Настроение тут же скатилось в минус, а в груди защемило. Пришлось спасаться программой загрузки – в смысле, с головой уйти в созерцание мелькающих на экране планшета картинок и сосредоточиться на тишине, доносящейся из наушника.
Реакция Джуна задела так сильно, что заняла все мысли. Я даже о скором приземлении, которое грозило сильнейшим приступом паники, забыла. А чуть позже, утром, преисполнилась к бывшему огромной благодарности… Просто, вспомни я про посадку, то ни за что бы не уснула, а так…
Ещё до того, как Тамир выключил галавизор, я отложила планшет, забралась под одеяло и почти мгновенно уплыла в страну снов. Ну а когда открыла глаза, с недоумением осознала, что спальню заливает вовсе не искусственный, а самый что ни на есть настоящий дневной свет.
Внешняя стена была переведена в режим полной прозрачности, и там, снаружи, виделся вовсе не космос. Укрытая синим небом пустыня и блестящие корпуса военных звездолётов – вот, что меня ожидало.
Зрелище оказалось настолько красивым, что я, едва сев на кровати, замерла. И лишь спустя несколько минут осознала, что приземление уже состоялось.
Это осознание стало поводом выдохнуть и, вопреки логике, ощутить прилив панического жара. А потом устало покачать головой – Тамир! Отдавая распоряжения о скорости полёта и времени приземления он, безусловно, мою фобию учёл.
Я выдохнула ещё раз и отбросила одеяло, чтобы встать. Именно в этот момент дверь, отделявшая спальню от гостиной, отъехала в сторону, а в проёме появился Тамир.
Главнокомандующий всеми военными силами планеты был уже одет – причём в ту самую удивительно красивую форму, – весел и свеж. Первым что я услышала, стало:
– Добро пожаловать на Ритору.
Я невольно улыбнулась и кивнула. И тут же спросила:
– Сколько у меня времени?
– Сколько хочешь, – доброжелательно отозвался муж. И добавил: – Это моя компенсация за столь поспешный вылет с Занриса.
Мелочь? Безусловно да! Но всё равно приятно стало. Тем не менее, я сказала:
– Копаться дольше, чем следует, не стану.
Тамир подарил ещё одну улыбку и кивнул.
В этот раз мы завтракали не в каюте, а в столовой на верхнем ярусе – да, в той самой, где ели по прибытию на корабль. Только теперь никакой романтики в обстановке не наблюдалось – всё было как положено, по-военному строго и практично.
Кроме нас в зале присутствовали несколько офицеров из числа тех, с кем Тамир уже познакомил. Правда имён и званий я не помнила, только майора Кайлина опознала. И хотя поднимать тему не очень-то хотелось, окинув взглядом одетых в форму мужчин, уточнила:
– Тамир, а они на банкете были?
– Да, – отпив кофе, сказал муж. – В большинстве.
Я нахмурилась, припоминая события того вечера и пытаясь оценить количество гостей. Кажется, народу было всё-таки больше. А ещё, и я точно не путаю, на банкете присутствовали женщины.
– Но это не все гости? – вновь уточнила я.
– Не все, – признался Тамир. – Были ещё друзья, в том числе из гражданских, приглашенные на Занрис по случаю. Полагаю, они доберутся до Риторы через пару суток.
И опять – поднимать тему не хотелось! Ещё меньше хотелось думать о сбежавшей из Дворца Зарии. Но ситуация вызывала слишком сильное недоумение, чтобы промолчать.
– Тамир, а почему Занрис? Почему вы хотели пожениться именно там?
– Моё положение не позволяет покидать Ритору, когда вздумается, – указывая на очевидный факт, сказал Тамир. – Да и флагманский корабль, как понимаешь, не личный транспорт. Я посещал Занрис по делу, и было решено совместить.
– А почему не на Риторе? Неужели здесь нельзя организовать тайную регистрацию?
Тамир улыбнулся уголками губ, но в этой улыбке мелькнула грусть.
– Я племянник императора, – напомнил он. – На этой планете не найдётся регистратора, готового скрепить союз, не уведомив моего дядю. А если знает дядя, то знает и мама. Нам бы не позволили пожениться.
Муж отпил кофе, а я кивнула. И слегка удивилась, узнав, что это ещё не всё…
– К тому же юридическое право Риторы отличается от права Альянса. Как теперь понимаю, этот факт тоже значение имел.
Последняя фраза прозвучала странно и вызвала недоумение.
– А разве Ритора не в Альянсе? Просто в Сети написано, что она входит…
– В Альянсе, – подтвердил Тамир. – Однако права на собственное законодательство никто не отменял, и Ритора этим правом пользуется. Мы придерживаемся законов Альянса только в тех случаях, когда речь о внешней политике и взаимодействии с представителями других планет.
Ага… Вот только…
– То есть на меня юридическое право Риторы не распространяется? – спросила с надеждой. А что? Я же на другой планете родилась!
– Ты леди эр Руз, – улыбнувшись моей наивности, напомнил Тамир. – Впрочем, если не хочешь менять подданство…
Муж замолчал, а я нахмурилась снова – пыталась понять, чем упомянутое новое подданство грозит. Нет, соглашаясь на переезд, я совершенно об этом не думала. А теперь…
– А отличий много? – спросила я.
Вообще, читая о Риторе в Сети, никаких особенностей права не заметила – не встретила ничего такого, что могло удивить. По моим ощущениям выходило, что здесь всё также, как на родном Занрисе.
– По большому счёту нет, – сказал Тамир. – А тебя эти моменты вообще не коснутся.
– То есть подданство…
– Можешь менять, – подтвердил муж. – И будет объективно лучше, если сменишь. Так удобнее и проще. К тому же, по факту, тебе всё равно придётся подчиняться законам Риторы. – И напомнил: – Ты моя жена.
Я шумно вздохнула, но дать согласие не поспешила. Не потому, что почувствовала какой-то подвох – нет! Просто подобные вопросы суеты не терпят. Я пришла к выводу, что для начала свяжусь с Лейлой, чтобы подруга всё уточнила, потом проверю полученную информацию у Тамира, и вот тогда решу.
Желание уточнить, как именно законы Риторы связаны с решением регистрировать брак на Занрисе, тоже придержала. В конце концов, к моей жизни этот момент отношения не имеет, а Тамиру тема брюнетки явно была неприятна.
К тому же он… да-да, обещал! А если так, то обязательно расскажет.
С этой мыслью я отправила в рот последний кусочек сдобной булочки и, прожевав, сделала последний глоток чая. Потом откинулась на спинку стула и сказала:
– Всё. Я готова.
– Замечательно, – залпом допивая кофе, отозвался муж.
Как и ожидалось, пробраться на территорию военного объекта представителям фан-клуба не удалось. Впрочем, даже окажись они здесь, встреча всё равно бы не состоялась. Просто пересадки в какой-либо поджидающий снаружи кар не планировалось. Равно как и посещения здания космопорта.
Флагманский корабль мы покидали на знакомой «акуле». Я вновь оказалась в плену тугих ремней безопасности, и посвятила всю себя разглядыванию проплывающих за окном пейзажей.
Поначалу это была пустыня. Но вскоре она сменилась то ли полями, то ли лугами, а к пронзительной синеве неба добавился розоватый пух облаков. И очертания одной из двух сопровождающих Ритору лун проступили – зыбкие, но чарующие.
А спустя четверть часа на горизонте появилось довольно странное строение. Тот факт, что оно располагалось обособленно – просто некий гигантский объект посреди бескрайнего поля, – заставил удивлённо изогнуть бровь. Лично мне Генеральный штаб Риторы, куда мы в данный момент и направлялись, представлялся несколько иначе. Я думала, это какой-нибудь небоскрёб в центре мегаполиса, а тут…
– Что такое? – видя моё недоумение, мягко позвал Тамир, но я отмахнулась. Снова откинулась на спинку кресла и продолжила смотреть вперёд.
От понимания, что меня ждёт новая встреча с подчинёнными мужа, чуточку знобило. А вдруг эти окажутся не настолько лояльны, как команда флагмана?
Ещё пара минут полёта, и на экране приборной панели вспыхнуло окно с предупреждением о нарушении границ. Тамир тут же ввёл какой-то то ли код, то ли пароль, и красная надпись окрасилась в зелёный.
Но ещё через минуту ситуация повторилась. А потом опять. Не будь муж так спокоен, я бы решила, что его сняли с должности и закрыли доступ в Главный штаб. За то, например, что женился без одобрения родителей и дяди.
Однако по всему выходило, что несколько степеней проверки – норма, и я успокоилась. А когда «акула» приземлилась на широченной площадке, расположенной внутри этого массивного и, как оказалось, замкнутого здания, не смогла не улыбнуться.
Дело в том, что у меня чувство дежавю возникло – здесь, как и на флагмане, собралась довольно внушительная толпа встречающих. А предводитель делегации опять-таки держал цветы… Причём, тоже розы! Правда уже не алые, а оранжевые.
Тот, первый букет, кстати, был упакован и в данный момент лежал в багажнике. Но отказываться от второго я, конечно, не собиралась.
Дождавшись, когда Тамир выйдет, обогнёт «акулу» и распахнёт дверь, выбралась из кара. И улыбнулась шире – уже не просто наблюдая, а буквально ощущая кожей, повисший в воздухе позитив.
Через миг ощущение дежавю усилилось – в царящей вокруг тишине прозвучало очень слаженное и по-военному грозное:
– По-здра-вля-ем!
А за ним ещё более мощное:
– Ур-ра! Ур-ра! Ур-р-р-ра!
В общем, в большие стеклянные двери я входила сияя. С той же улыбкой, повинуясь жесту мужа, вошла в лифт. Ещё несколько минут, короткая прогулка по широкому коридору, и мы очутились в приёмной. Тут мне предстояло знакомство с адъютантом – очень вежливым и не слишком молодым офицером.
Дальше был, разумеется, кабинет. Огромный, выполненный в стиле близком к ультра-классике – Тамир, как поняла, в принципе такие интерьеры уважает. Следом – вежливый кивок и просьба не скучать. При том, что в моём распоряжении оставался планшет, скучать я действительно не собиралась.
Усадив меня на огромный диван, главнокомандующий улыбнулся и из кабинета вышел. Его ждали в одном из залов совещаний, мне же предстояло куковать тут.
Но скучать, повторюсь, не собиралась. Более того, я намеревалась заняться очень полезным делом – проверить наличие на Риторе любимых брендов и составить хотя бы предварительный заказ. Ведь одежды у меня, считай нет. Лишь то немногое, что успела купить перед вылетом.
И виртуальный шопинг вполне удался. В какой-то момент я засомневалась, подумала, что нужных магазинов на Риторе не окажется – ну мало ли! – однако, любимые бренды не подвели, я нашла практически всё, что хотела.
Однако полноценные заказы сделать всё-таки не получилось, пришлось ограничиться предварительными. Просто я адреса для доставки не знала – а смысл оплачивать, если не в курсе, куда всё купленное отвезти?
А покончив с одеждой, отыскала виртуальный магазин любимой косметической сети и новый, опять-таки предварительный, заказ сделала. И вот уже после этого отложила планшет и уделила внимание кабинету.
Он был просторным, довольно строгим и, как ни странно, уютным. Вначале я приписала ощущение уюта ультра-классическому стилю, но быстро поняла – нет. Суть заключалась в чём-то другом, каком-то малопонятном ощущении… Не сразу, но я всё-таки догадалась, что дело в некой обжитости, некоем не слишком логичном ощущении дома…
Мне пришлось обойти кабинет и заглянуть за каждую из найденных дверей, чтобы понять – Тамир тут временами ночует. Просто кроме оборудованной всем необходимым ванной, и пусть маленькой, но кухни, я отыскала что-то вроде гардеробной, где, помимо формы, нашлись одеяло, подушка и постельное бельё.
Такой трудовой энтузиазм… нет, лично мне он был понятен, но толику напряжения я всё-таки поймала. Надеюсь, Тамир с ночёвками в кабинете покончит? Просто муж, ночующий вне дома, в мою картину семейной жизни не вписывается.
Невольно хмурясь, я вернулась в кабинет и осмотрелась снова. Потом подошла к окну и застыла на несколько минут. И поняла: обособленность Генерального штаба – это совсем неплохо. Просто в мегаполисе такой синевы неба не увидишь.
Ещё минутка на получение эстетического удовольствия, и я повернулась, дабы окинуть взглядом стол. Он был не просто большим, а поистине гигантским – с планками отключённых в данный момент голографических экранов, с панелями вызова разной, как поняла, степени секретности, и… несколькими, заключёнными в антикварные рамки, фото.
Сами фото тоже в определённой степени к антиквариату относились – в том смысле, что они были не цифровыми, а самыми что ни на есть бумажными. Очень старомодная штука, хотя в ультра-классическом интерьере смотрится нормально.
Всех изображенных на фото людей я уже видела… Тут были родители, сёстры и Зария собственной персоной.
Последнее не задело, хотя заставило поморщиться. Я даже наклонилась, чтобы вглядеться в это фото, и с некоторым неудовольствием отметила – бывшая моего мужа действительно очень красива. Хотя стервозность, как ни крути, всё равно чувствуется.
Неужели Тамир этой стервозности не замечал? Или, может быть, именно эта черта его и привлекала?
От разглядывания изображения отвлёк вспыхнувший на одной из панелей огонёк. Он невольно напомнил о том, что время, отведённое на совещание, уже закончилось, то есть Тамир вот-вот вернётся.
Быть застуканной за разглядыванием фото Зарии совершенно не хотелось, и это стало поводом отстраниться, а потом и вовсе вернуться к дивану. Сесть, и сделать вид, будто я вообще не вставала. И вновь активировать планшет…
Едва экран вспыхнул, я заметила новый значок в верхней служебной панели. На моём планшете такой значок символизировал получение письма с пометкой «сверх срочно», именно поэтому, исключительно на рефлексе, я на этот значок нажала. Тут же увидела всплывшее окно «почтовика» и строгую надпись: «доступ запрещён!»
Вот только теперь поняла, что именно сделала, и слегка смутилась. А через миг, едва успела сообщение о доступе закрыть, дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился Тамир.
– Извини, – мягко сказал он. – Всё немного затянулось.
Я понимающе кивнула, а главнокомандующий Риторы прикрыл дверь, подарил улыбку и направился к рабочему столу. Он принёс и бросил на стол ещё один планшет, а потом обратил внимание на мигающий на панели огонёк.
Пара движений, и над столом вспыхнул голографический экран, а Тамир наклонился вперёд, явно вчитываясь в какое-то послание.
Муж стоял спиной к свету, поэтому рассмотреть его лицо было сложно. Но я всё равно заметила – Тамир хмурится.
– Что-то произошло? – вежливо поинтересовалась я.
– Так… – отмахнулся муж. Но через миг пояснил: – Разведка сообщает о скором прибытии четырёх диверсионных групп. Одна точно направится в «сектор-С», а три, судя по всему, попробуют поработать в Манкорсе.
– Зачем ты это сказал? – понимая, что сведения относятся к категории военной тайны, уточнила я.
Вот теперь, несмотря на прежнее освещение, точно видела – муж улыбается.
– А почему нет?
Я логики, честно говоря, не поняла, но кивнула. Потом поморщилась и призналась:
– Тамир, тут значок срочного сообщения появился, и я на него случайно нажала. Просто на моём собственном планшете настройка такая же, и…
Я замолчала, посчитав, что говорить про рефлекс как-то глупо. А Тамир подарил новую улыбку и осведомился:
– И что в письме?
– Понятия не имею, – ответила честно. – Оно не открылось.
– Да?
Тамир спросил, а я невольно скосила глаза на тот самый планшет и недоумённо приподняла брови. Просто значок со служебной панели исчез, и означать это могло лишь одно – письмо уже прочитано. Причём точно не мной.
Реакция Джуна задела так сильно, что заняла все мысли. Я даже о скором приземлении, которое грозило сильнейшим приступом паники, забыла. А чуть позже, утром, преисполнилась к бывшему огромной благодарности… Просто, вспомни я про посадку, то ни за что бы не уснула, а так…
Ещё до того, как Тамир выключил галавизор, я отложила планшет, забралась под одеяло и почти мгновенно уплыла в страну снов. Ну а когда открыла глаза, с недоумением осознала, что спальню заливает вовсе не искусственный, а самый что ни на есть настоящий дневной свет.
Внешняя стена была переведена в режим полной прозрачности, и там, снаружи, виделся вовсе не космос. Укрытая синим небом пустыня и блестящие корпуса военных звездолётов – вот, что меня ожидало.
Зрелище оказалось настолько красивым, что я, едва сев на кровати, замерла. И лишь спустя несколько минут осознала, что приземление уже состоялось.
Это осознание стало поводом выдохнуть и, вопреки логике, ощутить прилив панического жара. А потом устало покачать головой – Тамир! Отдавая распоряжения о скорости полёта и времени приземления он, безусловно, мою фобию учёл.
Я выдохнула ещё раз и отбросила одеяло, чтобы встать. Именно в этот момент дверь, отделявшая спальню от гостиной, отъехала в сторону, а в проёме появился Тамир.
Главнокомандующий всеми военными силами планеты был уже одет – причём в ту самую удивительно красивую форму, – весел и свеж. Первым что я услышала, стало:
– Добро пожаловать на Ритору.
Я невольно улыбнулась и кивнула. И тут же спросила:
– Сколько у меня времени?
– Сколько хочешь, – доброжелательно отозвался муж. И добавил: – Это моя компенсация за столь поспешный вылет с Занриса.
Мелочь? Безусловно да! Но всё равно приятно стало. Тем не менее, я сказала:
– Копаться дольше, чем следует, не стану.
Тамир подарил ещё одну улыбку и кивнул.
В этот раз мы завтракали не в каюте, а в столовой на верхнем ярусе – да, в той самой, где ели по прибытию на корабль. Только теперь никакой романтики в обстановке не наблюдалось – всё было как положено, по-военному строго и практично.
Кроме нас в зале присутствовали несколько офицеров из числа тех, с кем Тамир уже познакомил. Правда имён и званий я не помнила, только майора Кайлина опознала. И хотя поднимать тему не очень-то хотелось, окинув взглядом одетых в форму мужчин, уточнила:
– Тамир, а они на банкете были?
– Да, – отпив кофе, сказал муж. – В большинстве.
Я нахмурилась, припоминая события того вечера и пытаясь оценить количество гостей. Кажется, народу было всё-таки больше. А ещё, и я точно не путаю, на банкете присутствовали женщины.
– Но это не все гости? – вновь уточнила я.
– Не все, – признался Тамир. – Были ещё друзья, в том числе из гражданских, приглашенные на Занрис по случаю. Полагаю, они доберутся до Риторы через пару суток.
И опять – поднимать тему не хотелось! Ещё меньше хотелось думать о сбежавшей из Дворца Зарии. Но ситуация вызывала слишком сильное недоумение, чтобы промолчать.
– Тамир, а почему Занрис? Почему вы хотели пожениться именно там?
– Моё положение не позволяет покидать Ритору, когда вздумается, – указывая на очевидный факт, сказал Тамир. – Да и флагманский корабль, как понимаешь, не личный транспорт. Я посещал Занрис по делу, и было решено совместить.
– А почему не на Риторе? Неужели здесь нельзя организовать тайную регистрацию?
Тамир улыбнулся уголками губ, но в этой улыбке мелькнула грусть.
– Я племянник императора, – напомнил он. – На этой планете не найдётся регистратора, готового скрепить союз, не уведомив моего дядю. А если знает дядя, то знает и мама. Нам бы не позволили пожениться.
Муж отпил кофе, а я кивнула. И слегка удивилась, узнав, что это ещё не всё…
– К тому же юридическое право Риторы отличается от права Альянса. Как теперь понимаю, этот факт тоже значение имел.
Последняя фраза прозвучала странно и вызвала недоумение.
– А разве Ритора не в Альянсе? Просто в Сети написано, что она входит…
– В Альянсе, – подтвердил Тамир. – Однако права на собственное законодательство никто не отменял, и Ритора этим правом пользуется. Мы придерживаемся законов Альянса только в тех случаях, когда речь о внешней политике и взаимодействии с представителями других планет.
Ага… Вот только…
– То есть на меня юридическое право Риторы не распространяется? – спросила с надеждой. А что? Я же на другой планете родилась!
– Ты леди эр Руз, – улыбнувшись моей наивности, напомнил Тамир. – Впрочем, если не хочешь менять подданство…
Муж замолчал, а я нахмурилась снова – пыталась понять, чем упомянутое новое подданство грозит. Нет, соглашаясь на переезд, я совершенно об этом не думала. А теперь…
– А отличий много? – спросила я.
Вообще, читая о Риторе в Сети, никаких особенностей права не заметила – не встретила ничего такого, что могло удивить. По моим ощущениям выходило, что здесь всё также, как на родном Занрисе.
– По большому счёту нет, – сказал Тамир. – А тебя эти моменты вообще не коснутся.
– То есть подданство…
– Можешь менять, – подтвердил муж. – И будет объективно лучше, если сменишь. Так удобнее и проще. К тому же, по факту, тебе всё равно придётся подчиняться законам Риторы. – И напомнил: – Ты моя жена.
Я шумно вздохнула, но дать согласие не поспешила. Не потому, что почувствовала какой-то подвох – нет! Просто подобные вопросы суеты не терпят. Я пришла к выводу, что для начала свяжусь с Лейлой, чтобы подруга всё уточнила, потом проверю полученную информацию у Тамира, и вот тогда решу.
Желание уточнить, как именно законы Риторы связаны с решением регистрировать брак на Занрисе, тоже придержала. В конце концов, к моей жизни этот момент отношения не имеет, а Тамиру тема брюнетки явно была неприятна.
К тому же он… да-да, обещал! А если так, то обязательно расскажет.
С этой мыслью я отправила в рот последний кусочек сдобной булочки и, прожевав, сделала последний глоток чая. Потом откинулась на спинку стула и сказала:
– Всё. Я готова.
– Замечательно, – залпом допивая кофе, отозвался муж.
Как и ожидалось, пробраться на территорию военного объекта представителям фан-клуба не удалось. Впрочем, даже окажись они здесь, встреча всё равно бы не состоялась. Просто пересадки в какой-либо поджидающий снаружи кар не планировалось. Равно как и посещения здания космопорта.
Флагманский корабль мы покидали на знакомой «акуле». Я вновь оказалась в плену тугих ремней безопасности, и посвятила всю себя разглядыванию проплывающих за окном пейзажей.
Поначалу это была пустыня. Но вскоре она сменилась то ли полями, то ли лугами, а к пронзительной синеве неба добавился розоватый пух облаков. И очертания одной из двух сопровождающих Ритору лун проступили – зыбкие, но чарующие.
А спустя четверть часа на горизонте появилось довольно странное строение. Тот факт, что оно располагалось обособленно – просто некий гигантский объект посреди бескрайнего поля, – заставил удивлённо изогнуть бровь. Лично мне Генеральный штаб Риторы, куда мы в данный момент и направлялись, представлялся несколько иначе. Я думала, это какой-нибудь небоскрёб в центре мегаполиса, а тут…
– Что такое? – видя моё недоумение, мягко позвал Тамир, но я отмахнулась. Снова откинулась на спинку кресла и продолжила смотреть вперёд.
От понимания, что меня ждёт новая встреча с подчинёнными мужа, чуточку знобило. А вдруг эти окажутся не настолько лояльны, как команда флагмана?
Ещё пара минут полёта, и на экране приборной панели вспыхнуло окно с предупреждением о нарушении границ. Тамир тут же ввёл какой-то то ли код, то ли пароль, и красная надпись окрасилась в зелёный.
Но ещё через минуту ситуация повторилась. А потом опять. Не будь муж так спокоен, я бы решила, что его сняли с должности и закрыли доступ в Главный штаб. За то, например, что женился без одобрения родителей и дяди.
Однако по всему выходило, что несколько степеней проверки – норма, и я успокоилась. А когда «акула» приземлилась на широченной площадке, расположенной внутри этого массивного и, как оказалось, замкнутого здания, не смогла не улыбнуться.
Дело в том, что у меня чувство дежавю возникло – здесь, как и на флагмане, собралась довольно внушительная толпа встречающих. А предводитель делегации опять-таки держал цветы… Причём, тоже розы! Правда уже не алые, а оранжевые.
Тот, первый букет, кстати, был упакован и в данный момент лежал в багажнике. Но отказываться от второго я, конечно, не собиралась.
Дождавшись, когда Тамир выйдет, обогнёт «акулу» и распахнёт дверь, выбралась из кара. И улыбнулась шире – уже не просто наблюдая, а буквально ощущая кожей, повисший в воздухе позитив.
Через миг ощущение дежавю усилилось – в царящей вокруг тишине прозвучало очень слаженное и по-военному грозное:
– По-здра-вля-ем!
А за ним ещё более мощное:
– Ур-ра! Ур-ра! Ур-р-р-ра!
В общем, в большие стеклянные двери я входила сияя. С той же улыбкой, повинуясь жесту мужа, вошла в лифт. Ещё несколько минут, короткая прогулка по широкому коридору, и мы очутились в приёмной. Тут мне предстояло знакомство с адъютантом – очень вежливым и не слишком молодым офицером.
Дальше был, разумеется, кабинет. Огромный, выполненный в стиле близком к ультра-классике – Тамир, как поняла, в принципе такие интерьеры уважает. Следом – вежливый кивок и просьба не скучать. При том, что в моём распоряжении оставался планшет, скучать я действительно не собиралась.
Усадив меня на огромный диван, главнокомандующий улыбнулся и из кабинета вышел. Его ждали в одном из залов совещаний, мне же предстояло куковать тут.
Но скучать, повторюсь, не собиралась. Более того, я намеревалась заняться очень полезным делом – проверить наличие на Риторе любимых брендов и составить хотя бы предварительный заказ. Ведь одежды у меня, считай нет. Лишь то немногое, что успела купить перед вылетом.
И виртуальный шопинг вполне удался. В какой-то момент я засомневалась, подумала, что нужных магазинов на Риторе не окажется – ну мало ли! – однако, любимые бренды не подвели, я нашла практически всё, что хотела.
Однако полноценные заказы сделать всё-таки не получилось, пришлось ограничиться предварительными. Просто я адреса для доставки не знала – а смысл оплачивать, если не в курсе, куда всё купленное отвезти?
А покончив с одеждой, отыскала виртуальный магазин любимой косметической сети и новый, опять-таки предварительный, заказ сделала. И вот уже после этого отложила планшет и уделила внимание кабинету.
Он был просторным, довольно строгим и, как ни странно, уютным. Вначале я приписала ощущение уюта ультра-классическому стилю, но быстро поняла – нет. Суть заключалась в чём-то другом, каком-то малопонятном ощущении… Не сразу, но я всё-таки догадалась, что дело в некой обжитости, некоем не слишком логичном ощущении дома…
Мне пришлось обойти кабинет и заглянуть за каждую из найденных дверей, чтобы понять – Тамир тут временами ночует. Просто кроме оборудованной всем необходимым ванной, и пусть маленькой, но кухни, я отыскала что-то вроде гардеробной, где, помимо формы, нашлись одеяло, подушка и постельное бельё.
Такой трудовой энтузиазм… нет, лично мне он был понятен, но толику напряжения я всё-таки поймала. Надеюсь, Тамир с ночёвками в кабинете покончит? Просто муж, ночующий вне дома, в мою картину семейной жизни не вписывается.
Невольно хмурясь, я вернулась в кабинет и осмотрелась снова. Потом подошла к окну и застыла на несколько минут. И поняла: обособленность Генерального штаба – это совсем неплохо. Просто в мегаполисе такой синевы неба не увидишь.
Ещё минутка на получение эстетического удовольствия, и я повернулась, дабы окинуть взглядом стол. Он был не просто большим, а поистине гигантским – с планками отключённых в данный момент голографических экранов, с панелями вызова разной, как поняла, степени секретности, и… несколькими, заключёнными в антикварные рамки, фото.
Сами фото тоже в определённой степени к антиквариату относились – в том смысле, что они были не цифровыми, а самыми что ни на есть бумажными. Очень старомодная штука, хотя в ультра-классическом интерьере смотрится нормально.
Всех изображенных на фото людей я уже видела… Тут были родители, сёстры и Зария собственной персоной.
Последнее не задело, хотя заставило поморщиться. Я даже наклонилась, чтобы вглядеться в это фото, и с некоторым неудовольствием отметила – бывшая моего мужа действительно очень красива. Хотя стервозность, как ни крути, всё равно чувствуется.
Неужели Тамир этой стервозности не замечал? Или, может быть, именно эта черта его и привлекала?
От разглядывания изображения отвлёк вспыхнувший на одной из панелей огонёк. Он невольно напомнил о том, что время, отведённое на совещание, уже закончилось, то есть Тамир вот-вот вернётся.
Быть застуканной за разглядыванием фото Зарии совершенно не хотелось, и это стало поводом отстраниться, а потом и вовсе вернуться к дивану. Сесть, и сделать вид, будто я вообще не вставала. И вновь активировать планшет…
Едва экран вспыхнул, я заметила новый значок в верхней служебной панели. На моём планшете такой значок символизировал получение письма с пометкой «сверх срочно», именно поэтому, исключительно на рефлексе, я на этот значок нажала. Тут же увидела всплывшее окно «почтовика» и строгую надпись: «доступ запрещён!»
Вот только теперь поняла, что именно сделала, и слегка смутилась. А через миг, едва успела сообщение о доступе закрыть, дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился Тамир.
– Извини, – мягко сказал он. – Всё немного затянулось.
Я понимающе кивнула, а главнокомандующий Риторы прикрыл дверь, подарил улыбку и направился к рабочему столу. Он принёс и бросил на стол ещё один планшет, а потом обратил внимание на мигающий на панели огонёк.
Пара движений, и над столом вспыхнул голографический экран, а Тамир наклонился вперёд, явно вчитываясь в какое-то послание.
Муж стоял спиной к свету, поэтому рассмотреть его лицо было сложно. Но я всё равно заметила – Тамир хмурится.
– Что-то произошло? – вежливо поинтересовалась я.
– Так… – отмахнулся муж. Но через миг пояснил: – Разведка сообщает о скором прибытии четырёх диверсионных групп. Одна точно направится в «сектор-С», а три, судя по всему, попробуют поработать в Манкорсе.
– Зачем ты это сказал? – понимая, что сведения относятся к категории военной тайны, уточнила я.
Вот теперь, несмотря на прежнее освещение, точно видела – муж улыбается.
– А почему нет?
Я логики, честно говоря, не поняла, но кивнула. Потом поморщилась и призналась:
– Тамир, тут значок срочного сообщения появился, и я на него случайно нажала. Просто на моём собственном планшете настройка такая же, и…
Я замолчала, посчитав, что говорить про рефлекс как-то глупо. А Тамир подарил новую улыбку и осведомился:
– И что в письме?
– Понятия не имею, – ответила честно. – Оно не открылось.
– Да?
Тамир спросил, а я невольно скосила глаза на тот самый планшет и недоумённо приподняла брови. Просто значок со служебной панели исчез, и означать это могло лишь одно – письмо уже прочитано. Причём точно не мной.
