– Тамир!
Новоявленный супруг шумно вздохнул и всё-таки пояснил:
– Условие, вообще-то, не обязательное, но крайне желательно, чтобы жена принадлежала к сильной ветви одного из Правящих Домов. Второе условие – кандидатуру должен одобрить сам Ксанрос.
Про «сильные ветви» я знала – так называли тех, кто ближе всего к главе Дома. И этот момент был понятен.
– А одобрение Ксанроса зачем?
– Затем, что сам дядя немного обжегся при женитьбе, – сказал Тамир. – Собственно, его отношения с ныне покойной женой – одна из причин того, что видеть собственных наследников на троне он не очень хочет.
Покойной? М-м-м…
– А она сама? – осмелилась на бестактность я.
Муж тихо рассмеялся, будто истинную глупость услышал.
– Конечно, сама. Дядя не кровожаден.
Очень захотелось спросить – а ты? Но в этот раз я всё-таки промолчала. Вернее, задала другой, более интересный, вопрос:
– А с Зарией шанс всё-таки был?
Тамир тут же поморщился, а мне стало безумно жаль, что так и не почитала про бывшую мужа в Сети. При случае нужно всё-таки полюбопытствовать.
– Зария к сильной ветви не относится, – пояснил супруг. – Она из тех, кто не лишился приставки к фамилии только чудом.
Ого. Ну надо же. А капризничала как истинная королева!
Так, подождите… Ведь Зария, будучи жительницей Риторы и представительницей одного из Правящих Домов, о планах Ксанроса знала. Или всё-таки нет?
– Она знала, – точно угадав мысли, сказал Тамир.
Муж снова замолчал, а я опять не торопила. Да, я в курсе, что такие как он бывших с нынешними не обсуждают, но…
– Она знала, – повторил Тамир. – И, судя по всему, очень на решение дяди надеялась. И верила, что симпатия Ксанроса ко мне перевесит нелюбовь к ней.
Дико захотелось спросить – если так, то почему же она со свадьбы сбежала? Однако я подумала и сдержалась. Во-первых, я отчётливо видела: Зария была убеждена, что Тамир догонит и остановит. Во-вторых, вдруг сам сейчас скажет?
Но главнокомандующий всеми военными силами Риторы не сказал. Более того, он посчитал, что на этом разговор окончен, и неспешно поднялся…
– Кстати, нам нужны вазы для цветов, – всё-таки соскакивая с темы, напомнил он.
Я бросила взгляд на два лежащих поверх чемоданов свёртка и кивнула. И тут же добавила:
– А ещё мне нужен собственный коммуникатор и планшет. И предварительные заказы необходимо дооформить.
– В том, что касается планшета, можешь оставить себе этот, – отозвался муж великодушно. Только я жест не оценила…
– Это твой, – напомнила ворчливо. – И если стану им пользоваться, ты сможешь за мной следить.
– Я и так смогу, – губы Тамира дрогнули в новой улыбке. – Но не буду. А вот другие отследить твои действия в самом деле не смогут. На этом планшете несколько степеней защиты, да и статус учётного ID к лишнему любопытству не располагает.
М-м-м… А вот об этом моменте я раньше не думала. Интересно, а на Занрисе за моими действиями в Сети приглядывали, или как?
Впрочем, кому я там, на Занрисе, была нужна? Ну кроме нескольких о-о-очень «доброжелательных» коллег и…
Вот тут я запнулась. Да, люди, обладающие большими возможностями, в моём окружении имелись, но если и отслеживали что-то, то я не замечала. Мне никогда не давали ни малейшего повода подозревать, что за мной следят. А если так, то… может ничего и не было?
Но даже если было – теперь-то что? С учётом моей фобии, на Занрис в ближайшее время я точно не полечу. Тем более ради какого-то переезда. Сбором вещей, продажей недвижимости и прочими техническими моментами придётся заниматься Лейле. Кстати, нужно срочно ей позвонить!
Ну и ещё кое-что… По-хорошему, связаться с покровителями тоже нужно – нет, вовсе не для того, чтобы выяснить. Просто из вежливости. Только как это сделать, если муж настолько внимателен?
Нет, я ничуть не сомневалась, что он поймёт, но не могла не признать – до полного доверия нам действительно далеко. Я не готова поделиться этой информацией, даже с учётом того, что в ней нет ничего «криминального».
Муж вернулся довольно рано, но был категорически хмур. Я подобному настроению не удивилась – в последние дни Тамир постоянно с таким выражением лица возвращался.
Просто две оставшиеся группы диверсантов сидели настолько тихо, что обнаружению не поддавались. Главнокомандующему подобная ситуация, разумеется, не нравилась. А неспособность собственных подразделений быстро отыскать врага, не нравилась ещё больше.
Так что состояние Тамира было ожидаемым. И наседать сразу я не стала – для начала позволила мужу сходить в душ и переодеться. Лишь после того, как Тамир вышел из ванной и устало завалился рядом со мной на кровать, отложила планшет и сказала:
– Дорогой, угадай кого я сегодня в торговом центре встретила.
Тамир повернул голову, глянул недоумённо, а я дежурно улыбнулась и пояснила:
– Зарию.
На лице собеседника ни один мускул не дрогнул, но…
– Зария говорила мне о каком-то брачном контракте, – продолжила я. – Пояснишь о чём речь?
Вот теперь Тамир заметно поморщился и, заложив руки за голову, уставился в потолок. Спросил после паузы:
– Что именно она говорила? И что ответила ты?
– Она назвала меня дурой, а я призналась, что никакого контракта не подписывала.
И, понимая, что в день бракосочетания мы с Тамиром были не совсем адекватны, то есть муж может и не помнить, добавила:
– Ведь в моём случае контракта действительно не было.
Губы главнокомандующего дрогнули в лёгкой улыбке и это насторожило. А что если всё наоборот? В смысле, что если это не Тамир, а я каких-то деталей того дня не помню? Но…
– Не было, – согласился главнокомандующий. – Даже мысли не возникло предложить тебе контракт.
– Тамир! – не выдержав, воскликнула я. И уже не попросила, а потребовала: – Поясни.
Учитывая склонность некоторых индивидов к скрытности, я приготовилась применить пытки. Но муж увиливать не стал…
– Да, я предложил Зарии брачный контракт, – сказал он. – Это было необходимо по многим причинам, но…
Тамир замолчал и шумно вздохнул. Потом повернулся на бок и, глядя уже не в потолок, а в глаза, продолжил:
– На Риторе существует два типа браков, светский и традиционный. Традиционный подразумевает равное разделение прав и обязанностей, а в светском есть ограничения. В частности, в случае светского брака, супруги не претендуют на имущество друг друга, и передачи титула не происходит.
– Передачи титула? – нахмурившись, переспросила я.
– Каждый остаётся при своём, – пояснил муж. – И фамилии, соответственно, не меняются.
Ага… Тут понятно.
– Что дальше?
– В случае с Зарией, – Тамир слегка поморщился, – традиционный брак был невозможен. Зария, конечно, носит приставку «вир» и является представительницей девятого Правящего дома, но она принадлежит к слабой ветви, а такая разница в социальных статусах автоматически запрещает традиционный брак.
Я невольно вытаращилась. Та-ак… Зария аристократка, но фамилия эр Руз ей не светила, но…
– Но это только в том случае, если брак регистрируется на Риторе? – уточнила я.
Тамир кивнул. А через миг продолжил:
– Регистрация по законам Планетарного Альянса равносильна традиционному браку на Риторе. Это было ещё одной причиной, почему мы решили пожениться на Занрисе.
Ну надо же! Признался!
Впрочем, в данный момент дело не только в Зарии…
– То есть наш с тобой брак…
– Имеет статус традиционного, – подхватывая мысль, подтвердил Тамир.
– Но при чём тут контракт?
Тамир снова поморщился и выдохнул:
– При том.
Он замолчал, а я прикусила язык, давая мужу возможность собраться с мыслями и силами. Тамир не показывал, но я точно видела – этот разговор даётся ему не легко.
– Понимаешь, Эсми, – наконец, заговорил он, – с самого начала наших отношений, Зария подчёркивала, что мой титул её не интересует. Тот факт, что Ксанрос может назвать меня своим наследником, Зарию также, как будто, не интересовал. Она с большим презрением относилась к тем, кто гоняется за социальным положением и при любой возможности напоминала, что ей нужны только чувства. И я решил проверить…
Я невольно напряглась и исполнилась самого жгучего любопытства. Но торопить опять-таки не стала, и через несколько секунд услышала:
– Я попросил своего юриста составить контракт, в который перенёс часть ограничений из светского брака. Согласно контракту, Зария могла взять мою фамилию и претендовать на четверть имущества, но в случае моей коронации, её статус остался бы прежним. То есть стать императрицей Риторы Зария бы не смогла.
Логика? Это был тот случай, когда я её видела, но не очень понимала. Нет, с одной стороны всё ясно, но…
– Получается, до церемонии Зария про брачный контракт не знала?
Тамир отрицательно качнул головой, а я попробовала представить себя на месте брюнетки и поняла – это довольно жестоко. Впрочем, с другой стороны, если по-настоящему любишь…
– Проверка была единственной причиной? – поинтересовалась я.
– Нет, – сказал Тамир.
Он опять вздохнул и, хотя говорить точно не хотел, всё-таки признался…
– Я знал, что дядя этот брак не одобрит. Я понимал, что женитьба на Зарии, вероятнее всего, вычеркнет меня из списка потенциальных претендентов на трон. Но шанс на то, что Ксанрос простит всё-таки имелся, а Зария…
Муж в который раз взял паузу, но я разумно не торопила. Да-да, я помнила о том, что Тамир не из тех, кто обсуждает бывших с нынешними, но всё равно надеялась.
– Она не подходит, – наконец, признался муж. – Её темперамент, манеры… Я не хотел, но не мог не замечать – это не то.
– Думаешь, появись у Зарии большая власть, она бы стала ею злоупотреблять?
Тамир скривился.
– Не факт. Но я, будучи гражданином Риторы, не хотел бы видеть такую императрицу.
Ответ был расплывчатым, однако уточнять я всё-таки не стала. Просто пришла к выводу – уж если такой мужчина как Тамир не готов, то здравое зерно в подобной точке зрения, безусловно, имеется.
Впрочем, будь я сама подданной… Нет, я бы подобной императрицы тоже не захотела. Вот только…
– Разве официальный статус что-то меняет? Разве, будучи женой императора, но не имея титула императрицы, нельзя управлять планетой?
– Можно, – губы Тамира опять в улыбке дрогнули, на этот раз очень тёплой. – Но понять эту простую истину дано не всем.
Муж замолчал, а я невольно скривилась. Спросила с сомнением:
– А женитьба на первой встречной лучше?
В глазах цвета стали мелькнуло нечто странное. Нечто, что плохо поддавалось определению, но сильно походило на признательность.
– Эсми, я понимаю, что прозвучит глупо. Знаю, что отношусь к числу людей, которые, по мнению большинства, руководствуются исключительно разумом, но видишь ли… на войне очень важную роль играет интуиция.
Я удивлённо заломила бровь и замерла в ожидании продолжения. И Тамир мучить опять-таки не стал, сказал через секунду:
– Ты понравилась с первого взгляда. А когда подняла вуаль, моя интуиция сказала «да». Я ни секунды не сомневался в том, что делаю. И поводов пожалеть о своём решении у меня пока не было.
Стало… приятно. Вернее, очень приятно. Но…
– Интуиция? – переспросила я, а Тамир уверенно кивнул. Только разум верить этой решительности не спешил.
Я знаю, что муж – не модник, но не отметить тот факт, что платье на незнакомой девушке не из дешевых, всё-таки не мог. Несчастный растоптанный коммуникатор к числу игрушек эконом-класса также не относился.
В том же, что касается вуали… лицо тоже какое-то представление о человеке даёт. Я не из тех, кто просиживает в салонах по двенадцать часов, но уровень ухода и, соответственно, достатка всё равно виден.
Нет, я не готова утверждать, что Тамир все эти моменты осознал, но кивать на интуицию тоже бессмысленно. На решение главнокомандующего повлиял целый букет факторов.
– Но это всё равно глупо, – сказала я. А в следующий миг вспомнила о банкете и нахмурилась.
Мужчина, который всерьёз сомневается в мотивах своей избранницы, не станет заказывать ресторанный зал и призывать друзей. То есть Тамир до последнего верил, что стремления Зарии искренны.
И вот вопрос – почему? Ну и ещё кое-что…
– Почему ты вообще хотел на ней жениться?
– Я всю жизнь подчиняюсь правилам, – помедлив, признался Тамир. – С самого детства, с самого рождения. Поэтому, когда на горизонте появилась Зария, а родные и Ксанрос выступили против, я немного вспылил.
– То есть это был бунт?
– В какой-то степени.
Муж замолчал, а я невольно улыбнулась. Просто наша свадьба – тот же бунт, но на порядок круче. Ведь Зария, при всех минусах, с Риторы, а я – чужачка. Более того, изначально Тамир понятия не имел, кто я такая, чем занимаюсь и чем живу.
– Хорошо, – сказала я. – Решение жениться на первой встречной было продиктовано интуицией. Но не предложить контракта той, которую видишь впервые… Тамир, это вне логики.
Ответ стал полной неожиданностью:
– А при чём тут я? – в глубине серых глаз вспыхнули лукавые искорки. – Разве я виноват, что ты настолько хорошее впечатление производишь?
Это был чистый абсурд, но сердце наполнилось теплом. А желание продолжать допрос после таких слов попятилось и вообще умерло. Поэтому следующая реплика посвящалась совершенно другой теме…
– В фитнес-зал пойдёшь?
Муж уверенно кивнул.
Утро нового дня началось как обычно и ничего интересного не принесло. Я проснулась, обнаружила, что Тамир уже умчался на службу, потом сходила в душ, оделась и спустилась к завтраку.
Ела в уже привычной компании – в компании золовок и свекрови. Новоявленные родственницы обсуждали предстоящий приём: Клэс и Лирия придавались мечтам, а Дилара напоминала об этикете и правилах приличия.
Я в разговоре тоже поучаствовала, но так, слегка, чисто номинально. А сразу после завтрака, я вернулась в отведённые нам с мужем комнаты, включила стационарную систему и погрузилась в дела.
Связалась с помощниками, которые вопросом подготовки студии занимались, потом созвонилась со звукорежиссёром, под чьим руководством проходила упаковка оборудования на Занрисе. Почитала новостные ленты, оценила эскизы платьев, высланные неугомонным Марком, затем распаковала купленные накануне профессиональные наушники и села слушать аранжировку к одной из новых песен…
То есть да, ушла в работу с головой! И слегка нахмурилась, когда лежащий на краю стола коммуникатор ожил, а на дисплее высветилось лаконичное «Тамир эр Руз».
Отвлекаться совершенно не хотелось, но проигнорировать звонок мужа я, конечно, не могла. Поэтому неохотно, но всё же стянула наушники, чтобы подхватить коммуникатор, нажать на кнопку приёма и сказать:
– Да, дорогой.
В коммуникаторе хмыкнули, потом как-то странно кашлянули, а через секунду я услышала:
– Эсми, ты дома? – И после закономерного «да»: – Можешь в свой почтовик войти?
В голосе Тамира прозвучало… нет, не напряжение, но около того. Однако заморачиваться я не стала – просто загрузила нужную страницу, быстро ввела логин и пароль. Ожидала увидеть новое письмо, но увы…
– Я вошла, но новых писем нет, – сказала, обращаясь к Тамиру.
Муж ответил не сразу, будто разговор давался с трудом.
– Эсми, я сейчас перешлю тебе один ролик. Хочу узнать, что ты об этом думаешь.
Вот теперь напряжение посетило и меня, а вопрос вырвался сам собой:
– Репортёры опять «отличились»?
Главнокомандующий не ответил, а через пару секунд на почту действительно упало новое сообщение.
Новоявленный супруг шумно вздохнул и всё-таки пояснил:
– Условие, вообще-то, не обязательное, но крайне желательно, чтобы жена принадлежала к сильной ветви одного из Правящих Домов. Второе условие – кандидатуру должен одобрить сам Ксанрос.
Про «сильные ветви» я знала – так называли тех, кто ближе всего к главе Дома. И этот момент был понятен.
– А одобрение Ксанроса зачем?
– Затем, что сам дядя немного обжегся при женитьбе, – сказал Тамир. – Собственно, его отношения с ныне покойной женой – одна из причин того, что видеть собственных наследников на троне он не очень хочет.
Покойной? М-м-м…
– А она сама? – осмелилась на бестактность я.
Муж тихо рассмеялся, будто истинную глупость услышал.
– Конечно, сама. Дядя не кровожаден.
Очень захотелось спросить – а ты? Но в этот раз я всё-таки промолчала. Вернее, задала другой, более интересный, вопрос:
– А с Зарией шанс всё-таки был?
Тамир тут же поморщился, а мне стало безумно жаль, что так и не почитала про бывшую мужа в Сети. При случае нужно всё-таки полюбопытствовать.
– Зария к сильной ветви не относится, – пояснил супруг. – Она из тех, кто не лишился приставки к фамилии только чудом.
Ого. Ну надо же. А капризничала как истинная королева!
Так, подождите… Ведь Зария, будучи жительницей Риторы и представительницей одного из Правящих Домов, о планах Ксанроса знала. Или всё-таки нет?
– Она знала, – точно угадав мысли, сказал Тамир.
Муж снова замолчал, а я опять не торопила. Да, я в курсе, что такие как он бывших с нынешними не обсуждают, но…
– Она знала, – повторил Тамир. – И, судя по всему, очень на решение дяди надеялась. И верила, что симпатия Ксанроса ко мне перевесит нелюбовь к ней.
Дико захотелось спросить – если так, то почему же она со свадьбы сбежала? Однако я подумала и сдержалась. Во-первых, я отчётливо видела: Зария была убеждена, что Тамир догонит и остановит. Во-вторых, вдруг сам сейчас скажет?
Но главнокомандующий всеми военными силами Риторы не сказал. Более того, он посчитал, что на этом разговор окончен, и неспешно поднялся…
– Кстати, нам нужны вазы для цветов, – всё-таки соскакивая с темы, напомнил он.
Я бросила взгляд на два лежащих поверх чемоданов свёртка и кивнула. И тут же добавила:
– А ещё мне нужен собственный коммуникатор и планшет. И предварительные заказы необходимо дооформить.
– В том, что касается планшета, можешь оставить себе этот, – отозвался муж великодушно. Только я жест не оценила…
– Это твой, – напомнила ворчливо. – И если стану им пользоваться, ты сможешь за мной следить.
– Я и так смогу, – губы Тамира дрогнули в новой улыбке. – Но не буду. А вот другие отследить твои действия в самом деле не смогут. На этом планшете несколько степеней защиты, да и статус учётного ID к лишнему любопытству не располагает.
М-м-м… А вот об этом моменте я раньше не думала. Интересно, а на Занрисе за моими действиями в Сети приглядывали, или как?
Впрочем, кому я там, на Занрисе, была нужна? Ну кроме нескольких о-о-очень «доброжелательных» коллег и…
Вот тут я запнулась. Да, люди, обладающие большими возможностями, в моём окружении имелись, но если и отслеживали что-то, то я не замечала. Мне никогда не давали ни малейшего повода подозревать, что за мной следят. А если так, то… может ничего и не было?
Но даже если было – теперь-то что? С учётом моей фобии, на Занрис в ближайшее время я точно не полечу. Тем более ради какого-то переезда. Сбором вещей, продажей недвижимости и прочими техническими моментами придётся заниматься Лейле. Кстати, нужно срочно ей позвонить!
Ну и ещё кое-что… По-хорошему, связаться с покровителями тоже нужно – нет, вовсе не для того, чтобы выяснить. Просто из вежливости. Только как это сделать, если муж настолько внимателен?
Нет, я ничуть не сомневалась, что он поймёт, но не могла не признать – до полного доверия нам действительно далеко. Я не готова поделиться этой информацией, даже с учётом того, что в ней нет ничего «криминального».
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Муж вернулся довольно рано, но был категорически хмур. Я подобному настроению не удивилась – в последние дни Тамир постоянно с таким выражением лица возвращался.
Просто две оставшиеся группы диверсантов сидели настолько тихо, что обнаружению не поддавались. Главнокомандующему подобная ситуация, разумеется, не нравилась. А неспособность собственных подразделений быстро отыскать врага, не нравилась ещё больше.
Так что состояние Тамира было ожидаемым. И наседать сразу я не стала – для начала позволила мужу сходить в душ и переодеться. Лишь после того, как Тамир вышел из ванной и устало завалился рядом со мной на кровать, отложила планшет и сказала:
– Дорогой, угадай кого я сегодня в торговом центре встретила.
Тамир повернул голову, глянул недоумённо, а я дежурно улыбнулась и пояснила:
– Зарию.
На лице собеседника ни один мускул не дрогнул, но…
– Зария говорила мне о каком-то брачном контракте, – продолжила я. – Пояснишь о чём речь?
Вот теперь Тамир заметно поморщился и, заложив руки за голову, уставился в потолок. Спросил после паузы:
– Что именно она говорила? И что ответила ты?
– Она назвала меня дурой, а я призналась, что никакого контракта не подписывала.
И, понимая, что в день бракосочетания мы с Тамиром были не совсем адекватны, то есть муж может и не помнить, добавила:
– Ведь в моём случае контракта действительно не было.
Губы главнокомандующего дрогнули в лёгкой улыбке и это насторожило. А что если всё наоборот? В смысле, что если это не Тамир, а я каких-то деталей того дня не помню? Но…
– Не было, – согласился главнокомандующий. – Даже мысли не возникло предложить тебе контракт.
– Тамир! – не выдержав, воскликнула я. И уже не попросила, а потребовала: – Поясни.
Учитывая склонность некоторых индивидов к скрытности, я приготовилась применить пытки. Но муж увиливать не стал…
– Да, я предложил Зарии брачный контракт, – сказал он. – Это было необходимо по многим причинам, но…
Тамир замолчал и шумно вздохнул. Потом повернулся на бок и, глядя уже не в потолок, а в глаза, продолжил:
– На Риторе существует два типа браков, светский и традиционный. Традиционный подразумевает равное разделение прав и обязанностей, а в светском есть ограничения. В частности, в случае светского брака, супруги не претендуют на имущество друг друга, и передачи титула не происходит.
– Передачи титула? – нахмурившись, переспросила я.
– Каждый остаётся при своём, – пояснил муж. – И фамилии, соответственно, не меняются.
Ага… Тут понятно.
– Что дальше?
– В случае с Зарией, – Тамир слегка поморщился, – традиционный брак был невозможен. Зария, конечно, носит приставку «вир» и является представительницей девятого Правящего дома, но она принадлежит к слабой ветви, а такая разница в социальных статусах автоматически запрещает традиционный брак.
Я невольно вытаращилась. Та-ак… Зария аристократка, но фамилия эр Руз ей не светила, но…
– Но это только в том случае, если брак регистрируется на Риторе? – уточнила я.
Тамир кивнул. А через миг продолжил:
– Регистрация по законам Планетарного Альянса равносильна традиционному браку на Риторе. Это было ещё одной причиной, почему мы решили пожениться на Занрисе.
Ну надо же! Признался!
Впрочем, в данный момент дело не только в Зарии…
– То есть наш с тобой брак…
– Имеет статус традиционного, – подхватывая мысль, подтвердил Тамир.
– Но при чём тут контракт?
Тамир снова поморщился и выдохнул:
– При том.
Он замолчал, а я прикусила язык, давая мужу возможность собраться с мыслями и силами. Тамир не показывал, но я точно видела – этот разговор даётся ему не легко.
– Понимаешь, Эсми, – наконец, заговорил он, – с самого начала наших отношений, Зария подчёркивала, что мой титул её не интересует. Тот факт, что Ксанрос может назвать меня своим наследником, Зарию также, как будто, не интересовал. Она с большим презрением относилась к тем, кто гоняется за социальным положением и при любой возможности напоминала, что ей нужны только чувства. И я решил проверить…
Я невольно напряглась и исполнилась самого жгучего любопытства. Но торопить опять-таки не стала, и через несколько секунд услышала:
– Я попросил своего юриста составить контракт, в который перенёс часть ограничений из светского брака. Согласно контракту, Зария могла взять мою фамилию и претендовать на четверть имущества, но в случае моей коронации, её статус остался бы прежним. То есть стать императрицей Риторы Зария бы не смогла.
Логика? Это был тот случай, когда я её видела, но не очень понимала. Нет, с одной стороны всё ясно, но…
– Получается, до церемонии Зария про брачный контракт не знала?
Тамир отрицательно качнул головой, а я попробовала представить себя на месте брюнетки и поняла – это довольно жестоко. Впрочем, с другой стороны, если по-настоящему любишь…
– Проверка была единственной причиной? – поинтересовалась я.
– Нет, – сказал Тамир.
Он опять вздохнул и, хотя говорить точно не хотел, всё-таки признался…
– Я знал, что дядя этот брак не одобрит. Я понимал, что женитьба на Зарии, вероятнее всего, вычеркнет меня из списка потенциальных претендентов на трон. Но шанс на то, что Ксанрос простит всё-таки имелся, а Зария…
Муж в который раз взял паузу, но я разумно не торопила. Да-да, я помнила о том, что Тамир не из тех, кто обсуждает бывших с нынешними, но всё равно надеялась.
– Она не подходит, – наконец, признался муж. – Её темперамент, манеры… Я не хотел, но не мог не замечать – это не то.
– Думаешь, появись у Зарии большая власть, она бы стала ею злоупотреблять?
Тамир скривился.
– Не факт. Но я, будучи гражданином Риторы, не хотел бы видеть такую императрицу.
Ответ был расплывчатым, однако уточнять я всё-таки не стала. Просто пришла к выводу – уж если такой мужчина как Тамир не готов, то здравое зерно в подобной точке зрения, безусловно, имеется.
Впрочем, будь я сама подданной… Нет, я бы подобной императрицы тоже не захотела. Вот только…
– Разве официальный статус что-то меняет? Разве, будучи женой императора, но не имея титула императрицы, нельзя управлять планетой?
– Можно, – губы Тамира опять в улыбке дрогнули, на этот раз очень тёплой. – Но понять эту простую истину дано не всем.
Муж замолчал, а я невольно скривилась. Спросила с сомнением:
– А женитьба на первой встречной лучше?
В глазах цвета стали мелькнуло нечто странное. Нечто, что плохо поддавалось определению, но сильно походило на признательность.
– Эсми, я понимаю, что прозвучит глупо. Знаю, что отношусь к числу людей, которые, по мнению большинства, руководствуются исключительно разумом, но видишь ли… на войне очень важную роль играет интуиция.
Я удивлённо заломила бровь и замерла в ожидании продолжения. И Тамир мучить опять-таки не стал, сказал через секунду:
– Ты понравилась с первого взгляда. А когда подняла вуаль, моя интуиция сказала «да». Я ни секунды не сомневался в том, что делаю. И поводов пожалеть о своём решении у меня пока не было.
Стало… приятно. Вернее, очень приятно. Но…
– Интуиция? – переспросила я, а Тамир уверенно кивнул. Только разум верить этой решительности не спешил.
Я знаю, что муж – не модник, но не отметить тот факт, что платье на незнакомой девушке не из дешевых, всё-таки не мог. Несчастный растоптанный коммуникатор к числу игрушек эконом-класса также не относился.
В том же, что касается вуали… лицо тоже какое-то представление о человеке даёт. Я не из тех, кто просиживает в салонах по двенадцать часов, но уровень ухода и, соответственно, достатка всё равно виден.
Нет, я не готова утверждать, что Тамир все эти моменты осознал, но кивать на интуицию тоже бессмысленно. На решение главнокомандующего повлиял целый букет факторов.
– Но это всё равно глупо, – сказала я. А в следующий миг вспомнила о банкете и нахмурилась.
Мужчина, который всерьёз сомневается в мотивах своей избранницы, не станет заказывать ресторанный зал и призывать друзей. То есть Тамир до последнего верил, что стремления Зарии искренны.
И вот вопрос – почему? Ну и ещё кое-что…
– Почему ты вообще хотел на ней жениться?
– Я всю жизнь подчиняюсь правилам, – помедлив, признался Тамир. – С самого детства, с самого рождения. Поэтому, когда на горизонте появилась Зария, а родные и Ксанрос выступили против, я немного вспылил.
– То есть это был бунт?
– В какой-то степени.
Муж замолчал, а я невольно улыбнулась. Просто наша свадьба – тот же бунт, но на порядок круче. Ведь Зария, при всех минусах, с Риторы, а я – чужачка. Более того, изначально Тамир понятия не имел, кто я такая, чем занимаюсь и чем живу.
– Хорошо, – сказала я. – Решение жениться на первой встречной было продиктовано интуицией. Но не предложить контракта той, которую видишь впервые… Тамир, это вне логики.
Ответ стал полной неожиданностью:
– А при чём тут я? – в глубине серых глаз вспыхнули лукавые искорки. – Разве я виноват, что ты настолько хорошее впечатление производишь?
Это был чистый абсурд, но сердце наполнилось теплом. А желание продолжать допрос после таких слов попятилось и вообще умерло. Поэтому следующая реплика посвящалась совершенно другой теме…
– В фитнес-зал пойдёшь?
Муж уверенно кивнул.
Утро нового дня началось как обычно и ничего интересного не принесло. Я проснулась, обнаружила, что Тамир уже умчался на службу, потом сходила в душ, оделась и спустилась к завтраку.
Ела в уже привычной компании – в компании золовок и свекрови. Новоявленные родственницы обсуждали предстоящий приём: Клэс и Лирия придавались мечтам, а Дилара напоминала об этикете и правилах приличия.
Я в разговоре тоже поучаствовала, но так, слегка, чисто номинально. А сразу после завтрака, я вернулась в отведённые нам с мужем комнаты, включила стационарную систему и погрузилась в дела.
Связалась с помощниками, которые вопросом подготовки студии занимались, потом созвонилась со звукорежиссёром, под чьим руководством проходила упаковка оборудования на Занрисе. Почитала новостные ленты, оценила эскизы платьев, высланные неугомонным Марком, затем распаковала купленные накануне профессиональные наушники и села слушать аранжировку к одной из новых песен…
То есть да, ушла в работу с головой! И слегка нахмурилась, когда лежащий на краю стола коммуникатор ожил, а на дисплее высветилось лаконичное «Тамир эр Руз».
Отвлекаться совершенно не хотелось, но проигнорировать звонок мужа я, конечно, не могла. Поэтому неохотно, но всё же стянула наушники, чтобы подхватить коммуникатор, нажать на кнопку приёма и сказать:
– Да, дорогой.
В коммуникаторе хмыкнули, потом как-то странно кашлянули, а через секунду я услышала:
– Эсми, ты дома? – И после закономерного «да»: – Можешь в свой почтовик войти?
В голосе Тамира прозвучало… нет, не напряжение, но около того. Однако заморачиваться я не стала – просто загрузила нужную страницу, быстро ввела логин и пароль. Ожидала увидеть новое письмо, но увы…
– Я вошла, но новых писем нет, – сказала, обращаясь к Тамиру.
Муж ответил не сразу, будто разговор давался с трудом.
– Эсми, я сейчас перешлю тебе один ролик. Хочу узнать, что ты об этом думаешь.
Вот теперь напряжение посетило и меня, а вопрос вырвался сам собой:
– Репортёры опять «отличились»?
Главнокомандующий не ответил, а через пару секунд на почту действительно упало новое сообщение.
