Женщина не сравняется с мужчиной в силе, наше единственное преимущество – быстрота. Никогда не парируй удары прямо, иначе тебя вколотят в землю. Нужно уклонятся и отводить их в сторону. Твоё тело само должно знать, когда и что делать. Станешь думать – проиграешь. Я шла к своему уровню два года.
Они нашли управляющего, и работа закипела. Для тренировочного зала выбрали самую большую из комнат, откуда недовольные барскими причудами слуги убрали всю мебель.
– Нет у меня для вас большого ковра, – сказал Альберт, – а вот несколько маленьких найду. Правда, сильно потёртые, но вам на них не лежать.
– Кому-то придётся поваляться, – отозвалась Гала. – Ладно, пусть несут то, что есть. В этом замке можно найти часы?
– Небольшие были в комнатах Ленара. Когда готовились к вашему приезду, я их оттуда убрал. Принести?
– Давайте, – сказала Гала. – Тренироваться с часами удобнее, чем считать в уме, сколько всего сделал.
Принесённые слугами песочные часы были установлены у стены на небольшом столике.
– Только тридцать частей,* – осталась недовольной Гала. – У нас было больше. Но и это лучше, чем ничего.
(* небольшие интервалы времени измерялись в частях. Часть – это время, в течение которого сердце совершает сто ударов, то есть примерно полторы минуты. На стеклянные колбы часов наносились деления через одну или несколько частей.)
Гала сбегала к себе и принесла тренировочные мечи, по виду очень похожие на настоящие.
– Тяжёлые, – взмахнув одним из них, сказала Альда.
– Они должны весить столько же, сколько весит боевое оружие. С дури и деревом можно перерубить кость.
Первое занятие было ознакомительным. Они немного помахали мечами, при этом Гала смогла убедиться в том, что её подопечная не умеет даже держать меч.
– Ладно, серьёзные занятия начнём с завтрашнего дня. А меч тебе лучше пока не носить, а то можешь случайно зарезаться. Подарили тебе лук, вот его и носи.
Придя в свою комнату, Альда хотела почитать письмо Лани, но соскучившийся за день Алекс требовал внимания, и пришлось его укладывать и рассказывать сказку. После того как сын заснул, она перенесла лампу на столик у кровати и развернула лист бумаги. Содержание этого письма мало отличалось от того, которое привёз Джолин. Альда обратила внимание на расплывшиеся чернила.
«Лани плакала! – догадалась девушка. – Бедная, она же ещё совсем девчонка! Потерять всю семью и жить с Сергом, не видя его месяцами. Сидеть одной во дворце, где нет ни родных, ни друзей, кроме Леоры. Может, поэтому её ко мне так потянуло?»
Альда тоже по ней соскучилась. Непосредственная, склонная к фантазиям, искренняя и преданная друзьям девчонка как-то незаметно перестала быть для неё чужой.
«Она ведь тогда из-за меня поссорилась с братом. Может, это была их первая ссора за всё время знакомства. И с Леорой у неё что-то было, после того как та перестала со мной общаться. Ведь нормально дружили до моего приезда, а потом я уже не видела у них той теплоты в отношениях, что была раньше. Обязательно нужно съездить повидаться и взять с собой Галу».
Следующий день стал для Алекса праздником. Вскоре после завтрака к ним в гости с обещанным визитом приехала семья Газлов. Перед тем как они вышли к гостям, барон сказал дочери:
– Придётся тебе их занять, а я немного пообщаюсь и вместе с людьми Джока займусь делом. Он оставил их не насовсем, а работы в подвалах не на один день. Чтобы не привлекать лишнего внимания, начнём с той части, вход в которую идёт из библиотеки.
– А чем я их займу? – растерялась девушка.
– Расскажи что-нибудь из своих подвигов, – пошутил отец, – или съездите куда-нибудь, например, на болото. Пойдём, нехорошо заставлять гостей ждать.
– Раньше не получилось, – оправдывался перед вышедшими во двор хозяевами здоровый как лось Свен. – Жена обещалась, что приеду и привезу шкуры, а у меня вышла задержка.
– Кабан его подрал, – сказала Лаша, передавая мужу с седла Майю. – Пришлось ему два дня отлёживаться в лесу, а мне ночей не спать, а днём на стенку лезть.
– Да будет тебе, – проворчал Свен, – позоришь мужа перед хозяевами. Какой-то паршивый кабан...
– Ага, паршивый, – язвительно согласилась Лаша. – Чуть поменьше, чем быки в твоей деревне. Пусть слуги заберут тюк, в нём заказанные вами меха.
– А это окорок того самого кабана, – сказал Свен, снимая с заводной лошади большой свёрток.
Принявший мясо слуга охнул и выронил ношу. На помощь ему пришёл второй, и они вдвоём подняли завёрнутое в шкуру мясо и понесли его на кухню.
Алекс не сводил глаз с робеющей в непривычной обстановке девочки, дождался, когда взрослые поприветствовали друг друга, и протиснулся вперёд.
– Разрешите, шевалье, развлечь вашу дочь? – спросил он, задрав голову на главу семейства. – В прошлое наше свидание она показала мне ваши трофеи, сейчас я покажу ей замок.
Свен поперхнулся, но сдержал смех и серьёзно кивнул мальчику.
– Разумеется, господин барон. Ухаживать за гостями – долг хозяина.
– Подожди, Алекс, – сказала Альда сыну, который уже завладел ручкой Майи и повёл юную даму в замок, – гостей сначала кормят.
– Я накормлю, – отозвался он. – Мы накололи много орешков, а мёд только начали.
– Не беспокойтесь, – сказала Лаша. – Мы позавтракали, так что в застолье нет нужды. Пусть развлекаются.
Все вслед за детьми вошли в замок, оставив лошадей конюху. Для беседы выбрали единственное помещение, которое можно было назвать гостиной. Отец размотал свёрток с мехами и залюбовался хорошо выделанными, подобранными по цвету шкурками.
– Здесь меха не только мне и мальчику, хватит и на куртку дочери. Сколько мы вам должны?
– Это пустяки, любезный хозяин, – ответил Свен. – Какие могут быть счёты между соседями? А ваш мальчик метит мне в зятья, так что мы уже почти родственники.
– Поговорите с дочерью, – сказал Рон, – а я ненадолго выйду.
Не успела Альда рассказать Свену об охоте на волков, как вернулся отец. Она рассказывала с юмором, и в таком изложении история казалась очень забавной. Все отсмеялись, после чего Свен заметил, что ей очень повезло. Даже для него было бы большой удачей отбиться зимой от такого количества серых, что уж говорить о девушке.
– Вы сделали нам подарок, – сказал барон Газлам. – Я тоже хочу вас одарить. Хорошие соседи и добрые друзья – это редкость. Примите от всего сердца. Это вам Лаша, – он подал женщине пару крупных золотых серег тонкой работы, – а это для нашей будущей невесты.
Подарком для Майи были небольшие серьги с мелкими изумрудами.
– У меня запланировано очень важное и срочное дело, которое, к сожалению, нельзя отложить, поэтому до обеда я поручаю вас заботам дочери. Она покажет замок, а потом возьмёте детей и съездите посмотреть нашу достопримечательность. Есть у нас древняя башня с привидениями. Детям должна понравиться. И Галу с собой возьмите. Это подруга Альды.
Он ушёл, и девушке пришлось самой развлекать гостей. Это оказалось нетрудно. Она могла рассказать уже немало интересных историй, а Свен с Лашей оказались благодарными слушателями. Свен в свою очередь рассказал две охотничьи истории, произошедшие с ним самим. Потом нашли Майю с Алексом, тепло оделись и пошли к конюшне, где предупреждённый конюх уже оседлал лошадей. Здесь же их дожидалась Гала, взявшая по просьбе подруги её лук и колчан со стрелами.
– Может, собью пару уток, – объяснила Альда, увидев удивлённый взгляд Свена.
Не полагаясь на рассказ Ани, она расспросила конюха о дороге к башне. Тот объяснил со всем вежеством, но после отъезда господ в матерных выражениях высказал кучеру всё, что он думает о таких поездках, да ещё с детьми.
Стояла солнечная безветренная погода, было тепло, и все расстегнули куртки.
– Долго нет снега, – сказал Свен, – плохо, если его не будет. По снегу совсем другая охота. Если он выпадет и захотите сходить на крупного зверя, могу поспособствовать. Недалеко от нас зимуют олени, так что, если выходить засветло, можно обернуться за один день. Переночуете у нас, а рано утром и пойдём.
– Я с удовольствием, с делами бы раскрутиться. Я с нашим лесничим Клером Соте уговорилась о зимней охоте, но пока ничего не получается.
– Знаю его, добрый охотник.
– Ладно, хватит вам об охоте, – недовольно сказала Лаша. – Дома только о ней и говоришь и здесь тоже. Как будто больше нет ничего стоящего. Поинтересовался бы, что ли, чем твоя дочь занималась со своим кавалером.
– Мы бегали по замку, – похвасталась Майя. – Коридоры длинные-длинные, можно очень быстро бежать.
– Тебе бы всё носиться, – проворчал отец. – Когда-нибудь точно расшибёшь лоб. А замок у вас, Альда, и впрямь большой.
– Не представляю, как можно построить такую махину и для чего, – отозвалась она. – Ясно, что строили не на доходы от двух деревень.
– Здешние бароны строили его не одно поколение, – задумчиво сказал Свен, – и не на доходы от аренды, в этом вы правы. Деньги приносили мечи дружины. А замок строили рабы. Это сейчас раб – большая редкость, наверное, они остались только на галерах. А при основателе рабство было обычным делом. Тогда все воевали со всеми, и пленных было много. Не выкупили пленного в оговоренный срок – вот вам и готовый раб. Можно послать в каменоломню, можно заставить надрывать жилы на строительстве. Этот замок, как и многие другие, построен на костях. Между нами, основатель был той ещё сволочью, но надо отдать ему должное: королевство собрал, а его потомки начали наводить в нём порядок. Жаль, что не вовремя умер отец Андре. Сын к тому времени был слишком молод и неопытен, отчего многие наши беды. Сейчас он хоть вернул советников батюшки и слушает их, а не всяких проходимцев. Да и наш герцог у него в почёте. Не знаю, откуда он взялся, но очень рад, что герцогский трон занял этот не по годам умный юноша.
– Мы уже почти приехали, – сменила тему разговора Альда. – В этом лесу и должны быть Гаенские топи. Гала, а ты что молчишь?
– Жду обещанных привидений, – отозвалась подруга. – А болтать... Вы и без меня говорите интересные вещи. Иногда приятнее просто послушать.
– Разве что иногда, – ухмыльнулся Свен. – Надолго вас не хватает.
Женщины дружно проигнорировали его высказывание, и они молча въехали в редкий сосновый лес. Кони осторожно ступали по поддающемуся под копытами мху, сверху на всадников капала растаявшая на солнце изморозь, а небо, видное сквозь редкие кроны, начали затягивать облака. Наконец деревья расступились, и впереди блеснула вода. Пришлось проехать ещё немного, прежде чем Гаенская топь открылась перед ними во всей красе. Чёрное зеркало воды раскинулось вширь сколько хватало глаз. В отдельных местах были видны то ли поросшие травой и мхом кочки, то ли островки растительности, а в отдалении, шагах в ста от берега, из тумана выплывала она. Довольно высокая башня конической формы, с частично обвалившейся верхушкой. Было видно, что она сложена из больших, плохо тёсанных каменных глыб, поросших мхом.
– Вряд ли вы найдёте здесь уток, – сказал Свен. – В этом месте почему-то не чувствуется жизни.
Словно для того чтобы опровергнуть его заявление, со стороны башни донёсся раздирающий душу вопль. Крик был наполнен такой первобытной жути, что не по себе стало даже Свену. Женщины побледнели, а Лаша прижала к себе заплакавшую Майю.
– Это и есть ваше привидение? – спросил Свен. – Понятно, что кричал не человек, но я не могу связать этот крик ни с одним из известных мне зверей. Это не топь, скорее, заболоченное озеро. На лодке можно было бы...
– И думать забудь! – вскинулась жена. – Давайте возвращаться. Я уже налюбовалась на эту башню, ещё приснится ночью. А Майя до сих пор боится.
– Я не боюсь, только немного страшно, – запротестовала девочка, искоса глядя на Алекса.
– Да, надо возвращаться, – поддержала Лашу Гала. – А ехать туда на лодке – это безрассудство. Недаром башню так боятся крестьяне, да и дичь здесь не водится, сами сказали. Интересно, чем оно питается. Рыбу жрёт, что ли?
– Уезжаем, – согласилась Альда. – Вернёмся как раз к обеду.
Когда подъезжали к замку, с потемневшего неба стали падать крупные хлопья снега. Все озябли, а тут ещё усилился ветер.
– Наших не рассёдлывай, – сказал конюху Свен. – Пообедаем и поедем домой.
– Может, заночуете? – предложила Альда. – Смотрите, какой снег!
– Как-нибудь в другой раз. Доберёмся быстро, только закутаем дочь потеплее. Мы не думали задерживаться, так что не всё надобное на сегодня сделано.
Они освободились от верхней одежды и прошли в жарко натопленное помещение гостиной, где и просидели до приглашения на обед, болтая о пустяках. О случившимся на болоте не сказал никто. Рон задержался и пришёл в трапезную, когда заканчивали есть. После обеда Газлы поблагодарили хозяев за гостеприимство и поспешили уехать. Альда оставила расстроенного разлукой с дамой сердца сына Гале и догнала идущего в свою комнату отца.
– Что-то случилось? – спросила она. – Почему ты такой сумрачный? Что-нибудь нашли?
– Нашли, но не то, что искали. Толковых ребят оставил Джок. Мы сегодня ничего не ломали, а обследовали то, до чего легко добраться. Нашли несколько пустых комнат и два подземных хода. Один креплён деревом и обрушен, а второй облицован камнем и прекрасно сохранился. Выходит в овраг рядом с Леей и прикрыт разросшимися кустами.
– Я думаю, что это не все ваши находки?
– Ты права, нашли ещё две камеры. Одна пуста, а вторая была закрыта на замок. В ней обнаружили высохшее женское тело с ошейником на шее. Там очень сухо, так что труп не сгнил. Это обтянутый кожей костяк, одетый в лохмотья. Арне считает, что при жизни это была молодая красивая дворянка.
– Как он смог определить такое по останкам?
– То, что молодая и стройная, видно по костям, да и волосы были роскошные. А принадлежность к благородному сословию определил по ногтям. У крестьянок не бывает таких длинных и ухоженных ногтей. Её заперли там умирать от голода. Может, ещё приходили полюбоваться на мучения. На ошейнике с внутренней стороны сделаны шипы. Предки были суровыми, и за ними числится много такого, о чём не принято вспоминать, но эти бароны явно чокнутые.
– Алекс не такой! – возразила Альда.
– Алекс мал, но у него уже сейчас гонору больше, чем хотелось бы видеть. Ты этого не замечаешь, потому что ему ровня. Вспомни себя маленькой. Ты дружила со всеми детьми своего возраста, а то и старше, не делая различий, есть в них благородная кровь или нет. А он весь день мается от скуки и отсутствия друзей, хотя у конюха есть сынок девяти лет. Славный мальчишка, вы брали у него лук. Гленом его зовут. Но воспитание не позволяет Алексу близко общаться с теми, кто ниже его по положению. Да и ты подаёшь пример.
Они нашли управляющего, и работа закипела. Для тренировочного зала выбрали самую большую из комнат, откуда недовольные барскими причудами слуги убрали всю мебель.
– Нет у меня для вас большого ковра, – сказал Альберт, – а вот несколько маленьких найду. Правда, сильно потёртые, но вам на них не лежать.
– Кому-то придётся поваляться, – отозвалась Гала. – Ладно, пусть несут то, что есть. В этом замке можно найти часы?
– Небольшие были в комнатах Ленара. Когда готовились к вашему приезду, я их оттуда убрал. Принести?
– Давайте, – сказала Гала. – Тренироваться с часами удобнее, чем считать в уме, сколько всего сделал.
Принесённые слугами песочные часы были установлены у стены на небольшом столике.
– Только тридцать частей,* – осталась недовольной Гала. – У нас было больше. Но и это лучше, чем ничего.
(* небольшие интервалы времени измерялись в частях. Часть – это время, в течение которого сердце совершает сто ударов, то есть примерно полторы минуты. На стеклянные колбы часов наносились деления через одну или несколько частей.)
Гала сбегала к себе и принесла тренировочные мечи, по виду очень похожие на настоящие.
– Тяжёлые, – взмахнув одним из них, сказала Альда.
– Они должны весить столько же, сколько весит боевое оружие. С дури и деревом можно перерубить кость.
Первое занятие было ознакомительным. Они немного помахали мечами, при этом Гала смогла убедиться в том, что её подопечная не умеет даже держать меч.
– Ладно, серьёзные занятия начнём с завтрашнего дня. А меч тебе лучше пока не носить, а то можешь случайно зарезаться. Подарили тебе лук, вот его и носи.
Придя в свою комнату, Альда хотела почитать письмо Лани, но соскучившийся за день Алекс требовал внимания, и пришлось его укладывать и рассказывать сказку. После того как сын заснул, она перенесла лампу на столик у кровати и развернула лист бумаги. Содержание этого письма мало отличалось от того, которое привёз Джолин. Альда обратила внимание на расплывшиеся чернила.
«Лани плакала! – догадалась девушка. – Бедная, она же ещё совсем девчонка! Потерять всю семью и жить с Сергом, не видя его месяцами. Сидеть одной во дворце, где нет ни родных, ни друзей, кроме Леоры. Может, поэтому её ко мне так потянуло?»
Альда тоже по ней соскучилась. Непосредственная, склонная к фантазиям, искренняя и преданная друзьям девчонка как-то незаметно перестала быть для неё чужой.
«Она ведь тогда из-за меня поссорилась с братом. Может, это была их первая ссора за всё время знакомства. И с Леорой у неё что-то было, после того как та перестала со мной общаться. Ведь нормально дружили до моего приезда, а потом я уже не видела у них той теплоты в отношениях, что была раньше. Обязательно нужно съездить повидаться и взять с собой Галу».
Глава 37
Следующий день стал для Алекса праздником. Вскоре после завтрака к ним в гости с обещанным визитом приехала семья Газлов. Перед тем как они вышли к гостям, барон сказал дочери:
– Придётся тебе их занять, а я немного пообщаюсь и вместе с людьми Джока займусь делом. Он оставил их не насовсем, а работы в подвалах не на один день. Чтобы не привлекать лишнего внимания, начнём с той части, вход в которую идёт из библиотеки.
– А чем я их займу? – растерялась девушка.
– Расскажи что-нибудь из своих подвигов, – пошутил отец, – или съездите куда-нибудь, например, на болото. Пойдём, нехорошо заставлять гостей ждать.
– Раньше не получилось, – оправдывался перед вышедшими во двор хозяевами здоровый как лось Свен. – Жена обещалась, что приеду и привезу шкуры, а у меня вышла задержка.
– Кабан его подрал, – сказала Лаша, передавая мужу с седла Майю. – Пришлось ему два дня отлёживаться в лесу, а мне ночей не спать, а днём на стенку лезть.
– Да будет тебе, – проворчал Свен, – позоришь мужа перед хозяевами. Какой-то паршивый кабан...
– Ага, паршивый, – язвительно согласилась Лаша. – Чуть поменьше, чем быки в твоей деревне. Пусть слуги заберут тюк, в нём заказанные вами меха.
– А это окорок того самого кабана, – сказал Свен, снимая с заводной лошади большой свёрток.
Принявший мясо слуга охнул и выронил ношу. На помощь ему пришёл второй, и они вдвоём подняли завёрнутое в шкуру мясо и понесли его на кухню.
Алекс не сводил глаз с робеющей в непривычной обстановке девочки, дождался, когда взрослые поприветствовали друг друга, и протиснулся вперёд.
– Разрешите, шевалье, развлечь вашу дочь? – спросил он, задрав голову на главу семейства. – В прошлое наше свидание она показала мне ваши трофеи, сейчас я покажу ей замок.
Свен поперхнулся, но сдержал смех и серьёзно кивнул мальчику.
– Разумеется, господин барон. Ухаживать за гостями – долг хозяина.
– Подожди, Алекс, – сказала Альда сыну, который уже завладел ручкой Майи и повёл юную даму в замок, – гостей сначала кормят.
– Я накормлю, – отозвался он. – Мы накололи много орешков, а мёд только начали.
– Не беспокойтесь, – сказала Лаша. – Мы позавтракали, так что в застолье нет нужды. Пусть развлекаются.
Все вслед за детьми вошли в замок, оставив лошадей конюху. Для беседы выбрали единственное помещение, которое можно было назвать гостиной. Отец размотал свёрток с мехами и залюбовался хорошо выделанными, подобранными по цвету шкурками.
– Здесь меха не только мне и мальчику, хватит и на куртку дочери. Сколько мы вам должны?
– Это пустяки, любезный хозяин, – ответил Свен. – Какие могут быть счёты между соседями? А ваш мальчик метит мне в зятья, так что мы уже почти родственники.
– Поговорите с дочерью, – сказал Рон, – а я ненадолго выйду.
Не успела Альда рассказать Свену об охоте на волков, как вернулся отец. Она рассказывала с юмором, и в таком изложении история казалась очень забавной. Все отсмеялись, после чего Свен заметил, что ей очень повезло. Даже для него было бы большой удачей отбиться зимой от такого количества серых, что уж говорить о девушке.
– Вы сделали нам подарок, – сказал барон Газлам. – Я тоже хочу вас одарить. Хорошие соседи и добрые друзья – это редкость. Примите от всего сердца. Это вам Лаша, – он подал женщине пару крупных золотых серег тонкой работы, – а это для нашей будущей невесты.
Подарком для Майи были небольшие серьги с мелкими изумрудами.
– У меня запланировано очень важное и срочное дело, которое, к сожалению, нельзя отложить, поэтому до обеда я поручаю вас заботам дочери. Она покажет замок, а потом возьмёте детей и съездите посмотреть нашу достопримечательность. Есть у нас древняя башня с привидениями. Детям должна понравиться. И Галу с собой возьмите. Это подруга Альды.
Он ушёл, и девушке пришлось самой развлекать гостей. Это оказалось нетрудно. Она могла рассказать уже немало интересных историй, а Свен с Лашей оказались благодарными слушателями. Свен в свою очередь рассказал две охотничьи истории, произошедшие с ним самим. Потом нашли Майю с Алексом, тепло оделись и пошли к конюшне, где предупреждённый конюх уже оседлал лошадей. Здесь же их дожидалась Гала, взявшая по просьбе подруги её лук и колчан со стрелами.
– Может, собью пару уток, – объяснила Альда, увидев удивлённый взгляд Свена.
Не полагаясь на рассказ Ани, она расспросила конюха о дороге к башне. Тот объяснил со всем вежеством, но после отъезда господ в матерных выражениях высказал кучеру всё, что он думает о таких поездках, да ещё с детьми.
Стояла солнечная безветренная погода, было тепло, и все расстегнули куртки.
– Долго нет снега, – сказал Свен, – плохо, если его не будет. По снегу совсем другая охота. Если он выпадет и захотите сходить на крупного зверя, могу поспособствовать. Недалеко от нас зимуют олени, так что, если выходить засветло, можно обернуться за один день. Переночуете у нас, а рано утром и пойдём.
– Я с удовольствием, с делами бы раскрутиться. Я с нашим лесничим Клером Соте уговорилась о зимней охоте, но пока ничего не получается.
– Знаю его, добрый охотник.
– Ладно, хватит вам об охоте, – недовольно сказала Лаша. – Дома только о ней и говоришь и здесь тоже. Как будто больше нет ничего стоящего. Поинтересовался бы, что ли, чем твоя дочь занималась со своим кавалером.
– Мы бегали по замку, – похвасталась Майя. – Коридоры длинные-длинные, можно очень быстро бежать.
– Тебе бы всё носиться, – проворчал отец. – Когда-нибудь точно расшибёшь лоб. А замок у вас, Альда, и впрямь большой.
– Не представляю, как можно построить такую махину и для чего, – отозвалась она. – Ясно, что строили не на доходы от двух деревень.
– Здешние бароны строили его не одно поколение, – задумчиво сказал Свен, – и не на доходы от аренды, в этом вы правы. Деньги приносили мечи дружины. А замок строили рабы. Это сейчас раб – большая редкость, наверное, они остались только на галерах. А при основателе рабство было обычным делом. Тогда все воевали со всеми, и пленных было много. Не выкупили пленного в оговоренный срок – вот вам и готовый раб. Можно послать в каменоломню, можно заставить надрывать жилы на строительстве. Этот замок, как и многие другие, построен на костях. Между нами, основатель был той ещё сволочью, но надо отдать ему должное: королевство собрал, а его потомки начали наводить в нём порядок. Жаль, что не вовремя умер отец Андре. Сын к тому времени был слишком молод и неопытен, отчего многие наши беды. Сейчас он хоть вернул советников батюшки и слушает их, а не всяких проходимцев. Да и наш герцог у него в почёте. Не знаю, откуда он взялся, но очень рад, что герцогский трон занял этот не по годам умный юноша.
– Мы уже почти приехали, – сменила тему разговора Альда. – В этом лесу и должны быть Гаенские топи. Гала, а ты что молчишь?
– Жду обещанных привидений, – отозвалась подруга. – А болтать... Вы и без меня говорите интересные вещи. Иногда приятнее просто послушать.
– Разве что иногда, – ухмыльнулся Свен. – Надолго вас не хватает.
Женщины дружно проигнорировали его высказывание, и они молча въехали в редкий сосновый лес. Кони осторожно ступали по поддающемуся под копытами мху, сверху на всадников капала растаявшая на солнце изморозь, а небо, видное сквозь редкие кроны, начали затягивать облака. Наконец деревья расступились, и впереди блеснула вода. Пришлось проехать ещё немного, прежде чем Гаенская топь открылась перед ними во всей красе. Чёрное зеркало воды раскинулось вширь сколько хватало глаз. В отдельных местах были видны то ли поросшие травой и мхом кочки, то ли островки растительности, а в отдалении, шагах в ста от берега, из тумана выплывала она. Довольно высокая башня конической формы, с частично обвалившейся верхушкой. Было видно, что она сложена из больших, плохо тёсанных каменных глыб, поросших мхом.
– Вряд ли вы найдёте здесь уток, – сказал Свен. – В этом месте почему-то не чувствуется жизни.
Словно для того чтобы опровергнуть его заявление, со стороны башни донёсся раздирающий душу вопль. Крик был наполнен такой первобытной жути, что не по себе стало даже Свену. Женщины побледнели, а Лаша прижала к себе заплакавшую Майю.
– Это и есть ваше привидение? – спросил Свен. – Понятно, что кричал не человек, но я не могу связать этот крик ни с одним из известных мне зверей. Это не топь, скорее, заболоченное озеро. На лодке можно было бы...
– И думать забудь! – вскинулась жена. – Давайте возвращаться. Я уже налюбовалась на эту башню, ещё приснится ночью. А Майя до сих пор боится.
– Я не боюсь, только немного страшно, – запротестовала девочка, искоса глядя на Алекса.
– Да, надо возвращаться, – поддержала Лашу Гала. – А ехать туда на лодке – это безрассудство. Недаром башню так боятся крестьяне, да и дичь здесь не водится, сами сказали. Интересно, чем оно питается. Рыбу жрёт, что ли?
– Уезжаем, – согласилась Альда. – Вернёмся как раз к обеду.
Когда подъезжали к замку, с потемневшего неба стали падать крупные хлопья снега. Все озябли, а тут ещё усилился ветер.
– Наших не рассёдлывай, – сказал конюху Свен. – Пообедаем и поедем домой.
– Может, заночуете? – предложила Альда. – Смотрите, какой снег!
– Как-нибудь в другой раз. Доберёмся быстро, только закутаем дочь потеплее. Мы не думали задерживаться, так что не всё надобное на сегодня сделано.
Они освободились от верхней одежды и прошли в жарко натопленное помещение гостиной, где и просидели до приглашения на обед, болтая о пустяках. О случившимся на болоте не сказал никто. Рон задержался и пришёл в трапезную, когда заканчивали есть. После обеда Газлы поблагодарили хозяев за гостеприимство и поспешили уехать. Альда оставила расстроенного разлукой с дамой сердца сына Гале и догнала идущего в свою комнату отца.
– Что-то случилось? – спросила она. – Почему ты такой сумрачный? Что-нибудь нашли?
– Нашли, но не то, что искали. Толковых ребят оставил Джок. Мы сегодня ничего не ломали, а обследовали то, до чего легко добраться. Нашли несколько пустых комнат и два подземных хода. Один креплён деревом и обрушен, а второй облицован камнем и прекрасно сохранился. Выходит в овраг рядом с Леей и прикрыт разросшимися кустами.
– Я думаю, что это не все ваши находки?
– Ты права, нашли ещё две камеры. Одна пуста, а вторая была закрыта на замок. В ней обнаружили высохшее женское тело с ошейником на шее. Там очень сухо, так что труп не сгнил. Это обтянутый кожей костяк, одетый в лохмотья. Арне считает, что при жизни это была молодая красивая дворянка.
– Как он смог определить такое по останкам?
– То, что молодая и стройная, видно по костям, да и волосы были роскошные. А принадлежность к благородному сословию определил по ногтям. У крестьянок не бывает таких длинных и ухоженных ногтей. Её заперли там умирать от голода. Может, ещё приходили полюбоваться на мучения. На ошейнике с внутренней стороны сделаны шипы. Предки были суровыми, и за ними числится много такого, о чём не принято вспоминать, но эти бароны явно чокнутые.
– Алекс не такой! – возразила Альда.
– Алекс мал, но у него уже сейчас гонору больше, чем хотелось бы видеть. Ты этого не замечаешь, потому что ему ровня. Вспомни себя маленькой. Ты дружила со всеми детьми своего возраста, а то и старше, не делая различий, есть в них благородная кровь или нет. А он весь день мается от скуки и отсутствия друзей, хотя у конюха есть сынок девяти лет. Славный мальчишка, вы брали у него лук. Гленом его зовут. Но воспитание не позволяет Алексу близко общаться с теми, кто ниже его по положению. Да и ты подаёшь пример.
