Да и откуда было ему взяться — инструктор мне на этот раз попался совсем молоденький, который еще ярче напомнил мне Игоря, его совсем недавний образ. Точно так же тушуясь при каждой неудаче, явно виня в ней себя и все же упрямо не сдаваясь перед ней.
Кое-как мы все же справились. Но когда этот мальчик поблагодарил меня, сияя, как новая копейка, и пошел к выходу, я поняла, что больше не могу.
— Подождите, — бросила я ему вслед, — скажите тем двоим, что с ними мы потренируемся завтра. Я … не очень хорошо себя чувствую.
— Каким двоим? — недоуменно глянул он на меня через плечо.
— Ну, тем, за дверью, — кивнула я в ту сторону. — Сегодня я не могу. Мне нужно уйти.
Он медленно повернулся, хлопая глазами, посмотрел на меня, потом на дверь, снова развернулся, быстро подошел к ней, открыл, потряс головой, негромко бросил несколько слов и снова обернулся ко мне, плотно прикрыв дверь за собой.
Образ сияющего ребенка передо мной исчез — на меня смотрел цепким взглядом весь подобравшийся охотник.
— Как Вы узнали, что их там двое? — отрывисто спросил он.
— Не знаю, я просто знаю, — коротко ответила я, чтобы побыстрее освободиться.
— А сейчас где они? — Он чуть подался вперед.
Я глянула в сторону двери.
— Один ушел, а другой вон туда переместился, — указала я глазами на стенку по другую сторону двери.
Сотрудник Стаса коротко присвистнул, снова глядя на меня с восхищением.
— Ну, так я пойду? — замямлила я от неловкости.
— Да, конечно, — встряхнулся он. — Отдыхайте, но завтра мы Вас ждем.
Я тут же ушла. Понятия не имея, куда идти. Не к себе в комнату. Там все еще слышны слова моего ангела. Правоту которых мне снова придется признать — их смысл, если не форму.
Я так увлеклась занятиями с сотрудниками Стаса, потому что подсознательно нашла в них замену Игорю. Я и в Тень-то вцепилась, потому что увидела в нем будущее воплощение нашего сына. И когда он оказался слишком похож на него своим недоверием и строптивостью, я с легкостью переключилась на тех, кто охотно подчинялся мне и взирал на меня с восторгом и чуть ли не преклонением.
Я отказалась от сына ради благоговения посторонних? Я забыла о нем, потому что не получала от него изъявлений благодарности? И кто я после этого?
Я не помню, где я бродила в тот день. Очнулась я в заросшем лесу. Когда заметила краем глаза нечто совершенно ему чуждое.
Повернув голову, я всмотрелась в редкие просветы в густой листве. Точно. Колеблющиеся очертание фигуры. Двигается медленно, но не скрытно. Иногда останавливаясь. Ищет, что ли, что-то?
Я оглянулась по сторонам. Чуть дальше, прямо передо мной, промелькнула еще одна фигура. И, по-моему, еще одна, — но совсем далеко — может, и показалось. Куда это я забрела? Мой ангел говорил, что где-то в этом лесу темные располагаются…
Испугаться я не успела. Вдобавок к видениям перед глазами, в нос мне ударил запах вареной картошки, а в ушах зазвенело отчаянное «Татьяна-Татьяна-Татьяна-Татьяна…».
Это меня, что ли, ищут? Сколько же времени я уже тут брожу? Это мой ангел панику поднял, не найдя меня после занятий, или ему доложили, что я раньше с них ушла? Я не хочу! Я не хочу, чтобы на меня облаву устраивали! Я не хочу, чтобы он на меня снова орал — еще и при посторонних. И инвертироваться уже не поможет. И по деревьям лазить я так и не научилась…
Поставив мысленный блок, я бросилась прочь от поисковой партии. И вскоре остановилась, обнаружив, что вообще не узнаю окружающую местность. Я всегда только в городе ориентироваться умела, и то, если с картой в руках, а в этих джунглях… Похоже, придется все же сигнал бедствия подавать — меня в жар бросило и в глазах все поплыло…
— А что это у вас такое происходит? — с любопытством поинтересовался огромный куст справа от меня.
Взвизгнув, я откинулась в другую сторону и, естественно, споткнулась. Замахав во все стороны руками, я зажмурилась в ожидании удара о землю — правая рука наткнулась на какое-то препятствие. Слава Богу, что здесь деревья так густо растут! Для верности я вцепилась в свою опору и другой рукой и открыла глаза.
Препятствием оказался Винни-Шарик. Чуть морщась, он осторожно отцепил от себя мои руки и крепко сжал их в своих.
— Вы знаете, — проникновенно произнес он, — каждая встреча с Вами скрашивает впоследствии не один мой день. Ну, почему Вы так редко сюда приходите?
— А мы где? — подозрительно поинтересовалась я.
— В лесу, — недоуменно вскинул он брови, стрельнув по сторонам глазами.
— В вашем или нашем? — уточнила я.
— А что, это ваши там границу проводят? — оживился он.
— Не думаю, — уверила я его.
— Жалко, — сокрушенно покачал он головой. — Было бы интересно на вашей охране маскировку посовершенствовать.
— Какую маскировку? — насторожилась я.
— Я знал! Я знал, что и с Вами получится! — Он восторженно потряс мои руки, все еще зажатые между его ладонями. — Вы же меня не заметили?
— Нет, — удивленно ответила я, вспоминая отсутствие каких-либо ощущений перед тем, как он заговорил со мной.
— Долг платежом красен, — склонил он голову к плечу. — Вы придумали, как проникнуть в инвертацию, а я — как ее замаскировать. С Вашим … Анатолием я в холодной воде спрятался. С Вами — приблизился, когда Вам от бега жарко стало. Но никак не могу общий принцип выработать. Давайте и Вы подключайтесь, — просительно заглянул он мне в глаза, — я Вам точно говорю, что из нас отличная команда получится.
— Хорошо, я подумаю, — кивнула я, — но сейчас мне пора возвращаться. Вам в какую сторону? — небрежно поинтересовалась я, намереваясь двигаться в прямо противоположную.
— Мне — туда, — ткнул он большим пальцем себе за спину, отпустив, наконец, мои руки, — а Вам — туда, — махнул он рукой вправо. — Может, Вас проводить?
— Нет, спасибо, я сама справлюсь, — решительно отказалась я, не имея ни малейшего желания наткнуться в его обществе на поисковую группу Стаса. Или, еще хуже, на моего ангела.
На краю леса я инвертировалась и пулей пролетела пустое пространство до своего дворика.
В нем никого не оказалось. В комнате тоже. Не возвращаясь в видимость, я рухнула на кровать.
Может, мой ангел меня не заметит. А к утру уже отойдет. А если заметит, то подойти не сможет. Вот нужно было учиться, как свое воображение под контролем держать. А если задумает со мной мысленно обниматься, так я притворюсь, что сплю…
Проснулась я от совсем не воображаемых объятий.
— Татьяна, прости меня, — раздалось прямо возле моего уха сдавленное бормотание.
Одним движением я повернулась лицом к нему.
— Нет, это ты меня прости, — с невероятным облегчением посыпались из меня слова. — Ты совершенно прав — я какой-то ерундой занялась, вместо того чтобы думать, как к Игорю вернуться.
— Нет, я не должен был тебе такое говорить, — как обычно, возразил он мне. — Ты умница, я тобой горжусь, а сам ничего путного сделать не могу. И на тебе срываться я права не имел…
Я оставила за ним последнее слово. И потом мы больше ни о чем не говорили.
На следующее утро, по дороге в павильон Стаса, я твердо решила в тот же день выяснить, сколько его сотрудников мне осталось обучить, максимально быстро покончить со своей индивидуальной программой и поставить на этом точку.
В моей обычной комнате, однако, меня ждал не очередной инструктор, а сам Стас.
— Ты в порядке? — резко спросил он, окидывая меня с ног до головы цепким взглядом.
— Да, что случилось? — ощетинилась я. Сейчас будет мне еще одна речь о дисциплине и прогулах.
— Как ты моих орлов за стенкой вычислила? — ответил он мне вопросом на вопрос.
— Не знаю, — перевела я дух. — Они, наверно, в видимости были.
— Ты нас в видимости определять можешь? — весь подобрался он.
— Ну да, — пожала я плечами. — Если только не вижу.
— В невидимости тебе тоже барьер нужен? — выстрелил он в меня следующим вопросом.
— Да нет, в невидимости я ангела просто вижу, — покачала я головой. — Я не пробовала, но думаю, что барьер только мешать будет.
Стас потряс головой, шумно выдохнул и вдруг исчез. Почти. На стуле остался его контур, в котором картинка комнаты пошла рябью, испуская волны тепла.
— Что видишь? — подал голос контур.
— Сидишь, — хмыкнула я. — Теперь наклонился … шнурки, что ли, завязываешь? … А вот одной рукой, наверно, неудобно, — не удержавшись, хихикнула я.
Он тут же появился, и под его взглядом смеяться мне сразу перехотелось.
— Так, включаем этот пункт в обучение, — не терпящим возражений тоном заявил он мне, и я чуть не откусила себе язык.
— Стас, я не смогу этому обучить! — взмолилась я. — Как в инвертацию проникнуть, я думала, и мы потом много тренировались — об этом я могу рассказать. А это умение само ко мне пришло, словно в нагрузку. Я не знаю, как я это делаю.
— Ладно, — помолчав, поморщился он, — возможно, это твое персональное свойство. Тогда давай так, — прихлопнул он ладонью по колену, — сегодня-завтра заканчивай с моими орлами, их всего четверо осталось, а потом подключайся к своим. Они сейчас самостоятельно взаимодействие в группе отрабатывают. В невидимости. Нужно понаблюдать, точно ли они инструкции выполняют.
— Да они же сразу поймут, что я не просто так там сижу! — воскликнула я. — И потом, мне, что, еще и комментировать их ошибки?
— Инвертируешься, — отмел он мои возражения. — И комментировать мысленно будешь. Установим тебе одну волну для всех моих орлов. Вот хотя бы, — Стас оглянулся вокруг, — через это помещение — ты здесь со всеми пересекалась. И в будущем такой контакт не помешает.
Я прошла, наконец, к своему обычному столу и устало опустилась на стул. Сложила перед собой на столе руки и сосредоточилась на них.
— Стас, пожалуйста, послушай меня и пойми, — обратилась я к своим рукам. — Я к тебе не пойду.
Ответом мне было молчание. Я подавила желание глянуть на выражение его лица — чтобы решимость не растерять.
— Я ничего плохого не хочу сказать, — продолжила я, - просто мне … нам нужно на землю вернуться.
— А ты не думала, — донесся до меня его спокойный голос, — что мой отряд может оказаться для вас последним шансом попасть туда?
Теперь я на него глянула — и увидела какое-то странное сожаление в его глазах. И вдруг вспомнила, что когда мы с моим ангелом ругались из-за попыток Стаса заманить меня к себе, как мой ангел выразился, он ни разу не упомянул ни о какой альтернативе.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась я. — Мы всегда собирались работать вместе у хранителей.
— Анатолий ушел от них, — отчеканил Стас. — По собственному желанию. Кто тебе сказал, что его назад возьмут?
— А Киса? — вовремя вспомнила я Марининого хранителя.
— К Марине нужно было кого-то приставить, — покачал он головой. — И она об этом знала, и ни на кого другого не соглашалась. Тот случай на самом верху решался, под грифом, рядовые хранители о нем даже не знали.
— Но есть же еще целители, — решила я блеснуть своими познаниями в ангельской иерархии.
— Татьяна, я давить на тебя не собираюсь, — решительно встал Стас. — В каждом отряде требуются узко специфические навыки, и только у меня можно все их разнообразие реализовать. Лично мне будет жаль, если ты свои таланты в землю, прости за каламбур, закопаешь.
— Да какие таланты! — смутилась я. — С инвертацией случайно получилось, во всем остальном у меня не всегда лучшие показатели, с физической подготовкой вообще никак не складывается…
— А видеть ангелов в невидимости? — вскинул он брови, нависая надо мной. — А моим орлам языки развязать? А как ты думаешь, почему тебе, простому новобранцу, удалось так быстро их обучить? — Я пожала плечами, и он хмыкнул: — Молва о твоих способностях к внушению уже и до меня дошла.
Я растерянно захлопала глазами. У хранителей у меня по внушению высший балл получился, но здесь же я никому ничего не внушала! Я просто находила для каждого из его сотрудников свой подход к инвертации и предлагала его попробовать. Они потом сами все делали!
— Короче, слушай сюда, — прервал мои недоуменные размышления Стас. — Хочешь себя в других отрядах попробовать — поможешь нам побыстрее закончить с работой над ошибками этих балбесов.
Эта мысль Стаса мне так понравилась, что я в тот же день закончила обучение проникновения в инвертацию.
Затем я невидимо присутствовала на занятиях моих соучеников, слушая поставленную им задачу и наблюдая за их выполнением ее.
К моему огромному удивлению, моего ангела очередная идея Стаса привела в бурный восторг. Он сообщил мне, посмеиваясь, что — наконец-то! — может не просто исполнять свои наблюдательские обязанности в отношении всех студентов, а еще и обниматься со мной в рабочее время, чтобы я его не заморозила.
Наблюдая за своими соучениками в действии, я опять не смогла удержаться от сравнения и анализа — у каждого из них были свои как слабые, так и сильные стороны. Однажды я нерешительно предложила одному из инструкторов свои соображения о том, какие задачи лучше поручать каждому из тренируемой им группы. Он отмахнулся от меня — я попросила его попробовать. Проворчав, что некрасиво пользоваться тем, что он мне отказать не может, он перераспределил задачи — и работа над ошибками в тот день существенно сократилась.
Сотрудники Стаса действительно оказались жуткими сплетниками — все из них потом сами спрашивали мое мнение перед постановкой задач моим соученикам. И обзывали меня потом «головой».
В конечном счете, когда нам сообщили результаты этого курса, напротив физической подготовки у меня стоял, конечно, прочерк, но зато только у меня оказалась графа «Тактика», оцененная максимальным баллом.
— Вас этому отдельно обучали? — повернулся ко мне сидящий рядом Тень после оглашения наших результатов.
— Да нет! — старательно рассмеялась я. — Со мной же физкультурой заниматься бесполезно, вот меня и отправили навести порядок в их документах. Сказали, что у них самих все руки не доходят. Ну, я им там все рассортировала, перекрестную картотеку завела, сгруппировала по задачам и результатам — вот они меня в знак благодарности и премировали.
Тень согласно кивал, но все с тем же недоверчивым прищуром. До меня вдруг дошло, что он уже очень давно перестал набиваться нам с моим ангелом в компанию. Очевидно, мое индивидуальное обучение свою роль в его отчуждении сыграло, да и возвращались мы с моим ангелом домой зачастую позже остальных студентов.
По общему результату Тень снова оказался разделил со мной первое место, из чего я сделала вывод, что он научился обходиться без помощи моего ангела. Или инструкторы Стаса давали ему вполне достаточную нагрузку.
Кстати, во время своих наблюдений в конце курса я отметила, что в составе любой группы Тень лучше всего оперирует в качестве ее лидера. Инструкторы Стаса начали после моего замечания пристально приглядываться к нему, а вот мой ангел буркнул нечто нечленораздельное, но явно не одобрительное.
Слава Богу, мысленно усмехнулась я, жизнь возвращается в привычные рамки!
Но, честно говоря, меня в то время намного больше беспокоила неотвратимо приближающаяся сдача отчета моего ангела. Приятно, конечно, получить высокую оценку умения, не обнаруженного ни у кого из других студентов, но что, если и их ангельское начальство обратит на это внимание? И начнет настойчиво рекомендовать мне подразделение Стаса. А тот еще и свои пять копеек о полном раскрытии талантов вставит…
Кое-как мы все же справились. Но когда этот мальчик поблагодарил меня, сияя, как новая копейка, и пошел к выходу, я поняла, что больше не могу.
— Подождите, — бросила я ему вслед, — скажите тем двоим, что с ними мы потренируемся завтра. Я … не очень хорошо себя чувствую.
— Каким двоим? — недоуменно глянул он на меня через плечо.
— Ну, тем, за дверью, — кивнула я в ту сторону. — Сегодня я не могу. Мне нужно уйти.
Он медленно повернулся, хлопая глазами, посмотрел на меня, потом на дверь, снова развернулся, быстро подошел к ней, открыл, потряс головой, негромко бросил несколько слов и снова обернулся ко мне, плотно прикрыв дверь за собой.
Образ сияющего ребенка передо мной исчез — на меня смотрел цепким взглядом весь подобравшийся охотник.
— Как Вы узнали, что их там двое? — отрывисто спросил он.
— Не знаю, я просто знаю, — коротко ответила я, чтобы побыстрее освободиться.
— А сейчас где они? — Он чуть подался вперед.
Я глянула в сторону двери.
— Один ушел, а другой вон туда переместился, — указала я глазами на стенку по другую сторону двери.
Сотрудник Стаса коротко присвистнул, снова глядя на меня с восхищением.
— Ну, так я пойду? — замямлила я от неловкости.
— Да, конечно, — встряхнулся он. — Отдыхайте, но завтра мы Вас ждем.
Я тут же ушла. Понятия не имея, куда идти. Не к себе в комнату. Там все еще слышны слова моего ангела. Правоту которых мне снова придется признать — их смысл, если не форму.
Я так увлеклась занятиями с сотрудниками Стаса, потому что подсознательно нашла в них замену Игорю. Я и в Тень-то вцепилась, потому что увидела в нем будущее воплощение нашего сына. И когда он оказался слишком похож на него своим недоверием и строптивостью, я с легкостью переключилась на тех, кто охотно подчинялся мне и взирал на меня с восторгом и чуть ли не преклонением.
Я отказалась от сына ради благоговения посторонних? Я забыла о нем, потому что не получала от него изъявлений благодарности? И кто я после этого?
Я не помню, где я бродила в тот день. Очнулась я в заросшем лесу. Когда заметила краем глаза нечто совершенно ему чуждое.
Повернув голову, я всмотрелась в редкие просветы в густой листве. Точно. Колеблющиеся очертание фигуры. Двигается медленно, но не скрытно. Иногда останавливаясь. Ищет, что ли, что-то?
Я оглянулась по сторонам. Чуть дальше, прямо передо мной, промелькнула еще одна фигура. И, по-моему, еще одна, — но совсем далеко — может, и показалось. Куда это я забрела? Мой ангел говорил, что где-то в этом лесу темные располагаются…
Испугаться я не успела. Вдобавок к видениям перед глазами, в нос мне ударил запах вареной картошки, а в ушах зазвенело отчаянное «Татьяна-Татьяна-Татьяна-Татьяна…».
Это меня, что ли, ищут? Сколько же времени я уже тут брожу? Это мой ангел панику поднял, не найдя меня после занятий, или ему доложили, что я раньше с них ушла? Я не хочу! Я не хочу, чтобы на меня облаву устраивали! Я не хочу, чтобы он на меня снова орал — еще и при посторонних. И инвертироваться уже не поможет. И по деревьям лазить я так и не научилась…
Поставив мысленный блок, я бросилась прочь от поисковой партии. И вскоре остановилась, обнаружив, что вообще не узнаю окружающую местность. Я всегда только в городе ориентироваться умела, и то, если с картой в руках, а в этих джунглях… Похоже, придется все же сигнал бедствия подавать — меня в жар бросило и в глазах все поплыло…
— А что это у вас такое происходит? — с любопытством поинтересовался огромный куст справа от меня.
Взвизгнув, я откинулась в другую сторону и, естественно, споткнулась. Замахав во все стороны руками, я зажмурилась в ожидании удара о землю — правая рука наткнулась на какое-то препятствие. Слава Богу, что здесь деревья так густо растут! Для верности я вцепилась в свою опору и другой рукой и открыла глаза.
Препятствием оказался Винни-Шарик. Чуть морщась, он осторожно отцепил от себя мои руки и крепко сжал их в своих.
— Вы знаете, — проникновенно произнес он, — каждая встреча с Вами скрашивает впоследствии не один мой день. Ну, почему Вы так редко сюда приходите?
— А мы где? — подозрительно поинтересовалась я.
— В лесу, — недоуменно вскинул он брови, стрельнув по сторонам глазами.
— В вашем или нашем? — уточнила я.
— А что, это ваши там границу проводят? — оживился он.
— Не думаю, — уверила я его.
— Жалко, — сокрушенно покачал он головой. — Было бы интересно на вашей охране маскировку посовершенствовать.
— Какую маскировку? — насторожилась я.
— Я знал! Я знал, что и с Вами получится! — Он восторженно потряс мои руки, все еще зажатые между его ладонями. — Вы же меня не заметили?
— Нет, — удивленно ответила я, вспоминая отсутствие каких-либо ощущений перед тем, как он заговорил со мной.
— Долг платежом красен, — склонил он голову к плечу. — Вы придумали, как проникнуть в инвертацию, а я — как ее замаскировать. С Вашим … Анатолием я в холодной воде спрятался. С Вами — приблизился, когда Вам от бега жарко стало. Но никак не могу общий принцип выработать. Давайте и Вы подключайтесь, — просительно заглянул он мне в глаза, — я Вам точно говорю, что из нас отличная команда получится.
— Хорошо, я подумаю, — кивнула я, — но сейчас мне пора возвращаться. Вам в какую сторону? — небрежно поинтересовалась я, намереваясь двигаться в прямо противоположную.
— Мне — туда, — ткнул он большим пальцем себе за спину, отпустив, наконец, мои руки, — а Вам — туда, — махнул он рукой вправо. — Может, Вас проводить?
— Нет, спасибо, я сама справлюсь, — решительно отказалась я, не имея ни малейшего желания наткнуться в его обществе на поисковую группу Стаса. Или, еще хуже, на моего ангела.
На краю леса я инвертировалась и пулей пролетела пустое пространство до своего дворика.
В нем никого не оказалось. В комнате тоже. Не возвращаясь в видимость, я рухнула на кровать.
Может, мой ангел меня не заметит. А к утру уже отойдет. А если заметит, то подойти не сможет. Вот нужно было учиться, как свое воображение под контролем держать. А если задумает со мной мысленно обниматься, так я притворюсь, что сплю…
Проснулась я от совсем не воображаемых объятий.
— Татьяна, прости меня, — раздалось прямо возле моего уха сдавленное бормотание.
Одним движением я повернулась лицом к нему.
— Нет, это ты меня прости, — с невероятным облегчением посыпались из меня слова. — Ты совершенно прав — я какой-то ерундой занялась, вместо того чтобы думать, как к Игорю вернуться.
— Нет, я не должен был тебе такое говорить, — как обычно, возразил он мне. — Ты умница, я тобой горжусь, а сам ничего путного сделать не могу. И на тебе срываться я права не имел…
Я оставила за ним последнее слово. И потом мы больше ни о чем не говорили.
На следующее утро, по дороге в павильон Стаса, я твердо решила в тот же день выяснить, сколько его сотрудников мне осталось обучить, максимально быстро покончить со своей индивидуальной программой и поставить на этом точку.
В моей обычной комнате, однако, меня ждал не очередной инструктор, а сам Стас.
Глава 13.3
— Ты в порядке? — резко спросил он, окидывая меня с ног до головы цепким взглядом.
— Да, что случилось? — ощетинилась я. Сейчас будет мне еще одна речь о дисциплине и прогулах.
— Как ты моих орлов за стенкой вычислила? — ответил он мне вопросом на вопрос.
— Не знаю, — перевела я дух. — Они, наверно, в видимости были.
— Ты нас в видимости определять можешь? — весь подобрался он.
— Ну да, — пожала я плечами. — Если только не вижу.
— В невидимости тебе тоже барьер нужен? — выстрелил он в меня следующим вопросом.
— Да нет, в невидимости я ангела просто вижу, — покачала я головой. — Я не пробовала, но думаю, что барьер только мешать будет.
Стас потряс головой, шумно выдохнул и вдруг исчез. Почти. На стуле остался его контур, в котором картинка комнаты пошла рябью, испуская волны тепла.
— Что видишь? — подал голос контур.
— Сидишь, — хмыкнула я. — Теперь наклонился … шнурки, что ли, завязываешь? … А вот одной рукой, наверно, неудобно, — не удержавшись, хихикнула я.
Он тут же появился, и под его взглядом смеяться мне сразу перехотелось.
— Так, включаем этот пункт в обучение, — не терпящим возражений тоном заявил он мне, и я чуть не откусила себе язык.
— Стас, я не смогу этому обучить! — взмолилась я. — Как в инвертацию проникнуть, я думала, и мы потом много тренировались — об этом я могу рассказать. А это умение само ко мне пришло, словно в нагрузку. Я не знаю, как я это делаю.
— Ладно, — помолчав, поморщился он, — возможно, это твое персональное свойство. Тогда давай так, — прихлопнул он ладонью по колену, — сегодня-завтра заканчивай с моими орлами, их всего четверо осталось, а потом подключайся к своим. Они сейчас самостоятельно взаимодействие в группе отрабатывают. В невидимости. Нужно понаблюдать, точно ли они инструкции выполняют.
— Да они же сразу поймут, что я не просто так там сижу! — воскликнула я. — И потом, мне, что, еще и комментировать их ошибки?
— Инвертируешься, — отмел он мои возражения. — И комментировать мысленно будешь. Установим тебе одну волну для всех моих орлов. Вот хотя бы, — Стас оглянулся вокруг, — через это помещение — ты здесь со всеми пересекалась. И в будущем такой контакт не помешает.
Я прошла, наконец, к своему обычному столу и устало опустилась на стул. Сложила перед собой на столе руки и сосредоточилась на них.
— Стас, пожалуйста, послушай меня и пойми, — обратилась я к своим рукам. — Я к тебе не пойду.
Ответом мне было молчание. Я подавила желание глянуть на выражение его лица — чтобы решимость не растерять.
— Я ничего плохого не хочу сказать, — продолжила я, - просто мне … нам нужно на землю вернуться.
— А ты не думала, — донесся до меня его спокойный голос, — что мой отряд может оказаться для вас последним шансом попасть туда?
Теперь я на него глянула — и увидела какое-то странное сожаление в его глазах. И вдруг вспомнила, что когда мы с моим ангелом ругались из-за попыток Стаса заманить меня к себе, как мой ангел выразился, он ни разу не упомянул ни о какой альтернативе.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась я. — Мы всегда собирались работать вместе у хранителей.
— Анатолий ушел от них, — отчеканил Стас. — По собственному желанию. Кто тебе сказал, что его назад возьмут?
— А Киса? — вовремя вспомнила я Марининого хранителя.
— К Марине нужно было кого-то приставить, — покачал он головой. — И она об этом знала, и ни на кого другого не соглашалась. Тот случай на самом верху решался, под грифом, рядовые хранители о нем даже не знали.
— Но есть же еще целители, — решила я блеснуть своими познаниями в ангельской иерархии.
— Татьяна, я давить на тебя не собираюсь, — решительно встал Стас. — В каждом отряде требуются узко специфические навыки, и только у меня можно все их разнообразие реализовать. Лично мне будет жаль, если ты свои таланты в землю, прости за каламбур, закопаешь.
— Да какие таланты! — смутилась я. — С инвертацией случайно получилось, во всем остальном у меня не всегда лучшие показатели, с физической подготовкой вообще никак не складывается…
— А видеть ангелов в невидимости? — вскинул он брови, нависая надо мной. — А моим орлам языки развязать? А как ты думаешь, почему тебе, простому новобранцу, удалось так быстро их обучить? — Я пожала плечами, и он хмыкнул: — Молва о твоих способностях к внушению уже и до меня дошла.
Я растерянно захлопала глазами. У хранителей у меня по внушению высший балл получился, но здесь же я никому ничего не внушала! Я просто находила для каждого из его сотрудников свой подход к инвертации и предлагала его попробовать. Они потом сами все делали!
— Короче, слушай сюда, — прервал мои недоуменные размышления Стас. — Хочешь себя в других отрядах попробовать — поможешь нам побыстрее закончить с работой над ошибками этих балбесов.
Эта мысль Стаса мне так понравилась, что я в тот же день закончила обучение проникновения в инвертацию.
Затем я невидимо присутствовала на занятиях моих соучеников, слушая поставленную им задачу и наблюдая за их выполнением ее.
К моему огромному удивлению, моего ангела очередная идея Стаса привела в бурный восторг. Он сообщил мне, посмеиваясь, что — наконец-то! — может не просто исполнять свои наблюдательские обязанности в отношении всех студентов, а еще и обниматься со мной в рабочее время, чтобы я его не заморозила.
Наблюдая за своими соучениками в действии, я опять не смогла удержаться от сравнения и анализа — у каждого из них были свои как слабые, так и сильные стороны. Однажды я нерешительно предложила одному из инструкторов свои соображения о том, какие задачи лучше поручать каждому из тренируемой им группы. Он отмахнулся от меня — я попросила его попробовать. Проворчав, что некрасиво пользоваться тем, что он мне отказать не может, он перераспределил задачи — и работа над ошибками в тот день существенно сократилась.
Сотрудники Стаса действительно оказались жуткими сплетниками — все из них потом сами спрашивали мое мнение перед постановкой задач моим соученикам. И обзывали меня потом «головой».
В конечном счете, когда нам сообщили результаты этого курса, напротив физической подготовки у меня стоял, конечно, прочерк, но зато только у меня оказалась графа «Тактика», оцененная максимальным баллом.
— Вас этому отдельно обучали? — повернулся ко мне сидящий рядом Тень после оглашения наших результатов.
— Да нет! — старательно рассмеялась я. — Со мной же физкультурой заниматься бесполезно, вот меня и отправили навести порядок в их документах. Сказали, что у них самих все руки не доходят. Ну, я им там все рассортировала, перекрестную картотеку завела, сгруппировала по задачам и результатам — вот они меня в знак благодарности и премировали.
Тень согласно кивал, но все с тем же недоверчивым прищуром. До меня вдруг дошло, что он уже очень давно перестал набиваться нам с моим ангелом в компанию. Очевидно, мое индивидуальное обучение свою роль в его отчуждении сыграло, да и возвращались мы с моим ангелом домой зачастую позже остальных студентов.
По общему результату Тень снова оказался разделил со мной первое место, из чего я сделала вывод, что он научился обходиться без помощи моего ангела. Или инструкторы Стаса давали ему вполне достаточную нагрузку.
Кстати, во время своих наблюдений в конце курса я отметила, что в составе любой группы Тень лучше всего оперирует в качестве ее лидера. Инструкторы Стаса начали после моего замечания пристально приглядываться к нему, а вот мой ангел буркнул нечто нечленораздельное, но явно не одобрительное.
Слава Богу, мысленно усмехнулась я, жизнь возвращается в привычные рамки!
Глава 13.4
Но, честно говоря, меня в то время намного больше беспокоила неотвратимо приближающаяся сдача отчета моего ангела. Приятно, конечно, получить высокую оценку умения, не обнаруженного ни у кого из других студентов, но что, если и их ангельское начальство обратит на это внимание? И начнет настойчиво рекомендовать мне подразделение Стаса. А тот еще и свои пять копеек о полном раскрытии талантов вставит…
