Эльза высокомерно фыркнула, но Магда уже ушла. А вот Карл довольно хмыкнул.
Верно же! Кинься девица за чаем, станет ясно – впечатление для нее дороже сына. Что подумают, да как посмотрят. А она их милостью рискует, но Никласа лечит… это хорошо!
- А теперь рассказывай, что все это значит, - коротко велел он сыну.
Никлас даже плечами не пожал.
- Я люблю Магду. Пока поживем вместе, а потом поженимся.
- Как именно? Если она УЖЕ замужем?
- Детей в браке нет, получим развод.
Не таким уж дураком был Никлас, и про такие-то вещи узнавал. Брак расторгнуть можно.
Не слишком это хорошо, и не слишком правильно, но можно, если нет детей – тогда Боги не благословляют брак, и людям надо менять что-то, можно, если муж или жена покушались на свою пару, или избиения были, угроза для жизни, это уж вопрос здравого смысла.
Можно и в некоторых других случаях, понятно, все индивидуально, и делается это не просто так, а через храм и через суд, но можно. А что не слишком-то подобное поведение одобряется…
Да плевать Никласу на чужое одобрение!
Сыт по горло!
В той пещере наелся по самое дальше некуда!!!
В плену у работорговцев поодобрять не хотите? И когда они Фабиана едва не убили… так получилось, что он стал жертвой, а мог бы и Никлас. И что дальше? И никто кроме Магды о нем бы и не заплакал. Родители – там понятно, он их тоже любит, но Магда…
Это ведь не просто так погулять, это у него и правда серьезно!
Эльза охнула, хватаясь за сердце.
- Сыночек, ты СЕРЬЕЗНО?!
Никлас вздохнул и аккуратно обнял маму за плечи.
- Мам, ты присядь, пожалуйста. И не злись на Магду, я ее просто люблю.
- Ты еще сто раз полюбишь, - махнул рукой отец.
Никлас зло сощурился.
Вот с этим тоже были проблемы. Почему-то мысли логичные и стройные, а стоит только рот открыть, как превращаются они тут же во что-то комковатое, словно позавчерашняя каша. И его совершенно не понимают.
Почему так?
За дверью, с бинтом и карболкой в руках застыла Магда.
Она бы вошла, но понимала, здесь и сейчас надо высказаться именно Никласу. Речь сейчас даже не о Магде, наверное, о его решении, принятом самостоятельно. Том решении, которое не одобрит семья.
Или одобрит?
Магда не знала. Чутьем ощущая, что ее вмешательство сейчас может сделать только хуже, она просто ждала.
- Пап… ты маму любишь. А я Магду.
- Ты не сравнивай, у твоей матери кроме меня никого не было!
- Да, сыночек! Ну, кто ее знает, если она мужу с тобой изменяла, то и тебе изменять начнет…
Голос Эльзы срывался, Магда стояла, судорожно вцепившись в ручку двери… молчать! Сейчас – молчать! Что толку объяснять, если ее уже определили и приговорили?
Никлас даже и слушать всю эту ерунду не стал. Зачем?
- Папа. Мама. Магду я люблю. Мы женимся. Я буду рад видеть вас на свадьбе.
И как-то так это было сказано, что даже до Эльзы дошло. Хоть ты криком кричи, а сын решение принял. Вот такое. Не нравится оно тебе? Бывает, но это – его решение.
- Я ее в своем доме не приму, - всхлипнула Эльза.
- И не надо. Мы пока тут поживем, потом еще что найдем.
- Да неужели, - сощурился Карл.
Никлас нахмурился.
- Я вас люблю. Не хочу ссориться, не надо. Если понадобится, мы с Магдой уедем отсюда, Эллара большая. И другие страны есть.
- Ты серьезно? – вскинул брови Карл. – Ты готов ради этой девицы отказаться от всего, что у тебя есть? Я ведь на твоего брата все отпишу.
- Не пропадем. Отписывай.
- Ты уверен, что она того стоит? Ты к определенному уровню привык, ты сколько работал-то в жизни? То-то и оно! А дети пойдут?
- Мы справимся, - даже не задумался Никлас. – Магда умница, и я все сделаю. Я вас люблю, но от нее не откажусь, она моя. Мне других не нужно.
- Она тебя что – приворожила?! – взвилась Эльза. – Столько кругом девушек, я тебя знакомила, вот, у Фридриха дочка очаровательная, у Люси племянница…
- Нет, - выразить словами было сложно, но Никлас справился. – Магда меня любит. Когда я пропал, ей плохо было. Она плакала. А твои?
Эльза хлопнула глазами.
Как-то она сразу поняла, что сын имеет в виду. Вот тот случай, о котором она старалась не думать, не вспоминать, который до сих пор отзывался страхом и тошнотой…
- Плакала бы…
Магда решила, что момент подходящий, и стукнула дверью.
- Ник, дай мне руку, я сейчас рану обработаю.
Никлас послушно протянул ей руку со сбитыми костяшками пальцев. Хорошо приложился…
Эльза смотрела, как противная девица аккуратно промывает ранки, как заклеивает их, а потом, не удержавшись, легонько дует и целует. Вот просто так, потому что любит. Этот жест сказал женщине намного больше, чем хотела бы сама Магда. Нет, это не так сильно повлияло, и Эльза не станет в единый миг любящей свекровью, и к Магде не начнет относиться, как к родной, но…
Вот прямо сейчас они смогут просто попить чая. И даже разрыва отношений не случится. А это уже неплохо. Хотя бы первый шаг, но он должен быть сделан.
Маленький, но очень важный шаг.
Рена Астрид к гостям всегда была готова. А этих-то…
Сразу понятно, кто тут и чья родня. Потому что зеленые глаза были и у этих женщин. Почти такие же, как у Элисон.
Только у Элисон они большие и яркие, на половину лица, кажется, а эти…
Старшая женщина, явно та самая тетя Лина, и вторая, ровесница Элисон, кузина Аля. Так девушка сказала, кажется. И глаза у них почти такие же, только у тетушки они едва заметно раскосые, с таким, чуточку лисьим разрезом, к вискам, и это делает ее лицо необычным и экзотическим. А у дочери оттенок зелени чуточку другой. Если у Элисон зелень чистая и яркая, словно изумруд, то у кузины – весенняя листва. Как у молодой ивы – зелень с серебром, прозрачная такая, искристая…
Ну и внешность, конечно.
Если Элисон выглядела достаточно невзрачной, то эти двое – нет. Тетушка точно больна, вот, и скулы резко обозначены, и пятна на щеках почти чахоточные, и губы бледные, почти теряются на лице, но даже в таком виде понятно, в молодости она была очень красива. Лицо в форме сердечка, большие глаза необычного разреза, полные губы, тонкий прямой носик… мужчины, наверное, в штабеля укладывались.
И дочь унаследовала красоту матери. Может, даже более яркую, более гибельную… только вот злиться на нее у рены Астрид уже не получается, потому что кроме внешности и другое видно. И как дочь бережно поддерживает мать, и пыль на платьях, и усталость, которая нарисовала обеим женщинам синие круги под глазами, и у старшей худоба явно болезненная…
Рена Астрид ахнула – и подхватила тоже женщину под локоть.
- Вы что – пешком шли?!
- Нас довезли, но немного пройти пришлось, - отозвалась девушка. – Вы – рена Шафф?
- Да проходите уж. Вы же к Элисон приехали?
- Да, - кивнула женщина. – Я Элина Баррет. И моя дочь, Аля.
- И замечательно, и нечего на пороге стоять! - Астрид услышала шаги за спиной, оглянулась и обнаружила там рента Фрея, – рент Матиас, помогите с багажом, пожалуйста, к Элисон родные приехали!
Матиас пригляделся, расплылся в улыбке – и был безжалостно оставлен с двумя саквояжами, потому что девушка, не обращая внимания на красавца и музыканта, бережно повела маму в дом.
- Куда нам идти? Рена Шафф?
- Давайте пока на кухню, - предложила Астрид, – вы, наверное, с дороги голодные, я вас сейчас покормлю, а там уж и подумаем, что дальше будет.
С этим никто не спорил. Да и грибной суп благоухал так, что на улице прохожие облизывались. А еще свежий хлеб, чесночное масло, гуляш на второе, пирог с вишнями и вишневый компот…
Элина едва прикасалась к еде, а вот Аля не жеманничала. Ела спокойно, было видно, что она проголодалась, и от души наслаждается пищей.
- Спасибо вам, рена Шафф.
Астрид, которая не собиралась никого расспрашивать до конца обеда, кивнула.
- Не за что. Лисси будет ближе к вечеру, она предупреждала, может, вам пока отдохнуть?
- Мы бы хотели внять комнату, пока на месяц, с питанием, - согласилась Элина. – А там посмотрим.
- Какой этаж вам лучше?
- Первый, - сказала Аля. - Маме сложно будет бегать по лестнице.
- Дочка, ничего страшного, я потерплю.
- Зачем терпеть, если есть комната? – удивилась Астрид Шафф. - Пойдемте, я вам ее покажу.
- Да, так будет лучше, - согласилась Аля. – Мам, ты ложись, а я дождусь Лисёну, я скучала.
Ответом ей была ласковая улыбка женщины.
- Дожидайся. А я посплю, хорошо?
Рена Астрид вежливо оставила женщин вдвоем. Любопытно было до крайности, но… она подождет немного. Так еще и приятнее будет.
Аля себя долго ждать не заставила, вернулась на кухню.
- Рена Шафф, спасибо вам за гостеприимство. Лисёна про вас писала, и я рада, что она не ошиблась в вас.
Астрид пожала плечами.
- Я тоже надеюсь. Она хорошая девочка.
- Я не знаю, сколько мы тут проживем, рена Астрид, но мы тоже постараемся не доставлять неприятностей.
- Это-то понятно, - махнула рукой рена. – Ты мне скажи, что с мамой?
- Болеет.
- Лекаря позвать?
Аля сдвинула брови.
- Не поможет. Мама – маг, у нее нервная дрожь. Это не лечится.
Астрид вздохнула.
Настолько-то она была в курсе, и про магическое перенапряжение знала, и про выгорание, и про нервную систему мага, которая страдает в числе первых. И про то, что это не лечится.
Приговор. Только отсроченный, в зависимости от ухода.
- Прости.
- Ничего страшного, Лисёна вам доверяет, значит, мы тоже можем.
До определенного предела, конечно, но это и так ясно. Какой же дурак полностью доверится незнакомым людям?
- Алечка!
Элисон так и замерла на пороге кухни. А ровно через секунду девушки кинулись друг к другу с радостным визгом. Обнялись, вцепились друг в друга, Элисон была чуть более скована, но это рена Астрид и так знала, ей сложно проявлять свои чувства. Так бывает у детей, которых не слишком сильно любили в детстве. Не гладили, не тискали по каждому поводу. А вот сестричку ее явно с рук не спускали. Очень живая, непосредственная, яркая, очень легкая…
- Лисонька, я скучала!
- И я тоже. Как мама?
- Она сейчас отдыхает, я надеюсь, поспит.
- Хорошо бы, - лицо Элисон сделалось грустным.
- Вот и не тревожьте, - проворчала рена Астрид. – Садись, Лисси, я тебя накормлю.
- Да я не голодная. А вот чай выпила бы, я тут пирожных принесла, - показала коробочку Элисон.
- Значит, будем пить чай с пирожными, - согласилась рена Астрид. – И еще кое-что хотелось бы узнать. О твоих родственных связях. Ты мне немного другое рассказывала, так?
Элисон опустила голову.
- Ну… я врала. Но не слишком.
- Если вы не против, я расскажу, - улыбнулась Аля. – Мне проще, Лисёнок у нас более стеснительная.
- Пожалуйста, - попросила Элисон. – Устала я от этих тайн. Тем более, с хорошими людьми.
- Вот и не разводила бы, - проворчала Аля. – Уж тебе-то стыдиться точно нечего. Давайте с начала, ладно? Элисон Баррет – это все же я. А вот она, - тонкий пальчик ловко коснулся кончика носа Лисси. – Ларисия Эрдвейн.
Астрид как стояла, так и села, хорошо еще, чайник поставить успела. А то б точно грохнула.
- К-как?!
Элисон опустила голову.
- Ну… вот. Получилось… я не хотела сначала, а потом выбора не осталось.
И принялась раскладывать на тарелку пирожные, сладко пахнущие ванилью и заварным кремом.
- Примерно так, - пожала плечами Аля. – Мы по крови не родные, так что тут Лисёнок не соврала. А ее родня… вы заметку читали?
- Читала.
- Вот. Сволочи они, а не родственники, - зло фыркнула девушка.
- Алечка, не надо так.
- Лисёнок, - девушка сдвинула брови. – Давай не спорить? Если я рассказываю, я и говорю, как считаю. Хорошо?
- Ладно. Говори, я молчу, – отступила подруга.
Рена Астрид покачала головой.
- Ох, девочки…
- Вот так, – пожала плечами настоящая Элисон Баррет. – Мы с мамой жили вдвоем. Ну, не так плохо и жили, мама – маг, у меня способности, меня в Королевский институт взяли, сразу легче стало. Мама меня вообще любит, заботится, а я о ней. А вот у Лисёнка все хуже. Отцу все мимо, кроме его формул ценных, мать из салонов не вылазит, сестра – гадючка мелкая, всю жизнь завидовала. У нее сиськи больше, а мозгов и на чайную ложку не наберется, вот она ядом и плевалась, а мамочка ей потакала.
Астрид посмотрела на Лисси. Та сидела бледная и грустная, и рена погрозила пальцем рассказчице.
- Слушай, давай аккуратнее? Пусть тебе они по крови не родные, но Лисси-то?
- Родные так не поступают, - с полным убеждением отозвалась Аля. – Извини, Лисёнок, но так и есть. Дома жить спокойно не давали, Лисёна смогла в Идлорский университет пройти, и учиться в нем бесплатно, так мать ее за это травить начала. Женщине-де не подобает, ее дело замуж выйти. Выгодно.
Рена Астрид пожала плечами.
Вот, она вышла. Теперь рада-радешенька, что муж помер.
- Вы там и познакомились?
- Нет, мы случайно, - махнула рукой девушка. Вы, рена Астрид, знаете, что между Королевским институтом и Идлорцами, Вангардцами – идет постоянное сражение?
- Знаю.
- Дураков хватает и с нашей стороны, и с той. Я тогда подрабатывала фокусами в таверне, где огонь глотала, где выплевывала… для огненного мага это и развлечение, и практика работы с силой, и заработок. Правда, народ в столице избалованный, всякого насмотрелись…
- А ты огненный маг?
- Да, - кивнула Аля. – Собственно, все, что Лисёнок рассказывала про себя, это она про меня. Документы-то мои, я – маг огня. У меня и контроль хороший, и навыки, и опыт. С детства прорезалось, чуть не с двух лет.
- Понятно, - кивнула рена Шафф.
- Вот. Иду я домой, и вижу, как пятеро наших идиотов засаду устраивают. Как тут было мимо пройти?
- Никак, - согласилась Астрид, – я бы тоже мимо не прошла.
- Вот. Я поближе подкралась, и узнала, что они стерегут девчонку Рателя.
- Рателя?
- Эдгар Ратель, у него была девушка. Ларисия Эрдвейн. А я… Лись, прости, понимаю, что об этом неприятно вспоминать, знала, что он вроде с одной из наших крутил. Стало интересно, я решила подождать, посмотреть. Между нами, это жуткое свинство. Если тебе Ратель не нравится, так ты на него и нападай, при чем тут его девушка?
И с этим Астрид было сложно спорить.
- Жду, вижу – идет, такой воробей ощипанный, а тут эти поганцы на нее налетели. Схватили, скрутили, если бы просто попугать решили, я бы не вмешалась, мне ж там еще учиться. А тут…
- Сама ты воробей, - огрызнулась Лисси. – Хищный и бронированный.
Аля прикрыла глаза.
Она словно наяву сейчас видела темный переулок, и девушку, которая бьется в лапах подонков. И себя…
- Отпустите ее, сволочи!
И ленивый ответ одного из подонков.
- Вали отсюда, …
Конечно, Элисон так не поступила. Одному она крепко подпалила, что получилось, сцепилась со вторым, тот оказался водником, и не слабее самой Элисон, завязалась драка.
Но пятеро поганцев. Не один, не два – пятеро!
Все получилось спонтанно. Одного Элисон загасила сразу, со вторым сцепилась, третий оставил Ларисию и поспешил на подмогу другу.
- Тут они меня и достали. Крепко так достали, метко, я улетела к стене, приложилась, эти двое разворачиваются, руки потирают, отыгрались бы на нас и за себя, и за остальной университет…. И тут Ларисия очнулась. Буквально минута – и они все падают, кто где стоял, а она сама вся бледная, и заваливается в обморок. И что мне оставалось делать?
- Удирать?
Верно же! Кинься девица за чаем, станет ясно – впечатление для нее дороже сына. Что подумают, да как посмотрят. А она их милостью рискует, но Никласа лечит… это хорошо!
- А теперь рассказывай, что все это значит, - коротко велел он сыну.
Никлас даже плечами не пожал.
- Я люблю Магду. Пока поживем вместе, а потом поженимся.
- Как именно? Если она УЖЕ замужем?
- Детей в браке нет, получим развод.
Не таким уж дураком был Никлас, и про такие-то вещи узнавал. Брак расторгнуть можно.
Не слишком это хорошо, и не слишком правильно, но можно, если нет детей – тогда Боги не благословляют брак, и людям надо менять что-то, можно, если муж или жена покушались на свою пару, или избиения были, угроза для жизни, это уж вопрос здравого смысла.
Можно и в некоторых других случаях, понятно, все индивидуально, и делается это не просто так, а через храм и через суд, но можно. А что не слишком-то подобное поведение одобряется…
Да плевать Никласу на чужое одобрение!
Сыт по горло!
В той пещере наелся по самое дальше некуда!!!
В плену у работорговцев поодобрять не хотите? И когда они Фабиана едва не убили… так получилось, что он стал жертвой, а мог бы и Никлас. И что дальше? И никто кроме Магды о нем бы и не заплакал. Родители – там понятно, он их тоже любит, но Магда…
Это ведь не просто так погулять, это у него и правда серьезно!
Эльза охнула, хватаясь за сердце.
- Сыночек, ты СЕРЬЕЗНО?!
Никлас вздохнул и аккуратно обнял маму за плечи.
- Мам, ты присядь, пожалуйста. И не злись на Магду, я ее просто люблю.
- Ты еще сто раз полюбишь, - махнул рукой отец.
Никлас зло сощурился.
Вот с этим тоже были проблемы. Почему-то мысли логичные и стройные, а стоит только рот открыть, как превращаются они тут же во что-то комковатое, словно позавчерашняя каша. И его совершенно не понимают.
Почему так?
За дверью, с бинтом и карболкой в руках застыла Магда.
Она бы вошла, но понимала, здесь и сейчас надо высказаться именно Никласу. Речь сейчас даже не о Магде, наверное, о его решении, принятом самостоятельно. Том решении, которое не одобрит семья.
Или одобрит?
Магда не знала. Чутьем ощущая, что ее вмешательство сейчас может сделать только хуже, она просто ждала.
- Пап… ты маму любишь. А я Магду.
- Ты не сравнивай, у твоей матери кроме меня никого не было!
- Да, сыночек! Ну, кто ее знает, если она мужу с тобой изменяла, то и тебе изменять начнет…
Голос Эльзы срывался, Магда стояла, судорожно вцепившись в ручку двери… молчать! Сейчас – молчать! Что толку объяснять, если ее уже определили и приговорили?
Никлас даже и слушать всю эту ерунду не стал. Зачем?
- Папа. Мама. Магду я люблю. Мы женимся. Я буду рад видеть вас на свадьбе.
И как-то так это было сказано, что даже до Эльзы дошло. Хоть ты криком кричи, а сын решение принял. Вот такое. Не нравится оно тебе? Бывает, но это – его решение.
- Я ее в своем доме не приму, - всхлипнула Эльза.
- И не надо. Мы пока тут поживем, потом еще что найдем.
- Да неужели, - сощурился Карл.
Никлас нахмурился.
- Я вас люблю. Не хочу ссориться, не надо. Если понадобится, мы с Магдой уедем отсюда, Эллара большая. И другие страны есть.
- Ты серьезно? – вскинул брови Карл. – Ты готов ради этой девицы отказаться от всего, что у тебя есть? Я ведь на твоего брата все отпишу.
- Не пропадем. Отписывай.
- Ты уверен, что она того стоит? Ты к определенному уровню привык, ты сколько работал-то в жизни? То-то и оно! А дети пойдут?
- Мы справимся, - даже не задумался Никлас. – Магда умница, и я все сделаю. Я вас люблю, но от нее не откажусь, она моя. Мне других не нужно.
- Она тебя что – приворожила?! – взвилась Эльза. – Столько кругом девушек, я тебя знакомила, вот, у Фридриха дочка очаровательная, у Люси племянница…
- Нет, - выразить словами было сложно, но Никлас справился. – Магда меня любит. Когда я пропал, ей плохо было. Она плакала. А твои?
Эльза хлопнула глазами.
Как-то она сразу поняла, что сын имеет в виду. Вот тот случай, о котором она старалась не думать, не вспоминать, который до сих пор отзывался страхом и тошнотой…
- Плакала бы…
Магда решила, что момент подходящий, и стукнула дверью.
- Ник, дай мне руку, я сейчас рану обработаю.
Никлас послушно протянул ей руку со сбитыми костяшками пальцев. Хорошо приложился…
Эльза смотрела, как противная девица аккуратно промывает ранки, как заклеивает их, а потом, не удержавшись, легонько дует и целует. Вот просто так, потому что любит. Этот жест сказал женщине намного больше, чем хотела бы сама Магда. Нет, это не так сильно повлияло, и Эльза не станет в единый миг любящей свекровью, и к Магде не начнет относиться, как к родной, но…
Вот прямо сейчас они смогут просто попить чая. И даже разрыва отношений не случится. А это уже неплохо. Хотя бы первый шаг, но он должен быть сделан.
Маленький, но очень важный шаг.
***
Рена Астрид к гостям всегда была готова. А этих-то…
Сразу понятно, кто тут и чья родня. Потому что зеленые глаза были и у этих женщин. Почти такие же, как у Элисон.
Только у Элисон они большие и яркие, на половину лица, кажется, а эти…
Старшая женщина, явно та самая тетя Лина, и вторая, ровесница Элисон, кузина Аля. Так девушка сказала, кажется. И глаза у них почти такие же, только у тетушки они едва заметно раскосые, с таким, чуточку лисьим разрезом, к вискам, и это делает ее лицо необычным и экзотическим. А у дочери оттенок зелени чуточку другой. Если у Элисон зелень чистая и яркая, словно изумруд, то у кузины – весенняя листва. Как у молодой ивы – зелень с серебром, прозрачная такая, искристая…
Ну и внешность, конечно.
Если Элисон выглядела достаточно невзрачной, то эти двое – нет. Тетушка точно больна, вот, и скулы резко обозначены, и пятна на щеках почти чахоточные, и губы бледные, почти теряются на лице, но даже в таком виде понятно, в молодости она была очень красива. Лицо в форме сердечка, большие глаза необычного разреза, полные губы, тонкий прямой носик… мужчины, наверное, в штабеля укладывались.
И дочь унаследовала красоту матери. Может, даже более яркую, более гибельную… только вот злиться на нее у рены Астрид уже не получается, потому что кроме внешности и другое видно. И как дочь бережно поддерживает мать, и пыль на платьях, и усталость, которая нарисовала обеим женщинам синие круги под глазами, и у старшей худоба явно болезненная…
Рена Астрид ахнула – и подхватила тоже женщину под локоть.
- Вы что – пешком шли?!
- Нас довезли, но немного пройти пришлось, - отозвалась девушка. – Вы – рена Шафф?
- Да проходите уж. Вы же к Элисон приехали?
- Да, - кивнула женщина. – Я Элина Баррет. И моя дочь, Аля.
- И замечательно, и нечего на пороге стоять! - Астрид услышала шаги за спиной, оглянулась и обнаружила там рента Фрея, – рент Матиас, помогите с багажом, пожалуйста, к Элисон родные приехали!
Матиас пригляделся, расплылся в улыбке – и был безжалостно оставлен с двумя саквояжами, потому что девушка, не обращая внимания на красавца и музыканта, бережно повела маму в дом.
- Куда нам идти? Рена Шафф?
- Давайте пока на кухню, - предложила Астрид, – вы, наверное, с дороги голодные, я вас сейчас покормлю, а там уж и подумаем, что дальше будет.
С этим никто не спорил. Да и грибной суп благоухал так, что на улице прохожие облизывались. А еще свежий хлеб, чесночное масло, гуляш на второе, пирог с вишнями и вишневый компот…
Элина едва прикасалась к еде, а вот Аля не жеманничала. Ела спокойно, было видно, что она проголодалась, и от души наслаждается пищей.
- Спасибо вам, рена Шафф.
Астрид, которая не собиралась никого расспрашивать до конца обеда, кивнула.
- Не за что. Лисси будет ближе к вечеру, она предупреждала, может, вам пока отдохнуть?
- Мы бы хотели внять комнату, пока на месяц, с питанием, - согласилась Элина. – А там посмотрим.
- Какой этаж вам лучше?
- Первый, - сказала Аля. - Маме сложно будет бегать по лестнице.
- Дочка, ничего страшного, я потерплю.
- Зачем терпеть, если есть комната? – удивилась Астрид Шафф. - Пойдемте, я вам ее покажу.
- Да, так будет лучше, - согласилась Аля. – Мам, ты ложись, а я дождусь Лисёну, я скучала.
Ответом ей была ласковая улыбка женщины.
- Дожидайся. А я посплю, хорошо?
Рена Астрид вежливо оставила женщин вдвоем. Любопытно было до крайности, но… она подождет немного. Так еще и приятнее будет.
***
Аля себя долго ждать не заставила, вернулась на кухню.
- Рена Шафф, спасибо вам за гостеприимство. Лисёна про вас писала, и я рада, что она не ошиблась в вас.
Астрид пожала плечами.
- Я тоже надеюсь. Она хорошая девочка.
- Я не знаю, сколько мы тут проживем, рена Астрид, но мы тоже постараемся не доставлять неприятностей.
- Это-то понятно, - махнула рукой рена. – Ты мне скажи, что с мамой?
- Болеет.
- Лекаря позвать?
Аля сдвинула брови.
- Не поможет. Мама – маг, у нее нервная дрожь. Это не лечится.
Астрид вздохнула.
Настолько-то она была в курсе, и про магическое перенапряжение знала, и про выгорание, и про нервную систему мага, которая страдает в числе первых. И про то, что это не лечится.
Приговор. Только отсроченный, в зависимости от ухода.
- Прости.
- Ничего страшного, Лисёна вам доверяет, значит, мы тоже можем.
До определенного предела, конечно, но это и так ясно. Какой же дурак полностью доверится незнакомым людям?
- Алечка!
Элисон так и замерла на пороге кухни. А ровно через секунду девушки кинулись друг к другу с радостным визгом. Обнялись, вцепились друг в друга, Элисон была чуть более скована, но это рена Астрид и так знала, ей сложно проявлять свои чувства. Так бывает у детей, которых не слишком сильно любили в детстве. Не гладили, не тискали по каждому поводу. А вот сестричку ее явно с рук не спускали. Очень живая, непосредственная, яркая, очень легкая…
- Лисонька, я скучала!
- И я тоже. Как мама?
- Она сейчас отдыхает, я надеюсь, поспит.
- Хорошо бы, - лицо Элисон сделалось грустным.
- Вот и не тревожьте, - проворчала рена Астрид. – Садись, Лисси, я тебя накормлю.
- Да я не голодная. А вот чай выпила бы, я тут пирожных принесла, - показала коробочку Элисон.
- Значит, будем пить чай с пирожными, - согласилась рена Астрид. – И еще кое-что хотелось бы узнать. О твоих родственных связях. Ты мне немного другое рассказывала, так?
Элисон опустила голову.
- Ну… я врала. Но не слишком.
- Если вы не против, я расскажу, - улыбнулась Аля. – Мне проще, Лисёнок у нас более стеснительная.
- Пожалуйста, - попросила Элисон. – Устала я от этих тайн. Тем более, с хорошими людьми.
- Вот и не разводила бы, - проворчала Аля. – Уж тебе-то стыдиться точно нечего. Давайте с начала, ладно? Элисон Баррет – это все же я. А вот она, - тонкий пальчик ловко коснулся кончика носа Лисси. – Ларисия Эрдвейн.
Астрид как стояла, так и села, хорошо еще, чайник поставить успела. А то б точно грохнула.
- К-как?!
Элисон опустила голову.
- Ну… вот. Получилось… я не хотела сначала, а потом выбора не осталось.
И принялась раскладывать на тарелку пирожные, сладко пахнущие ванилью и заварным кремом.
- Примерно так, - пожала плечами Аля. – Мы по крови не родные, так что тут Лисёнок не соврала. А ее родня… вы заметку читали?
- Читала.
- Вот. Сволочи они, а не родственники, - зло фыркнула девушка.
- Алечка, не надо так.
- Лисёнок, - девушка сдвинула брови. – Давай не спорить? Если я рассказываю, я и говорю, как считаю. Хорошо?
- Ладно. Говори, я молчу, – отступила подруга.
Рена Астрид покачала головой.
- Ох, девочки…
- Вот так, – пожала плечами настоящая Элисон Баррет. – Мы с мамой жили вдвоем. Ну, не так плохо и жили, мама – маг, у меня способности, меня в Королевский институт взяли, сразу легче стало. Мама меня вообще любит, заботится, а я о ней. А вот у Лисёнка все хуже. Отцу все мимо, кроме его формул ценных, мать из салонов не вылазит, сестра – гадючка мелкая, всю жизнь завидовала. У нее сиськи больше, а мозгов и на чайную ложку не наберется, вот она ядом и плевалась, а мамочка ей потакала.
Астрид посмотрела на Лисси. Та сидела бледная и грустная, и рена погрозила пальцем рассказчице.
- Слушай, давай аккуратнее? Пусть тебе они по крови не родные, но Лисси-то?
- Родные так не поступают, - с полным убеждением отозвалась Аля. – Извини, Лисёнок, но так и есть. Дома жить спокойно не давали, Лисёна смогла в Идлорский университет пройти, и учиться в нем бесплатно, так мать ее за это травить начала. Женщине-де не подобает, ее дело замуж выйти. Выгодно.
Рена Астрид пожала плечами.
Вот, она вышла. Теперь рада-радешенька, что муж помер.
- Вы там и познакомились?
- Нет, мы случайно, - махнула рукой девушка. Вы, рена Астрид, знаете, что между Королевским институтом и Идлорцами, Вангардцами – идет постоянное сражение?
- Знаю.
- Дураков хватает и с нашей стороны, и с той. Я тогда подрабатывала фокусами в таверне, где огонь глотала, где выплевывала… для огненного мага это и развлечение, и практика работы с силой, и заработок. Правда, народ в столице избалованный, всякого насмотрелись…
- А ты огненный маг?
- Да, - кивнула Аля. – Собственно, все, что Лисёнок рассказывала про себя, это она про меня. Документы-то мои, я – маг огня. У меня и контроль хороший, и навыки, и опыт. С детства прорезалось, чуть не с двух лет.
- Понятно, - кивнула рена Шафф.
- Вот. Иду я домой, и вижу, как пятеро наших идиотов засаду устраивают. Как тут было мимо пройти?
- Никак, - согласилась Астрид, – я бы тоже мимо не прошла.
- Вот. Я поближе подкралась, и узнала, что они стерегут девчонку Рателя.
- Рателя?
- Эдгар Ратель, у него была девушка. Ларисия Эрдвейн. А я… Лись, прости, понимаю, что об этом неприятно вспоминать, знала, что он вроде с одной из наших крутил. Стало интересно, я решила подождать, посмотреть. Между нами, это жуткое свинство. Если тебе Ратель не нравится, так ты на него и нападай, при чем тут его девушка?
И с этим Астрид было сложно спорить.
- Жду, вижу – идет, такой воробей ощипанный, а тут эти поганцы на нее налетели. Схватили, скрутили, если бы просто попугать решили, я бы не вмешалась, мне ж там еще учиться. А тут…
- Сама ты воробей, - огрызнулась Лисси. – Хищный и бронированный.
Аля прикрыла глаза.
Она словно наяву сейчас видела темный переулок, и девушку, которая бьется в лапах подонков. И себя…
- Отпустите ее, сволочи!
И ленивый ответ одного из подонков.
- Вали отсюда, …
Конечно, Элисон так не поступила. Одному она крепко подпалила, что получилось, сцепилась со вторым, тот оказался водником, и не слабее самой Элисон, завязалась драка.
Но пятеро поганцев. Не один, не два – пятеро!
Все получилось спонтанно. Одного Элисон загасила сразу, со вторым сцепилась, третий оставил Ларисию и поспешил на подмогу другу.
- Тут они меня и достали. Крепко так достали, метко, я улетела к стене, приложилась, эти двое разворачиваются, руки потирают, отыгрались бы на нас и за себя, и за остальной университет…. И тут Ларисия очнулась. Буквально минута – и они все падают, кто где стоял, а она сама вся бледная, и заваливается в обморок. И что мне оставалось делать?
- Удирать?
