— Все вопросы к моему адвокату.
— К адвокату, так к адвокату, — согласился он, — но для начала я хотел бы…
— Я не отзову иск, Генри. И у тебя нет средств заставить меня это сделать. Твой сын нарушил закон. Он вторгся в мои владения и занимался там браконьерством.
— Но он стрелял не по зверю, а по киборгу. Это кое-что меняет. Ты не находишь?
— Что именно? — машинально задала вопрос Корделия, наблюдая за Мартином.
Тот все-таки забрался в воду по щиколотки. Подкравшаяся волна окатила его с ног до головы. «Вот бестолочь», подумала Корделия. «Промокнет же. И полетит домой в мокром свитере». Она почти не слушала что говорит Монмут. А тот продолжал.
— Видишь ли, у присяжных может возникнуть вопрос. А что делал твой киборг так далеко от хозяйки и от дома, который ему предписано охранять? Обычно такое ценное и опасное оборудование не отпускают так далеко и не оставляют без присмотра.
— Я отправила его проверить размещенные по периметру датчики, — равнодушно ответила Корделия.
- Тогда почему он был так странно одет? Служебный киборг, выполняющий поручение хозяина, должен носить комбез с голопечатью. Он же у тебя DEX. Или Irien?
— DEX, — нехотя ответила Корделия.
И забеспокоилась. К чему он клонит?
— Тем более! — радостно воскликнул тот. — У них должна быть печать. Это закон! А у твоего киборга печати не было. Откуда ребятам было знать, в кого, вернее, во что они стреляют?
— То есть, стрельба по человеку из медвежьего станнера вопросов у присяжных не вызовет?
— Вряд ли человек благородный оказался бы в лесу в столь плачевном положении. В грязи, в овраге. Такое поведение соответствует преступным намерениям. Дети правильно рассудили. Это мог быть бродяга, грабитель или сумасшедший. Он мог быть опасен. Вот и пальнули.
— В спину.
— Он убил Аргуса! Любимую собаку моего сына. Ты не находишь, что твой киборг вел себя неоправданно агрессивно?
— Не нахожу. Он защищался. Мар… Киборг ни на кого не нападал. Это хорошо видно на видеозаписи, сделанной с беспилотника. Киборг прятался в овраге, а пес на него бросился.
— Подобное поведение может быть приемлемо для человека, но не для киборга. Это выглядит по меньшей мере… странно. Я тут… консультировался.
— Ты... что делал?
— Консультировался. Один из моих дальних родственников работает на «DEX-company». В одном из ее филиалов. Я обрисовал ему ситуацию, и он уверил меня, что поведение явно нетипично. Что нет ни одной программы, которая заставила бы киборга действовать подобным образом. И этот родственник, — тут Генри сделал едва заметную паузу, — посоветовал мне обратиться в «DEX-company» за экспертным заключением.
— Только хозяин киборга имеет право обращаться к экспертам. Проверяй своих киборгов, Генри.
— Речь идет о будущем моего сына. О его жизни и свободе. Да, я признаю, что он повел себя… неразумно. Он нарушил закон. И будет наказан. Но я, как отец и глава рода, намерен использовать свое влияние, чтобы смягчить это наказание. Он стрелял по киборгу, а киборг лично у меня вызывает некоторые вопросы. Эти же вопросы непременно возникнут и у присяжных. Мой адвокат позаботится об этом.
Тут Корделию осенило.
— Да ты мне угрожаешь!
— Нет, Корделия, нет, как ты могла подумать. Я всего лишь забочусь о будущем сына. Исполняю свой родительский долг. Ищу смягчающие обстоятельства. Как, к примеру, присяжные посмотрят на то, что киборг был… бракованный?
Корделия смотрела на Мартина. Тот играл с волнами в «догонялки». Заходил в воду почти по колено, а потом пускался наутек, когда очередной вспененный вал катил следом. Бракованный, еще какой бракованный!
Понятно, чего добивается Генри. Если киборг даже предположительно окажется бракованным, то преступление «онижедетей» будет переквалифицировано в подвиг. Они сражались со страшным и ужасным сорванным DEX’ом. Они явили храбрость. Не отступили. Не сбежали. Напротив, они, возможно, спасли жизнь самой Корделии, заставив киборга выдать свою непригодность. Стыдно судить их за это. Их надо простить и наградить.
— А если я соглашусь на освидетельствование и мой киборг окажется исправным?
Монмут помедлил с ответом. Видимо, уверовав в непогрешимость специалиста из «DEX-company», он надеялся на отказ Корделии.
— Тогда конечно… никаких претензий, — забормотал он.
— Если в работе моего киборга не найдут нарушений, я могу и встречный иск подать, за клевету. Я не люблю, когда мне угрожают. И шантажируют.
— Я не угрожаю! — с благородным пафосом воскликнул он. — Я всего лишь пытаюсь убедить тебя снять обвинение в браконьерстве. Пусть оставят только нарушение границы. Мы могли бы заключить сделку. И обойтись без судебного разбирательства. Ты снимаешь это обвинение, а я не обращаюсь в «DEX-company».
— Нет, Генри, не сниму. Теперь из принципа не сниму. Если бы ты попросил меня об этом по-человечески, без угроз, я бы, возможно, и согласилась бы. Для меня предстоящий суд такое же малопривлекательное мероприятие, как и для тебя. Но ты взял себе в союзники «DEX-company». Ты меня шантажировал. А я не заключаю сделок с шантажистами.
— Но я… постой, постой… Не бросай трубку.
Но Корделия уже отключилась.
— Мудак! — сказала она, обращаясь к уже замолчавшему видеофону.
И помахала Мартину.
Он вернулся к флайеру довольный и продрогший.
— Замерз? — спросила она, вручая ему пластиковый стакан с чаем.
Он кивнул и жадно выпил сразу половину.
— Вода… холодная, четыре градуса, — пожаловался Мартин, откусывая бутерброд.
— А я тебя предупреждала. Море северное. Тут всегда вода холодная. Ну ничего. Скоро поедем к морю южному, теплому. На Шии-Ра. Хочешь?
Глаза Мартина заблестели.
— Хочу.
— Но там люди, Мартин. Много людей. Справишься?
Глава 5.
Генри Монмут, 23-й баронет Барклю, с легким беспокойством наблюдал, как на посадочную площадку у арендованного им VIP-терминалаопускается кургузый, агрессивно-военного покроя, черно-белый транспортник.
Третьего дня Генри выхлопотал в администрации Перигора соответствующее разрешение. В заверенной губернаторским факсимиле грамоте указывалось, что он, Генри Монмут, берет на себя полную материальную и юридическую ответственность за пребывание на Геральдике его гостей, экспертов из «DEX-company», прибывших на планету для участия в судебном процессе. Генри перечитал украшенный геральдийскими ромбами и печатями документ. Все правильно. Он оформил приглашение, подписал все протоколы. Губернатор Гонди, рассматривая прошение, несколько раз переспросил, уверен ли Генри в правильности принятого решения, так ли уж необходимо допускать этих, мягко выражаясь, простолюдинов, которые не являются ни друзьями, ни родствениками Монмутов, на планету для участия в столь щекотливом деле. Не проще было бы уладить его без привлечения посторонних, без чужаков, способных излишним рвением нанести непоправимый ущерб, как семье так и планете. К тому же, в дело замешана Корделия Трастамара, особа знатная и влиятельная. Уверен ли Генри в своем решении? Требования Корделии справедливы. Имело место незаконное вторжение. Границы владений, границы феода на Геральдике священны. И то, что она не пристрелила нарушителей на месте, уже лишает Генри части притензий. А он, вместо благодарности, идет на обострение конфликта. И что с того, что там оказался киборг? Это был ее киборг. И ее земля. На своей земле госпожа Трастамара в праве выпасать целый табун киборгов, при чем самых разных модификаций. Может быть Генри передумает и отзовет приглашение? Еще не поздно.
Но Генри не отозвал. Напротив, он настаивал на ускоренной обработке поданных документов. Губернатор разрешение подписал. Монмут, окрыленный этой маленькой победой, немедленно отослал голографическую копию пропуска своему кузену. А тот, в свою очередь, - в экспертный отдел.
Когда Генри прибыл в космопорт Перигора, он уже испытывал не торжество, беспокойство. Он пытался поговорить с Корделией еще раз, но та не ответила на вызов. Кроме того, один из его егерей, делавший обход прилегающих к владениям Трастамара лесов, доложил, что все приграничные участки патрулируют сторожевые дроны, чего прежде никогда не наблюдалось, и по всему периметру активированы датчики движения, передающие домовому искину подробную информацию о перемещающихся объектах. Животных эти датчики пропускали беспрепятственно, а вот на егеря, когда тот попытался приблизиться, тут же спикировал сканирующий местность беспилотник. И даже пошел на малой высоте, будто намеревался атаковать нарушителя. Егерь не решился пересечь границу. Хотя раньше делал это неоднократно, углубляясь в леса Трастамара на пару миль, выслеживая намеченного к закланию зверя. Волки и косули пренебрегали территориальным делением и свободно перемещались между феодами, отправляясь на поиски добычи. На землях Трастамара, где отстрел производился только в санитарных целях, животные устраивали свои лежки и норы. И задача егеря состояла в том, чтобы их с этих лежбищ согнать. Прежде это удавалось без труда, так как Корделия никогда не активировала периметр. Вот почему зависший беспилотник испугал егеря. Аппарат гудел с самыми неотвратимыми намерениями, сверкая наведенным объективом, сканнерами и антеннами. Егерь даже зажмурился, ожидая, что глазастая штуковина выстрелит. Но беспилотник только жужжал. Тогда человек быстро отступил от линии разграничения, вдоль которой крошечный датчики беспрерывно обменивались сигналами, а беспилотник сразу набрал высоту.
Генри это сообщение насторожило. Чего Корделия опасается? Не ждет же она в самом деле нападения? Или ее так напугали разыгравшиеся подростки? Но подобные вторжения случались и раньше. Всегда кто-то где-то нарушает, оказывается в соседских владениях, увлеченный прогулкой или охотой. Если ощутимого ущерба не производится, то соседи улаживают недоразумение сами. Виновная сторона обычно первая приносит свои извинения, платит небольшой штраф или выдает разрешение на охоту. Случается и отстрел животных. Но опять же, если гибель зверя носит случайный характер, то виновный так же отделывается штрафом. Наказуема лишь преднамеренность. Или настойчивый рецидив. Такое не редкость. Есть среди них, благородных геральдийцев, несколько маргиналов, использующих свою родословную в качестве охранной грамоты. В приличное общество их давно не пускают, знакомства с ними не водят, так они отыгрываются на лесах и населяющей эти леса живности. Но в случае с Генри-младшим Корделия превзошла даже этих маргиналов. Мало того, что она оставила без присмотра своего киборга, - ни какого-нибудь кибер-дворецкого или кибер-садовника, а настоящего DEX'а, - так она еще и стреляла по несчастным испуганным детям. Стреляла из боевой плазменной винтовки. Но ей и этого показалось мало. Она подала в суд! Натравила на добропорядочные семьи адвоката-инопланетянина. Авшура! На Геральдике вслух об этом не говорили, но неписанные правила требовали избегать контактов с ксеносами. Разумеется, вас уверят, что долг человека образованного, прогрессивного поддерживать отношения со всеми расами, и в то же время посоветуют вычеркнуть из списка поставщиков всех негуманоидов. Возможно, сделают исключение для альфиан, и то с оговорками. Но Корделия… Несмотря на происхождение, доказанное генетически, она всегда была вроде инородного тела в благородном обществе Геральдики. В планетарном совете с ней вынуждены считаться и даже держать для нее место, если Корделии вздумается принять участие в заседании, но поглядывают с некоторой настороженностью, если не сказать опасением. Кто знает, что от нее ждать, с ее умением рисковать, безрассудством и деньгами. С такой особой лучше не ссориться. А вот он, Генри, имел глупость поссориться. Даже губернатор предостерегал… но отступать уже поздно. Транспортник «DEX-company» уже выпустил посадочные стабилизаторы.
Генри ожидал увидеть несколько иное судно. Он предполагал, что корабль, на котором прибудут эксперты, будет напоминать те летающие научные базы, на которых прибывали биологи, зоологи, ботаники и прочая ученая братия, если комиссия при планетарном совете выдавала им разрешение на исследование флоры и фауны. Обычно такие передвижные научные центры цепляли к списанным армейским транспортникам вместо грузовых отсеков. И транспортники, и мобильные лаборатории выглядели непритязательно, как побитые жизнь чемоданы, чьи владельцы провели большую часть жизни в скитаниях. Коллективы извозчиков и пассажиров выглядели соответственно. Какой-нибудь младший научный сотрудник, выбившийся в завлабы, с недописанной докторской диссертацией, снедаемый честолюбием, парочка бледных, недокормленных аспирантов, перезрелая дева лаборантка, три-четыре кандидата обоего пола и молоденькая стажерка, сбежавшая от мамы в свою первую межзвездную командировку. Доставлял их на планету обычно какой-нибудь ветеран космофлота или вышедший на пенсию прапорщик. Генри не сомневался, что десант экспертов от «DEX-company» будет выглядеть примерно так же. Они же ученые. Тоже сидят в своих лабораториях, тоже проводят эксперименты. Кто там у них? Генетики, программисты, нейрокибернетики, психологи. Каково же было удивление Монмута, когда на посадку пошел не старый армейский грузовик, а сверкающий черный ролкер, тупоносый, хищный, приземистый, с ярким логотипом по борту. На виденные прежде мобильные лаборатории он не походил совсем. Это был скорее военный транспорт, предназначенный для переброски отряда спецназа из одной звездной системы в другую.
Отошла панель выходного шлюза, и по трапу спустились четверо. Все мужчины с явно военной выправкой. Высокие, широкоплечие, короткостриженные, в одинаковых фирменных комбинезонах. Возможно, у прибывших на незнакомую планету ученых есть своя группа прикрытия? Сейчас эти четверо удостоверяться в личности встречающего и пригласят Генри на борт или эксперты сами выйдут к заказчику. Четверку возглавлял блондин с развоенным подбородком. Он шел прямиком к Генри.
- Мистер Монмут?
- Да, - стараясь скрыть волнение, ответил тот.
- Мое имя Джонсон. А это мои коллеги, Свенсон, Полански и Батлер.
- А эксперты… они прибыли с вами? – сделал попытку внести ясность баронет.
Раздвоенный усмехнулся.
- Мы и есть эксперты. Где киборг?
- Какой? Ах нуда, но это не мой киборг. Это киборг моей соседки, Корделии Трастамара.
- Этот? – Раздвоенный… как там его?.. Джонсон выдернул из комма голоизображение.
Генри увидел очень молодое, бледное человеческое лицо. Это был юноша не старше 20, русоволосый, с правильными чертами лица, но какой-то изможденный, с запавшими, обведенными синевой глазами. Баронет никогда не видел этого юношу. Да и какое отношение он может иметь к тому злосчастному киборгу, который попал под выстрелы юных охотников. Это же явно изображение человека. Генри видел киборгов. У них таких лиц не бывает. Таких живых, отмеченных страданием лиц.
- Простите, а кто этот молодой человек? Я не имею чести…
Раздвоенный гыгыкнул, а его подручные обменялись насмешливыми взглядами.
- Был бы человеком, мы бы за ним не гонялись, - пояснил Джонсон. – Это киборг, бракованная жестянка. Так он?
- Я… я не знаю. Я его не видел. Там, на видео, изображение нечеткое, съемка велась с дрона.
