«Лаброк! – вызвал я Красавчика. – Вы в своей комнате?»
«Все, кроме Демона, милорд, – ответил он. – Ваша невеста...»
«Я знаю, – перебил я его. – Вооружайтесь и бегите к лошадям, а Сарпон останется сторожить комнаты. Только не забудьте про арбалеты и заранее изготовьте их для стрельбы. Потом двигайтесь к парадному входу, где я буду вас ждать. И давайте быстрее!»
Сам перешёл на бег, не обращая внимания на поспешно освобождавших дорогу придворных и слуг, которые после взрыва высыпали из комнат в коридор и взволнованно обсуждали, что же это так грохнуло, что кое-где даже вылетели стёкла! Видимо, мои охранники успели выбежать раньше меня, потому что их не пришлось ждать.
– Не опасно ехать в открытом экипаже? – спросил Ольт, подъехавший ко мне на белом с серыми пятнами жеребце.
Его охранники, тоже верхом, пристроились к стражникам моего эскорта.
– Если поставили цель не просто что-то взорвать, но и выманить кого-то из нас к месту взрыва, то закрытая карета опаснее, – ответил я. – Мне ничего не будет видно, а стены кареты не защитят от пуль. Сейчас запущу проверку на угрозу и, если она появится, смогу ответить. Да и жителям лучше увидеть, что я не праздную труса, прячась в карете. Так, это прибыла моя охрана, поехали!
Ехать пришлось всего несколько минут. Когда выехали на Круглую площадь, увидели, что от двухэтажного здания службы барона осталась только часть стен первого этажа. Всё остальное превратилось в обломки, засыпавшие саму площадь и прилегающие к ней улицы. Досталось и стоявшим поблизости домам, лишившимся всех стёкол. Кое-где среди битого кирпича и мусора были видны лежавшие тела. На площади собрались десятка три городских стражников. Я пока не чувствовал опасности, поэтому вышел из экипажа и направился к дымящимся развалинам.
– Сколько там было работников? – спросил я Ольта, который спешился и, оставив своего коня охраннику, двигался вслед за мной.
– Много, – мрачно ответил он. – Около тридцати. Но здесь лежат и горожане. Видимо, их побило обломками.
– Очень сильный взрыв, – сказал я, обходя лежавшую на моём пути мужскую руку. – В здании никто не мог уцелеть. Как же это вы допустили, что вам в службу заложили столько взрывчатки? К вам могли попасть посторонние?
– Вход охранялся, – ответил он. – Кроме моих работников и тех, кого они приводили для допросов, могли зайти только водовоз с помощником. Они раз в три дня привозят нам воду.
– Ладно, потом будем разбираться, – оборвал я его. – Сержант!
От толпы городских стражников отделился невысокий пожилой сай, который поспешил на мой зов.
– Сержант Мел Гареш! – отрапортовал он. – Вот, милорд, стоим...
– Я вижу, что стоите, и без вашего рапорта! – сказал я. – Только непонятно, для чего вам это нужно. На площади лежат тела, и некоторые пострадавшие могут быть живы, а вы, вместо того чтобы их осмотреть и привлечь для помощи магов, занимаетесь демон знает чем! Да и мёртвых нужно собрать и куда-нибудь вывезти для опознания. Быстро организуйте своих парней, я на вас надеюсь!
– Сделаем, милорд! – выкрикнул сержант и, размахивая руками, побежал к остальным стражникам.
– Мне удалось... – начал говорить Ольт, но я уже не слушал.
От стоявшего в сотне шагов двухэтажного здания потянуло таким холодом, что сразу стало понятно, что меня сейчас убьют. Сорвав с плеча автомат, я бросился в сторону от барона, чтобы не подставить его под пули. Охранники с арбалетами не могли помочь, поэтому приходилось рассчитывать только на себя. Я успел почувствовать, что засада находится в правой, ближней ко мне части здания на втором этаже или на чердаке, когда по мне открыли огонь. К счастью, стрелок был один, и я вовремя упал на мостовую, иначе на этом моя эпопея и закончилась бы. Первая очередь прошла над головой, а вот две пули второй в меня попали. Мало того что я при падении разбил локоть и сломал рёбра, неудачно приземлившись на обломок кирпича, так ещё одна из пуль по касательной ударила в голову, а вторая прострелила правое плечо. В человеческом теле я не смог бы ответить и сразу потерял бы сознание. В теле эльфа ответил, успев выпустить в нужное окно весь магазин автомата. Очнулся в своей спальне. Тело слушалось и вроде нигде не болело. Я осторожно повернулся и посмотрел в окно. Судя по освещению, сейчас поздний вечер или раннее утро. Когда попробовал связаться с Аделью, она вбежала ко мне из гостиной.
– Кирен! – закричала милая, схватив меня руками за плечи. – Ты что мне обещал?
Видимо, меня долечили не до конца, потому что правое плечо прострелила боль, и я невольно вскрикнул. Поняв, что причинила боль, Адель выпустила мои плечи и разревелась.
– Маленькая! – обнял я своё чудо. – Не надо плакать! Всё закончилось хорошо.
– С тобой были охрана, твой барон и полсотни стражников! – плача, говорила она. – Все целые, один ты чуть не умер! Ты будешь когда-нибудь думать обо мне, а не о драках?
Приплыли! Неужели у всех сложилось обо мне такое же впечатление, как и у моей невесты? Нашли любителя драк! Да я даже в детстве почти не дрался.
– Я тебе обещал, что не буду собой рисковать, когда нормально вооружим своих саев, – сказал я Адели, гладя рукой её волосы, – а сейчас от охранников мало толку. В другой ситуации они могли помочь, но не там. На площади их всех перестреляли бы. Скажи, кого-нибудь поймали?
– Некого там было ловить, – успокаиваясь, ответила она. – Нашли того сая, который в тебя стрелял, но он был уже мертвый. Ты его всего издырявил. А у барона погибли двенадцать работников службы. Он думал, что погибших больше, но часть...
«Как ты себя чувствуешь?» – прозвучал в голове голос Ларга.
– Подожди, милая, – остановил я Адель, после чего обратился к Повелителю: «Чувствую себя неплохо, и ничего не болит, если за меня не хвататься руками».
«Можешь прийти?» – спросил он и, получив утвердительный ответ, добавил, что в спешке нет необходимости.
– Кто меня лечил? – спросил я Адель. – Зантор?
– Нет, Герат, – ответила она. – А старик очень плох. Ты сейчас с кем-то разговаривал?
– Вызывал Ларг. Пододвинься, мне нужно встать и одеться. Не беспокойся, я потихоньку схожу, поговорю и сразу вернусь. Боли не чувствуется, если не делать резких движений.
– Могли бы подождать до завтра или прийти сами!
– Я им скажу, – пообещал я, осторожно натягивая тунику.
Оказывается, плечо болело и без резких движений, стоило только поднять правую руку. Да и рёбра с левой стороны болели при глубоком вздохе. Почему-то я сразу это не почувствовал. Или меня растрясла Адель? Чёрт, и локоть болит! Когда меня лечил Зантор, я разбился сильнее, но после лечения не чувствовал вообще никакой боли.
– Где пистолет? – спросил я. – Не потеряли?
– Всё в одном из ящиков, – ответила она. – И твой пистолет, и автомат, и то оружие, из которого в тебя стреляли. Иди, не нужно тебе сейчас никакое железо.
Я сам не собирался ничего брать, а спросил потому, что привык к беретте, и было бы жалко её потерять. Поцеловав Адель, я осторожно левой рукой открыл дверь и пошёл к выходу в коридор, стараясь мягче ставить ноги и не слишком глубоко дышать. Пожалуй, нужно было сказать Ларгу, что болен, и полежать в кровати, но поезд уже ушёл. Ладно, что уж теперь-то жалеть. Скоро по коридорам должны забегать подавальщики с ужином, но пока мне никто не встречался, поэтому можно было не сдерживаться и кривить лицо, когда неудачно ставил ногу и это отзывалось болью в боку и плече. Завтра свадьба, а я так влип. А послезавтра нужно идти на Землю. Откладывать это не хотелось. Пока нас только били, а мы пробовали огрызаться, и положение не изменится, пока я не протопчу тропинку в родной мир и не выполню всё, что наметил. Неужели до завтра не заживёт? Как же не вовремя разболелся Зантор! Подойдя к комнатам Ларга, я приветливо кивнул гвардейцам, удивился той восторженности, с какой они отдали мне честь, и зашёл в гостиную. Поиск показал, что Ларг сидит в кабинете с садиком. Так, а он там не один! Использовав магию, я узнал его собеседников, глубоко вздохнул, поморщился при этом от боли в боку и открыл дверь.
– Что врал-то? – недовольно сказал Ларг. – Сказал бы, что чувствуешь боль, и поговорили бы завтра. А теперь Герату опять с тобой возиться. Зантор болен и уже вряд ли поднимется, а больше у меня никто не может лечить. Садись, чего стоишь? Герт, помоги брату!
– Спасибо, я сам, – пробормотал я, с облегчением опускаясь в кресло.
– Ты уже полез сам, – недовольно сказал Гордой. – Ещё чуть – и убили бы! Я, может быть, в глубине души порадовался бы, а что потом?
– Я должен был ехать. Предполагал, что может быть засада, но не был в этом уверен. Взял оружие и проверялся магией, а больше там ничего нельзя было сделать. Вот когда будет нормально вооружённая дружина, я сам не стану никуда соваться.
– Что предлагаешь делать? – спросил Ларг.
– То же, что и предлагал, – ответил я. – Собрать охотников и перекрыть предгорье.
– Ты предлагал использовать дружины баронов, – напомнил он.
– Уже не предлагаю. Если они перекроют границу, Салей найдёт другой путь. Хорошо вооружённые враги без труда пройдут севером. Времени потратят больше, но мы найдём их там только случайно. А в предгорье поймать этих сволочей будет не очень трудно, тем более охотникам, которые хорошо знают местность. Нам очень нужны пленные. Когда ещё вернутся агенты барона или ваши жрецы, а знать, что творится в Госмаре, будет нелишним.
– Может, подождать, пока ты привезёшь оружие, и вооружить им охотников? – предложил Герт, вызвав гримасу неудовольствия на лице Гордоя.
– Это будет не завтра, – сказал я. – И потом охотники обойдутся и арбалетами. Если действовать из засад, это эффективное и привычное им оружие. И я не хочу вооружать много саев. Кое-что дать нашей страже и гвардейцам, а нормально вооружить только небольшую дружину. Надо не просто научиться стрелять и ухаживать за оружием, но и изучить тактические приёмы его применения для одиночек и действий в группе. И учить этому не мне, потому что я ничего не умею, кроме стрельбы. Найму кого-нибудь из бывших офицеров, и он за золото обучит капитана и дружинников.
– Это правильно, – впервые одобрил меня Гордой. – А я пришлю в твою дружину несколько жрецов. Пусть тоже поучатся, это не помешает. Надеюсь, для нашего братства оружие будет?
– Если будет золото, будет и оружие, – ответил я. – Но в первую очередь его получит дружина, а потом ваше братство.
Я был не в восторге от его слов, но ничего другого пока сказать не мог.
– Будет тебе золото, – пообещал он. – Скажешь, сколько и куда доставить, и мы сделаем.
– Не хочешь отложить свадьбу или поход в свой мир? – спросил Ларг. – Вид у тебя неважный.
– Не хочу ничего откладывать, – отказался я. – У Адели будет ребёнок, который по крови Ольминг, и я хочу, чтобы он был Ольмингом и по положению. Мне не безразлична её судьба, а со мной может случиться всё. А вид... Я ведь тоже маг и кое-что могу. Сейчас дойду до своих комнат и проверю, правильно ли научился лечению.
– Завтра проведём ритуал здесь, – сказал Гордой. – Нечего вам в такое время мотаться по городу. Доставим сюда алтарь и всё, что ещё нужно. Иди отдыхать.
И как понимать этот очередной зигзаг в отношениях? Ладно, если отпускают, пойду к себе. А подумать о событиях сегодняшнего дня можно будет завтра. На обратном пути мне стало совсем плохо. К боли присоединились слабость и головокружение. Видимо, начали сказываться последствия контузии от попадания в голову. Рана затянулась и не болела, но мысли начали путаться. Я остановился у первой же ниши, забрался за портьеру и, пока не отказали мозги, запустил магическое исцеление. Пусть оно было неполноценным, но скоро путаница в мыслях исчезла и прошла слабость. До моих комнат было уже рукой подать, поэтому перед Аделью я предстал почти в нормальном виде. На столе стоял ужин, но я его проигнорировал, попросив оставить мне чего-нибудь на утро. Осторожно снял тунику, забрался на край кровати и быстро заснул. Утром проснулся позже обычного, но раньше невесты. Самочувствие было неплохим, но это ни о чём не говорило. Вчера я тоже очнулся с хорошим самочувствием, только его ненадолго хватило. Решив, что кашу маслом не испортишь, я опять запустил исцеление и лежал в кровати с полчаса, пока не рассвело. Забрал фрукты и книгу по пространственной магии и ушёл на один из подоконников гостиной, где слегка перекусил и хорошо позанимался до прихода слуг. Услышав их в коридоре, поспешно вернулся в спальню и начал будить Адель.
– Жена! – потряс я её за плечо. – Ты собираешься вставать или нет?
– Я пока не жена, – начала она вяло отбиваться. – Дай немного полежать: твой завтрак никуда не денется. Я из-за тебя сильно переволновалась, а потом вечером переела, поэтому всю ночь снилась какая-то гадость. Раз пять просыпалась и долго не могла заснуть. Это ты дрых всю ночь, а я не выспалась.
– У нас с утра свадьба. Вставай, поспишь днём. Обычно девушки бегут к алтарю, а тебя приходится уламывать! Не знаешь, есть в магии что-нибудь для сонь?
– В магии много чего есть, – ответила она, нехотя покидая кровать. – Я ведь выучила сама одно действие, когда была совсем девчонкой. У нас конюх постоянно напивался и гонял жену. Вот я и освоила по книгам протрезвляющее воздействие. Только из этого не вышло ничего хорошего. Он напился, а я сделала трезвым. Он не понял, в чём дело, и решил, что это проделки жены. Мол, она что-то подмешала в пищу. Отлупил её и опять напился. Я опять его протрезвила. Так было пять раз подряд, пока он не упал и не умер. Как эта дура потом за ним убивалась! Мне тогда предложили заниматься магией, я отказалась наотрез, а теперь жалею.
– Так ты у меня маг? – удивился я.
– Очень слабый, – засмеялась Адель. – Таких редко чему-нибудь учат, только в семье ни у кого больше не было дара. Ладно, слуги уже ушли, поэтому приводим себя в порядок и завтракаем. Когда ты будешь моим?
– Точно не знаю. Мне вчера было не очень хорошо, поэтому не стал уточнять. Поедим, потом спрошу у Ларга. Иди в ванную, а я свяжусь с бароном Ольтом и узнаю, чем всё закончилось.
«Закончилось немного лучше, чем могло, – ответил он на мой вопрос. – Дом разрушился перед самым обедом, а минут за двадцать до этого из него ушли четырнадцать человек. Барон Генкирс о чём-то поспорил с кавалером Сали на обед для всех, кто у нас работал по Ольмингии под руководством покойного Сормадера. Уж не знаю, о чём они там спорили, но это сохранило нам целое направление. Направление Дарминов сейчас все в разгоне, и в службе никого из них не было. Поэтому наши потери – это четырнадцать агентов направления Гардаров. Из него остались лишь двое, и три агента сейчас в Алтумаре. Ну и сам дом полностью уничтожен».
«О доме можете не беспокоиться, – сказал я. – Знаете, где дворец покойного графа Пардрока?»
«Все, кроме Демона, милорд, – ответил он. – Ваша невеста...»
«Я знаю, – перебил я его. – Вооружайтесь и бегите к лошадям, а Сарпон останется сторожить комнаты. Только не забудьте про арбалеты и заранее изготовьте их для стрельбы. Потом двигайтесь к парадному входу, где я буду вас ждать. И давайте быстрее!»
Сам перешёл на бег, не обращая внимания на поспешно освобождавших дорогу придворных и слуг, которые после взрыва высыпали из комнат в коридор и взволнованно обсуждали, что же это так грохнуло, что кое-где даже вылетели стёкла! Видимо, мои охранники успели выбежать раньше меня, потому что их не пришлось ждать.
– Не опасно ехать в открытом экипаже? – спросил Ольт, подъехавший ко мне на белом с серыми пятнами жеребце.
Его охранники, тоже верхом, пристроились к стражникам моего эскорта.
– Если поставили цель не просто что-то взорвать, но и выманить кого-то из нас к месту взрыва, то закрытая карета опаснее, – ответил я. – Мне ничего не будет видно, а стены кареты не защитят от пуль. Сейчас запущу проверку на угрозу и, если она появится, смогу ответить. Да и жителям лучше увидеть, что я не праздную труса, прячась в карете. Так, это прибыла моя охрана, поехали!
Ехать пришлось всего несколько минут. Когда выехали на Круглую площадь, увидели, что от двухэтажного здания службы барона осталась только часть стен первого этажа. Всё остальное превратилось в обломки, засыпавшие саму площадь и прилегающие к ней улицы. Досталось и стоявшим поблизости домам, лишившимся всех стёкол. Кое-где среди битого кирпича и мусора были видны лежавшие тела. На площади собрались десятка три городских стражников. Я пока не чувствовал опасности, поэтому вышел из экипажа и направился к дымящимся развалинам.
– Сколько там было работников? – спросил я Ольта, который спешился и, оставив своего коня охраннику, двигался вслед за мной.
– Много, – мрачно ответил он. – Около тридцати. Но здесь лежат и горожане. Видимо, их побило обломками.
– Очень сильный взрыв, – сказал я, обходя лежавшую на моём пути мужскую руку. – В здании никто не мог уцелеть. Как же это вы допустили, что вам в службу заложили столько взрывчатки? К вам могли попасть посторонние?
– Вход охранялся, – ответил он. – Кроме моих работников и тех, кого они приводили для допросов, могли зайти только водовоз с помощником. Они раз в три дня привозят нам воду.
– Ладно, потом будем разбираться, – оборвал я его. – Сержант!
От толпы городских стражников отделился невысокий пожилой сай, который поспешил на мой зов.
– Сержант Мел Гареш! – отрапортовал он. – Вот, милорд, стоим...
– Я вижу, что стоите, и без вашего рапорта! – сказал я. – Только непонятно, для чего вам это нужно. На площади лежат тела, и некоторые пострадавшие могут быть живы, а вы, вместо того чтобы их осмотреть и привлечь для помощи магов, занимаетесь демон знает чем! Да и мёртвых нужно собрать и куда-нибудь вывезти для опознания. Быстро организуйте своих парней, я на вас надеюсь!
– Сделаем, милорд! – выкрикнул сержант и, размахивая руками, побежал к остальным стражникам.
– Мне удалось... – начал говорить Ольт, но я уже не слушал.
От стоявшего в сотне шагов двухэтажного здания потянуло таким холодом, что сразу стало понятно, что меня сейчас убьют. Сорвав с плеча автомат, я бросился в сторону от барона, чтобы не подставить его под пули. Охранники с арбалетами не могли помочь, поэтому приходилось рассчитывать только на себя. Я успел почувствовать, что засада находится в правой, ближней ко мне части здания на втором этаже или на чердаке, когда по мне открыли огонь. К счастью, стрелок был один, и я вовремя упал на мостовую, иначе на этом моя эпопея и закончилась бы. Первая очередь прошла над головой, а вот две пули второй в меня попали. Мало того что я при падении разбил локоть и сломал рёбра, неудачно приземлившись на обломок кирпича, так ещё одна из пуль по касательной ударила в голову, а вторая прострелила правое плечо. В человеческом теле я не смог бы ответить и сразу потерял бы сознание. В теле эльфа ответил, успев выпустить в нужное окно весь магазин автомата. Очнулся в своей спальне. Тело слушалось и вроде нигде не болело. Я осторожно повернулся и посмотрел в окно. Судя по освещению, сейчас поздний вечер или раннее утро. Когда попробовал связаться с Аделью, она вбежала ко мне из гостиной.
– Кирен! – закричала милая, схватив меня руками за плечи. – Ты что мне обещал?
Видимо, меня долечили не до конца, потому что правое плечо прострелила боль, и я невольно вскрикнул. Поняв, что причинила боль, Адель выпустила мои плечи и разревелась.
– Маленькая! – обнял я своё чудо. – Не надо плакать! Всё закончилось хорошо.
– С тобой были охрана, твой барон и полсотни стражников! – плача, говорила она. – Все целые, один ты чуть не умер! Ты будешь когда-нибудь думать обо мне, а не о драках?
Приплыли! Неужели у всех сложилось обо мне такое же впечатление, как и у моей невесты? Нашли любителя драк! Да я даже в детстве почти не дрался.
– Я тебе обещал, что не буду собой рисковать, когда нормально вооружим своих саев, – сказал я Адели, гладя рукой её волосы, – а сейчас от охранников мало толку. В другой ситуации они могли помочь, но не там. На площади их всех перестреляли бы. Скажи, кого-нибудь поймали?
– Некого там было ловить, – успокаиваясь, ответила она. – Нашли того сая, который в тебя стрелял, но он был уже мертвый. Ты его всего издырявил. А у барона погибли двенадцать работников службы. Он думал, что погибших больше, но часть...
«Как ты себя чувствуешь?» – прозвучал в голове голос Ларга.
– Подожди, милая, – остановил я Адель, после чего обратился к Повелителю: «Чувствую себя неплохо, и ничего не болит, если за меня не хвататься руками».
«Можешь прийти?» – спросил он и, получив утвердительный ответ, добавил, что в спешке нет необходимости.
– Кто меня лечил? – спросил я Адель. – Зантор?
– Нет, Герат, – ответила она. – А старик очень плох. Ты сейчас с кем-то разговаривал?
– Вызывал Ларг. Пододвинься, мне нужно встать и одеться. Не беспокойся, я потихоньку схожу, поговорю и сразу вернусь. Боли не чувствуется, если не делать резких движений.
– Могли бы подождать до завтра или прийти сами!
– Я им скажу, – пообещал я, осторожно натягивая тунику.
Оказывается, плечо болело и без резких движений, стоило только поднять правую руку. Да и рёбра с левой стороны болели при глубоком вздохе. Почему-то я сразу это не почувствовал. Или меня растрясла Адель? Чёрт, и локоть болит! Когда меня лечил Зантор, я разбился сильнее, но после лечения не чувствовал вообще никакой боли.
– Где пистолет? – спросил я. – Не потеряли?
– Всё в одном из ящиков, – ответила она. – И твой пистолет, и автомат, и то оружие, из которого в тебя стреляли. Иди, не нужно тебе сейчас никакое железо.
Я сам не собирался ничего брать, а спросил потому, что привык к беретте, и было бы жалко её потерять. Поцеловав Адель, я осторожно левой рукой открыл дверь и пошёл к выходу в коридор, стараясь мягче ставить ноги и не слишком глубоко дышать. Пожалуй, нужно было сказать Ларгу, что болен, и полежать в кровати, но поезд уже ушёл. Ладно, что уж теперь-то жалеть. Скоро по коридорам должны забегать подавальщики с ужином, но пока мне никто не встречался, поэтому можно было не сдерживаться и кривить лицо, когда неудачно ставил ногу и это отзывалось болью в боку и плече. Завтра свадьба, а я так влип. А послезавтра нужно идти на Землю. Откладывать это не хотелось. Пока нас только били, а мы пробовали огрызаться, и положение не изменится, пока я не протопчу тропинку в родной мир и не выполню всё, что наметил. Неужели до завтра не заживёт? Как же не вовремя разболелся Зантор! Подойдя к комнатам Ларга, я приветливо кивнул гвардейцам, удивился той восторженности, с какой они отдали мне честь, и зашёл в гостиную. Поиск показал, что Ларг сидит в кабинете с садиком. Так, а он там не один! Использовав магию, я узнал его собеседников, глубоко вздохнул, поморщился при этом от боли в боку и открыл дверь.
– Что врал-то? – недовольно сказал Ларг. – Сказал бы, что чувствуешь боль, и поговорили бы завтра. А теперь Герату опять с тобой возиться. Зантор болен и уже вряд ли поднимется, а больше у меня никто не может лечить. Садись, чего стоишь? Герт, помоги брату!
– Спасибо, я сам, – пробормотал я, с облегчением опускаясь в кресло.
– Ты уже полез сам, – недовольно сказал Гордой. – Ещё чуть – и убили бы! Я, может быть, в глубине души порадовался бы, а что потом?
– Я должен был ехать. Предполагал, что может быть засада, но не был в этом уверен. Взял оружие и проверялся магией, а больше там ничего нельзя было сделать. Вот когда будет нормально вооружённая дружина, я сам не стану никуда соваться.
– Что предлагаешь делать? – спросил Ларг.
– То же, что и предлагал, – ответил я. – Собрать охотников и перекрыть предгорье.
– Ты предлагал использовать дружины баронов, – напомнил он.
– Уже не предлагаю. Если они перекроют границу, Салей найдёт другой путь. Хорошо вооружённые враги без труда пройдут севером. Времени потратят больше, но мы найдём их там только случайно. А в предгорье поймать этих сволочей будет не очень трудно, тем более охотникам, которые хорошо знают местность. Нам очень нужны пленные. Когда ещё вернутся агенты барона или ваши жрецы, а знать, что творится в Госмаре, будет нелишним.
– Может, подождать, пока ты привезёшь оружие, и вооружить им охотников? – предложил Герт, вызвав гримасу неудовольствия на лице Гордоя.
– Это будет не завтра, – сказал я. – И потом охотники обойдутся и арбалетами. Если действовать из засад, это эффективное и привычное им оружие. И я не хочу вооружать много саев. Кое-что дать нашей страже и гвардейцам, а нормально вооружить только небольшую дружину. Надо не просто научиться стрелять и ухаживать за оружием, но и изучить тактические приёмы его применения для одиночек и действий в группе. И учить этому не мне, потому что я ничего не умею, кроме стрельбы. Найму кого-нибудь из бывших офицеров, и он за золото обучит капитана и дружинников.
– Это правильно, – впервые одобрил меня Гордой. – А я пришлю в твою дружину несколько жрецов. Пусть тоже поучатся, это не помешает. Надеюсь, для нашего братства оружие будет?
– Если будет золото, будет и оружие, – ответил я. – Но в первую очередь его получит дружина, а потом ваше братство.
Я был не в восторге от его слов, но ничего другого пока сказать не мог.
– Будет тебе золото, – пообещал он. – Скажешь, сколько и куда доставить, и мы сделаем.
– Не хочешь отложить свадьбу или поход в свой мир? – спросил Ларг. – Вид у тебя неважный.
– Не хочу ничего откладывать, – отказался я. – У Адели будет ребёнок, который по крови Ольминг, и я хочу, чтобы он был Ольмингом и по положению. Мне не безразлична её судьба, а со мной может случиться всё. А вид... Я ведь тоже маг и кое-что могу. Сейчас дойду до своих комнат и проверю, правильно ли научился лечению.
– Завтра проведём ритуал здесь, – сказал Гордой. – Нечего вам в такое время мотаться по городу. Доставим сюда алтарь и всё, что ещё нужно. Иди отдыхать.
И как понимать этот очередной зигзаг в отношениях? Ладно, если отпускают, пойду к себе. А подумать о событиях сегодняшнего дня можно будет завтра. На обратном пути мне стало совсем плохо. К боли присоединились слабость и головокружение. Видимо, начали сказываться последствия контузии от попадания в голову. Рана затянулась и не болела, но мысли начали путаться. Я остановился у первой же ниши, забрался за портьеру и, пока не отказали мозги, запустил магическое исцеление. Пусть оно было неполноценным, но скоро путаница в мыслях исчезла и прошла слабость. До моих комнат было уже рукой подать, поэтому перед Аделью я предстал почти в нормальном виде. На столе стоял ужин, но я его проигнорировал, попросив оставить мне чего-нибудь на утро. Осторожно снял тунику, забрался на край кровати и быстро заснул. Утром проснулся позже обычного, но раньше невесты. Самочувствие было неплохим, но это ни о чём не говорило. Вчера я тоже очнулся с хорошим самочувствием, только его ненадолго хватило. Решив, что кашу маслом не испортишь, я опять запустил исцеление и лежал в кровати с полчаса, пока не рассвело. Забрал фрукты и книгу по пространственной магии и ушёл на один из подоконников гостиной, где слегка перекусил и хорошо позанимался до прихода слуг. Услышав их в коридоре, поспешно вернулся в спальню и начал будить Адель.
– Жена! – потряс я её за плечо. – Ты собираешься вставать или нет?
– Я пока не жена, – начала она вяло отбиваться. – Дай немного полежать: твой завтрак никуда не денется. Я из-за тебя сильно переволновалась, а потом вечером переела, поэтому всю ночь снилась какая-то гадость. Раз пять просыпалась и долго не могла заснуть. Это ты дрых всю ночь, а я не выспалась.
– У нас с утра свадьба. Вставай, поспишь днём. Обычно девушки бегут к алтарю, а тебя приходится уламывать! Не знаешь, есть в магии что-нибудь для сонь?
– В магии много чего есть, – ответила она, нехотя покидая кровать. – Я ведь выучила сама одно действие, когда была совсем девчонкой. У нас конюх постоянно напивался и гонял жену. Вот я и освоила по книгам протрезвляющее воздействие. Только из этого не вышло ничего хорошего. Он напился, а я сделала трезвым. Он не понял, в чём дело, и решил, что это проделки жены. Мол, она что-то подмешала в пищу. Отлупил её и опять напился. Я опять его протрезвила. Так было пять раз подряд, пока он не упал и не умер. Как эта дура потом за ним убивалась! Мне тогда предложили заниматься магией, я отказалась наотрез, а теперь жалею.
– Так ты у меня маг? – удивился я.
– Очень слабый, – засмеялась Адель. – Таких редко чему-нибудь учат, только в семье ни у кого больше не было дара. Ладно, слуги уже ушли, поэтому приводим себя в порядок и завтракаем. Когда ты будешь моим?
– Точно не знаю. Мне вчера было не очень хорошо, поэтому не стал уточнять. Поедим, потом спрошу у Ларга. Иди в ванную, а я свяжусь с бароном Ольтом и узнаю, чем всё закончилось.
«Закончилось немного лучше, чем могло, – ответил он на мой вопрос. – Дом разрушился перед самым обедом, а минут за двадцать до этого из него ушли четырнадцать человек. Барон Генкирс о чём-то поспорил с кавалером Сали на обед для всех, кто у нас работал по Ольмингии под руководством покойного Сормадера. Уж не знаю, о чём они там спорили, но это сохранило нам целое направление. Направление Дарминов сейчас все в разгоне, и в службе никого из них не было. Поэтому наши потери – это четырнадцать агентов направления Гардаров. Из него остались лишь двое, и три агента сейчас в Алтумаре. Ну и сам дом полностью уничтожен».
«О доме можете не беспокоиться, – сказал я. – Знаете, где дворец покойного графа Пардрока?»
