Дыхание медленно возвращалось в свой собственный ритм, пот, волной прошедший от самых ног до волос резко стал липким и холодным, язык словно прирос к нёбу и отказывался слушаться. Всего лишь магия…
- Да ты и сама все сейчас узнаешь! - приободрил он, кивком головы указывая на женщин. А там действительно уже начался допрос, это стало ясно буквально с первых слов, которые донеслись в тишине. - Не боись, здесь полог наведен, никто с дороги и не заприметит как тут все полыхнет!
И говорил он с таким предвкушением, словно его забавляла одна лишь мысль о страданиях, которые предстоит выдержать этим двум перед окончательной смертью. Страшно представить что именно они сделали бы со мной, зная, что умирать я не могу, вновь и вновь возрождаясь с Тьмой вместо души.
Я заозиралась в поиске того самого полога тишины, но ничего приметного не заметила, если не считать двух красивых собак, породы алабай, которые словно стражи сидели у поворота на заправку и буравили меня своими фосфоресцирующими глазами. Жутко, как будто в преисподнюю спустилась и близко познакомилась с трехглавым стражем Ада.
- Красавцы? - заинтересованно спросил тот самый мужчина, что просветил по поводу ведьм. Я молча кивнула, трудно было не согласиться с этим утверждением. Собаки в целом моя слабость, а уж такие таинственные и подавно.
- Они ваши? - не удержалась от следующего вопроса, того и гляди достану всю четную компанию расспросами, но как не расспрашивать, когда прямо здесь, на Земле творятся такие дела!
- Что вы! Эти собаки древнее, чем я и вы, они питомцы нашего ордена, наделенные чуть-чуть сверхъестественной силой скрывать присутствие членов ордена. Сложнейшие создания, надо признать. - с откровенным восхищением рассказывал он, полностью игнорируя крики, доносившиеся от места допроса ведьм. Смотреть на них не было никакого желания.
- Расскажете? - почему-то поинтересовалась я, хотя и сама толком не могла объяснить чем вызван такой интерес к этим завораживающим существам.
- Конечно, - тихо хохотнув, пообещал он и внимательно посмотрел поверх моей головы. Я было испугалась, что он таким образом ауру считывает и сейчас рядом с ведьмами поставят еще один костерок - для меня, на этот раз.
В мгновение ока ярость подняла свою голову, вынырнув из затаенной Тьмы, норадреналин ударил в голову, призывая к моментальным действиям, плавно отступив на шаг, дала себе преимущество для замаха рукой, а там придется спасаться бегством и будет невероятным чудом ускользнуть от всей этой компании.
- Ну вот, с вступительной частью покончено! - внезапной вернул в реальность голос Тимофея.
- Ты меня напугал! - вспылила я, не отрывая взгляда от мужчины, который все также всматривался куда-то поверх меня, но не проявлял никаких признаков удивления или тревоги. Это немного радовало, в конце концов, не все могут рассмотреть эту червоточину, размером с черную дыру в космосе.
Тимофей подал плед, и я с благодарностью приняла его, хотя мне совсем не было жарко, просто захотелось спрятаться, пусть и под одеялом, но так, мне казалось, будет спокойнее и безопаснее. А ведьмы все кричали и кричали, пахло тошнотворным гнилостным запахом разложения.
- Вы нашли трупы?! - удивленно поводя носом, уточнила я на всякий случай у своего знакомого.
- Нет, - не менее удивленно ответил он и кивком головы указал куда-то позади меня. - Это ведьмы начинают меняться.
И я тысячу раз прокляла свое любопытство, потому что обернулась, проследила за взглядом из-под длинных ресниц и увидела то, о чем вспоминать и на смертном одре не стану. Эти женщины менялись, поплыла маской человеческая кожа, сменившись у одной на слабо зеленоватый оттенок со струпьями на руках и ногах, а у второй кожа оказалась лилового цвета, цвета смерти. Такой цвет мне довелось увидеть, когда тетя Шура из соседней квартиры перестала выходить на улицу, а ее сынок, алкаш первосортный, куда-то смылся. Мама рассказывала, что когда вскрыли замок и открыли дверь, двое из понятых рухнули в обморок от запаха, а уже когда выносили вздувшееся тело, рухнула в обморок я, потому что стала невинным свидетелем сцены, когда в морозильную камеру, прицепленную сзади автомобиля следственного комитета, не влезла моя бывшая соседка и ее нога каким-то немыслимым образом оголилась на всеобщее обозрение. Крики, шок, звуки рвоты доносились в виде круговорота, который вернул меня к жизни вместе с убийственным запахом нашатыря, который так услужливо плеснули на ватку, поднесенную к моему носу. Когда я, с криком на губах, обернулась, то уже все было спрятано, словно и не было, а улыбчивая тетя медик угостила конфеткой. С тех самых пор конфеты не ем, совсем.
- Что происходит?! - очередной вопрос… Ух, как же меня раздражает собственная черта характера, но, если мне не ответят, точно лопну от переизбытка любопытства.
- Я вам рассказывал, что ведьмам для регенерации необходимо плоть и кровь живого человека? - чуть раздраженно ответил тот самый мужчина, что с такой любовью рассказывал про собак. Я нервно дернула плечом и кивнула в знак согласия. - Тогда откуда такой глупый вопрос.
- Оттуда, Максим! - зло буркнул Тимофей и обнял за плечи, чуть отводя от места действия. - Не слушай его, все эти шовинисты и понятия не имеют кто ты такая, а когда в таком мире, как этот, ты чего-то не знаешь, то начинаешь бояться и злиться. Когда я тебя познакомлю, ты поймешь, что все они нормальные братья, которые помогут в трудных обстоятельствах, а пока считай их упырями. - весело завершил свою обличительную речь Тимофей, усаживая на стул. А затем приоткрыл еще одну тайну мироздания.
Как мне уже было известно, ведьмы не совсем наши создания, но по какой-то странной загадке, живут среди нас. Им, как и моим знакомым с планету двух лун, требуется внешняя подпитка. Тимофей точного механизма превращения в ведьму не знал, потому что попасть к ведьмам могла только девушка, решившаяся на самоубийство. С ней проводили какой-то ритуал, убивали и тут же возрождали с помощью отвара с кровью мужчины, ради которого она и решилась на самоубийство. А далее по накатанной, она получала сногсшибательное тело и силу, но, если она где-то повреждала свою оболочку, ей вновь требовалось кровь и плоть мужчины, вот только ведьмы любить не умеют, поэтому следы смерти рано или поздно одолевают ее тело, и она становится, как та зеленая баба, по сути биомусор, ни на удобрение, ни для утех. Просто озлобленное существо, с постоянным чувством собственной смерти. Если она не будет питаться, регулярно и обязательно еще живыми, то умрет и будет возрождаться, чтобы умирать вновь. А ведьмы сжигать никого не любят. Огонь не их стихия. А та синяя, скорее всего ее же и ученица, придумала прекрасный по своей простоте план. Устроится на заправку вблизи своего логова, кадрить привлекательных мужчин и жрать их, словно курицу на обед.
- Фу! - не сдержалась я от эмоциональной оценки, а сама мысленно отметила схожесть его слов про постоянное возрождение и смерть и вроде как свое бессмертие. Жутко. Не хочу быть такого цвета, не хочу пахнуть как навозная куча, не хочу никого есть! Я вообще за мир, дружбу, жвачку, а не вот это все. - Как вы их вычисляете?
- Об этом мы сможем поговорить позже, а сейчас мне нужно уходить на поиски логова, а ты останешься здесь, - и пока я не успела резонно возразить, что и близко не останусь на взорванной колонке, он добавил. - под защитой наших стражей. Они не позволят чему-либо произойти и рядом с ними тебе ничего не угрожает, и никто.
На последнем слове он сделал акцент, а я поняла, что все еще помнит о моем спасении от Филиппа и его шавок. О том, чтобы идти в логово к сумасшедшим ведьмам и слова не было, я не выношу запах крови, не горю желанием видеть разорванные на части трупы некогда живых людей и уж точно не хочу шататься по лесу в компании малознакомых мужчин. Но меня не покидала странная мысль, а что если они оставляют меня под охраной не как ищущую помощи у них, а как свидетельницу их деятельности?
- Тима, нам нужно идти, до рассвета всего ничего, а нам еще надо вернуться домой и познакомится с твоей зазнобой. - Михаил просто светился светом, словно это не он только что сжег не пойми кого, а перед этим выпытывал что-то важное для них, под пытками мало кто молчит, будь ты хоть трижды ведьмой.
И все равно я поежилась от такой смены настроения, он напоминал мне книжных маньяков, имевших любовь к иллюзиям в собственной, идеальной для чужих людей, жизни. Только открыла рот, чтобы возразить по поводу зазнобы, как была остановлена крепким сжатием ладони Тимофеем. Едва сдержав крик, быстро метнула взгляд в его сторону и смолчала, хотя говорить хотелось, как никогда.
- Она побудет здесь вместе с Войной и Мором. У меня в машине места хватит всем и, опять же, они ее прикроют, когда сюда приедут пожарные.
Не сразу смекнув, что он говорит про двух очаровательных собак, я смотрела на Михаила и ждала его вердикта. Честно хотелось спать и есть, и уж точно сбегать не хотелось, да и зачем, если только Тимофей в данном вопросе мне может помочь. Одной мне не выстоять против Филиппа. К тому же не стоит забывать, что он мог выследить, просто не нападать, пока я находилась тут. Почему бы не продлить этот момент? Надеюсь, сжигать после знакомства меня не станут.
- Ладно, - фальшиво как-то, но очень вежливо согласился Михаил и рядом со мной тут же материализовались собаки.
- Охранять, не выпускать, не рассказывать! - отдал команды он и кивком головы простился с нами, оставив меня в полном раздумье. Куда я вляпалась на этот раз?
Тимофей приободряюще похлопал по плечу, помогая встать и не потерять плед, а затем проводил до машины, тактично прикрывая место сожжения ведьм. Да я и сама не стала смотреть на них, какое мне дело до покойников, пусть и некогда ходячих и вполне себе самостоятельных. Собаки трусили рядом, не отставая ни на шаг.
- Ты надолго? - как только Тимофей усадил меня в машину, тут же поинтересовалась я. Было немного неуютно в такой компании.
- Скоро вернусь, тут идти всего полчаса, думаю аккурат к восходу и успею. - он еще раз погладил по плечу, захлопнул дверь и фальшиво улыбнулся, я ответила не менее фальшивой улыбкой.
Совсем скоро Тьма поглотила его фигуру, оставив наедине с этими двумя. Громко вздохнув, включила обогрев сидений и музыку, чтобы хоть как-то приглушить тишину, давящую своими предположениями. Собаки словно и не дышали, просто сидели на заднем сидении и смотрели в разные стороны. Наверное, не мне одной не понравилось решение их командира, но приказы не обсуждаются и вот они заперты посреди пустой дороги с незнакомкой, а позади ярким, алым пятном разгорается колонка, один взрыв, второй и черная труба дыма взмыла вверх, навсегда прикрывая самосуд над этими двумя. Слажено работают, нечего сказать.
- Так какие еще фантастические твари тут у вас обитают, прикрываясь доблестными профессиями и фальшивыми масками? - не удержалась от нового вопроса. Такая обстановка нервировала, вот я и поддалась. Ну, не станут же они мне отвечать! Это же собаки, как никак.
Оу! Могут и еще как. Эти две зверюги синхронно развернули головы в мою сторону и уставились своими потусторонними глазами прямо на меня. Стоит ли говорить, что под таким взглядом сдуется даже самая отважная рыба-фугу?! Вот и я как-то съежилась, плечики опустила и представила как стальные зубы одной из них впиваются в мое горло, в то время, как вторая из них плотоядно облизывается в ожидании. Вздрогнув всем телом, я инстинктивно попыталась нащупать на двери ручку, дернув всего пару раз, окончательно убедилась, что заперта снаружи и случись что, никто и «мяу» сказать не успеет.
И тут на смену мурашкам, так изрядно бороздившим спину и руки, переходя на затылок, пришел липкий, тягучий страх. Он ощущался в воздухе, такой тяжелый, приторно-сладкий. Я научилась его ощущать еще там, на Цефрее и теперь он присутствовал тут, в машине.
- Эй! Не нужно так на меня смотреть! - возмутилась я, задумалась, ожидая хоть какой-то реакции и, так не дождавшись, добавила. - Я не вкусная!
Тут одна из собак, вроде Война, хохотнула, попытавшись скрыться за рычанием, но меня не обманешь. Эти собаки совсем неглупые, и наверняка понимают, что я напугана.
- Никто тут кусаться не собирается, - с рычащими нотками в голосе ответил Мор. Это не сложно было определить, потому что голос был грубым, приглушенным.
- Наверное, я окончательно свихнулась! - сделала единственный верный вывод из всей этой ситуации. - Конечно! А как иначе может быть после всего того, что произошло тут и там.
- Наверное, - не стала спорить вторая собака. Вот же вреднюка!
Гордо вздернув нос, я хмыкнула, откидывая все эмоции куда подальше, и вообще после всего пережитого, могу себе позволить немного сумасшествия. Сидеть вот так и обиженно сопеть было не в моем характере, а вот достать своими вопросами кого-нибудь до самой печенки, это про меня. Так стоит ли удивляться, что я молчала недолго?
- Значит разговаривать все же умеете, причем оба, - констатировала очевидное, украдкой взглянув на песиков. Те молчали и продолжали смотреть в разные стороны. - Но рассказывать чего-нибудь вы уж точно не станете. Гордость не позволит или приказы мы не нарушаем?
Конечно этим вопросом я хотела задеть эго, ведь что-то мне подсказывало, собачки только с виду такие обычные, как и те ведьмы, а сами из тех же серых граней. Расчет был верным, Мор рыкнул, но не злобно, скорее скептически, а вот Война посмотрела на меня и в ту же секунду моя голова словно взорвалась мириадами картин, а мелодичный девичий голосок спросил:
- А не боишься ли ты, тетенька, что две маленькие собачки возьмут и обидятся, а там всякое может произойти.
Хотелось почему-то обидеться на вот это ехидное «тетенька», но я сдержалась, фыркнула в тон Мору и в той же манере ответила:
- А не учили ли вас, мои хвостатенькие, что кушать таких, как я, вредно для пищеварения?!
- Не разговаривай с ней, иначе назад пути не будет. - зло прорычал уже вслух Мор и вновь уставился в окно.
- А я устала! В конце концов, срок службы давно вышел, а вернуть нас на Цефрею никто не спешит!
- Цефрею?!
- Война!
Это мы в унисон прокричали и вновь уставились друг на друга как новые знакомые. Затем Мор потянул носом, опасливо заозирался по сторонам, словно учуяв что-то неладное, Война тут же навострила уши.
- Кто-то идет?! - поддалась панике, мне-то в отличие от них ничего не слышно и не видно. - Это Филипп.
Имя назвала шепотом, но среагировали обе собаки, быстро потеряв интерес к происходящему за окнами машины. А вот я наоборот стала озираться, пытаясь прощупать пространство, но никого с такой же дырой как у меня не увидела. Да, собственно, никого не увидела. Тимофей и его команда доблестных рыцарей со сверкающей аурой были где-то далеко и понятия не имею с чем могу столкнуться в темноте.
- Кто такой Филипп? - опять телепатически спросила Война, я вопрос проигнорировала. Теперь моя очередь тайну наводить.
- Не шути с ней, чужачка, нам даны прозвища не просто так. - вторил ей Мор, а я сделала вид, что сейчас очень занята рассматриванием собственных ногтей, которые откровенно нуждались в уходе и свежем маникюре.
- Мы можем причинить много боли, - чуть менее уверенно продолжала наседать Война.
- Да ты и сама все сейчас узнаешь! - приободрил он, кивком головы указывая на женщин. А там действительно уже начался допрос, это стало ясно буквально с первых слов, которые донеслись в тишине. - Не боись, здесь полог наведен, никто с дороги и не заприметит как тут все полыхнет!
И говорил он с таким предвкушением, словно его забавляла одна лишь мысль о страданиях, которые предстоит выдержать этим двум перед окончательной смертью. Страшно представить что именно они сделали бы со мной, зная, что умирать я не могу, вновь и вновь возрождаясь с Тьмой вместо души.
Я заозиралась в поиске того самого полога тишины, но ничего приметного не заметила, если не считать двух красивых собак, породы алабай, которые словно стражи сидели у поворота на заправку и буравили меня своими фосфоресцирующими глазами. Жутко, как будто в преисподнюю спустилась и близко познакомилась с трехглавым стражем Ада.
- Красавцы? - заинтересованно спросил тот самый мужчина, что просветил по поводу ведьм. Я молча кивнула, трудно было не согласиться с этим утверждением. Собаки в целом моя слабость, а уж такие таинственные и подавно.
- Они ваши? - не удержалась от следующего вопроса, того и гляди достану всю четную компанию расспросами, но как не расспрашивать, когда прямо здесь, на Земле творятся такие дела!
- Что вы! Эти собаки древнее, чем я и вы, они питомцы нашего ордена, наделенные чуть-чуть сверхъестественной силой скрывать присутствие членов ордена. Сложнейшие создания, надо признать. - с откровенным восхищением рассказывал он, полностью игнорируя крики, доносившиеся от места допроса ведьм. Смотреть на них не было никакого желания.
- Расскажете? - почему-то поинтересовалась я, хотя и сама толком не могла объяснить чем вызван такой интерес к этим завораживающим существам.
- Конечно, - тихо хохотнув, пообещал он и внимательно посмотрел поверх моей головы. Я было испугалась, что он таким образом ауру считывает и сейчас рядом с ведьмами поставят еще один костерок - для меня, на этот раз.
В мгновение ока ярость подняла свою голову, вынырнув из затаенной Тьмы, норадреналин ударил в голову, призывая к моментальным действиям, плавно отступив на шаг, дала себе преимущество для замаха рукой, а там придется спасаться бегством и будет невероятным чудом ускользнуть от всей этой компании.
- Ну вот, с вступительной частью покончено! - внезапной вернул в реальность голос Тимофея.
- Ты меня напугал! - вспылила я, не отрывая взгляда от мужчины, который все также всматривался куда-то поверх меня, но не проявлял никаких признаков удивления или тревоги. Это немного радовало, в конце концов, не все могут рассмотреть эту червоточину, размером с черную дыру в космосе.
Тимофей подал плед, и я с благодарностью приняла его, хотя мне совсем не было жарко, просто захотелось спрятаться, пусть и под одеялом, но так, мне казалось, будет спокойнее и безопаснее. А ведьмы все кричали и кричали, пахло тошнотворным гнилостным запахом разложения.
- Вы нашли трупы?! - удивленно поводя носом, уточнила я на всякий случай у своего знакомого.
- Нет, - не менее удивленно ответил он и кивком головы указал куда-то позади меня. - Это ведьмы начинают меняться.
И я тысячу раз прокляла свое любопытство, потому что обернулась, проследила за взглядом из-под длинных ресниц и увидела то, о чем вспоминать и на смертном одре не стану. Эти женщины менялись, поплыла маской человеческая кожа, сменившись у одной на слабо зеленоватый оттенок со струпьями на руках и ногах, а у второй кожа оказалась лилового цвета, цвета смерти. Такой цвет мне довелось увидеть, когда тетя Шура из соседней квартиры перестала выходить на улицу, а ее сынок, алкаш первосортный, куда-то смылся. Мама рассказывала, что когда вскрыли замок и открыли дверь, двое из понятых рухнули в обморок от запаха, а уже когда выносили вздувшееся тело, рухнула в обморок я, потому что стала невинным свидетелем сцены, когда в морозильную камеру, прицепленную сзади автомобиля следственного комитета, не влезла моя бывшая соседка и ее нога каким-то немыслимым образом оголилась на всеобщее обозрение. Крики, шок, звуки рвоты доносились в виде круговорота, который вернул меня к жизни вместе с убийственным запахом нашатыря, который так услужливо плеснули на ватку, поднесенную к моему носу. Когда я, с криком на губах, обернулась, то уже все было спрятано, словно и не было, а улыбчивая тетя медик угостила конфеткой. С тех самых пор конфеты не ем, совсем.
- Что происходит?! - очередной вопрос… Ух, как же меня раздражает собственная черта характера, но, если мне не ответят, точно лопну от переизбытка любопытства.
- Я вам рассказывал, что ведьмам для регенерации необходимо плоть и кровь живого человека? - чуть раздраженно ответил тот самый мужчина, что с такой любовью рассказывал про собак. Я нервно дернула плечом и кивнула в знак согласия. - Тогда откуда такой глупый вопрос.
- Оттуда, Максим! - зло буркнул Тимофей и обнял за плечи, чуть отводя от места действия. - Не слушай его, все эти шовинисты и понятия не имеют кто ты такая, а когда в таком мире, как этот, ты чего-то не знаешь, то начинаешь бояться и злиться. Когда я тебя познакомлю, ты поймешь, что все они нормальные братья, которые помогут в трудных обстоятельствах, а пока считай их упырями. - весело завершил свою обличительную речь Тимофей, усаживая на стул. А затем приоткрыл еще одну тайну мироздания.
Как мне уже было известно, ведьмы не совсем наши создания, но по какой-то странной загадке, живут среди нас. Им, как и моим знакомым с планету двух лун, требуется внешняя подпитка. Тимофей точного механизма превращения в ведьму не знал, потому что попасть к ведьмам могла только девушка, решившаяся на самоубийство. С ней проводили какой-то ритуал, убивали и тут же возрождали с помощью отвара с кровью мужчины, ради которого она и решилась на самоубийство. А далее по накатанной, она получала сногсшибательное тело и силу, но, если она где-то повреждала свою оболочку, ей вновь требовалось кровь и плоть мужчины, вот только ведьмы любить не умеют, поэтому следы смерти рано или поздно одолевают ее тело, и она становится, как та зеленая баба, по сути биомусор, ни на удобрение, ни для утех. Просто озлобленное существо, с постоянным чувством собственной смерти. Если она не будет питаться, регулярно и обязательно еще живыми, то умрет и будет возрождаться, чтобы умирать вновь. А ведьмы сжигать никого не любят. Огонь не их стихия. А та синяя, скорее всего ее же и ученица, придумала прекрасный по своей простоте план. Устроится на заправку вблизи своего логова, кадрить привлекательных мужчин и жрать их, словно курицу на обед.
- Фу! - не сдержалась я от эмоциональной оценки, а сама мысленно отметила схожесть его слов про постоянное возрождение и смерть и вроде как свое бессмертие. Жутко. Не хочу быть такого цвета, не хочу пахнуть как навозная куча, не хочу никого есть! Я вообще за мир, дружбу, жвачку, а не вот это все. - Как вы их вычисляете?
- Об этом мы сможем поговорить позже, а сейчас мне нужно уходить на поиски логова, а ты останешься здесь, - и пока я не успела резонно возразить, что и близко не останусь на взорванной колонке, он добавил. - под защитой наших стражей. Они не позволят чему-либо произойти и рядом с ними тебе ничего не угрожает, и никто.
На последнем слове он сделал акцент, а я поняла, что все еще помнит о моем спасении от Филиппа и его шавок. О том, чтобы идти в логово к сумасшедшим ведьмам и слова не было, я не выношу запах крови, не горю желанием видеть разорванные на части трупы некогда живых людей и уж точно не хочу шататься по лесу в компании малознакомых мужчин. Но меня не покидала странная мысль, а что если они оставляют меня под охраной не как ищущую помощи у них, а как свидетельницу их деятельности?
- Тима, нам нужно идти, до рассвета всего ничего, а нам еще надо вернуться домой и познакомится с твоей зазнобой. - Михаил просто светился светом, словно это не он только что сжег не пойми кого, а перед этим выпытывал что-то важное для них, под пытками мало кто молчит, будь ты хоть трижды ведьмой.
И все равно я поежилась от такой смены настроения, он напоминал мне книжных маньяков, имевших любовь к иллюзиям в собственной, идеальной для чужих людей, жизни. Только открыла рот, чтобы возразить по поводу зазнобы, как была остановлена крепким сжатием ладони Тимофеем. Едва сдержав крик, быстро метнула взгляд в его сторону и смолчала, хотя говорить хотелось, как никогда.
- Она побудет здесь вместе с Войной и Мором. У меня в машине места хватит всем и, опять же, они ее прикроют, когда сюда приедут пожарные.
Не сразу смекнув, что он говорит про двух очаровательных собак, я смотрела на Михаила и ждала его вердикта. Честно хотелось спать и есть, и уж точно сбегать не хотелось, да и зачем, если только Тимофей в данном вопросе мне может помочь. Одной мне не выстоять против Филиппа. К тому же не стоит забывать, что он мог выследить, просто не нападать, пока я находилась тут. Почему бы не продлить этот момент? Надеюсь, сжигать после знакомства меня не станут.
- Ладно, - фальшиво как-то, но очень вежливо согласился Михаил и рядом со мной тут же материализовались собаки.
- Охранять, не выпускать, не рассказывать! - отдал команды он и кивком головы простился с нами, оставив меня в полном раздумье. Куда я вляпалась на этот раз?
Тимофей приободряюще похлопал по плечу, помогая встать и не потерять плед, а затем проводил до машины, тактично прикрывая место сожжения ведьм. Да я и сама не стала смотреть на них, какое мне дело до покойников, пусть и некогда ходячих и вполне себе самостоятельных. Собаки трусили рядом, не отставая ни на шаг.
- Ты надолго? - как только Тимофей усадил меня в машину, тут же поинтересовалась я. Было немного неуютно в такой компании.
- Скоро вернусь, тут идти всего полчаса, думаю аккурат к восходу и успею. - он еще раз погладил по плечу, захлопнул дверь и фальшиво улыбнулся, я ответила не менее фальшивой улыбкой.
Совсем скоро Тьма поглотила его фигуру, оставив наедине с этими двумя. Громко вздохнув, включила обогрев сидений и музыку, чтобы хоть как-то приглушить тишину, давящую своими предположениями. Собаки словно и не дышали, просто сидели на заднем сидении и смотрели в разные стороны. Наверное, не мне одной не понравилось решение их командира, но приказы не обсуждаются и вот они заперты посреди пустой дороги с незнакомкой, а позади ярким, алым пятном разгорается колонка, один взрыв, второй и черная труба дыма взмыла вверх, навсегда прикрывая самосуд над этими двумя. Слажено работают, нечего сказать.
- Так какие еще фантастические твари тут у вас обитают, прикрываясь доблестными профессиями и фальшивыми масками? - не удержалась от нового вопроса. Такая обстановка нервировала, вот я и поддалась. Ну, не станут же они мне отвечать! Это же собаки, как никак.
Оу! Могут и еще как. Эти две зверюги синхронно развернули головы в мою сторону и уставились своими потусторонними глазами прямо на меня. Стоит ли говорить, что под таким взглядом сдуется даже самая отважная рыба-фугу?! Вот и я как-то съежилась, плечики опустила и представила как стальные зубы одной из них впиваются в мое горло, в то время, как вторая из них плотоядно облизывается в ожидании. Вздрогнув всем телом, я инстинктивно попыталась нащупать на двери ручку, дернув всего пару раз, окончательно убедилась, что заперта снаружи и случись что, никто и «мяу» сказать не успеет.
И тут на смену мурашкам, так изрядно бороздившим спину и руки, переходя на затылок, пришел липкий, тягучий страх. Он ощущался в воздухе, такой тяжелый, приторно-сладкий. Я научилась его ощущать еще там, на Цефрее и теперь он присутствовал тут, в машине.
- Эй! Не нужно так на меня смотреть! - возмутилась я, задумалась, ожидая хоть какой-то реакции и, так не дождавшись, добавила. - Я не вкусная!
Тут одна из собак, вроде Война, хохотнула, попытавшись скрыться за рычанием, но меня не обманешь. Эти собаки совсем неглупые, и наверняка понимают, что я напугана.
- Никто тут кусаться не собирается, - с рычащими нотками в голосе ответил Мор. Это не сложно было определить, потому что голос был грубым, приглушенным.
- Наверное, я окончательно свихнулась! - сделала единственный верный вывод из всей этой ситуации. - Конечно! А как иначе может быть после всего того, что произошло тут и там.
- Наверное, - не стала спорить вторая собака. Вот же вреднюка!
Гордо вздернув нос, я хмыкнула, откидывая все эмоции куда подальше, и вообще после всего пережитого, могу себе позволить немного сумасшествия. Сидеть вот так и обиженно сопеть было не в моем характере, а вот достать своими вопросами кого-нибудь до самой печенки, это про меня. Так стоит ли удивляться, что я молчала недолго?
- Значит разговаривать все же умеете, причем оба, - констатировала очевидное, украдкой взглянув на песиков. Те молчали и продолжали смотреть в разные стороны. - Но рассказывать чего-нибудь вы уж точно не станете. Гордость не позволит или приказы мы не нарушаем?
Конечно этим вопросом я хотела задеть эго, ведь что-то мне подсказывало, собачки только с виду такие обычные, как и те ведьмы, а сами из тех же серых граней. Расчет был верным, Мор рыкнул, но не злобно, скорее скептически, а вот Война посмотрела на меня и в ту же секунду моя голова словно взорвалась мириадами картин, а мелодичный девичий голосок спросил:
- А не боишься ли ты, тетенька, что две маленькие собачки возьмут и обидятся, а там всякое может произойти.
Хотелось почему-то обидеться на вот это ехидное «тетенька», но я сдержалась, фыркнула в тон Мору и в той же манере ответила:
- А не учили ли вас, мои хвостатенькие, что кушать таких, как я, вредно для пищеварения?!
- Не разговаривай с ней, иначе назад пути не будет. - зло прорычал уже вслух Мор и вновь уставился в окно.
- А я устала! В конце концов, срок службы давно вышел, а вернуть нас на Цефрею никто не спешит!
- Цефрею?!
- Война!
Это мы в унисон прокричали и вновь уставились друг на друга как новые знакомые. Затем Мор потянул носом, опасливо заозирался по сторонам, словно учуяв что-то неладное, Война тут же навострила уши.
- Кто-то идет?! - поддалась панике, мне-то в отличие от них ничего не слышно и не видно. - Это Филипп.
Имя назвала шепотом, но среагировали обе собаки, быстро потеряв интерес к происходящему за окнами машины. А вот я наоборот стала озираться, пытаясь прощупать пространство, но никого с такой же дырой как у меня не увидела. Да, собственно, никого не увидела. Тимофей и его команда доблестных рыцарей со сверкающей аурой были где-то далеко и понятия не имею с чем могу столкнуться в темноте.
- Кто такой Филипп? - опять телепатически спросила Война, я вопрос проигнорировала. Теперь моя очередь тайну наводить.
- Не шути с ней, чужачка, нам даны прозвища не просто так. - вторил ей Мор, а я сделала вид, что сейчас очень занята рассматриванием собственных ногтей, которые откровенно нуждались в уходе и свежем маникюре.
- Мы можем причинить много боли, - чуть менее уверенно продолжала наседать Война.
