Вопар

Вот тут Максим не позволил своей одаренной действовать дальше, развернул к себе лицом и поцеловал. Мама Аня говорила о мягком пробуждении, словно ото сна. Ковалев довольно улыбнулся про себя, продолжая ласкать губы девушки. Чем не мягкое пробуждение? Она растерянно захлопала глазами, выпрямилась, затем расслабилась и обняла его в ответ.
        Маргарита выплыла из неприятных тяжелых воспоминаний, отступивших подобно сну под натиском восхитительной реальности, и не ошиблась. Максим целовал ее нежно, так словно она была невероятной ценностью хрупкой и ранимой. Он не столько вызывал в ней ответ, сколько заставлял пробудиться. Осознав последний факт, Вишневская прерывисто вздохнула ему в губы.
        - Я в сознании, можешь больше не стараться, - почти не отрываясь прошептала она. Максим с улыбкой отстранился. Он был более чем уверен, что такая его реакция вызовет искреннюю обиду, и это веселило. Пусть пообижается, сейчас угоном заняться не помешает. Ковалев склонился к уху девушки.
        - Маргаритка, покажи интересный фильм.
        У девушки против воли вырвался тихий смешок. Несмотря на навалившуюся от пережитого усталость, она сосредоточилась и исполнила просьбу своего следователя. Ковалев с тихим вздохом погрузился в чужие воспоминания.
        Макс был более чем уверен, что ни один одаренный мент не сумеет поймать его след. Все чисто. Несмотря на то, что мужик пострадал не так сильно, как планировалось, составить точный портрет вряд ли сможет. Макс похож еще на сотню таких же, как он, парней. Поди, угадай, кто из них сидел за рулем Tiguan, к тому же при ночном уличном освещении. Черта с два!
        Погано, что к заказчику за второй половиной суммы не сунешься. Вот если бы девица сдохла, а так... Макс никогда не был откровенным кретином. Когда тебя нанимают пришить бабу мента, соглашаешься только по причине полного отчаяния, а, не выполнив заказ, забираешь сколько заплатили, манатки и исчезаешь. Он и исчез. Кто его тут искать станет?
        Ковалев глубоко вдохнул, выныривая на поверхность собственного сознания. Опасения оправдались - парень при себе имел не только огнестрельное, еще и лезвием (11) обзавелся. Кретин.
        Рабочая группа прибыла оперативно. Мама Аня снова постаралась. Максим сдал Цветок на попечение Петьки и велел им отсиживаться в танке Палыча, на всякий случай пообещал Петру голову отвинтить, если что с девчонкой случится.
        Миронов, недовольно морщась от тяжести бронежилета, присел у двери, сощурился, коснулся пальцами порога, затем поднялся и безошибочно нажал звонок. Несколько минут спустя из-за двери раздался женский голос.
        - Да?
        - Я прошу прощения, - сходу немного грубовато начал Илья. - Это не Вашего кота там сейчас на улице сбили? Соседка сказала, что Ваш. Он живой еще.
        Испуганное восклицание и щелкнувший замок как нельзя лучше рассказали, насколько точны действия одаренного психолога. Макс дернул на себя испуганную женщину и зажал ей рот ладонью, показывая документы. Она оторопело кивнула и уставилась на двух других сотрудников. Выяснить у хозяйки невредимого кота, в какой комнате недавно появился молодой мужчина со сколиозом, не составило труда - яркую примету ему подарила Маргаритка, причем сама того не подозревая.
        Ковалев шел первым. Третья дверь налево по коридору.
        Миронов привычно прижался к стене со стороны петель, завел за себя хозяйку кота, вытянул руку и дважды постучал. Чуть меньше минуты спустя с той стороны прозвучал недовольный мужской голос.
        - Чего?
        - Позови Аринку. Пусть вещи свои с сушилки снимет. Сколько можно?
        Макс краем сознания поаплодировал актерским талантам женщины.
        - Появится, передам.
        - Еще я ее не ждала! Забирай сам или повыкидываю нахрен! - разошлась кошатница.
        Угроза и неподдельный тон случайной помощницы возымели действие, щелкнул замок. Миронов вмиг оттолкнул женщину подальше и дернул на себя дверь. Макс повалил парня на пол...
       
        Маргарита сидела на заднем сиденье и непрерывно постукивала ногой по полу. Челюсти сжимались сами собой, а желудок ныл. Никогда в жизни она еще так не психовала. Сейчас было наплевать и на собственную обиду, и на его заносчивость, лишь бы не случилось с ним ничего, лишь бы живой остался. Она никогда как-то в полной мере не воспринимала Максима как человека, который в самом деле рискует жизнью. То есть да, умом понимала, но сама лично ощущения такого не испытывала, даже после аварии чувствовала совершенно иное. И вот теперь до девушки вдруг дошло, что он вполне реально, сознательно идет туда, где с ним может случиться что-то нехорошее или страшное. Маргарита с новой силой застучала носком по полу, поймала на себе понимающий взгляд водителя. На Петра она старалась не смотреть. Макс ему зачем-то идиотскую угрозу выдал, чем симпатии уж точно не прибавил.
        Вишневская в бессилии откинулась на спинку и прикрыла глаза. Он ведь в здании вот, напротив, не так уж и далеко, быть может выйдет уловить его присутствие, тень его спокойного рассудительного и трезвого ума. Девушка в отчаянии заломила пальцы и сосредоточилась, взывая не столько к своим силам, сколько к странно высокому и неизвестному. Она и сама толком не поняла, что это было: то ли мольба, то ли попытка сотворить невозможное. Как бы то ни было, у нее получилось.
        Для начала грудь затопила волна острой легкости, покоя и почему-то всепрощения. Настолько сильной Маргарита себя не ощущала еще никогда. Воспользовавшись удивительным мгновением, она мысленно отчаянно выкрикнула ставшее за последние дни родным имя, и этот крик оглушил ее саму, ну а после... После она увидела его, вот только не совсем своими глазами.
        Марина обожала Алика. Перс, которого четыре года назад подарила дочка, прижился и практически заменил ей ребенка. Она, в общем, и любила его словно ребенка. Маленький домашний пушистый поганец, она обожала его. Только сучка Ариша приперла очередного мужика, он ее Алика на улицу выкинул. Марина в очередной раз постаралась удержаться от нелестных эпитетов, кои от тихой ненависти и бессильной злобы непроизвольно рождались в мыслях. Второй день она искала малыша и по подвалам лазила, где только не была, только без толку.
        Маргарита ощущала гнев женщины и животный страх перед этими четырьмя полицейскими, а перед уродом Аришиным больше всего. Марина все никак не могла представить, как повторит условленные фразы. Боже, она даже последовательность слов никак восстановить не могла. Вишневская надавила изнутри на психику женщины, заставила успокоиться и, мягко вызвав нужные воспоминания, возмущенно уверенно произнесла:
        - Позови Аринку. Пусть вещи свои с сушилки снимет. Сколько можно? - голос был выше ее собственного, странно говорить устами другого человека.
        - Появится, передам.
        - Еще я ее не ждала! Забирай сам или повыкидываю нахрен! - Маргарита отчетливо чувствовала, что парень за дверью не желает окончательно идти на конфликт, не хочет привлекать к себе внимание. Он откроет. Вишневская была уверена, и не ошиблась, он открыл. Дальше Марина убежала, но то, что сумела увидеть Рита ее глазами, заставило вздохнуть с облегчением.
        Девушка вернулась в свое тело и обессилено растеклась по сиденью. Пальцы рук и ног отказывались шевелиться, она будто работала несколько суток на износ. Кажется, даже притока крови к конечностям не было, кожу покалывало. С трудом разлепила веки и огляделась вокруг. Ни водитель, ни ее охранник, каждый занятый своими раздумьями, не обратили внимания на странное поведение временной подопечной.
       

Глава 13

        Маргарита наблюдала, как Петр помог сотруднику полиции усадить задержанного в машину и направился обратно в подъезд. Девушка тихо вздохнула, слабость от содеянного все еще не покинула тело, даже пальцы сгибать выходило с трудом, они казались ватными и немного припухли.
        Макс еще на выходе ощутил, что с ней не все в порядке, причем он понятия не имел каким образом ощутил это, просто знал, без объяснений. Петьку отправил помогать Илье, сам же дошел до машины Палыча, остановился рядом с задней дверью и, склонившись, рассмотрел осунувшееся бледное, но до чертиков удовлетворенное личико. Зеленые глаза настороженно рассматривали его, сознания коснулось мягкое, слабое, практически незаметное прикосновение. Ковалев сердито сощурился и не пропустил Цветок в свои мысли. В голову закрались подозрения, подтверждать кои совершенно не хотелось, вот только шанс ошибиться явно не велик. Барышня "я все сделаю сама, я взрослая" помогла ему, осталось лишь выяснить как. Макс подавил вспышку злости - назвать ее безмозглой дурой и в мыслях-то неправильно, хотя желание появилось и довольно сильное.
        Он открыл дверь. Девушка молча, с трудом преодолевая усталость, подвинулась. Максим забрался в машину рядом с ней и поймал в зеркале заднего вида взгляд водителя. За что всегда любил Палыча, так это за его проницательность. Порой пожилой мужчина понимал без слов поболее хваленых одаренных.
        - Пойду покурю что ли, - флегматично изрек водитель и выбрался наружу.
        Ковалев подождал, пока за мужчиной захлопнется дверь, и смерил сердитым взглядом девушку.
        - Ну, и для чего ты это сделала?
        Зеленые глаза растерянно и немного испуганно изучали его. Максим удержал контроль над эмоциями. Русые короткие ресницы и полные губы никак не вязались с образом в чем-либо провинившейся особы, скорее уж ассоциировались с образом Ангела неизвестно как попавшего под раздачу за содеянное добро.
        - Чтоб тебя. Маргарита, я не шучу. Посмотри на себя! На привидение похожа.
        - Я не специально, я за тебя испугалась, оно само так вышло, - невнятно пролепетала девушка
        - А поподробнее? Как так произошло?
        - Я испугалась, что с тобой что-то там случиться может, а потом стало легко и спокойно, и я вдруг очутилась в голове этой Марины. Она очень боялась и не смогла бы сама все это сказать, честно!
        Макс стиснул челюсти, продолжая удерживать стену вокруг своих эмоций. Вот что, значит, сотворила... Он-то еще подивился спокойствию кошатницы в самый ответственный момент. Хорошо, что так. Откровенно говоря, Ковалев переживал больше, что его одаренная залезла в голову к угонщику, переживание не оправдалось, что немного радовало.
        Совершенно не осторожно притянул девушку к себе и обнял.
        - Вот больше так, пожалуйста, без моего ведома не делай, - в зеленых глазах мелькнуло возмущение. - Что о моих словах думает взрослая двадцатидвухлетняя женщина? - теперь к скрытому возмущению добавились плотно сжатые губы. Максим состроил свой самый скептичный и одновременно ласковый взгляд. Раньше его приходилось опробовать только на матери, действовало безотказно. С Маргариткой осечки точно так же не вышло. Она нехотя кивнула.
        Девушка протяжно вздохнула и расслабилась в теплых объятиях. Сидеть так было приятно, даже очень, но более всего приятно было от осознания, что он не просто так злится. Его волнует ее состояние, переживает, что может навредить себе. Она попробовала вновь проникнуть под его защиту, снова не пустил. Вишневская немного расстроилась. Разве так честно? Она-то от него ничего не скрывает.
        Хлопнула дверь машины, впустив внутрь холодный воздух с улицы.
        - Что, граждане, в путь? - несмотря на вопросительную интонацию Палыч не дожидаясь ответа, выжал сцепление и тронулся с места.
        Маргарита просунула руки под куртку Максима, прижимаясь сильнее, и попробовала вновь пробраться в его мысли, не вышло.
        - Ну-у... - недовольный возглас вышел сам собой.
        Ковалев улыбнулся.
        - Чего ты там забыла, настойчивая?
        - Мне там нравится.
        Нахалка.
        Максим пропустил девушку, предварительно поглубже спрятав мысли о своем небольшом обмане относительно ее последнего поступка.
        - Я - не нахалка. Мне правда там нравится. Так спокойно и хорошо...
        Определенно нахалка. Услышал недовольный шепот в ее мыслях, снова улыбнулся. Как-то странно это, но и вправду приятно на удивление.
        Девушка сквозь ресницы наблюдала, как медленно остается позади старая пятиэтажка, как мимо проплывают припаркованные разномастные машины, следом маленький магазинчик - не знала, что вот такие еще сохранились, - школьный высокий забор... И, наверное, все бы ничего, если бы Маргарита вдруг отчетливо не уловила слабый отчего-то очень знакомый след. Боль и страх, а еще совершенный отказ сдаваться. Человек возможно позавидовал бы такому желанию выжить любой ценой. Вишневская подпрыгнула.
        - Стойте, - не заботясь, как выглядит со стороны, она постаралась переползти через опешившего Максима. Вышло не с первой попытки, но все же. Водитель, напуганный странным поведением пассажирки, мягко остановил машину.
        Ковалев хрюкнул от острой коленки надавившей туда, куда давить бы не следовало, и, прищурившись от боли, выполз на улицу вслед за Цветком. Девушка сломя голову неслась вдоль школьного забора. Макс выругался и побежал следом. Поймал он свою одаренную в тот момент, когда она вознамерилась самостоятельно спуститься в открытый люк возле ближайших мусорных контейнеров.
        - Твою мать, Маргарита!..
        Спустя двадцать минут они вдвоем под удивленные взгляды рабочей группы вернули грязного худого, а главное живого, хоть и со сломанной лапой, "перса" Алика плачущей хозяйке.
       
        Вишневская поерзала, сильнее вжимаясь в рабочее кресло Максима, - тепло, уютно, спокойно, хорошо - и продолжила тихо наблюдать, как двое мужчин мечутся по маленькому кабинету из угла в угол. Создавалось впечатление, будто она в клетку к двум волкам угодила: две пары светящихся сталью глаз, нервная мягкая поступь, сдерживаемая злость и энергия, скользящая в каждом слове. Волки поймали дичь и были уверены в своих силах прищемить, разговорить, до тех пор, пока не появился, словно из-под земли, дорогой адвокат, а появился пресловутый защитник в отделении быстро. Полезных вестей от ребят из квартиры не было. Шмоток из помойки тоже не нашли, да и когда это хорошие вещи пропадали на улице зазря.
        - Он будет молчать, не просто молчать - отрицать станет.
        - Не трави, - оскалился Макс, - я думаю.
        - А чего думать? К черту все.
        Маргарита тихо вздохнула. Даже она, не имея ни малейшего понятия о тонкостях полицейской работы, понимала, что психоэмоциональный след в угнанной машине хоть по заключению команды экспертов и принадлежит задержанному, стопроцентным доказательством считаться не может - всего-навсего косвенное подтверждение. Вишневская точно так же могла бы подтвердить личность угонщика, но в мире обычных отпечатки пальцев играли несправедливо большую роль, нежели не менее неповторимый отпечаток психики. Беда в том, что узор человеческой кожи обычные могут увидеть на мониторе, а вот узреть чужие эмоции им не дано, а значит и оспорить независимость и верность экспертизы можно всегда.
        - Оснований для задержания нет. Макс! - девушка отчетливо ощутила странную волну бессильной злости, пришедшую от Олега, но поразила ее не сама волна - тут ничего удивительного при сложившейся ситуации. Удивило другое: Степанов искал поддержки у друга, причем почти такой же, какую поначалу она находила у Ковалева сама.
        - Все равно допросим, - Маргарита отметила начавшее заполнять комнату спокойствие. Похоже, ее следователь даже не замечал, что именно делает. Он на автомате дал одаренному товарищу необходимое, просто легко, не задумываясь, успокоил.