Империя Зуккар активно использовала нежить как рабочую силу, и чтобы жители не страдали от ее довлеющего присутствия, для содержания и перемещения живых мертвых строили подземные ходы и помещения. Под домами и улицами Рэймона должен был быть целый лабиринт, возможно, не уступающий по размерам самому городу.
– Но пока я так и не нашел ни один вход в подземелья Рэймона, если не считать катакомб.
– Из катакомб есть путь не только на поверхность?
Именно к выходу за территорию храма и вел их отец Измаил. Перед уходом из зала он запер двери, и Агата с Себастьяном должны были незаметно покинуть Божий дом.
– Конечно. Но проход в остальное подземелье был завален, когда Церковь взяла храм под свой контроль. Если бы не то, что мы устроили в молельне наверху, – отец Измаил сокрушенно покачал головой, – мне бы и пошли навстречу, дозволив расчистить ход на некоторое время. Но теперь я лишь смиренно молюсь о том, чтобы хотя бы сохранить свой сан.
Агата увела взгляд в темноту, стараясь не думать, что грозит всем им за порчу церковного имущества и разрушение ценной реликвии. Отец Измаил помогал им укрыться от внимания прихода и Святой Церкви, их личности и имена не будут раскрыты. Но бывший каратель не мог не отчитаться о случившемся куратору.
Орден вмешается и формально возьмет все расходы на себя, но жалованье Агаты будет урезано. Ей определенно придется не сладко, когда она вернется в штаб.
– Кроме этих катакомб, есть еще одно неприятное мне место в городе, которое заслуживает отдельного внимания в свете нападений нежити. Но вы наверняка уже его изучили. В конце концов, разве не туда первым делом идут некроманты?... – Задумчиво проговорил отец Измаил и, заметив вопрос в глазах Агаты, пояснил. – Конечно, я о кладбище.
– Вы же сказали, что осмотрели местные захоронения?
– Дело не в этом. С тех пор, как я служу в Рэймоне, пришлось лично поддерживать защитное кладбищенского заклинание. В храме знают о моих талантах... в общих чертах. Раньше я не занимался настолько простыми вещами, но, видимо, так и выглядит настоящая пенсия. И несколько раз, когда я приходил обновить заклинание, я замечал нечто странное.
Со всем этим сражением Себастьяна и отче Агата совсем забыла, что собиралась узнать у отца Измаила. А ведь заклинание на ограде с самого начала вызывало у нее вопросы.
– Как будто иногда защита от нежити держится лучше, чем должна по истечению отведенного ей срока? – С готовностью предположила Агата.
– Да. Именно так. – Священник бросил на девушку удивленный взгляд. – Но откуда вы...
– В первую нашу ночь в Рэймоне я приходила к кладбищу, и там не было никакой защиты. – Некромантка нахмурилась. – А сразу после этого нежить напала на пару любовников, совсем рядом, возле старой башни. Когда я и Себастьян вернулись туда утром, защита была уже на месте. Кладбищенский сторож упоминал, что именно вы занимаетесь этим, и что до вашего прихода оставалось несколько дней. Думаю, кто-то незаметно провел нежить через ограду, а после – ушел обратно тем же путем. Это единственное объяснение, зачем нужно было снимать защиту и тем более накладывать ее снова. И раз на самом кладбище нет подозрительных вскрытых могил, значит, где-то там может быть спрятан еще один проход в подземный лабиринт.
– Так вы уже его искали?
Агата отрицательно помотала головой.
– Нет. Мы пока не исследовали кладбище достаточно хорошо. К тому же, в ту ночь на нас напала не человеческая нежить, а мертвые волки. Логичнее было предположить, что их подняли в лесу, и из него же привели. К тому же, формально кладбище всегда под охраной. Но там живет всего один сторож. Каким бы он не был умелым, он простой человек. Обмануть его зрение несложно.
– Что ж, кладбища – ваша стихия, Агата. Никто лучше не сориентируется в этом месте, чем вы и ваш... напарник. Тем более такой как он.
До этого момента беседа со священником была достаточно приятной, чтобы позабыть о неудачном начале их знакомства. Но, упомув Себастьяна, отец Измаил изменил тон.
– В те последние годы, когда я еще был карателем, до меня доходили слухи, что орден собирается найти одну из этих тварей и приручить ее, – негромко сказал он. – Не думал, что когда-нибудь встречусь с ней лицом к лицу.
– Каждое ваше слово Себастьян сейчас прекрасно слышит, – мягко проговорила Агата.
– Я знаю. Разве я сказал что-то не так? – Выразительно поднял бровь священник. – Я неплохо разбираюсь в сортах зла Агата, ведь это было моей работой. Многие существа, имеющие защиту ордена, этого не достойны. Только одна мысль греет мое сердце, – я истребил достаточно мерзости, будучи карателем, чтобы о чем-то сожалеть. Но никогда на моей памяти орден не заходил настолько далеко. Неужели вам не претит общество подобного монстра?
– Нисколько, – холодно усмехнулась девушка.
– Агата, пусть вы и молоды, но сами владеете магией смерти. И вы не хуже меня должны понимать, на что когда-то пошел ваш... Себастьян, чтобы обрести свои особенные силы. Некромантия коварна и иронична. Живой некромант всегда слабее некроманта мертвого. Столкнувшись с естественной преградой для роста в своем ремесле многие из ваших коллег переступали божественный закон и убивали себя. Но и одной собственной смерти для настоящего могущества будет мало, – это прямой путь лишиться рассудка, быстро истощив свою душу. Чтобы в мире появился молодой лич, он же истинный повелитель мертвых, вместе с самим магом должен погибнуть не один десяток человек, и...
– Не утруждайтесь, отец Измаил. – Видимо безразличным голосом оборвала священника Агата. – Я и правда прекрасно знаю, в результате чего становятся личами. Возможно, теоретически в этом вопросе я разбираюсь даже лучше вас. И пусть ритуал не разглашается в своих деталях, общий смысл не представляет из себя секрета. Так же не секрет, что личи поглощают души, чтобы поддерживать подобие жизни в своих мертвых телах. Но, если вас это беспокоит, рацион Себастьяна сейчас более приемлем.
– Агата, вы не замечаете или не хотите замечать главной сути? Вампир может по прихоти обратить человека, а чтобы стать оборотнем – достаточно простого невезение. Но личами не становятся случайно. Они выбирают свой путь добровольно и во имя эгоистичных побуждений. Неужели вы не думали об этом?
Некромантка молчала. Среди ежедневных забот и рутины легко забывалось, кем являлся напарник Агаты, но она, конечно же, определенно думала об этом.
Слова священника попали в цель. Но отец Измаил по-своему истолковал ее молчание.
– Ах, я понимаю. Вам привычна нежить, а внешняя маскировка личей, которой они скрывают свои истлевшие останки, обыкновенно приятна на вид. Но...
– Вы ошибаетесь, отец Измаил, – девушка позволила себе слабую улыбку.
– И в чем же? Дайте-ка угадаю. Неужели именно этот ваш лич некогда стал жертвой непреодолимых обстоятельств? Очень глупо верить рассказам нежити, Агата.
– Я понятия не имею, когда и при каких обстоятельствах Себастьян стал тем, кем стал. Но с недавнего времени Себастьян строго говоря не нежить. А его человеческий облик – не маскировка.
– Не понимаю вас...
– А вам не нужно понимать, – за их спинами послышался вкрадчивый голос. – Моя напарница вечно болтает какие-то дикие глупости. Ну, если ей удобнее думать, что я не тлетворная нежить, пусть будет так.
Себастьян появился из темноты и недовольно сверкнул глазами в сторону Агаты. Та прикусила язык. Святой отец действительно вывел ее из равновесия, раз она так легко начала рассказывать чужие секреты бывшему карателю.
Не то чтобы Себастьян сам не дразнил священника еще в молельном зале, но в тот раз напарник Агаты видимо не планировал сохранять отче жизнь.
– А что касается моих грехов, не вам, святой отец, судить их. Если так подумать, ищи я духовника, вы бы оказались в конце списка потенциальных кандидатов...
Лицо отца Измаила вытянулось.
Каким бы извергом в прошлом не был Себастьян, и что бы не таила теперь его улыбка, почему-то Агате стало легче, когда он прервал их разговор со священником.
Пока они продвигались к выходу через катакомбы, Агата меланхолично думала, что отец Измаил и правда не увидел всей сути ее напарника.
Священник сам назвал его личом, и девушка лишь продолжила эту мысль, не уточняя.
Но должно быть минуло уже несколько столетий с тех пор как существо, ныне известное как Себастьян, вышло за рамки силы того, кого можно было бы назвать простым личом.
Агата сделала глоток из небольшой фарфоровой чашки.
Она не разбиралась в сортах чая, и не отличила бы элитные листья от тех, что продают на развес в дешевой лавке.
Но этот чай неуловимо выделялся. Был это более плотный и глубокий вкус, или же секрет заключалось в особенном аромате, Агата не знала. В любом случае, чай ей нравился.
Определенно, Клауд Шер с пристрастием относился ко всему, что подавалось в его доме. Особенно к напиткам. Это было объяснимо, – твердая человеческая пища вампирами не усваивалась, но они по-прежнему могли принимать алкоголь или другую жидкость.
Так зачем отказывать себе в лучшем, имея на это средства?
Сам хозяин сидел напротив в роскошном кресле. Чашка перед ним оставалась нетронута, а сам он выглядел иначе, чем в прошлую их встречу.
Волосы господина Шер были небрежно распущены, хотя и смотрелись так, словно побывали в руках парикмахера, стремящегося добиться именно этого эффекта. Вампир был одет проще, если не сказать по-домашнему – хотя это по-прежнему был наряд из дорогой ткани, его цвета были приглушены и не выделялись узорами и кружевами.
Но даже без вычурного лоска Клауд оставался нечеловечески прекрасен.
Агата незаметно вздохнула. Не то чтобы ее сильно волновала собственная внешность, но было что-то несправедливое в том, что даже в рассвет своей женской красоты она выглядела неказисто на фоне этого мужчины.
Будто ненамеренного напоминания о скором увядании от отца Измаила было мало.
– Признаюсь, ваш визит застал меня врасплох, – медленно проговорил господин Шер, проведя рукой по гладким волосам. – Раз в неделю я позволяю себе отдохнуть от дел и провожу время со своей семьей. Обычно в такие дни я никого не принимаю. Но я сделал исключение для вас и вашего необычного напарника. Кстати, куда он делся? Кажется, его больше нет в моем замке. Неужели он и правда покинул вас прямо через окно, до смерти напугав мою служанку?
Агата кивнула. Почему-то ей было неловко.
– Никаких приличий, – удрученно покачал головой Клауд. – Такие простые вещи, как пользоваться дверью, делают нас ближе к обычным людям. Было бы вам приятно, появись я из тумана? Не говоря уже о том, как бы выглядело со стороны, если бы я без весомого повода имел привычку обращаться в летучих мышей. Мои деловые партнеры давно бы разбежались, будь я столь не аккуратен.
– Вы предусмотрительны, – улыбнулась Агата.
Она никогда не задумывалась о подобном, хотя с ее точки зрения эти проблемы бессмертных не стоили и выеденного яйца.
– Так чем я обязан вашему визиту? Неужели вы успели продвинуться в деле? Давайте ближе к сути, я опаздываю на семейный ужин.
Агата позволила себе отпить еще немного чаю, прежде чем ответить.
Она мысленно выругалась на Себастьяна, ведь именно он вынудил ее прийти сейчас сюда.
Несколько часов назад они попрощались с отцом Измаилом, выйдя наружу за пределами Рэймона. Полчаса ушло на возвращение в город, и еще некоторое время – чтобы переодеться и привести себя в порядок. Агата планировала перекусить, а после отправится на кладбище, но Себастьян впервые отказался идти в кафе.
– Я был ранен и теперь слишком голоден, чтобы восстановиться после нескольких невнятных блюд, – сказал он. – Думаю, куда лучше мне поможет свежее мясо.
Пока Агата холодела, размышляя, чье именно мясо могло бы понадобится Себастьяну, он высказал желание поохотиться на дичь за городом. Зная его аппетиты, и что любые объемы пищи мгновенно сгорали в его особенном теле, некромантка надеялась, что в местных лесах не водились редкие исчезающие звери.
– Не знаю, как долго придется провозиться, а этот город слишком непредсказуем, чтобы снова рисковать своей собственной жизнью, оставляя тебя совсем одну. Не думал, что скажу такое, но мне было бы спокойнее, будь ты на это время под присмотром нашего нового кровавого друга... Он основательный, семейный человек. То есть не человек... Да и разве нам не нужно было познакомиться с его детьми?
Меньше всего Агата хотела так скоро встречаться с Клаудом, не имея конкретных зацепок. Да и касательно его отпрысков она пока не была готова к этой беседе.
Разве не стоило вызвать их по одному и подробно допросить, заранее продумав все вопросы?
Но теперь приходилось мило улыбаться вампиру.
– Не хотела бы быть навязчивой, но мне нужно кое о чем вас попросить. – Она вдруг мучительно покраснела. – Кажется... вы упомянули семейный ужин?
Когда Клауд Шер понял, к чему ведет Агата, выражение его лица стало натянутым.
– О, вы застали меня врасплох. Да, я обещал познакомить вас с членами своей семьи, чтобы вы убедились, что они не имеют никакого отношения к появлению нежити в городе. Но то, о чем вы говорите, не слишком уместно ...
– Простите. Это и правда была не лучшая идея, – тщательно скрывая облегчение, пробормотала некромантка.
– ... С другой стороны, Себастьян очень кстати решил не утруждать нас своей компанией, – с новой интонацией продолжил вампир. – А мне, если говорить прямо, не хотелось бы видеть такого как он рядом со своими отпрысками. Возможно, более подходящего случая у нас больше не будет.
Клауд Шер поднялся с кресла и неожиданно одарил девушку широкой улыбкой.
– Раз так, Агата Вайзовски, прошу за мной.
Некромантка снова вспомнила Себастьяна недобрым словом, не позволяя дрогнуть ни единому мускулу на своем лице.
Приемная господина Шер располагалась на втором этаже северного крыла его замка. Девушка ожидала, что они вернуться в коридор, но вместо этого Клауд распахнул неприметную дверцу между книжными стеллажами и жестом пригласил Агату пройти внутрь.
Она с сомнением покосилась на винтовую лестницу, уходящую вниз в абсолютный мрак.
– Не волнуйтесь. Здесь темно, но я с удовольствием помогу вам спуститься. Идти не слишком долго, а внизу горят свечи. Моей семье нет в них большой необходимости, но, как я и говорил, такие мелочи делают нас ближе к людям.
Агата коснулась виска. Тусклый вечерний свет, проникающий через высокие окна приемной, стал чересчур ярким и заставил Агату сощурится.
– Спасибо. Но было бы странно, не будь у меня в арсенала заклинания, позволяющего видеть в темноте, не так ли?
– Глядя на вас, легко об этом позабыть. – Медленно сказал Клауд, скользнув взглядом по Агате. Она вежливо приподняла бровь, и вампир вкрадчиво добавил. – Вам стоит расценивать мои слова как комплимент.
Любезность Клауда с учетом его потрясающей внешности легко кружила голову. Агата постаралась не принимать сказанное им близко к сердцу, и зачем-то напомнила себе, что господин Шер наверняка купался во внимании прекрасных дам, и у него не могло быть недостатка в любовницах.
Как известно, вампиры ненасытны не только в жажде крови.
«В его коллекции должны быть исключительно редкие красавицы», – вдруг подумала Агата.
– Но пока я так и не нашел ни один вход в подземелья Рэймона, если не считать катакомб.
– Из катакомб есть путь не только на поверхность?
Именно к выходу за территорию храма и вел их отец Измаил. Перед уходом из зала он запер двери, и Агата с Себастьяном должны были незаметно покинуть Божий дом.
– Конечно. Но проход в остальное подземелье был завален, когда Церковь взяла храм под свой контроль. Если бы не то, что мы устроили в молельне наверху, – отец Измаил сокрушенно покачал головой, – мне бы и пошли навстречу, дозволив расчистить ход на некоторое время. Но теперь я лишь смиренно молюсь о том, чтобы хотя бы сохранить свой сан.
Агата увела взгляд в темноту, стараясь не думать, что грозит всем им за порчу церковного имущества и разрушение ценной реликвии. Отец Измаил помогал им укрыться от внимания прихода и Святой Церкви, их личности и имена не будут раскрыты. Но бывший каратель не мог не отчитаться о случившемся куратору.
Орден вмешается и формально возьмет все расходы на себя, но жалованье Агаты будет урезано. Ей определенно придется не сладко, когда она вернется в штаб.
– Кроме этих катакомб, есть еще одно неприятное мне место в городе, которое заслуживает отдельного внимания в свете нападений нежити. Но вы наверняка уже его изучили. В конце концов, разве не туда первым делом идут некроманты?... – Задумчиво проговорил отец Измаил и, заметив вопрос в глазах Агаты, пояснил. – Конечно, я о кладбище.
– Вы же сказали, что осмотрели местные захоронения?
– Дело не в этом. С тех пор, как я служу в Рэймоне, пришлось лично поддерживать защитное кладбищенского заклинание. В храме знают о моих талантах... в общих чертах. Раньше я не занимался настолько простыми вещами, но, видимо, так и выглядит настоящая пенсия. И несколько раз, когда я приходил обновить заклинание, я замечал нечто странное.
Со всем этим сражением Себастьяна и отче Агата совсем забыла, что собиралась узнать у отца Измаила. А ведь заклинание на ограде с самого начала вызывало у нее вопросы.
– Как будто иногда защита от нежити держится лучше, чем должна по истечению отведенного ей срока? – С готовностью предположила Агата.
– Да. Именно так. – Священник бросил на девушку удивленный взгляд. – Но откуда вы...
– В первую нашу ночь в Рэймоне я приходила к кладбищу, и там не было никакой защиты. – Некромантка нахмурилась. – А сразу после этого нежить напала на пару любовников, совсем рядом, возле старой башни. Когда я и Себастьян вернулись туда утром, защита была уже на месте. Кладбищенский сторож упоминал, что именно вы занимаетесь этим, и что до вашего прихода оставалось несколько дней. Думаю, кто-то незаметно провел нежить через ограду, а после – ушел обратно тем же путем. Это единственное объяснение, зачем нужно было снимать защиту и тем более накладывать ее снова. И раз на самом кладбище нет подозрительных вскрытых могил, значит, где-то там может быть спрятан еще один проход в подземный лабиринт.
– Так вы уже его искали?
Агата отрицательно помотала головой.
– Нет. Мы пока не исследовали кладбище достаточно хорошо. К тому же, в ту ночь на нас напала не человеческая нежить, а мертвые волки. Логичнее было предположить, что их подняли в лесу, и из него же привели. К тому же, формально кладбище всегда под охраной. Но там живет всего один сторож. Каким бы он не был умелым, он простой человек. Обмануть его зрение несложно.
– Что ж, кладбища – ваша стихия, Агата. Никто лучше не сориентируется в этом месте, чем вы и ваш... напарник. Тем более такой как он.
До этого момента беседа со священником была достаточно приятной, чтобы позабыть о неудачном начале их знакомства. Но, упомув Себастьяна, отец Измаил изменил тон.
– В те последние годы, когда я еще был карателем, до меня доходили слухи, что орден собирается найти одну из этих тварей и приручить ее, – негромко сказал он. – Не думал, что когда-нибудь встречусь с ней лицом к лицу.
– Каждое ваше слово Себастьян сейчас прекрасно слышит, – мягко проговорила Агата.
– Я знаю. Разве я сказал что-то не так? – Выразительно поднял бровь священник. – Я неплохо разбираюсь в сортах зла Агата, ведь это было моей работой. Многие существа, имеющие защиту ордена, этого не достойны. Только одна мысль греет мое сердце, – я истребил достаточно мерзости, будучи карателем, чтобы о чем-то сожалеть. Но никогда на моей памяти орден не заходил настолько далеко. Неужели вам не претит общество подобного монстра?
– Нисколько, – холодно усмехнулась девушка.
– Агата, пусть вы и молоды, но сами владеете магией смерти. И вы не хуже меня должны понимать, на что когда-то пошел ваш... Себастьян, чтобы обрести свои особенные силы. Некромантия коварна и иронична. Живой некромант всегда слабее некроманта мертвого. Столкнувшись с естественной преградой для роста в своем ремесле многие из ваших коллег переступали божественный закон и убивали себя. Но и одной собственной смерти для настоящего могущества будет мало, – это прямой путь лишиться рассудка, быстро истощив свою душу. Чтобы в мире появился молодой лич, он же истинный повелитель мертвых, вместе с самим магом должен погибнуть не один десяток человек, и...
– Не утруждайтесь, отец Измаил. – Видимо безразличным голосом оборвала священника Агата. – Я и правда прекрасно знаю, в результате чего становятся личами. Возможно, теоретически в этом вопросе я разбираюсь даже лучше вас. И пусть ритуал не разглашается в своих деталях, общий смысл не представляет из себя секрета. Так же не секрет, что личи поглощают души, чтобы поддерживать подобие жизни в своих мертвых телах. Но, если вас это беспокоит, рацион Себастьяна сейчас более приемлем.
– Агата, вы не замечаете или не хотите замечать главной сути? Вампир может по прихоти обратить человека, а чтобы стать оборотнем – достаточно простого невезение. Но личами не становятся случайно. Они выбирают свой путь добровольно и во имя эгоистичных побуждений. Неужели вы не думали об этом?
Некромантка молчала. Среди ежедневных забот и рутины легко забывалось, кем являлся напарник Агаты, но она, конечно же, определенно думала об этом.
Слова священника попали в цель. Но отец Измаил по-своему истолковал ее молчание.
– Ах, я понимаю. Вам привычна нежить, а внешняя маскировка личей, которой они скрывают свои истлевшие останки, обыкновенно приятна на вид. Но...
– Вы ошибаетесь, отец Измаил, – девушка позволила себе слабую улыбку.
– И в чем же? Дайте-ка угадаю. Неужели именно этот ваш лич некогда стал жертвой непреодолимых обстоятельств? Очень глупо верить рассказам нежити, Агата.
– Я понятия не имею, когда и при каких обстоятельствах Себастьян стал тем, кем стал. Но с недавнего времени Себастьян строго говоря не нежить. А его человеческий облик – не маскировка.
– Не понимаю вас...
– А вам не нужно понимать, – за их спинами послышался вкрадчивый голос. – Моя напарница вечно болтает какие-то дикие глупости. Ну, если ей удобнее думать, что я не тлетворная нежить, пусть будет так.
Себастьян появился из темноты и недовольно сверкнул глазами в сторону Агаты. Та прикусила язык. Святой отец действительно вывел ее из равновесия, раз она так легко начала рассказывать чужие секреты бывшему карателю.
Не то чтобы Себастьян сам не дразнил священника еще в молельном зале, но в тот раз напарник Агаты видимо не планировал сохранять отче жизнь.
– А что касается моих грехов, не вам, святой отец, судить их. Если так подумать, ищи я духовника, вы бы оказались в конце списка потенциальных кандидатов...
Лицо отца Измаила вытянулось.
Каким бы извергом в прошлом не был Себастьян, и что бы не таила теперь его улыбка, почему-то Агате стало легче, когда он прервал их разговор со священником.
Пока они продвигались к выходу через катакомбы, Агата меланхолично думала, что отец Измаил и правда не увидел всей сути ее напарника.
Священник сам назвал его личом, и девушка лишь продолжила эту мысль, не уточняя.
Но должно быть минуло уже несколько столетий с тех пор как существо, ныне известное как Себастьян, вышло за рамки силы того, кого можно было бы назвать простым личом.
Глава 4. Самая гостеприимная семья в Реймоне
Агата сделала глоток из небольшой фарфоровой чашки.
Она не разбиралась в сортах чая, и не отличила бы элитные листья от тех, что продают на развес в дешевой лавке.
Но этот чай неуловимо выделялся. Был это более плотный и глубокий вкус, или же секрет заключалось в особенном аромате, Агата не знала. В любом случае, чай ей нравился.
Определенно, Клауд Шер с пристрастием относился ко всему, что подавалось в его доме. Особенно к напиткам. Это было объяснимо, – твердая человеческая пища вампирами не усваивалась, но они по-прежнему могли принимать алкоголь или другую жидкость.
Так зачем отказывать себе в лучшем, имея на это средства?
Сам хозяин сидел напротив в роскошном кресле. Чашка перед ним оставалась нетронута, а сам он выглядел иначе, чем в прошлую их встречу.
Волосы господина Шер были небрежно распущены, хотя и смотрелись так, словно побывали в руках парикмахера, стремящегося добиться именно этого эффекта. Вампир был одет проще, если не сказать по-домашнему – хотя это по-прежнему был наряд из дорогой ткани, его цвета были приглушены и не выделялись узорами и кружевами.
Но даже без вычурного лоска Клауд оставался нечеловечески прекрасен.
Агата незаметно вздохнула. Не то чтобы ее сильно волновала собственная внешность, но было что-то несправедливое в том, что даже в рассвет своей женской красоты она выглядела неказисто на фоне этого мужчины.
Будто ненамеренного напоминания о скором увядании от отца Измаила было мало.
– Признаюсь, ваш визит застал меня врасплох, – медленно проговорил господин Шер, проведя рукой по гладким волосам. – Раз в неделю я позволяю себе отдохнуть от дел и провожу время со своей семьей. Обычно в такие дни я никого не принимаю. Но я сделал исключение для вас и вашего необычного напарника. Кстати, куда он делся? Кажется, его больше нет в моем замке. Неужели он и правда покинул вас прямо через окно, до смерти напугав мою служанку?
Агата кивнула. Почему-то ей было неловко.
– Никаких приличий, – удрученно покачал головой Клауд. – Такие простые вещи, как пользоваться дверью, делают нас ближе к обычным людям. Было бы вам приятно, появись я из тумана? Не говоря уже о том, как бы выглядело со стороны, если бы я без весомого повода имел привычку обращаться в летучих мышей. Мои деловые партнеры давно бы разбежались, будь я столь не аккуратен.
– Вы предусмотрительны, – улыбнулась Агата.
Она никогда не задумывалась о подобном, хотя с ее точки зрения эти проблемы бессмертных не стоили и выеденного яйца.
– Так чем я обязан вашему визиту? Неужели вы успели продвинуться в деле? Давайте ближе к сути, я опаздываю на семейный ужин.
Агата позволила себе отпить еще немного чаю, прежде чем ответить.
Она мысленно выругалась на Себастьяна, ведь именно он вынудил ее прийти сейчас сюда.
Несколько часов назад они попрощались с отцом Измаилом, выйдя наружу за пределами Рэймона. Полчаса ушло на возвращение в город, и еще некоторое время – чтобы переодеться и привести себя в порядок. Агата планировала перекусить, а после отправится на кладбище, но Себастьян впервые отказался идти в кафе.
– Я был ранен и теперь слишком голоден, чтобы восстановиться после нескольких невнятных блюд, – сказал он. – Думаю, куда лучше мне поможет свежее мясо.
Пока Агата холодела, размышляя, чье именно мясо могло бы понадобится Себастьяну, он высказал желание поохотиться на дичь за городом. Зная его аппетиты, и что любые объемы пищи мгновенно сгорали в его особенном теле, некромантка надеялась, что в местных лесах не водились редкие исчезающие звери.
– Не знаю, как долго придется провозиться, а этот город слишком непредсказуем, чтобы снова рисковать своей собственной жизнью, оставляя тебя совсем одну. Не думал, что скажу такое, но мне было бы спокойнее, будь ты на это время под присмотром нашего нового кровавого друга... Он основательный, семейный человек. То есть не человек... Да и разве нам не нужно было познакомиться с его детьми?
Меньше всего Агата хотела так скоро встречаться с Клаудом, не имея конкретных зацепок. Да и касательно его отпрысков она пока не была готова к этой беседе.
Разве не стоило вызвать их по одному и подробно допросить, заранее продумав все вопросы?
Но теперь приходилось мило улыбаться вампиру.
– Не хотела бы быть навязчивой, но мне нужно кое о чем вас попросить. – Она вдруг мучительно покраснела. – Кажется... вы упомянули семейный ужин?
Когда Клауд Шер понял, к чему ведет Агата, выражение его лица стало натянутым.
– О, вы застали меня врасплох. Да, я обещал познакомить вас с членами своей семьи, чтобы вы убедились, что они не имеют никакого отношения к появлению нежити в городе. Но то, о чем вы говорите, не слишком уместно ...
– Простите. Это и правда была не лучшая идея, – тщательно скрывая облегчение, пробормотала некромантка.
– ... С другой стороны, Себастьян очень кстати решил не утруждать нас своей компанией, – с новой интонацией продолжил вампир. – А мне, если говорить прямо, не хотелось бы видеть такого как он рядом со своими отпрысками. Возможно, более подходящего случая у нас больше не будет.
Клауд Шер поднялся с кресла и неожиданно одарил девушку широкой улыбкой.
– Раз так, Агата Вайзовски, прошу за мной.
Некромантка снова вспомнила Себастьяна недобрым словом, не позволяя дрогнуть ни единому мускулу на своем лице.
Приемная господина Шер располагалась на втором этаже северного крыла его замка. Девушка ожидала, что они вернуться в коридор, но вместо этого Клауд распахнул неприметную дверцу между книжными стеллажами и жестом пригласил Агату пройти внутрь.
Она с сомнением покосилась на винтовую лестницу, уходящую вниз в абсолютный мрак.
– Не волнуйтесь. Здесь темно, но я с удовольствием помогу вам спуститься. Идти не слишком долго, а внизу горят свечи. Моей семье нет в них большой необходимости, но, как я и говорил, такие мелочи делают нас ближе к людям.
Агата коснулась виска. Тусклый вечерний свет, проникающий через высокие окна приемной, стал чересчур ярким и заставил Агату сощурится.
– Спасибо. Но было бы странно, не будь у меня в арсенала заклинания, позволяющего видеть в темноте, не так ли?
– Глядя на вас, легко об этом позабыть. – Медленно сказал Клауд, скользнув взглядом по Агате. Она вежливо приподняла бровь, и вампир вкрадчиво добавил. – Вам стоит расценивать мои слова как комплимент.
Любезность Клауда с учетом его потрясающей внешности легко кружила голову. Агата постаралась не принимать сказанное им близко к сердцу, и зачем-то напомнила себе, что господин Шер наверняка купался во внимании прекрасных дам, и у него не могло быть недостатка в любовницах.
Как известно, вампиры ненасытны не только в жажде крови.
«В его коллекции должны быть исключительно редкие красавицы», – вдруг подумала Агата.
