— Ты вольна была отказаться, — хмыкнул Стас, и в его глазах заблестели смешинки. Он насмехался над ней, прекрасно понимая, почему она так себя повела, почему не воспротивилась его воле.
— Ты сделал всё это специально таким образом, чтобы я выглядела идиоткой, — воскликнула девушка, сверкнув в сторону парня злым взглядом. — А ещё я боялась, что ты обо всём расскажешь матери. Она бы не вынесла такого позора.
— Хорошо, — вздохнул Станислав. Затем он протянул руку к лицу Аси и смахнул покатившуюся по щеке слезу. — Обещаю больше так не делать. В следующий раз предоставлю тебе объясняться с мамой.
— Какой следующий раз?! — возмутилась Ася, стряхивая руку молодого человека. Признаться злости и агрессии в ней с каждым мгновением становилось всё меньше. Ненормальное влечение к собственному брату накатывало прибрежными волнами. Сердце ухало в ушах, приливая кровь к щекам, которые загорелись пламенем. От его прикосновения стало так тепло, что захотелось оказаться в его объятиях. Но то было просто невозможно. — Я не собираюсь тебя привозить к маме ещё раз. Я вообще, хочу разойтись с тобой разными дорогами раз и навсегда.
— Боюсь этого не выйдет, — промурлыкал Стас, придвигаясь ближе к девушке. — Особенно теперь, когда я вижу, что не я один испытываю эти чувства.
По телу Ася пронеслась воспламеняющая дрожь, накрывшая с головой и сконцентрировавшаяся внизу живота. Она ещё сильнее стиснула пальцы на сиденье кресла, чуть отодвигаясь. Стас поймал её испуганный взгляд, и усмехнулся со всем коварством, на которое был способен. Девушку затрясло. Она не понимала от чего. То ли от страха, то ли от желания. Корабельникова поняла, что, если она не уйдёт, то вполне может повториться утренний инцидент. И она уже потянулась рукой к ручке дверцы, чтобы выскочить при малейшей опасности.
Стас нахмурился, заметив это её движение, но промолчал. Ася собрала воедино всю свою решимость и, распахнув дверцу, выскочила на улицу. Ледяные струи дождя тут же встретили её хлёсткими ударами, окатив с головы до ног. Практически сразу, куртка начала промокать. Но девушка не стала обращать на это внимания, припустив вдоль дороги в сторону откуда они приехали. Она не знала, какое расстояние они уже успели преодолеть, но надеялась, что не успели уехать слишком далеко.
— Ася! — Стас бросился её догонять, но Корабельникова не собиралась снова оказываться с ним рядом, поэтому припустила бегом. Долго, конечно, она не сможет так нестись, но, может быть, брат отстанет от неё. Но тот быстро нагнал её, хватая за плечи и разворачивая к себе. — Ты что творишь, идиотка! Хочешь оказаться в некрологах? Что тебе больше нравится? Быть сбитой каким-нибудь психом? Или изнасилованной и убитой?
Ася смотрела на парня, который смотрел на неё с такой яростью, но одновременно и болью, что убегать в миг расхотелось. Да и сама она понимала, что далеко ей уйти всё равно не удастся. Всё, что он сказал, было верным, и этого она очень страшилась. Вдруг он прижал её к себе, сжимая в руках так, что становилось трудно дышать. Девушка хотела было воспротивиться, но услышала, как в бешеном темпе колотится его сердце под свитером, который отдала ему мать. Она непроизвольно прижалась щекой к его груди, а руками обхватила его за талию. Так и стояли, омываемые холодным дождём, что не мог развести их по разные стороны. Не разлей водой — это про них.
— Я люблю тебя, Ася, — выдохнул ей в волосы Стас, и от его горячего дыхания по телу побежали мурашки. — Прошу, дай мне всё объяснить. Я расскажу тебе обо всём и ты поймёшь меня. Только не убегай больше.
Глава 9.
На удивление пробуждение было плавным, и даже то, что рядом спал кто-то ещё не сделало его отвратительным. Открыв глаза, Ася первым делом осмотрелась. Так и есть — она спала на собственном диване в своей же квартире. Как она попала сюда, девушка помнила смутно, потому что отключилась ещё по дороге, поддавшись навалившейся на неё усталости. Да и груз все стрессовых ситуаций прошедшего дня дал о себе знать.
Корабельникова приподняла одеяло и вздохнула с облегчением, вчерашняя одёжка была ещё на ней, а это значит, что между ней и братом ничего не было. Признаться, в мыслях Ася давно распрощалась со Стасом, решив, что-то внемлет, наконец, её просьбам и покинет её дом, оставив в покое. Но тот решил по-другому, снова вывернув всё в свою сторону. И пусть сейчас он обнимал её платонически, она уже убедилась в его истинных намерениях.
Девушка осторожно убрала руку парня со своего бедра и постаралась выбраться из-под одеяла. Но не тут то было, Станислав моментально обхватил талию Аси руками и крепко прижал к себе. Она же заволновалась. Да так, что в горле запершило, а сердце заколотилось в ушах громогласно, оповещая, казалось бы, всю округу о её состоянии. Новые попытки встать с дивана не увенчались успехом.
— Перестань возиться, — пробубнил сонно молодой человек в шею девушке, отчего у той вспенилась по спине волна мурашек, прокатившаяся с головы до пят. — Ещё слишком рано. Спи.
— Я… — Ася замерла. В самом деле за окном ещё было довольно темно, лишь брезжил на горизонте нерешительный отблеск солнца. И всё же, хотелось до одури выбраться из загребущих ручек братца, который, по всей видимости, решил, что проблема с их запретной связью решена и она простила его за насилие. — Я в туалет хочу.
Стас фыркнул, но руки разжал, позволяя воспользоваться образовавшейся свободой, и вскочить на ноги. Глаз он не раскрывал, но блондинка почему-то решила, что он всё равно прекрасно видит её расшатанное состояние. Она поспешно ломанулась в сторону ванной комнаты, на ходу сбивая стул и сваливая висящие на нём вещи.
— Ты, как ураган, — сквозь зевок прокомментировал парень, при этом продолжая лежать на том же самом месте.
Ася же не стала отвлекаться на него, в который уже раз запершись в комнате омовения. Она так спешила, что даже свет не включила, хлопнув дверью и щёлкнув шпингалетом. Глупо, конечно, учитывая, что Стас нашёл её и доставил сюда из родительского дома. И вдвойне глупо надеяться, что подобные действия облегчат решение проблемы. Тем не менее. за закрытой дверью было чуточку спокойнее. Впрочем, Корабельникова лукавила. Даже не так, она обманывала саму себя, выдавая желаемое за действительное. В самом-то деле, дела обстояли совсем иначе — она не хотела прятаться. Скорее наоборот, до дрожи и вспотевших ладоней хотелось вернуться в объятия брата, погрузившись в их тёплую негу и защищённость. Но и это было не совсем точным определением внутреннего состояния девушки. Она до боли хоте снова почувствовать чувственные тёплые губы парня на своих, впитать их мягкость.
Определённо она сошла с ума, раз думает о подобных вещах относительного родного брата. А ведь она даже и этому факту стала искать оправдания. Он же не совсем ей брат — матери-то у них разные. К тому же, они никогда раньше не видели друг друга, и, не знай Стас о письме от отца, вполне мог начать за ней ухаживать. Он же говорил, что влюблён в неё. А она? Что она чувствует к нему? Он очень умело привязал её к себе, и, если бы тогда она не застукала его за мерзким делом, то и дальше врастала бы в него. А потом просто не смогла бы без него жить. Весьма продуманный парень.
Поплескав в темноте на лицо прохладной водички, Ася вышла из ванной. В квартире стаяла тишина, нарушаемая лишь потикиванием часов на кухне. Что, если ей взять и уйти? Вряд ли он догадается на этот раз куда она денется. Вика скорее всего не откажет. Номер телефона подруги она и сама в телефон не заносила, на память его набирая всегда. Да и про неё саму мало что рассказывала, ни разу не упоминая, где та живёт.
Решено! Побег! Попытка номер два.
Выйдя на свежий, слегка морозный, воздух девушка сделала глубокий вдох и тут же потрусила в соседний двор, куда вызвала такси. Сделала она это намеренно, чтобы Стас, если надумает выглянуть в окно, не увидел её. Но уже сидя в машине, Корабельникова поняла, как глупо поступила. Она вела себя, как ребёнок. Ведь, по сути, всего-то и надо было — как следует разобраться в ситуации, выслушать брата, и высказать своё мнение. Она же в очередной раз показала полное отсутствие у себя мозгов. Действуя импульсивно, под наитием эмоций и без оглядки на размышления нельзя повзрослеть. А её уже не пятнадцать, да и рубеж двадцати лет она перешагнула.
И что же делать? прикинуться дурочкой, которая на рассвете отправилась за хлебом? Вернуться домой, как ни в чём не бывало, притащив батончик? Или понадеяться, что Стас не успел проснуться, нырнуть под его тёплое крылышко? Нет, так ещё хуже. Если уж приняла решение, пусть глупое и детское, то надо ему и следовать.
Расплатившись с молчаливым, хмурым таксистом Ася шустро выкарабкалась из автомобиля и замерла у подъезда. Что сказать подруге? Правду? Придумать правдоподобную отговорку? Всё было нереальным. Соврать не получится, ведь Вика знает её, как облупленную и в момент раскусит. А сказать правду — значит признать себя невменяемой, чего делать категорически не хотелось. Оставалось смолчать. Прикинуться глубоко обиженной и оскорблённой, что не далеко от правды, и напроситься пить чай. Для начала только чай, а там можно обнаглеть и попросить оставить на ночь. Только вот у Виктории парень есть, так сказать, гражданский муж. Но ему придётся подвинуться, они ж подруги.
Во дворе элитного дома царило спокойствие. Такое особенное, которого в её обозримом будущем не предвидится с её-то финансовыми проблемами. Таким же основательным, до блеска чистым и обстоятельным был подъезд, в который вошла Ася Корабельникова, с трудом подавившая в себе стеснение. А было от чего. В этом доме жили состоятельные люди, которые не поленились организовать надёжную охрану своей жизни. Девушку встретил хмурый взгляд широкоплечего мужика, облачённого в форму какого-то охранного предприятия. Он подобрался на кожаном стуле, вперив неприязненный взгляд в замарашку в хлипкой курточке. Блондинка в миг растеряла всё желание отправиться в гости к подруге.
— А, вы в сорок седьмую, — откинувшись на спинку, гаркнул мужик, в голосе которого явно ощущалось разочарование. Какое счастье, что он её узнал, а ведь она бывала тут лишь раза два-три. При чём один раз тут сидел другой охранник.
— Да, — стараясь, чтобы её голос не дрожал, а ведь она знатно испугалась, ответила девушка, поправляя очки тонким пальчиком. — Здравствуйте. Я к Виктории.
Ася расправила тут же плечи, ощутив облегчение, и прошествовала к лифту. Интересно, кого ожидал здесь увидеть этот мужчина, что так огорчился её появлением? Преступника? Так те по таким домам просто так расхаживать вряд ли будут, довольствуясь чёрными ходами или окнами, нежели парадными входами. Видать скучно тут.
Выйдя на нужном этаже, она опять замерла, в нерешительности глядя на красивую дверь, отделявшую её от спящей, наверняка в этот час, подруги. В голове вновь завертелись мысли, от которых захотелось сбежать прочь. Но всё же, Асе удалось взять себя в руки, теперь-то она спокойно могла это сделать, здесь не было никого, кто нервировал бы её и выбивал из равновесия. Однако, нажимая на кнопку звонка, девушка пребывала в дикой нервозности.
— Ася? — сонно вопросила Виктория, приоткрывая дверь, и глядя сквозь щель. — Что ты тут делаешь?
— Может, пустишь? — уныло спросила та, делая жалостливое лицо.
— Конечно, проходи, — со вздохом сказала подруга, щёлкая цепочкой и распахивая дверь. На ней был коротенький шёлковый халатик, под которым совершенно точно больше ничего не было. Впрочем, не Асе сетовать по этому поводу, мало ли кто, как спит.
— Ви, кто там? — раздался грубоватый мужской голос из глубины квартиры. Корабельникова смутилась, чувствуя, что пришла конкретно так не во время.
— Это ко мне, — крикнула в ответ Вика, махнув подруге рукой, чтобы та проходила на кухню. Квартира рыжеволосой Виктории была двухкомнатной студией, где кухня плавно перетекала в гостиную, но легко отсекалась от неё стеклянными дверями, раздвигающимися, как у шкафов-купе. При этом создавалось ощущение комфорта и невесомости.
Ася быстро скинула с себя курточку и ботинки, прошмыгнув за Викой. Та уже ставила турку на огонь, пальцами выбирая температуру нагрева электрической конфорки. Блондинка вскарабкалась на высокий стул возле мраморной барной стойки, молча наблюдая за действиями подружки.
— Ну, рассказывай, — вздохнула Виктория, не поворачивая головы, всё своё внимание уделяя варящемуся кофе.
— Я ушла из дома, — ляпнула Ася. А ведь собиралась промолчать.
— Ася, — покачала головой Вика. — Что за ерунда? Ты ушла из своей собственной квартиры?
Корабельникова и сама понимала, как абсурдно это звучит, но то была чистейшая правда. Она сбежала из дома, прячась у подруги от собственного брата. Прямо история для мыльной оперы. Только вот она не чувствовала себя героиней романа. Девушка понурила голову, пряча глаза, и кусая губы. Она ведь так и не решила какую версию своей нелёгкой судьбинушки рассказать подруге.
— Понимаешь, там Стас, и я… — начала была Ася, но Виктория так резко обернулась, что тут же замолчала. Подруга скептически окинула блондинку взглядом, качая головой.
— Знаешь, мать, ты зажралась, — покачала она, наконец, головой. — С тобой такой классный парень живёт, а ты с жиру бесишься.
— Чего? — опешила Ася. Нет, она, конечно, не рассказывала Вике всех последних подробностей, но говорить такое о брате, даже для неё довольно странно. Они точно говорят об одном и том же человеке?
— Слушай, иди-ка ты домой, — присаживаясь рядом с подругой, сказала Райнц. — Ну, поругались, с кем не бывает. Мы тоже с милым ругаемся постоянно. Так что же, мне его прогонять каждый раз? Или к родакам сматываться?
— Вик, ты не понимаешь…
— Да всё я понимаю, — отмахнулась та, запахивая халатик поплотнее. — Просто ты боишься завести серьёзные отношения. Ты, как ребёнок, честное слово. Ох, намучается Стас с тобой. Я ему так об этом и сказала… ой…
Но сказанного не воротишь, и Ася тут же зацепилась за эту случайно брошенную фразу Виктории. И девушка уже собиралась устроить допрос подруге, когда из турки начал выплёскиваться кофе, заливая стерильно чистую поверхность электрической плиты. Вика стрелой бросилась в ту сторону, хватая в руки полотенце.
— Ася, тебе надо вернуться домой, — убрав турку с огня и вытирая выбежавшую жидкость, Райнц не смотрела на блондинку. — Всё уладится, надо только откровенно поговорить. Я же тебя знаю, ты закрытая и вечно всех чураешься. Дай парню шанс.
— Так вы с ним заодно? — шокировано воскликнула Корабельникова, чувствуя себя преданной. Она искала поддержки от единственной подруги, а получила нож в спину. — Не могу поверить, что ты могла поступить так подло. — Выдохнула Ася, покачав головой, отчего кучерявые пряди вспенились и упали на лоб девушки.
— Всё совсем не так, — спокойно проговорила Виктория, но во всём её облике чувствовалась нервозность. Что ещё сильнее утвердило Асю в подозрениях на счёт предательства подруги.
Да, она не знала, что именно наговорил Вике Стас, но всё равно обида затапливала душу блондинки.
