не могли, одна из них, что выглядела как безумная вампирша в лохмотьях, которые некогда были приличным платьем викторианской эпохи, ударила Кима по лицу, отчего тот моментально затих, потеряв сознание.
- Ты умрешь первой. - почему-то пообещала ей и попыталась разглядеть ее ауру. Глупо, конечно, потому что я сейчас не в самом лучшем положении, но все же лучше, чем смотреть в эту наглую рожу. Плюнуть не получится, слишком далеко, я пробовала.
Аура каждой из них в нормальном понимании этого слова отсутствовала, мертвое не фонит, но вместо этого их оболочка была заполнена жизненной энергией своих жертв, а еще вязкой липкой слизью. Именно в нее и превращалась энергия. Живое не может существовать в мертвом теле. И, сколько бы они не пытались исправить положение дел, это было невозможным.
Хранители также остались рядом, Война выглядела плохо, но смотрела на меня, и я чувствовала море вины, охватившее ее. Она не хотела быть здесь, она не хотела всего того, что уже произошло, а вот Мор…Чувство долго давило, чувство предательства пронзало его тело вновь и вновь, заставляя злиться. Я не знала, чем могу им помочь, я не понимала, как мне самой быть в этой ситуации, поэтому просто стала думать о нем. Кровавый Валентин. Каким он был при нашей первой встрече, каким он будет, когда меня не станет. Сможет ли надрать задницу этому чванливому недопринцу.
- Открывай, скотина ты недобитая! - внезапный стук огромной силы сотряс, казалось, весь дом. - Если вы решили отменить сделку, то фигушки вам! Мы заключили ее в Серых Гранях и она имеет первостепенное значение!
Филипп моментально изменился в лице, став серым и каким-то мелким что ли. Отошел от стены, не рискуя подходить к двери и прорычал Мору:
- Не сметь впускать посторонних. Максимальная защита.
Мор нехотя кивнул, растворяясь, но Война, она осталась и тут же подошла ближе ко мне.
- Охранять! - раздался приказ, а затем он умчался по лестнице куда-то вверх. Очевидно, чтобы рассмотреть кого черти принесли.
Мне же догадываться и не надо было. Я знала, что обладатель такого волнительного баса никто иной, как Борис, хозяин корчмы. А вот зачем он сюда пожаловал и почему Мор разрешил ему пройти аж до дверей, вопросы куда более важные. Он имел доступ к складам и амбару, это да. Его повар мог переправлять на нашу кухню котелки с едой, но все это было ерундой. Мор еще тогда рассказывал, как ловко настроил пути для наших дорог, чтобы ни одна подозрительная душа не появилась тут, а теперь Борис пытается выломать дверь, разыгрывая гневного предпринимателя.
- Спасибо! - прошептала я Войне и улыбнулась, когда жидкость коснулась подбородка. - Я знала, что вы хорошие хранители, верные дому.
Она улыбнулась, но тут же вновь приняла воинственный вид, потому что Филипп уже спускался в холл.
- Война останови процесс интеграции Нины. Надо разобраться с этим быком, а потом закончить начатое, иначе я пропущу очень приятное зрелище.
Прошла всего лишь минута, как давящее чувство отступило, давая возможность вдохнуть пару глотков спасительного воздуха, не опасаясь захлебнуться тошнотворной кровью. Все оборачивалось очень скверно, и даже небольшая хитрость Мора вряд ли могла переломить исход дел. Но так хотелось надеяться! Почему все время должно быть плохо?!
Тем временем Борис уже ворвался в нашу обитель и замер у самой двери, гневно раздувая ноздри, из которых вот-вот могло вырваться пламя. Он бешено водил из стороны в сторону головой, шаря по пространству холла алыми зрачками глаз. Выглядело очень устрашающе, а в купе с ростом еще больше пугало. В этот раз он выглядел совсем по-другому, голый торс с крепкими мускулами живота, бицепсы рук давали понять на сколько он опасен, узкие черные штаны прикрывали копыта, но их цокот разносился по дому отчетливо. Почему он медлит?
- Кто ты и зачем сюда явился? - не теряя ни минуты, тут же занялся дознанием Филипп. Сам он восседал с важным видом в кресле, которое ловко прикрывало мою голову. Конечно, можно подать голос, но вряд ли он услышит меня или поймет где именно я нахожусь.
- Я буду разговаривать только с главой ордена, в чьих владениях находятся мои склады.
Он остался стоять там же, словно давая себе шанс сбежать. Надеюсь, он не из робкого десятка и сможет разобраться во всем этом. Если бы он только знал, что над его знакомыми эти мертвые пиявки проводят пытки, он не был бы таким вежливым, хотя я слышала в его голосе едва прикрытое раздражение. Он был зол, чертовски зол. Наверное, это хорошо.
- Сожалею, но это невозможно. Он мертв, сейчас вся община готовится к его похоронам. По поводу сотрудничества вы всегда можете связаться с заместителем, то есть со мной. Позже я вышлю вам приглашение, а теперь вынужден просить вас удалиться. У нас траур.
И вид такой скорбный придал своей наглой роже, что и впрямь можно было поверить. Когда он встал, нарочито отвернулся от Бориса и нагло улыбнулся мне, натянул свою фальшивую маску и пошел к минотавру, который не терял времени и оставил дверь открытой, якобы позабыв ее закрыть. Он что-то заметил, не мог не заметить!
- Ох, я сочувствую всем сердцем, хороший парень был. Могу его увидеть? Страсть как люблю на покойников смотреть. Есть что-то умиротворенное в этом.
Надо признать от такого заявления даже я рот открыла, не ожидая такого откровения. В это время Мор появился в дальнем конце холла, сложно было сказать какое у него было настроение, но искрил он по-прежнему также тускло. Он сидел не двигаясь, даже не мигая и ждал. Я очень надеялась, что Филипп не станет стравливать их двоих, потому что Борис очень сильный и тоже древний, как и сами хранители.
Я облизала губы, все также не сводя обеспокоенного взгляда с Мора. Не смотря на всю ту отчужденность, что он проявил, хотелось его обнять и потрепать по холке, сказать, что все будет хорошо и мы обязательно разберемся со всем этим дерьмом. Но, по правде говоря, я и сама не знала, кого первым нужно трепать по холке в этой ситуации.
- Слушай, убирайся вон, пока мои хранители не вышвырнули тебя куда подальше. Серые Грани большие, и укромных мест тут предостаточно. - выступил с открытой угрозой Филипп, вплотную приблизившись к Борису. Он встал у него на пути, сцепив руки на груди. Не смотря на то, что минотавр явно превосходил его в росте, Филипп тоже выглядел устрашающе. Впечатляет!
- Ага! Сейчас, вот только загляну на кухню, а то повара жалуются, что котелки наши воруете. Я все понимаю, некоторые господа любят откушать у себя в комнатах, а у нас строгий учет! - быстрой скороговоркой на лету бросил Борис, и как-то сгруппировавшись протиснулся мимо ошеломленного такой наглостью Филиппа и в два шага оказался у самой двери, ведущей в столовую.
Надо признать, когда он бежал навстречу мне, я закрыла глаза, потому что была абсолютна убеждена в том, что он не заметит мою бедовую голову и просто размозжит ее раньше, чем я «мяу!» сказать успею.
- О! Ниночка, привет! Тебе абсолютно не идет такая форма жизни. - и юркнул за внезапно открывшуюся дверь, оставив в дураках и Филиппа, и даже Мора, хотя насчет последнего не уверена. Обернувшись в ту сторону, где он совсем недавно сидел, я никого не увидела. Значит и это спланировал! И когда он только успел? Но что делать мне?! Я же не могу вот так прыгнуть на кухню. Кстати, а зачем он на кухню так стремился?
- Все же живые есть! - ликуя, произнесла я. - Ну что, гад вечноживущий, не такой ты и сильный, оказывается. А если взять и отминусовать силу хранителей, то ты полное ничтожество!
Филипп сверкнул взглядом, полным бешенства и ярости, но колкость спустил, сам же зло выругавшись поднялся по лестнице куда-то наверх.
- Война, милая моя! Помоги мне освободиться. - шепча с надеждой и мольбой, я старалась хоть как-то помочь себе. Ощущения были не из приятных, затекшее от одной позы тело начинало колоть в пальцах рук и ног, отчего становилось вдвойне неприятнее. - Война покажись мне, миленькая!
И она пришла, хоть и не сразу. Появилась слабо мерцающим сгустком, едва сохранив свои очертания. В доме как-то стало очень тихо, словно всю жизнь высосали отсюда, напрочь лишив возможности постоять за себя в честном бою. В таком положении, как находилась я, было сложно рассмотреть все окружение, но я слышала шепот за дверью столовой, а сверху доносился шелест крыльев. Но ведьмы не умеют летать, точнее крыльев у них нет.
- Война, что происходит?
- Перелом. - с радостью в голосе сообщила она и улыбнулась. - Сегодня хороший день, Нина. И во многом благодаря тебе.
- МНЕ?! - удивилась я. - Если ты не видишь, то я стою по горло в крови павших, которую запечатал Мор и чтобы здесь не произошло, я к этому не имею отношения.
- Ой ли?! - хитро прищурилась она и исчезла, оставив с ворохом вопросов наедине.
- Жестокая ты дамочка!
Лязг битых стекол заставил вздрогнуть и оторваться от самоуничижительных мыслей. Кто-то проник в дом сверху, пробив крышу и опять же Мор не среагировал, значится с его молчаливого согласия. Понятия не имела кто это, но проверять свою удачу совсем не хотелось. Вдруг это какой-то ужасный подвид нежити, что обитает вместе с темными ведьмами на проклятых землях? И они пришли за оставшимися, в том числе и Борисом?! Надо им как-то сообщить, вряд ли в столовой, где не было окон, кто-нибудь слышал этот звон. Вот только не кричать же во всю мощь своего голоса? Правда, этого и не понадобилось.
Внезапно очутилась лежащей на ковре, в абсолютном порядке. Не было ни единого намека на то, что только что была буквально похоронена заживо. Тело от такой свободы отказывалось слушаться, а мне ничего другого не оставалось, как ползти по направлению к столовой. Если там были выжившие, я хотела бы видеть кто. А там может отойдут ноги, и я смогу помочь в сражении с этими упырями. Мой собственный дух гордо задрал голову и рвался вперед.
- Эй, малышка! Долго ползти собираешься? - голос, который я услышала позади себя вызвал у меня судорожное желание закричать. Он стоял посреди всего этого ужаса, светясь силой и гневом, я чувствовала его Тьму, что клокотала внутри него, наслаждаясь происходящим, учуяв запах смерти.
Он выглядел как Бог, как само совершенство, черные полы его плаща развивались с каждым шагом, темные штаны были заправлены в сапоги, из которых выглядывали серебряные стилеты, белоснежная рубашка была не застегнута на последние две пуговицы, обнажая участок груди, а волосы развивались по плечам.
- Валентин! - вырвался слабый вдох. Слезы сами покатились по щекам, смывая грязные дорожки пыли. - Подними меня! Тут есть кое кто, кому неплохо было бы надавать по пятой точке.
- К чему такая спешка? Никуда не денется он. Здесь есть куда серьезнее нелюди, заинтересованные в разговоре. И ты тоже там будешь присутствовать.
- Ничего не понимаю, - замотала головой, нахмурив брови. - Ты сейчас о чем? Здесь Филипп! И он не один, и мои друзья… Они все мертвы?!
В это время прямо между нами со второго этажа прилетело переломленное в нескольких местах тело ведьмы. Смрад, исходивший от нее впитывался в окружающие предметы, заставляя корчиться в конвульсиях рвотного позыва. На ее лице застыла маска страха. Уж не знаю, кого последним в своей неправильной жизни она видела, но этот кто-то производил неизгладимое впечатление.
- Демоны разгулялись. - весело прокомментировал произошедшее Валентин и как мальчишка подскочил на месте, всплеснув ладонями. - Чувствую сегодня будет очень много крови!
- Ты сумасшедший! - потрясенно вымолвила я, разминая уставшие ноги. - Лучше помоги мне встать. Там ребятам помощь нужна.
- Нет там никого. - махнув рукой, все же помог мне встать.
- Я сама слышала их шепот. Да и о чем ты говоришь, если ты сюда только прибыл. Кстати, а как ты добрался?
- По воздуху.
Тут я не выдержала и рухнула в кресло, в котором совсем недавно сидел Филипп и с наглой ухмылочкой распоряжался всем в нашем доме. Второе тело ведьмы с куда худшими повреждениями рухнуло рядом с первой, глухой удар и щелчок зубов, ударившихся при падении, заставил меня вздрогнуть.
- Я жду каждую, а потом и его самого. Пусть не стесняется, убивать его не стану. - зло прорычал Валентин, обнажив яростный оскал. Правда, кому он это адресовал мне не удалось увидеть, но крики стали еще более громкими. Затем он обернулся в мою сторону и предложил абсолютно спокойным голосом. - Чаю?
Кивнув в ответ, а что тут еще можно было предпринять, я первой поднялась с кресла и пошла в столовую, ноги все также не слушались, но хотя бы переставлялись усилием воли и то хорошо. Вопросов к нему набралось немало, и я едва сдерживалась, чтобы не приковать его к ближайшей стенке его же шпилькой, которую он мне выдал и заставить рассказать все с самого начала.
- Перестань смотреть на меня таким плотоядным взглядом. - спокойно встретил мой заинтересованный взгляд он и улыбнулся одними уголками губ, отчего внизу живота приятно разливалось тепло. - Сначала чай, а потом все остальное. Пошли.
Он с легкостью подхватил меня на руки, словно я ничего не весила и твердым шагом направился к столовой. Я не удержалась и обвила его шею обеими руками, нежно прикоснувшись к щеке. Почему-то именно сейчас можно было расслабиться и вдохнуть воздух полной грудью. И пусть я себя потом буду ругать за излишнюю сентиментальность, но сейчас появление моего черного рыцаря было как никогда кстати.
- Но, как же мои друзья? И Филипп… Не пойми неправильно, - тут же заметив как напряглись его губы, вытягиваясь в тонкую нитку, а взгляд жестче. - Но, ты уверен, что все нормально?
- Красота моя, меня откровенно бесит, что ты настолько не уверена в моих силах. Филипп перешел дорогу в этот раз не только тебе и твоим человечкам, но и самому правителю Серых Граней, а он куда могущественнее, чем Филипп мог представить. Впрочем, скоро ты сама во всем убедишься.
Пнув дверь ногой, он аккуратно протиснулся и вошел в абсолютно пустую столовую. Все столы были сдвинуты в дальний угол, а стулья разломаны, и все ножки с заостренными концами лежали вместе.
- Слушай, а хорошо тут! Может и я такую в замке комнатку оборудую, колья там сложу и всякую утварь для пыток. - задумчиво протянул он, усаживая меня прямиком на стол.
- Не понимаю, где все остальные? - растерянно произнесла, прежде чем зашипеть рассерженной гадюкой. - И с какими целями эту комнатку будешь использовать?
Впрочем, никаким ответом мне не ответил, вместо этого он развернулся на пятках сапог, отчего полы плаща взвились вверх и один точным движением достал из-под груды утвари чайник. Всего одно мгновение и передо мной стояли две чашки ароматного чая.
- Угощайся, дорогая! Ты выглядишь слегка помятой.
- Так для кого комнатку оборудовать будешь? - не отставала я, но чашку с благодарностью приняла. После той мерзкой штуки, что проделал со мной Мор, хотелось отогреться.
- Не важно, дорогая! Сосредоточься лучше на чашке, а не то ты ее уронишь. Почему ты дрожишь?
Я хмыкнула, погружаясь в ароматы, исходившие от теплого напитка и потеряла связь с реальностью. Не хотелось сейчас думать о том, в каком состоянии мои друзья, сколько погибло человек по вине Филиппа, ничего этого не хотелось. А вот сидеть рядом с единственным мужчиной, ради которого и умереть не страшно, хотелось всегда.
- Ты умрешь первой. - почему-то пообещала ей и попыталась разглядеть ее ауру. Глупо, конечно, потому что я сейчас не в самом лучшем положении, но все же лучше, чем смотреть в эту наглую рожу. Плюнуть не получится, слишком далеко, я пробовала.
Аура каждой из них в нормальном понимании этого слова отсутствовала, мертвое не фонит, но вместо этого их оболочка была заполнена жизненной энергией своих жертв, а еще вязкой липкой слизью. Именно в нее и превращалась энергия. Живое не может существовать в мертвом теле. И, сколько бы они не пытались исправить положение дел, это было невозможным.
Хранители также остались рядом, Война выглядела плохо, но смотрела на меня, и я чувствовала море вины, охватившее ее. Она не хотела быть здесь, она не хотела всего того, что уже произошло, а вот Мор…Чувство долго давило, чувство предательства пронзало его тело вновь и вновь, заставляя злиться. Я не знала, чем могу им помочь, я не понимала, как мне самой быть в этой ситуации, поэтому просто стала думать о нем. Кровавый Валентин. Каким он был при нашей первой встрече, каким он будет, когда меня не станет. Сможет ли надрать задницу этому чванливому недопринцу.
- Открывай, скотина ты недобитая! - внезапный стук огромной силы сотряс, казалось, весь дом. - Если вы решили отменить сделку, то фигушки вам! Мы заключили ее в Серых Гранях и она имеет первостепенное значение!
Филипп моментально изменился в лице, став серым и каким-то мелким что ли. Отошел от стены, не рискуя подходить к двери и прорычал Мору:
- Не сметь впускать посторонних. Максимальная защита.
Мор нехотя кивнул, растворяясь, но Война, она осталась и тут же подошла ближе ко мне.
- Охранять! - раздался приказ, а затем он умчался по лестнице куда-то вверх. Очевидно, чтобы рассмотреть кого черти принесли.
Мне же догадываться и не надо было. Я знала, что обладатель такого волнительного баса никто иной, как Борис, хозяин корчмы. А вот зачем он сюда пожаловал и почему Мор разрешил ему пройти аж до дверей, вопросы куда более важные. Он имел доступ к складам и амбару, это да. Его повар мог переправлять на нашу кухню котелки с едой, но все это было ерундой. Мор еще тогда рассказывал, как ловко настроил пути для наших дорог, чтобы ни одна подозрительная душа не появилась тут, а теперь Борис пытается выломать дверь, разыгрывая гневного предпринимателя.
- Спасибо! - прошептала я Войне и улыбнулась, когда жидкость коснулась подбородка. - Я знала, что вы хорошие хранители, верные дому.
Она улыбнулась, но тут же вновь приняла воинственный вид, потому что Филипп уже спускался в холл.
- Война останови процесс интеграции Нины. Надо разобраться с этим быком, а потом закончить начатое, иначе я пропущу очень приятное зрелище.
Прошла всего лишь минута, как давящее чувство отступило, давая возможность вдохнуть пару глотков спасительного воздуха, не опасаясь захлебнуться тошнотворной кровью. Все оборачивалось очень скверно, и даже небольшая хитрость Мора вряд ли могла переломить исход дел. Но так хотелось надеяться! Почему все время должно быть плохо?!
Тем временем Борис уже ворвался в нашу обитель и замер у самой двери, гневно раздувая ноздри, из которых вот-вот могло вырваться пламя. Он бешено водил из стороны в сторону головой, шаря по пространству холла алыми зрачками глаз. Выглядело очень устрашающе, а в купе с ростом еще больше пугало. В этот раз он выглядел совсем по-другому, голый торс с крепкими мускулами живота, бицепсы рук давали понять на сколько он опасен, узкие черные штаны прикрывали копыта, но их цокот разносился по дому отчетливо. Почему он медлит?
- Кто ты и зачем сюда явился? - не теряя ни минуты, тут же занялся дознанием Филипп. Сам он восседал с важным видом в кресле, которое ловко прикрывало мою голову. Конечно, можно подать голос, но вряд ли он услышит меня или поймет где именно я нахожусь.
- Я буду разговаривать только с главой ордена, в чьих владениях находятся мои склады.
Он остался стоять там же, словно давая себе шанс сбежать. Надеюсь, он не из робкого десятка и сможет разобраться во всем этом. Если бы он только знал, что над его знакомыми эти мертвые пиявки проводят пытки, он не был бы таким вежливым, хотя я слышала в его голосе едва прикрытое раздражение. Он был зол, чертовски зол. Наверное, это хорошо.
- Сожалею, но это невозможно. Он мертв, сейчас вся община готовится к его похоронам. По поводу сотрудничества вы всегда можете связаться с заместителем, то есть со мной. Позже я вышлю вам приглашение, а теперь вынужден просить вас удалиться. У нас траур.
И вид такой скорбный придал своей наглой роже, что и впрямь можно было поверить. Когда он встал, нарочито отвернулся от Бориса и нагло улыбнулся мне, натянул свою фальшивую маску и пошел к минотавру, который не терял времени и оставил дверь открытой, якобы позабыв ее закрыть. Он что-то заметил, не мог не заметить!
- Ох, я сочувствую всем сердцем, хороший парень был. Могу его увидеть? Страсть как люблю на покойников смотреть. Есть что-то умиротворенное в этом.
Надо признать от такого заявления даже я рот открыла, не ожидая такого откровения. В это время Мор появился в дальнем конце холла, сложно было сказать какое у него было настроение, но искрил он по-прежнему также тускло. Он сидел не двигаясь, даже не мигая и ждал. Я очень надеялась, что Филипп не станет стравливать их двоих, потому что Борис очень сильный и тоже древний, как и сами хранители.
Я облизала губы, все также не сводя обеспокоенного взгляда с Мора. Не смотря на всю ту отчужденность, что он проявил, хотелось его обнять и потрепать по холке, сказать, что все будет хорошо и мы обязательно разберемся со всем этим дерьмом. Но, по правде говоря, я и сама не знала, кого первым нужно трепать по холке в этой ситуации.
- Слушай, убирайся вон, пока мои хранители не вышвырнули тебя куда подальше. Серые Грани большие, и укромных мест тут предостаточно. - выступил с открытой угрозой Филипп, вплотную приблизившись к Борису. Он встал у него на пути, сцепив руки на груди. Не смотря на то, что минотавр явно превосходил его в росте, Филипп тоже выглядел устрашающе. Впечатляет!
- Ага! Сейчас, вот только загляну на кухню, а то повара жалуются, что котелки наши воруете. Я все понимаю, некоторые господа любят откушать у себя в комнатах, а у нас строгий учет! - быстрой скороговоркой на лету бросил Борис, и как-то сгруппировавшись протиснулся мимо ошеломленного такой наглостью Филиппа и в два шага оказался у самой двери, ведущей в столовую.
Надо признать, когда он бежал навстречу мне, я закрыла глаза, потому что была абсолютна убеждена в том, что он не заметит мою бедовую голову и просто размозжит ее раньше, чем я «мяу!» сказать успею.
- О! Ниночка, привет! Тебе абсолютно не идет такая форма жизни. - и юркнул за внезапно открывшуюся дверь, оставив в дураках и Филиппа, и даже Мора, хотя насчет последнего не уверена. Обернувшись в ту сторону, где он совсем недавно сидел, я никого не увидела. Значит и это спланировал! И когда он только успел? Но что делать мне?! Я же не могу вот так прыгнуть на кухню. Кстати, а зачем он на кухню так стремился?
- Все же живые есть! - ликуя, произнесла я. - Ну что, гад вечноживущий, не такой ты и сильный, оказывается. А если взять и отминусовать силу хранителей, то ты полное ничтожество!
Филипп сверкнул взглядом, полным бешенства и ярости, но колкость спустил, сам же зло выругавшись поднялся по лестнице куда-то наверх.
- Война, милая моя! Помоги мне освободиться. - шепча с надеждой и мольбой, я старалась хоть как-то помочь себе. Ощущения были не из приятных, затекшее от одной позы тело начинало колоть в пальцах рук и ног, отчего становилось вдвойне неприятнее. - Война покажись мне, миленькая!
И она пришла, хоть и не сразу. Появилась слабо мерцающим сгустком, едва сохранив свои очертания. В доме как-то стало очень тихо, словно всю жизнь высосали отсюда, напрочь лишив возможности постоять за себя в честном бою. В таком положении, как находилась я, было сложно рассмотреть все окружение, но я слышала шепот за дверью столовой, а сверху доносился шелест крыльев. Но ведьмы не умеют летать, точнее крыльев у них нет.
- Война, что происходит?
- Перелом. - с радостью в голосе сообщила она и улыбнулась. - Сегодня хороший день, Нина. И во многом благодаря тебе.
- МНЕ?! - удивилась я. - Если ты не видишь, то я стою по горло в крови павших, которую запечатал Мор и чтобы здесь не произошло, я к этому не имею отношения.
- Ой ли?! - хитро прищурилась она и исчезла, оставив с ворохом вопросов наедине.
- Жестокая ты дамочка!
Лязг битых стекол заставил вздрогнуть и оторваться от самоуничижительных мыслей. Кто-то проник в дом сверху, пробив крышу и опять же Мор не среагировал, значится с его молчаливого согласия. Понятия не имела кто это, но проверять свою удачу совсем не хотелось. Вдруг это какой-то ужасный подвид нежити, что обитает вместе с темными ведьмами на проклятых землях? И они пришли за оставшимися, в том числе и Борисом?! Надо им как-то сообщить, вряд ли в столовой, где не было окон, кто-нибудь слышал этот звон. Вот только не кричать же во всю мощь своего голоса? Правда, этого и не понадобилось.
Внезапно очутилась лежащей на ковре, в абсолютном порядке. Не было ни единого намека на то, что только что была буквально похоронена заживо. Тело от такой свободы отказывалось слушаться, а мне ничего другого не оставалось, как ползти по направлению к столовой. Если там были выжившие, я хотела бы видеть кто. А там может отойдут ноги, и я смогу помочь в сражении с этими упырями. Мой собственный дух гордо задрал голову и рвался вперед.
- Эй, малышка! Долго ползти собираешься? - голос, который я услышала позади себя вызвал у меня судорожное желание закричать. Он стоял посреди всего этого ужаса, светясь силой и гневом, я чувствовала его Тьму, что клокотала внутри него, наслаждаясь происходящим, учуяв запах смерти.
Он выглядел как Бог, как само совершенство, черные полы его плаща развивались с каждым шагом, темные штаны были заправлены в сапоги, из которых выглядывали серебряные стилеты, белоснежная рубашка была не застегнута на последние две пуговицы, обнажая участок груди, а волосы развивались по плечам.
- Валентин! - вырвался слабый вдох. Слезы сами покатились по щекам, смывая грязные дорожки пыли. - Подними меня! Тут есть кое кто, кому неплохо было бы надавать по пятой точке.
- К чему такая спешка? Никуда не денется он. Здесь есть куда серьезнее нелюди, заинтересованные в разговоре. И ты тоже там будешь присутствовать.
- Ничего не понимаю, - замотала головой, нахмурив брови. - Ты сейчас о чем? Здесь Филипп! И он не один, и мои друзья… Они все мертвы?!
В это время прямо между нами со второго этажа прилетело переломленное в нескольких местах тело ведьмы. Смрад, исходивший от нее впитывался в окружающие предметы, заставляя корчиться в конвульсиях рвотного позыва. На ее лице застыла маска страха. Уж не знаю, кого последним в своей неправильной жизни она видела, но этот кто-то производил неизгладимое впечатление.
- Демоны разгулялись. - весело прокомментировал произошедшее Валентин и как мальчишка подскочил на месте, всплеснув ладонями. - Чувствую сегодня будет очень много крови!
- Ты сумасшедший! - потрясенно вымолвила я, разминая уставшие ноги. - Лучше помоги мне встать. Там ребятам помощь нужна.
- Нет там никого. - махнув рукой, все же помог мне встать.
- Я сама слышала их шепот. Да и о чем ты говоришь, если ты сюда только прибыл. Кстати, а как ты добрался?
- По воздуху.
Тут я не выдержала и рухнула в кресло, в котором совсем недавно сидел Филипп и с наглой ухмылочкой распоряжался всем в нашем доме. Второе тело ведьмы с куда худшими повреждениями рухнуло рядом с первой, глухой удар и щелчок зубов, ударившихся при падении, заставил меня вздрогнуть.
- Я жду каждую, а потом и его самого. Пусть не стесняется, убивать его не стану. - зло прорычал Валентин, обнажив яростный оскал. Правда, кому он это адресовал мне не удалось увидеть, но крики стали еще более громкими. Затем он обернулся в мою сторону и предложил абсолютно спокойным голосом. - Чаю?
Кивнув в ответ, а что тут еще можно было предпринять, я первой поднялась с кресла и пошла в столовую, ноги все также не слушались, но хотя бы переставлялись усилием воли и то хорошо. Вопросов к нему набралось немало, и я едва сдерживалась, чтобы не приковать его к ближайшей стенке его же шпилькой, которую он мне выдал и заставить рассказать все с самого начала.
- Перестань смотреть на меня таким плотоядным взглядом. - спокойно встретил мой заинтересованный взгляд он и улыбнулся одними уголками губ, отчего внизу живота приятно разливалось тепло. - Сначала чай, а потом все остальное. Пошли.
Он с легкостью подхватил меня на руки, словно я ничего не весила и твердым шагом направился к столовой. Я не удержалась и обвила его шею обеими руками, нежно прикоснувшись к щеке. Почему-то именно сейчас можно было расслабиться и вдохнуть воздух полной грудью. И пусть я себя потом буду ругать за излишнюю сентиментальность, но сейчас появление моего черного рыцаря было как никогда кстати.
- Но, как же мои друзья? И Филипп… Не пойми неправильно, - тут же заметив как напряглись его губы, вытягиваясь в тонкую нитку, а взгляд жестче. - Но, ты уверен, что все нормально?
- Красота моя, меня откровенно бесит, что ты настолько не уверена в моих силах. Филипп перешел дорогу в этот раз не только тебе и твоим человечкам, но и самому правителю Серых Граней, а он куда могущественнее, чем Филипп мог представить. Впрочем, скоро ты сама во всем убедишься.
Пнув дверь ногой, он аккуратно протиснулся и вошел в абсолютно пустую столовую. Все столы были сдвинуты в дальний угол, а стулья разломаны, и все ножки с заостренными концами лежали вместе.
- Слушай, а хорошо тут! Может и я такую в замке комнатку оборудую, колья там сложу и всякую утварь для пыток. - задумчиво протянул он, усаживая меня прямиком на стол.
- Не понимаю, где все остальные? - растерянно произнесла, прежде чем зашипеть рассерженной гадюкой. - И с какими целями эту комнатку будешь использовать?
Впрочем, никаким ответом мне не ответил, вместо этого он развернулся на пятках сапог, отчего полы плаща взвились вверх и один точным движением достал из-под груды утвари чайник. Всего одно мгновение и передо мной стояли две чашки ароматного чая.
- Угощайся, дорогая! Ты выглядишь слегка помятой.
- Так для кого комнатку оборудовать будешь? - не отставала я, но чашку с благодарностью приняла. После той мерзкой штуки, что проделал со мной Мор, хотелось отогреться.
- Не важно, дорогая! Сосредоточься лучше на чашке, а не то ты ее уронишь. Почему ты дрожишь?
Я хмыкнула, погружаясь в ароматы, исходившие от теплого напитка и потеряла связь с реальностью. Не хотелось сейчас думать о том, в каком состоянии мои друзья, сколько погибло человек по вине Филиппа, ничего этого не хотелось. А вот сидеть рядом с единственным мужчиной, ради которого и умереть не страшно, хотелось всегда.
