— Но я мог бы учиться дома. С нормальными детьми ходить в школу. Зачем мне ехать в Хогвард? Я ведь не по настоящему волшебник.
— Глупый ребёнок, нельзя быть не по настоящему волшебником. Ты ведь даже не пробовал.
— А если меня выгонят?
— Нет, не выгонят. Директор школы Минерва Макгонагал мой давний друг, она очень хорошо знает твоего Наставника и Лорда Принца. Даже если с учёбой не заладится тебя не выгонят…
— А за драки?
— Даже и не мечтай… Никто тебя не сможет выгнать. Я твою учёбу уже оплатил. Ты же не в долг учишься! Ну сообщат в Попечительский Совет, а это твой Наставник… делов-то… Хогвардц — это очень хорошая школа, тебе там понравится…
— Ага, я так и понял. Школа-интернат, где учатся вооружённые волшебными палочками несовершеннолетние недоучки-террористы. А я ничего не знаю! Я даже не знаю, где там можно спрятаться!
— Почему ничего не знаешь? С тобой вместе будут учиться Тедди Люпин, Скорпиус Малфой и Джеймс Поттер. Малфой и Поттер, как и ты, первокурсники. Лорд Блэк-Поттер регулярно посещает Хогвардц как член Попечительского Совета, его наняли для ремонта школы как Мастера Артефактора. А Альфарад Керроу, который тебя лечил? Он тоже будет там. А про то, где едой разжиться и спрятаться, это я тебе и сам расскажу. Кто может знать школу лучше, чем её завхоз?
Панси получила срочное сообщение от Лаванды, но не решилась подойти к Лорду Блэк-Поттеру. После взрыва в поместье, Лорд был угрюм и мрачен, а Панси его и в более благодушном настроении опасалась.
— Панс, ты чего такая тихая, а? Случилось чего?
— Да вот, с Лавандой пообщалась…
— С поставками проблемы? Отчёт не сходится? Проверка какая?
— Нет. С этим всё хорошо.
— Ну что там могло случиться?
— Лорд Мальсибер запил. Месяц уже пьёт. К нему мать Лаванды приходила, вот он типа… с горя.
— Тьфу ты, Рози, мать её волшебницу!
— Ты её знаешь?
— Конечно! Она пока в Хогвардце училась, Рею все мозги проклевала.А перед последним экзаменом выскочила замуж за Брауна. Браун же приличный человек, владелец лавки, а Рей когда ещё денег на нормальную жизнь заработает. Рози за нищеброда из Лютного не пошла.
— Рейнальд разве не был Наследником Рода?
— Был. Но Рози магглорожденная и не понимала смысла в слове Наследник. Приличные парни по Лютному не шастают. Рей же, он считай что вырос в Лютном. О том, что земли Лютного входят в майорат Мальсиберов знали все, кроме Рози. Она, по-моему, не хотела понимать, что значит майорат.
— Септимус, ты куда?
— Рея проведаю. Совсем сдурел из-за дуры этой. Гарольду скажи, что я у Мальсибера, а то к ужину не спущусь — меня в розыск объявят!
Уже давно ни кому не было допуска к Лорду Лютного. Лорд изволил напиваться в одиночестве — депрессия называется. И выходить из запоя не собирался. Суваться к депрессивному Мальсиберу дураков не находилось. Мальсибер — он человек, конечно, хороший и адекватный, но только пока трезвый. А как напьётся, то прямо-таки копия папаши своего покойного Лорда Максимуса, чтоб ему и на том свете пусто было.
Появлению Лорда Принца весь Лютный радовался больше чем вся страна победе над Воландемортом. Тем более, что Принц разрешения не спрашивал, он игнорируя всех и вся, напрямую промаршировал в приёмную Мальсибера.
Встречал непрошеного визитёра Лорд Мальсибер «Ступефаем». Ибо не фиг всяким тут… Ходют всякие, настроение портят. Принц привычно увернулся.
— А, Сев, это ты! Пить будешь? — опознал визитёра Мальсибер.
Два давних друга пили молча, пока бутылка огневиски не закончилась. Эльф, не дожидаясь команды, шустро принёс ещё.
— Рей, ты меня уважаешь?
— А, то!
— А за чего?
— Ну, ты… хороший зельевар. За мать я тебе благодарен. Да!
— И всё?
— Э… ты мой друг!
— А скажи ты мне, друг мой недалёкий…
— Почему это я недалёкий?
— Потому что близкий! С хера ли ты в одну харю пьёшь?
— А чего? Я — Лорд! Как хочу так и самодурствую!
— Я тоже Лорд. И я того… запрещаю!
— Сев, ты не понимаешь… Рози приходила. Представляешь, ко мне изволила придти Рози, не погнушалась, не побрезговала…
— И чего? Миссис Авинстоун тебе нужна?
— Да вот, не нужна! Оказалось, что не нужна. Я ведь её все эти годы ждал. Думал, что помогу ей чем-нибудь, понимаешь?
— Ага, а она бросит всё и останется с тобой. Так чего не осталась?
— А вот если бы в тебе, Сев, припёрлась твоя Эванс?
— Лили умерла. Она для меня умерла в тот день как вышла замуж за Поттера.
— А Рози вот пришла. Скотина подлая…
— Разочарован?
— Да! Той Рози, которуя я всю жизнь любил, больше нет. И, наверное, никогда не было. Я её себе придумал. Идиот, да? Как ты с этим справился, Сев? Ты ведь выжил с этим…
— Нет, Рей. Я умер. С этим я умер. Так вот…
— Да, ну её, Сев!
— Ага, женился бы ты, Рей что ли… Помогает!
— Слышь чего, Сев… Я баб этих всех… На одну рожу они мне все!
— А ты на рожу не смотри, выбери ту, которой ты нравишься. Ребёнка заведите…
— А я чего, собственно, пью-то… Сыну моему год скоро… так вот…
Принц долго слушал нудные пьяные бредни Мальсибера про девчонку глупую, защиты и покровительства просившую, про рождение сына, на которого он глядел целых два раза за год. После чего вылил содержимое своего бокала Рею в лицо.
— Ты чего, ох…л? Тебе откатов мало? Мало того, что девке 16 лет было, ты ещё и пацана не признал! Где ты другую с такой совместимостью найдёшь? На тебе Род! Женись!
— Не пойдёт она за меня! Я бы не пошёл! Но сына признаю, да!
— А ты спрашивал, Рей? Она тебя послала?
— А зачем? Меня не надо посылать, я уже во всех местах был.
— Рей, ты не спи! Кольца Родовые где? А? Пошли, я её спрошу. Как её звать-то?
— Оливия…
К парадному входу хозяйского дома в Мальсибер-меноре аппарировали двое мужчин. они, держась друг за друга, вошли в дом.
— Всё! Дошли! — выдал Мальсибер и лёг там где стоял
— Эй! Есть кто? — заорал Принц, прижавшись спиной к двери для устойчивости.
На шум тихонько выглянул сонный белобрысый пацанёнок лет тринадцати на вид.
— Ты кто? — спросил Принц.
— Гилмар. Томас Гилмар. Слизерин. Третий курс.
— А я — Принц! Друг Мальсибера. Мальсибер вот! — ткнул в сторону пьяного тела не менее пьяный Септимус, безобразно похожий на портрет Снейпа в гостиной Слизерина.
Томас то ли с испуга, то ли от растерянности представил Принцу свою сестру Оливию, невысокую белобрысую девицу.
Принц принялся тормошить пьяное тело на полу.
— Рей, сосредоточься! Она?
— Она! — подтвердил Мальсибер и снова вырубился.
Принц снова принял вертикальное положение, выбрав в качестве опоры стену.
— В общем, чего? Рей просит твоей руки, Оливия. И сына готов признать. Ты того… не думай, что он того… Он вообще ничего. Хороший он человек… временами. Лорд и Мастер Боевик. Кто зря Лютный в кулаке держать не будет. Отец его не смог, а Рей держит.
— Только я не Рози…
— А… на хрена нам Рози? Рей не хотел семью заводить из-за отца своего Максимуса Мальсибера. Этот Лорд свою жизнь променял на карты и алкоголь. Даже жену с дочкой проиграл, чтоб ему пусто на том свете было. Очень любил воспитывать своих домочадцев. Ага. «Круциатусом». Очень беспокойным Лорд был, особенно если с него долги взыскивали, пока Рей его не успокоил «Авадой». Так вот. Рей боится стать таким же… Ты это, думай, что ли…
Септимус снова сполз на пол и обшарил карманы друга, доставая кольцо.
— Вот! Кольцо!
Принц, больше не сумевший принять вертикальное положение, шустро дополз до перепуганной Оливии, сунул ей в руку кольцо, выполз из дома и аппарировал в неизвестном направлении…
Рано утром Петунья спустилась на кухню, чтобы дать распоряжения домовушке Соль по поводу завтрака и обнаружила там зарёванную Панси.
— Панси, дочка, ты чего? Случилось что? С отцом?
Петунья тормошила Панси до тех пор пока та не перестала реветь.
— Меня муж выгнал! — неожиданно выдала Леди Принц и снова заревела.
Срочно вызванный Элайджа Паркинсон даже не знал, что ему делать: утешать дочь или идти ругаться с зятем. Панси ничего связно объяснить не смогла. Где Лорд Принц сейчас и что произошло выяснить не получалось.
— Глупая сквибка! Тупой Паркинсон! — появился Кикимер. — Хозяюшка Вальпурга велела несчастному Кикимеру придти к вам. Кикимер принёс хозяйский думосброс!
— Кикимер, ты гений! — воскликнула Петунья.
— Кикимер знает! — испарился эльф.
Спустя несколько минут Паркинсон просматривал воспоминания дочери.
Вот Панси тащит в дом пьяного Лорда Принца. Лорд чуть ли не всей массой навалился на жену, но ногами перебирает, не замолкая ни на минуту, рассказывая супруге, что жизнь не справедлива и все бабы — зло. Панси поддакивает супругу и упорно тащит его в дом. Потом не менее упорно дотаскивает его до лестницы, где сила земного притяжения победила женское упорство и Лорд Принц шлёпнулся на пол. Септимус несколько раз, с помощью супруги, пытался принять вертикальное положение и начать восхождение на второй этаж, но ступеньки упорно выскальзывали из-под его ног. Лорду надоело и он довольно шустро преодолел ступени на четырёх конечностях.
Возле кровати в спальне Лорд внимательно огляделся, обрадовался чему-то и выдал ту фразу, которую Панси никак не ожидала услышать.
— Всё! Я дома! Пошла отсюда! Я женат!
Пробуждение было не особо приятным. Мало приятного в том, когда тебя сдёрнули с кровати и окунают в холодную воду, а затем вливают в рот антипохмельное.
— Ты что же творишь, Принц, мать твою волшебницу? — шипел злющий Лорд Блэк-Поттер.
Септимус лихорадочно свёл мозги в кучку и пытался вспомнить, что же вызвало гнев соулмейта. Неожиданно не обезображенное интеллектом лицо Принца вызвало смех у Гарольда.
— Сев, ты хоть чего-нибудь помнишь?
— Помню! Частично!
Лорд Блэк-Поттер ржал. Тупо ржал, потому что смехом назвать это было невозможно.
— Ладно, я сдаюсь! Чего я натворил?
— Ну, вчера, а точнее уже сегодня, ты беседовал со своей женой на тему, что все бабы — зло!
— Уй… и чего? Она меня не убила? — Принц пытался разглядеть в зеркале свою помятую физиономию. Под глазом уже образовалась фиолетово-чёрного цвета гематома.
— Это Панси меня била, да? Кстати, где она?
— А ты её выгнал!
— Куда? За антипохмельным?
— Нет, Сев. Ты её просто выгнал…
— Чего?
— Сидеть! Я еле Паркинсона отговорил тебя на дуэль вызывать, за честь дочери…
— Да что же я сделал?
— Ты выставил свою жену за дверь как девку из борделя.
— Не может быть…
— Ага, так и сказал: «Пошла вон! Я женат!»
— Да на хрена она ушла? Она же и есть жена… Паркинсон всё ещё желает убиться на дуэли?
— Да хрен бы с ним, с Паркинсоном! Ты зачем аврорат на уши поставил?
— Я?
— Ты, Сев!
— Да чего я сделал?
— Сегодня ночью два дежурных аврора у камина в «Дырявом котле» имели честь наблюдать пришествие покойного профессора Снейпа, который снял сто баллов с Грифиндора и ушёл камином в Блэк-менор. В личности профессора Снейпа авроры не уверены, так как пьяным столь уважаемого человека при его жизни ни разу не видели. Какого хрена ты попёрся в «Дырявый котёл»? Чего в «Лютном» каминов нету? Где ты был?
— Не знаю…
В Принца тут же полетела связка диагностических заклятий.
— Сев, ты помнишь где был? Что последнее ты помнишь? С кем ты был?
— Я был у Рея. В Лютном. Пили. Потом к нему ходили в менор.
— Камином?
— Не помню… Там это, Рей предложение делал.
— Какое?
— Руки и сердца.
— Тебе?
— Нет. Зачем мне? Оливии.
— А кто такая Оливия?
— Это мать его сына. Вот.
— А дальше?
— Не помню… Но домой-то я добрался!
— Ага. На автопилоте! Сейчас Финниган придёт. Главный Аврор желает лицезреть «покойного профессора Снейпа» и задать ему пару вопросов…
Визит Главного Аврора в Блэк-менор был вынужденным и нежеланных с обеих сторон.
Лорд Блэк-Поттер для Главного Аврора был вроде как однокурсником, соратником по борьбе с Пожирателями, тем самым Гарри Поттером, но в тоже время Лордом и представителем чистокровной аристократии. Как говорится: с чем боролись, на то и напоролись…
Лорд Блэк-Поттер сближаться с Симусом Финниганом тоже не спешил. Вроде и однокурсники, а жизнь идёт и людей меняет…
Министерство заняло своеобразную выжидательную позицию к Лорду Блэк-Поттеру, возложив миссию влияния на Героя на Главу Аврората. Финниган старался держать нейтралитет по отношению как к Министерству, так и к Гарри Поттеру.
А вчера ночью весь Аврорат стоял на ушах. И совсем не от серии новых террористических актов и даже не от очередного возрождения Тёмного Лорда. Происшествие по резонансу было куда более мощным: явление в «Дырявом котле» самого одиозного Героя Магической Великобритании, Кавалера Ордена Мерлина 1-й Степени, шпиона «Ордена Феникса» и оправданного Пожирателя Смерти профессора зельеварения Северуса Снейпа. Да, именно в таком порядке. Того самого Северуса Тобиаса Снейпа, погибшего 2 мая 1998 года в битве при Хогвардце и похороненного на Аллее Славы. Того самого Снейпа, за оправдание которого Гарри Поттер воевал с Визенгамотом хлеще, чем с Волдемортом. Того самого Снейпа, которому был установлен памятник из куска цельного чёрного мрамора на деньги Лорда Лонгботтома. Именно визит Невилла Лонгботтома к министру, заинтересовавшегося появлением покойных профессоров, заставил Главного Аврора идти в Блэк-менор.
«Покойный профессор Снейп» был представлен пред светлы очи аврората. Вполне себе живой «после вчерашнего», хоть и немного помятый, мужчина, по «морде лица» похожий на Снейпа. Судить точнее было сложно, Финниган с трудом мог себе представить как мог бы, чисто теоретически, выглядеть профессор Снейп с похмелья.
— Вот! Лорд Септимус Северус Принц! Других не держим!
— Да… Похож…
— Мы чего, имеем честь быть знакомы? — изволил скосить на Финнигана заинтересованные чёрные глазки Принц.
— Собутыльник, что ли? — обрадовался Гарольд.
— Нет! С этим я точно не пил! — отмахнулся Принц, пытаясь поудобнее расположить свою не совсем трезвую тушку на кресле.
В ходе беседы Лорд Принц честно признался, что его схожесть с профессором Снейпом не случайна. Да, именно Северус Снейп является его отцом. Да, Снейп был женат на родственнице своего Наставника сквибке Лукреции Медичи. Нет, наличие семьи у профессора Снейпа тайной не было. Макгонагал, например, знала. Да и вообще ЭТО все знают! И, вообще, он больше на свою родню по матери похож. В доказательство своих слов, Принц предъявил монографию Родригеса Медичи с колдографией автора.
— Ага! Один в один Снейп! — согласился с доводами Принца Финниган.
— Глупый ребёнок, нельзя быть не по настоящему волшебником. Ты ведь даже не пробовал.
— А если меня выгонят?
— Нет, не выгонят. Директор школы Минерва Макгонагал мой давний друг, она очень хорошо знает твоего Наставника и Лорда Принца. Даже если с учёбой не заладится тебя не выгонят…
— А за драки?
— Даже и не мечтай… Никто тебя не сможет выгнать. Я твою учёбу уже оплатил. Ты же не в долг учишься! Ну сообщат в Попечительский Совет, а это твой Наставник… делов-то… Хогвардц — это очень хорошая школа, тебе там понравится…
— Ага, я так и понял. Школа-интернат, где учатся вооружённые волшебными палочками несовершеннолетние недоучки-террористы. А я ничего не знаю! Я даже не знаю, где там можно спрятаться!
— Почему ничего не знаешь? С тобой вместе будут учиться Тедди Люпин, Скорпиус Малфой и Джеймс Поттер. Малфой и Поттер, как и ты, первокурсники. Лорд Блэк-Поттер регулярно посещает Хогвардц как член Попечительского Совета, его наняли для ремонта школы как Мастера Артефактора. А Альфарад Керроу, который тебя лечил? Он тоже будет там. А про то, где едой разжиться и спрятаться, это я тебе и сам расскажу. Кто может знать школу лучше, чем её завхоз?
Панси получила срочное сообщение от Лаванды, но не решилась подойти к Лорду Блэк-Поттеру. После взрыва в поместье, Лорд был угрюм и мрачен, а Панси его и в более благодушном настроении опасалась.
— Панс, ты чего такая тихая, а? Случилось чего?
— Да вот, с Лавандой пообщалась…
— С поставками проблемы? Отчёт не сходится? Проверка какая?
— Нет. С этим всё хорошо.
— Ну что там могло случиться?
— Лорд Мальсибер запил. Месяц уже пьёт. К нему мать Лаванды приходила, вот он типа… с горя.
— Тьфу ты, Рози, мать её волшебницу!
— Ты её знаешь?
— Конечно! Она пока в Хогвардце училась, Рею все мозги проклевала.А перед последним экзаменом выскочила замуж за Брауна. Браун же приличный человек, владелец лавки, а Рей когда ещё денег на нормальную жизнь заработает. Рози за нищеброда из Лютного не пошла.
— Рейнальд разве не был Наследником Рода?
— Был. Но Рози магглорожденная и не понимала смысла в слове Наследник. Приличные парни по Лютному не шастают. Рей же, он считай что вырос в Лютном. О том, что земли Лютного входят в майорат Мальсиберов знали все, кроме Рози. Она, по-моему, не хотела понимать, что значит майорат.
— Септимус, ты куда?
— Рея проведаю. Совсем сдурел из-за дуры этой. Гарольду скажи, что я у Мальсибера, а то к ужину не спущусь — меня в розыск объявят!
Уже давно ни кому не было допуска к Лорду Лютного. Лорд изволил напиваться в одиночестве — депрессия называется. И выходить из запоя не собирался. Суваться к депрессивному Мальсиберу дураков не находилось. Мальсибер — он человек, конечно, хороший и адекватный, но только пока трезвый. А как напьётся, то прямо-таки копия папаши своего покойного Лорда Максимуса, чтоб ему и на том свете пусто было.
Появлению Лорда Принца весь Лютный радовался больше чем вся страна победе над Воландемортом. Тем более, что Принц разрешения не спрашивал, он игнорируя всех и вся, напрямую промаршировал в приёмную Мальсибера.
Встречал непрошеного визитёра Лорд Мальсибер «Ступефаем». Ибо не фиг всяким тут… Ходют всякие, настроение портят. Принц привычно увернулся.
— А, Сев, это ты! Пить будешь? — опознал визитёра Мальсибер.
Два давних друга пили молча, пока бутылка огневиски не закончилась. Эльф, не дожидаясь команды, шустро принёс ещё.
— Рей, ты меня уважаешь?
— А, то!
— А за чего?
— Ну, ты… хороший зельевар. За мать я тебе благодарен. Да!
— И всё?
— Э… ты мой друг!
— А скажи ты мне, друг мой недалёкий…
— Почему это я недалёкий?
— Потому что близкий! С хера ли ты в одну харю пьёшь?
— А чего? Я — Лорд! Как хочу так и самодурствую!
— Я тоже Лорд. И я того… запрещаю!
— Сев, ты не понимаешь… Рози приходила. Представляешь, ко мне изволила придти Рози, не погнушалась, не побрезговала…
— И чего? Миссис Авинстоун тебе нужна?
— Да вот, не нужна! Оказалось, что не нужна. Я ведь её все эти годы ждал. Думал, что помогу ей чем-нибудь, понимаешь?
— Ага, а она бросит всё и останется с тобой. Так чего не осталась?
— А вот если бы в тебе, Сев, припёрлась твоя Эванс?
— Лили умерла. Она для меня умерла в тот день как вышла замуж за Поттера.
— А Рози вот пришла. Скотина подлая…
— Разочарован?
— Да! Той Рози, которуя я всю жизнь любил, больше нет. И, наверное, никогда не было. Я её себе придумал. Идиот, да? Как ты с этим справился, Сев? Ты ведь выжил с этим…
— Нет, Рей. Я умер. С этим я умер. Так вот…
— Да, ну её, Сев!
— Ага, женился бы ты, Рей что ли… Помогает!
— Слышь чего, Сев… Я баб этих всех… На одну рожу они мне все!
— А ты на рожу не смотри, выбери ту, которой ты нравишься. Ребёнка заведите…
— А я чего, собственно, пью-то… Сыну моему год скоро… так вот…
Принц долго слушал нудные пьяные бредни Мальсибера про девчонку глупую, защиты и покровительства просившую, про рождение сына, на которого он глядел целых два раза за год. После чего вылил содержимое своего бокала Рею в лицо.
— Ты чего, ох…л? Тебе откатов мало? Мало того, что девке 16 лет было, ты ещё и пацана не признал! Где ты другую с такой совместимостью найдёшь? На тебе Род! Женись!
— Не пойдёт она за меня! Я бы не пошёл! Но сына признаю, да!
— А ты спрашивал, Рей? Она тебя послала?
— А зачем? Меня не надо посылать, я уже во всех местах был.
— Рей, ты не спи! Кольца Родовые где? А? Пошли, я её спрошу. Как её звать-то?
— Оливия…
К парадному входу хозяйского дома в Мальсибер-меноре аппарировали двое мужчин. они, держась друг за друга, вошли в дом.
— Всё! Дошли! — выдал Мальсибер и лёг там где стоял
— Эй! Есть кто? — заорал Принц, прижавшись спиной к двери для устойчивости.
На шум тихонько выглянул сонный белобрысый пацанёнок лет тринадцати на вид.
— Ты кто? — спросил Принц.
— Гилмар. Томас Гилмар. Слизерин. Третий курс.
— А я — Принц! Друг Мальсибера. Мальсибер вот! — ткнул в сторону пьяного тела не менее пьяный Септимус, безобразно похожий на портрет Снейпа в гостиной Слизерина.
Томас то ли с испуга, то ли от растерянности представил Принцу свою сестру Оливию, невысокую белобрысую девицу.
Принц принялся тормошить пьяное тело на полу.
— Рей, сосредоточься! Она?
— Она! — подтвердил Мальсибер и снова вырубился.
Принц снова принял вертикальное положение, выбрав в качестве опоры стену.
— В общем, чего? Рей просит твоей руки, Оливия. И сына готов признать. Ты того… не думай, что он того… Он вообще ничего. Хороший он человек… временами. Лорд и Мастер Боевик. Кто зря Лютный в кулаке держать не будет. Отец его не смог, а Рей держит.
— Только я не Рози…
— А… на хрена нам Рози? Рей не хотел семью заводить из-за отца своего Максимуса Мальсибера. Этот Лорд свою жизнь променял на карты и алкоголь. Даже жену с дочкой проиграл, чтоб ему пусто на том свете было. Очень любил воспитывать своих домочадцев. Ага. «Круциатусом». Очень беспокойным Лорд был, особенно если с него долги взыскивали, пока Рей его не успокоил «Авадой». Так вот. Рей боится стать таким же… Ты это, думай, что ли…
Септимус снова сполз на пол и обшарил карманы друга, доставая кольцо.
— Вот! Кольцо!
Принц, больше не сумевший принять вертикальное положение, шустро дополз до перепуганной Оливии, сунул ей в руку кольцо, выполз из дома и аппарировал в неизвестном направлении…
Рано утром Петунья спустилась на кухню, чтобы дать распоряжения домовушке Соль по поводу завтрака и обнаружила там зарёванную Панси.
— Панси, дочка, ты чего? Случилось что? С отцом?
Петунья тормошила Панси до тех пор пока та не перестала реветь.
— Меня муж выгнал! — неожиданно выдала Леди Принц и снова заревела.
Срочно вызванный Элайджа Паркинсон даже не знал, что ему делать: утешать дочь или идти ругаться с зятем. Панси ничего связно объяснить не смогла. Где Лорд Принц сейчас и что произошло выяснить не получалось.
— Глупая сквибка! Тупой Паркинсон! — появился Кикимер. — Хозяюшка Вальпурга велела несчастному Кикимеру придти к вам. Кикимер принёс хозяйский думосброс!
— Кикимер, ты гений! — воскликнула Петунья.
— Кикимер знает! — испарился эльф.
Спустя несколько минут Паркинсон просматривал воспоминания дочери.
Вот Панси тащит в дом пьяного Лорда Принца. Лорд чуть ли не всей массой навалился на жену, но ногами перебирает, не замолкая ни на минуту, рассказывая супруге, что жизнь не справедлива и все бабы — зло. Панси поддакивает супругу и упорно тащит его в дом. Потом не менее упорно дотаскивает его до лестницы, где сила земного притяжения победила женское упорство и Лорд Принц шлёпнулся на пол. Септимус несколько раз, с помощью супруги, пытался принять вертикальное положение и начать восхождение на второй этаж, но ступеньки упорно выскальзывали из-под его ног. Лорду надоело и он довольно шустро преодолел ступени на четырёх конечностях.
Возле кровати в спальне Лорд внимательно огляделся, обрадовался чему-то и выдал ту фразу, которую Панси никак не ожидала услышать.
— Всё! Я дома! Пошла отсюда! Я женат!
Пробуждение было не особо приятным. Мало приятного в том, когда тебя сдёрнули с кровати и окунают в холодную воду, а затем вливают в рот антипохмельное.
— Ты что же творишь, Принц, мать твою волшебницу? — шипел злющий Лорд Блэк-Поттер.
Септимус лихорадочно свёл мозги в кучку и пытался вспомнить, что же вызвало гнев соулмейта. Неожиданно не обезображенное интеллектом лицо Принца вызвало смех у Гарольда.
— Сев, ты хоть чего-нибудь помнишь?
— Помню! Частично!
Лорд Блэк-Поттер ржал. Тупо ржал, потому что смехом назвать это было невозможно.
— Ладно, я сдаюсь! Чего я натворил?
— Ну, вчера, а точнее уже сегодня, ты беседовал со своей женой на тему, что все бабы — зло!
— Уй… и чего? Она меня не убила? — Принц пытался разглядеть в зеркале свою помятую физиономию. Под глазом уже образовалась фиолетово-чёрного цвета гематома.
— Это Панси меня била, да? Кстати, где она?
— А ты её выгнал!
— Куда? За антипохмельным?
— Нет, Сев. Ты её просто выгнал…
— Чего?
— Сидеть! Я еле Паркинсона отговорил тебя на дуэль вызывать, за честь дочери…
— Да что же я сделал?
— Ты выставил свою жену за дверь как девку из борделя.
— Не может быть…
— Ага, так и сказал: «Пошла вон! Я женат!»
— Да на хрена она ушла? Она же и есть жена… Паркинсон всё ещё желает убиться на дуэли?
— Да хрен бы с ним, с Паркинсоном! Ты зачем аврорат на уши поставил?
— Я?
— Ты, Сев!
— Да чего я сделал?
— Сегодня ночью два дежурных аврора у камина в «Дырявом котле» имели честь наблюдать пришествие покойного профессора Снейпа, который снял сто баллов с Грифиндора и ушёл камином в Блэк-менор. В личности профессора Снейпа авроры не уверены, так как пьяным столь уважаемого человека при его жизни ни разу не видели. Какого хрена ты попёрся в «Дырявый котёл»? Чего в «Лютном» каминов нету? Где ты был?
— Не знаю…
В Принца тут же полетела связка диагностических заклятий.
— Сев, ты помнишь где был? Что последнее ты помнишь? С кем ты был?
— Я был у Рея. В Лютном. Пили. Потом к нему ходили в менор.
— Камином?
— Не помню… Там это, Рей предложение делал.
— Какое?
— Руки и сердца.
— Тебе?
— Нет. Зачем мне? Оливии.
— А кто такая Оливия?
— Это мать его сына. Вот.
— А дальше?
— Не помню… Но домой-то я добрался!
— Ага. На автопилоте! Сейчас Финниган придёт. Главный Аврор желает лицезреть «покойного профессора Снейпа» и задать ему пару вопросов…
Прода от 01.04.2019, 09:50
Глава 24
Визит Главного Аврора в Блэк-менор был вынужденным и нежеланных с обеих сторон.
Лорд Блэк-Поттер для Главного Аврора был вроде как однокурсником, соратником по борьбе с Пожирателями, тем самым Гарри Поттером, но в тоже время Лордом и представителем чистокровной аристократии. Как говорится: с чем боролись, на то и напоролись…
Лорд Блэк-Поттер сближаться с Симусом Финниганом тоже не спешил. Вроде и однокурсники, а жизнь идёт и людей меняет…
Министерство заняло своеобразную выжидательную позицию к Лорду Блэк-Поттеру, возложив миссию влияния на Героя на Главу Аврората. Финниган старался держать нейтралитет по отношению как к Министерству, так и к Гарри Поттеру.
А вчера ночью весь Аврорат стоял на ушах. И совсем не от серии новых террористических актов и даже не от очередного возрождения Тёмного Лорда. Происшествие по резонансу было куда более мощным: явление в «Дырявом котле» самого одиозного Героя Магической Великобритании, Кавалера Ордена Мерлина 1-й Степени, шпиона «Ордена Феникса» и оправданного Пожирателя Смерти профессора зельеварения Северуса Снейпа. Да, именно в таком порядке. Того самого Северуса Тобиаса Снейпа, погибшего 2 мая 1998 года в битве при Хогвардце и похороненного на Аллее Славы. Того самого Снейпа, за оправдание которого Гарри Поттер воевал с Визенгамотом хлеще, чем с Волдемортом. Того самого Снейпа, которому был установлен памятник из куска цельного чёрного мрамора на деньги Лорда Лонгботтома. Именно визит Невилла Лонгботтома к министру, заинтересовавшегося появлением покойных профессоров, заставил Главного Аврора идти в Блэк-менор.
«Покойный профессор Снейп» был представлен пред светлы очи аврората. Вполне себе живой «после вчерашнего», хоть и немного помятый, мужчина, по «морде лица» похожий на Снейпа. Судить точнее было сложно, Финниган с трудом мог себе представить как мог бы, чисто теоретически, выглядеть профессор Снейп с похмелья.
— Вот! Лорд Септимус Северус Принц! Других не держим!
— Да… Похож…
— Мы чего, имеем честь быть знакомы? — изволил скосить на Финнигана заинтересованные чёрные глазки Принц.
— Собутыльник, что ли? — обрадовался Гарольд.
— Нет! С этим я точно не пил! — отмахнулся Принц, пытаясь поудобнее расположить свою не совсем трезвую тушку на кресле.
В ходе беседы Лорд Принц честно признался, что его схожесть с профессором Снейпом не случайна. Да, именно Северус Снейп является его отцом. Да, Снейп был женат на родственнице своего Наставника сквибке Лукреции Медичи. Нет, наличие семьи у профессора Снейпа тайной не было. Макгонагал, например, знала. Да и вообще ЭТО все знают! И, вообще, он больше на свою родню по матери похож. В доказательство своих слов, Принц предъявил монографию Родригеса Медичи с колдографией автора.
— Ага! Один в один Снейп! — согласился с доводами Принца Финниган.
