- Неплохо... усилить тему скромности... добавить... о благонравии...
Тьфу.
Джинджер развернулась и вышла из храма. Свежий ветер хлестнул по лицу, и она заметила неподалеку леди Нэйру. Та разговаривала с высоким мужчиной в плаще. Вот она коснулась его руки неожиданно интимным жестом, и Джинджер смущенно отвернулась. Сделала пару шагов назад.
Так лучше.
За друзьями не подсматривают.
Интересно, кто это такой? Хотя... да кто угодно! Может быть, кто-то из слуг, которые сопровождали их по пути сюда? К леди Нэйре очень хорошо отнеслись и лакеи, и кучер, может быть, кто-то из них сейчас и подошел спросить, не нужно ли чего-нибудь леди?
Вполне...
Или нет?
Наверное, она уже вконец одурела, везде ей чудится тот самый лорд Смит…
- Джинджер?
Легка на помине.
Джинджер улыбнулась леди Нэйре.
- Я решила выйти. Постою пару минут, подышу свежим воздухом. Там так тяжело дышать...
- Благовония сарисские, - процедила леди Нэйра.
Пояснений не потребовалось. Сарисские благовония на половину состояли из травяного мусора, а уж что именно в них намешали? Неизвестно.
Дешевка – она и есть дешевка.
Леди Дженет со свитой появилась примерно через двадцать минут, окинула Джинджер снисходительным взглядом.
- Что с вами, милочка?
- Я была настолько впечатлена проповедью, что решила обдумать ее в одиночестве, - огрызнулась Джинджер, отлично понимая, что ей никто не поверит.
Леди Дженет поджала губы в куриную гузку. Но что тут скажешь?
И вместо ответа Джинджер она напустилась на первую, кто попался под руку – Кейт.
- Твои дети отвратительно воспитаны! Вы никогда себя так в храме не вели! Вот что бывает, если мать не может уделять достаточно времени своим отпрыскам!
Кейт побагровела, но что тут скажешь?
Джинджер без особого сочувствия посмотрела на багровую от злости Кейт, и направилась к карете.
Лесс догнал ее на полпути.
- Джин... подожди, пожалуйста.
- Да?
- Я... тебе не понравилось?
- Что ты, я просто в восторге.
Лесс не поверил – и правильно.
- Джин, мама иногда перегибает палку, но она на самом деле очень хорошая! Ты увидишь...
- Безусловно, лорд Кон’Ронг.
- Джинджер...
Леди Нэйра оказалась как нельзя более вовремя. Сама Джинджер уже прикидывала, насколько будет прилично пнуть Лесса в колено, и сможет ли она сегодня же уехать из этой богомольской обители?
Компаньонка ловко подхватила Лесса под руку, и что-то зашептала ему на ухо.
Мужчина сначала смотрел без особого понимания, потом что-то понял – и кинулся к Джин.
- Прости меня, пожалуйста. Я не хотел...
- Я не сержусь.
- Если бы я знал, я бы никогда тебя сюда не потащил!
Джинджер смягчилась и коснулась плеча Лесса.
- Все в порядке.
- Прости меня, пожалуйста…
- Леди Нэйра, что вы сказали Лессу?
- Что ты хрупкая слабая девушка, деликатного телосложения, а еще – что у тебя прервалась связь с луной и ты себя плохо чувствуешь.
Джинджер покраснела.
- Леди Нэйра!
- Зато в ближайшие десять дней ты можешь не ходить в храм.
- А потом?
Леди Нэйра усмехнулась.
- А потом им будет не до храмов…
- То есть? – насторожилась Джин.
- Твоя мама приедет. Думаешь, втроем мы не справимся с этим змеюшником?
Джин подумала.
- Можем и не справиться. Мало ли…
- Справимся. Это я тебе обещаю.
- А стоит ли?
Леди Нэйра пожала плечами.
- Это уж как ты решишь… если ты любишь Лесса…
- То я должна разогнать его сестренок, построить его матушку, отремонтировать замок, и всю жизнь изображать из себя то ли жонглера, то ли наездницу?
- Примерно так. А что?
- А то, что настолько я Лесса не люблю.
- Ты просто не выспалась.
Джинджер фыркнула.
- Леди Нэйра, вы чудо.
- Я всего лишь старая вредная тетка, которая стремится не дать испортить жизнь своей подопечной. Не стоит приписывать мне лишнего.
- Если бы у Лесса была такая мать, как вы, я бы обязательно за него вышла замуж.
По лицу леди Нэйры пробежала тень.
- Если бы, Джин… Самое безнадежное слово в нашей жизни – если.
Для Сэндера Пирлена утро тоже выдалось отвратительным.
Резеда Лоусон отправлялась в дальний путь – в столицу.
Сэндер готов был взвыть и убить кого-нибудь (лучше всего - Аликс), но жены рядом не было, а теща убиению поддавалась плохо. Очень плохо.
Она наблюдала за загрузкой четырех карет и раздавала приказания.
- Платье для приемов – в третью карету. Там есть желтый сундук. Да не помни, криворукая дура! Медный таз в четвертую карету! Занавески туда же.
Таз!?
Занавески?!
- Леди Лоусон, зачем нам в пути занавески? – решился поинтересоваться Сэндер.
Резеда обратила на него свой благосклонный взгляд.
- Мальчик мой, мы же едем в столицу! Это далеко, и нам придется останавливаться на постоялых дворах.
- Д-да…
- А если там окажется неуютная комната? Я готова к любым лишениям, только бы моей дочке было хорошо, но… это же так немного! Пара занавесок!
- И таз? И зеркало? И сервиз?
- А если на постоялом дворе этого не будет?
Сэндер застонал. Кажется, это будет самая кошмарная поездка за всю его жизнь.
- Мой дорогой мальчик, садитесь же в карету. Я сейчас только отдам пару распоряжений – и мы отправляемся.
Из кареты с выражением опытного мученика на лице смотрел Люсьен. Сэндер уселся напротив юноши и мрачно уставился в окно.
И как только Лоусон женился на этой… носорожихе?
Она же любого затопчет!
Аликс радостно вспорхнула в карету.
Судья обещал, что их дело будет рассмотрено в ближайшее время, а пока стоило уехать из столицы. На всякий случай.
Леди Брайс поднялась по ступенькам вслед за ней.
- Что ж, нас ждет Кон’Ронг?
- Да. Тётя Клари, а если Сэндер придет к вам?
- Я дала указания слугам. И договорилась с соседями. Либо Пирлена выставят вон, либо он будет сидеть в каземате до нашего возвращения.
- А…
- Аликс, успокойся. Мы с Джинджер дамы трепетные, хрупкие, нервные, нас волновать вредно. Особенно для врага.
- Сэндер опасен, тетя Клари. Очень опасен.
Кларисса пожала плечами.
- Аликс, я не люблю швыряться громкими словами, но ты дорога и мне, и Джинджер. Я отношусь к тебе почти как к родной дочери. Скажем, как к племяннице. Ты считаешь, я позволю какой-то твари в штанах диктовать мне свои условия?
Аликс зажмурилась. Потом открыла глаза, посмотрела на безмятежную Клариссу Брайс.
- Он может просто… избить. Или убить…
Кларисса пожала плечами еще раз.
- Аликс, знаешь, что подводит таких людей, как Сэндер Пирлен?
- Что?
- Они недооценивают силу добра и любви.
Аликс недоуменно глядела на Клариссу, но та не стала ничего разъяснять. Добро надо творить в глубокой тайне. А то закон не одобрит.
Кому что, а вот она уже запаслась небольшим пакетиком с ядом. Для крыс, в том числе и двуногих.
И стилет у нее с собой есть. Красивый, отделанный золотом и замаскированный под заколку. Один из немногих уцелевших подарков покойного супруга. У Джинджер такой же, только под серебро.
Разумеется, на Пирлена она будет воздействовать только душеспасительными беседами. Но для тела тоже нужны аргументы, правда ведь?
Вот на барона Брайса очень хорошо действовали разъяснительные беседы, подкрепленные кочергой. К каждому человеку можно найти свой подход, тут главное – весомый аргумент.
На завтрак Джинджер не проснулась, спустилась только к обеду. Леди Дженет тут же сосредоточила на девушке весь огонь души.
- Леди Брайс! Я так рада, что вы почтили нас своим присутствием!
Джинджер выспалась, поэтому ответила достаточно мирно.
- Леди Дженет, вы просто замечательно выглядите. И это платье так выгодно оттеняет цвет вашего лица…
Женщина кривовато улыбнулась. Платье было гнилостно-зеленого цвета, обильно украшенное дорогим кружевом, но женщине оно поразительно не шло.
- Джинджер, я надеюсь, что вы меня правильно поймете. У нас очень благочестивая семья…
- О, да! После сегодняшней проповеди я в этом абсолютно уверилась! – с энтузиазмом поддержала Джинджер.
Леди Нэйра опустила глаза вниз. Она-то уже видела карикатуру на туалетном столике Джинджер.
Внизу – храм, леди Дженет, очень узнаваемая, жрец, семейство Кон’Ронгов, намеченное схематическим чертами.
Вверху – Бог, который оторвал голову от облака и недовольно вглядывается вниз с выражением: «ну-и-какая-сволочь-меня-разбудила?».
Леди Нэйра понимала, что и заметка в газету тоже будет готова в ближайшее время. Такой материал Джинджер просто не могла упустить.
- Полагаю, у вас семья попроще, - с неприязнью влезла Кейт.
Джинджер ответила ей наивной улыбкой.
- Разумеется, госпожа Линос. Мой отец, барон Брайс, намного чаще бывал при дворе, а не в храме.
Кейт перекосило. Намек был понятен. Тебе ли, деревенщина, меня жизни учить?
Джинджер, кстати, и не лгала. В храме барон Брайс был один раз за всю жизнь. Нет, два. Один раз он венчался. Второй – его отпевали.
При дворе он был раз пять. Бывал бы и чаще, да денег не хватало.
- Джинджер, скажите, а какие сейчас моды в столице? – вмешалась Тиана.
- В моде сейчас кружево, - Джинджер прикоснулась к манжету. – Хризолиты, малахит, авантюрин. Тон украшениям задает королева, а она любит появляться в украшениях в виде листвы, травы… сейчас царит «лесной стиль». Воздушные наряды, не слишком перегруженные деталями.
- А банты?
- Ее величество никогда их не носит. Считает вульгарными.
Тиана коснулась банта на платье. Зло покосилась на мужа.
Провинция, что тут скажешь! Сегодня же спорет идиотскую отделку и посмотрит, какие кружева у нее есть. Лесной стиль, да?
- При дворе в моде древесные и растительные узоры. Зеленоватые, золотистые, коричневые тона.
Сама Джинджер, кстати, была в нежно-кремовом платье с узором из ивовых веточек. Высокий воротник, кружево манжет, кружевная лента в волосах…
Просто, скромно, очень дорого.
Мало кто знал, что платье они шили вдвоем с матерью, а потом загадочно улыбались на вопрос о мастерице.
- И часто вы бываете при дворе? – опять пошла в атаку леди Дженет.
Джинджер продолжала улыбаться.
- Нет, не очень. Придворный ритм жизни тяжеловат для меня, так что не чаще одного раза в пять-шесть дней.
Леди Дженет поперхнулась ядом. Она при дворе была один раз, и почувствовала себя абсолютной деревенщиной. А эта... выскочка!
Но Джинджер смотрела абсолютно наивными глазами. Она точно не издевалась.
- Это же очень дорого! Наряды, украшения...
- Мой отец позаботился о моем будущем, - отрезала Джин.
Дамы за столом выглядели опившимися уксуса. Лесс поймал вопросительный взгляд матери, и кивнул в ответ. Да, все так. И при дворе Джинджер бывает так часто, и ее там принимают, и ей рады, и она может себе это позволить. Никто не объяснял Лессу, что при дворе люди делятся на несколько категорий. В том числе те, кто ищет развлечений, и те, кто их предоставляет.
Джинджер обладала умением делать любой разговор интересным, инстинктивно смягчала острые углы, была неизменно доброжелательна, весела и приятна, а потому ее рады были видеть. Такие люди нужны везде.
А платья, драгоценности...
Если бы Джинджер охотилась на мужа, к ней отнеслись бы иначе. Могли бы и посмеяться, куда ты, нищета лезешь! Кстати, и пытались первое время.
Бесполезно.
Джинджер мило улыбалась, и вежливо отвечала, что в шести домах жить не сможет, на трех кроватях не выспишься, а сорок платьев одновременно на себя не наденешь. Да, она не слишком богата. Зато красива, умна и обаятельна.
Смеяться над тем, кого не трогают насмешки, не удовольствие, а тяжкий труд, непереносимый любым светским бездельником. Вот и вышло так: те, кто поумнее, Джинджер не трогали и с удовольствием с ней общались, а те, кто поглупее поняли, что все напрасно, и предпочли получать удовольствие от общения, а не ответные язвительные выпады, на которые Джин была мастерицей. Задеть ее не удавалось никому.
Вот и сейчас Джин надела «придворную маску».
Милая, добрая, ласковая, улыбчивая – то, что полюбил в ней Лесс. И невдомек бедняге, какие под ней скрываются демоны.
Например, сейчас Джин мечтала перетравить все семейство Кон’Ронг! Но на ее лице это не отражалось, наоборот, Джин улыбалась еще очаровательнее, и рассказывала Тиане, что в моде облегающие рукава до локтя, а потом пышный кружевной манжет. Если погода позволяет. Если же нет, можно сделать нечто вроде воланов, но с ними надо уметь управляться, иначе они будут за все цепляться. Кружевные шарфы также в моде, и вуали, которые накидывают на шляпки. Очень элегантно.
Оборки на юбке?
Нет-нет, сейчас в моде простой прямой силуэт. Конечно, если фигура позволяет.
Долго распространяться о моде не дал уже Лесс.
- Джин, может быть, я приглашу тебя после обеда погулять по замку? А завтра покажу тебе поместье? За один день мы, конечно, не управимся, но надо с чего-то начинать?
- С удовольствием.
- А через шесть дней в деревне праздник. Хочешь побывать там?
- Это неуместно! – леди Дженет сложила губы в ниточку.
- А папа там всегда бывал, - протянула Тиана.
- Мама, ты можешь не ходить, - согласился Лесс. – Джинни?
Джинджер скрипнула зубами. Этот вариант своего имени она ненавидела лютой ненавистью, но этим стервам только скажи? До смерти будешь Джинни...
- С удовольствием, дорогой.
Осмотр замка позволил сделать только один вывод – последние два поколения Кон’Ронгов денег не делали. Только тратили.
Некогда роскошная обивка кое-где покрылась пятнами и плесенью – на замену денег нет. Лепнина пообкололась, ковры поистрепались…
Когда-то дом был роскошно обставлен, но с тех пор прошло малым не двадцать-тридцать лет. Конечно, сейчас нужны были деньги. И зарабатывать их нынешнее поколение Кон’Ронгов или не умело, или не собиралось. То-то леди Дженет так выспрашивала про Брайс.
Хм-м…
Леди Нэйра тоже участвовала в осмотре. Кривила губы, хмыкала, и Джинджер видела, как тяжело ее компаньонке удержаться от ехидных замечаний.
Самой Джинджер это пару раз не удалось. Первый раз – в дамской гостиной, которую с гордостью демонстрировал Лесс.
- Какой интересный рисунок паркета.
- Это ковер, Джин, - насмешливо пояснила леди Нэйра.
- Да? А такой… ээээ… запыленный?
Лесс побагровел, подозвал к себе трущуюся неподалеку доверенную служанку леди Дженет (костлявая особа неопределенных лет с постной физиономией терлась рядом с ними безотлучно) и сказал нечто грозное. Подействовало. Тетка побагровела, метнулась куда-то, и вскоре в комнате воцарились две служанки, оттирающие ковер.
Второй раз – чуть позднее.
- Неужели в деревне нет кошек?
А что можно было еще спросить при виде здоровущей мыши, нагло сидящей посреди картинной галереи семейства Кон’Ронг?
И хоть бы двинулась, скотина!
- У мамы аллергия на шерсть, - грустным голосом пояснил Лесс.
- Да в этом замке можно дюжину кошек развести – и они никогда с леди Дженет не встретятся, - фыркнула Джин, – а вот мыши… фи!
Лесс побагровел вторично, и принялся показывать портреты.
- Это первый граф Кон’Ронг. Мартин.
На картине высокий мужчина стоял, опираясь о каминную полку.
Красивый, кстати. Темные волосы, зеленые глаза, насмешливая улыбка.
- Это его сын. Лорд Колин Кон’Ронг.
Семейное сходство было налицо. Только глаза были желтыми. И шло это по всем портретам. Лесс показывал своих предков, рассказывал о них, но…
Высокие, даже чуть массивные мужчины с насмешливыми улыбками, темными волосами и желтыми или зелеными глазами не имели ничего общего с Лессом.
Тьфу.
Джинджер развернулась и вышла из храма. Свежий ветер хлестнул по лицу, и она заметила неподалеку леди Нэйру. Та разговаривала с высоким мужчиной в плаще. Вот она коснулась его руки неожиданно интимным жестом, и Джинджер смущенно отвернулась. Сделала пару шагов назад.
Так лучше.
За друзьями не подсматривают.
Интересно, кто это такой? Хотя... да кто угодно! Может быть, кто-то из слуг, которые сопровождали их по пути сюда? К леди Нэйре очень хорошо отнеслись и лакеи, и кучер, может быть, кто-то из них сейчас и подошел спросить, не нужно ли чего-нибудь леди?
Вполне...
Или нет?
Наверное, она уже вконец одурела, везде ей чудится тот самый лорд Смит…
- Джинджер?
Легка на помине.
Джинджер улыбнулась леди Нэйре.
- Я решила выйти. Постою пару минут, подышу свежим воздухом. Там так тяжело дышать...
- Благовония сарисские, - процедила леди Нэйра.
Пояснений не потребовалось. Сарисские благовония на половину состояли из травяного мусора, а уж что именно в них намешали? Неизвестно.
Дешевка – она и есть дешевка.
Леди Дженет со свитой появилась примерно через двадцать минут, окинула Джинджер снисходительным взглядом.
- Что с вами, милочка?
- Я была настолько впечатлена проповедью, что решила обдумать ее в одиночестве, - огрызнулась Джинджер, отлично понимая, что ей никто не поверит.
Леди Дженет поджала губы в куриную гузку. Но что тут скажешь?
И вместо ответа Джинджер она напустилась на первую, кто попался под руку – Кейт.
- Твои дети отвратительно воспитаны! Вы никогда себя так в храме не вели! Вот что бывает, если мать не может уделять достаточно времени своим отпрыскам!
Кейт побагровела, но что тут скажешь?
Джинджер без особого сочувствия посмотрела на багровую от злости Кейт, и направилась к карете.
Лесс догнал ее на полпути.
- Джин... подожди, пожалуйста.
- Да?
- Я... тебе не понравилось?
- Что ты, я просто в восторге.
Лесс не поверил – и правильно.
- Джин, мама иногда перегибает палку, но она на самом деле очень хорошая! Ты увидишь...
- Безусловно, лорд Кон’Ронг.
- Джинджер...
Леди Нэйра оказалась как нельзя более вовремя. Сама Джинджер уже прикидывала, насколько будет прилично пнуть Лесса в колено, и сможет ли она сегодня же уехать из этой богомольской обители?
Компаньонка ловко подхватила Лесса под руку, и что-то зашептала ему на ухо.
Мужчина сначала смотрел без особого понимания, потом что-то понял – и кинулся к Джин.
- Прости меня, пожалуйста. Я не хотел...
- Я не сержусь.
- Если бы я знал, я бы никогда тебя сюда не потащил!
Джинджер смягчилась и коснулась плеча Лесса.
- Все в порядке.
- Прости меня, пожалуйста…
***
- Леди Нэйра, что вы сказали Лессу?
- Что ты хрупкая слабая девушка, деликатного телосложения, а еще – что у тебя прервалась связь с луной и ты себя плохо чувствуешь.
Джинджер покраснела.
- Леди Нэйра!
- Зато в ближайшие десять дней ты можешь не ходить в храм.
- А потом?
Леди Нэйра усмехнулась.
- А потом им будет не до храмов…
- То есть? – насторожилась Джин.
- Твоя мама приедет. Думаешь, втроем мы не справимся с этим змеюшником?
Джин подумала.
- Можем и не справиться. Мало ли…
- Справимся. Это я тебе обещаю.
- А стоит ли?
Леди Нэйра пожала плечами.
- Это уж как ты решишь… если ты любишь Лесса…
- То я должна разогнать его сестренок, построить его матушку, отремонтировать замок, и всю жизнь изображать из себя то ли жонглера, то ли наездницу?
- Примерно так. А что?
- А то, что настолько я Лесса не люблю.
- Ты просто не выспалась.
Джинджер фыркнула.
- Леди Нэйра, вы чудо.
- Я всего лишь старая вредная тетка, которая стремится не дать испортить жизнь своей подопечной. Не стоит приписывать мне лишнего.
- Если бы у Лесса была такая мать, как вы, я бы обязательно за него вышла замуж.
По лицу леди Нэйры пробежала тень.
- Если бы, Джин… Самое безнадежное слово в нашей жизни – если.
***
Для Сэндера Пирлена утро тоже выдалось отвратительным.
Резеда Лоусон отправлялась в дальний путь – в столицу.
Сэндер готов был взвыть и убить кого-нибудь (лучше всего - Аликс), но жены рядом не было, а теща убиению поддавалась плохо. Очень плохо.
Она наблюдала за загрузкой четырех карет и раздавала приказания.
- Платье для приемов – в третью карету. Там есть желтый сундук. Да не помни, криворукая дура! Медный таз в четвертую карету! Занавески туда же.
Таз!?
Занавески?!
- Леди Лоусон, зачем нам в пути занавески? – решился поинтересоваться Сэндер.
Резеда обратила на него свой благосклонный взгляд.
- Мальчик мой, мы же едем в столицу! Это далеко, и нам придется останавливаться на постоялых дворах.
- Д-да…
- А если там окажется неуютная комната? Я готова к любым лишениям, только бы моей дочке было хорошо, но… это же так немного! Пара занавесок!
- И таз? И зеркало? И сервиз?
- А если на постоялом дворе этого не будет?
Сэндер застонал. Кажется, это будет самая кошмарная поездка за всю его жизнь.
- Мой дорогой мальчик, садитесь же в карету. Я сейчас только отдам пару распоряжений – и мы отправляемся.
Из кареты с выражением опытного мученика на лице смотрел Люсьен. Сэндер уселся напротив юноши и мрачно уставился в окно.
И как только Лоусон женился на этой… носорожихе?
Она же любого затопчет!
***
Аликс радостно вспорхнула в карету.
Судья обещал, что их дело будет рассмотрено в ближайшее время, а пока стоило уехать из столицы. На всякий случай.
Леди Брайс поднялась по ступенькам вслед за ней.
- Что ж, нас ждет Кон’Ронг?
- Да. Тётя Клари, а если Сэндер придет к вам?
- Я дала указания слугам. И договорилась с соседями. Либо Пирлена выставят вон, либо он будет сидеть в каземате до нашего возвращения.
- А…
- Аликс, успокойся. Мы с Джинджер дамы трепетные, хрупкие, нервные, нас волновать вредно. Особенно для врага.
- Сэндер опасен, тетя Клари. Очень опасен.
Кларисса пожала плечами.
- Аликс, я не люблю швыряться громкими словами, но ты дорога и мне, и Джинджер. Я отношусь к тебе почти как к родной дочери. Скажем, как к племяннице. Ты считаешь, я позволю какой-то твари в штанах диктовать мне свои условия?
Аликс зажмурилась. Потом открыла глаза, посмотрела на безмятежную Клариссу Брайс.
- Он может просто… избить. Или убить…
Кларисса пожала плечами еще раз.
- Аликс, знаешь, что подводит таких людей, как Сэндер Пирлен?
- Что?
- Они недооценивают силу добра и любви.
Аликс недоуменно глядела на Клариссу, но та не стала ничего разъяснять. Добро надо творить в глубокой тайне. А то закон не одобрит.
Кому что, а вот она уже запаслась небольшим пакетиком с ядом. Для крыс, в том числе и двуногих.
И стилет у нее с собой есть. Красивый, отделанный золотом и замаскированный под заколку. Один из немногих уцелевших подарков покойного супруга. У Джинджер такой же, только под серебро.
Разумеется, на Пирлена она будет воздействовать только душеспасительными беседами. Но для тела тоже нужны аргументы, правда ведь?
Вот на барона Брайса очень хорошо действовали разъяснительные беседы, подкрепленные кочергой. К каждому человеку можно найти свой подход, тут главное – весомый аргумент.
***
На завтрак Джинджер не проснулась, спустилась только к обеду. Леди Дженет тут же сосредоточила на девушке весь огонь души.
- Леди Брайс! Я так рада, что вы почтили нас своим присутствием!
Джинджер выспалась, поэтому ответила достаточно мирно.
- Леди Дженет, вы просто замечательно выглядите. И это платье так выгодно оттеняет цвет вашего лица…
Женщина кривовато улыбнулась. Платье было гнилостно-зеленого цвета, обильно украшенное дорогим кружевом, но женщине оно поразительно не шло.
- Джинджер, я надеюсь, что вы меня правильно поймете. У нас очень благочестивая семья…
- О, да! После сегодняшней проповеди я в этом абсолютно уверилась! – с энтузиазмом поддержала Джинджер.
Леди Нэйра опустила глаза вниз. Она-то уже видела карикатуру на туалетном столике Джинджер.
Внизу – храм, леди Дженет, очень узнаваемая, жрец, семейство Кон’Ронгов, намеченное схематическим чертами.
Вверху – Бог, который оторвал голову от облака и недовольно вглядывается вниз с выражением: «ну-и-какая-сволочь-меня-разбудила?».
Леди Нэйра понимала, что и заметка в газету тоже будет готова в ближайшее время. Такой материал Джинджер просто не могла упустить.
- Полагаю, у вас семья попроще, - с неприязнью влезла Кейт.
Джинджер ответила ей наивной улыбкой.
- Разумеется, госпожа Линос. Мой отец, барон Брайс, намного чаще бывал при дворе, а не в храме.
Кейт перекосило. Намек был понятен. Тебе ли, деревенщина, меня жизни учить?
Джинджер, кстати, и не лгала. В храме барон Брайс был один раз за всю жизнь. Нет, два. Один раз он венчался. Второй – его отпевали.
При дворе он был раз пять. Бывал бы и чаще, да денег не хватало.
- Джинджер, скажите, а какие сейчас моды в столице? – вмешалась Тиана.
- В моде сейчас кружево, - Джинджер прикоснулась к манжету. – Хризолиты, малахит, авантюрин. Тон украшениям задает королева, а она любит появляться в украшениях в виде листвы, травы… сейчас царит «лесной стиль». Воздушные наряды, не слишком перегруженные деталями.
- А банты?
- Ее величество никогда их не носит. Считает вульгарными.
Тиана коснулась банта на платье. Зло покосилась на мужа.
Провинция, что тут скажешь! Сегодня же спорет идиотскую отделку и посмотрит, какие кружева у нее есть. Лесной стиль, да?
- При дворе в моде древесные и растительные узоры. Зеленоватые, золотистые, коричневые тона.
Сама Джинджер, кстати, была в нежно-кремовом платье с узором из ивовых веточек. Высокий воротник, кружево манжет, кружевная лента в волосах…
Просто, скромно, очень дорого.
Мало кто знал, что платье они шили вдвоем с матерью, а потом загадочно улыбались на вопрос о мастерице.
- И часто вы бываете при дворе? – опять пошла в атаку леди Дженет.
Джинджер продолжала улыбаться.
- Нет, не очень. Придворный ритм жизни тяжеловат для меня, так что не чаще одного раза в пять-шесть дней.
Леди Дженет поперхнулась ядом. Она при дворе была один раз, и почувствовала себя абсолютной деревенщиной. А эта... выскочка!
Но Джинджер смотрела абсолютно наивными глазами. Она точно не издевалась.
- Это же очень дорого! Наряды, украшения...
- Мой отец позаботился о моем будущем, - отрезала Джин.
Дамы за столом выглядели опившимися уксуса. Лесс поймал вопросительный взгляд матери, и кивнул в ответ. Да, все так. И при дворе Джинджер бывает так часто, и ее там принимают, и ей рады, и она может себе это позволить. Никто не объяснял Лессу, что при дворе люди делятся на несколько категорий. В том числе те, кто ищет развлечений, и те, кто их предоставляет.
Джинджер обладала умением делать любой разговор интересным, инстинктивно смягчала острые углы, была неизменно доброжелательна, весела и приятна, а потому ее рады были видеть. Такие люди нужны везде.
А платья, драгоценности...
Если бы Джинджер охотилась на мужа, к ней отнеслись бы иначе. Могли бы и посмеяться, куда ты, нищета лезешь! Кстати, и пытались первое время.
Бесполезно.
Джинджер мило улыбалась, и вежливо отвечала, что в шести домах жить не сможет, на трех кроватях не выспишься, а сорок платьев одновременно на себя не наденешь. Да, она не слишком богата. Зато красива, умна и обаятельна.
Смеяться над тем, кого не трогают насмешки, не удовольствие, а тяжкий труд, непереносимый любым светским бездельником. Вот и вышло так: те, кто поумнее, Джинджер не трогали и с удовольствием с ней общались, а те, кто поглупее поняли, что все напрасно, и предпочли получать удовольствие от общения, а не ответные язвительные выпады, на которые Джин была мастерицей. Задеть ее не удавалось никому.
Вот и сейчас Джин надела «придворную маску».
Милая, добрая, ласковая, улыбчивая – то, что полюбил в ней Лесс. И невдомек бедняге, какие под ней скрываются демоны.
Например, сейчас Джин мечтала перетравить все семейство Кон’Ронг! Но на ее лице это не отражалось, наоборот, Джин улыбалась еще очаровательнее, и рассказывала Тиане, что в моде облегающие рукава до локтя, а потом пышный кружевной манжет. Если погода позволяет. Если же нет, можно сделать нечто вроде воланов, но с ними надо уметь управляться, иначе они будут за все цепляться. Кружевные шарфы также в моде, и вуали, которые накидывают на шляпки. Очень элегантно.
Оборки на юбке?
Нет-нет, сейчас в моде простой прямой силуэт. Конечно, если фигура позволяет.
Долго распространяться о моде не дал уже Лесс.
- Джин, может быть, я приглашу тебя после обеда погулять по замку? А завтра покажу тебе поместье? За один день мы, конечно, не управимся, но надо с чего-то начинать?
- С удовольствием.
- А через шесть дней в деревне праздник. Хочешь побывать там?
- Это неуместно! – леди Дженет сложила губы в ниточку.
- А папа там всегда бывал, - протянула Тиана.
- Мама, ты можешь не ходить, - согласился Лесс. – Джинни?
Джинджер скрипнула зубами. Этот вариант своего имени она ненавидела лютой ненавистью, но этим стервам только скажи? До смерти будешь Джинни...
- С удовольствием, дорогой.
***
Осмотр замка позволил сделать только один вывод – последние два поколения Кон’Ронгов денег не делали. Только тратили.
Некогда роскошная обивка кое-где покрылась пятнами и плесенью – на замену денег нет. Лепнина пообкололась, ковры поистрепались…
Когда-то дом был роскошно обставлен, но с тех пор прошло малым не двадцать-тридцать лет. Конечно, сейчас нужны были деньги. И зарабатывать их нынешнее поколение Кон’Ронгов или не умело, или не собиралось. То-то леди Дженет так выспрашивала про Брайс.
Хм-м…
Леди Нэйра тоже участвовала в осмотре. Кривила губы, хмыкала, и Джинджер видела, как тяжело ее компаньонке удержаться от ехидных замечаний.
Самой Джинджер это пару раз не удалось. Первый раз – в дамской гостиной, которую с гордостью демонстрировал Лесс.
- Какой интересный рисунок паркета.
- Это ковер, Джин, - насмешливо пояснила леди Нэйра.
- Да? А такой… ээээ… запыленный?
Лесс побагровел, подозвал к себе трущуюся неподалеку доверенную служанку леди Дженет (костлявая особа неопределенных лет с постной физиономией терлась рядом с ними безотлучно) и сказал нечто грозное. Подействовало. Тетка побагровела, метнулась куда-то, и вскоре в комнате воцарились две служанки, оттирающие ковер.
Второй раз – чуть позднее.
- Неужели в деревне нет кошек?
А что можно было еще спросить при виде здоровущей мыши, нагло сидящей посреди картинной галереи семейства Кон’Ронг?
И хоть бы двинулась, скотина!
- У мамы аллергия на шерсть, - грустным голосом пояснил Лесс.
- Да в этом замке можно дюжину кошек развести – и они никогда с леди Дженет не встретятся, - фыркнула Джин, – а вот мыши… фи!
Лесс побагровел вторично, и принялся показывать портреты.
- Это первый граф Кон’Ронг. Мартин.
На картине высокий мужчина стоял, опираясь о каминную полку.
Красивый, кстати. Темные волосы, зеленые глаза, насмешливая улыбка.
- Это его сын. Лорд Колин Кон’Ронг.
Семейное сходство было налицо. Только глаза были желтыми. И шло это по всем портретам. Лесс показывал своих предков, рассказывал о них, но…
Высокие, даже чуть массивные мужчины с насмешливыми улыбками, темными волосами и желтыми или зелеными глазами не имели ничего общего с Лессом.
