Резервация существовала, и её посещали советские офицеры - факт! Поездка Башуна и компании доказательство. Ходили и ещё, отрывочные сведения о той бойне на дороге. Отрывочные сведения, но если их сложить, то подтверждался рассказ водителя. Такие развлечения были не редкостью, а системой, это подтвердит дальнейшая судьба Башуна. Спустя несколько лет, на ГиСу «Визир», Башуна назначат старшим похода. «Визир» тогда вместе с 9-ой Океанографической Экспедицией работали уже на Кубе. На борту «Визира» - Башун, Маслов Иван Михайлович и ещё ряд отцов-командиров организовали дом терпимости. Взяли с берега кубинок. Сношались с ними день и ночь и устраивали постоянные пьянки. В итоге, матрос срочной службы СПС, в простонародье шифровальщик. Рассчитав скорость течений, сбросил ночью спасательный плотик. Пока командование предавалось разврату, с полным набором шифров и секретных документов, залез в плотик. Обрезал фал и отправился в дрейфующее плавание по океану, но вскоре был подобран американским фрегатом. Судьба Башуна, Егору не известна, говорили - получил по полной. Вылетел с флота и Маслов Иван Михайлович, несмотря на волосатую лапу в штабе Флота. У него там служил зять. Ну, и поделом. Личные враги Егора Каминского долго счастливо не живут, а порой и вообще не числятся в списке живущих на Земле, но об этом будет отдельный разговор.
После встречи с Петром и милой негритяночкой «Стрелец» ушёл в море и в Мапуту он вернётся только перед самым выходом домой. Экспедиция перемещалась на север. Портом базирования «Стрельца» становился порт Иньямбане, но это уже другая история и другая глав второй книги.
Иньямбане.
И сел на кита Айболит
И одно только слово твердит:
«Лимпопо, Лимпопо, Лимпопо!
Корней Чуковский
Африканские открытия Егора.
Каминского ждало одно из первых открытий связанных с Африкой. Как-то Егора вызвал на ГКП, штурман Борис Шарапов.
- Каминский, ты же с Шавриком в катерной команде. Найди в штурманском столе карту реки Лимпопо. Завтра на катере пойдёте в её устье. Наша экспедиция там работает. Им что-то надо доставить, я не знаю, что, но картами приказали вас обеспечить.
- Да ладно, Боря, прикалываться. Какое ещё Лимпопо? Может, Айболита, туда отвезём. Этого нашего-то пьянтоса дока, – оценил шутку штурмана Егор и дал понять, что его так просто не разыграть. Борис удивленно уставился на матроса. Потом с лёгким непониманием, по крайней мере, он считал Каминского грамотным и интеллигентным моряком, ещё раз повторил.
- Ты чего, Егор, несёшь. Возьми карту устья Лимпопо.
- Нет никакого Лимпопо. Это сказка для детей про доктора Айболита и бегемотиков, с их животиками, с детства знаю.
- Ты бы лучше с детства в школе лучше учился, - чем тратить время и доказывать этому неучу и упёртому бульбашу что известно любому школьнику, штурман открыл стол. Покопался и достал карту. Бросил её на стол.
- На. Смотри. Бездарь. - Егор взял карту.
- Блин! Лимпопо! Вот тебе и раз. Всю жизнь думал, что это сказка. У меня всегда пятёрка была по географии. Обалдеть как стыдно, - забрав карту, Егор отнёс её в катер. Благо Борис нормальный парень и никому не рассказал об их беседе, иначе Егора заклевали бы шутники-приколисты из команды.
Второе открытие ждало Егора, когда он увидел, как растут – ананасы. Всю жизнь парень думал, что они растут на деревьях. Как в мультике «Каникулы Бонифация»
Третье открытие. Оказывается в африканскую жару, спокойно можно есть лимоны, как яблоки. Почистил кожуру и кусай. Так за день с пяток лимонов можно и употребить. Благо кусты лимонов и апельсинов, растут на побережье, как наш шиповник - повсеместно.
Отдельная тема – кокосовые орехи. Кокосы в Африке, по крайней мере, в Мозамбике, это их всё. Эта пища - как зелёные, так и копра. Это топливо - кокосовые волокна хорошо горят. Это и посуда – скорлупа ореха. Это и разные поделки. Это, в конце концов, главный экспортный продукт Мозамбика. Ещё, моряки сухим орехом в кожуре играли в океане в водное поло, он им заменял мяч. Питательность же ореха удивительная. Егор по началу, когда дорвался, съедал за день два, а то и три ореха и был сыт весь день. Потом только один орех. Молочко кокосовое не очень. Больше похожее на сперму, кстати, официальное название так и есть – эндосперм. Только этот эндосперм - ерунда, ерундой. Ну, правда, всегда - прохладное. Вот только, сколько его надо выпить, чтобы, удалить жажду. Осторожно надо пить, оно слабит и есть шанс после него весь день просидеть на струе.
Особенность Африки ещё и её насекомые. Особенно летающие. «Стрелец» теперь нередко находился вблизи побережья, выполняя самые разные задачи по обеспечению экспедиции. Домашние замашки бить насекомых на теле, в Африке, следует забыть. Надо согнать надоедливое насекомое, например, легко смахнуть рукой, а лучше сдуть, но не бить. Есть там такая ипритная муха. Муха похожа на муравья или муравей, похожий на муху, не суть. Кусать не кусает, но если раздавить, то получишь сильнейший ожог. Ожог именно иприта – боевого отравляющего вещества. Он, не проходит долго и очень беспокоит. Если ипритка, проползает по коже, то получаешь тоже ожог. Ожог вытянутой формы, как ползет так ядом кожу и поражает. Наши моряки помнят ее как ипритку, испанцы как ормига-муравей, местные вообще в ужасе, говорят, если много их проползает по лицу ребенка - он умирает. При обнаружении на коже живой, только сдувать.
Полуостров Линго Линго, находится справа от фарватера на вход в Иньямбану. Фарватер почти прямой, но безопасная глубина для прохода «Стрельца» только во время прилива. Чем ближе к экватору, тем сильнее приливы и отливы. Вся акватория вокруг Иньямбаны изобиловала отмелями, мелями и островами. Так получалось, что часть суши во время прилива превращалась в острова, а во время отлива, составляет сложную береговую линию с замысловатыми переходами, перешейками и отмелями. Даже идя на промерном катере, имеющем осадку менее метра, при совершенно прозрачной воде моряки со «Стрельца», регулярно врезались в мели. Иногда это приобретало совершенно безвыходную ситуацию. Идти невозможно, приходилось ждать прилива, но вскоре, как в сказке, на помощь морякам пришёл – дельфин.
Дельфин Флиппер.
Надо сказать, что дельфины постоянно крутились вокруг судна. По крайней мере, пока не появятся дельфины, команда не начинала купание за бортом. На судне хорошо знали, если у борта есть дельфины, значит на несколько миль вокруг, акул нет. Дело в том, что только дельфины, видели акул, они немедленно атаковали этих кровожадных хищников. На скорости били акулу носом в жабры и акула погибала. Поэтому, услышав свист дельфинов, акулы сломя голову ломились куда подальше. Это поведение дельфинов необъяснимо. Они ведь не ели акул. Правда стая акул могла напасть на одинокого или раненого дельфина, или на дельфинёнка, но дельфины всегда держались стаей, по крайней мере, мамочки и дельфинята всегда следовали под охраной больших и сильных самцов.
Один взрослый дельфин привязался к команде промерочного катера «Стрельца». Как только спускали катер, этот дельфин отделялся от стаи и плыл в полуметре от борта катера, куда-бы катер ни следовал. Если предстояла высадка на побережье, то дельфин крутился на глубине около метра, ожидая возвращения команды на катер. Как только катер давал ход, дельфин опять его сопровождал. Егор и Володя дали этому дельфину-приятелю имя, Флиппер, как и в фильме «Человек-амфибия». Флиппер - весёлый парень и его главной забавой была, игра с Егором под названием - «погладь меня». Условия игры следующие. Егор садился на борт катера. Флиппер пристраивался на удалении ладошки от борта и шёл на одной скорости с катером. Задача Егора – неожиданно дотронуться до спины дельфина. Как Каминский только не старался, ему это ни разу не удавалось. Он и смотрел в сторону, и делал вид, что чем-то занят. Вдруг неожиданно, как казалось Егору, выбрасывал руку в сторону Флиппера. Бесполезно. Дельфин мгновенно, отходил от борта на полметра, и моряку было уже не дотянуться до его спины, при этом это всё сопровождалось трескучим смехом довольного Флиппера. Так они забавлялись весь переход к цели или обратно на судно. Однажды чем-то раздражённый Шаврин спросил Егора.
- Ты что действительно не можешь обмануть эту рыбину?
- Он не рыба. Он животное, млекопитающее, как и мы с тобой, - ответил ему, Егор и добавил:
– Он будет по умнее некоторых людей. Смотри, какие у него умные и улыбчивые глаза, - Флиппер как всегда плыл рядом с катером. Его правый глаз смотрел на моряков и создавалось впечатление, что он улыбается, этому еще способствовал и полуоткрытый рот дельфина, ну улыбка и только.
- Да ладно. Я его сейчас обману, - самоуверенно заявил Володя.
- Валяй, – ответил Егор. Шаврин сделал пять попыток, всё напрасно, только вызвал хохот у Флиппера. Ничего лучше не придумав, Шаврин запустил в дельфина гайкой и попал ему в спину.
- Зачем! Ты, что сдурел? А ну-ка прекрати! – набросился на Шаврина, Каминский, но похоже, и Флиппер не собирался спускать людям такое хамство. Он отплыл от катера в сторону на приличное расстояние. Затем разогнавшись до огромной скорости, как торпеда устремился в борт катера. Понятное дело он не собирался таранить катер, но ответить людям он должен был. Поэтому перед самым бортом, дельфин ныряет под катер, и с другого борта, как чёрт из табакерки, вылетая из воды метра на два, и делает свечку. Обрушиваясь в воду всем своим огромным телом и поднимая, фонтан брызг при этом сбивая катер с курса. Так он делал, пока не загнал команду катера вовнутрь. Сидеть в сорокоградусную жару в пластиковой рубке, обливаясь потом и вдыхая раскалённый пластик сомнительное удовольствие, но ходить мокрым от солёной воды тоже не хочется. Тем более, эта вода высохнет и на форме останется куча морской соли. Ходишь потом, как пёс шелудивый. Флипперу и этого показалось мало, он начал боком толкать в борт катер, постоянно сбивая его с курса. Уже не выдержал управлявший катером Палыч.
- Шаврин, ну какой ты идиот. Зачем ты дельфина обидел.
- Больше не буду, – как школьник ответил Вовка, и спросил:
- А что делать?
- Извинись, - предложил Палыч.
- Как извиниться, я же на рыбьем языке не говорю. Хотя ты говорил он и не рыба вовсе, - обращаясь к Егору, рассуждал Володя. Егора осенило!
- Вовка свистеть умеешь!
- Умею!
- Громко!
– Да Громко. С пальцами во рту.
- Вылезай из катера и свисти что есть силы, - Шаврин открыл люк и высунулся из рубки по пояс. Дельфин увидел своего обидчика. Сделав очередную дугу, лег на боевой курс и устремился к катеру. Шаврин, что было, силы засвистел. Флиппер, внезапно сбросив скорость, перевернулся на спину, на треть корпуса, высунувшись из воды, плавно подплыл к борту. Продолжая плыть на спине вдоль борта катера, уставился на свистящего Володю. Шаврин свистел. Флиппер ему подсвистывал. Со стороны получалось, они исполняют какое-то современное музыкальное произведение, вскоре к ним присоединился Егор, не устоял и Палыч. Каково было удивление ребят из экспедиции, они ждали катер на причале, чтобы передать на «Стрелец» материалы каких-то исследований, когда этот свистящий квартет подошёл к стенке. Флиппер отплыл подальше. Дельфины не очень доверяли аборигенам. Пока трепались моряки с бойцами экспедиции, пока разгружали то, что доставил катер со «Стрельца», пока грузили образцы. Начался отлив. Катер двинулся обратно, в гараж. Но время было упущено. С лёту врезались в отмель. В прозрачной воде невозможно точно определить глубину. Удар был очень сильный. Егор сидел на носу катера, изображая вперёдсмотрящего. От удара киля катера о грунт, Каминский с переворотом через голову оказался в воде. Спрыгнул и Володя, чтобы стащить четырёхтонный катер с отмели, на которую он сдуру, на полной скорости влез. Нужно торопиться. Отлив продолжался и если катер не стащить, через десять минут он будет уже лежать на борту. Четыре тонны им никак не осилить. И пусть в этот раз, а после героического похода на катере в Конакри, правильные выводы сделали все, у них была рация, но пользы от неё было как от козла молока. Кто к ним придёт на помощь? Другой катер со «Стрельца» и сядет на мель рядом. На силу стащили катер с мели. Дали малый ход, чтобы, если и уткнутся в отмель, так не на полном ходу и стащить его будет проще. Идти же на малом ходу тоже нельзя – отлив продолжается и скоро вокруг катера будет суша. На минуточку, в этой стране идет война, если кто-то случайно забыл. Вокруг Иньямбане по данным разведки рыщут банды. Принимать бой! Так этот бой точно будет последним, правда это будет и не бой, а расстрел мишени, как в тире. Да и оружия у них, слава Богу, на катере не было. Может в плен возьмут, потом обменяют. Такой каскад мыслей вертелся в голове Егора, но скорее всего похожие мысли посетили и Палыча и Вовку. Всё чаще и чаще катер натыкался на мели. Дело приобретало безвыходное положение. Вдруг! Появился Флиппер! Он подплыл к носу катера. Перевернулся на спину, и наполовину высунувшись из воды начал на спине глиссировать по воде хлопая себя по животу ластами и громко треща, что-то на своём дельфиньем языке. Он проплыл метров сто. Вернулся к катеру и повторил этот манёвр. Егора опять осенило!
- Палыч! Флиппер нам указывает фарватер! Давай газу и иди за ним, - размышлять было некогда, на счету минуты. Палыч устремился за дельфином. Флиппер несколько раз нырял и опять ложился на спину, треща и хлопая себя ластами по животу продолжал глиссировать, по только ему известному фарватеру. Катер уже полчаса ведомый дельфином, шёл на максимально возможном ходу, и ни разу не налетел на мель. Вскоре Флиппер поплыл как всегда рядом с катером. Моряки вырвались в океан. Впереди маячил «Стрелец». Через сорок минут катер уже поднимали на борт. Егор, Володя и Палыч в три голоса рассказали, как их выводил дельфин, как они организовали квартет художественного свиста. Вскоре на юте, негде было яблоку упасть и моряки в который раз пересказывали свои сегодняшние приключения. За бортом резвилась стая дельфинов. Среди них был и Флиппер. Егор и Володя подошли к борту и засвистели. Вдруг из воды выскочил дельфин. Это был Флиппер. Он сделал свечку. Ему аплодировала вся команда. Откуда узнали вахтенные, но и они вышли на палубу и аплодировали дельфину, а тот будто понимая, что это ему посвящены эти овации, раз за разом делал свечки. Удивительные существа эти дельфины. Достаточно один раз посмотреть дельфину в глаза и убедиться на всю жизнь, что они порой разумнее, некоторых людей.
Егор – обед для акулы.
В первый свой заход в Иньямбане «Стреле» встречали на пирсе не только члены экспедиции, но и представители Советского посольства. Оказывается в эти дни в Иньямбане проходил какой-то международный чемпионат по военно-парашютному спорту. Выступала Советская команда. Срочно нужно было собрать болельщиков. Поступил приказ по громкой связи судна: «Всем свободным от вахт! Собраться на юте. Форма одежды гражданская парадная. Готовность 45 минут». Народ засуетился. В назначенное время человек тридцать стояли в готовности на палубе. Подъехал большой шикарный иностранного производства автобус.
После встречи с Петром и милой негритяночкой «Стрелец» ушёл в море и в Мапуту он вернётся только перед самым выходом домой. Экспедиция перемещалась на север. Портом базирования «Стрельца» становился порт Иньямбане, но это уже другая история и другая глав второй книги.
Глава десятая.
Иньямбане.
И сел на кита Айболит
И одно только слово твердит:
«Лимпопо, Лимпопо, Лимпопо!
Корней Чуковский
Африканские открытия Егора.
Каминского ждало одно из первых открытий связанных с Африкой. Как-то Егора вызвал на ГКП, штурман Борис Шарапов.
- Каминский, ты же с Шавриком в катерной команде. Найди в штурманском столе карту реки Лимпопо. Завтра на катере пойдёте в её устье. Наша экспедиция там работает. Им что-то надо доставить, я не знаю, что, но картами приказали вас обеспечить.
- Да ладно, Боря, прикалываться. Какое ещё Лимпопо? Может, Айболита, туда отвезём. Этого нашего-то пьянтоса дока, – оценил шутку штурмана Егор и дал понять, что его так просто не разыграть. Борис удивленно уставился на матроса. Потом с лёгким непониманием, по крайней мере, он считал Каминского грамотным и интеллигентным моряком, ещё раз повторил.
- Ты чего, Егор, несёшь. Возьми карту устья Лимпопо.
- Нет никакого Лимпопо. Это сказка для детей про доктора Айболита и бегемотиков, с их животиками, с детства знаю.
- Ты бы лучше с детства в школе лучше учился, - чем тратить время и доказывать этому неучу и упёртому бульбашу что известно любому школьнику, штурман открыл стол. Покопался и достал карту. Бросил её на стол.
- На. Смотри. Бездарь. - Егор взял карту.
- Блин! Лимпопо! Вот тебе и раз. Всю жизнь думал, что это сказка. У меня всегда пятёрка была по географии. Обалдеть как стыдно, - забрав карту, Егор отнёс её в катер. Благо Борис нормальный парень и никому не рассказал об их беседе, иначе Егора заклевали бы шутники-приколисты из команды.
Второе открытие ждало Егора, когда он увидел, как растут – ананасы. Всю жизнь парень думал, что они растут на деревьях. Как в мультике «Каникулы Бонифация»
Третье открытие. Оказывается в африканскую жару, спокойно можно есть лимоны, как яблоки. Почистил кожуру и кусай. Так за день с пяток лимонов можно и употребить. Благо кусты лимонов и апельсинов, растут на побережье, как наш шиповник - повсеместно.
Отдельная тема – кокосовые орехи. Кокосы в Африке, по крайней мере, в Мозамбике, это их всё. Эта пища - как зелёные, так и копра. Это топливо - кокосовые волокна хорошо горят. Это и посуда – скорлупа ореха. Это и разные поделки. Это, в конце концов, главный экспортный продукт Мозамбика. Ещё, моряки сухим орехом в кожуре играли в океане в водное поло, он им заменял мяч. Питательность же ореха удивительная. Егор по началу, когда дорвался, съедал за день два, а то и три ореха и был сыт весь день. Потом только один орех. Молочко кокосовое не очень. Больше похожее на сперму, кстати, официальное название так и есть – эндосперм. Только этот эндосперм - ерунда, ерундой. Ну, правда, всегда - прохладное. Вот только, сколько его надо выпить, чтобы, удалить жажду. Осторожно надо пить, оно слабит и есть шанс после него весь день просидеть на струе.
Особенность Африки ещё и её насекомые. Особенно летающие. «Стрелец» теперь нередко находился вблизи побережья, выполняя самые разные задачи по обеспечению экспедиции. Домашние замашки бить насекомых на теле, в Африке, следует забыть. Надо согнать надоедливое насекомое, например, легко смахнуть рукой, а лучше сдуть, но не бить. Есть там такая ипритная муха. Муха похожа на муравья или муравей, похожий на муху, не суть. Кусать не кусает, но если раздавить, то получишь сильнейший ожог. Ожог именно иприта – боевого отравляющего вещества. Он, не проходит долго и очень беспокоит. Если ипритка, проползает по коже, то получаешь тоже ожог. Ожог вытянутой формы, как ползет так ядом кожу и поражает. Наши моряки помнят ее как ипритку, испанцы как ормига-муравей, местные вообще в ужасе, говорят, если много их проползает по лицу ребенка - он умирает. При обнаружении на коже живой, только сдувать.
Полуостров Линго Линго, находится справа от фарватера на вход в Иньямбану. Фарватер почти прямой, но безопасная глубина для прохода «Стрельца» только во время прилива. Чем ближе к экватору, тем сильнее приливы и отливы. Вся акватория вокруг Иньямбаны изобиловала отмелями, мелями и островами. Так получалось, что часть суши во время прилива превращалась в острова, а во время отлива, составляет сложную береговую линию с замысловатыми переходами, перешейками и отмелями. Даже идя на промерном катере, имеющем осадку менее метра, при совершенно прозрачной воде моряки со «Стрельца», регулярно врезались в мели. Иногда это приобретало совершенно безвыходную ситуацию. Идти невозможно, приходилось ждать прилива, но вскоре, как в сказке, на помощь морякам пришёл – дельфин.
Дельфин Флиппер.
Надо сказать, что дельфины постоянно крутились вокруг судна. По крайней мере, пока не появятся дельфины, команда не начинала купание за бортом. На судне хорошо знали, если у борта есть дельфины, значит на несколько миль вокруг, акул нет. Дело в том, что только дельфины, видели акул, они немедленно атаковали этих кровожадных хищников. На скорости били акулу носом в жабры и акула погибала. Поэтому, услышав свист дельфинов, акулы сломя голову ломились куда подальше. Это поведение дельфинов необъяснимо. Они ведь не ели акул. Правда стая акул могла напасть на одинокого или раненого дельфина, или на дельфинёнка, но дельфины всегда держались стаей, по крайней мере, мамочки и дельфинята всегда следовали под охраной больших и сильных самцов.
Один взрослый дельфин привязался к команде промерочного катера «Стрельца». Как только спускали катер, этот дельфин отделялся от стаи и плыл в полуметре от борта катера, куда-бы катер ни следовал. Если предстояла высадка на побережье, то дельфин крутился на глубине около метра, ожидая возвращения команды на катер. Как только катер давал ход, дельфин опять его сопровождал. Егор и Володя дали этому дельфину-приятелю имя, Флиппер, как и в фильме «Человек-амфибия». Флиппер - весёлый парень и его главной забавой была, игра с Егором под названием - «погладь меня». Условия игры следующие. Егор садился на борт катера. Флиппер пристраивался на удалении ладошки от борта и шёл на одной скорости с катером. Задача Егора – неожиданно дотронуться до спины дельфина. Как Каминский только не старался, ему это ни разу не удавалось. Он и смотрел в сторону, и делал вид, что чем-то занят. Вдруг неожиданно, как казалось Егору, выбрасывал руку в сторону Флиппера. Бесполезно. Дельфин мгновенно, отходил от борта на полметра, и моряку было уже не дотянуться до его спины, при этом это всё сопровождалось трескучим смехом довольного Флиппера. Так они забавлялись весь переход к цели или обратно на судно. Однажды чем-то раздражённый Шаврин спросил Егора.
- Ты что действительно не можешь обмануть эту рыбину?
- Он не рыба. Он животное, млекопитающее, как и мы с тобой, - ответил ему, Егор и добавил:
– Он будет по умнее некоторых людей. Смотри, какие у него умные и улыбчивые глаза, - Флиппер как всегда плыл рядом с катером. Его правый глаз смотрел на моряков и создавалось впечатление, что он улыбается, этому еще способствовал и полуоткрытый рот дельфина, ну улыбка и только.
- Да ладно. Я его сейчас обману, - самоуверенно заявил Володя.
- Валяй, – ответил Егор. Шаврин сделал пять попыток, всё напрасно, только вызвал хохот у Флиппера. Ничего лучше не придумав, Шаврин запустил в дельфина гайкой и попал ему в спину.
- Зачем! Ты, что сдурел? А ну-ка прекрати! – набросился на Шаврина, Каминский, но похоже, и Флиппер не собирался спускать людям такое хамство. Он отплыл от катера в сторону на приличное расстояние. Затем разогнавшись до огромной скорости, как торпеда устремился в борт катера. Понятное дело он не собирался таранить катер, но ответить людям он должен был. Поэтому перед самым бортом, дельфин ныряет под катер, и с другого борта, как чёрт из табакерки, вылетая из воды метра на два, и делает свечку. Обрушиваясь в воду всем своим огромным телом и поднимая, фонтан брызг при этом сбивая катер с курса. Так он делал, пока не загнал команду катера вовнутрь. Сидеть в сорокоградусную жару в пластиковой рубке, обливаясь потом и вдыхая раскалённый пластик сомнительное удовольствие, но ходить мокрым от солёной воды тоже не хочется. Тем более, эта вода высохнет и на форме останется куча морской соли. Ходишь потом, как пёс шелудивый. Флипперу и этого показалось мало, он начал боком толкать в борт катер, постоянно сбивая его с курса. Уже не выдержал управлявший катером Палыч.
- Шаврин, ну какой ты идиот. Зачем ты дельфина обидел.
- Больше не буду, – как школьник ответил Вовка, и спросил:
- А что делать?
- Извинись, - предложил Палыч.
- Как извиниться, я же на рыбьем языке не говорю. Хотя ты говорил он и не рыба вовсе, - обращаясь к Егору, рассуждал Володя. Егора осенило!
- Вовка свистеть умеешь!
- Умею!
- Громко!
– Да Громко. С пальцами во рту.
- Вылезай из катера и свисти что есть силы, - Шаврин открыл люк и высунулся из рубки по пояс. Дельфин увидел своего обидчика. Сделав очередную дугу, лег на боевой курс и устремился к катеру. Шаврин, что было, силы засвистел. Флиппер, внезапно сбросив скорость, перевернулся на спину, на треть корпуса, высунувшись из воды, плавно подплыл к борту. Продолжая плыть на спине вдоль борта катера, уставился на свистящего Володю. Шаврин свистел. Флиппер ему подсвистывал. Со стороны получалось, они исполняют какое-то современное музыкальное произведение, вскоре к ним присоединился Егор, не устоял и Палыч. Каково было удивление ребят из экспедиции, они ждали катер на причале, чтобы передать на «Стрелец» материалы каких-то исследований, когда этот свистящий квартет подошёл к стенке. Флиппер отплыл подальше. Дельфины не очень доверяли аборигенам. Пока трепались моряки с бойцами экспедиции, пока разгружали то, что доставил катер со «Стрельца», пока грузили образцы. Начался отлив. Катер двинулся обратно, в гараж. Но время было упущено. С лёту врезались в отмель. В прозрачной воде невозможно точно определить глубину. Удар был очень сильный. Егор сидел на носу катера, изображая вперёдсмотрящего. От удара киля катера о грунт, Каминский с переворотом через голову оказался в воде. Спрыгнул и Володя, чтобы стащить четырёхтонный катер с отмели, на которую он сдуру, на полной скорости влез. Нужно торопиться. Отлив продолжался и если катер не стащить, через десять минут он будет уже лежать на борту. Четыре тонны им никак не осилить. И пусть в этот раз, а после героического похода на катере в Конакри, правильные выводы сделали все, у них была рация, но пользы от неё было как от козла молока. Кто к ним придёт на помощь? Другой катер со «Стрельца» и сядет на мель рядом. На силу стащили катер с мели. Дали малый ход, чтобы, если и уткнутся в отмель, так не на полном ходу и стащить его будет проще. Идти же на малом ходу тоже нельзя – отлив продолжается и скоро вокруг катера будет суша. На минуточку, в этой стране идет война, если кто-то случайно забыл. Вокруг Иньямбане по данным разведки рыщут банды. Принимать бой! Так этот бой точно будет последним, правда это будет и не бой, а расстрел мишени, как в тире. Да и оружия у них, слава Богу, на катере не было. Может в плен возьмут, потом обменяют. Такой каскад мыслей вертелся в голове Егора, но скорее всего похожие мысли посетили и Палыча и Вовку. Всё чаще и чаще катер натыкался на мели. Дело приобретало безвыходное положение. Вдруг! Появился Флиппер! Он подплыл к носу катера. Перевернулся на спину, и наполовину высунувшись из воды начал на спине глиссировать по воде хлопая себя по животу ластами и громко треща, что-то на своём дельфиньем языке. Он проплыл метров сто. Вернулся к катеру и повторил этот манёвр. Егора опять осенило!
- Палыч! Флиппер нам указывает фарватер! Давай газу и иди за ним, - размышлять было некогда, на счету минуты. Палыч устремился за дельфином. Флиппер несколько раз нырял и опять ложился на спину, треща и хлопая себя ластами по животу продолжал глиссировать, по только ему известному фарватеру. Катер уже полчаса ведомый дельфином, шёл на максимально возможном ходу, и ни разу не налетел на мель. Вскоре Флиппер поплыл как всегда рядом с катером. Моряки вырвались в океан. Впереди маячил «Стрелец». Через сорок минут катер уже поднимали на борт. Егор, Володя и Палыч в три голоса рассказали, как их выводил дельфин, как они организовали квартет художественного свиста. Вскоре на юте, негде было яблоку упасть и моряки в который раз пересказывали свои сегодняшние приключения. За бортом резвилась стая дельфинов. Среди них был и Флиппер. Егор и Володя подошли к борту и засвистели. Вдруг из воды выскочил дельфин. Это был Флиппер. Он сделал свечку. Ему аплодировала вся команда. Откуда узнали вахтенные, но и они вышли на палубу и аплодировали дельфину, а тот будто понимая, что это ему посвящены эти овации, раз за разом делал свечки. Удивительные существа эти дельфины. Достаточно один раз посмотреть дельфину в глаза и убедиться на всю жизнь, что они порой разумнее, некоторых людей.
Егор – обед для акулы.
В первый свой заход в Иньямбане «Стреле» встречали на пирсе не только члены экспедиции, но и представители Советского посольства. Оказывается в эти дни в Иньямбане проходил какой-то международный чемпионат по военно-парашютному спорту. Выступала Советская команда. Срочно нужно было собрать болельщиков. Поступил приказ по громкой связи судна: «Всем свободным от вахт! Собраться на юте. Форма одежды гражданская парадная. Готовность 45 минут». Народ засуетился. В назначенное время человек тридцать стояли в готовности на палубе. Подъехал большой шикарный иностранного производства автобус.
