Лани поморщилась на «тётю», но уложила Алекса и присела рядом на кровать.
Альда с помощью Леоры сбросила сапоги и принялась снимать костюм.
– Ничего себе! – высказалась баронесса, осматривая пострадавший бок. – Кто это тебя так?
– Волки, кто же ещё.
– Неужели они таскали тебя по земле? – недоверчиво спросила Леора. – Следов от зубов не видно.
– Мне не хватало только их зубов, – проворчала Альда и пододвинула к себе поднос с ужином. – Сбил один с ног и сломал лук, пришлось кончить кинжалом. Повезло, что там был мох.
– А сколько их было? – спросила Лани.
– Я убила девять, и двое удрали. Послушайте, имейте совесть! Дайте поесть.
Борясь со сном, она съела хлеб и ветчину, поставила поднос на прикроватный шкафчик и легла спать.
Девушки укутали мальчика одеялом, погасили масляную лампу и ушли.
Утром Альда чувствовала себя почти нормально. Немного болела рука, а синяк начал желтеть. Плохо было то, что желтизна начала расползаться по телу. Даже шея и нижняя часть лица отчётливо отсвечивали жёлтым.
– Красавица, – сказала девушка, осмотрев себя в зеркало. – Точно сегодня буду иметь большой успех. Ну и ладно, не сидеть же из-за этого в комнате. Когда ещё пройдёт эта гадость.
Она занялась Алексом, а потом наскоро привела в порядок себя и вместе с сыном поспешила в трапезную.
Как обычно в последнее время, они вошли в зал одними из последних. Девушка, не поднимая глаз, прошла на своё место, усадила сына и села сама.
– Здравствуйте, Альда, – поздоровался Джок. – Как самочувствие? Вчера вы выглядели очень уставшей. И ещё этот ушиб...
– Здравствуйте, Джок. Всё нормально, за исключением цвета кожи. Когда шла сюда, посмотрела в зеркало. Половина лица была жёлтой, как спелая тыква. Как сейчас?
– Сейчас вы вся такая, но это не страшно. В вашем возрасте синяки проходят быстро, зато слава остаётся. О ваших девяти хвостах уже слагают легенды. Вы встретили патруль?
– Было такое, а что?
– Вами и раньше восхищались в армии герцога, а теперь все говорят только о вас и о вашей охоте на волков. Знаете, как они вас прозвали? Нет? Альда неистовая. А барсы* срочно ищут волчий хвост, чтобы закрепить его в вашу честь на знамени полка.
(* барсы – пехотный полк герцога, эмблемой которого была голова оскалившегося барса)
– Хорошо, что не назвали бешеной. Взрослые мужчины, а ведут себя как мальчишки. Пусть забирают себе хоть все эти хвосты.
– Я скажу, – кивнул Джок. – Ладно, давайте есть. Сегодня у нас оленина.
– А я так и не нашла ни одного оленя, – вздохнула Альда.
– Так вы на оленей охотились, а не на волков? – удивился Джок.
– По-вашему, я ненормальная? Это не я на них, а они на меня охотились. Оленей там не было.
– Здесь их уже давно выбили. За оленями ездят гораздо дальше. Вам надо было справиться у местных.
– В следующий раз обязательно справлюсь, – пообещала девушка и занялась необыкновенно вкусной и нежной олениной.
В этот раз она тоже поела раньше многих и поднялась из-за стола. При дворе герцога не придерживались правила, по которому покидать стол можно было только после того, как это сделал хозяин.
– Мне надо с вами поговорить. Вы сможете уделить мне внимание? – спросил Джок.
– Могли бы не спрашивать. Мне не жалко для вас ничего, тем более времени, которого у меня здесь много.
– Тогда давайте договоримся, когда и где встретимся. Вы не против прогулки по двору? Дождя нет да и ветер не сильный.
– С удовольствием. Только отведу Алекса, верну Амели куртку и навещу отца.
– Значит, я жду вас через пару свечей. Только оденьтесь потеплее.
Отец очень обрадовался приходу Альды. Он сидел на кровати и поднялся ей навстречу, успев сделать несколько шагов.
– Вижу, что ты уже бегаешь, – обнимая его, сказала дочь. – Давай сядем.
– Ты что это вся жёлтая? Вчера сказали, что ты была на охоте и вернулась с добычей. Кого подстрелила?
– Оленей не было, поэтому пришлось застрелить девять волков. Точнее, застрелила восемь, а девятого порезала на ремни твоим кинжалом. Этот паршивец поломал мне лук. Теперь все судачат о твоей дочери, особенно солдаты и офицеры герцога.
– Ты шутишь?
– Немного. А что остаётся делать, после того как сделаешь глупость? Вчера я крепко влипла, думала, что уже не выкручусь. А желтизна от ушиба.
Отец крепко прижал её к себе, и они недолго сидели молча.
Джок ждал Альду во дворе, запахнувшись в тёплый шерстяной плащ. Он не надел капюшон, и ветер трепал пряди начавших седеть волос.
– Надела куртку отца, – сказала девушка. – Свою я вчера так замарала, что пришлось выбросить. Я похожа на пугало?
– Вы прекрасны, и любая одежда вам к лицу. И не надо смущаться: я гожусь вам в отцы. Давайте пройдёмся. Когда я иду, легче думается. Я хочу поговорить о том, о чём редко говорят с девушками вашего возраста. Начать придётся издалека. Отец когда-нибудь говорил с вами о расстановке сил в королевстве?
– Не было таких разговоров.
– Тогда я вкратце заполню этот пробел. У нас, как и в других королевствах, в высшем дворянстве существует несколько кланов, имеющих свои интересы. Его величество представляет только один из них и не обладает всей полнотой власти. Это вынуждает его искать союзников и бороться с врагами. В обычное время такое положение терпимо, но в критические моменты может быть гибельным для королевства. А у нас всё усугубилось тем, что отец Андре слишком рано умер и не успел должным образом подготовить сына к правлению. Королю пришлось учиться на своих ошибках, а за ошибки приходиться платить. Всё это привело к тому, что, когда в королевство вторгся сильный враг, мы оказались на грани поражения и проиграли бы, если бы не Аликсан. За помощь в подавлении мятежа король сделал Серга герцогом этой провинции. Но он не имеет здесь корней, очень молод и к тому же холост. Я не буду говорить о том, каким объектом влияния на герцога может стать его жена, сами должны понимать. В королевстве разгорелись нешуточные страсти по поводу поиска претенденток на эту роль. Чтобы задавить эту возню и помочь герцогу, сюда привезли Леору. Сделал это герцог Лантар. Их помолвка была формальной, хотя они нравились друг другу и одно время были близки. А теперь я расскажу о том, что пока мало кому известно. Причина разрыва помолвки с Леорой в том, что герцог был вынужден пойти на помолвку с сестрой короля.
– Тогда почему она приревновала меня к герцогу?
– Кто поймёт влюблённую женщину? Да и помолвка – это ещё не свадьба. Мало ли что может случиться! И если вы с герцогом...
– Да не нужен мне ваш герцог!
– Не торопитесь и дослушайте до конца. Вы очень красивы...
– Какое это имеет значение?
– Самое прямое. Силу женской красоты может оценить только мужчина, потому что она бьёт по его сути. Если красотка глупа или развратна, можно найти в себе силы не поддаться магии красоты. Но если она умна и обладает многими достоинствами, то устоять почти невозможно. Защитой может служить другая любовь, иногда долг или преклонный возраст. Так вот, вы из таких. Мало родить ребёнка, лишь правильное воспитание и неустанная забота способны привести к появлению такого чуда, как вы. Я знаю, что вы росли без матери, и в том, что вы такая, большая заслуга отца. Красотой человека наделяют боги, остальное в нём воспитывают другие, или же он делает это сам. Я видел очень много красивых женщин, которые, в сущности, ничем не отличались от кур.
– Это правильно, но при чём здесь я?
– Вы всё прекрасно поняли, просто не хотите признать очевидные факты. При дворе герцога появляется ослепительно красивая молодая девушка, умная, волевая, смелая, способная на самопожертвование ради дорогих для неё людей. Поверьте, что такое сочетание качеств – это величайшая редкость, а на юношей такие, как вы, действуют как удар грома.
– Вы хотите сказать, что герцог...
– В этом герцог ничем не отличается от вашего лейтенанта.
– Это ваш лейтенант, а не мой, я воспринимаю его только как друга. Но если это так, мне тем более непонятно поведение герцога.
– Чтобы понять Серга, его надо лучше знать. У него уже были любимые женщины, но они погибли. Тот, кто в этом виновен, наказан, и опасности нет, но остаются обязательства перед принцессой. Конечно, мужчина может разорвать помолвку, но в его случае это чревато большими неприятностями для новой избранницы. Он просто боится, Альда! Боится за вас и боится своей любви, поэтому защищается, как может. А его ещё тяготят невыразительная внешность и низкий рост.
– Вот уж глупости! Это для вас главное – красота, женщины ценят в мужчинах другие качества.
– Настоящие женщины. Поклонницы нашего Джолина вряд ли с вами согласятся.
– И что теперь делать? Ну не люблю я герцога! И рост здесь ни при чём.
– Вот вам и ответ. Он на вас запал, но не чувствует интереса с вашей стороны. Не слишком высоко оценивая свою внешность и понимая, что вы не из тех, кто обменяет себя на богатство и знатность, он не решается бороться за вашу любовь и начинает спешно возводить между вами преграду, чем обижает до глубины души. Ответьте, он вам неприятен?
– Я его почти не знаю. Как он может нравиться или нет? Я благодарна за всё, что он сделал для меня и отца, но не претендую на его внимание, а вскоре вообще отсюда уеду. Может быть, тогда всё вернётся к тому, что было до нашего появления.
– Иногда меня поражает ваш ум. Если не видеть лица, можно подумать, что говорит женщина в летах, а не пятнадцатилетняя девушка.
– Мне пятнадцать с половиной!
– А сейчас вы рассуждаете как ребёнок. В реке нельзя дважды войти в одну и ту же воду. Поверьте мне, что ничего не вернётся.
– Давайте возвращаться, а то я замёрзла. Спасибо за разъяснение, но оно не добавило мне счастья.
– Я не обещал вам счастья, за него нужно бороться самой. А знание причин поступков людей, от которых ты зависишь, бывает очень полезным.
После злосчастной охоты отношения с Лани заметно улучшились. Она охотно общалась с Альдой, время от времени забегала к ней поболтать или повозиться с Алексом, даже опять приглашала к себе. Но Альда воспользовалась таким приглашением только один раз, когда зашла за книгой. Сегодня книга была дочитана, и девушка решила её вернуть.
Свернув в ту часть дворца, которую занимали герцог и его сестра, девушка услышала необычную музыку и мужской голос, певший под неё на незнакомом языке. Альда подошла ближе к покоям герцога и застыла, слушая песню. Хорошо, что никто не прошёл мимо. Когда закончилось пение, она вернулась к себе. В душе почему-то осталось щемящее чувство тоски и ощущение потери чего-то важного и дорогого.
«Этот герцог, наверное, колдун, – думала она. – И песни у него такие же. Ну не люблю я его! Тогда почему всё, что с ним связано, так сильно меня задевает и мешает спокойно жить? Нет, отсюда нужно уезжать и побыстрей, тем более что отец уже почти нормально ходит по лазарету и на днях хотел перебраться в свою комнату».
На следующий день Лани выглядела грустной.
– Скоро брат уйдёт в поход, – сказала она подруге. – И это не на день-два, а надолго. Сотхемцы сильно воюют, так что всё может случиться, а я не переживу его смерть.
– Зачем заранее расстраиваться? – возразила Альда. – Когда твой брат воевал с мятежниками, он победил быстро и малыми силами, а теперь совсем другая армия.
– Может и так, – вздохнула Лани, – но мне всё равно за него страшно.
– Я с отцом и Алексом тоже уеду через два-три дня.
– Тебе-то куда так спешить? И отец не долечился, и на дорогах грязь. Тебя отсюда гонят или мы чем-то обидели? Или ты, как и мой брат, считаешь, что бегство может что-то решить?
– Это ты о чём? – спросила Альда.
– Сама знаешь о чём! Вы считаете меня ребёнком, а сами что творите? Если так хочешь уехать, уезжай – никто не станет удерживать!
На следующий день после этого разговора отец покинул лазарет и почти самостоятельно перебрался в свою комнату. Помощь потребовалась только для того, чтобы подняться по лестнице.
– Ничего, – слегка задыхаясь после подъёма, сказал он, – ещё два дня, и я тут буду скакать козлом.
Комната понравилась.
– Даже жаль, что не придётся в ней толком пожить.
Вечером к нему неожиданно зашёл сам герцог.
– Вижу, что вы почти поправились, – сказал он. – Когда собираетесь в путь?
– Я думал дня через три-четыре, но дочь торопит, так что поедем послезавтра.
– Ну что же, через два дня после вас выйдем и мы. Вам приготовят экипаж, и барон Лишней обеспечит охраной. – Герцог попрощался и ушёл.
Утром отец самостоятельно добрался до трапезного зала, но походы с преодолением лестницы были пока тяжелы, поэтому обедал он в своей комнате.
– Жаль, что вы уезжаете, Альда, – сказал на следующий день Джок, – мне будет вас не хватать. Я надеялся, что задержитесь до холодов, а то и перезимуете во дворце. Герцог уходит в поход, а тут ещё ваш отъезд. Лани будет одиноко. Если позволят дела, я навещу вас и посмотрю, как устроились. Я обещал проверить конюха и сдержал слово. Похоже, что он ни в чём не виноват и постарался кто-то из слуг. Инициатива исходила от старого барона, и с его смертью исчезла опасность для Алекса. Альда, я прошу вас зайти ко мне после завтрака, хочется сделать на прощанье подарок.
Подарком оказался лёгкий меч в богато изукрашенных ножнах. Альда взяла его и наполовину вынула из ножен.
– В нём очень хорошая сталь, – сказал Джок. – Не пробуйте заточку рукой: порежете пальцы. Будьте осторожны, пока отец не научит им пользоваться. Советую при отъезде закрепить его на поясе и начать путь верхом. Потом можете пересесть к отцу в экипаж.
– Зачем это? – с подозрением спросила девушка.
– Это сюрприз, но, так и быть, скажу. Барсы решили устроить торжественные проводы своего кумира. Не удивлюсь, если вы удостоитесь воинских почестей. Ваши хвосты уже висят на их знамени. Вам тоже не стоит удивляться. Эти парни ценят личное мужество и верность долгу, а вы в избытке одарены этими качествами и не раз это доказали. А ещё вы очень красивая, хрупкая девушка, так что многие из них в вас влюблены. Их командир получил у герцога разрешение на это мероприятие. Хотели и другие, но там мало места, так что это только для барсов. Остальные теперь желчно завидуют.
– Мальчишки, – улыбнулась Альда. – И что я должна делать?
– Если они обнажат оружие, обнажите в ответ свой меч. Только потом аккуратно вставляйте в ножны, не порежьтесь. У себя немного потренируетесь.
– Мама, можно я его понесу? – спросил до того молчавший Алекс.
– Неси, но не вздумай вытаскивать.
Прощание состоялось на следующий день, сразу после завтрака.
Альда с помощью Леоры сбросила сапоги и принялась снимать костюм.
– Ничего себе! – высказалась баронесса, осматривая пострадавший бок. – Кто это тебя так?
– Волки, кто же ещё.
– Неужели они таскали тебя по земле? – недоверчиво спросила Леора. – Следов от зубов не видно.
– Мне не хватало только их зубов, – проворчала Альда и пододвинула к себе поднос с ужином. – Сбил один с ног и сломал лук, пришлось кончить кинжалом. Повезло, что там был мох.
– А сколько их было? – спросила Лани.
– Я убила девять, и двое удрали. Послушайте, имейте совесть! Дайте поесть.
Борясь со сном, она съела хлеб и ветчину, поставила поднос на прикроватный шкафчик и легла спать.
Девушки укутали мальчика одеялом, погасили масляную лампу и ушли.
Утром Альда чувствовала себя почти нормально. Немного болела рука, а синяк начал желтеть. Плохо было то, что желтизна начала расползаться по телу. Даже шея и нижняя часть лица отчётливо отсвечивали жёлтым.
– Красавица, – сказала девушка, осмотрев себя в зеркало. – Точно сегодня буду иметь большой успех. Ну и ладно, не сидеть же из-за этого в комнате. Когда ещё пройдёт эта гадость.
Она занялась Алексом, а потом наскоро привела в порядок себя и вместе с сыном поспешила в трапезную.
Как обычно в последнее время, они вошли в зал одними из последних. Девушка, не поднимая глаз, прошла на своё место, усадила сына и села сама.
– Здравствуйте, Альда, – поздоровался Джок. – Как самочувствие? Вчера вы выглядели очень уставшей. И ещё этот ушиб...
– Здравствуйте, Джок. Всё нормально, за исключением цвета кожи. Когда шла сюда, посмотрела в зеркало. Половина лица была жёлтой, как спелая тыква. Как сейчас?
– Сейчас вы вся такая, но это не страшно. В вашем возрасте синяки проходят быстро, зато слава остаётся. О ваших девяти хвостах уже слагают легенды. Вы встретили патруль?
– Было такое, а что?
– Вами и раньше восхищались в армии герцога, а теперь все говорят только о вас и о вашей охоте на волков. Знаете, как они вас прозвали? Нет? Альда неистовая. А барсы* срочно ищут волчий хвост, чтобы закрепить его в вашу честь на знамени полка.
(* барсы – пехотный полк герцога, эмблемой которого была голова оскалившегося барса)
– Хорошо, что не назвали бешеной. Взрослые мужчины, а ведут себя как мальчишки. Пусть забирают себе хоть все эти хвосты.
– Я скажу, – кивнул Джок. – Ладно, давайте есть. Сегодня у нас оленина.
– А я так и не нашла ни одного оленя, – вздохнула Альда.
– Так вы на оленей охотились, а не на волков? – удивился Джок.
– По-вашему, я ненормальная? Это не я на них, а они на меня охотились. Оленей там не было.
– Здесь их уже давно выбили. За оленями ездят гораздо дальше. Вам надо было справиться у местных.
– В следующий раз обязательно справлюсь, – пообещала девушка и занялась необыкновенно вкусной и нежной олениной.
В этот раз она тоже поела раньше многих и поднялась из-за стола. При дворе герцога не придерживались правила, по которому покидать стол можно было только после того, как это сделал хозяин.
– Мне надо с вами поговорить. Вы сможете уделить мне внимание? – спросил Джок.
– Могли бы не спрашивать. Мне не жалко для вас ничего, тем более времени, которого у меня здесь много.
– Тогда давайте договоримся, когда и где встретимся. Вы не против прогулки по двору? Дождя нет да и ветер не сильный.
– С удовольствием. Только отведу Алекса, верну Амели куртку и навещу отца.
– Значит, я жду вас через пару свечей. Только оденьтесь потеплее.
Отец очень обрадовался приходу Альды. Он сидел на кровати и поднялся ей навстречу, успев сделать несколько шагов.
– Вижу, что ты уже бегаешь, – обнимая его, сказала дочь. – Давай сядем.
– Ты что это вся жёлтая? Вчера сказали, что ты была на охоте и вернулась с добычей. Кого подстрелила?
– Оленей не было, поэтому пришлось застрелить девять волков. Точнее, застрелила восемь, а девятого порезала на ремни твоим кинжалом. Этот паршивец поломал мне лук. Теперь все судачат о твоей дочери, особенно солдаты и офицеры герцога.
– Ты шутишь?
– Немного. А что остаётся делать, после того как сделаешь глупость? Вчера я крепко влипла, думала, что уже не выкручусь. А желтизна от ушиба.
Отец крепко прижал её к себе, и они недолго сидели молча.
Джок ждал Альду во дворе, запахнувшись в тёплый шерстяной плащ. Он не надел капюшон, и ветер трепал пряди начавших седеть волос.
– Надела куртку отца, – сказала девушка. – Свою я вчера так замарала, что пришлось выбросить. Я похожа на пугало?
– Вы прекрасны, и любая одежда вам к лицу. И не надо смущаться: я гожусь вам в отцы. Давайте пройдёмся. Когда я иду, легче думается. Я хочу поговорить о том, о чём редко говорят с девушками вашего возраста. Начать придётся издалека. Отец когда-нибудь говорил с вами о расстановке сил в королевстве?
– Не было таких разговоров.
– Тогда я вкратце заполню этот пробел. У нас, как и в других королевствах, в высшем дворянстве существует несколько кланов, имеющих свои интересы. Его величество представляет только один из них и не обладает всей полнотой власти. Это вынуждает его искать союзников и бороться с врагами. В обычное время такое положение терпимо, но в критические моменты может быть гибельным для королевства. А у нас всё усугубилось тем, что отец Андре слишком рано умер и не успел должным образом подготовить сына к правлению. Королю пришлось учиться на своих ошибках, а за ошибки приходиться платить. Всё это привело к тому, что, когда в королевство вторгся сильный враг, мы оказались на грани поражения и проиграли бы, если бы не Аликсан. За помощь в подавлении мятежа король сделал Серга герцогом этой провинции. Но он не имеет здесь корней, очень молод и к тому же холост. Я не буду говорить о том, каким объектом влияния на герцога может стать его жена, сами должны понимать. В королевстве разгорелись нешуточные страсти по поводу поиска претенденток на эту роль. Чтобы задавить эту возню и помочь герцогу, сюда привезли Леору. Сделал это герцог Лантар. Их помолвка была формальной, хотя они нравились друг другу и одно время были близки. А теперь я расскажу о том, что пока мало кому известно. Причина разрыва помолвки с Леорой в том, что герцог был вынужден пойти на помолвку с сестрой короля.
– Тогда почему она приревновала меня к герцогу?
– Кто поймёт влюблённую женщину? Да и помолвка – это ещё не свадьба. Мало ли что может случиться! И если вы с герцогом...
– Да не нужен мне ваш герцог!
– Не торопитесь и дослушайте до конца. Вы очень красивы...
– Какое это имеет значение?
– Самое прямое. Силу женской красоты может оценить только мужчина, потому что она бьёт по его сути. Если красотка глупа или развратна, можно найти в себе силы не поддаться магии красоты. Но если она умна и обладает многими достоинствами, то устоять почти невозможно. Защитой может служить другая любовь, иногда долг или преклонный возраст. Так вот, вы из таких. Мало родить ребёнка, лишь правильное воспитание и неустанная забота способны привести к появлению такого чуда, как вы. Я знаю, что вы росли без матери, и в том, что вы такая, большая заслуга отца. Красотой человека наделяют боги, остальное в нём воспитывают другие, или же он делает это сам. Я видел очень много красивых женщин, которые, в сущности, ничем не отличались от кур.
– Это правильно, но при чём здесь я?
– Вы всё прекрасно поняли, просто не хотите признать очевидные факты. При дворе герцога появляется ослепительно красивая молодая девушка, умная, волевая, смелая, способная на самопожертвование ради дорогих для неё людей. Поверьте, что такое сочетание качеств – это величайшая редкость, а на юношей такие, как вы, действуют как удар грома.
– Вы хотите сказать, что герцог...
– В этом герцог ничем не отличается от вашего лейтенанта.
– Это ваш лейтенант, а не мой, я воспринимаю его только как друга. Но если это так, мне тем более непонятно поведение герцога.
– Чтобы понять Серга, его надо лучше знать. У него уже были любимые женщины, но они погибли. Тот, кто в этом виновен, наказан, и опасности нет, но остаются обязательства перед принцессой. Конечно, мужчина может разорвать помолвку, но в его случае это чревато большими неприятностями для новой избранницы. Он просто боится, Альда! Боится за вас и боится своей любви, поэтому защищается, как может. А его ещё тяготят невыразительная внешность и низкий рост.
– Вот уж глупости! Это для вас главное – красота, женщины ценят в мужчинах другие качества.
– Настоящие женщины. Поклонницы нашего Джолина вряд ли с вами согласятся.
– И что теперь делать? Ну не люблю я герцога! И рост здесь ни при чём.
– Вот вам и ответ. Он на вас запал, но не чувствует интереса с вашей стороны. Не слишком высоко оценивая свою внешность и понимая, что вы не из тех, кто обменяет себя на богатство и знатность, он не решается бороться за вашу любовь и начинает спешно возводить между вами преграду, чем обижает до глубины души. Ответьте, он вам неприятен?
– Я его почти не знаю. Как он может нравиться или нет? Я благодарна за всё, что он сделал для меня и отца, но не претендую на его внимание, а вскоре вообще отсюда уеду. Может быть, тогда всё вернётся к тому, что было до нашего появления.
– Иногда меня поражает ваш ум. Если не видеть лица, можно подумать, что говорит женщина в летах, а не пятнадцатилетняя девушка.
– Мне пятнадцать с половиной!
– А сейчас вы рассуждаете как ребёнок. В реке нельзя дважды войти в одну и ту же воду. Поверьте мне, что ничего не вернётся.
– Давайте возвращаться, а то я замёрзла. Спасибо за разъяснение, но оно не добавило мне счастья.
– Я не обещал вам счастья, за него нужно бороться самой. А знание причин поступков людей, от которых ты зависишь, бывает очень полезным.
После злосчастной охоты отношения с Лани заметно улучшились. Она охотно общалась с Альдой, время от времени забегала к ней поболтать или повозиться с Алексом, даже опять приглашала к себе. Но Альда воспользовалась таким приглашением только один раз, когда зашла за книгой. Сегодня книга была дочитана, и девушка решила её вернуть.
Свернув в ту часть дворца, которую занимали герцог и его сестра, девушка услышала необычную музыку и мужской голос, певший под неё на незнакомом языке. Альда подошла ближе к покоям герцога и застыла, слушая песню. Хорошо, что никто не прошёл мимо. Когда закончилось пение, она вернулась к себе. В душе почему-то осталось щемящее чувство тоски и ощущение потери чего-то важного и дорогого.
«Этот герцог, наверное, колдун, – думала она. – И песни у него такие же. Ну не люблю я его! Тогда почему всё, что с ним связано, так сильно меня задевает и мешает спокойно жить? Нет, отсюда нужно уезжать и побыстрей, тем более что отец уже почти нормально ходит по лазарету и на днях хотел перебраться в свою комнату».
На следующий день Лани выглядела грустной.
– Скоро брат уйдёт в поход, – сказала она подруге. – И это не на день-два, а надолго. Сотхемцы сильно воюют, так что всё может случиться, а я не переживу его смерть.
– Зачем заранее расстраиваться? – возразила Альда. – Когда твой брат воевал с мятежниками, он победил быстро и малыми силами, а теперь совсем другая армия.
– Может и так, – вздохнула Лани, – но мне всё равно за него страшно.
– Я с отцом и Алексом тоже уеду через два-три дня.
– Тебе-то куда так спешить? И отец не долечился, и на дорогах грязь. Тебя отсюда гонят или мы чем-то обидели? Или ты, как и мой брат, считаешь, что бегство может что-то решить?
– Это ты о чём? – спросила Альда.
– Сама знаешь о чём! Вы считаете меня ребёнком, а сами что творите? Если так хочешь уехать, уезжай – никто не станет удерживать!
На следующий день после этого разговора отец покинул лазарет и почти самостоятельно перебрался в свою комнату. Помощь потребовалась только для того, чтобы подняться по лестнице.
– Ничего, – слегка задыхаясь после подъёма, сказал он, – ещё два дня, и я тут буду скакать козлом.
Комната понравилась.
– Даже жаль, что не придётся в ней толком пожить.
Вечером к нему неожиданно зашёл сам герцог.
– Вижу, что вы почти поправились, – сказал он. – Когда собираетесь в путь?
– Я думал дня через три-четыре, но дочь торопит, так что поедем послезавтра.
– Ну что же, через два дня после вас выйдем и мы. Вам приготовят экипаж, и барон Лишней обеспечит охраной. – Герцог попрощался и ушёл.
Утром отец самостоятельно добрался до трапезного зала, но походы с преодолением лестницы были пока тяжелы, поэтому обедал он в своей комнате.
– Жаль, что вы уезжаете, Альда, – сказал на следующий день Джок, – мне будет вас не хватать. Я надеялся, что задержитесь до холодов, а то и перезимуете во дворце. Герцог уходит в поход, а тут ещё ваш отъезд. Лани будет одиноко. Если позволят дела, я навещу вас и посмотрю, как устроились. Я обещал проверить конюха и сдержал слово. Похоже, что он ни в чём не виноват и постарался кто-то из слуг. Инициатива исходила от старого барона, и с его смертью исчезла опасность для Алекса. Альда, я прошу вас зайти ко мне после завтрака, хочется сделать на прощанье подарок.
Подарком оказался лёгкий меч в богато изукрашенных ножнах. Альда взяла его и наполовину вынула из ножен.
– В нём очень хорошая сталь, – сказал Джок. – Не пробуйте заточку рукой: порежете пальцы. Будьте осторожны, пока отец не научит им пользоваться. Советую при отъезде закрепить его на поясе и начать путь верхом. Потом можете пересесть к отцу в экипаж.
– Зачем это? – с подозрением спросила девушка.
– Это сюрприз, но, так и быть, скажу. Барсы решили устроить торжественные проводы своего кумира. Не удивлюсь, если вы удостоитесь воинских почестей. Ваши хвосты уже висят на их знамени. Вам тоже не стоит удивляться. Эти парни ценят личное мужество и верность долгу, а вы в избытке одарены этими качествами и не раз это доказали. А ещё вы очень красивая, хрупкая девушка, так что многие из них в вас влюблены. Их командир получил у герцога разрешение на это мероприятие. Хотели и другие, но там мало места, так что это только для барсов. Остальные теперь желчно завидуют.
– Мальчишки, – улыбнулась Альда. – И что я должна делать?
– Если они обнажат оружие, обнажите в ответ свой меч. Только потом аккуратно вставляйте в ножны, не порежьтесь. У себя немного потренируетесь.
– Мама, можно я его понесу? – спросил до того молчавший Алекс.
– Неси, но не вздумай вытаскивать.
Прощание состоялось на следующий день, сразу после завтрака.
