– Пап, – подошла к Егору Ольга. – Я хочу кое-что проверить, а для этого нужен доброволец.
– И что я должен делать?
– Только дать разрешение. Я тебя подчиню и сразу же отпущу. Ты этого не заметишь. Нор говорит, что при этом образуется связь, которая позволит мне видеть всё, что будешь видеть ты. Мне интересно проверить, получится или нет, и что ты при этом почувствуешь. Он говорит, что совсем ничего.
– Хочешь научиться подглядывать? А тебе не кажется, что это подло?
– Врать тоже неэтично, а скольким людям мы соврали, когда устраивали Нора? Я не собираюсь подглядывать за порядочными людьми, но если нам будет угрожать опасность, разве такая уж большая цена спасения – заглянуть куда-нибудь чужими глазами? Я ни к кому не лезу в голову, только смотрю.
– Ладно, убедила, – согласился отец. – Вы не сможете жить так, как живут другие. Смотри, что тебе нужно. Долго будешь со мной экспериментировать?
– Уже закончила, – довольно сказала Ольга. – Всё работает. И смотреть удобнее, чем через воронов. Фактически это ничем не отличается от нормального зрения.
– Теперь нужно научиться читать по губам. Вот раздолье для шпионов! А нельзя слушать чужими ушами? Это может оказаться полезней зрения. Да, твоего вмешательства я не почувствовал.
– Можно, но пока не научилась. Я ничем не занята, повожусь, но своего добьюсь. Нор мало знает о магии и многое не использовал из-за недостатка сил.
– А можно как-то увеличить силы?
– Нор говорит, что в их мире бились над этим сотни лет и всё без толку. Если сил мало, не поможет ничего. Сильные маги редко встречаются у мужчин, а среди женщин их нет совсем.
– Их женщины действительно так некрасивы?
– Фигуры у многих красивые, – подумав, ответила Ольга. – Волосы очень пышные, а у дворянок ещё и ухоженные. А вот лица... Красивых я не помню. Кожа нежная, но черты лица грубые. На их фоне и я сойду за красавицу.
– А ты знаешь, что стала меняться? И я не назвал бы это нормальным.
– И что во мне ненормального? – удивилась Ольга. – Я не замечаю никаких изменений.
– Волосы стали заметно толще, поэтому причёска выглядит пышней, а кожа на лице избавляется от веснушек. Если так пойдёт и дальше, их скоро не останется. Жаль, они добавляли тебе прелести. И меняется форма носа. Эти изменения начали проявляться в последнее время и ненормально быстро. А ты не замечаешь, потому что смотришься в зеркало по двадцать раз за день. К тому же изменения пока не очень видны. Я заметил, а семья Замятиных – нет.
– Ты меня озадачил. Пойду трясти Нора. Если я меняюсь, он не мог этого не заметить.
Нор сидел за столом и что-то писал. Рядом с тетрадкой лежали Уголёк с Машкой и не сводили любопытных глазёнок с бегающей по бумаге ручки.
– Они не мешают? – спросила девушка.
– Мешаешь ты, – прекратив писать, улыбнулся он. – А их я пустил с условием, что будут вести себя тихо. Да они и так умотались и уже не рвутся хулиганить.
– Я не буду долго мешать, сейчас уйду. Хотела сказать, что отец разрешил испытать на нём подглядывание и всё получилось. И он сказал, что у меня меняется внешность.
– Ты уже несколько раз укрепляла тело, – сказал Нор. – Мышцы увеличиваются в размерах и приобретают рельеф. Можно ещё разок...
– Он говорил не об этом! – перебила Оля. – Меняются толщина волос и форма носа и исчезают веснушки.
– Так и есть, – кивнул он. – Егор не сказал о глазах. Но это и понятно...
– Это тебе понятно! – вскинулась она. – А я в панике!
– Ну и глупо. Ты становишься красивее и меняешь себя сама. Не вижу поводов для паники. Не понимаешь? Всё очень просто. Ты знаешь, что веснушки и вздёрнутый нос многие не связывают с красивым лицом. У тебя шикарные волосы, но какая девушка не хочет, чтобы причёска была пышнее? Большие глаза придают прелести любой женщине. Ты обладаешь силой и не всегда используешь её осознанно. Эти изменения вызваны твоим желанием стать красивее. Для меня ты и раньше была лучше всех, а сейчас станешь ещё желанней. А остальные пусть гадают, вызвано это возрастными изменениями или пластической операцией. Тебе трудно увидеть, потому что много времени проводишь перед зеркалом. Возьми фотоаппарат и делай каждый день по снимку. Я думаю, что ты будешь меняться с месяц.
– И на кого я буду похожа? Меня же никто не узнает!
– Не настолько ты изменишься, чтобы не узнали, – возразил Нор. – Успокоишь класс магией. За неделю привыкнут к твоему новому виду. Иди лучше займись подслушиванием, а на изменения внешности не обращай внимания: всё равно ничего не сможешь сделать.
– Папа, выйди, – крикнула Оля отцу. – Кто-то приехал. Наверное, это сосед.
Егор вышел из дома и увидел похожий на броневик автомобиль и стоявшего у калитки мужчину.
– Можно войти? – спросил тот.
– Входите, – пригласил Егор. – Если хотите, можете заехать, хотя с машиной и за забором ничего не случится.
– Здравствуйте! – за руку поздоровался гость. – Виктор Фролов. Я ваш новый сосед. Мы приехали утром и остановились познакомиться, но никого из вас не было дома. Я уже дважды заезжал, и ни разу не получилось застать вас днём, поэтому решил наведаться вечером.
– Егор Ковалёв, – представился отец. – Дочь говорила о вашем визите. Я не всегда днём отсутствую, это вам не повезло. Не скажете, что это у вас за чудо на колёсах? Никогда такого не видел.
– Бронированный внедорожник «найт», – ответил Фролов. – Классная, но чертовски дорогая машина. Фактически это переделанный броневик. Сюда прибыли своим ходом, подцепив к нему прицеп с вещами. Дом куплен уже с мебелью, так что уложились за один рейс. К себе пока не приглашаем, сначала нужно освоиться самим. Но наши семьи хочу познакомить. Когда к вам можно подъехать?
– Как вас по отчеству? – спросил Егор.
– Олегович. Но лучше зовите по имени.
– Хорошо, тогда и вы зовите Егором. Давайте, Виктор, вы навестите нас завтра к десяти. Я никуда не уйду, а мои ребята к одиннадцати собирались на реку. Это поблизости, рядом с деревней. Они могли бы забрать с собой и ваших детей, если вам не нужна их помощь в обустройстве. Отвезёте их к деревне, заодно сами её посмотрите. Они тоже соседи, а с соседями полезно знаться. Там есть люди, которые могут выполнить любую работу по дому. И дешевле, чем вызывать специалистов из Алейска, и намного быстрее. Дорога у нас неплохая и даже в дожди не сильно раскисает, но всё-таки тридцать километров туда, да столько же обратно, а до деревни от вас только четыре. Жаль, что только начальная школа, но деревня в две сотни дворов, и в половине из них живут одни старики, поэтому детей не набирается на полноценные классы и их возят автобусом в райцентр. Там несколько школ, но для вас советую ту, в которой учатся мои. Она одна из лучших, да и им будет удобно.
– Наверное, так и сделаем, – сказал Фролов. – Странные у вас птицы на заборе. Похоже, они не боятся людей. Уставились на меня и не сводят глаз. Это нормально?
– Это вороны дочери, – засмеялся Егор. – Они почти ручные, но признают только её. А вы здесь человек новый, вот им и интересно.
– Я понял, что у вас в качестве хозяйки дочь, – сказал Фролов. – Извините, если вопрос покажется нетактичным. У вас нет жены или она сейчас в отъезде?
– Она уже давно умерла от рака, – ответил Егор, – так что мы с дочерью живём вдвоём. Точнее, жили до недавнего времени. Сейчас к нам присоединился сын моих друзей. Они геологи и завербовались в Алжир, а сына оставили мне. Он с этого года будет учиться в одном классе с дочерью. Зайдёте в дом?
– Лучше завтра, – отказался Фролов. – Возьмите номер моего мобильного, потом позвоните, и я занесу ваш номер в книжку. А сейчас поеду. Не скажете, в деревне можно нанять прислугу? Жена у меня не приучена к домашней работе, и ей будет трудно управляться одной.
– Смотря как будете платить. Если не поскупитесь, то найдете кого-нибудь из девушек. Только ей придётся у вас жить. В непогоду она не будет бегать к вам из деревни, особенно зимой. Подумайте, потом скажете.
– До свидания, – простился Фролов. – Рад знакомству.
Он уехал на своём бронированном монстре, а Егор закрыл калитку и ушёл в дом.
– Ну и как тебе сосед? – спросила дочь.
– Смотрела через воронов?
– И через воронов смотрела, и обострила магией слух. Поэтому громко не говори, бухает в уши.
– Сложный человек, – подумав, сказал отец. – Такая машина, как у него, должна стоить кучу денег. И никто не покупает броневик без оснований. Похоже, что он от кого-то сбежал и здесь укрылся. Посмотрим завтра на его семью. Не сердишься из-за моей инициативы?
– Ты имеешь в виду его детей? Всё нормально. Если не понравятся, их нетрудно отвадить от нашего дома.
Поговорив с отцом, Оля посмотрела на часы и пошла в комнату Нора.
– Ты не устал сидеть за учебниками? – спросила она. – Уже восьмой час.
– Говори тише, – попросил он, показав рукой на уснувших на столе Машку и Уголька.
Разобрать, где чьи лапы и хвосты в этом меховом клубке можно было только из-за чёрного окраса котёнка.
– Да я и так говорю почти шёпотом, – сказала девушка. – Плохо, что усиление звука не проходит быстро. Хоть затыкай уши берушами.
– Я что-то об этом слышал, – задумался Нор. – Кто-то из магов говорил, что можно быстро возвращать ушам нормальную чувствительность.
– Приезжал сосед, – сказала Ольга. – Машина у него – зверь! Завтра приедет к нам с семьёй к десяти, а потом, как мы и планируем, отправимся на реку, только вместе с его отпрысками.
– Пропадает час для занятий.
– Полчаса. Туда нас подбросят машиной. А ты из-за их прихода сможешь поесть пирожки с черникой.
– Мы же доели их с дедом Николаем.
– Те доели, завтра утром испеку другие. Праздничный стол накрывать не будем, но нужно чем-то угощать. Заварим чай и поставим пирожки. Нор, у меня почему-то ничего не получается с подслушиванием. Постарайся вспомнить всё, что ты об этом знаешь. Тебе это проще сделать, чем мне. А когда поедем в Алейск, надо посмотреть в магазине книги по физиологии человека. Хорошо бы купить вузовский учебник. Если не купим в городе, придётся заказывать через интернет. Без этого не обойдёмся.
– Оль...
– Что? – обернулась собравшаяся уходить девушка.
– Погладь меня по голове, – попросил Нор. – Помнишь, как я ревел на этой кровати, а ты меня обняла и гладила?
– Я тогда не обнималась, только ты был такой одинокий и несчастный, что я не могла...
– Когда ты гладила волосы, мне сразу вспомнилась мама. Она точно так же утешала, когда я не мог удержаться и плакал, и говорила, что не пристало плакать мальчику с моим именем. Сколько лет прошло, но твои ладони оживляют мою память и на сердце сразу становится и горько, и хорошо. Не бойся, я не стану тебя целовать, хочу только почувствовать женскую ласку и тепло.
– У нас тебя звали бы Андреем, – сказала Оля и села на кровать, – у него такой же перевод.
– Этим именем часто называют княжичей, – объяснил он, садясь рядом с ней. – Можно положить голову тебе на колени? А теперь погладь волосы, можешь даже почесать, это тоже приятно.
– Не буду я тебя чесать, – сказала Ольга, – и гладить не буду. Убери голову, я встану. Не могу я, Нор! Я тебя люблю, и твоя близость бросает меня в дрожь и рождает желание. Что толку сбивать это магией, если я потом полночи не могу уснуть или просыпаюсь с горящими щеками! У меня был разговор с отцом, так он сказал, что такое допустимо в выпускном классе, а сейчас слишком рано, поэтому нужно терпеть. А для этого надо занять себя делом и забыть об объятиях и поцелуях, поэтому не жди от меня ласк.
– Ладно, – вздохнул Нор. – Ведь что такое год? Так, ерунда. А станет невмоготу, сбегаю к Верке.
– Ах ты! Повтори что сказал!
– Ну, Оль, не понимаешь шуток?
– В этом не понимаю и понимать не хочу! Есть вещи, которыми не шутят! Это тебе шутки, а мне твои слова ранят сердце. Не ходи за мной, не хочу тебя сейчас видеть!
– Какой же я дурак! – сказал Нор поднявшей голову Машке. – Спи, не будет больше шума.
Когда он утром зашёл на кухню, Оля уже возилась с тестом.
– Прости дурака! – сказал он, обняв сзади дёрнувшуюся девушку. – Никогда больше не услышишь от меня такого. А чтобы простила совсем, подскажу, почему не получалась передача мыслей. По подслушиванию ничего не вспомнилось, а по этому кое-что нашёл.
– И что же? – спросила она. – Отпусти, а то перепачкаю в муке.
– Ты всё делала правильно, только нужно было одновременно активировать височные области мозга.
– Слуховой центр?
– Наверное. Там ведь не только он.
– Вспомнил ещё один разговор? Интересно, почему это ты вдруг покраснел?
– Помнишь, я рассказывал, что магов укорачивают на голову, если они...
– Я пока не страдаю склерозом и прекрасно помню то, что мне рассказали на днях.
– Но есть и исключения. Если маг договорится и кому-нибудь заплатит, то это не будет считаться преступлением. Такое изредка используют слепые. Не всякую слепоту можно вылечить, а маг может ненадолго связать зрение и у двух обычных людей. Но чаще используют старики.
– А при чём здесь старость? – не поняла Оля.
– Передать от человека человеку можно не только зрение и слух, – смущённо сказал Нор. – Можно связать все чувства, в том числе и то, что люди испытывают, когда любят. И если ты сам из-за возраста на такое уже не способен, то можно заплатить деньги... Это высшая магия, и она доступна не всем. Фактически ты сливаешься с телом другого человека, а он не замечает твоего присутствия.
– Извращенцы! – высказалась девушка. – Слепые – это понятно, но всё остальное... Жаль, что у тебя было так мало сил. Нам не помешали бы эти знания.
– Дело не только в силах. Даже будь их у меня больше, знал бы столько же. Чтобы изучить высшую магию, нужно потратить лет тридцать, и учиться не дома, а в... университете. Самое похожее по смыслу слово, хотя не во всём совпадает. А наследников туда не посылают. Я должен был учиться править и со временем заменить отца, поэтому мне светило только домашнее образование. Был бы вторым сыном, тогда могли послать.
– Так что насчёт разговора? Я так и не поняла...
– Помнишь, зимой, когда мне было десять лет, в нашем замке остановились переночевать два старых мага? Один из них был так стар, что я до него не видел таких дряхлых людей. Случайно подслушал их разговор, когда они возвращались из трапезной, а я сидел в одной из ниш малой галереи. Вспомнила?
– Вспомнила, – покраснела Оля. – Весёлые старички. Ладно, не мешай. Пойди лучше убери всё со своего стола и вообще наведи у себя порядок. Принимать гостей будем там. Сейчас я закончу с тестом и займусь завтраком. Да, не забудь сказать малышам, чтобы сегодня их не было на столе. А после завтрака закрой к себе дверь и иди с учебниками в кабинет. И их можешь забрать, чтобы не путались под ногами.
– И что я должен делать?
– Только дать разрешение. Я тебя подчиню и сразу же отпущу. Ты этого не заметишь. Нор говорит, что при этом образуется связь, которая позволит мне видеть всё, что будешь видеть ты. Мне интересно проверить, получится или нет, и что ты при этом почувствуешь. Он говорит, что совсем ничего.
– Хочешь научиться подглядывать? А тебе не кажется, что это подло?
– Врать тоже неэтично, а скольким людям мы соврали, когда устраивали Нора? Я не собираюсь подглядывать за порядочными людьми, но если нам будет угрожать опасность, разве такая уж большая цена спасения – заглянуть куда-нибудь чужими глазами? Я ни к кому не лезу в голову, только смотрю.
– Ладно, убедила, – согласился отец. – Вы не сможете жить так, как живут другие. Смотри, что тебе нужно. Долго будешь со мной экспериментировать?
– Уже закончила, – довольно сказала Ольга. – Всё работает. И смотреть удобнее, чем через воронов. Фактически это ничем не отличается от нормального зрения.
– Теперь нужно научиться читать по губам. Вот раздолье для шпионов! А нельзя слушать чужими ушами? Это может оказаться полезней зрения. Да, твоего вмешательства я не почувствовал.
– Можно, но пока не научилась. Я ничем не занята, повожусь, но своего добьюсь. Нор мало знает о магии и многое не использовал из-за недостатка сил.
– А можно как-то увеличить силы?
– Нор говорит, что в их мире бились над этим сотни лет и всё без толку. Если сил мало, не поможет ничего. Сильные маги редко встречаются у мужчин, а среди женщин их нет совсем.
– Их женщины действительно так некрасивы?
– Фигуры у многих красивые, – подумав, ответила Ольга. – Волосы очень пышные, а у дворянок ещё и ухоженные. А вот лица... Красивых я не помню. Кожа нежная, но черты лица грубые. На их фоне и я сойду за красавицу.
– А ты знаешь, что стала меняться? И я не назвал бы это нормальным.
– И что во мне ненормального? – удивилась Ольга. – Я не замечаю никаких изменений.
– Волосы стали заметно толще, поэтому причёска выглядит пышней, а кожа на лице избавляется от веснушек. Если так пойдёт и дальше, их скоро не останется. Жаль, они добавляли тебе прелести. И меняется форма носа. Эти изменения начали проявляться в последнее время и ненормально быстро. А ты не замечаешь, потому что смотришься в зеркало по двадцать раз за день. К тому же изменения пока не очень видны. Я заметил, а семья Замятиных – нет.
– Ты меня озадачил. Пойду трясти Нора. Если я меняюсь, он не мог этого не заметить.
Нор сидел за столом и что-то писал. Рядом с тетрадкой лежали Уголёк с Машкой и не сводили любопытных глазёнок с бегающей по бумаге ручки.
– Они не мешают? – спросила девушка.
– Мешаешь ты, – прекратив писать, улыбнулся он. – А их я пустил с условием, что будут вести себя тихо. Да они и так умотались и уже не рвутся хулиганить.
– Я не буду долго мешать, сейчас уйду. Хотела сказать, что отец разрешил испытать на нём подглядывание и всё получилось. И он сказал, что у меня меняется внешность.
– Ты уже несколько раз укрепляла тело, – сказал Нор. – Мышцы увеличиваются в размерах и приобретают рельеф. Можно ещё разок...
– Он говорил не об этом! – перебила Оля. – Меняются толщина волос и форма носа и исчезают веснушки.
– Так и есть, – кивнул он. – Егор не сказал о глазах. Но это и понятно...
– Это тебе понятно! – вскинулась она. – А я в панике!
– Ну и глупо. Ты становишься красивее и меняешь себя сама. Не вижу поводов для паники. Не понимаешь? Всё очень просто. Ты знаешь, что веснушки и вздёрнутый нос многие не связывают с красивым лицом. У тебя шикарные волосы, но какая девушка не хочет, чтобы причёска была пышнее? Большие глаза придают прелести любой женщине. Ты обладаешь силой и не всегда используешь её осознанно. Эти изменения вызваны твоим желанием стать красивее. Для меня ты и раньше была лучше всех, а сейчас станешь ещё желанней. А остальные пусть гадают, вызвано это возрастными изменениями или пластической операцией. Тебе трудно увидеть, потому что много времени проводишь перед зеркалом. Возьми фотоаппарат и делай каждый день по снимку. Я думаю, что ты будешь меняться с месяц.
– И на кого я буду похожа? Меня же никто не узнает!
– Не настолько ты изменишься, чтобы не узнали, – возразил Нор. – Успокоишь класс магией. За неделю привыкнут к твоему новому виду. Иди лучше займись подслушиванием, а на изменения внешности не обращай внимания: всё равно ничего не сможешь сделать.
Глава 7
– Папа, выйди, – крикнула Оля отцу. – Кто-то приехал. Наверное, это сосед.
Егор вышел из дома и увидел похожий на броневик автомобиль и стоявшего у калитки мужчину.
– Можно войти? – спросил тот.
– Входите, – пригласил Егор. – Если хотите, можете заехать, хотя с машиной и за забором ничего не случится.
– Здравствуйте! – за руку поздоровался гость. – Виктор Фролов. Я ваш новый сосед. Мы приехали утром и остановились познакомиться, но никого из вас не было дома. Я уже дважды заезжал, и ни разу не получилось застать вас днём, поэтому решил наведаться вечером.
– Егор Ковалёв, – представился отец. – Дочь говорила о вашем визите. Я не всегда днём отсутствую, это вам не повезло. Не скажете, что это у вас за чудо на колёсах? Никогда такого не видел.
– Бронированный внедорожник «найт», – ответил Фролов. – Классная, но чертовски дорогая машина. Фактически это переделанный броневик. Сюда прибыли своим ходом, подцепив к нему прицеп с вещами. Дом куплен уже с мебелью, так что уложились за один рейс. К себе пока не приглашаем, сначала нужно освоиться самим. Но наши семьи хочу познакомить. Когда к вам можно подъехать?
– Как вас по отчеству? – спросил Егор.
– Олегович. Но лучше зовите по имени.
– Хорошо, тогда и вы зовите Егором. Давайте, Виктор, вы навестите нас завтра к десяти. Я никуда не уйду, а мои ребята к одиннадцати собирались на реку. Это поблизости, рядом с деревней. Они могли бы забрать с собой и ваших детей, если вам не нужна их помощь в обустройстве. Отвезёте их к деревне, заодно сами её посмотрите. Они тоже соседи, а с соседями полезно знаться. Там есть люди, которые могут выполнить любую работу по дому. И дешевле, чем вызывать специалистов из Алейска, и намного быстрее. Дорога у нас неплохая и даже в дожди не сильно раскисает, но всё-таки тридцать километров туда, да столько же обратно, а до деревни от вас только четыре. Жаль, что только начальная школа, но деревня в две сотни дворов, и в половине из них живут одни старики, поэтому детей не набирается на полноценные классы и их возят автобусом в райцентр. Там несколько школ, но для вас советую ту, в которой учатся мои. Она одна из лучших, да и им будет удобно.
– Наверное, так и сделаем, – сказал Фролов. – Странные у вас птицы на заборе. Похоже, они не боятся людей. Уставились на меня и не сводят глаз. Это нормально?
– Это вороны дочери, – засмеялся Егор. – Они почти ручные, но признают только её. А вы здесь человек новый, вот им и интересно.
– Я понял, что у вас в качестве хозяйки дочь, – сказал Фролов. – Извините, если вопрос покажется нетактичным. У вас нет жены или она сейчас в отъезде?
– Она уже давно умерла от рака, – ответил Егор, – так что мы с дочерью живём вдвоём. Точнее, жили до недавнего времени. Сейчас к нам присоединился сын моих друзей. Они геологи и завербовались в Алжир, а сына оставили мне. Он с этого года будет учиться в одном классе с дочерью. Зайдёте в дом?
– Лучше завтра, – отказался Фролов. – Возьмите номер моего мобильного, потом позвоните, и я занесу ваш номер в книжку. А сейчас поеду. Не скажете, в деревне можно нанять прислугу? Жена у меня не приучена к домашней работе, и ей будет трудно управляться одной.
– Смотря как будете платить. Если не поскупитесь, то найдете кого-нибудь из девушек. Только ей придётся у вас жить. В непогоду она не будет бегать к вам из деревни, особенно зимой. Подумайте, потом скажете.
– До свидания, – простился Фролов. – Рад знакомству.
Он уехал на своём бронированном монстре, а Егор закрыл калитку и ушёл в дом.
– Ну и как тебе сосед? – спросила дочь.
– Смотрела через воронов?
– И через воронов смотрела, и обострила магией слух. Поэтому громко не говори, бухает в уши.
– Сложный человек, – подумав, сказал отец. – Такая машина, как у него, должна стоить кучу денег. И никто не покупает броневик без оснований. Похоже, что он от кого-то сбежал и здесь укрылся. Посмотрим завтра на его семью. Не сердишься из-за моей инициативы?
– Ты имеешь в виду его детей? Всё нормально. Если не понравятся, их нетрудно отвадить от нашего дома.
Поговорив с отцом, Оля посмотрела на часы и пошла в комнату Нора.
– Ты не устал сидеть за учебниками? – спросила она. – Уже восьмой час.
– Говори тише, – попросил он, показав рукой на уснувших на столе Машку и Уголька.
Разобрать, где чьи лапы и хвосты в этом меховом клубке можно было только из-за чёрного окраса котёнка.
– Да я и так говорю почти шёпотом, – сказала девушка. – Плохо, что усиление звука не проходит быстро. Хоть затыкай уши берушами.
– Я что-то об этом слышал, – задумался Нор. – Кто-то из магов говорил, что можно быстро возвращать ушам нормальную чувствительность.
– Приезжал сосед, – сказала Ольга. – Машина у него – зверь! Завтра приедет к нам с семьёй к десяти, а потом, как мы и планируем, отправимся на реку, только вместе с его отпрысками.
– Пропадает час для занятий.
– Полчаса. Туда нас подбросят машиной. А ты из-за их прихода сможешь поесть пирожки с черникой.
– Мы же доели их с дедом Николаем.
– Те доели, завтра утром испеку другие. Праздничный стол накрывать не будем, но нужно чем-то угощать. Заварим чай и поставим пирожки. Нор, у меня почему-то ничего не получается с подслушиванием. Постарайся вспомнить всё, что ты об этом знаешь. Тебе это проще сделать, чем мне. А когда поедем в Алейск, надо посмотреть в магазине книги по физиологии человека. Хорошо бы купить вузовский учебник. Если не купим в городе, придётся заказывать через интернет. Без этого не обойдёмся.
– Оль...
– Что? – обернулась собравшаяся уходить девушка.
– Погладь меня по голове, – попросил Нор. – Помнишь, как я ревел на этой кровати, а ты меня обняла и гладила?
– Я тогда не обнималась, только ты был такой одинокий и несчастный, что я не могла...
– Когда ты гладила волосы, мне сразу вспомнилась мама. Она точно так же утешала, когда я не мог удержаться и плакал, и говорила, что не пристало плакать мальчику с моим именем. Сколько лет прошло, но твои ладони оживляют мою память и на сердце сразу становится и горько, и хорошо. Не бойся, я не стану тебя целовать, хочу только почувствовать женскую ласку и тепло.
– У нас тебя звали бы Андреем, – сказала Оля и села на кровать, – у него такой же перевод.
– Этим именем часто называют княжичей, – объяснил он, садясь рядом с ней. – Можно положить голову тебе на колени? А теперь погладь волосы, можешь даже почесать, это тоже приятно.
– Не буду я тебя чесать, – сказала Ольга, – и гладить не буду. Убери голову, я встану. Не могу я, Нор! Я тебя люблю, и твоя близость бросает меня в дрожь и рождает желание. Что толку сбивать это магией, если я потом полночи не могу уснуть или просыпаюсь с горящими щеками! У меня был разговор с отцом, так он сказал, что такое допустимо в выпускном классе, а сейчас слишком рано, поэтому нужно терпеть. А для этого надо занять себя делом и забыть об объятиях и поцелуях, поэтому не жди от меня ласк.
– Ладно, – вздохнул Нор. – Ведь что такое год? Так, ерунда. А станет невмоготу, сбегаю к Верке.
– Ах ты! Повтори что сказал!
– Ну, Оль, не понимаешь шуток?
– В этом не понимаю и понимать не хочу! Есть вещи, которыми не шутят! Это тебе шутки, а мне твои слова ранят сердце. Не ходи за мной, не хочу тебя сейчас видеть!
– Какой же я дурак! – сказал Нор поднявшей голову Машке. – Спи, не будет больше шума.
Когда он утром зашёл на кухню, Оля уже возилась с тестом.
– Прости дурака! – сказал он, обняв сзади дёрнувшуюся девушку. – Никогда больше не услышишь от меня такого. А чтобы простила совсем, подскажу, почему не получалась передача мыслей. По подслушиванию ничего не вспомнилось, а по этому кое-что нашёл.
– И что же? – спросила она. – Отпусти, а то перепачкаю в муке.
– Ты всё делала правильно, только нужно было одновременно активировать височные области мозга.
– Слуховой центр?
– Наверное. Там ведь не только он.
– Вспомнил ещё один разговор? Интересно, почему это ты вдруг покраснел?
– Помнишь, я рассказывал, что магов укорачивают на голову, если они...
– Я пока не страдаю склерозом и прекрасно помню то, что мне рассказали на днях.
– Но есть и исключения. Если маг договорится и кому-нибудь заплатит, то это не будет считаться преступлением. Такое изредка используют слепые. Не всякую слепоту можно вылечить, а маг может ненадолго связать зрение и у двух обычных людей. Но чаще используют старики.
– А при чём здесь старость? – не поняла Оля.
– Передать от человека человеку можно не только зрение и слух, – смущённо сказал Нор. – Можно связать все чувства, в том числе и то, что люди испытывают, когда любят. И если ты сам из-за возраста на такое уже не способен, то можно заплатить деньги... Это высшая магия, и она доступна не всем. Фактически ты сливаешься с телом другого человека, а он не замечает твоего присутствия.
– Извращенцы! – высказалась девушка. – Слепые – это понятно, но всё остальное... Жаль, что у тебя было так мало сил. Нам не помешали бы эти знания.
– Дело не только в силах. Даже будь их у меня больше, знал бы столько же. Чтобы изучить высшую магию, нужно потратить лет тридцать, и учиться не дома, а в... университете. Самое похожее по смыслу слово, хотя не во всём совпадает. А наследников туда не посылают. Я должен был учиться править и со временем заменить отца, поэтому мне светило только домашнее образование. Был бы вторым сыном, тогда могли послать.
– Так что насчёт разговора? Я так и не поняла...
– Помнишь, зимой, когда мне было десять лет, в нашем замке остановились переночевать два старых мага? Один из них был так стар, что я до него не видел таких дряхлых людей. Случайно подслушал их разговор, когда они возвращались из трапезной, а я сидел в одной из ниш малой галереи. Вспомнила?
– Вспомнила, – покраснела Оля. – Весёлые старички. Ладно, не мешай. Пойди лучше убери всё со своего стола и вообще наведи у себя порядок. Принимать гостей будем там. Сейчас я закончу с тестом и займусь завтраком. Да, не забудь сказать малышам, чтобы сегодня их не было на столе. А после завтрака закрой к себе дверь и иди с учебниками в кабинет. И их можешь забрать, чтобы не путались под ногами.
