Ее воображение было так же безжалостно скальпировано, как и его, но по другим причинам. Для тех, кто родился в семье охотника и знает только жизнь среди чужих, меняются приоритеты и деньги превращаются в нечто другое.
Следующий день, как и следовало ожидать, встретил их телефонным звонком от майора Симонова. Второй отдел Института, эти псы-ищейки, наконец нащупали след таинственного врача, которого около года назад уволили по статье за прогулы и отсутствие на работе.
Татьяна, верная своей теории о принудительной социализации, настаивала, чтобы в этот раз за Владом не отправляли машину, как делали всегда. Она хотела погрузить Влада в рутину, в этот вязкий поток повседневности, окружить его тем, с чем сталкиваются все обычные люди, и… Леной. Но старый охотник, пока не был готов осознать ее великий замысел. Узнав о том, что машины не будет, он лишь спокойно отправился в гараж.
Они прибыли на место ближе к полудню. Лена ерзала в кожаном кресле, постоянно выглядывая из окон. Она напоминала домашнего пса, который по запаху безошибочно угадывает близость ветеринарной клиники.
Черная Ауди, как катафалк, замерла у подножия очередной бетонной гробницы. Типовая пятиэтажка, один из тысяч одинаковых шрамов на теле города, где в каждой квартире гнила своя маленькая безнадежная жизнь. Это было место, где вера в светлое будущее умирала тихо, в окружении выцветших обоев и запаха прокисшего борща. В таких живет большинство людей, которые поверили в рассказы родителей о том, что высшего образования и желания быть хорошим человеком достаточно, чтобы жить жизнью, о которой всегда мечтал.
Несколько полицейских стояли возле входа в подъезд и несли классическую службу. Иначе говоря, они курили и обсуждали, как капитан из их отдела не заслуживал повышения, но все же его получил.
Майор Симонов и Татьяна Вавилова материализовались из серой мглы. Ее присутствие здесь, вдали от стерильных кабинетов, говорили о том, что вчерашний звонок Лены и ее посыл достиг получателя.
Старый и молодой охотники покинули машину и двинулись к остальным.
- Трогать, тем не менее, улики не стоило бы. Ваше счастье, что у вас такой допуск. Только второй отдел должен иметь допуск, - Симонов выкуривал сигарету нервно, зло, выдыхая дым вместе со словами. - По-хорошему, мне бы написать рапорт. Зачем вы вообще туда лезете? Словно не знаете, что на таких объектах трогать ничего нельзя.
- Это необычное место преступления. Этот чужой при жизни обладал очень характерной личностью, и чем больше у нас будет данных до приезда Влади…
Она не закончила. Оба - и майор, и психолог - замерли, их взгляды впились в охотника, словно они видели его впервые. Его новый облик, эта чужая наспех сшитая личина выбивала их из колеи. Всю свою жизнь он больше напоминал бродягу, которого только недавно вытащили из-под моста, но сегодня он изменился. Лена заметила их восторженные и удивленные взгляды и широко улыбнулась, принимая это на свой счет.
- Владислав! - первой очнулась Таня. - Вы замечательно выглядите, я вас едва узнала!
Охотник заметно растерялся. Диалог шел не в привычном русле, и это требовало времени, чтобы обдумать причины и возможные реакции. Все, что шло не в привычном русле, заставляло его брать дополнительную пятисекундную паузу, чтобы чужой освободил ресурсы для ответа.
- Неплохо, а? - Лена пришла ему на помощь, ее голос был полон гордости создателя, любующегося своим творением.
Симонов с отвращением швырнул окурок на асфальт и впечатал его в грязь каблуком.
- Ни дать ни взять “Модный приговор”. Ладно, девочки, давайте ближе к делу, - отрезал он. - Мы нашли квартиру нашего подозреваемого. Живет на пятом этаже вот этой халупы. Отличное место, чтобы окуклиться и стать чужим, если я прав.
Влад обвел здание взглядом, равнодушным, как обычно.
- Вы уже вскрыли дверь? - спокойно спросил он.
- Да, но без шума, просто сняли замок. Я так понимаю, он там соорудил гнездо и мне следует вызывать пятый отдел? - уточнил Симонов.
- Сначала нужно осмотреть помещение.
Влад двинулся вперед, его силуэт поглотила темная пасть подъезда. Майор поспешил за ним, оставив психолога и охотника-новичка наедине.
Таня улыбнулась Лене, заставив последнюю смутиться и скривиться.
- Ну, чего стоим-то? - возмутилась Лена по-детски. - Идем уже.
Она нырнула во мрак вслед за учителем.
Замок был вырезан с хирургической точностью. Толстый слой пыли на полу хранил свежие отпечатки - здесь уже побывали ищейки Института.
Квартира была раной во времени, застывшим осколком восьмидесятых. Старый дисковый телефон, как удавленник, свисал со стены. Потертые тумбочки для обуви, неизменный красный ковер - выцветший символ канувшей в лету эпохи. Скрипучий диван, на котором спало не одно поколение, отдавая честь вечной и хорошо сконструированной советской мебели.
Множество людей ассоциируют свое детство с подобными помещениями, и чаще всего эти воспоминания неразрывно связаны с запахом спирта, побоями от отцов, одиночеством и страшными воспоминаниями о школе. Подобные места были инкубаторами. В этих бетонных сотах, пропитанных запахом спирта, страха и застарелого насилия, рождались новые монстры, выползающие на свет из трещин в прогнившем социуме.
Влад шагнул в комнату, вбирая в себя ее удушливую атмосферу.
- Нет запаха пыли… - констатировал он.
- По-моему, как раз есть. А еще тут смердит мочой и, возможно, чем-то похуже. Если я правильно определил, то это вон от того дивана, - майор брезгливо зажал нос. - По-моему, этот выродок ссался, когда спал.
Влад опустился к одному из двух старых диванов и откинул древний, как и он сам, плед. Диван действительно имел множество разводов на своей обивке и обладал характерным запахом.
- Он ненавидел этот предмет… - сообщил он.
- Еще бы, я бы тоже ненавидел, - ответил Симонов. - Вообще не понимаю, как он тут жил. Я бы уже через неделю вздернулся.
Татьяна открыла один из шкафчиков серванта, где стояла классическая посуда, которую все называли “не трогай, это только для праздников и важных гостей”. Как правило, такой день никогда не наставал.
- Все это принадлежит не молодому человеку, - заметила Таня. - Эта квартира почти ничего не говорит о нем. Разве что тот небольшой угол с компьютерным столом. Все остальное словно не его, а человека намного старше. Он жил один?
Симонов кивнул.
- По нашим данным, да. Может, на самом деле он снимал помещение где-то ещё, а эта квартира лишь числится за ним, но выставлена на продажу? - предположил Симонов.
Лена открыла один из миллионов шкафчиков старого серванта и обнаружила склад старых фотографий. Все они лежали перевернутыми, словно владелец боялся, что однажды посмотрит на них.
На всех снимках была одна и та же нелицеприятная женщина. На фото она была запечатлена в разные годы своей жизни, но даже в юные годы она выглядела неприятно и угрожающе. На поздних фото пожирающая ее болезнь, словно искусный скульптор, вылепила из нее гротескную маску страдания. Кожа шелушилась, морщины бороздили щеки, как глубокие овраги.
- Мне кажется, я нашла фото хозяйки квартиры, - сообщила Лена, перебирая глянцевые карточки. - Думаю, это его мать. Ставлю руку на отсечение, что он жил здесь с ней.
- Думаете, он еще и свою мамашу кончил? - Симонов достал записную книжку.
- Как я и сказала, - начала Таня, - у нашего подозреваемого классический психологический портрет человека, который прошел через семейный психологический инцест. Судя по всему, он был под жесткой доминантной позицией своей матери. Не думаю, что у него был отец. Скорее всего, он подвергался физическому насилию. Смею также предположить, что его мать обвиняла его в распаде семьи.
- Жесть какая, - констатировала Лена. - Неудивительно, что он поехал.
Влад снова замер у окна. Его взгляд бродил по лицам прохожих, иногда перескакивая на дом напротив.
- Новостройка… - вдруг произнес он, - он любил стоять здесь и смотреть в окно.
- Ощущаете это? - догадалась Татьяна, подходя к нему.
Влад кивнул.
- Кстати, тут повсюду разбиты стекла, если вам интересно, - добавил майор. - Думаю, этот тот самый парень, себя он явно не любил. Нет фотографий, зеркал, вообще ничего. Если бы не его фото в личном деле морга, мы бы даже не узнали, как он выглядит.
- Видимо, его мать умерла здесь, - догадалась Татьяна, кивая на кровать, - у него на глазах. Судя по ее состоянию, она умирала долго и вряд ли можно говорить о каких-то теплых чувствах между ними.
- Судя по фоткам, она была та еще ведьма, - поддакнула Лена и, передав фотографии майору, подошла к Владу.
Она проследила за его взглядом, искренне пытаясь понять, чем оно его так заинтересовало, но уже спустя несколько минут сдалась: она видела лишь безликую стену и пустые глазницы окон. Терпение никогда не было ее добродетелью.
Она отдернула тяжелую, пропитанную пылью штору. В углу, как затаившийся паук, сидела видеокамера старого образца с откидной боковой крышкой.
- Жил в нищете, а камеру себе купил. Любопытно, - потянулась она к ней.
- Кстати, о его увлечениях видео, - начал майор, перебирая фотографии. - Забыл вам рассказать, но на него удалось кое-что нарыть. Этот парень - звезда интернета. По крайней мере, был какое-то время.
Лена продолжала рассматривать камеру и уже открыла ее, листая записи, но слова майора заинтересовали ее больше.
- Звезда? Он был блогером?
Таня, все это время рассматривающая старый диван, подала голос. Она посчитала, что подобную информацию лучше доносить ей и под правильным углом:
- В интернете гуляет видео с его… - Таня задумалась, подбирая слова.
- Где он трахает труп, - безжалостно закончил за нее майор, который не собирался ждать. - Наш уродец еще и некрофил. На видео он *бет какую-то поп-звезду из двухтысячных. Не помню точно, но она засветилась в этих шоу, что-то там про фабрику.
Татьяна бросила на него укоризненный взгляд, но майор, как и следовало человеку его профиля, не только не понял, что он сделал не так, но еще и воспринял это как личную обиду.
- Серьезно? - удивилась Лена. - Прикольный он тип.
Она уткнулась в маленький экран камеры, но оказалась разочарована. Запись была монотонной, гипнотически статичной. Часы, сливающиеся в одну серую вечность, камера, направленная на одно и то же окно в доме напротив. Он ждал. Он высматривал девушку.
- Ничего особенно интересного, - она покосилась на Влада. - Владислав, вот я и думаю, почему вас так манит к этому окну? А он тут часами стоял. Вот, посмотрите, кажется, он подглядывал за этой девушкой.
- Это важная для него вещь, - сообщил Влад, забирая камеру.
- Ясен хрен, важная. Там почти терабайт видео одной и той же девушки, - Лена усмехнулась. - Вот и живи с такими соседями. Купишь себе квартиру в хорошем доме, а за тобой такая звезда интернета подсматривает.
- Интересно, кто снимал то нашумевшее видео? - подала голос Таня. - Камера постоянно брала ракурсы с разных мест, значит, она не просто стояла на столе, кто-то был режиссером.
Майор нахмурился.
- Просто догадка, - Лена развела руками, - но я все еще думаю о той тетке, что приходила к последнему выжившему врачу. Ну, помните, та, которая пришла в красном платье и криповала его? Может, снимала она? Я к тому, что он не один все это делал. Такое же возможно, не?
- Думаешь, у нас сразу два чужих? - усомнился майор.
- Не-е-ет, - отмахнулась Лена. - Владислав мне все объяснил, это один и тот же, но он думает, что их двое. А раз он верит в это, то часть его сознания играет эту роль. Вообще, их может быть хоть десять, но все это в его голове!
Майор задумался.
Влад подал голос внезапно для всех, проглядывая видеозапись.
- Майор, нам нужно попасть в квартиру напротив, - спокойно сообщил он.
Симонов подошел ближе к Владу и заглянул через его плечо в маленький мониторчик камеры.
- Надо - значит, попадем, - спокойно согласился он.
Мониторчик демонстрировал весьма пикантный момент, когда девушка переодевалась после работы, сбрасывая с себя рабочую одежду. Зеленая униформа сбербанка слетела с ее плеч на диван, и она подошла ближе к окну, чтобы закрыть шторы. В этот момент камера начала терять статичность и начала дергаться в руках Андрея.
- *баный дрочер, - выругался майор. - В общем, я звоню по поводу этой квартиры.
Симонов кивнул на мониторчик, жестом показывая, о какой именно квартире он говорит.
Таня беззвучно подошла к Владу.
- Здесь все? Обычно вы проводите намного больше времени в местах гнездования чужих. Что изменилось? - с интересом уточнила она.
- Здесь нет гнезда, - Влад качнул головой. - Да, это странно, он здесь жил долгие годы, здесь он изменялся, но гнезда здесь нет. Где-то еще есть место более важное для него, чем его собственная квартира.
- Другое место? - уточнила Таня. - Вы имеете в виду, какое-то место, которое психологически имеет большую ценность для него? Может это быть морг?
- Нет, я не почувствовал там признаков гнезда, - Влад отрицательно качнул головой.
- Так может, это… - Лена кивнула на окно, - он у той бабы. В смысле, я так поняла, что он годами наяривал на нее. Так может, он там?
Тишина. Тяжелая, вязкая. Догадка имела смысл.
- На видео были дети… - с грустью сообщила Татьяна.
Влад развернулся и двинулся к выходу.
- Нам надо попасть в ту квартиру немедленно, - вдруг выдал он.
Лена быстрой рысью поспешила за ним, не давая ему потеряться из поля зрения:
- Чего спешим-то? За год он их точно сожрал, - сообщила она.
- Не обязательно, иногда им нравится держать своих жертв живыми так долго, как это только возможно. Возможно, он один из таких.
Таня скривилась, выходя за ними в мрачный холл подъезда:
- Тогда детям понадобится очень долгая терапия… Очень долгая.
Майор уже ждал их у подъезда дома напротив. Он как раз закончил разговор, отбросив окурок в сторону.
- Бинго, господа, - усмехнулся он. - Вообще, дело такое. Жильцы этой квартиры пропали без вести РОВНО год назад, по датам все совпадает. Дети, кстати, тоже пропали. Шесть месяцев назад квартиру себе прибрала сестра пропавшей. Пыталась сдавать, но за шесть месяцев было четыре отказа. Жильцы там жить не хотят, жалуются на странные вещи. В данный момент квартира стоит пустая. Я бы мог попросить хозяйку подъехать, но думаю, у нас нет на это времени, так что дверь я открою сам, ордер выпишем задним числом.
Влад молча кивнул и двинулся к дому.
- Можно подумать, - пожаловалась Таня, - что вы хоть раз выписывали ордер через суд и входили в чужие квартиры, как полагается.
Майор последовал за ней.
- Мы вообще-то тут жизни спасаем, если ты не заметила.
Элитный дом в элитном районе встретил их тишиной. Черная матовая дверь висела грузным черным порталом и словно пыталась отогнать тех, кто пришел. Ни звука изнутри. Ни звука из-за дверей соседей.
Майор склонился над замком. Несколько выверенных движений - и щелчок. Навыки Симонова вызвали у Тани и Лены немой вопрос, но каждая решила отложить это на потом.
Стоило двери распахнуться, Лена сморщилась.
- Гнездо… - скривилась она. - Бл*дь, даже я чувствую…
Влад кивнул и сделал первый осторожный шаг внутрь.
Давящая пустота сразу же окутала всех четверых. Излишне яркий, почти искусственный свет бил сквозь широкие окна. Вся квартира выглядела так, словно сошла с фотографии одного из журналов IKEA, не хватало только улыбающихся лиц хозяев и их детей.
***
Следующий день, как и следовало ожидать, встретил их телефонным звонком от майора Симонова. Второй отдел Института, эти псы-ищейки, наконец нащупали след таинственного врача, которого около года назад уволили по статье за прогулы и отсутствие на работе.
Татьяна, верная своей теории о принудительной социализации, настаивала, чтобы в этот раз за Владом не отправляли машину, как делали всегда. Она хотела погрузить Влада в рутину, в этот вязкий поток повседневности, окружить его тем, с чем сталкиваются все обычные люди, и… Леной. Но старый охотник, пока не был готов осознать ее великий замысел. Узнав о том, что машины не будет, он лишь спокойно отправился в гараж.
Они прибыли на место ближе к полудню. Лена ерзала в кожаном кресле, постоянно выглядывая из окон. Она напоминала домашнего пса, который по запаху безошибочно угадывает близость ветеринарной клиники.
Черная Ауди, как катафалк, замерла у подножия очередной бетонной гробницы. Типовая пятиэтажка, один из тысяч одинаковых шрамов на теле города, где в каждой квартире гнила своя маленькая безнадежная жизнь. Это было место, где вера в светлое будущее умирала тихо, в окружении выцветших обоев и запаха прокисшего борща. В таких живет большинство людей, которые поверили в рассказы родителей о том, что высшего образования и желания быть хорошим человеком достаточно, чтобы жить жизнью, о которой всегда мечтал.
Несколько полицейских стояли возле входа в подъезд и несли классическую службу. Иначе говоря, они курили и обсуждали, как капитан из их отдела не заслуживал повышения, но все же его получил.
Майор Симонов и Татьяна Вавилова материализовались из серой мглы. Ее присутствие здесь, вдали от стерильных кабинетов, говорили о том, что вчерашний звонок Лены и ее посыл достиг получателя.
Старый и молодой охотники покинули машину и двинулись к остальным.
- Трогать, тем не менее, улики не стоило бы. Ваше счастье, что у вас такой допуск. Только второй отдел должен иметь допуск, - Симонов выкуривал сигарету нервно, зло, выдыхая дым вместе со словами. - По-хорошему, мне бы написать рапорт. Зачем вы вообще туда лезете? Словно не знаете, что на таких объектах трогать ничего нельзя.
- Это необычное место преступления. Этот чужой при жизни обладал очень характерной личностью, и чем больше у нас будет данных до приезда Влади…
Она не закончила. Оба - и майор, и психолог - замерли, их взгляды впились в охотника, словно они видели его впервые. Его новый облик, эта чужая наспех сшитая личина выбивала их из колеи. Всю свою жизнь он больше напоминал бродягу, которого только недавно вытащили из-под моста, но сегодня он изменился. Лена заметила их восторженные и удивленные взгляды и широко улыбнулась, принимая это на свой счет.
- Владислав! - первой очнулась Таня. - Вы замечательно выглядите, я вас едва узнала!
Охотник заметно растерялся. Диалог шел не в привычном русле, и это требовало времени, чтобы обдумать причины и возможные реакции. Все, что шло не в привычном русле, заставляло его брать дополнительную пятисекундную паузу, чтобы чужой освободил ресурсы для ответа.
- Неплохо, а? - Лена пришла ему на помощь, ее голос был полон гордости создателя, любующегося своим творением.
Симонов с отвращением швырнул окурок на асфальт и впечатал его в грязь каблуком.
- Ни дать ни взять “Модный приговор”. Ладно, девочки, давайте ближе к делу, - отрезал он. - Мы нашли квартиру нашего подозреваемого. Живет на пятом этаже вот этой халупы. Отличное место, чтобы окуклиться и стать чужим, если я прав.
Влад обвел здание взглядом, равнодушным, как обычно.
- Вы уже вскрыли дверь? - спокойно спросил он.
- Да, но без шума, просто сняли замок. Я так понимаю, он там соорудил гнездо и мне следует вызывать пятый отдел? - уточнил Симонов.
- Сначала нужно осмотреть помещение.
Влад двинулся вперед, его силуэт поглотила темная пасть подъезда. Майор поспешил за ним, оставив психолога и охотника-новичка наедине.
Таня улыбнулась Лене, заставив последнюю смутиться и скривиться.
- Ну, чего стоим-то? - возмутилась Лена по-детски. - Идем уже.
Она нырнула во мрак вслед за учителем.
***
Замок был вырезан с хирургической точностью. Толстый слой пыли на полу хранил свежие отпечатки - здесь уже побывали ищейки Института.
Квартира была раной во времени, застывшим осколком восьмидесятых. Старый дисковый телефон, как удавленник, свисал со стены. Потертые тумбочки для обуви, неизменный красный ковер - выцветший символ канувшей в лету эпохи. Скрипучий диван, на котором спало не одно поколение, отдавая честь вечной и хорошо сконструированной советской мебели.
Множество людей ассоциируют свое детство с подобными помещениями, и чаще всего эти воспоминания неразрывно связаны с запахом спирта, побоями от отцов, одиночеством и страшными воспоминаниями о школе. Подобные места были инкубаторами. В этих бетонных сотах, пропитанных запахом спирта, страха и застарелого насилия, рождались новые монстры, выползающие на свет из трещин в прогнившем социуме.
Влад шагнул в комнату, вбирая в себя ее удушливую атмосферу.
- Нет запаха пыли… - констатировал он.
- По-моему, как раз есть. А еще тут смердит мочой и, возможно, чем-то похуже. Если я правильно определил, то это вон от того дивана, - майор брезгливо зажал нос. - По-моему, этот выродок ссался, когда спал.
Влад опустился к одному из двух старых диванов и откинул древний, как и он сам, плед. Диван действительно имел множество разводов на своей обивке и обладал характерным запахом.
- Он ненавидел этот предмет… - сообщил он.
- Еще бы, я бы тоже ненавидел, - ответил Симонов. - Вообще не понимаю, как он тут жил. Я бы уже через неделю вздернулся.
Татьяна открыла один из шкафчиков серванта, где стояла классическая посуда, которую все называли “не трогай, это только для праздников и важных гостей”. Как правило, такой день никогда не наставал.
- Все это принадлежит не молодому человеку, - заметила Таня. - Эта квартира почти ничего не говорит о нем. Разве что тот небольшой угол с компьютерным столом. Все остальное словно не его, а человека намного старше. Он жил один?
Симонов кивнул.
- По нашим данным, да. Может, на самом деле он снимал помещение где-то ещё, а эта квартира лишь числится за ним, но выставлена на продажу? - предположил Симонов.
Лена открыла один из миллионов шкафчиков старого серванта и обнаружила склад старых фотографий. Все они лежали перевернутыми, словно владелец боялся, что однажды посмотрит на них.
На всех снимках была одна и та же нелицеприятная женщина. На фото она была запечатлена в разные годы своей жизни, но даже в юные годы она выглядела неприятно и угрожающе. На поздних фото пожирающая ее болезнь, словно искусный скульптор, вылепила из нее гротескную маску страдания. Кожа шелушилась, морщины бороздили щеки, как глубокие овраги.
- Мне кажется, я нашла фото хозяйки квартиры, - сообщила Лена, перебирая глянцевые карточки. - Думаю, это его мать. Ставлю руку на отсечение, что он жил здесь с ней.
- Думаете, он еще и свою мамашу кончил? - Симонов достал записную книжку.
- Как я и сказала, - начала Таня, - у нашего подозреваемого классический психологический портрет человека, который прошел через семейный психологический инцест. Судя по всему, он был под жесткой доминантной позицией своей матери. Не думаю, что у него был отец. Скорее всего, он подвергался физическому насилию. Смею также предположить, что его мать обвиняла его в распаде семьи.
- Жесть какая, - констатировала Лена. - Неудивительно, что он поехал.
Влад снова замер у окна. Его взгляд бродил по лицам прохожих, иногда перескакивая на дом напротив.
- Новостройка… - вдруг произнес он, - он любил стоять здесь и смотреть в окно.
- Ощущаете это? - догадалась Татьяна, подходя к нему.
Влад кивнул.
- Кстати, тут повсюду разбиты стекла, если вам интересно, - добавил майор. - Думаю, этот тот самый парень, себя он явно не любил. Нет фотографий, зеркал, вообще ничего. Если бы не его фото в личном деле морга, мы бы даже не узнали, как он выглядит.
- Видимо, его мать умерла здесь, - догадалась Татьяна, кивая на кровать, - у него на глазах. Судя по ее состоянию, она умирала долго и вряд ли можно говорить о каких-то теплых чувствах между ними.
- Судя по фоткам, она была та еще ведьма, - поддакнула Лена и, передав фотографии майору, подошла к Владу.
Она проследила за его взглядом, искренне пытаясь понять, чем оно его так заинтересовало, но уже спустя несколько минут сдалась: она видела лишь безликую стену и пустые глазницы окон. Терпение никогда не было ее добродетелью.
Она отдернула тяжелую, пропитанную пылью штору. В углу, как затаившийся паук, сидела видеокамера старого образца с откидной боковой крышкой.
- Жил в нищете, а камеру себе купил. Любопытно, - потянулась она к ней.
- Кстати, о его увлечениях видео, - начал майор, перебирая фотографии. - Забыл вам рассказать, но на него удалось кое-что нарыть. Этот парень - звезда интернета. По крайней мере, был какое-то время.
Лена продолжала рассматривать камеру и уже открыла ее, листая записи, но слова майора заинтересовали ее больше.
- Звезда? Он был блогером?
Таня, все это время рассматривающая старый диван, подала голос. Она посчитала, что подобную информацию лучше доносить ей и под правильным углом:
- В интернете гуляет видео с его… - Таня задумалась, подбирая слова.
- Где он трахает труп, - безжалостно закончил за нее майор, который не собирался ждать. - Наш уродец еще и некрофил. На видео он *бет какую-то поп-звезду из двухтысячных. Не помню точно, но она засветилась в этих шоу, что-то там про фабрику.
Татьяна бросила на него укоризненный взгляд, но майор, как и следовало человеку его профиля, не только не понял, что он сделал не так, но еще и воспринял это как личную обиду.
- Серьезно? - удивилась Лена. - Прикольный он тип.
Она уткнулась в маленький экран камеры, но оказалась разочарована. Запись была монотонной, гипнотически статичной. Часы, сливающиеся в одну серую вечность, камера, направленная на одно и то же окно в доме напротив. Он ждал. Он высматривал девушку.
- Ничего особенно интересного, - она покосилась на Влада. - Владислав, вот я и думаю, почему вас так манит к этому окну? А он тут часами стоял. Вот, посмотрите, кажется, он подглядывал за этой девушкой.
- Это важная для него вещь, - сообщил Влад, забирая камеру.
- Ясен хрен, важная. Там почти терабайт видео одной и той же девушки, - Лена усмехнулась. - Вот и живи с такими соседями. Купишь себе квартиру в хорошем доме, а за тобой такая звезда интернета подсматривает.
- Интересно, кто снимал то нашумевшее видео? - подала голос Таня. - Камера постоянно брала ракурсы с разных мест, значит, она не просто стояла на столе, кто-то был режиссером.
Майор нахмурился.
- Просто догадка, - Лена развела руками, - но я все еще думаю о той тетке, что приходила к последнему выжившему врачу. Ну, помните, та, которая пришла в красном платье и криповала его? Может, снимала она? Я к тому, что он не один все это делал. Такое же возможно, не?
- Думаешь, у нас сразу два чужих? - усомнился майор.
- Не-е-ет, - отмахнулась Лена. - Владислав мне все объяснил, это один и тот же, но он думает, что их двое. А раз он верит в это, то часть его сознания играет эту роль. Вообще, их может быть хоть десять, но все это в его голове!
Майор задумался.
Влад подал голос внезапно для всех, проглядывая видеозапись.
- Майор, нам нужно попасть в квартиру напротив, - спокойно сообщил он.
Симонов подошел ближе к Владу и заглянул через его плечо в маленький мониторчик камеры.
- Надо - значит, попадем, - спокойно согласился он.
Мониторчик демонстрировал весьма пикантный момент, когда девушка переодевалась после работы, сбрасывая с себя рабочую одежду. Зеленая униформа сбербанка слетела с ее плеч на диван, и она подошла ближе к окну, чтобы закрыть шторы. В этот момент камера начала терять статичность и начала дергаться в руках Андрея.
- *баный дрочер, - выругался майор. - В общем, я звоню по поводу этой квартиры.
Симонов кивнул на мониторчик, жестом показывая, о какой именно квартире он говорит.
Таня беззвучно подошла к Владу.
- Здесь все? Обычно вы проводите намного больше времени в местах гнездования чужих. Что изменилось? - с интересом уточнила она.
- Здесь нет гнезда, - Влад качнул головой. - Да, это странно, он здесь жил долгие годы, здесь он изменялся, но гнезда здесь нет. Где-то еще есть место более важное для него, чем его собственная квартира.
- Другое место? - уточнила Таня. - Вы имеете в виду, какое-то место, которое психологически имеет большую ценность для него? Может это быть морг?
- Нет, я не почувствовал там признаков гнезда, - Влад отрицательно качнул головой.
- Так может, это… - Лена кивнула на окно, - он у той бабы. В смысле, я так поняла, что он годами наяривал на нее. Так может, он там?
Тишина. Тяжелая, вязкая. Догадка имела смысл.
- На видео были дети… - с грустью сообщила Татьяна.
Влад развернулся и двинулся к выходу.
- Нам надо попасть в ту квартиру немедленно, - вдруг выдал он.
Лена быстрой рысью поспешила за ним, не давая ему потеряться из поля зрения:
- Чего спешим-то? За год он их точно сожрал, - сообщила она.
- Не обязательно, иногда им нравится держать своих жертв живыми так долго, как это только возможно. Возможно, он один из таких.
Таня скривилась, выходя за ними в мрачный холл подъезда:
- Тогда детям понадобится очень долгая терапия… Очень долгая.
***
Майор уже ждал их у подъезда дома напротив. Он как раз закончил разговор, отбросив окурок в сторону.
- Бинго, господа, - усмехнулся он. - Вообще, дело такое. Жильцы этой квартиры пропали без вести РОВНО год назад, по датам все совпадает. Дети, кстати, тоже пропали. Шесть месяцев назад квартиру себе прибрала сестра пропавшей. Пыталась сдавать, но за шесть месяцев было четыре отказа. Жильцы там жить не хотят, жалуются на странные вещи. В данный момент квартира стоит пустая. Я бы мог попросить хозяйку подъехать, но думаю, у нас нет на это времени, так что дверь я открою сам, ордер выпишем задним числом.
Влад молча кивнул и двинулся к дому.
- Можно подумать, - пожаловалась Таня, - что вы хоть раз выписывали ордер через суд и входили в чужие квартиры, как полагается.
Майор последовал за ней.
- Мы вообще-то тут жизни спасаем, если ты не заметила.
Элитный дом в элитном районе встретил их тишиной. Черная матовая дверь висела грузным черным порталом и словно пыталась отогнать тех, кто пришел. Ни звука изнутри. Ни звука из-за дверей соседей.
Майор склонился над замком. Несколько выверенных движений - и щелчок. Навыки Симонова вызвали у Тани и Лены немой вопрос, но каждая решила отложить это на потом.
Стоило двери распахнуться, Лена сморщилась.
- Гнездо… - скривилась она. - Бл*дь, даже я чувствую…
Влад кивнул и сделал первый осторожный шаг внутрь.
Давящая пустота сразу же окутала всех четверых. Излишне яркий, почти искусственный свет бил сквозь широкие окна. Вся квартира выглядела так, словно сошла с фотографии одного из журналов IKEA, не хватало только улыбающихся лиц хозяев и их детей.
