– Это когда такое было?
– Да постоянно. Дома ты знала слуг поимённо, всё, чем они жили, а здесь? Многих ты знаешь?
– Кузнеца, лесничего, мою служанку.
– С лесничим познакомилась, потому что неохота одной идти в лес, – с сарказмом сказал барон. – К кузнецу даже сама поехала, хотя могла послать слугу. Очень уж захотелось сделать новый инструмент. Ну, а служанка постоянно тебя развлекает.
– У меня от её болтовни уже мигрень.
– Не надо, ты прекрасно поняла, что я хотел сказать. Баронство – это не только преимущества и привилегии, это ещё и обязанности. Господин должен знать своих слуг, а ты только раздаёшь указания и не интересуешься теми, кто тебя обслуживает. В больших имениях, где под сотню слуг, их трудно запомнить, но у нас не наберётся и двух десятков!
– И ты всех знаешь?
– А как же. Тебе по приезде представляли нашего капитана, а ты его не назвала. У него есть жена Атлика и дочь Мара одиннадцати лет. Очень приятная семья. Или десятник Мел Гарт, толстый такой дядька с усами. Он большой любитель рассказывать смешные истории. Нашего конюха зовут Савр Дире, в прошлом году у него умерла жена. Повара ты, конечно, знаешь, просто забыла упомянуть. Тебе перечислить всех?
– Не надо, – ответила Альда, у которой щёки горели от стыда.
– Учись, доченька, – отец обнял её и прижал к себе. – Кто знает, сколько мне осталось? Вряд ли кто-то станет тебя учить, кроме жизни, а она суровый учитель. Я всё время и силы вкладывал не в тебя, а в твоего непутёвого брата, поэтому ты многого не знаешь и будешь делать ошибки. Не очень из-за этого расстраивайся, потому что ошибаются все. Ладно, довольно об этом. Лучше расскажи, что вы видели на болоте.
– Видели только башню, а вот слышали не пойми кого. Заорал кто-то оттуда таким жутким голосом, что аж мурашки по телу. Свен сказал, что не может припомнить зверя, который так кричит.
– Ещё одна загадка. В другое время я, может, и заинтересовался бы, а сейчас уже безразлично. Пусть себе кричит. Само оно оттуда не лезет, а люди сторонятся болот. Получается, что от него нет никакого вреда.
В дверь робко постучали, и вошедший слуга передал, что к госпоже баронессе пожаловал кузнец.
– Иди, раз пожаловал тёзка нашего Газла, да ещё по твоему делу, – отпустил отец. – Смотри, что творится, настоящий снегопад. Наверное, вы с Газлом наколдовали для оленьей охоты. Вот нужно было Свену тащиться в замок по такой погоде. Ты хоть напои его горячим чаем, окажи уважение человеку.
Альда спустилась в прихожую и сама встретила гостя.
– Здравствуйте, Свен! Что же вы пошли в такую погоду? Снимайте куртку и отдайте девушкам. Пока будем разговаривать, она успеет высохнуть. Пусть нам подадут чай в гостиную, и попросите Стина, чтобы был погорячее.
Слуга побежал на кухню выполнять приказ, а девушка повела робеющего от непривычной обстановки кузнеца в гостиную.
– Сейчас принесут чай, и вы отогреетесь. Как вас не занесло снегом по дороге? То не выпадет ни снежинки, а то как прорвало небеса.
– Да, знатно сыплет, – согласился Свен, – Уж и не припомню, когда так шёл снег. А я пришёл показать, что получилось. Пришлось повозиться с отверстиями для вытяжки. Пока пробил их только на три разных нити. С железом не выходит, но буду ещё пробовать. А вот из бронзы сделал. Я принёс, чтобы вы посмотрели, годится или надо что подправить. Вот на катушке намотаны. Это самая толстая, а эта потоньше. Самая тонкая на этой катушке.
– Надо послушать, как они будут звучать, – решила девушка.
Она размотала струну, прижала один конец носком сапога, а за второй натянула нить рукой. Меняя силу натяжения, Альда свободной рукой оттягивала и отпускала струну, слушая сильные вибрирующие звуки. После первой струны проверила остальные.
– Очень хорошо, – сделала она вывод, – только трёх не хватит. Надо ещё две тоньше, и две толще.
– Не знаю... – в замешательстве сказал Свен. – Одну тоньше можно попробовать, а две... боюсь, что самая тонкая будет рваться. Сильно толстые сделать нетрудно, но вы не сможете оттягивать их своими пальчиками.
– Может, намотать на струну проволоку? Она получается тяжелее и будет звучать глуше, а играть легко.
– Это какой же длины нужно делать проволоку? – задумался Свен. – Если добавить в медь золото, то проволоку легче тянуть, только дорого получится с золотом-то.
– Подождите, я сейчас вернусь. Наконец-то, принесли чай! Вы пейте, я быстро обернусь.
Альда вышла из гостиной и пробежалась до комнаты отца.
– Мне нужен кусок золота для струн! – сказала она. – Выбери что-нибудь из той сумки.
– Большой кусок? – насмешливо спросил отец.
– Откуда я знаю? Там был браслет, наверное, Свену его хватит.
Отец открыл денежный ящик, порылся в сумке с золотом и вынул из неё массивный мужской браслет.
– Мне ничего не жалко для дочери, – сказал он. – Вот так из-за собственной слабости люди идут по миру. Да шучу я, не обижайся.
– Этого хватит? – спросила Альда, вернувшись в гостиную к уже выпившему чай кузнецу.
– Этого очень много, – ответил Свен. – Не жалко вам портить браслет?
– Работа дрянная, – ответила Альда, – а для меня струны важнее.
– Да, – согласился кузнец, – за такую работу отец оторвал бы мне руки. Спасибо вам за заботу, пожалуй, пойду. Непогода надолго, а мне самому интересно попробовать, что выйдет.
Свен ушёл, а повеселевшая Альда направилась к себе. Возле дверей в комнату её встретила Гала.
– Не шуми, – предупредила она подругу. – Алекс недавно заснул. Переодевайся, и пойдём заниматься.
Сегодня Гала зверствовала вовсю, и Альда к концу занятия не чувствовала под собой ног. Чтобы хоть как-то отыграться, она предложила:
– Хочешь, покажу кое-что из того, чему меня учила сестра герцога? Это борьба без оружия с более сильным противником. Жаль, что пришлось прервать занятия. Выучила немало, но всё нужно отрабатывать.
После того как Гала в третий раз оказалась на ковре, не в силах шевельнуться от боли в выкрученной руке, она почувствовала уважение к новой борьбе.
– Давай ты поучишь меня после занятий с мечом, – предложила она. – И мне будет польза, и тебе – тренировка. И нужно установить мишень для ножей. Обещала учить, так учи!
Два следующих дня были ветреными и холодными, и часто срывался небольшой снег. Девушки почти не выходили из замка и много времени уделяли тренировкам. На третий день ветер стих и днём так потеплело, что снег начал таять. С постоялого двора прискакал один из оставленных Джолином стражников с известием, что схвачен человек, искавший встречи с приказчиком, и сегодня его повезут в Ордаг. Так что, если надо что-то передать... Альда попросила подождать и быстро написала письмо Лани.
Работы в подземелье не прекращались. Были обследованы коридоры со стороны входа из библиотеки. Останков пока не нашли, но в одной из больших комнат обнаружили склад оружия. Перебрав три сотни изделий древних мастеров, признали годными к делу только два десятка мечей и несколько боевых топоров. Сур предложил продать весь этот металлолом герцогу.
– Для вас они не представляют ценности, – сказал он барону. – Очень плохая работа, к тому же эти мечи слишком тяжёлые. Таким вооружать только разбойников, да и то не все возьмут. Но металл не так уж плох. Кузнецы герцога смогут перековать этот хлам во что-то приличное. И герцогу польза, и вам выгода. Если хотите, я по приезде договорюсь, чтобы прислали обоз. А отобранное нами можете оставить для арсенала замка или продать.
На том и порешили.
Альда и раньше не рвалась в подвал, а после находки тела узницы совсем устранилась от поисков. Отцу тоже начала надоедать подземная жизнь.
– Где-то должны быть скрытые помещения, – говорил он своим помощникам. – Ведь ходил туда зачем-то старый барон, да и пропажу слуги до сих пор не объяснили. Искать их пока не будем. С этой стороны остались три глухих коридора, вот завтра и начнём ломать кладку в тупиках.
На следующий день эти работы пришлось срочно прервать. Перед завтраком в замок въехала карета в сопровождении шести дружинников. В имение нанесла визит сестра Ленара Ксавье и родная тётка Алекса.
Красивое лицо женщины выразило облегчение, когда она увидела племянника.
– Приветствуем вас в замке Ксавье, – обратился к ней отец. – Позвольте узнать, кто вы и цель визита.
– Я сестра покойного хозяина замка и приехала встретиться с его сыном, – ответила гостья. – А вот кто вы и на каком основании здесь распоряжаетесь?
– На основании приказа герцога провинции мы являемся опекунами Алекса до его совершеннолетия и временными хозяевами имения.
– И ещё она моя мама! – добавил мальчик, обхватив Альду руками.
– Может, вы, госпожа баронесса, воспользуетесь нашим гостеприимством? – спросил отец. – Или будем продолжать выяснять отношения во дворе при слугах? Вы проделали долгий путь, и ваши люди устали. Решайте быстрее.
– Будь по-вашему, – решила гостья. – Мы остаёмся.
– Тогда пусть ваши люди сами расседлают своих лошадей. У нас один конюх, а вас много. Потом их поведут завтракать и покажут комнаты. Простите за то, что не представился. Я барон Рон Буше, а это моя дочь Альда.
– Баронесса Лара Патэ.
После завтрака, который прошёл в молчании, Буше вместе с баронессой Патэ перешли в гостиную, где и состоялось выяснение отношений. Алекс при этом не присутствовал, а сидел в спальне с Галой.
– Я не знаю, чем руководствовался герцог, назначая вас опекунами, – начала гостья. – Это моё право как единственной близкой родственницы покойного. Именно поэтому я здесь вместе с новым управляющим имения.
– Простите, баронесса, но ваши претензии безосновательны, – сказал отец. – Вы прекрасно знаете, что женщины не наследуют имения и могут стать опекунами несовершеннолетних наследников только с соизволения сеньора провинции, которым и является милорд герцог. А причина очень проста: мы спасли Алекса, и он признал мою дочь матерью.
– А остальных нельзя было спасти?
– Вашего брата убили на наших глазах, но мы были далеко и не успели вмешаться. Алисию освободили, но при повторном нападении её убили стрелой. Тогда же меня тяжело ранили.
– Выяснили причины нападения?
– Помилуйте, баронесса, – удивился отец, – какие могут быть причины для нападения у разбойников? Следствие вёл сам барон Лишней, так что за подробностями можете обращаться к нему. Это недалеко – полдня езды в карете. Но должен предупредить, что в окрестностях появилась небольшая ватага разбойников.
– Я всё равно буду говорить с герцогом, – упрямо заявила Лара. – А ещё я хочу обо всём расспросить племянника.
– Герцог в походе, а ваше общение с племянником никто не ограничивает. Давайте пройдём в комнату дочери, он сейчас там под присмотром её подруги.
Баронесса поджала губы и молча последовала за отцом с дочерью. Мальчик не обрадовался приходу тётки, но послушно рассказал, как на них напали разбойники и уничтожили охрану, как ударили папу, и он упал, как один из них схватил маму, и как «новая мама» перестреляла их из лука.
– Она бежала за ними и стреляла в спину, пока они не закончились, – завершил он свой рассказ.
– У вас было мало людей, барон? – спросила Лара. – Зачем нужно было вмешиваться самому и тем более вмешивать дочь?
– У меня вообще не было с собой людей, – ответил отец. – Нас лишили имения из-за дурости моего сына, который вопреки моей воле поддержал Мартина. Мы имели некоторые средства и решили ехать на юг. В пути не повезло нарваться на мерзавцев, которые на свою беду решили позабавиться с моей дочерью.
– Думаю, что им очень не повезло, – заметила баронесса.
– Нам – тоже, – ответил отец. – Главный мерзавец оказался сынком графа, который организовал на нас охоту. Единственным выходом было обратиться к правосудию герцога, но чтобы до него добраться, пришлось уйти с тракта и изрядно полазить по лесам.
– А как убили Алисию?
– Засада, – ответил Рон. – Мы уже выехали на тракт, когда лучник убил баронессу и тяжело ранил меня. Дочь перебила разбойников и сумела в дождь доставить меня и Алекса во дворец герцога. Мне пришлось долго лечиться, да и Алекс простудился.
– Это меняет дело. Увидев вас, я подумала...
– Я понял, можете не продолжать. У вас были основания так думать. Я и сам в подобной ситуации отнёсся бы с подозрением к неизвестно откуда взявшимся людям.
– Я рада, что вы это понимаете. Мой муж богат, и я никогда не стала бы претендовать на это имение, даже если бы имела на это право. Меня только беспокоит будущее мальчика. Но вы так и не ответили, есть ли подоплёка в этом нападении и гибели брата.
– Алекс, сходи к Гале и немного побудь с ней, – приказала Альда.
– Мамочка, я хочу с вами!
– Я кому сказала!
– Ладно, ты только не сердись.
– Он вас любит, – заметила Лара.
– Я его тоже. Почему вы решили, что это не обычное нападение?
– Я ничего не утверждаю. Отец ненавидел Ленара, и брат отвечал ему тем же. Наверное, я плохая дочь, но я рада тому, что отца уже нет в живых. Он не любил и Алекса. Последние годы меня здесь не было, но брат присылал письма. Так было что?
– Я связан словом и не имею права об этом говорить.
– Вы ответили. Я так и чувствовала, что это не кончится добром. Проклятый замок! Как я рада, что отсюда вырвалась!
– Не внесёте ясность в один вопрос? – спросил отец. – В чём причина такой любви баронов Ксавье к земляным работам?
– Мужчины моего рода не посвящали женщин в свои дела. Знаю только, что отец этим не занимался, хотя у него были какие-то тайны, связанные с подземельем. Но я их не знаю, у нас в семье не поощрялось любопытство.
Лёд недоверия был сломан, и до обеда общение носило непринуждённый характер. Пообедав, гостья засобиралась в обратный путь.
– Раз у Алекса всё в порядке, не буду задерживаться. Может, приедем летом, а лучше приезжайте вы к нам.
Она уехала, а отец и люди Джока взяли инструменты и спустились в подвал. На этот раз им повезло с первой попытки найти место упокоения основателя и его свиты.
– Можешь полюбоваться. – Отец пододвинул к Альде жёлтый диск размером со свою ладонь.
– Это он?
– Да, это походный знак короля-основателя, а это его меч. – Он показал на длинный меч в простых ножнах. – Там очень сухо, и всё хорошо сохранилось. За столетия сталь потемнела, но гравировку герба хорошо видно.
Альда взяла в руки диск медальона, на котором можно было рассмотреть грубое изображение солнца. Он был тяжёлый для того, чтобы долго держать в руке, и неприятно холодил кожу.
– И такое носить на шее?
– Раньше люди были крепче. Его меч весит раза в два больше моего.
– Да постоянно. Дома ты знала слуг поимённо, всё, чем они жили, а здесь? Многих ты знаешь?
– Кузнеца, лесничего, мою служанку.
– С лесничим познакомилась, потому что неохота одной идти в лес, – с сарказмом сказал барон. – К кузнецу даже сама поехала, хотя могла послать слугу. Очень уж захотелось сделать новый инструмент. Ну, а служанка постоянно тебя развлекает.
– У меня от её болтовни уже мигрень.
– Не надо, ты прекрасно поняла, что я хотел сказать. Баронство – это не только преимущества и привилегии, это ещё и обязанности. Господин должен знать своих слуг, а ты только раздаёшь указания и не интересуешься теми, кто тебя обслуживает. В больших имениях, где под сотню слуг, их трудно запомнить, но у нас не наберётся и двух десятков!
– И ты всех знаешь?
– А как же. Тебе по приезде представляли нашего капитана, а ты его не назвала. У него есть жена Атлика и дочь Мара одиннадцати лет. Очень приятная семья. Или десятник Мел Гарт, толстый такой дядька с усами. Он большой любитель рассказывать смешные истории. Нашего конюха зовут Савр Дире, в прошлом году у него умерла жена. Повара ты, конечно, знаешь, просто забыла упомянуть. Тебе перечислить всех?
– Не надо, – ответила Альда, у которой щёки горели от стыда.
– Учись, доченька, – отец обнял её и прижал к себе. – Кто знает, сколько мне осталось? Вряд ли кто-то станет тебя учить, кроме жизни, а она суровый учитель. Я всё время и силы вкладывал не в тебя, а в твоего непутёвого брата, поэтому ты многого не знаешь и будешь делать ошибки. Не очень из-за этого расстраивайся, потому что ошибаются все. Ладно, довольно об этом. Лучше расскажи, что вы видели на болоте.
– Видели только башню, а вот слышали не пойми кого. Заорал кто-то оттуда таким жутким голосом, что аж мурашки по телу. Свен сказал, что не может припомнить зверя, который так кричит.
– Ещё одна загадка. В другое время я, может, и заинтересовался бы, а сейчас уже безразлично. Пусть себе кричит. Само оно оттуда не лезет, а люди сторонятся болот. Получается, что от него нет никакого вреда.
В дверь робко постучали, и вошедший слуга передал, что к госпоже баронессе пожаловал кузнец.
– Иди, раз пожаловал тёзка нашего Газла, да ещё по твоему делу, – отпустил отец. – Смотри, что творится, настоящий снегопад. Наверное, вы с Газлом наколдовали для оленьей охоты. Вот нужно было Свену тащиться в замок по такой погоде. Ты хоть напои его горячим чаем, окажи уважение человеку.
Альда спустилась в прихожую и сама встретила гостя.
– Здравствуйте, Свен! Что же вы пошли в такую погоду? Снимайте куртку и отдайте девушкам. Пока будем разговаривать, она успеет высохнуть. Пусть нам подадут чай в гостиную, и попросите Стина, чтобы был погорячее.
Слуга побежал на кухню выполнять приказ, а девушка повела робеющего от непривычной обстановки кузнеца в гостиную.
– Сейчас принесут чай, и вы отогреетесь. Как вас не занесло снегом по дороге? То не выпадет ни снежинки, а то как прорвало небеса.
– Да, знатно сыплет, – согласился Свен, – Уж и не припомню, когда так шёл снег. А я пришёл показать, что получилось. Пришлось повозиться с отверстиями для вытяжки. Пока пробил их только на три разных нити. С железом не выходит, но буду ещё пробовать. А вот из бронзы сделал. Я принёс, чтобы вы посмотрели, годится или надо что подправить. Вот на катушке намотаны. Это самая толстая, а эта потоньше. Самая тонкая на этой катушке.
– Надо послушать, как они будут звучать, – решила девушка.
Она размотала струну, прижала один конец носком сапога, а за второй натянула нить рукой. Меняя силу натяжения, Альда свободной рукой оттягивала и отпускала струну, слушая сильные вибрирующие звуки. После первой струны проверила остальные.
– Очень хорошо, – сделала она вывод, – только трёх не хватит. Надо ещё две тоньше, и две толще.
– Не знаю... – в замешательстве сказал Свен. – Одну тоньше можно попробовать, а две... боюсь, что самая тонкая будет рваться. Сильно толстые сделать нетрудно, но вы не сможете оттягивать их своими пальчиками.
– Может, намотать на струну проволоку? Она получается тяжелее и будет звучать глуше, а играть легко.
– Это какой же длины нужно делать проволоку? – задумался Свен. – Если добавить в медь золото, то проволоку легче тянуть, только дорого получится с золотом-то.
– Подождите, я сейчас вернусь. Наконец-то, принесли чай! Вы пейте, я быстро обернусь.
Альда вышла из гостиной и пробежалась до комнаты отца.
– Мне нужен кусок золота для струн! – сказала она. – Выбери что-нибудь из той сумки.
– Большой кусок? – насмешливо спросил отец.
– Откуда я знаю? Там был браслет, наверное, Свену его хватит.
Отец открыл денежный ящик, порылся в сумке с золотом и вынул из неё массивный мужской браслет.
– Мне ничего не жалко для дочери, – сказал он. – Вот так из-за собственной слабости люди идут по миру. Да шучу я, не обижайся.
– Этого хватит? – спросила Альда, вернувшись в гостиную к уже выпившему чай кузнецу.
– Этого очень много, – ответил Свен. – Не жалко вам портить браслет?
– Работа дрянная, – ответила Альда, – а для меня струны важнее.
– Да, – согласился кузнец, – за такую работу отец оторвал бы мне руки. Спасибо вам за заботу, пожалуй, пойду. Непогода надолго, а мне самому интересно попробовать, что выйдет.
Свен ушёл, а повеселевшая Альда направилась к себе. Возле дверей в комнату её встретила Гала.
– Не шуми, – предупредила она подругу. – Алекс недавно заснул. Переодевайся, и пойдём заниматься.
Сегодня Гала зверствовала вовсю, и Альда к концу занятия не чувствовала под собой ног. Чтобы хоть как-то отыграться, она предложила:
– Хочешь, покажу кое-что из того, чему меня учила сестра герцога? Это борьба без оружия с более сильным противником. Жаль, что пришлось прервать занятия. Выучила немало, но всё нужно отрабатывать.
После того как Гала в третий раз оказалась на ковре, не в силах шевельнуться от боли в выкрученной руке, она почувствовала уважение к новой борьбе.
– Давай ты поучишь меня после занятий с мечом, – предложила она. – И мне будет польза, и тебе – тренировка. И нужно установить мишень для ножей. Обещала учить, так учи!
Два следующих дня были ветреными и холодными, и часто срывался небольшой снег. Девушки почти не выходили из замка и много времени уделяли тренировкам. На третий день ветер стих и днём так потеплело, что снег начал таять. С постоялого двора прискакал один из оставленных Джолином стражников с известием, что схвачен человек, искавший встречи с приказчиком, и сегодня его повезут в Ордаг. Так что, если надо что-то передать... Альда попросила подождать и быстро написала письмо Лани.
Работы в подземелье не прекращались. Были обследованы коридоры со стороны входа из библиотеки. Останков пока не нашли, но в одной из больших комнат обнаружили склад оружия. Перебрав три сотни изделий древних мастеров, признали годными к делу только два десятка мечей и несколько боевых топоров. Сур предложил продать весь этот металлолом герцогу.
– Для вас они не представляют ценности, – сказал он барону. – Очень плохая работа, к тому же эти мечи слишком тяжёлые. Таким вооружать только разбойников, да и то не все возьмут. Но металл не так уж плох. Кузнецы герцога смогут перековать этот хлам во что-то приличное. И герцогу польза, и вам выгода. Если хотите, я по приезде договорюсь, чтобы прислали обоз. А отобранное нами можете оставить для арсенала замка или продать.
На том и порешили.
Альда и раньше не рвалась в подвал, а после находки тела узницы совсем устранилась от поисков. Отцу тоже начала надоедать подземная жизнь.
– Где-то должны быть скрытые помещения, – говорил он своим помощникам. – Ведь ходил туда зачем-то старый барон, да и пропажу слуги до сих пор не объяснили. Искать их пока не будем. С этой стороны остались три глухих коридора, вот завтра и начнём ломать кладку в тупиках.
На следующий день эти работы пришлось срочно прервать. Перед завтраком в замок въехала карета в сопровождении шести дружинников. В имение нанесла визит сестра Ленара Ксавье и родная тётка Алекса.
Красивое лицо женщины выразило облегчение, когда она увидела племянника.
– Приветствуем вас в замке Ксавье, – обратился к ней отец. – Позвольте узнать, кто вы и цель визита.
– Я сестра покойного хозяина замка и приехала встретиться с его сыном, – ответила гостья. – А вот кто вы и на каком основании здесь распоряжаетесь?
– На основании приказа герцога провинции мы являемся опекунами Алекса до его совершеннолетия и временными хозяевами имения.
– И ещё она моя мама! – добавил мальчик, обхватив Альду руками.
– Может, вы, госпожа баронесса, воспользуетесь нашим гостеприимством? – спросил отец. – Или будем продолжать выяснять отношения во дворе при слугах? Вы проделали долгий путь, и ваши люди устали. Решайте быстрее.
– Будь по-вашему, – решила гостья. – Мы остаёмся.
– Тогда пусть ваши люди сами расседлают своих лошадей. У нас один конюх, а вас много. Потом их поведут завтракать и покажут комнаты. Простите за то, что не представился. Я барон Рон Буше, а это моя дочь Альда.
– Баронесса Лара Патэ.
После завтрака, который прошёл в молчании, Буше вместе с баронессой Патэ перешли в гостиную, где и состоялось выяснение отношений. Алекс при этом не присутствовал, а сидел в спальне с Галой.
– Я не знаю, чем руководствовался герцог, назначая вас опекунами, – начала гостья. – Это моё право как единственной близкой родственницы покойного. Именно поэтому я здесь вместе с новым управляющим имения.
– Простите, баронесса, но ваши претензии безосновательны, – сказал отец. – Вы прекрасно знаете, что женщины не наследуют имения и могут стать опекунами несовершеннолетних наследников только с соизволения сеньора провинции, которым и является милорд герцог. А причина очень проста: мы спасли Алекса, и он признал мою дочь матерью.
– А остальных нельзя было спасти?
– Вашего брата убили на наших глазах, но мы были далеко и не успели вмешаться. Алисию освободили, но при повторном нападении её убили стрелой. Тогда же меня тяжело ранили.
– Выяснили причины нападения?
– Помилуйте, баронесса, – удивился отец, – какие могут быть причины для нападения у разбойников? Следствие вёл сам барон Лишней, так что за подробностями можете обращаться к нему. Это недалеко – полдня езды в карете. Но должен предупредить, что в окрестностях появилась небольшая ватага разбойников.
– Я всё равно буду говорить с герцогом, – упрямо заявила Лара. – А ещё я хочу обо всём расспросить племянника.
– Герцог в походе, а ваше общение с племянником никто не ограничивает. Давайте пройдём в комнату дочери, он сейчас там под присмотром её подруги.
Баронесса поджала губы и молча последовала за отцом с дочерью. Мальчик не обрадовался приходу тётки, но послушно рассказал, как на них напали разбойники и уничтожили охрану, как ударили папу, и он упал, как один из них схватил маму, и как «новая мама» перестреляла их из лука.
– Она бежала за ними и стреляла в спину, пока они не закончились, – завершил он свой рассказ.
– У вас было мало людей, барон? – спросила Лара. – Зачем нужно было вмешиваться самому и тем более вмешивать дочь?
– У меня вообще не было с собой людей, – ответил отец. – Нас лишили имения из-за дурости моего сына, который вопреки моей воле поддержал Мартина. Мы имели некоторые средства и решили ехать на юг. В пути не повезло нарваться на мерзавцев, которые на свою беду решили позабавиться с моей дочерью.
– Думаю, что им очень не повезло, – заметила баронесса.
– Нам – тоже, – ответил отец. – Главный мерзавец оказался сынком графа, который организовал на нас охоту. Единственным выходом было обратиться к правосудию герцога, но чтобы до него добраться, пришлось уйти с тракта и изрядно полазить по лесам.
– А как убили Алисию?
– Засада, – ответил Рон. – Мы уже выехали на тракт, когда лучник убил баронессу и тяжело ранил меня. Дочь перебила разбойников и сумела в дождь доставить меня и Алекса во дворец герцога. Мне пришлось долго лечиться, да и Алекс простудился.
– Это меняет дело. Увидев вас, я подумала...
– Я понял, можете не продолжать. У вас были основания так думать. Я и сам в подобной ситуации отнёсся бы с подозрением к неизвестно откуда взявшимся людям.
– Я рада, что вы это понимаете. Мой муж богат, и я никогда не стала бы претендовать на это имение, даже если бы имела на это право. Меня только беспокоит будущее мальчика. Но вы так и не ответили, есть ли подоплёка в этом нападении и гибели брата.
– Алекс, сходи к Гале и немного побудь с ней, – приказала Альда.
– Мамочка, я хочу с вами!
– Я кому сказала!
– Ладно, ты только не сердись.
– Он вас любит, – заметила Лара.
– Я его тоже. Почему вы решили, что это не обычное нападение?
– Я ничего не утверждаю. Отец ненавидел Ленара, и брат отвечал ему тем же. Наверное, я плохая дочь, но я рада тому, что отца уже нет в живых. Он не любил и Алекса. Последние годы меня здесь не было, но брат присылал письма. Так было что?
– Я связан словом и не имею права об этом говорить.
– Вы ответили. Я так и чувствовала, что это не кончится добром. Проклятый замок! Как я рада, что отсюда вырвалась!
– Не внесёте ясность в один вопрос? – спросил отец. – В чём причина такой любви баронов Ксавье к земляным работам?
– Мужчины моего рода не посвящали женщин в свои дела. Знаю только, что отец этим не занимался, хотя у него были какие-то тайны, связанные с подземельем. Но я их не знаю, у нас в семье не поощрялось любопытство.
Лёд недоверия был сломан, и до обеда общение носило непринуждённый характер. Пообедав, гостья засобиралась в обратный путь.
– Раз у Алекса всё в порядке, не буду задерживаться. Может, приедем летом, а лучше приезжайте вы к нам.
Она уехала, а отец и люди Джока взяли инструменты и спустились в подвал. На этот раз им повезло с первой попытки найти место упокоения основателя и его свиты.
Глава 38
– Можешь полюбоваться. – Отец пододвинул к Альде жёлтый диск размером со свою ладонь.
– Это он?
– Да, это походный знак короля-основателя, а это его меч. – Он показал на длинный меч в простых ножнах. – Там очень сухо, и всё хорошо сохранилось. За столетия сталь потемнела, но гравировку герба хорошо видно.
Альда взяла в руки диск медальона, на котором можно было рассмотреть грубое изображение солнца. Он был тяжёлый для того, чтобы долго держать в руке, и неприятно холодил кожу.
– И такое носить на шее?
– Раньше люди были крепче. Его меч весит раза в два больше моего.
