Если бы я не знала, что Тамир и глава Риторы – родственники, то увидела бы это сейчас. Просто сходство, несмотря на весьма преклонный возраст императора, было довольно сильным. Абсолютно тот же овал лица, тот же ровный нос, линия подбородка и губ. Даже взгляд одинаковый, с той лишь разницей, что у главы Дома глаза оказались синими.
Учитывая, что Тамир – племянник и носит приставку «эр», я ожидала обнаружить в родовом древе нынешнего правителя Риторы хотя бы одного брата. Но братьев не нашлось, только сёстры. Причём две из них, согласно кратким аннотациям, являлись представительницами других Домов, а вот третья…
Хватило полувзгляда, чтобы понять – это та самая свекровь, которая меня уже не любит. И ещё – чёрными волосами и глазами цвета стали Тамир обязан именно ей. Украдкой вздохнув, я прошла по ссылке и лишь теперь удосужилась прочесть имя новоявленной родственницы. Дилара, урождённая эр Руз, младшая сестра императора.
Портрет свёкра здесь также был. Отец Тамира оказался статным, довольно симпатичным шатеном с мягкими чертами. Весь его вид намекал на то, что главой этой семьи является Дилара. Только я верить не спешила - просто знаю, насколько внешность порой обманчива.
Тот факт, что Велор эр Руз является выходцем из первого Правящего Дома, заинтересовал куда больше. Просто у меня сложилось ощущение, что на Риторе патриархат. А тут…
Я невольно отвлеклась от разглядывания фото и слегка поморщилась. Оказалось, смотреть концерт мужу надоело, теперь экран галавизора транслировал одного не слишком любимого мною обозревателя музыкальной жизни. Вещал обозреватель, разумеется, о виновнице нынешнего переполоха. В данный момент говорил по делу, но это не помешало заявить:
- Не слушай его. Он всё врёт.
Тамир отвлёкся и одарил весёлым взглядом. Я же, добившись внимания мужа, спросила о том самом:
- Почему твоя мама относится к седьмому Дому? Ведь её сёстры, как понимаю, в Дома своих мужей перешли?
- Перешли, - подтвердил догадку Тамир. – А маму не отпустил Ксанрос.
Имя Ксанрос было уже знакомо – собственно, так звали императора. Только это ничего не объясняло, и я, разумеется, спросила:
- Почему?
- Это уже не важно, - помедлив, ответил муж.
Такая скрытность вызвала закономерное удивление, и Тамир реакцию точно видел. Однако пояснять всё равно не стал, улыбнулся уголками губ и повторил:
- Действительно не важно.
Я подумала, и пусть с некоторым скрипом, но позицию мужа приняла. Хорошо, не хочет говорить – не надо. В конце концов, мы знакомы всего сутки, в подобных обстоятельствах ждать полной откровенности глупо. Тем более, этот скелет, по большому счёту, чужой. В отличие от сбежавшей из Дворца бракосочетаний брюнетки, кстати…
Очень захотелось напомнить о бывшей невесте, особенно с учётом того, что Тамир обещал рассказать, но я сдержалась. Просто подхватила ещё одну ягоду клубники и вновь уткнулась в планшет. Мне предстояло познакомиться с самой интересной страницей – со страницей, посвящённой мужу.
Вот только ожидания не оправдались – о главнокомандующем военным флотом Риторы было написано до неприличного мало. Из представленной на портале справки я узнала, что моему супругу тридцать пять, что вместо начальной школы он получал домашнее образование, а старшую школу закончил с отличием.
В Высшей академии, если верить написанному, тоже блистал, и сразу по окончании поступил на военный корабль. Два года служил пилотом, затем старшим пилотом, затем капитаном боевого крейсера. Участвовал в нескольких сложных операциях, после чего прошел ещё один курс в Высшей академии Риторы и довольно быстро оказался на самом важном и престижном посту.
А вот об увлечениях и личной жизни, увы, ни слова. Впрочем, когда я собралась страницу закрыть, кое-что изменилось… Изображение мигнуло, и под основным текстом появилась надпись, которая гласила: «женат на леди Эсми эр Руз, в девичестве Эсми Миридис».
Такой поворот был опять-таки логичен, но я всё равно удивилась. Потом выдохнула, призывая себя к спокойствию, и попробовала новое имя на вкус. Только не вслух, а мысленно.
Эсми эр Руз. Эсми эр… Нет, как ни крути, а приставка с именем не сочетается. Впрочем, на Риторе, как понимаю, меня будут звать не Эсми, а леди эр Руз, а это уже лучше. Вот только с матерью Тамира при таком подходе не перепутают? А с сёстрами?
Да, кроме свекрови со свёкром я обзавелась двумя золовками. Они оказались погодками, и гораздо младше брата. Старшей из сестёр было девятнадцать, но выглядела она на семнадцать, если не меньше. Со второй ситуация такая же.
Детьми императора я тоже поинтересовалась, и только теперь обратила внимание на ещё одну разницу в возрасте. Дилара была младше Ксанроса лет на тридцать, так что принцы являлись практически ровестниками моей свекрови.
Этот момент, равно как и сам возраст принцев, напрочь убивал всю присущую их статусам сказочность. Зато внуки императора соответствовали вполне!
Их насчиталось аж пятеро, и все, как один, красавцы. И в каждом угадывались уже знакомые черты - да, те самые, которые видела в Тамире.
И хотя с семьей императора все было понятно, а я сама никогда любовью к мыльным операм не страдала, но тот факт, что муж умолчал о причинах, по которым Дилара осталась в седьмом Доме, невольно натолкнул на мысль - а может все сложней?
Вдруг Дилара императору вовсе не сестра, а какая-нибудь незаконная дочка? Вдруг там какая-то особо страшная тайна, и вообще?
Вот только разум, как и интуиция, шептал, что догадки эти никакого отношения к реальности не имеют. Что это бред растревоженного воображения, глупость чистой воды.
В итоге, пришлось прицыкнуть на свою фантазию и, вновь мазнув взглядом по одному из портретов, вернуться на главную страницу предложенного Тамиром портала. Я хотела найти что-нибудь наподобие новостной ленты.
Нет, желания проверить как освещается наш брак в прессе Риторы не имелось. Мной двигал совершенно другой интерес – я стремилась понять, какие темы актуальны, что занимает жителей, и что вообще творится. И да, колонка музыкальных новостей тоже любопытство вызывала, хотя никого из коллег хоть как-то связанных с Риторой, припомнить не могла.
Буквально пара кликов, и на экране планшета появилась не просто лента, а опять-таки внутренний, но очень внушительный ресурс с подборкой самых актуальных новостей из всех риторских изданий. При взгляде на этот шквал информации, моя уверенность слегка попятилась, и я решила начать с понятного – да, с музыки.
Я мазнула пальцем по экрану, но, не добравшись до нужного раздела, невольно бегунок остановила. Просто взгляд зацепился за одно из изображений в колонке светской хроники… За фото красивой и очень знакомой брюнетки.
Надпись рядом с фото гласила: «Зария вир Тас пожертвовала благотворительному аукциону коллекцию клатчей». Хм… так вот как сбежавшую невесту зовут.
Желание пройти по ссылке было настолько сильным, что даже пальцы зачесались, но я выдохнула и продолжила искать музыкальный раздел. В конце концов, брюнетка – не моё прошлое, а Тамира. Копаться в чужом прошлом? Возможно, но всё же не слишком красиво. Особенно, если речь о человеке, чьё отношение не безразлично. Особенно в случае, когда человек обещал рассказать сам.
Увы, но программа загрузки оказалась не настолько безобидной, как думалось… Нет, ничего ужасного, но в какой-то момент я поняла, что уплываю в сон и воспротивиться этому состоянию не могу.
Или дело не в воздействии на мозг? Или причиной всему гигантская доза успокоительного?
Как бы там ни было, а Тамир, который как раз откупорил вторую бутылку «Солейз-Платинум» и с явным интересом слушал какое-то из моих интервью, ситуацию заметил. Он отставил бокал, отобрал планшет и скомандовал:
- Под одеяло забирайся.
Я подумала и… послушалась. Кое-как отогнула край одеяла, опустила подушку, а едва улеглась, попросту провалилась во тьму. Не вязкую, не болезненную, а самую обыкновенную. И очень умиротворённую, кстати. Здесь и сейчас, лёжа на огромной кровати, в личной каюте главнокомандующего военным флотом Риторы, я чувствовала себя абсолютно защищённой. Этот абсолют был в новинку.
А проснулась в темноте, разбавленной тусклым светом нескольких светодиодных лент, протянувшихся вдоль пола и потолка, и обозначавших контуры спальни. Очень медленно приподнялась и огляделась, чтобы узнать – Тамира рядом нет.
Галавизор также был выключен, что намекало – муж не хотел помешать моему сну. Мелочь? Да, разумеется. Но она вызвала улыбку.
Я потянулась снова и, откинув одеяло, встала. Искренне радуясь мягкости напольного покрытия, проследовала к двери, дождалась, когда та откроется, и вышла в хорошо освещённую гостиную. И лишь сейчас обратила внимание на тот факт, что система освещения каюты имитирует обычное, естественное. Желтовато-красные тона подсказывали – я проспала до вечера.
Короткая прогулка до распахнутой двери кабинета, непроизвольный зевок, и новая встреча с Тамиром…
- Привет, - ровно сказала я.
Муж тут же отвлёкся от созерцания какой-то ни то схемы, ни то карты, развёрнутой на столе, и, одарив умеренной улыбкой, спросил:
- Как спалось?
Не знаю почему, но озвучить всю правду язык не повернулся. То есть о чувстве защищённости и каком-то совершенно особенном комфорте, я умолчала. Сказала банальное:
- Замечательно.
- Я рад, - отозвался Тамир. И тут же новый вопрос задал: - Ужин?
Я, не раздумывая, кивнула. Но пояснила:
- Только в ванную схожу и надену что-нибудь.
- Если хочешь, можем поужинать в каюте.
- То есть можно не одеваться? – с заметным облегчением уточнила я.
Тамир снова улыбнулся и тоже кивнул. Добавил после паузы:
- Думаю, в нашем случае это логичнее. Ведь мы молодожены.
Да, точно. И как это, оказывается, удобно! Мне определённо нравится такой статус!
Контролировать мимику я не пыталась, и понятия не имею, что именно проскользнуло на лице. Но Тамиру выражение точно понравилось – он хмыкнул, провёл рукой, убирая расстеленной на столе голографическое изображение, и тут же потянулся к панели вызова, расположенной на специальной подставке.
А я развернулась и отправилась в ванную. Только почти сразу остановилась, чтобы уточнить:
- Тамир, а поход в душ наушник выдержит, или его вынуть?
Ответ был вполне ожидаем:
- Выдержит, - мягко сказал муж.
Я не торопилась, провозилась в ванной ровно столько, сколько хотела. Отдельно, и довольно сильно, кстати, зависла на теме режимов душевой кабины.
Никогда не жаловалась на уровень своего дохода, и денег на технические новинки не жалела, но систем с таким количеством примочек ещё не встречала.
Тут было всё! От «полной релаксации», до «супер-энерджи»! Последний изначально был настроен на массу Тамира и едва не сбил с ног, по после того, как я поменяла параметры… Не люблю громкие заявления, но, кажется, этот душ станет одним из лучших моментов моей жизни. Клянусь, я никогда такого удовольствия не испытывала.
В итоге, в гостиную вернулась едва ли не танцуя. А поймав заинтригованный взгляд Тамира, призналась:
– Знаю, что наши отношения далеки от романтики, но я в тебя, пожалуй, влюблюсь.
Муж изумлённо заломил бровь, но я не пояснила. Впрочем, он и сам догадался, ибо следующим вопросом стало:
– Такой душ только здесь, на корабле? Или на Риторе тоже?
– На Риторе лучше, – тихо рассмеялся Тамир.
А я поняла: всё, вопрос моего переезда решен окончательно. Более того, даже если меня с Риторы погонят, я никуда не полечу!
Наблюдавший мою реакцию Тамир, рассмеялся снова и указан на низкий, стоящий подле дивана столик. Выяснилось, что пока я получала удовольствие от водных процедур, ужин уже принесли. А заодно сервировать стол успели.
С учётом всего, что видела за последнее время, такая расторопность не удивила. Повод для шока нашелся чуть позже, через пару минут, когда уселась на диван и окинула взглядом стол.
Выбор блюд был небольшим, а подача отличной – не знала бы, что нахожусь на военном корабле, никогда бы не догадалась. Только это всё же мелочь. Главным поводом изумится стало непосредственно меню.
Просто, кроме огромной тарелки с каким-то мясным блюдом, здесь было практически всё, что я люблю. Нежирная рыба, салат с рукколой, запечённые овощи и до неприличного много свежей зелени. А ещё три сливочных соуса на выбор – кстати, отдельная слабость. Ну и стакан морковного сока вместо десерта – главный и постоянный атрибут каждого моего ужина.
– Но как? – взглянув на присевшего рядом Тамира, выдохнула я.
– Это не я, – отозвался муж. – Это повара.
И после нового изумлённого взгляда пояснил:
– В Сети довольно много информации о твоих предпочтениях, вот они и поинтересовались.
Ответ Тамира намекал на то, что сам Тамир тоже полюбопытствовал. С одной стороны, это было приятно, а с другой, вызвало новую волну недоумения. Значит, он моей жизнью и, соответственно, прошлым интересуется, а я, как последняя глупышка, взяла и проигнорировала ссылку на заметку про Зарию? Зачем, спрашивается?
– Кстати… – сбив с мысли, хмыкнул муж.
Но тут же замолчал и потянулся к столовым приборам. Потом придвинул к себе мясную тарелку, украл у меня одну из соусниц – готова спорить, что раньше он такие соусы не употреблял! – и лишь отрезав и проглотив первый кусок, продолжил:
– Кстати, о предпочтениях. Я видел в Сети фото некоего мужчины. Как понимаю, это именно он поспособствовал нашему союзу. Джун, если не ошибаюсь. Верно?
Я почувствовала себя глупышкой пятидесятого уровня и невольно рассмеялась. Да, Эсми, это зачёт! Ты умница. Однозначно!
– Верно, – справившись с эмоциями, подтвердила я.
А Тамир как-то почти обиженно поморщился и новый вопрос задал:
– Неужели тебе нравятся такие мужчины?
Да, речь шла о Джуне. С учётом всего, что случилось, мне следовало испытать горечь. Но тот факт, что Тамир интересовался моим прошлым в то время как я сама пыталась не нарушить границ его личного пространства, оказался куда занимательнее. Я даже толики грусти не испытала! Наоборот – развеселилась сильней.
– М-м… – ответила «умно».
И хотя была убеждена, что знаю себя лучше, чем кто бы то ни было, поняла – вопрос поставил в тупик. То есть я никогда на тему вкусов не размышляла. Даже при том, что мужчин вокруг, практически всегда, было очень много.
Несколько секунд на поиск ответа, и веселье отодвинулось на второй план, а меня, в который раз за последнюю четверть часа, охватило недоумение. Я даже уточнила:
– Ты сейчас о характере или о внешности?
– Оценить характер мне пока сложно, – сказал Тамир. – О внешности.
Я задумалась опять. Лейла, если речь заходила о Джуне, всегда кривилась и называла его хануриком. Ну а я… Когда мы познакомились, Джун показался очень привлекательным, но эта привлекательность заключалась не во внешности, а в том, как он себя повёл.
В тот период, Джун был единственным мужчиной, кто смотрел, как на человека, а не тело с неплохой мордашкой и формами. Именно это подкупило. Помощь, которую он оказал, стала ещё одним кирпичиком в отношениях. Джун сделал для меня очень много, и вопрос внешности как-то не вставал.
Назвать бывшего жениха привлекательным? Да, пожалуй, могу. Но сказать, что он в моём вкусе – нет.
– Нет, – озвучила я и, хмурясь, потянулась за остывающей рыбой.
Учитывая, что Тамир – племянник и носит приставку «эр», я ожидала обнаружить в родовом древе нынешнего правителя Риторы хотя бы одного брата. Но братьев не нашлось, только сёстры. Причём две из них, согласно кратким аннотациям, являлись представительницами других Домов, а вот третья…
Хватило полувзгляда, чтобы понять – это та самая свекровь, которая меня уже не любит. И ещё – чёрными волосами и глазами цвета стали Тамир обязан именно ей. Украдкой вздохнув, я прошла по ссылке и лишь теперь удосужилась прочесть имя новоявленной родственницы. Дилара, урождённая эр Руз, младшая сестра императора.
Портрет свёкра здесь также был. Отец Тамира оказался статным, довольно симпатичным шатеном с мягкими чертами. Весь его вид намекал на то, что главой этой семьи является Дилара. Только я верить не спешила - просто знаю, насколько внешность порой обманчива.
Тот факт, что Велор эр Руз является выходцем из первого Правящего Дома, заинтересовал куда больше. Просто у меня сложилось ощущение, что на Риторе патриархат. А тут…
Я невольно отвлеклась от разглядывания фото и слегка поморщилась. Оказалось, смотреть концерт мужу надоело, теперь экран галавизора транслировал одного не слишком любимого мною обозревателя музыкальной жизни. Вещал обозреватель, разумеется, о виновнице нынешнего переполоха. В данный момент говорил по делу, но это не помешало заявить:
- Не слушай его. Он всё врёт.
Тамир отвлёкся и одарил весёлым взглядом. Я же, добившись внимания мужа, спросила о том самом:
- Почему твоя мама относится к седьмому Дому? Ведь её сёстры, как понимаю, в Дома своих мужей перешли?
- Перешли, - подтвердил догадку Тамир. – А маму не отпустил Ксанрос.
Имя Ксанрос было уже знакомо – собственно, так звали императора. Только это ничего не объясняло, и я, разумеется, спросила:
- Почему?
- Это уже не важно, - помедлив, ответил муж.
Такая скрытность вызвала закономерное удивление, и Тамир реакцию точно видел. Однако пояснять всё равно не стал, улыбнулся уголками губ и повторил:
- Действительно не важно.
Я подумала, и пусть с некоторым скрипом, но позицию мужа приняла. Хорошо, не хочет говорить – не надо. В конце концов, мы знакомы всего сутки, в подобных обстоятельствах ждать полной откровенности глупо. Тем более, этот скелет, по большому счёту, чужой. В отличие от сбежавшей из Дворца бракосочетаний брюнетки, кстати…
Очень захотелось напомнить о бывшей невесте, особенно с учётом того, что Тамир обещал рассказать, но я сдержалась. Просто подхватила ещё одну ягоду клубники и вновь уткнулась в планшет. Мне предстояло познакомиться с самой интересной страницей – со страницей, посвящённой мужу.
Вот только ожидания не оправдались – о главнокомандующем военным флотом Риторы было написано до неприличного мало. Из представленной на портале справки я узнала, что моему супругу тридцать пять, что вместо начальной школы он получал домашнее образование, а старшую школу закончил с отличием.
В Высшей академии, если верить написанному, тоже блистал, и сразу по окончании поступил на военный корабль. Два года служил пилотом, затем старшим пилотом, затем капитаном боевого крейсера. Участвовал в нескольких сложных операциях, после чего прошел ещё один курс в Высшей академии Риторы и довольно быстро оказался на самом важном и престижном посту.
А вот об увлечениях и личной жизни, увы, ни слова. Впрочем, когда я собралась страницу закрыть, кое-что изменилось… Изображение мигнуло, и под основным текстом появилась надпись, которая гласила: «женат на леди Эсми эр Руз, в девичестве Эсми Миридис».
Такой поворот был опять-таки логичен, но я всё равно удивилась. Потом выдохнула, призывая себя к спокойствию, и попробовала новое имя на вкус. Только не вслух, а мысленно.
Эсми эр Руз. Эсми эр… Нет, как ни крути, а приставка с именем не сочетается. Впрочем, на Риторе, как понимаю, меня будут звать не Эсми, а леди эр Руз, а это уже лучше. Вот только с матерью Тамира при таком подходе не перепутают? А с сёстрами?
Да, кроме свекрови со свёкром я обзавелась двумя золовками. Они оказались погодками, и гораздо младше брата. Старшей из сестёр было девятнадцать, но выглядела она на семнадцать, если не меньше. Со второй ситуация такая же.
Детьми императора я тоже поинтересовалась, и только теперь обратила внимание на ещё одну разницу в возрасте. Дилара была младше Ксанроса лет на тридцать, так что принцы являлись практически ровестниками моей свекрови.
Этот момент, равно как и сам возраст принцев, напрочь убивал всю присущую их статусам сказочность. Зато внуки императора соответствовали вполне!
Их насчиталось аж пятеро, и все, как один, красавцы. И в каждом угадывались уже знакомые черты - да, те самые, которые видела в Тамире.
И хотя с семьей императора все было понятно, а я сама никогда любовью к мыльным операм не страдала, но тот факт, что муж умолчал о причинах, по которым Дилара осталась в седьмом Доме, невольно натолкнул на мысль - а может все сложней?
Вдруг Дилара императору вовсе не сестра, а какая-нибудь незаконная дочка? Вдруг там какая-то особо страшная тайна, и вообще?
Вот только разум, как и интуиция, шептал, что догадки эти никакого отношения к реальности не имеют. Что это бред растревоженного воображения, глупость чистой воды.
В итоге, пришлось прицыкнуть на свою фантазию и, вновь мазнув взглядом по одному из портретов, вернуться на главную страницу предложенного Тамиром портала. Я хотела найти что-нибудь наподобие новостной ленты.
Нет, желания проверить как освещается наш брак в прессе Риторы не имелось. Мной двигал совершенно другой интерес – я стремилась понять, какие темы актуальны, что занимает жителей, и что вообще творится. И да, колонка музыкальных новостей тоже любопытство вызывала, хотя никого из коллег хоть как-то связанных с Риторой, припомнить не могла.
Буквально пара кликов, и на экране планшета появилась не просто лента, а опять-таки внутренний, но очень внушительный ресурс с подборкой самых актуальных новостей из всех риторских изданий. При взгляде на этот шквал информации, моя уверенность слегка попятилась, и я решила начать с понятного – да, с музыки.
Я мазнула пальцем по экрану, но, не добравшись до нужного раздела, невольно бегунок остановила. Просто взгляд зацепился за одно из изображений в колонке светской хроники… За фото красивой и очень знакомой брюнетки.
Надпись рядом с фото гласила: «Зария вир Тас пожертвовала благотворительному аукциону коллекцию клатчей». Хм… так вот как сбежавшую невесту зовут.
Желание пройти по ссылке было настолько сильным, что даже пальцы зачесались, но я выдохнула и продолжила искать музыкальный раздел. В конце концов, брюнетка – не моё прошлое, а Тамира. Копаться в чужом прошлом? Возможно, но всё же не слишком красиво. Особенно, если речь о человеке, чьё отношение не безразлично. Особенно в случае, когда человек обещал рассказать сам.
Глава 6
Увы, но программа загрузки оказалась не настолько безобидной, как думалось… Нет, ничего ужасного, но в какой-то момент я поняла, что уплываю в сон и воспротивиться этому состоянию не могу.
Или дело не в воздействии на мозг? Или причиной всему гигантская доза успокоительного?
Как бы там ни было, а Тамир, который как раз откупорил вторую бутылку «Солейз-Платинум» и с явным интересом слушал какое-то из моих интервью, ситуацию заметил. Он отставил бокал, отобрал планшет и скомандовал:
- Под одеяло забирайся.
Я подумала и… послушалась. Кое-как отогнула край одеяла, опустила подушку, а едва улеглась, попросту провалилась во тьму. Не вязкую, не болезненную, а самую обыкновенную. И очень умиротворённую, кстати. Здесь и сейчас, лёжа на огромной кровати, в личной каюте главнокомандующего военным флотом Риторы, я чувствовала себя абсолютно защищённой. Этот абсолют был в новинку.
А проснулась в темноте, разбавленной тусклым светом нескольких светодиодных лент, протянувшихся вдоль пола и потолка, и обозначавших контуры спальни. Очень медленно приподнялась и огляделась, чтобы узнать – Тамира рядом нет.
Галавизор также был выключен, что намекало – муж не хотел помешать моему сну. Мелочь? Да, разумеется. Но она вызвала улыбку.
Я потянулась снова и, откинув одеяло, встала. Искренне радуясь мягкости напольного покрытия, проследовала к двери, дождалась, когда та откроется, и вышла в хорошо освещённую гостиную. И лишь сейчас обратила внимание на тот факт, что система освещения каюты имитирует обычное, естественное. Желтовато-красные тона подсказывали – я проспала до вечера.
Короткая прогулка до распахнутой двери кабинета, непроизвольный зевок, и новая встреча с Тамиром…
- Привет, - ровно сказала я.
Муж тут же отвлёкся от созерцания какой-то ни то схемы, ни то карты, развёрнутой на столе, и, одарив умеренной улыбкой, спросил:
- Как спалось?
Не знаю почему, но озвучить всю правду язык не повернулся. То есть о чувстве защищённости и каком-то совершенно особенном комфорте, я умолчала. Сказала банальное:
- Замечательно.
- Я рад, - отозвался Тамир. И тут же новый вопрос задал: - Ужин?
Я, не раздумывая, кивнула. Но пояснила:
- Только в ванную схожу и надену что-нибудь.
- Если хочешь, можем поужинать в каюте.
- То есть можно не одеваться? – с заметным облегчением уточнила я.
Тамир снова улыбнулся и тоже кивнул. Добавил после паузы:
- Думаю, в нашем случае это логичнее. Ведь мы молодожены.
Да, точно. И как это, оказывается, удобно! Мне определённо нравится такой статус!
Контролировать мимику я не пыталась, и понятия не имею, что именно проскользнуло на лице. Но Тамиру выражение точно понравилось – он хмыкнул, провёл рукой, убирая расстеленной на столе голографическое изображение, и тут же потянулся к панели вызова, расположенной на специальной подставке.
А я развернулась и отправилась в ванную. Только почти сразу остановилась, чтобы уточнить:
- Тамир, а поход в душ наушник выдержит, или его вынуть?
Ответ был вполне ожидаем:
- Выдержит, - мягко сказал муж.
Я не торопилась, провозилась в ванной ровно столько, сколько хотела. Отдельно, и довольно сильно, кстати, зависла на теме режимов душевой кабины.
Никогда не жаловалась на уровень своего дохода, и денег на технические новинки не жалела, но систем с таким количеством примочек ещё не встречала.
Тут было всё! От «полной релаксации», до «супер-энерджи»! Последний изначально был настроен на массу Тамира и едва не сбил с ног, по после того, как я поменяла параметры… Не люблю громкие заявления, но, кажется, этот душ станет одним из лучших моментов моей жизни. Клянусь, я никогда такого удовольствия не испытывала.
В итоге, в гостиную вернулась едва ли не танцуя. А поймав заинтригованный взгляд Тамира, призналась:
– Знаю, что наши отношения далеки от романтики, но я в тебя, пожалуй, влюблюсь.
Муж изумлённо заломил бровь, но я не пояснила. Впрочем, он и сам догадался, ибо следующим вопросом стало:
– Такой душ только здесь, на корабле? Или на Риторе тоже?
– На Риторе лучше, – тихо рассмеялся Тамир.
А я поняла: всё, вопрос моего переезда решен окончательно. Более того, даже если меня с Риторы погонят, я никуда не полечу!
Наблюдавший мою реакцию Тамир, рассмеялся снова и указан на низкий, стоящий подле дивана столик. Выяснилось, что пока я получала удовольствие от водных процедур, ужин уже принесли. А заодно сервировать стол успели.
С учётом всего, что видела за последнее время, такая расторопность не удивила. Повод для шока нашелся чуть позже, через пару минут, когда уселась на диван и окинула взглядом стол.
Выбор блюд был небольшим, а подача отличной – не знала бы, что нахожусь на военном корабле, никогда бы не догадалась. Только это всё же мелочь. Главным поводом изумится стало непосредственно меню.
Просто, кроме огромной тарелки с каким-то мясным блюдом, здесь было практически всё, что я люблю. Нежирная рыба, салат с рукколой, запечённые овощи и до неприличного много свежей зелени. А ещё три сливочных соуса на выбор – кстати, отдельная слабость. Ну и стакан морковного сока вместо десерта – главный и постоянный атрибут каждого моего ужина.
– Но как? – взглянув на присевшего рядом Тамира, выдохнула я.
– Это не я, – отозвался муж. – Это повара.
И после нового изумлённого взгляда пояснил:
– В Сети довольно много информации о твоих предпочтениях, вот они и поинтересовались.
Ответ Тамира намекал на то, что сам Тамир тоже полюбопытствовал. С одной стороны, это было приятно, а с другой, вызвало новую волну недоумения. Значит, он моей жизнью и, соответственно, прошлым интересуется, а я, как последняя глупышка, взяла и проигнорировала ссылку на заметку про Зарию? Зачем, спрашивается?
– Кстати… – сбив с мысли, хмыкнул муж.
Но тут же замолчал и потянулся к столовым приборам. Потом придвинул к себе мясную тарелку, украл у меня одну из соусниц – готова спорить, что раньше он такие соусы не употреблял! – и лишь отрезав и проглотив первый кусок, продолжил:
– Кстати, о предпочтениях. Я видел в Сети фото некоего мужчины. Как понимаю, это именно он поспособствовал нашему союзу. Джун, если не ошибаюсь. Верно?
Я почувствовала себя глупышкой пятидесятого уровня и невольно рассмеялась. Да, Эсми, это зачёт! Ты умница. Однозначно!
– Верно, – справившись с эмоциями, подтвердила я.
А Тамир как-то почти обиженно поморщился и новый вопрос задал:
– Неужели тебе нравятся такие мужчины?
Да, речь шла о Джуне. С учётом всего, что случилось, мне следовало испытать горечь. Но тот факт, что Тамир интересовался моим прошлым в то время как я сама пыталась не нарушить границ его личного пространства, оказался куда занимательнее. Я даже толики грусти не испытала! Наоборот – развеселилась сильней.
– М-м… – ответила «умно».
И хотя была убеждена, что знаю себя лучше, чем кто бы то ни было, поняла – вопрос поставил в тупик. То есть я никогда на тему вкусов не размышляла. Даже при том, что мужчин вокруг, практически всегда, было очень много.
Несколько секунд на поиск ответа, и веселье отодвинулось на второй план, а меня, в который раз за последнюю четверть часа, охватило недоумение. Я даже уточнила:
– Ты сейчас о характере или о внешности?
– Оценить характер мне пока сложно, – сказал Тамир. – О внешности.
Я задумалась опять. Лейла, если речь заходила о Джуне, всегда кривилась и называла его хануриком. Ну а я… Когда мы познакомились, Джун показался очень привлекательным, но эта привлекательность заключалась не во внешности, а в том, как он себя повёл.
В тот период, Джун был единственным мужчиной, кто смотрел, как на человека, а не тело с неплохой мордашкой и формами. Именно это подкупило. Помощь, которую он оказал, стала ещё одним кирпичиком в отношениях. Джун сделал для меня очень много, и вопрос внешности как-то не вставал.
Назвать бывшего жениха привлекательным? Да, пожалуй, могу. Но сказать, что он в моём вкусе – нет.
– Нет, – озвучила я и, хмурясь, потянулась за остывающей рыбой.
