
– Это новый станок для стрельбы ракетами с палубы, – Дальнер подвёл гостей к сложной конструкции из дерева и металла с большой трубой наверху. – В сидение в самом низу садится наводчик. Чтобы упростить конструкцию, пришлось придать ему почти лежачее положение. Защищают два щитка: один спереди – от обстрела, а второй сверху – от факела ракеты. Стрелок лежит ниже борта, а цель ведёт через прицел из вот этих зеркал. При стрельбе по морским целям главное – это выдержать угол подъёма ракеты в момент отрыва от станка, поэтому задача наводчика – постоянно удерживать корабль в прицеле. Делается это очень легко вот этим рычагом. Теперь качка не должна сильно влиять на результаты стрельбы, а закручивание самой ракеты из-за хвостового оперения придаст ей устойчивость. На суше работает идеально, теперь нужно испытать на кораблях. Пока сделали только два таких станка и завтра отправим их в Гонжон. Конструкция довольно сложная, поэтому, прежде чем продолжать работы, нужно испытать то, что сделано.
– Давайте я попробую, – сказал Сергей, отстегнул меч и улёгся в то, что профессор назвал сидением.
Прилагая совсем мало усилий, он одним рычагом менял угол наклона трубы. При этом смещался перископ прицела, что было не очень удобно.
– Движется очень легко, – заметил герцог. – Подшипники?
– Нет, что вы, милорд, – улыбнулся профессор. – Подшипники по-прежнему делаем только для станков. Мы научились штамповать, катать и калить шарики, но шлифовать кольца приходится вручную, а это тяжёлый труд, который легко запороть. Вот когда сможем их точить, тогда везде будут ваши подшипники, а пока здесь только бронзовые втулки и смазка. С ракетой в трубе двигать будет тяжелей, но ненамного. Управляются двое. Один разворачивает станок по горизонту и зажигает фитиль, а второй работает под щитками.
– Подождём заключения моряков, – сказал Сергей. – А это часы?
– Да, – кивнул профессор. – Это настенные с гирей и маятником, а это действующий макет башенных часов, которые будут делаться для Ордага и других городов. Скоро на них четыре часа, тогда услышите четыре удара этого колокола. По нашим прикидкам, нужно подправлять время раз в две декады.
– Чем ещё обрадуете?
– Есть мысли о том, как очистить от серы каменный уголь, который недавно доставили из Сакских гор. Образцы оловянной руды очень богатые. Жаль, что пока не нашли ни железа, ни меди, но находка олова более ценна из-за его редкости. А в горы этим летом нужно отправить вторую экспедицию. Осмотрят ещё один участок и привезут уголь для опытов. Может, отправим экспедицию и в Ортогарские горы, не дожидаясь возвращения Сола Бильдо?
– Нет, – нахмурился Сергей. – Вернётся Сол с битумом, тогда посмотрим. У меня и из-за него душа не на месте, хоть и ушёл с охраной. Это запад провинции Дорейн, а там сейчас неспокойно. Если здесь закончили, давайте пойдём к кузнецам.
В большой кузнице работали мастера с подмастерьями, но Свена, к огорчению Альды, не было. Гулко били два механических молота, проковывая заготовки, пахло гарью и разогретым железом. На ручных наковальнях тоже ковали какие-то детали, поэтому шум для непривычных ушей стоял страшный.
– Как они только не глохнут! – сказал Сергей, когда перешли в смежное помещение и стало возможно слышать друг друга. – Нужно сделать наушники. Напомните потом, расскажу, что это такое. Что у вас здесь?
– Здесь делают тонкие работы по металлу. Вот с этим работает Свен.
Сергей взял в руки почти готовую червячную передачу. Не так давно кузнец показывал ему этот узел, выполненный из дерева. Видимо, по деревянному макету сделали форму и отлили бронзовые заготовки, а потом доводили их вручную. Шестерня была уже готова, и сейчас занимались подгонкой винта.
– Не смог бы сделать ничего подобного своими руками! – с восхищением сказал он. – Что за человек! Так, глядишь, и в самом деле сделает токарный станок! Ладно, не будем мы его искать, поговорим перед тем, как ехать обратно. Тогда же посмотрим ваши зеркала и стеклянную посуду. Сейчас, пока не слишком поздно, поедем к Каришам.
– А обед? – спросил Дальнер. – Всё уже давно готово.
– Пообедаем у Каришей, а то вечно приезжаем к ним сытыми. Дадим им возможность проявить гостеприимство.
– Обрадовали, милорд! – радостно встретил их барон. – Как ты, девочка? Хорошо перенесла дорогу?
Давно исчезла робость, но всё равно в общении с Сергеем остался барьер, а вот Альда была своей, и относились к ней как к родному человеку.
– Спасибо, Лаш! – поблагодарила Альда. – Я неплохо себя чувствую, а дорога была лёгкой. Зимой я сюда не поехала бы. Как вы, Вара? И где Алия?
– Наверное, пропадает у Сторна и не знает о вашем приезде, а то уже примчалась бы. Он делает новый музыкальный инструмент, а ей это интересно. Скучно дочери сидеть одной в имении. Поблизости нет никого подходящего ей в компанию. Даже брат и тот уехал. Как он учится, милорд?
– Нормально учится, – улыбнулся Сергей. – Я интересовался перед отъездом. Скоро у них выпуск. Получит нашивки лейтенанта и начнёт служить. А вы не думаете хотя бы на время переселиться в столицу? К зиме должны достроить дворец, так что у нас появится бальный зал, и можно будет устраивать праздники. Молодых офицеров много, есть из кого выбирать. Замуж Алии ещё рано, но уже можно крутить голову парням. Можете остановиться у нас, но не раньше середины осени, пока нет свободных комнат.
– Спасибо, милорд, может быть, и переедем. Только я в таком случае куплю в Ордаге дом, а здесь всё оставлю на Сторна.
– Вы собираетесь нас кормить или нет? – спросила Альда. – А то у меня уже подвело живот. Как появлюсь сытая, сразу же тянут за стол, а один раз приехала голодная, так даже не заикнулись! Это ничего, что я сейчас умру?
– Не умирай, – засмеялась Вара. – Сейчас закончат накрывать стол, тогда и пойдёте.
– Далеко до твоих отшельников? – спросил Джок. – Уже полдня едем по этому лесу.
– Почти приехали, ваше сиятельство, – ответил купец, – осталось самую малость – и будет их дом. Только можем напугать хозяев. Дайте мне одного из своих спутников, а сами следуйте в отдалении. А то увидят толпу и сбегут, а Пер сдуру саданёт из лука.
– Поезжай, – согласился Джок. – Только поедешь не с одним, а с двумя. И постарайся не делать глупости: каждый из моих парней завяжет тебя в узел.
Купец не соврал, и вскоре въехали на поляну, на которой стоял неказистый, но большой дом. Возле крыльца их поджидал Март вместе с людьми Лишнея и парнем лет двадцати, который растительностью на лице напомнил Джоку хозяина постоялого двора Ласа Ферана.
– Это Пер, – представил купец парня, – а это его сиятельство граф Лишней.
– А где хозяйки? – спросил Джок.
– Извините, ваше сиятельство, но они убежали, – ответил парень. – Кто знает, с чем вы приехали! Мы тут живём в особицу, а вас вон сколько!
– Тогда я поговорю с тобой, – сказал Джок. – В дом пригласишь?
– Проходите, ваше сиятельство, – сказал Пер. – Только извиняйте за беспорядок: не ждали мы гостей.
В дом вошли втроём: сам хозяин, Джок и один из охранников. Никакого беспорядка граф не увидел и, не дожидаясь приглашения, сел на покрытую волчьей шкурой лавку.
– Садись, Пер, – сказал он парню, – у нас будет важный разговор. Мать-то где?
– Померла мать. В начале весны похоронили.
– Дурка? И корни не помогли?
– Она самая, ваше сиятельство. Как умер отец, так она и пристрастилась курить эту заразу. А с теми, кто начал, говорить бесполезно: конченные они люди. И корешки не помогут, только оттянут конец.
– Зря вы продавали траву Жоресу, – с осуждением сказал Джок. – Вообще-то, это преступление. Не знаю, сколько он загубил человеческих жизней, но много. Я и его не повесил, и с тобой так разговариваю только из-за вашей полезности, иначе ваш дом уже горел бы, а вы висели бы на ближайших деревьях. Сёстры из-за этого сбежали?
– Виноваты, демон попутал! – понурился Пер.
– Этого демона вы больше не увидите. И не надо так пугаться: никто не собирается его убивать. Я обещал вашему купцу жизнь и свободу, а слово держу всегда. Но здесь он больше не появится, а свою торговлю поведёте через меня. Я и заплачу намного больше. Не будете ни в чём нуждаться без всякой дури. Вы можете, как прежде, жить здесь и выращивать для меня корень. Золота и товаров получите вдосталь. Я и сейчас много чего привёз на трёх лошадях. Но есть и другое предложение. Скажи, Пер, не надоело сидеть в лесу? Не хотите жить среди людей, иметь свой дом, семью, много денег? И у твоих сестёр появились бы мужья, глядишь, ещё будут нормальные дети, а не то убожество, которое вы народили совместными усилиями.
