— Значит, ты просто решила подсмотреть за мной, – расстроено вздохнул он.
— Боже, неужели это неприятно?! – округлила она глаза.
— Идём, ты наверняка голодная, – подняв рубаху, сказал он.
— Ошибаешься.
— Ты ушла до того, как мы приготовили ужин, значит, ты ничего не ела, – остановился он рядом.
Крис держался и делал вид, что ничего в том, что он стоит полураздетым, нет. Однако, ловя каждый её взгляд, даже мимолётный, он нервничал. Крис давно не мальчишка, но чувствовал себя именно так. Причём даже не помнил, чтобы в юности так неловко чувствовал себя рядом с девушкой.
— По дороге сюда я наткнулась на старое дерево, богатое на живность.
— Ты ела жуков и личинок, хотя у нас было мясо?
— Оно было у вас, не у меня.
— Нужно было просто вернуться, никто не оставил бы тебя голодной.
— Всё нормально.
— Почему ты не вернулась?
— Я зашла слишком далеко.
— Ты заблудилась?!
— Нет, просто, – пожала она плечами, – уснула.
— Ты уснула?! – не веря, переспросил Крис. – Одна? В лесу? В полной темноте? Окружённая бог знает какими животными и существами?!
— Не за каждым деревом скрывается монстр, желающий крови.
— А мне кажется, что за каждым.
— Тогда почему ты без меча?
— Я вооружён, – сказал Крис, похлопав по ноге, в сапог которой прятал нож.
— И что ты сможешь сделать этим ножом?! Почистить зубы волколаку или упырю, чтобы смерть благородного рыцаря не была напрасной?!
— Ну вот, ты растоптала весь мой мужественный вид.
— Боже, а это был он?! Прости, я не поняла, что это был именно он, – прижав руку к груди, виновато сказала Эрин и коснулась его плеча. – Ты как? Держишься?
Крис посмотрел на её ладонь, будто это мираж. После воды кожа разогрелась, и от касания её холодных пальцев побежали мурашки. Волосы встали дыбом. Крис пока молчал, но давно заметил, что Эрин не произносила его имени. С другими ничего подобного не было. Она будто выделяла его из всех, держа дистанцию даже в такой мелочи. На этом фоне столь близкий контакт без необходимости был вопиющим.
— Нет, – скривился он, словно вот-вот заплачет.
— Увы, у меня нет жилетки, так что придётся идти плакать к Андэру, у него она точно есть.
— А может, мы оденем его жилет на тебя?
— Нет, он на меня велик, – к его разочарованию, убрала она руку.
— Ничего страшного, это ведь не штаны, что будут спадать, и не сапоги, которые натрут.
— Андэр во время твоих рыданий сможет дать дельный мужской совет.
— Я согласен и на женский.
— Нет, ты же мужчина, тебе бабский совет ни к чему.
— Ты ведь не бабка, а молодая женщина. У тебя же внуков ещё нет?!
— Нет, и детей тоже.
— Вот видишь, ты даже ещё мамкой не стала, не то что бабкой.
— А ты совсем скоро станешь дедком, – улыбнувшись, сказала Эрин.
— А вот и не стану! – гордо отвернув лицо, запротестовал Крис.
— У тебя же есть дочь. Совсем скоро она вырастет, влюбится, выйдет замуж, родит кричащих и визжащих в штанишки ходящих детей.
— Лоре только восемь.
— Это сейчас ей восемь, а пройдёт время, что ты даже не заметишь, и она будет стоять в окружении детворы.
— Нет!
— Ты запрёшь её в чулане и не позволишь видеть мальчиков?!
— Нет, конечно, я же не тиран.
— Тогда почему тебе так ненавистна мысль, что она обзаведётся своей семьёй?
— Я хочу, чтобы её жизнь была как можно дольше радостной и светлой, как сейчас.
— А когда она вырастет, радость бесследно исчезнет, а свет погаснет?
— Тогда она будет знать, какой наш мир на самом деле.
— Не всё в мире ужасно.
— Это говорит та, что совсем недавно описывала мир как что-то тёмное, страшное и ужасное?
— Я описывала не мир, а жизнь. И жизнь у каждого своя, и краски в ней разные.
— Какие краски у тебя?
— Самые тёмные и мрачные.
— Ты довольно весёлый человек для того, у кого такие краски.
— Надо же как-то бороться с тьмой, – Эрин улыбнулась, только вот Крис видел, что она фальшивая.
— И твоя борьба довольно заразная.
— То есть?
— Мы с тобой только две недели, а твоя манера общения преобладает и у нас.
— Две недели, и вы уже заразились?! Надо менять тактику.
— Будешь вести себя адекватно?
— Наверное… это невозможно, – ответила Эрин и, оттолкнувшись от дерева, пошла в сторону лагеря, с каждым шагом она водила головой вперёд и назад, словно утка.
— Эрин, что ты делаешь? – улыбнувшись, спросил он.
— Пробую новый метод, – остановившись, но не перестав двигать головой, ответила она.
— Это просто ужасный метод.
— А ты только представь, через две недели вы все будете так ходить. Для лучшего вида можно добавить ещё и «кря».
— Ты не настолько заразна.
— Да кря, идём кря, проверим кря, кря, – с серьезным видом, даже не усмехнувшись, сказала она.
— Мы умрём… со смеху раньше… чем пройдет нужное время, – сквозь смех сказал Крис.
— Кря! Кря? Кря, кря, кря.
— Если ты так вернёшься в лагерь, все решат, что ты сошла с ума.
— Кря, кря… кря, – прищурилась она, задумавшись, насколько это действительно так.
— Эрин, кря…
— Кря кря-я-я! – указав на него пальцем с довольной улыбкой, перебив, закричала она.
— Это не слово, и тебя никто не сможет понять.
— Кря?
— Да.
— Кря, кря… кря?! – сказала Эрин, тщательно выбирая интонацию.
— Уверен.
— Ты только что меня прекрасно понимал.
— Нет!
— Да!
— Эрин, нет.
— О да, благородный рыцарь.
— А я говорю нет.
— А я говорю да.
Не желая уступать друг другу, они начали возвращаться в лагерь. Их очередная ссора была приятной и на время вытеснила из мыслей вчерашний конфликт. Приблизившись к лагерю, Крис внезапно остановился.
— Ну что, сдаёшься? – остановившись чуть впереди, спросила Эрин, он же её веселья уже не разделял.
— Как только мы вернёмся… все накинутся на тебя.
— Знаю.
— Тебе придётся объяснить свой поступок.
— А это обязательно? – на мгновение неловко отвела она взгляд. Эрин знала, что сказать, но, по правде, не хотела этого делать. – Может, в унисон закрякаем, и всё забудется?
— От того, что ты скажешь, зависит наша совместная поездка.
— Ты хочешь меня прогнать?
— Не хочу, но, возможно, придётся. Доверие – важная часть группы.
— А со мной его нет.
— Ты отталкиваешь людей.
— И это тоже заразно.
— Эрин, я…
— Идём, будет что будет. Стоя здесь, мы ничего не изменим.
Проснувшись, рыцари один за другим сонно вышли на улицу. Холодный сырой ветер тут же набрасывался, прогоняя сон.
— Боже, я уже давно так сладко не спал, – лениво потягиваясь, сказал Годри.
— А по мне вечно что-то ползало, – почесав спину, пожаловался Николас.
— Есть что пожрать? – зло спросил Леон.
— Ты как? – беспокоясь, поинтересовался Эдгар.
— А как по-твоему?! – гаркнул он.
— А Крис где? – осмотревшись, спросил Андэр.
— Пошел к реке, – ответил Эдгар, расстроено смотря на Леона.
— А дрянь где? Надеюсь, в могиле, – спросил Леон, смотря на остатки похлёбки.
— Она сбежала, – ответил Годри.
— Пускай её сожрёт какая-нибудь тварь. Может, подохнет, отравившись.
— Я вынуждена тебя разочаровать, – выйдя вместе с Крисом из-за шатра, сказала Эрин. – Тварь осталась жива.
— У тебя хватило наглости вернуться?! – в ярости закричал он.
— Наглости, совести и ума у меня хватает.
— Забирай свои лохмотья и вали, пока я тебя не порубил на кусочки!
— Одной рукой это сделать будет очень сложно.
— Я сказал: пошла вон, тварь! – покраснев от злобы, закричал Леон.
— Не ты меня нанимал, и не тебе меня прогонять.
Крис молча стоял рядом. Хоть он и осуждал брошенные реплики Леона, он его понимал. А вот Эрин снова его озадачила. Только вчера она была так зла на Леона, что калечила, а сегодня с абсолютным спокойствием парирует его нападки. То, что она ловко перевела стрелки на него, Крис понял. Только обижаться на это не хотелось, как-никак этим она подчеркнула его главенство.
— Крис, мы договаривались! – с требованиями во взгляде сказал Леон.
— Действительно, Крис, скажи ей, – толкнув его в плечо, поддакнул Годри.
— Скажи мне, Крис, – повернувшись к нему, сказала Эрин, лишив его на время дара речи.
— Это ты скажи, – одумался он и вспомнил про рубаху, что так и нёс в руках. – Что случилось? Почему ты так реагируешь на прикосновения?
— Что её слушать! – возмутился Леон. – Она чуть не сломала мне руку! Да она воровка, в конце концов!
— Да, я воровка, – согласилась Эрин, а в её взгляде на миг промелькнула боль, которую она тут же скрыла. Отвернувшись, она немного прошла дальше, увеличивая расстояние между ними. – Уж прости, что в том возрасте, когда ты был под опекой родителей, я пыталась выжить как могла. И, как мне кажется, это моё прошлое дважды пошло вам на пользу.
— Не переводи стрелки на меня.
— Ты нападаешь на меня, вот я тебе и отвечаю. Раз за разом тебе что-то во мне не нравится, вечно бухтишь, как старая бабка.
— Так это я ещё во всём виноват?!
— Нет, но и твоя вина есть. Когда всё мирно, спокойно, ты всегда чем-то недоволен. А вот когда нужно было возвращать шкатулку, почему-то тихонько стоял в сторонке.
— Ты так…
— Вот именно, что я, Леон. Скажи, оно мне надо? Я уже дважды вернула вам шкатулку, и никто даже спасибо не сказал.
Рыцари, переглянувшись, потупили взгляд. Молчание повисло в воздухе, густое и ощутимое, как предгрозовая тишина. На это Леону ответить было нечего, но его гнев всё же не проходил.
— Я… – выпрямившись, расправив плечи, сказал Крис.
— Не надо, – перебила его Эрин. – Мне не нужна благодарность, просто… – Она устало провела рукой по шраму на брови. – Я понимаю, что всё не просто. Но всё, чего я прошу, немного доверия. За исключением вчерашнего инцидента, я не сделала вам ничего плохого.
— Это так, – согласился Андэр. – Но мы всё ещё ничего о тебе не знаем.
— А что вы хотите услышать? Что меня зовут Эрин Грайц, мне двадцать пять лет? Что я рано осталась сиротой? Что пять… – её голос предательски сорвался. – Что пять лет меня продавали, дарили, меняли, били, морили голодом, развлекались, натравливая собак и существ? – Она замолчала, чтобы унять дрожащий голос, и, смахнув всё же сорвавшиеся слезы, продолжила: – Что спаслась благодаря тому, что однажды на очередного хозяина напала тварь. А я спряталась неподалёку от коней. И если бы не Раин, то умерла бы с голоду на цепи, как собака.
— Нам очень жаль, – жалея, что они заставили её вспомнить это, сказал Эдгар.
— Теперь вам понятно моё поведение? – немного успокоившись, спросила Эрин. – Почему прикосновения вызывают страх и неконтролируемую злость?
— Это не оправдывает… – спокойно начал говорить Леон.
— Ты причинил мне боль! – крикнула Эрин. – Как ты объяснишь свой поступок?
— Я не думал…
— Ты не думал, что физически гораздо превосходишь меня?
— Извини, – опустил он глаза.
— А теперь моя очередь слушать, – Эрин повернулась к Крису. – Ты нанял меня, тебе и решать, нужна ли я вам ещё.
— А ты после всего согласишься ехать? – спросил Крис, не сумев скрыть надежду в голосе.
— Возможно, но прежде чем решать, буду я, мне нужно знать, стоит ли мне вообще об этом думать. Ответ мне нужен сейчас.
— Ты куда-то спешишь? – осторожно спросил Эдгар.
— До того, как я поехала с вами, я направлялась в порт Кантон. И пока мы не далеко от тропы в ту сторону, мне нужно знать, чтобы потом не пришлось возвращаться.
— Нам жизненно необходим проводник. За сложившуюся ситуацию я доплачу, – не став советоваться с другими, сказал Крис.
— Ты мне ещё тех денег не заплатил, а уже доплачиваешь?
— Эрин, у нас нет сейчас нужной суммы, но по возвращению домой я всё выплачу.
— По возвращению домой?! – вскинула она брови.
— Я всё выплачу.
— Хм-м, помнится, ты говорил, что заплатишь, когда мы приедем в Дарброк. А теперь уже по возвращению домой?
— А разве это проблема, ты же проводник? – спросил Андэр.
— Да, проводник, который должен пройти туда и назад весь остров ради призрачных денег.
— Вот, возьми пока, – сняв с шеи крестик, Крис протянул его ей. – Это крестик моей мамы, она дала его мне на удачу.
— И ты отдаешь его мне? – недоверчиво спросила Эрин. Будь медальон матери даже простым, она бы ни за что не отдала бы его даже на время.
— Да, – без сомнений ответил Крис. – Моя удача – встретить проводника. Но ты права, я должен дать тебе какой-то аванс, чтобы развеять твои сомнения. Этот крестик будет у тебя как залог. Как только я смогу, то выкуплю его, заплатив всю оговоренную сумму.
— Тридцать золотых монет, – уточнила Эрин.
— Шестьдесят золотых монет. Тридцать в ту сторону и тридцать назад плюс доплата.
— Крис – это целое состояние! – сказал ошарашенный Годри.
— Твоя жизнь стоит меньше?
— Нет.
— В таком случае нужно собираться, – взяв крестик, сказала Эрин.
— Может, хоть сегодня мы сначала поедим? – спросил Николас.
— Это решать нашему проводнику.
— Если вы очень хотите, то… – посмотрев на умоляющие взгляды, ответила она.
— Ура, завтрак! У нас вчера немного мяса осталось? – радостно закричали Николас с Годри.
— Мы быстренько пожарим и в путь, – проверив пригодность мяса, заверил Эдгар.
— Вы готовьте, а я пока соберу овощей в дорогу, – пряча крестик во внутренний карман куртки, сказала Эрин.
— Да, точно, блин, я уже совсем забыл.
— Я помогу, а ты готовь да повкуснее, – оглядываясь в поисках, куда можно собирать овощи, сказал Андэр.
— Когда это я не вкусно готовил? – замер от возмущения спросил Эдгар.
— Вчера, например. Эрин, похлёбка была просто ужасна, – отходя от него подальше, признался он.
— Если бы у меня были овощи и специи, вы бы и пальцы съели, – в поисках, чтобы запустить в наглеца, сказал Эдгар.
— А куда мы будем собирать овощи? – спеша побыстрее уйти, спросил Андэр.
— У меня есть мешок в седельной сумке.
— Вот видно, что ты отличная женщина.
— С чего это? – немного нахмурив брови, спросила Эрин.
— Хозяйственная ты, есть всё на все случаи жизни.
— А может, я спрашивала, почему вдруг я с девушки превратилась в женщину? – достав мешок, спросила она.
— Ну… девушка, женщина, какая разница, – попытался он выкрутиться.
— Для представительниц женского пола, в независимости от возраста, подобные деления имеют огромную разницу и величайшее значение, – постояв, перед тем как идти, дразня его нервы, сказала Эрин.
— Да?
— Да! И не делайте вид, что вы этого не знали.
— А может, я действительно не знал.
— Не косите под Годри, – убедившись, что он её не услышит, сказала Эрин.
— Почему именно под Годри?
— Николас не лучше.
Собрав как можно больше овощей и достаточно плотно позавтракав, они выехали в путь под уже яркими лучами солнца.
Лес постепенно редел, всё чаще переходя в бесконечные поля. Передвигаться так было легче и быстрее, но ночи становились опаснее. На открытой местности их одинокий костёр видно было издалека. Однако следующие два дня прошли удивительно спокойно. После рассказа Эрин все бузотёры утихли и старались лишний раз не дёргать её. Ехать без ссор и, к счастью, без нежелательных встреч оказалось куда приятнее и веселее.
— Эрин, можно поинтересоваться? – подъехав ближе, спросил Эдгар.
— Нет, нельзя, – величественно приподняв подбородок и продолжив смотреть вперёд, ответила она.
— С тобой всё в порядке? – прищурился он.
— А с чего ты взял, что нет?
— Я тебя обидел?
— Да вроде нет, – нахмурившись, вспоминая, сказала Эрин.
— Тогда почему ты так реагируешь на мой вопрос?
— Боже, неужели это неприятно?! – округлила она глаза.
— Идём, ты наверняка голодная, – подняв рубаху, сказал он.
— Ошибаешься.
— Ты ушла до того, как мы приготовили ужин, значит, ты ничего не ела, – остановился он рядом.
Крис держался и делал вид, что ничего в том, что он стоит полураздетым, нет. Однако, ловя каждый её взгляд, даже мимолётный, он нервничал. Крис давно не мальчишка, но чувствовал себя именно так. Причём даже не помнил, чтобы в юности так неловко чувствовал себя рядом с девушкой.
— По дороге сюда я наткнулась на старое дерево, богатое на живность.
— Ты ела жуков и личинок, хотя у нас было мясо?
— Оно было у вас, не у меня.
— Нужно было просто вернуться, никто не оставил бы тебя голодной.
— Всё нормально.
— Почему ты не вернулась?
— Я зашла слишком далеко.
— Ты заблудилась?!
— Нет, просто, – пожала она плечами, – уснула.
— Ты уснула?! – не веря, переспросил Крис. – Одна? В лесу? В полной темноте? Окружённая бог знает какими животными и существами?!
— Не за каждым деревом скрывается монстр, желающий крови.
— А мне кажется, что за каждым.
— Тогда почему ты без меча?
— Я вооружён, – сказал Крис, похлопав по ноге, в сапог которой прятал нож.
— И что ты сможешь сделать этим ножом?! Почистить зубы волколаку или упырю, чтобы смерть благородного рыцаря не была напрасной?!
— Ну вот, ты растоптала весь мой мужественный вид.
— Боже, а это был он?! Прости, я не поняла, что это был именно он, – прижав руку к груди, виновато сказала Эрин и коснулась его плеча. – Ты как? Держишься?
Крис посмотрел на её ладонь, будто это мираж. После воды кожа разогрелась, и от касания её холодных пальцев побежали мурашки. Волосы встали дыбом. Крис пока молчал, но давно заметил, что Эрин не произносила его имени. С другими ничего подобного не было. Она будто выделяла его из всех, держа дистанцию даже в такой мелочи. На этом фоне столь близкий контакт без необходимости был вопиющим.
— Нет, – скривился он, словно вот-вот заплачет.
— Увы, у меня нет жилетки, так что придётся идти плакать к Андэру, у него она точно есть.
— А может, мы оденем его жилет на тебя?
— Нет, он на меня велик, – к его разочарованию, убрала она руку.
— Ничего страшного, это ведь не штаны, что будут спадать, и не сапоги, которые натрут.
— Андэр во время твоих рыданий сможет дать дельный мужской совет.
— Я согласен и на женский.
— Нет, ты же мужчина, тебе бабский совет ни к чему.
— Ты ведь не бабка, а молодая женщина. У тебя же внуков ещё нет?!
— Нет, и детей тоже.
— Вот видишь, ты даже ещё мамкой не стала, не то что бабкой.
— А ты совсем скоро станешь дедком, – улыбнувшись, сказала Эрин.
— А вот и не стану! – гордо отвернув лицо, запротестовал Крис.
— У тебя же есть дочь. Совсем скоро она вырастет, влюбится, выйдет замуж, родит кричащих и визжащих в штанишки ходящих детей.
— Лоре только восемь.
— Это сейчас ей восемь, а пройдёт время, что ты даже не заметишь, и она будет стоять в окружении детворы.
— Нет!
— Ты запрёшь её в чулане и не позволишь видеть мальчиков?!
— Нет, конечно, я же не тиран.
— Тогда почему тебе так ненавистна мысль, что она обзаведётся своей семьёй?
— Я хочу, чтобы её жизнь была как можно дольше радостной и светлой, как сейчас.
— А когда она вырастет, радость бесследно исчезнет, а свет погаснет?
— Тогда она будет знать, какой наш мир на самом деле.
— Не всё в мире ужасно.
— Это говорит та, что совсем недавно описывала мир как что-то тёмное, страшное и ужасное?
— Я описывала не мир, а жизнь. И жизнь у каждого своя, и краски в ней разные.
— Какие краски у тебя?
— Самые тёмные и мрачные.
— Ты довольно весёлый человек для того, у кого такие краски.
— Надо же как-то бороться с тьмой, – Эрин улыбнулась, только вот Крис видел, что она фальшивая.
— И твоя борьба довольно заразная.
— То есть?
— Мы с тобой только две недели, а твоя манера общения преобладает и у нас.
— Две недели, и вы уже заразились?! Надо менять тактику.
— Будешь вести себя адекватно?
— Наверное… это невозможно, – ответила Эрин и, оттолкнувшись от дерева, пошла в сторону лагеря, с каждым шагом она водила головой вперёд и назад, словно утка.
— Эрин, что ты делаешь? – улыбнувшись, спросил он.
— Пробую новый метод, – остановившись, но не перестав двигать головой, ответила она.
— Это просто ужасный метод.
— А ты только представь, через две недели вы все будете так ходить. Для лучшего вида можно добавить ещё и «кря».
— Ты не настолько заразна.
— Да кря, идём кря, проверим кря, кря, – с серьезным видом, даже не усмехнувшись, сказала она.
— Мы умрём… со смеху раньше… чем пройдет нужное время, – сквозь смех сказал Крис.
— Кря! Кря? Кря, кря, кря.
— Если ты так вернёшься в лагерь, все решат, что ты сошла с ума.
— Кря, кря… кря, – прищурилась она, задумавшись, насколько это действительно так.
— Эрин, кря…
— Кря кря-я-я! – указав на него пальцем с довольной улыбкой, перебив, закричала она.
— Это не слово, и тебя никто не сможет понять.
— Кря?
— Да.
— Кря, кря… кря?! – сказала Эрин, тщательно выбирая интонацию.
— Уверен.
— Ты только что меня прекрасно понимал.
— Нет!
— Да!
— Эрин, нет.
— О да, благородный рыцарь.
— А я говорю нет.
— А я говорю да.
Не желая уступать друг другу, они начали возвращаться в лагерь. Их очередная ссора была приятной и на время вытеснила из мыслей вчерашний конфликт. Приблизившись к лагерю, Крис внезапно остановился.
— Ну что, сдаёшься? – остановившись чуть впереди, спросила Эрин, он же её веселья уже не разделял.
— Как только мы вернёмся… все накинутся на тебя.
— Знаю.
— Тебе придётся объяснить свой поступок.
— А это обязательно? – на мгновение неловко отвела она взгляд. Эрин знала, что сказать, но, по правде, не хотела этого делать. – Может, в унисон закрякаем, и всё забудется?
— От того, что ты скажешь, зависит наша совместная поездка.
— Ты хочешь меня прогнать?
— Не хочу, но, возможно, придётся. Доверие – важная часть группы.
— А со мной его нет.
— Ты отталкиваешь людей.
— И это тоже заразно.
— Эрин, я…
— Идём, будет что будет. Стоя здесь, мы ничего не изменим.
***
Проснувшись, рыцари один за другим сонно вышли на улицу. Холодный сырой ветер тут же набрасывался, прогоняя сон.
— Боже, я уже давно так сладко не спал, – лениво потягиваясь, сказал Годри.
— А по мне вечно что-то ползало, – почесав спину, пожаловался Николас.
— Есть что пожрать? – зло спросил Леон.
— Ты как? – беспокоясь, поинтересовался Эдгар.
— А как по-твоему?! – гаркнул он.
— А Крис где? – осмотревшись, спросил Андэр.
— Пошел к реке, – ответил Эдгар, расстроено смотря на Леона.
— А дрянь где? Надеюсь, в могиле, – спросил Леон, смотря на остатки похлёбки.
— Она сбежала, – ответил Годри.
— Пускай её сожрёт какая-нибудь тварь. Может, подохнет, отравившись.
— Я вынуждена тебя разочаровать, – выйдя вместе с Крисом из-за шатра, сказала Эрин. – Тварь осталась жива.
— У тебя хватило наглости вернуться?! – в ярости закричал он.
— Наглости, совести и ума у меня хватает.
— Забирай свои лохмотья и вали, пока я тебя не порубил на кусочки!
— Одной рукой это сделать будет очень сложно.
— Я сказал: пошла вон, тварь! – покраснев от злобы, закричал Леон.
— Не ты меня нанимал, и не тебе меня прогонять.
Крис молча стоял рядом. Хоть он и осуждал брошенные реплики Леона, он его понимал. А вот Эрин снова его озадачила. Только вчера она была так зла на Леона, что калечила, а сегодня с абсолютным спокойствием парирует его нападки. То, что она ловко перевела стрелки на него, Крис понял. Только обижаться на это не хотелось, как-никак этим она подчеркнула его главенство.
— Крис, мы договаривались! – с требованиями во взгляде сказал Леон.
— Действительно, Крис, скажи ей, – толкнув его в плечо, поддакнул Годри.
— Скажи мне, Крис, – повернувшись к нему, сказала Эрин, лишив его на время дара речи.
— Это ты скажи, – одумался он и вспомнил про рубаху, что так и нёс в руках. – Что случилось? Почему ты так реагируешь на прикосновения?
— Что её слушать! – возмутился Леон. – Она чуть не сломала мне руку! Да она воровка, в конце концов!
— Да, я воровка, – согласилась Эрин, а в её взгляде на миг промелькнула боль, которую она тут же скрыла. Отвернувшись, она немного прошла дальше, увеличивая расстояние между ними. – Уж прости, что в том возрасте, когда ты был под опекой родителей, я пыталась выжить как могла. И, как мне кажется, это моё прошлое дважды пошло вам на пользу.
— Не переводи стрелки на меня.
— Ты нападаешь на меня, вот я тебе и отвечаю. Раз за разом тебе что-то во мне не нравится, вечно бухтишь, как старая бабка.
— Так это я ещё во всём виноват?!
— Нет, но и твоя вина есть. Когда всё мирно, спокойно, ты всегда чем-то недоволен. А вот когда нужно было возвращать шкатулку, почему-то тихонько стоял в сторонке.
— Ты так…
— Вот именно, что я, Леон. Скажи, оно мне надо? Я уже дважды вернула вам шкатулку, и никто даже спасибо не сказал.
Рыцари, переглянувшись, потупили взгляд. Молчание повисло в воздухе, густое и ощутимое, как предгрозовая тишина. На это Леону ответить было нечего, но его гнев всё же не проходил.
— Я… – выпрямившись, расправив плечи, сказал Крис.
— Не надо, – перебила его Эрин. – Мне не нужна благодарность, просто… – Она устало провела рукой по шраму на брови. – Я понимаю, что всё не просто. Но всё, чего я прошу, немного доверия. За исключением вчерашнего инцидента, я не сделала вам ничего плохого.
— Это так, – согласился Андэр. – Но мы всё ещё ничего о тебе не знаем.
— А что вы хотите услышать? Что меня зовут Эрин Грайц, мне двадцать пять лет? Что я рано осталась сиротой? Что пять… – её голос предательски сорвался. – Что пять лет меня продавали, дарили, меняли, били, морили голодом, развлекались, натравливая собак и существ? – Она замолчала, чтобы унять дрожащий голос, и, смахнув всё же сорвавшиеся слезы, продолжила: – Что спаслась благодаря тому, что однажды на очередного хозяина напала тварь. А я спряталась неподалёку от коней. И если бы не Раин, то умерла бы с голоду на цепи, как собака.
— Нам очень жаль, – жалея, что они заставили её вспомнить это, сказал Эдгар.
— Теперь вам понятно моё поведение? – немного успокоившись, спросила Эрин. – Почему прикосновения вызывают страх и неконтролируемую злость?
— Это не оправдывает… – спокойно начал говорить Леон.
— Ты причинил мне боль! – крикнула Эрин. – Как ты объяснишь свой поступок?
— Я не думал…
— Ты не думал, что физически гораздо превосходишь меня?
— Извини, – опустил он глаза.
— А теперь моя очередь слушать, – Эрин повернулась к Крису. – Ты нанял меня, тебе и решать, нужна ли я вам ещё.
— А ты после всего согласишься ехать? – спросил Крис, не сумев скрыть надежду в голосе.
— Возможно, но прежде чем решать, буду я, мне нужно знать, стоит ли мне вообще об этом думать. Ответ мне нужен сейчас.
— Ты куда-то спешишь? – осторожно спросил Эдгар.
— До того, как я поехала с вами, я направлялась в порт Кантон. И пока мы не далеко от тропы в ту сторону, мне нужно знать, чтобы потом не пришлось возвращаться.
— Нам жизненно необходим проводник. За сложившуюся ситуацию я доплачу, – не став советоваться с другими, сказал Крис.
— Ты мне ещё тех денег не заплатил, а уже доплачиваешь?
— Эрин, у нас нет сейчас нужной суммы, но по возвращению домой я всё выплачу.
— По возвращению домой?! – вскинула она брови.
— Я всё выплачу.
— Хм-м, помнится, ты говорил, что заплатишь, когда мы приедем в Дарброк. А теперь уже по возвращению домой?
— А разве это проблема, ты же проводник? – спросил Андэр.
— Да, проводник, который должен пройти туда и назад весь остров ради призрачных денег.
— Вот, возьми пока, – сняв с шеи крестик, Крис протянул его ей. – Это крестик моей мамы, она дала его мне на удачу.
— И ты отдаешь его мне? – недоверчиво спросила Эрин. Будь медальон матери даже простым, она бы ни за что не отдала бы его даже на время.
— Да, – без сомнений ответил Крис. – Моя удача – встретить проводника. Но ты права, я должен дать тебе какой-то аванс, чтобы развеять твои сомнения. Этот крестик будет у тебя как залог. Как только я смогу, то выкуплю его, заплатив всю оговоренную сумму.
— Тридцать золотых монет, – уточнила Эрин.
— Шестьдесят золотых монет. Тридцать в ту сторону и тридцать назад плюс доплата.
— Крис – это целое состояние! – сказал ошарашенный Годри.
— Твоя жизнь стоит меньше?
— Нет.
— В таком случае нужно собираться, – взяв крестик, сказала Эрин.
— Может, хоть сегодня мы сначала поедим? – спросил Николас.
— Это решать нашему проводнику.
— Если вы очень хотите, то… – посмотрев на умоляющие взгляды, ответила она.
— Ура, завтрак! У нас вчера немного мяса осталось? – радостно закричали Николас с Годри.
— Мы быстренько пожарим и в путь, – проверив пригодность мяса, заверил Эдгар.
— Вы готовьте, а я пока соберу овощей в дорогу, – пряча крестик во внутренний карман куртки, сказала Эрин.
— Да, точно, блин, я уже совсем забыл.
— Я помогу, а ты готовь да повкуснее, – оглядываясь в поисках, куда можно собирать овощи, сказал Андэр.
— Когда это я не вкусно готовил? – замер от возмущения спросил Эдгар.
— Вчера, например. Эрин, похлёбка была просто ужасна, – отходя от него подальше, признался он.
— Если бы у меня были овощи и специи, вы бы и пальцы съели, – в поисках, чтобы запустить в наглеца, сказал Эдгар.
— А куда мы будем собирать овощи? – спеша побыстрее уйти, спросил Андэр.
— У меня есть мешок в седельной сумке.
— Вот видно, что ты отличная женщина.
— С чего это? – немного нахмурив брови, спросила Эрин.
— Хозяйственная ты, есть всё на все случаи жизни.
— А может, я спрашивала, почему вдруг я с девушки превратилась в женщину? – достав мешок, спросила она.
— Ну… девушка, женщина, какая разница, – попытался он выкрутиться.
— Для представительниц женского пола, в независимости от возраста, подобные деления имеют огромную разницу и величайшее значение, – постояв, перед тем как идти, дразня его нервы, сказала Эрин.
— Да?
— Да! И не делайте вид, что вы этого не знали.
— А может, я действительно не знал.
— Не косите под Годри, – убедившись, что он её не услышит, сказала Эрин.
— Почему именно под Годри?
— Николас не лучше.
Собрав как можно больше овощей и достаточно плотно позавтракав, они выехали в путь под уже яркими лучами солнца.
Прода от 10.06.2026, 07:54
Глава 13
Лес постепенно редел, всё чаще переходя в бесконечные поля. Передвигаться так было легче и быстрее, но ночи становились опаснее. На открытой местности их одинокий костёр видно было издалека. Однако следующие два дня прошли удивительно спокойно. После рассказа Эрин все бузотёры утихли и старались лишний раз не дёргать её. Ехать без ссор и, к счастью, без нежелательных встреч оказалось куда приятнее и веселее.
— Эрин, можно поинтересоваться? – подъехав ближе, спросил Эдгар.
— Нет, нельзя, – величественно приподняв подбородок и продолжив смотреть вперёд, ответила она.
— С тобой всё в порядке? – прищурился он.
— А с чего ты взял, что нет?
— Я тебя обидел?
— Да вроде нет, – нахмурившись, вспоминая, сказала Эрин.
— Тогда почему ты так реагируешь на мой вопрос?
