Мало того что они удивились такому скорому отъезду, так теперь ты повадишься ко мне ездить. А если попросили кого из соседей за мной присмотреть? И сам погоришь, и меня спалишь!
– Наведёшь меня на нужных людей, и я больше не появлюсь, – пообещал Верн. – Мне нужен кто-нибудь, имеющий доступ во дворец князя, кого можно купить или чем-нибудь запугать, а лучше и то и другое. И ещё одно. Знаешь умелых и решительных людей, которые за большие деньги убьют для меня одного человека?
– Смотря какого человека и за какие деньги, – сказал Истома. – А о княжьих слугах я сейчас не скажу, нужно кое с кем посоветоваться.
– Ты неправ, – возразил Джону князь. – Я понимаю пользу учёбы и то, что ты мне говорил, но это взгляд только с одной стороны! А теперь посмотрим с другой. Чтобы учить многих, нужны школы, для которых нет ничего. Дома для такого дела мужики построят сами, но где взять столько грамотных людей? Храмы нам их не дадут, и купцы не отдадут своих приказчиков. Я сам не отдам дьяков, потому что каждый из них при деле. Есть грамотные среди бояр, но им плевать на учёбу черни. Понадобится многое, кроме учителей, если ты не хочешь ограничиться письмом. От такой грамотности мало проку. У меня на носу война с западными королевствами и вашим народом, а я буду тратить деньги на обучение крестьян! Знаешь, что мне скажут другие князья и что обо мне подумают в моём княжестве? Всякому делу своё время. Тебе нужны грамотные помощники, вот ты их набирай и учи. На это я деньги найду, лишь бы ты нашёл время.
– Столько времени пропадает зря! – с досадой сказал эльф. – Может, мы переберёмся к Глебу? Тогда я мог бы подобрать себе помощников и до весны хоть чему-нибудь их научить. Ты прав, князь, весной мне будет не до учёбы.
– Нет! – отрезал Василий. – В слободе не построили ни одного дома, а жить у Глеба слишком опасно. Как дитя малое, честное слово! Из всего того, что он привёз, ты для меня самый важный. Думаешь, ваши этого не понимают?
– Я зайду, князь? – приоткрыл дверь воевода. – Наш разъезд перехватил гонца с письмом от принца пшеков.
– От Мартина? – удивился князь. – Он же ещё мальчишка. А кому письмо?
– Написано, что шевалье Березовскому или тебе.
– Что за дела у Глеба с принцем? Он ничего об этом не говорил. Где письмо?
– У гонца, – ответил Трифон. – Гонец с дружинниками в коридоре. Звать или принести письмо?
– Зови, – решил князь. – Послушаем, что он скажет.
Воевода сходил за мужиком, волосатостью и размерами походившим на медведя. На боку у него висели пустые ножны от меча.
– Я князь, – сказал Василий, протягивая руку. – Давай сюда письмо!
Мужик торопливо полез за пазуху и вынул помятый конверт, который отдал князю.
– То, о чём я тебе говорил, – сказал тот Джону, прочитав его содержимое. – Эльфы вас знают и ищут, чтобы оторвать головы. Здесь есть описание человека, который вместе с эльфийским посланником ходил к королю пшеков. Есть и имя, которым себя назвал человек, но если он будет у нас, назовётся иначе. Судя по описанию, он очень красив.
– Можно сказать, князь? – вмешался Трифон. – Вместе с этим гонцом ехали наши крестьяне и ещё двое. Один из них назвался купцом, так вот, он из красавчиков. Объяснил, что приехал по торговым делам к нашему Истоме, а когда заехали к купцу, тот сказал, что гость уже закончил свои дела и решил вернуться.
– Декаду переться сюда по морозу и столько же ехать обратно, только чтобы что-то решить с Истомой, – удивился князь. – Твои его не встречали?
– В сторону пшеков никто не ехал, – ответил воевода, – но он мог остановиться в одном из двух трактиров на тракте. Только безумец выйдет зимой в такой путь без спутников. Я пошлю дружинников проверить трактиры, но думаю, что нам соврали и там никого не найдём.
– Неужели нас считают такими глупцами? – с недоумением сказал князь. – Или глуп приехавший? Если бы он остался у купца, никто бы к нему не цеплялся.
– В прошлом году мы не посылали разъезды на тракт, – возразил Трифон. – И об этом письме никто не мог знать. Если этот купец замыслил злое, он не думает здесь задерживаться, иначе всё сделал бы по-другому. Взять Истому под стражу?
– Подождём, – решил князь. – Наш маг в отъезде, а я не хочу привлекать Корна. Нечего ему здесь делать без Ивана. Корн помог Глебу, потому что ненавидит эльфов, но он и нас не любит, поэтому у меня нет ему веры. А без мага Истому трогать не будем. Упрётся, и что тогда? Даже если признается в пыточной, купцам это придётся не по нраву, а я на них очень рассчитываю. Усиль охрану и установи присмотр за домом Истомы и за ним самим. Через два дня вернётся Иван, тогда буду решать. И Глебу передайте, чтобы в город пока не ездил.
Часом позже гонец от воеводы передал Глебу приказ князя не выезжать из Берёзовки, да и дома соблюдать осторожность.
– Получено письмо, что эльфы замыслили вас извести, – сказал дружинник. – Князь опасается, что те, кому это поручено, уже в столице, поэтому никаких поездок быть не должно, разве что в слободу, да и то под охраной.
– Передайте воеводе, что будем беречься, – ответил расстроенный Глеб. Он думал съездить к Джону и обсудить с ним кое-какие вопросы, а теперь это запретили.
– Мы скоро поедем? – спросила заглянувшая в комнату Венди. – Я уже почти оделась.
– Поездка откладывается, – огорчил он жену. – Придётся тебе поскучать без Евдокии. Милая, я здесь ни при чём. Нам запрещено князем куда-либо выезжать. Мне сказали, что откуда-то пришло письмо, что нас хотят убить твои сородичи. Вроде бы даже кого-то уже прислали. Так что я и сам не поеду, и тебя не пущу. У княжны есть Клэр, а у тебя – я.
– Значит, уделишь мне внимание! – сказала Венди. – Только сначала реши дела со своим Макаром, чтобы потом от меня не отрываться.
– А он разве приехал? – воскликнул Глеб. – Что же ты молчала!
Макар был его первым помощником во всех делах, связанных со слободой. Пятнадцать дней назад он с охраной отправился в соседнее Рутенское княжество, в котором, по слухам, было что-то, напоминавшее серу, как её описал Джон.
– Собрались же уезжать, – вздохнула жена. – Никуда твой Макар не делся бы. Отдохнул бы с дороги да отогрелся, а потом доложил. Сиди, я сейчас его позову.
Увидев уже снявшего полушубок улыбающегося мужика с сумкой в руке, Глеб усадил его за стол и потребовал ответа:
– Вижу же, что приехал не с пустыми руками! Рассказывай, что тянешь!
– Всё, как говорил ваш эльф, – сказал Макар, развязывая сумку и доставая из неё камешки. – Жёлтые и при нагреве плавятся и воняют. Если зажечь, горит и так бьёт в глаза и печёт грудь, что терпеть никак невозможно! Соседи называют этот камень желчью богов и жгут в подвалах и погребах. После этого в них долго не портятся запасы и нет крыс и мышей. Эта желчь водиться только в одном месте, но её там много. Крупные камни встречаются редко и их нужно вымывать из песка, но в нём много порошка и крупинок, поэтому иной раз жгут не куски желчи, а сильно нагревают сам песок. Говорят, что желчь из него легко выплавлять, но сейчас этим никто не занимается. Я скупил всю, какая была. Погреба очищают по осени, а зимой это редко кому нужно. Набралось двенадцать мешков и эта сумка. Весной можно приехать самим или заказать работу местным. Они дорого не возьмут.
– Молодцы! – похвалил Глеб. – Жаль, что уехал дружинник, отправили бы кусок эльфу. Ладно, завтра кого-нибудь пошлю.
– А что здесь случилось, пока нас не было? – спросил Макар.
– Почти ничего, – ответил Глеб. – Углежогам доставили берёзу, так что к весне у нас будет много угля. Получили бочонки под порох, воск и кое-что ещё из заказанного у кузнецов. Сейчас разбираюсь с пороховой мельницей. Говорил с кузнецами, но у них не хватит бронзы на жернова. Здоровенные, сволочи, а эльф говорит, что и так их сильно уменьшил. За бронзой будем посылать к пшекам, у них она дешевле. Заодно попытаются привезти стеклодува, а то их только два на три княжества и оба не у нас. С гончарами сговорились, но нужно ждать тепла и для них строить.
– Значит, остались только мыши, – сказал Макар. – Зимой не будем отправлять мужиков?
– В горах зимой погибель, а не работа, – ответил Глеб. – Как ни хотелось раньше начать, но придётся ждать тепла. Всё равно для работы многое не готово. Ладно, отвезите всю серу в слободу и отдыхайте. Скажи всем, что выдам награду.
Макар удалился, а вместо него в комнату вошёл Корн.
– Не помешал? – спросил он. – Столкнулся с Венди, а она такая расстроенная, как будто вы с ней поругались. Я не лезу в ваши отношения, не моё это дело, но не связана ли её печаль с гонцом воеводы?
– Связана, – ответил Глеб и рассказал о приказе князя.
– Этого следовало ожидать, – пожал плечами маг. – Правда, я не думал, что всё начнётся так быстро. Не дело воеводе и дружине заниматься убийцами, для этого нужны другие люди. Скажи князю, что нужен тайный приказ.
В языке маозов не было слова «вы», здесь обращались на ты даже к богам, поэтому и он обращался по-простому.
– Скажу, когда отсюда выпустят, – вздохнул Глеб. – Приказ – это дело долгое. Ты в этом лучше разбираешься, сам и скажешь.
– Твой князь меня боится, – усмехнулся Корн. – Виделся только два раза и больше к себе не допускает даже со своим магом. Я его понимаю и не обижаюсь. Пшеки не больно жалуют маозов, ты сам должен был это почувствовать. Мой народ хорошо относится только к своим, но это же можно сказать и о других. Вы терпимее многих, но тоже не очень жалуете соседей.
– Потому и не жалуем, что не жалуют нас, – возразил юноша. – За что мне любить пшеков, которые меня презирают? Отдельных пшеков и я люблю, но не весь народ. С восточными или южными соседями мы живём намного дружней.
– Возможно, ты и прав, – согласился маг. – Я видел, что вернулся Макар. Нашли что-нибудь?
– Нашли много серы, – ответил Глеб. – Теперь дело за селитрой. Плохо, что до тепла остановились работы, а потом их навалится столько...
– Сами виноваты, – сказал Корн. – Джон договорился с князем снять с корабля одну машину для слободы, так зачем для этой работы ждать тепла? Неужели нельзя съездить по льду на санях? Возле корабля есть селение, поэтому будет где жить. Не так уж много времени займёт такая поездка, да и эльфу лучше пока убраться подальше, если на вас началась охота. Или с вашей школой. Ну не успели мы её достроить – велика ли беда? Кто мешает сейчас собрать смышлёных подростков и начать учить? У князя негде их устроить? И учтите, что не нужно учить грамоте, я это сделаю сам.
– Завтра пошлю кого-нибудь к князю с твоими предложениями, – сказал Глеб, – а ребят поищу в Берёзовке и у соседей. Пока будешь с ними заниматься, поживут у меня, а потом отправим к князю. Если Джон уедет к кораблю, их может учить Клэр. Всё равно ей там нечем заняться, кроме болтовни с княжной и её девицами.
– Выбирай не самых малых, чтобы от них уже летом был хоть какой-то толк, – посоветовал Корн. – Набери и для себя. Я дам им грамотность, а твоя жена пусть учит. Они со временем тебе пригодятся, а ей будет чем себя занять. Глеб, ты знаешь, сколько у вас времени? Не понял? Я имею в виду войну.
– Откуда мне знать? – растерялся юноша. – Об этом и князь не знает. Может быть, и сами эльфы ещё не назначили срок.
– Может быть, – согласился маг. – Только хорошо бы сделать так, чтобы, когда они эти сроки назначат, вы о них знали.
– У воеводы на западе есть лазутчики... – неуверенно сказал Глеб. – Когда начнут собирать войско...
– Тогда будет поздно! – оборвал его Корн. – Границу перекроют, а на дорогах будут ловить маозов. Знать нужно заранее! У меня есть один друг, который должен узнать о войне сразу же, как только к ней начнут готовиться. Его можно попытаться убедить отправить сюда гонца. В конце концов, ты можешь сам найти такого человека, прельстив его золотом!
– Я? – растерялся юноша. – Если на меня охотятся здесь, то там и подавно оторвут голову!
– Здесь ты пока не нужен, – сказал маг. – С охраной слободы справятся и без тебя. Маги могут менять не только свою внешность, но и делать то же самое другим. Если я уберу эти веснушки и немного подправлю нос, тебя никто не узнает, а Венди скажет спасибо. Что тебя не устраивает? Здесь ты будешь маяться от безделья, а там сделаешь нужное дело, да ещё выйдешь из-под удара эльфов, потому что никто из них не станет искать тебя на западе. Понятно, что нужно ехать не одному, а с охраной. У Трифона есть дружинники, которых никто не отличит от пшеков. Если не знают язык, я помогу. Мне тоже не очень весело сидеть сиднем в твоём доме, а так хоть какая-то польза.
– На месте князя я взял бы тебя в советники, – вздохнул юноша. – Ладно, я всё напишу и передам князю, а он пусть решает. Но учеников в любом случае нужно набирать, в этом ты прав. Этим завтра и займусь.
Венди, как всегда, почувствовала, что он чем-то взволнован, но решила, что это связано с гонцом воеводы.
– Освободился? – сказала она, подталкивая мужа к кровати. – Сейчас начнёшь уделять мне внимание.
– Маленькая, а жадная, – пошутил он, освобождаясь от одежды. – Я тебе и так уделяю внимание каждую ночь.
– Мне мало ночи! – заявила жена. – С тобой я схожу с ума от счастья, жаль только, что твоё семя пропадает во мне зря! Знаешь, как хочется ребёнка? Я уже почти старуха, а до сих пор ни разу не рожала!
В спальне было жарко натоплено, поэтому она, хоть и была нагой, не спешила забраться под одеяло. Венди знала, как её вид действует на мужа, и это доставляло ей радость и дарило уверенность. Для эльфы она была очень красивой, но среди женщин маозов было много настоящих красавиц, и это помимо воли напрягало. До ужина они вволю наигрались, сделав три захода, а когда отдыхали, Глеб рассказал о разговоре с Корном. К его удивлению, Венди восприняла сказанное довольно спокойно.
– Он прав, – сказала она. – Здесь ты уже страдаешь от безделья, а до тепла ещё далеко. И верного человека среди пшеков нужно найти. Если пойдёшь с дружинниками и побережёшься, всё должно получиться. Интересно, каким ты будешь с новой внешностью? Мне дорог и твой нос, который напоминает наши клубни, но не откажусь и от более красивого. Хотя нос в мужчине не главное, а главное уже, кажется, отдохнуло. Тогда почему мы просто лежим? Если мы с тобой расстанемся, я должна всё получить вперёд!
Утром Глеб сел писать письмо князю. Оно получилось неожиданно большим. Он не только перечислил то, что предложил маг, многое добавил от себя. Закончив писать, юноша свернул лист бумаги в свиток, обвязал шнуром и опечатал. После этого надел шубу и вышел во двор. Там дежурили два дружинника из тех, кого воевода выделил для охраны хранившегося в слободе пороха. Поначалу всё оружие с корабля притащили в подвал княжеского дворца, но узнавший об этом Джон пришёл в ужас и смог убедить князя привезти порох сюда. Дома не успели достроить, но сухие погреба для пороха были готовы, в них и сгрузили бочонки.
– Наведёшь меня на нужных людей, и я больше не появлюсь, – пообещал Верн. – Мне нужен кто-нибудь, имеющий доступ во дворец князя, кого можно купить или чем-нибудь запугать, а лучше и то и другое. И ещё одно. Знаешь умелых и решительных людей, которые за большие деньги убьют для меня одного человека?
– Смотря какого человека и за какие деньги, – сказал Истома. – А о княжьих слугах я сейчас не скажу, нужно кое с кем посоветоваться.
Глава 18
– Ты неправ, – возразил Джону князь. – Я понимаю пользу учёбы и то, что ты мне говорил, но это взгляд только с одной стороны! А теперь посмотрим с другой. Чтобы учить многих, нужны школы, для которых нет ничего. Дома для такого дела мужики построят сами, но где взять столько грамотных людей? Храмы нам их не дадут, и купцы не отдадут своих приказчиков. Я сам не отдам дьяков, потому что каждый из них при деле. Есть грамотные среди бояр, но им плевать на учёбу черни. Понадобится многое, кроме учителей, если ты не хочешь ограничиться письмом. От такой грамотности мало проку. У меня на носу война с западными королевствами и вашим народом, а я буду тратить деньги на обучение крестьян! Знаешь, что мне скажут другие князья и что обо мне подумают в моём княжестве? Всякому делу своё время. Тебе нужны грамотные помощники, вот ты их набирай и учи. На это я деньги найду, лишь бы ты нашёл время.
– Столько времени пропадает зря! – с досадой сказал эльф. – Может, мы переберёмся к Глебу? Тогда я мог бы подобрать себе помощников и до весны хоть чему-нибудь их научить. Ты прав, князь, весной мне будет не до учёбы.
– Нет! – отрезал Василий. – В слободе не построили ни одного дома, а жить у Глеба слишком опасно. Как дитя малое, честное слово! Из всего того, что он привёз, ты для меня самый важный. Думаешь, ваши этого не понимают?
– Я зайду, князь? – приоткрыл дверь воевода. – Наш разъезд перехватил гонца с письмом от принца пшеков.
– От Мартина? – удивился князь. – Он же ещё мальчишка. А кому письмо?
– Написано, что шевалье Березовскому или тебе.
– Что за дела у Глеба с принцем? Он ничего об этом не говорил. Где письмо?
– У гонца, – ответил Трифон. – Гонец с дружинниками в коридоре. Звать или принести письмо?
– Зови, – решил князь. – Послушаем, что он скажет.
Воевода сходил за мужиком, волосатостью и размерами походившим на медведя. На боку у него висели пустые ножны от меча.
– Я князь, – сказал Василий, протягивая руку. – Давай сюда письмо!
Мужик торопливо полез за пазуху и вынул помятый конверт, который отдал князю.
– То, о чём я тебе говорил, – сказал тот Джону, прочитав его содержимое. – Эльфы вас знают и ищут, чтобы оторвать головы. Здесь есть описание человека, который вместе с эльфийским посланником ходил к королю пшеков. Есть и имя, которым себя назвал человек, но если он будет у нас, назовётся иначе. Судя по описанию, он очень красив.
– Можно сказать, князь? – вмешался Трифон. – Вместе с этим гонцом ехали наши крестьяне и ещё двое. Один из них назвался купцом, так вот, он из красавчиков. Объяснил, что приехал по торговым делам к нашему Истоме, а когда заехали к купцу, тот сказал, что гость уже закончил свои дела и решил вернуться.
– Декаду переться сюда по морозу и столько же ехать обратно, только чтобы что-то решить с Истомой, – удивился князь. – Твои его не встречали?
– В сторону пшеков никто не ехал, – ответил воевода, – но он мог остановиться в одном из двух трактиров на тракте. Только безумец выйдет зимой в такой путь без спутников. Я пошлю дружинников проверить трактиры, но думаю, что нам соврали и там никого не найдём.
– Неужели нас считают такими глупцами? – с недоумением сказал князь. – Или глуп приехавший? Если бы он остался у купца, никто бы к нему не цеплялся.
– В прошлом году мы не посылали разъезды на тракт, – возразил Трифон. – И об этом письме никто не мог знать. Если этот купец замыслил злое, он не думает здесь задерживаться, иначе всё сделал бы по-другому. Взять Истому под стражу?
– Подождём, – решил князь. – Наш маг в отъезде, а я не хочу привлекать Корна. Нечего ему здесь делать без Ивана. Корн помог Глебу, потому что ненавидит эльфов, но он и нас не любит, поэтому у меня нет ему веры. А без мага Истому трогать не будем. Упрётся, и что тогда? Даже если признается в пыточной, купцам это придётся не по нраву, а я на них очень рассчитываю. Усиль охрану и установи присмотр за домом Истомы и за ним самим. Через два дня вернётся Иван, тогда буду решать. И Глебу передайте, чтобы в город пока не ездил.
Часом позже гонец от воеводы передал Глебу приказ князя не выезжать из Берёзовки, да и дома соблюдать осторожность.
– Получено письмо, что эльфы замыслили вас извести, – сказал дружинник. – Князь опасается, что те, кому это поручено, уже в столице, поэтому никаких поездок быть не должно, разве что в слободу, да и то под охраной.
– Передайте воеводе, что будем беречься, – ответил расстроенный Глеб. Он думал съездить к Джону и обсудить с ним кое-какие вопросы, а теперь это запретили.
– Мы скоро поедем? – спросила заглянувшая в комнату Венди. – Я уже почти оделась.
– Поездка откладывается, – огорчил он жену. – Придётся тебе поскучать без Евдокии. Милая, я здесь ни при чём. Нам запрещено князем куда-либо выезжать. Мне сказали, что откуда-то пришло письмо, что нас хотят убить твои сородичи. Вроде бы даже кого-то уже прислали. Так что я и сам не поеду, и тебя не пущу. У княжны есть Клэр, а у тебя – я.
– Значит, уделишь мне внимание! – сказала Венди. – Только сначала реши дела со своим Макаром, чтобы потом от меня не отрываться.
– А он разве приехал? – воскликнул Глеб. – Что же ты молчала!
Макар был его первым помощником во всех делах, связанных со слободой. Пятнадцать дней назад он с охраной отправился в соседнее Рутенское княжество, в котором, по слухам, было что-то, напоминавшее серу, как её описал Джон.
– Собрались же уезжать, – вздохнула жена. – Никуда твой Макар не делся бы. Отдохнул бы с дороги да отогрелся, а потом доложил. Сиди, я сейчас его позову.
Увидев уже снявшего полушубок улыбающегося мужика с сумкой в руке, Глеб усадил его за стол и потребовал ответа:
– Вижу же, что приехал не с пустыми руками! Рассказывай, что тянешь!
– Всё, как говорил ваш эльф, – сказал Макар, развязывая сумку и доставая из неё камешки. – Жёлтые и при нагреве плавятся и воняют. Если зажечь, горит и так бьёт в глаза и печёт грудь, что терпеть никак невозможно! Соседи называют этот камень желчью богов и жгут в подвалах и погребах. После этого в них долго не портятся запасы и нет крыс и мышей. Эта желчь водиться только в одном месте, но её там много. Крупные камни встречаются редко и их нужно вымывать из песка, но в нём много порошка и крупинок, поэтому иной раз жгут не куски желчи, а сильно нагревают сам песок. Говорят, что желчь из него легко выплавлять, но сейчас этим никто не занимается. Я скупил всю, какая была. Погреба очищают по осени, а зимой это редко кому нужно. Набралось двенадцать мешков и эта сумка. Весной можно приехать самим или заказать работу местным. Они дорого не возьмут.
– Молодцы! – похвалил Глеб. – Жаль, что уехал дружинник, отправили бы кусок эльфу. Ладно, завтра кого-нибудь пошлю.
– А что здесь случилось, пока нас не было? – спросил Макар.
– Почти ничего, – ответил Глеб. – Углежогам доставили берёзу, так что к весне у нас будет много угля. Получили бочонки под порох, воск и кое-что ещё из заказанного у кузнецов. Сейчас разбираюсь с пороховой мельницей. Говорил с кузнецами, но у них не хватит бронзы на жернова. Здоровенные, сволочи, а эльф говорит, что и так их сильно уменьшил. За бронзой будем посылать к пшекам, у них она дешевле. Заодно попытаются привезти стеклодува, а то их только два на три княжества и оба не у нас. С гончарами сговорились, но нужно ждать тепла и для них строить.
– Значит, остались только мыши, – сказал Макар. – Зимой не будем отправлять мужиков?
– В горах зимой погибель, а не работа, – ответил Глеб. – Как ни хотелось раньше начать, но придётся ждать тепла. Всё равно для работы многое не готово. Ладно, отвезите всю серу в слободу и отдыхайте. Скажи всем, что выдам награду.
Макар удалился, а вместо него в комнату вошёл Корн.
– Не помешал? – спросил он. – Столкнулся с Венди, а она такая расстроенная, как будто вы с ней поругались. Я не лезу в ваши отношения, не моё это дело, но не связана ли её печаль с гонцом воеводы?
– Связана, – ответил Глеб и рассказал о приказе князя.
– Этого следовало ожидать, – пожал плечами маг. – Правда, я не думал, что всё начнётся так быстро. Не дело воеводе и дружине заниматься убийцами, для этого нужны другие люди. Скажи князю, что нужен тайный приказ.
В языке маозов не было слова «вы», здесь обращались на ты даже к богам, поэтому и он обращался по-простому.
– Скажу, когда отсюда выпустят, – вздохнул Глеб. – Приказ – это дело долгое. Ты в этом лучше разбираешься, сам и скажешь.
– Твой князь меня боится, – усмехнулся Корн. – Виделся только два раза и больше к себе не допускает даже со своим магом. Я его понимаю и не обижаюсь. Пшеки не больно жалуют маозов, ты сам должен был это почувствовать. Мой народ хорошо относится только к своим, но это же можно сказать и о других. Вы терпимее многих, но тоже не очень жалуете соседей.
– Потому и не жалуем, что не жалуют нас, – возразил юноша. – За что мне любить пшеков, которые меня презирают? Отдельных пшеков и я люблю, но не весь народ. С восточными или южными соседями мы живём намного дружней.
– Возможно, ты и прав, – согласился маг. – Я видел, что вернулся Макар. Нашли что-нибудь?
– Нашли много серы, – ответил Глеб. – Теперь дело за селитрой. Плохо, что до тепла остановились работы, а потом их навалится столько...
– Сами виноваты, – сказал Корн. – Джон договорился с князем снять с корабля одну машину для слободы, так зачем для этой работы ждать тепла? Неужели нельзя съездить по льду на санях? Возле корабля есть селение, поэтому будет где жить. Не так уж много времени займёт такая поездка, да и эльфу лучше пока убраться подальше, если на вас началась охота. Или с вашей школой. Ну не успели мы её достроить – велика ли беда? Кто мешает сейчас собрать смышлёных подростков и начать учить? У князя негде их устроить? И учтите, что не нужно учить грамоте, я это сделаю сам.
– Завтра пошлю кого-нибудь к князю с твоими предложениями, – сказал Глеб, – а ребят поищу в Берёзовке и у соседей. Пока будешь с ними заниматься, поживут у меня, а потом отправим к князю. Если Джон уедет к кораблю, их может учить Клэр. Всё равно ей там нечем заняться, кроме болтовни с княжной и её девицами.
– Выбирай не самых малых, чтобы от них уже летом был хоть какой-то толк, – посоветовал Корн. – Набери и для себя. Я дам им грамотность, а твоя жена пусть учит. Они со временем тебе пригодятся, а ей будет чем себя занять. Глеб, ты знаешь, сколько у вас времени? Не понял? Я имею в виду войну.
– Откуда мне знать? – растерялся юноша. – Об этом и князь не знает. Может быть, и сами эльфы ещё не назначили срок.
– Может быть, – согласился маг. – Только хорошо бы сделать так, чтобы, когда они эти сроки назначат, вы о них знали.
– У воеводы на западе есть лазутчики... – неуверенно сказал Глеб. – Когда начнут собирать войско...
– Тогда будет поздно! – оборвал его Корн. – Границу перекроют, а на дорогах будут ловить маозов. Знать нужно заранее! У меня есть один друг, который должен узнать о войне сразу же, как только к ней начнут готовиться. Его можно попытаться убедить отправить сюда гонца. В конце концов, ты можешь сам найти такого человека, прельстив его золотом!
– Я? – растерялся юноша. – Если на меня охотятся здесь, то там и подавно оторвут голову!
– Здесь ты пока не нужен, – сказал маг. – С охраной слободы справятся и без тебя. Маги могут менять не только свою внешность, но и делать то же самое другим. Если я уберу эти веснушки и немного подправлю нос, тебя никто не узнает, а Венди скажет спасибо. Что тебя не устраивает? Здесь ты будешь маяться от безделья, а там сделаешь нужное дело, да ещё выйдешь из-под удара эльфов, потому что никто из них не станет искать тебя на западе. Понятно, что нужно ехать не одному, а с охраной. У Трифона есть дружинники, которых никто не отличит от пшеков. Если не знают язык, я помогу. Мне тоже не очень весело сидеть сиднем в твоём доме, а так хоть какая-то польза.
– На месте князя я взял бы тебя в советники, – вздохнул юноша. – Ладно, я всё напишу и передам князю, а он пусть решает. Но учеников в любом случае нужно набирать, в этом ты прав. Этим завтра и займусь.
Венди, как всегда, почувствовала, что он чем-то взволнован, но решила, что это связано с гонцом воеводы.
– Освободился? – сказала она, подталкивая мужа к кровати. – Сейчас начнёшь уделять мне внимание.
– Маленькая, а жадная, – пошутил он, освобождаясь от одежды. – Я тебе и так уделяю внимание каждую ночь.
– Мне мало ночи! – заявила жена. – С тобой я схожу с ума от счастья, жаль только, что твоё семя пропадает во мне зря! Знаешь, как хочется ребёнка? Я уже почти старуха, а до сих пор ни разу не рожала!
В спальне было жарко натоплено, поэтому она, хоть и была нагой, не спешила забраться под одеяло. Венди знала, как её вид действует на мужа, и это доставляло ей радость и дарило уверенность. Для эльфы она была очень красивой, но среди женщин маозов было много настоящих красавиц, и это помимо воли напрягало. До ужина они вволю наигрались, сделав три захода, а когда отдыхали, Глеб рассказал о разговоре с Корном. К его удивлению, Венди восприняла сказанное довольно спокойно.
– Он прав, – сказала она. – Здесь ты уже страдаешь от безделья, а до тепла ещё далеко. И верного человека среди пшеков нужно найти. Если пойдёшь с дружинниками и побережёшься, всё должно получиться. Интересно, каким ты будешь с новой внешностью? Мне дорог и твой нос, который напоминает наши клубни, но не откажусь и от более красивого. Хотя нос в мужчине не главное, а главное уже, кажется, отдохнуло. Тогда почему мы просто лежим? Если мы с тобой расстанемся, я должна всё получить вперёд!
Утром Глеб сел писать письмо князю. Оно получилось неожиданно большим. Он не только перечислил то, что предложил маг, многое добавил от себя. Закончив писать, юноша свернул лист бумаги в свиток, обвязал шнуром и опечатал. После этого надел шубу и вышел во двор. Там дежурили два дружинника из тех, кого воевода выделил для охраны хранившегося в слободе пороха. Поначалу всё оружие с корабля притащили в подвал княжеского дворца, но узнавший об этом Джон пришёл в ужас и смог убедить князя привезти порох сюда. Дома не успели достроить, но сухие погреба для пороха были готовы, в них и сгрузили бочонки.
